355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Николай Стариков » Кто добил Россию? Мифы и правда о Гражданской войне. » Текст книги (страница 2)
Кто добил Россию? Мифы и правда о Гражданской войне.
  • Текст добавлен: 10 сентября 2016, 17:29

Текст книги "Кто добил Россию? Мифы и правда о Гражданской войне."


Автор книги: Николай Стариков


Жанр:

   

История


сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 30 страниц)

Как такое возможно? Неужели Романовы были слепыми и наивными людьми? Может быть, Николай Александрович и Александра Фёдоровна были морально разложившимися людьми и поэтому притягивали к себе отщепенцев и проходимцев? Нет, они были дружной семьёй, где в атмосфере любви и уважения росли четыре чудесные дочки и сын. Никаких претензий не смогли им предъявить и следователи Временного правительства, тщательно перетряхнувшие всю подноготную царской семьи. Так откуда такое разное восприятие одного и того же человека общественностью и правящей семьёй?

Дело в том, что царская семья лично знала Распутина, а окружающие составляли своё мнение на основе газет, слухов и сплетен. В результате получались портреты двух абсолютно разных людей! «Преувеличенные до крайности толки о нём послужили всем русским противоправительственным партиям средством для борьбы, направленной к дискредитированию монархического принципа и личностей Государя и Императрицы – пишет в своих мемуарах генерал Курлов – Средство оказалось действительным, – и не подлежит сомнению, что достигшая, благодаря главным образом лжи и клевете, чудовищных размеров слава Распутина сослужила революционерам огромную службу и создала благоприятную почву для падения Российского трона».

Кампания по дискредитации Распутина была неслучайна и целенаправленна. Возможно, это один из первых случаев «чёрного пиара» такого масштаба. Татьяна Боткина, дочь расстрелянного с царской семьёй лейб-медика, передаёт в своих мемуарах слова отца: «Если бы не было Распутина, то противники Царской Семьи и подготовители революции создали бы его своими разговорами из Вырубовой, не будь Вырубовой, из меня, из кого хочешь».

Так тщательно создавалась легенда о развратнике и мздоимце, опутавшем царскую семью. Так готовилась почва для будущего убийства. Так мостилась первая ступенька будущей революции. Одновременно с распусканием клеветнических слухов, на царя оказывалось мощное давление буквально со всех сторон. Все требовали перемен и формирования «ответственного министерства». Это говорили с трибуны Государственной Думы, об этом открыто дискутировали в великосветских салонах. Этого же требовали от Николая II другие члены династии! Какая поразительная слепота, поразившая почти всех членов правящего императорского дома!

В ноябре 1916 года, Великий князь Николай Михайлович Романов представил царю свою записку на пятнадцати страницах. Краткое содержание – создание либерального думского правительства. В том же месяце его брат, великий князь Георгий Михайлович написал Николаю II о своих впечатлениях, собранных им во время посещения ставки генерала Брусилова: «Милый Никки, если в течение ближайших двух недель не будет создано новое правительство, ответственное в своих действиях пред Государственной Думой, мы все погибнем…». Этот «советчик» будет расстрелян там же, где и его брат, всего через два года и десять месяцев, после того, как Николай II послушает их мудрого совета.

В ноябре 1916 года, пишет русскому царю и Великий князь Михаил Михайлович Романов, проживавший с 1891 года в Лондоне и лишённый права наследования трона за морганатический (неравный) брак. Он тоже присоединяет свой голос к хору предостережений: «Я только что возвратился из Букингемского дворца. Жоржи (английский король Георг) очень огорчён политическим положением в России. Агенты Интеллидженс Сервис обычно очень хорошо осведомлённые, предсказывают в ближайшем будущем в России революцию. Я искренно надеюсь, Никки, что ты найдёшь возможным удовлетворить справедливые требования народа, пока ещё не поздно». Английские разведчики из лучшей в мире спецслужбы, предсказывают в России революцию. Потому, что сами её тщательно готовят. Её, якобы, можно предотвратить. Именно тогда, когда Николай II попытается «удовлетворить справедливые требования народа», то именно тогда революция и свершится, а страна стремительно покатится в пропасть!

Одна мысль во всех советах, во всех письмах, во всех разговорах – создай «ответственное» правительство, пойди на уступки! Пока был жив Распутин, отбивался Николай II от всех советчиков, но вот его убили в декабре 1916-го, и через два месяца русский царь поддался давлению и уговорам. Своим отречением от трона он создал правительство ответственное перед Думой, правительство народного доверия. Оно называлось Временным правительством. Конец этой затеи нам уже известен – он трагичен и пропитан кровью невинных дочерей Николая…

Но сначала надо было убить Распутина. Против него был устроен самый настоящий заговор. История подготовки и организации ликвидации Распутина очень хорошо исследована. Есть масса литературы, в том числе мемуары самих убийц. И всё-таки глубины истории подготовили нам невероятный сюрприз. Настоящих героев, как всегда история узнает с опозданием. Только сегодня. Но о них чуть позже. Сейчас о тех, кого вот уже почти девяносто лет считают убийцами святого старца. Многочисленные книги, повествующие о смерти Распутина, подробно рассказывают о том, кто и как его убил. Всесторонне исследованы и хронология, и сам процесс убийства. Но вот на один единственный вопрос до сих пор вопрос не дан. Почему же именно эти люди решили убить Распутина?

И, правда, почему. Это, действительно, интересно. Десятки тысяч людей благодаря развязанной кампании по его дискредитации, Распутина ненавидели. Высшее общество, офицеры, революционеры, часть семьи Романовых, думские деятели – все они думали, что он вредит России, ведёт её к гибели. Считали, что вокруг него свили гнездо германские шпионы и агенты. Что под руководством Распутина ведутся переговоры о сепаратном мире, и он вот-вот будет заключён. И никто не попытался его убить! Ведь охраны у него фактически никакой не было: как до покушения полоумной Гусевой, так и после она была очень иллюзорной. Этот тезис подтверждает и та лёгкость, с которой Распутина потом действительно убьют. Просто возьмут – и убьют! Почему же никто не догадался сделать это ранее?

Потому, что стать убийцей непросто в принципе. Стать убийцей приближённого царской семьи – сложнее вдвойне! Гнев монарха может быть страшен. Вся государственная машина, направленная на одного человека или даже на группу лиц, легко способна превратить их в «лагерную пыль». Страшно выступить против такой махины! Социалисты – революционеры, бесстрашные эсеры не боялись и рвали бомбами губернаторов и министров. Но то было раньше, а теперь во время страшной войны даже они понимают, что террор против своего государства во время войны – это помощь государству чужому! За это в военное время принято расстреливать. Потому, и нет террористических актов в России в военное время. Весь запал оппозиционеров уходит в думские речи и закулисные интриги.

Вот и представьте себе ситуацию. Распутина очень надо убрать, он сильно мешает своими неуместными здравыми советами царю и тем самым срывает «союзный» план Революция – Разложение – Распад. Его смерть откроет путь тем силам, что сметут русскую монархию и саму Россию. Но его убивать страшно – никто это делать не хочет. Выход тут двоякий. Найти фанатиков, ненавидящих Распутина безмерно. И которым за его убийство практически ничего не будет. Ненависть и безнаказанность – вот движущие силы будущего преступления!

Идею убийства можно подбросить. Исподволь, постепенно, капля за каплей, вливая в выбранную голову основную мысль – Распутина надо убить! Для блага России, конечно. Главное, чтобы семена упали в подготовленную почву, и личность будущего убийцы была неуравновешенной, чтобы Вашу идею он легко впитал и через некоторое время уже считал своей. Таких людей и нашли. Все убийцы Распутина были:

– стран ными, неуравновешенными людьми (с ледов ательно, они легко поддавались внушению);

– были пр актически вне юрисдикции закона (з начит, должны были остаться безнаказанными );

– имели свои причины Распутина ненавидеть.

Это очень важный момент! Это помогает понять, как заговор с целью убийства Распутина был организован, и почему правда об истинных вдохновителях и целях смогла быть сокрытой до самого последнего времени.

Судите сами. На вопрос, кто являлся главным организатором убийства, историография даёт вопрос однозначный – князь Феликс Юсупов. Этот 27-летний выпускник Оксфордского университета был наследником знатной и богатой фамилии. Свои мысли он описывает так: «После всех моих встреч с Распутиным, всего виденного и слышанного мною, я окончательно убедился, что в нём скрыто все зло и главная причина всех несчастий России: не будет Распутина, не будет и той сатанинской силы, в руки которой попали государь и императрица…».

Патриотичным действием в такой ситуации было решительно разрубить «опутавшие» Россию и Династию узы. Сам Феликс к такой мысли и пришёл. Организовал заговор, воплотил его в жизнь и убил Распутина. Об этом вы прочитаете во многих книгах, посвящённых Распутину. Но, лишь в некоторых из них Вы можете узнать интересные подробности. Оказывается воспитанный красавец, Феликс, имел одну небольшую странность: он обожал носить женскую одежду! С детства князь Юсупов наряжался в платья дома, в двадцать лет в таком виде он впервые показался на публике. В таком виде он открыто посещал общественные места, рестораны и театры, не только в России, но и за границей. Однажды в Париже в театре Феликс увидел, что «пожилой субъект из литерной ложи настойчиво меня лорнирует». Этим человеком оказался английский монарх Эдуард VII…

После такого успеха у первого донжуана Европы, молодой аристократ вернулся на Родину окрылённый и решил выступать на сцене модного петербургского кабаре. В женском платье, разумеется. Перед публикой «красавица» Феликс выступала в хитоне из голубого тюля, расшитого серебряной нитью. При этом костюм был декорирован большим количеством крупных семейных бриллиантов. По ним выступающую «звезду кабаре» и распознали знакомые родителей Феликса. Отец князя был в ярости, но, потихонечку остыв, он решил подлечить сына от таких странных наклонностей. Фетишиста и гомосексуалиста родители отправили поправлять здоровье к… Распутину! Лечение, которому подвергался Феликс, состояло в том, что старец укладывал его через порог комнаты, порол и гипнотизировал. Согласитесь, что опыт общения с Распутиным у Юсупова, был, прямо скажем, специфический!

Уж не знаю, лечение ли Распутина помогло, или просто взялся князь Юсупов за ум, только в 1914-м году он отложил юбки и кринолины в сторону, и женился на дочери Великого князя Александра Михайловича Романова, соединив венценосную фамилию со своими, поистине несметными богатствами. Супруга князя Юсупова, Ирина, была внучкой покойного императора Александра III и императору Николаю II доводилась племянницей. Таков наш первый заговорщик – женатый на племяннице царя, богатый взбалмошный трансвестит и гомосексуалист, с неустойчивой сексуальной ориентацией. Слабо верится, чтобы такая личность могла хладнокровно просчитать убийство Распутина! Зато такого субъекта можно было легко направить в нужное русло. Ведь действовали будущие заговорщики из лучших побуждений, которые в результате были использованы «союзниками» для уничтожения страны. Убийством Распутина пытались предотвратить революцию, гибель Династии и России, которые и погибли в пожаре, первой искрой которого стала смерть святого старца!

Это самый рациональный метод направить человека действовать в ваших интересах: заставить его думать, что нужное Вам действие необходимо ему самому! Такая мысль и внушалась Феликсу Юсупову – Распутин «своим предательством увеличивал количество жертв на войне»! Для патриота вполне достаточный мотив. К сожалению, история не терпит сослагательных наклонений. Знал бы князь Юсупов, к какому количеству смертей в России даст сигнал смерть Григория Ефимовича Распутина, то поступил бы по-другому! Он и напишет потом, после двух мировых войн, в том ключе, что напрасно, зря воевала Россия с Германией! И будет прав. Только его эмигрантскую участь понимание «задним числом» не облегчит.

Второй из заговорщиков – это Великий князь Дмитрий Павлович Романов. Его мать, Великая княжна Александра Георгиевна, принцесса греческая, умерла при родах. Дмитрий появился на свет, а его мама, дав ему жизнь, этот свет покинула. Отец его увлёкся княгиней Палей и совсем позабыл о маленьком сыне. Над Дмитрием взяли опеку генерал-губернатор Москвы великий князь Сергей Александрович и его жена Елизавета Федоровна. Когда 4(17) февраля 1905 года террорист Каляев убил великого князя, Елизавета Федоровна ушла из грешного мира в основанный ею монастырь. Дмитрий стал жить в Царском Селе, у царя и императрицы. Их он звал папой и мамой, именно они являлись его официальными опекунами. Великая княгиня Елизавета Федоровна предоставила в его распоряжение великолепный дворец на Невском проспекте в Петербурге, купленный её погибшим мужем у князей Белосельских-Белозерских. Там молодой «сирота» и поселился.

С Феликсом Юсуповым он дружил очень давно. Под Москвой имение Феликса было соседним с имением Великого князя Сергея Александровича, где жил Дмитрий Павлович. Судя по описаниям современников, он был существом легкомысленным и беззлобным. Знал Дмитрий Павлович об огромной роли Распутина в семье Николая II, о том, что тот спасает жизнь Цесаревичу Алексею. Но это не смутило молодого Великого князя. В благодарность за заботу и ласку царской семьи, Дмитрий Павлович принимает участие в заговоре с целью убить самого близкого человека своей «мамы» и основного советника своего «папы». Что сказать: молодой человек был добрым и отзывчивым, благодарным и честным. Только такая личность могла так отплатить царской семье за добро! Друг Феликс для него важнее. Потому, что и Великий князь Дмитрий Павлович являлся гомосексуалистом! А, любящий женскую одежду Феликс Юсупов, был ему больше, чем просто друг…

Мотив для ненависти к Распутину есть и у молодого Дмитрия Павловича. Царь и царица, подумывают женить его на одной из своих дочерей. Распутин открывает им глаза на сексуальные предпочтения их любимца. Заодно он рассказывает о том, кто пристрастил Дмитрия Павловича к «настоящей» мужской любви. Имя совратителя – Феликс Юсупов. Разочарованные и возмущённые, император и его супруга, больше и слышать не хотят о таком браке своей дочери. За совершенное зло понесёт наказание и князь Юсупов. Он вот-вот должен закончить кадетский корпус. Теперь двери блестящих гвардейских полков для него закрыты.

Так Феликс Юсупов получает новый импульс ненависти к Распутину, а Дмитрий Павлович полностью попадает под влияние своего приятеля. Юсупов об этом пишет так: «Мы долго с ним сидели и разговаривали в этот вечер. Он рассказывал мне о своём последнем пребывании в ставке. Государь произвёл на него удручающее впечатление. По словам великого князя, государь осунулся, постарел, впал в состояние апатии и совершенно инертно относится ко всем событиям. Слушая великого князя, я невольно вспомнил и все слышанное мною от Распутина. Казалось, какая-то бездна открывалась и готовилась поглотить Россию. И, думая обо всём этом, мы не сомневались в правоте нашего решения уничтожить того, кто ещё усугублял и без того великие бедствия нашей несчастной Родины».

Вероятность наказания и для Феликса и для Дмитрия Павловича ничтожна мала. Они слишком близки к царю. На это и делался расчёт организаторов преступления – если убийцы будут из ближнего круга царя, он спустит дело на тормозах. Они ошибутся – в сложной ситуации Николай II проявит твёрдость и даст возможность следствию продвигаться вперёд.

Третий заговорщик – Владимир Митрофанович Пуришкевич, помещик, монархист, член Союза Русского Народа и Русского Народного Союза имени Михаила Архангела. То есть человек крайне правых взглядов, черносотенец. Депутат, в Государственную думу был избран депутатом от Бессарабской губернии. Войдя в Таврический дворец неизвестным человеком, Пуришкевич очень быстро сумел снискать себе скандальную славу. Он был одной из «достопримечательностей» русского парламента. Например, 1 мая, издеваясь над представителями левых течений, Пуришкевич приходил на заседания «украсив» свою ширинку красной гвоздикой. Во время выступлений других депутатов он не сидел на месте, а расхаживал по рядам и выкрикивал свои комментарии прямо из зала. Своим поведением Пуришкевич быстро добился того, что его имя стало нарицательным. Среди петербургских извозчиков оно превратилось в бранную кличку, за сравнение с ним дворянин мог вызвать на дуэль.

В 1910-м году, когда Дума обсуждала проект закона о земстве в западных губерниях, он запустил стаканом в лидера кадетов Милюкова. Потому, что считал действия этой партии вредными для России. Вот и Распутина Пуришкевич ненавидит потому, что считает его деятельность гибельной для монархии. В ноябре 1916-го года на заседании парламента он бросит в зал даже не фразу, а просто крик души:«Надо, чтобы впредь недостаточно было рекомендации Распутина для назначения гнуснейших лиц на самые высокие посты. Распутин в настоящее время опаснее, чем некогда был Лжедмитрий… Господа министры! Если вы истинные патриоты, ступайте туда, в царскую Ставку, бросьтесь к ногам Царя и просите избавить Россию от Распутина и распутинцев, больших и малых».

Взбалмошный, неуравновешенный и фанатично борющийся с врагами – идеальный портрет потенциального убийцы. Кроме всего прочего, Пуришкевич обладал неприкосновенностью, так как являлся депутатом. Следовательно, и его привлечь к ответственности было крайне сложно.

Помимо вышеперечисленных достоинств было у всех заговорщиков ещё одно весьма ценное качество. Они очень хотели прославиться! Комплекс Герострата был в них настолько силён, что и Юсупов и Пуришкевич написали мемуары, где ничего не стесняясь, прямо признались в уголовном преступлении! Чтобы вся слава досталась именно им! Но истинным организаторам убийства нужна была смерть Распутина, а не признание общественности. Даже наоборот они были крайне заинтересованы в том, чтобы в будущих мемуарах убийцы забрали всю славу себе, замаскировав, таким образом, роковой след этого преступления. К примеру, у Пуришкевича жажда славы была настолько сильна, что он сразу после убийства совершил вопиющую глупость. Он подошёл к городовому, находившемуся неподалёку от дворца Юсуповых, представился и заявил, что только что убил Распутина: «Я освободил Россию от этого чудовища. Он был другом германцев и хотел мира. Теперь мы можем продолжать войну. Ты также должен быть верным своему отечеству и молчать».

Для убедительности своих слов Пуришкевич дал полицейскому пятьдесят рублей. Разумеется, городовой немедленно направился в участок, где обо всём и доложил, что в дальнейшем сильно помогло следствию. Пуришкевич нормальный? Не совсем. Но ведь так хочется похвастаться, просто кричать: «Это я, я убил Распутина! ». Распирает Пуришкевича осознание собственной значимости, и чувство выполненного патриотического долга. К моменту написания мемуаров он будет искренне верить, что убил Распутина именно он!

Юсупов, Пуришкевич и великий князь Дмитрий Павлович – это и была основная троица убийц. Помимо них в злодействе участвовало ещё два гомосексуалиста: поручик Сухотин и доктор Лазаверт. Знал о готовящемся убийстве и председатель Государственной думы Родзянко, родной дядя князя Феликса Юсупова. «Я уверен, что убийство Распутина будет понято, как патриотический акт» – сказал своему племяннику глава русских парламентариев. Не пройдёт и месяца, как он убедит Великого князя Михаила Александровича не принимать трона, и тем самым сильно поможет февральскому перевороту. А девять месяцев спустя Родзянко был вынужден бежать из Петербурга, спасаясь от большевиков. Мудрый был глава у русского парламента. Дальновидный…

Теперь давайте немного отвлечёмся от личности будущих убийц и зададимся одним интересным вопросом. А были ли на самом деле Распутин «другом германцев»? Вёл ли сепаратные переговоры о мире, против чего так боролись Великие князья и депутаты думы?

Однозначного ответа на сегодняшний день нет. Существуют две точки зрения. Первая рассказывает о контактах с немцами, как о вопросе решённом, и трактует переговоры, как состоявшийся исторический факт. Вторая говорит всего лишь о зондаже и робких попытках контактов. Читая документы и мемуары сложно разобраться в политических переплетениях той поры. Информация весьма противоречива и запутанна. Оценивать намерения всегда сложнее, чем дела. Возьмём, например, факт сотрудничества Ленина и германского руководства. Ясно, что их контакты начались задолго до марта 1917 года. Однако если бы не было «пломбированного» поезда и Брестского мира, то какие бы реальные документы, говорящие о подготовке этих событий, были бы у современных историков? Корешки телеграмм? Только косвенные свидетельства?!

Сам Распутин не был фигурой способной вести переговоры о мире и войне. Не тот калибр. Он мог лишь подсказать, воздействовать на царскую чету в тот или ином русле. Поэтому оценивать степень вероятности переговоров «распутинской клики» с Германией можно лишь исходя из такой постановки вопроса: а мог ли Николай II, возглавлявший Россию в то время вести закулисные переговоры с противником?

Когда Германия поняла, что вместо войны с Россией ей навязана абсолютно безнадёжная борьба практически со всем миром, то в Берлине стали задумываться о разумном выходе из сложившейся ситуации. Кроме того, кайзер Вильгельм прекрасно представлял себе, механизм организации мирового конфликта, который практически проходил у него «на глазах». Понимание того, кому нужна война между русским и германским монархами, быстро привела Берлин к попыткам её остановить. Наилучшим выходом для Берлина было заключение мира. Ведь целью Англии и Франции была не просто победа в войне, а уничтожение Германской империи. Поэтому всеобщий мир на тот момент был невозможен, ибо англичане торпедировали любую возможность такого исхода. Единственным выходом для немцев оставался сепаратный мир с Россией. В Берлине начали прощупывать почву. Через датского и шведского королей в Петербург была отправлена информация, о готовности немцев пойти на компромисс на хороших для России условиях. Но, делая такие предложения, германское руководство неправильно оценивало отношение русского царя к возникшей мировой войне. Николай II отказался, от каких бы то ни было переговоров с противником. Он пылал праведным гневом на своего «вероломного кузена Вилли», и ни о каком мире и слышать не хотел. Не догадываясь о коварстве своих «союзников», благородный русский монарх не мог и помыслить об измене общесоюзному делу.

Все попытки сепаратных переговоров, зондажа принадлежали исключительно германской стороне! Эту особенность «мирного диалога» историки стараются не подчёркивать, зато охотно рассказывают о самих попытках. Кроме коронованных особ немцы пытались использовать любые способы установления контакта с Россией. Одним из эмиссаров Берлина стала пожилая русская аристократка Мария Александровна Васильчикова. Во время объявления войны, она постоянно жила на вилле в окрестностях Вены, принадлежащей её другу князю Францу фон Лихтенштейну, бывшему ранее австрийским послом в Петербурге. Проживала там Васильчикова достаточно давно, поэтому при начале боевых действий её не арестовали и не интернировали, а просто запретили отлучаться с виллы. Находясь под таким домашним арестом, она вела активную светскую жизнь и принимала многочисленное общество.

Через некоторое время её другой высокопоставленный германский друг, великий герцог Гессенский, попросил её приехать в город Дармштадт и прислал ей пропуск. Княгиня согласилась. «В Дармштадте великий герцог просил её отправиться в Петроград, чтобы посоветовать царю заключить мир без промедления – пишет в своей книге французский посол в России Морис Палеолог – Он утверждал, что император Вильгельм готов пойти на очень выгодные по отношению к России условия; намекал даже, что Англия вступила в сношения с берлинским министерством о заключении сепаратного соглашения; в заключение сказал, что восстановление мира между Германией и Россией необходимо для поддержания в Европе династического начала».

Васильчикова согласилась и приехала через нейтральные страны в Россию, где доставила немецкие предложения по адресу. Реакция Николая II, описанная многими, была примерно следующей:

– Делать мне такие предложения, не постыдно ли это! И как же эта интриганка, эта сумасшедшая, посмела мне их передать! Вся эта бумага соткана только из лжи и вероломства! Англия собирается изменить России! Что за нелепость!

Возмущённый русский монарх, даже не допускает мысли, что Англия ему может изменить. Он так и не узнает правды и умрёт, уверенный, что за его благородство и честность «союзники» платят ему тем же. Княгиня Васильчикова же по личному приказанию русского императора была арестована и отправлена в Чернигов для заключения там в монастырь.

Но, немцы не унимались. Ведь за всеми их военными успехами, вдалеке маячил неизбежный страшный конец. Кайзер Вильгельм предпринимает новые попытки спасти себя и свою страну. Созданная Керенским комиссия по расследованию преступлений царя и императрицы жадно рылась в их документах, надеясь найти доказательство изменнической деятельности венценосной четы. И нашли – письмо кайзера Вильгельма к Николаю, по-немецки, в котором германский монарх предлагал Николаю заключение сепаратного мира. Радости сотрудников Керенского не было предела, пока они не нашли ответ. Николай поручил кому-то по-французски сообщить Вильгельму, что глава России не желает отвечать на его письма. Об этом факте следователю Соколову рассказал сам Керенский. И не просто поведал, а ещё и добавил: «В результате работы Комиссии в этом направлении (по вопросу о наличии в действиях Государя и Государыни признаков “измены”) мне было доложено, что в действиях Николая II и Александры Фёдоровны Комиссия не нашла этого преступления. Об этом я тогда же докладывал и Временному Правительству».

Первый глава Временного правительства князь Львов на его заседании делал доклады, утверждая, что «невиновность Царя и Царицы в этом отношении установлена». Итак, сами ниспровергатели монархии, «февралисты» позже убедились, что ни Николай II, ни его супруга измену не замышляли и ни в чём неповинны. Однако все военные годы великосветские салоны, окопы и рабочие мастерские полнились самыми нелепыми слухами о предательстве, свившем гнездо на самом верху. Получается интересная картина: либо Распутин, ни в каких переговорах не участвовал, так как его царственные патроны не были в этом замешаны, либо простой русский мужик Распутин вёл их самостоятельно, что уж совсем невероятно. Не может быть и, чтобы Распутин, на таких переговорах представлял интересы других персон, а не царя и царицы. Его сила и влияние были сосредоточены, только в слепой вере венценосцев в способности святого старца. Без них, без их поддержки – он никто, и никому не интересен.

Фактов переговоров по инициативе России нет, нет даже фактов консультаций. Историки располагают, лишь предложениями из Германии и отрицательными ответами главы России. Но если быть честными до конца, то во второй половине 1916-го года ситуация смотрелась несколько по-другому и давала повод для подозрений. После некоторых перестановок внутри русской власти, 20 января (02.02.) 1916 года Председателем Совета Министров России был назначен Борис Владимирович Штюрмер. А с марта по июль того же года он одновременно назначается министром внутренних дел, а с июля по ноябрь – министром иностранных дел. Чтобы кресло главы МИДа освободилось, в отставку отправляется Сазонов, последовательный проводник политики дружбы с Антантой любой ценой.

Британское правительство начеку. За переменами министров может таиться нечто большее, чем простая смена фамилий. Посол Англии во Франции Ф. Берти писал: «Штюрмер, без сомнения, очень громко провозглашает о своём намерении продолжать политику своего предшественника, но, поскольку своим приходом к власти он обязан германофильской партии, приходится опасаться, что мало-помалу иностранная политика России если, и не изменится практически, то подвергнется иным влияниям».

Англичане не должны позволить выйти России из войны. Даже, если вероятность мирных контактов нового русского премьера с германцами равна одной тысячной процента, её нужно задушить в самом зародыше. Ведь именно война приведёт к Февралю, а он в свою очередь к Октябрю и крушению Российской империи. Вместе с ней рухнут в пыль и её противники – монархии Германии и Австро-Венгрии. Мирных переговоров допустить нельзя. Неслучайно первым настоящим официальным документом Антанты стала подписанная в сентябре 1914 года декларация о незаключении Россией, Францией и Англией сепаратного мира с немцами…

Цели и интересы англичан понятны. Другой вопрос, а искал ли Штюрмер, усаженный в премьерское кресло при определённой помощи Распутина, этого самого сепаратного мира?

«Положение Б. В. Штюрмера оказалось трагическим благодаря клевете, которая была против него направлена с первых же дней – пишет генерал Курлов – Его немецкая фамилия, во время войны с Германией, дала возможность избрать его мишенью яростных нападений, за которыми скрывались посягательства на авторитет царствующей династии. В думских речах он выставлялся как видный член германофильской партии, будто бы возглавляемой Императрицей, и как сторонник сепаратного мира с Германией. Нельзя обвинить Б. В. Штюрмера за его мнение, что война с Германией была величайшим несчастьем для России и что она не имела за собой никаких серьёзных политических оснований».

Тот, кто внимательно изучит историю возникновения Первой мировой войны, тот кто внимательно проследит всю виртуозную комбинацию главы британского МИДа сэра Грея, приведшую к страшной бойне, тот согласится, что воевать русским и немцам было незачем. Однако, именно мнение премьера Штюрмера используется недобросовестными историками частенько, как доказательство его действий. Ведь фактов его переговоров с немцами нет, вот тогда то реальные факты подменяются на неосторожные высказывания!

«Последний царский министр внутренних дел Протопопов, накануне своего вступления в правительство, вёл в Стокгольме переговоры с немецким дипломатом и докладывал о них царю» – можем мы прочитать в мемуарах Льва Давыдовича Троцкого. Тоже самое, уже без ссылки на автора пишут современные исследователи. Так, может быть, Троцкому и его последователям удалось найти факты переговоров Штюрмера, Распутина или кого угодно с германским правительством?


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю