Текст книги "Осколки маски"

Автор книги: Николай Метельский

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 36 страниц) [доступный отрывок для чтения: 15 страниц]

– Внимание! – произнес громко Хэгури. – Готовность! Начали!

Девяносто шесть сотых секунды. Результаты еще не готовы, но я в своем чувстве времени уверен.

– Он справился, – почти сразу после появления «щита» из молний произнес Тайра.

– Опыт мне подсказывает, что вы правы, – заметил Нагасунэхико.

– Соглашусь с вами, – добавил Хэгури, – но я лицо официальное, так что дождемся результатов.

Оператор медлить не стал, буквально пара минут, и внизу экрана ноутбука загорается время – ноль девяносто шесть.

– Что ж, поздравляю, Охаяси-сан, – обратился Тайра к отцу Райдона. – Ваш сын действительно выдающийся мальчик.

– Давайте для чистоты эксперимента проведем еще пару замеров, – произнес Хэгури. – Все-таки не каждый день семнадцатилетний парень берет ранг Учителя.

С ним согласились. Естественно, Кояма Шину никто не упомянул, но, по уму, что шестнадцать лет, что семнадцать – разница невелика. Раньше девятнадцати Учителя берут только гении. Да и девятнадцать лет – это всего лишь рекорд для всех остальных, на практике даже двадцатилетним Учителям удивляются. Сэн, старший брат Райдона, взял ранг в двадцать, и это было очень круто. Мой биологический отец, например, получил ранг Учителя в тридцать. Ну и не стоит забывать, что все кому надо в курсе бывших проблем Райдона. И так как они в прошлом, никто не сомневается, что он не хуже Шины. А может, и лучше – все-таки ранг Ветерана он получил раньше ее на год. Ну и самое главное – Райдон парень. Круто, конечно, иметь дочь-Виртуоза, но на войну ее не пошлешь. Это во сто крат лучше, чем вовсе не иметь бойца такого ранга, но мальчик в вопросах силы круче девочки. Задирать нос Охаяси, конечно, не стоит, все-таки Кояма – это Кояма. У них кроме Шины еще Акено есть, он вполне может стать Виртуозом. Да и Кента помирать не собирается. Тем не менее здесь и сейчас, в мирное время, хвастаясь своими детьми, Охаяси все-таки выигрывают.

В последующих тестах Райдон тоже не налажал, даже улучшил результат на одну сотую. Из-за всего этого вокруг царила радостная атмосфера. Сегодня в Японии появился еще один гений, и вечером по этому поводу состоится прием, на котором Райдона фактически представят стране. Ну и похвастаются, не без этого. Мол, смотрите, это гений, и фамилия у него, если что, Охаяси. Мне прям даже интересно, что будет, когда я открою всем свое патриаршество?

Пока Райдон ходил по рукам, а взрослые вновь начали кучковаться, я стоял в стороне от этой суеты и ждал, пока мой друг освободится.

– Скажи, Аматэру-кун, – произнес Нагасунэхико, подойдя ко мне со спины – наверное, рассчитывал, что я вздрогну. – С каких пор наглость Аматэру трансформировалась в грубость?

– С тех пор, как вы стали считать, будто мы выродились, – ответил я, продолжив наблюдать за Райдоном. – Да и не только вы, если подумать.

– Ты не прав. Поверь, Нагасунэхико ни в коем случае не считают вас слабаками и уж тем более выродившимися.

– Жаль, – усмехнулся я, все-таки покосившись в его сторону. – Значит, ваши действия не простая ошибка. Что ж, учту.

– Но позволь, какие именно наши действия выглядят ошибкой? – изобразил он удивление. – Что такого мы сделали, что ты так негативно к нам относишься?

Явно к чему-то подводит, но настолько издалека он начал зря.

– То есть, – вздохнул я, – вы даже таких элементарных вещей не понимаете? Может, вам будет лучше отдать клан сыну? Великие супруги, с кем приходится иметь дело…

Ну и головой покачать для аутентичности.

– А может, это ты себя накручиваешь? – усмехнулся он.

Тертый дедок, сложновато его пронять.

– Все может быть. В этом случае посочувствовать надо уже вам.

– Так может, разберемся с недопониманием? – не отставал он.

– И каковы ваши предложения? – заинтересовался я.

Не в плане урегулирования проблемы заинтересовался, этого в любом случае не произойдет, не сейчас – просто стало интересно, что именно он ляпнет.

– Амин Эрна. Она вам не сильно поможет, и мы готовы ее выкупить. Ну и вышки в Малайзии – тут уж кто успел, как говорится. Эскалация конфликта может сильно по вам ударить, а так довольны будут все.

Банально-то как. Хм…

– И все? Только Эрна и вышки?

От моего вопроса Нагасунэхико заметно подзавис. Он явно не ожидал ничего подобного. Не должен я показывать желание урегулировать наш конфликт. Ясно с ним все, на ссору нарывался. Моей вспышки на людях ждет.

– Для начала, – очнулся он. – Для начала переговоров хватит и этого. А там видно будет.

О чем я и говорю. После такой наглости я просто обязан вспылить. И мою грубость он по этой же причине терпит – ему же надо во всем белом остаться. Мы хоть и стоим чуть в стороне, но Тайра с Хэгури не так уж и далеко.

– Боги, как же вы предсказуемы, – качнул я головой и чуть повысил голос: – Прошу вас, Нагасунэхико-сан, хватит уже липнуть к нашему роду. Хоть раз добейтесь чего-то сами.

И он это проглотил, замерев с застывшим лицом. Ответить сразу не сумел, а через мгновение я уже направлялся в сторону Райдона. На самом деле по острию хожу, но у него явно есть план дальнейших действий, и вряд ли он станет переворачивать все с ног на голову, меняя этот самый план на ходу.

– Ну что, хвостатый, теперь ты крут? – улыбнулся я, подходя к Рэю.

– Мой брат всегда был крут! – задрала нос Ами.

– Но далеко не все об этом знали, – заметил я с улыбкой.

– Это да, – согласилась она и, повернувшись к брату, заявила: – Теперь ты официально крут! Медальку я тебе потом сделаю.

ГЛАВА 13

– Отстой… – покачал я опущенной головой.

– И что именно тебе не нравится? – спросил стоящий рядом Щукин. – Как по мне, они крайне профессиональные ребята и действуют на загляденье.

Дело происходило на одном из полигонов Аматэру, где выбранный отряд гвардейцев, штурмуя учебное здание, демонстрировал, на что способен.

– Я ведь специально поставил задачу по тихому взятию объекта, – пояснил я, глянув на него. – Да и то, что они до этого показывали… Если вы будете действовать так же на острове Хейгов, то вы оттуда не вернетесь. Слишком громко. Слишком прямолинейно. Ты хоть раз видел, как спецы незаметно захватывают здания? Тут ведь не в скорости дело, а эти молодчики – именно штурмовики.

– Мне вот интересно, где ты такое мог видеть, – хмыкнул он.

– Так видел или нет? – переспросил я, проигнорировав его слова.

– Не видел, – ответил он хмуро. – У меня другая специализация. А главное – задачи другие. У Дориных спецоперациями занимался Зверев, земля ему пухом. Я этим не то чтобы не интересовался, у меня и времени на это не было.

– Спецназ – он везде спецназ, – произнес я, снова отвернувшись. – Но вот уклон в работе бывает разный. Бой в городе, в лесу, пустыне, горах, штурм объекта, спасение заложников, тихий захват и так далее. Есть монстры, специализирующиеся в нескольких направлениях, но вот мастеров, настоящих мастеров на все руки я не встречал. Да этого и не надо, проще обучить и выдрессировать несколько отрядов для разных задач. Перед нами как раз один из таких отрядов. Штурмовики, которых готовили для боев в городе. Да, это профи высочайшего класса, и у Хейгов они убьют многих, но какой в этом смысл, если вы уйти оттуда не сможете?

– И что ты предлагаешь? – спросил Щукин. – У нас, я так понял, других просто нет. В любом случае придется работать с ними.

– Вот я и говорю – отстой.

Причем относительно недавно у Аматэру были нужные нам специалисты, но они в полном составе полегли в войне с Докья. Именно они сумели обезвредить береговую оборону острова, на котором скрывался род Кану, что позволило взять его штурмом и уничтожить там всех. И именно эта операция, по сути, стала переломным моментом в той войне. Только мне от этого совсем не легче. Аматэру потеряли уникальных специалистов, и теперь мы мучимся уже с другим островом. Умом я понимаю, что Кояма тут ни при чем, но когда вижу, сколько всего Аматэру потеряли под их властью, аж злоба берет. А главное, узнал я об этом уже здесь, в Токио. Кто ж мог подумать, что у такого древнего рода, как Аматэру, не будет нужных кадров?

Подобрать людей мы не могли, не было их. В той или иной степени у Аматэру были лишь штурмовики. Да, спецы для бесшумной работы тоже были, но с совсем другой спецификой – те, кого тренировали как незаметных убийц, помочь нам не могли. Они в общем-то и бойцами были весьма посредственными. Да и в наличии всего пятеро. Так что так. Требующихся людей не было, а что-то делать нужно. Помочь с тренировками я не мог, так как сам такой, не учили меня ничему подобному. А если вдруг требовалось, хватало ведьмачьих способностей. Хоть самому на этот остров отправляйся. И ведь придется, похоже. Бессмысленно терять людей я не готов. Их и так мало. Чисто теоретически можно сделать ход конем и попытаться захватить остров, но тогда надо будет просить помощи Атарашики. Камонтоку Аматэру сильно поможет в этом. Однако тащить туда женщину, старую женщину, которой и волноваться-то лишний раз не стоит, да к тому же еще и носителя ценной информации по роду, которую она просто не успела еще передать мне… Рискованно и некрасиво. Будь она моложе лет на тридцать-сорок – еще туда-сюда, ну или если бы нас сильно прижали, а так – нет.

– Думаю, ты преувеличиваешь, – нарушил тишину Щукин. – Они вполне подойдут нам. Признаться, эти парни – лучшее, что я видел за свою жизнь, а уж бойцов я видел немало. Пятьдесят псов войны, да в ранге Учителя, станут отличным ядром нашей атаки.

– То есть ты хочешь еще людей взять? – удивился я.

– Естественно, – подтвердил он. – Там же полноценная военная база, полторы тысячи бойцов минимум. Пятьдесят человек там ничего не смогут сделать.

– Вы туда не остров пойдете захватывать.

– Я понимаю, – усмехнулся он.

– Не сможете все сделать тихо – и вам кранты.

– Главное все правильно спланировать. Не волнуйся, справимся, – заверил он, похлопав меня по плечу.

Похоже, я не того человека выбрал командовать операцией. Все-таки Щукин – полководец, а мне нужен кто-то вроде Шимамото, руководителя разведки в Малайзии.

– Без представленного мне плана никуда не пойдете, – поджал я губы, размышляя, как теперь быть.

– Естественно, – пожал он плечами. – Куда ж мы без твоего одобрения.

Дождавшись, пока пятьдесят Учителей спецназа гвардии Аматэру закончат показывать умения, и поблагодарив их за демонстрацию, я отправился домой. Времени на полигоне я провел прилично, все-таки посмотреть, на что способны пятьдесят человек, быстро никак не получится. Можно было бы ограничиться одним отделением взвода – вряд ли их разница в мастерстве огромна, но раз уж вызвал всех, то и смотреть пришлось на всех. В ином случае было бы невежливо. И вроде мелочь, не восстанут же они из-за этого, только вот они меня не знают, я их тоже, а отношения с людьми, которые прикрывают тебе спину и которые умирают за тебя, очень важны. Мораль вверенного тебе подразделения должна быть высокой, и мелочей в этом деле не существует.

Домой я вернулся только под утро, все-таки полигоны находились за городом, на родовых землях Аматэру, да и уехал я оттуда только вечером. А возвращаться было необходимо, так как именно сегодня мы будем проводить ритуал принятия в род. Правда, после обеда, и спешить не стоило, но я лучше проведу лишнее время дома в Токио, чем в онсэне на родовых землях. В Токио хоть какими-то делами можно заняться. Вздремнуть я успел в машине, так что, посетив душ, отправился к себе в кабинет. Работать. Отоспаться я и в Малайзии успею… Забавно, в прошлый раз я себе то же самое говорил. В мирном Токио работаю на износ, а на войне отсыпаюсь.

До обеда успел разве что разобраться с толстенной папкой доклада Совета директоров Шидотэмору, где подробно рассматривалось, почему мы не можем прямо сейчас заняться выпуском своих смартфонов, почему это в целом нерентабельно и что надо сделать, чтобы изменить ситуацию. Доклад был огромен и, что интересно, почти без воды. Все по делу. Выводы достаточно просты: выпуская смартфон сейчас, мы разве что заявим о себе, но, скорее всего, известность будет негативная. Ну или над нами просто посмеются. Если притормозить и подготовиться, в частности, организовать свой магазин приложений, будут затрачены большие деньги, после чего нам придется медленно и упорно выгрызать свою долю рынка, и далеко не факт, что все получится. Если готовиться основательно, то есть и магазин свой, и операционная система, и длительная пиар-кампания, работа с другими фирмами, продвижение своего программного обеспечения… и много чего еще, то денег уйдет еще больше, при этом свой смартфон нам будет уже как бы не очень и нужен. При грамотной работе деньги и так рекой польются. Торговля своим программным обеспечением (чем Шидотэмору и богатеет), лицензиями и рекламой во все времена была выгодной затеей. И это я молчу про собственные технические наработки, которые то ли нужны, то ли нет, да и на каком этапе работы начинать их разрабатывать – непонятно. Хорошо, что кроме разбора ситуации в докладе еще и готовые планы на будущее были. То есть на меня никто ничего не скидывал, просто предлагали поучаствовать в обсуждении. Я же, подумав, отдал голос за поступательную работу на будущее. Потом позвонил гендиректору и сообщил ему о своих соображениях по поводу доклада.

Закончив связь с Танакой, пару секунд посверлил смартфон взглядом, после чего вздохнул и направился в гостиную дожидаться гостью. Время еще было, но недостаточно, чтобы отдаться работе со спокойной душой. Зайдя в гостиную, я обнаружил там Казуки с Атарашики.

– Синдзи, – прикрыла бабка глаза, всем видом показывая, что я совершил какую-то глупость, но она святая, она все еще меня терпит. – Будь так любезен, переоденься подобающе случаю.

Глянув на парня, одетого в кимоно, заправленное в штаны-хакама, жакет-хаори, с традиционным шнурком хаори-химо, двупалые носки-таби… Короче, Казуки выглядел очень представительно. Впрочем, все это ерунда по сравнению с полным семислойным кимоно Атарашики. Вот уж кто действительно приоделся так приоделся. А уж сколько ей это сил стоило, я и вовсе молчу. На их фоне мои футболка и шорты, которые я надел после душа, смотрелись откровенно жалко.

– Не одежда красит Аматэру… – начал я вещать.

– А другие Аматэру! – перебила Атарашики. – И чем они злее, тем больше украшений! Ну так что, тебе помочь?

Пауза после ее слов образовалась не из-за того, что мне нечего было сказать, просто сказать хотелось слишком многое. Вот только она сейчас явно не оценит моих шуток.

– Сам справлюсь, – сообщил я и развернулся к ним спиной, направляясь к себе в комнату. – Суйсэн! Спасай господина!

Естественно, старый слуга был готов и к такому, так что в моей комнате уже лежала копия того, что было надето на Казуки, только чуть более темного цвета, и шнурок хаори-химо был белый, а не золотой, как у моего воспитанника. Вот что значит грамотный слуга – нужные вещи появляются еще до того, как ты о них подумал. Такие люди, как Суйсэн, в прямом смысле на вес золота.

Вернувшись в гостиную, застал Атарашики, разговаривающую с кем-то по телефону.

– Все-все-все, расскажешь свою историю лично. Да. Естественно. Мы все в нетерпении, ждем. Пока.

Отдав трубку стоящей рядом служанке, Атарашики вздохнула.

– Кто звонил? – поинтересовался я, усевшись в кресло рядом с ней.

– Митико, – чуть улыбнулась она. – Скоро подъедет.

– И она решила предупредить нас об этом? – удивился я. – Типа, проверила, готовы ли мы к ее великому пришествию?

– Конечно нет, – фыркнула Атарашики. – Может, она и императрица, но не настолько зазнавшаяся. Просто Митико всегда любила… – замолчала она, подбирая слова. – Электронику. Хотя нет, лучше сказать, бытовую электронику. Кнопочки, экранчики… Интернет. Но только потому, что там много кнопочек и никуда без экранчиков. И позвонила она лишь для того, чтобы лишний раз воспользоваться смартфоном. И вроде старуха уже, а гляди ж ты, любовь юности по-прежнему сильна.

– Во времена вашей юности, – заметил я, – никаких экранчиков не было.

– И что? – пожала она плечами. – Зато были другие вещи. Я тебе в целом, а ты мне про частности. Кстати – но это между нами – Митико довольно сильна в компьютерных играх.

Мм… Нет, умом я понимаю, что такое вполне возможно, но представить восьмидесятилетнюю императрицу, азартно рубящуюся за компом в игры, мне все-таки сложно.

Хотя у императора вообще те еще жены. Начнем с того, что у двух его жен одинаковые имена – Митико. Одна из них в девичестве Аматэру, а вторая Седа. Как уж они там внутри семьи друг к другу обращаются, не мое дело, но в официальных документах приходится ставить приписку – в девичестве такая-то. Что вообще-то не положено, но иначе будет путаница. Так ко всему прочему вторая Митико, которая в девичестве Седа, простолюдинка. Да, семья у нее не бедная, соответственно и образование с воспитанием на уровне, но как сам факт: одна из жен императора – простолюдинка. И, кстати, она родила мужу троих детей. Третья его жена вообще рвет все рамки обычности. Начнем с того, что она генерал полиции. По крайней мере, официально. Но это уже внутригосударственные заморочки. Просто полиция в Японии разделена на части, и у каждой из этих частей свое начальство. Научно-исследовательский отдел, полицейская академия, дворцовая полиция и, собственно, национальная полиция. Императрица Этсуми является начальником дворцовой полиции, которую фактически создали специально для нее. Но это было уже после того, как она успела послужить в армии и дослужиться до полковника. А главное, почему бы и нет? Хрен ли ей, Виртуозу? Может себе позволить и генералом полиции быть. Лишь бы рядом с императором изображала идеальную жену, а что там у них внутри семьи – их личное дело. Но, думаю, нормально у них там все. А вообще Этсуми можно только поаплодировать: добиться подобного в этом шовинистическом обществе многого стоит. И, кстати, Этсуми вышла из рода Сатэ. Того самого рода, что сейчас правит в провинции Симоса. Именно из этого рода были тот ублюдок, которого я грохнул на дне рождения Ами, и его отец, совершивший потом сеппуку.

Но к бывшей Сатэ я в общем-то неплохо отношусь, ее есть за что уважать, а вот бывшая простолюдинка Седа меня раздражает. Все императрицы в той или иной степени смотрят на мир презрительно, их можно понять – они на вершине иерархии страны, однако бывшие Сатэ и Аматэру осознают, кого трогать не стоит и в присутствии кого свое презрение нужно запихнуть куда подальше, а вот бывшая Седа… Она то ли не может, то ли не хочет понимать, что на ней свет клином не сошелся. И самое поганое – это приходится терпеть. Впрочем, презрительными взглядами разбрасываться может не только она, просто я пока еще не набрал нужного веса в обществе, чтобы так делать. Пока я всего лишь наследник рода и бывший простолюдин, а принятый в род мужчина – совсем не то, что принятая женщина. В этом плане мы, мужики, сильно проигрываем. Плюс ее возраст – к старшим принято относиться уважительно. Не без нюансов, к которым я, как Аматэру, отношусь, но и императрица – это вам не хухры-мухры.

К счастью, общаться мне предстоит с другой Митико, а с бывшей Аматэру, я надеюсь, мы найдем общий язык. Кстати, я ведь впервые буду общаться с членом императорской семьи в неформальной обстановке, и надо заранее убедиться, насколько именно она будет неформальной.

– Атарашики-сан, – обратился я к пьющей чай старушке. – Хотелось бы уточнить, к нам императрица едет или бывшая Аматэру?

– Учитывая то, что она одна, мое присутствие и повод для визита, Митико и не сможет быть только императрицей.

«Только императрицей»? То есть обстановка неформальная, но забывать, чья она жена, не стоит даже теперь. Разве что самой Атарашики на это плевать.

Императрица приехала через восемнадцать минут, и встречать ее отправилась старуха. Не слуг же посылать приветствовать на входе такую персону? Сам я не пошел, ибо, будь она хоть трижды женой императора, выходить к ней всем составом рода не стоит. После ухода Атарашики нервозность Казуки прорвалась наружу, и он начал постукивать пяткой по полу. Бедолага и так нервничал, а тут еще встреча с женой императора. И как его успокоить, я не знал.

– Казуки, – окликнул я его.

– Да, Синдзи-сама! – замер он, глядя на меня.

– Успокойся, – велел я, применив «голос». – Ты все равно не сможешь ничего испортить. Если боишься, просто будь вежлив и поменьше говори. Тут нет ничего сложного. Молчишь, улыбаешься, отговариваешься стандартными фразами.

Главное – тон, спокойный, успокаивающий, убаюкивающий. И поменьше зауми, он сейчас все равно лишь самое простое воспринять сможет.

– Понял, – кивнул он резко. – А какие фразы стандартные?

Да уж, придавило парня.

– Ну… Вот если я скажу, что ты довольно мужественен, что ты ответишь?

– Э-э… Благодарю, Синдзи-сама…

– И этого будет достаточно, – улыбнулся я.

– Понял, – вновь кивнул он, но уже не так резко. – А я правда… ну…

– Нет, – усмехнулся я. – Твоя кавайность забивает всю мужественность.

– Вот сейчас могли бы и соврать, – проворчал он. – Я, между прочим, со своими парнями несколько школ в кулаке держу.

– Да-да, ты кавайный бандюган. Я в курсе.

– Ну и пусть, – бурчал он себе под нос еле слышно даже для меня. – Элемент кавая всегда должен быть. Ня, чтоб вас всех…

К тому моменту, когда вернулись старушенции, Казуки успокоился. Что у него на душе творилось – я без понятия, но он, по крайней мере, своего беспокойства не показывал. Правда, с появлением в пределах видимости императрицы вновь начал деревенеть, а когда я встал, чтобы ее поприветствовать, чуть ли не подскочил и сразу поклонился.

– Ваше величество, – поклонился я. – Боюсь сморозить банальность, но выглядите вы великолепно.

Сравнивая Митико с Атарашики, сложно сказать, что последняя старше императрицы. Ненамного, всего на год, но при этом Атарашики выглядела лет на десять-пятнадцать моложе и это притом, что она не заморачивалась со своей сединой. Митико же явно красилась, но грамотно, оставляя благородную седину, дабы не выглядеть слишком вульгарно. Хотя в целом и она не выглядела на свой возраст. Вот бывшая Седа – да, будучи младше своей тезки, казалась старше. Интересно, это конкретно у сестер Аматэру такая особенность или все женщины этого рода выглядят младше своего возраста? Абэ Джунко тоже не тянет на свои восемьдесят с лишним лет.

Обе сестры были одеты в бежевые кимоно с разными рисунками на подоле, и если Атарашики была сама серьезность – как и обычно, в общем-то, то Митико не чуралась улыбки. Вот прям доброй и веселой ее не назвать, но и серьезности на ее лице было в разы меньше. Впрочем, и жизнь у нее была попроще, чему Атарашики.

– Ты мне льстишь, Синдзи-кун, – улыбнулась она. – Куда мне до Аты-тян.

– Ну, – хмыкнул я. – Пока Атарашики-сан не уберет со своего лица постную мину, она вам точно не соперница.

– Хм, думаешь? – покосилась она на сестру и, коснувшись ее локтем, добавила: – А парень прав. Почаще улыбайся, сестренка.

– Не дождетесь, – чуть приподняла та подбородок. – Пока не увижу их детей, во всяком случае.

– Всегда подготавливаешь пути к отступлению, Ата-тян? – хмыкнула императрица и перевела взгляд на Казуки: – Какой милашка. А ты знаешь толк в мальчиках.

– Митико… – поджала губы Атарашики. – Хотя – да, знаю.

– Приветствую, ваше величество, – поклонился Казуки во второй раз.

– Здравствуй, молодой человек. И? Чем же он тебя так привлек, Атарашики? – поинтересовалась императрица.

– Молод, ни с кем не связан, умен, верен, – пожала плечами Атарашики.

– И все? – приподняла бровь Митико.

– Ох, ваше величество, разве могу я желать большего? – иронично произнесла Атарашики.

Этакий легкий шлепок по рукам, мол, не лезь куда не просят, бывшая Аматэру. Уровень допуска у тебя уже давно не тот. Но в то же время Атарашики чуть ли не прямым текстом сказала, что да, есть и другая причина, и она важна. Типа, Казуки не так прост, как тебе кажется. Разумеется, додуматься до того, что Казуки Патриарх, Митико не могла – слишком уж мы редкие зверушки, да и в таком молодом возрасте Патриархи раньше не встречались. А вот заподозрить у парня талант к управлению бахиром должна была. Скорее всего, об этом она и подумала.

– А ты что скажешь? – спросила Митико, переведя на меня взгляд.

Наглость – второе счастье. Впрочем, она же Аматэру по крови, а нам вроде как приписывают некоторую долю наглости. В общем, Митико не сдалась и, воспользовавшись тем, что прямо ее никто не одергивал, зашла с другой стороны и обратилась ко мне.

– Он трудолюбивый и упорный, – пожал я плечами, улыбнувшись. – Да и посмотрите на него, разве можно упускать такие гены?

– И правда, – покачала она головой, приложив ладонь к щеке. – Такие милахи на дороге не валяются. А как трогательно он смущается.

Бедный Казуки, этак он психологическую травму по поводу своей внешности получит… Впрочем, плевать, слишком уж прикольно над ним издеваться. Главное, с этим не частить, а то привыкнет.

А дальше мы больше часа разговаривали ни о чем. Казуки в этом практически не участвовал и подавал голос, только если его о чем-то спрашивали или интересовались мнением. Впрочем, под конец он все же смог расслабиться и уже не сидел, будто кол проглотил. Когда все начиналось, я думал, будет скучно, однако ошибся. Оказывается, Митико любительница подколоть собеседника, но про меня-то она мало что знает, а вот Атарашики досталось. Я, например, узнал, что старшая Аматэру автор нескольких женских романов. Ответка прилетела тут же:

– Ну это всяко лучше, чем «Яху, сотый уровень!» – согнула она в локте руку и дернула ее вверх-вниз.

– А что за романы? – поинтересовался я.

– Только для женщин, – строго ответила Атарашики. – Узнаю, что искал, выколю глаза.

– Я тебе потом на почту ссылки скину, – с удовольствием пообещала императрица.

– Митико! – воскликнула Атарашики.

– О да, – прикрыла та глаза. – Это лучше, чем сотый уровень.

– Может, мне сказать твой логин в Интернете? Пусть поищет, посмотрит, о чем там императрицы в комментариях пишут. И где.

– Ну раз Ата-тян не хочет, то и ладно. Кстати, я слышала, новый спектакль в твоем театре будет ставить Оноэ Кикугоро, – съехала с темы Митико. – Неужто старик еще в деле?

И все в таком духе. Была упомянута и неряшливость Атарашики, и затерроризированный сын Митико (правда, чем именно, остается лишь догадываться), и любовь Атарашики к животным (чего мной лично замечено не было), и почти случившийся пожар во дворце. В общем, старушки отжигали. Пыталась Митико и над нами с Казуки поприкалываться, но про нас она ничего не знала. Меня она прощупать так и не смогла, но вот моему воспитаннику с его стеснительностью все-таки досталось. Так-то Казуки смутить сложнее, чем обычного парня, но не в тот момент, когда его выстебывает целая императрица.

– Ладно, старушка, – произнесла в какой-то момент Атарашики. – Ты еще не забыла, зачем сюда приехала?

– Мм? – скосила на нее взгляд Митико, делавшая в этот момент глоток чая, и, изобразив задумчивый вид, добавила: – Хм…

В общем, скомандовав пятнадцатиминутную готовность и забрав с собой сестру, Атарашики удалилась вглубь дома.

– В уборную сходи и выходи во двор, – произнес я, вставая из кресла.

В отличие от меня… Хотя лучше сказать, что только я за эти почти полтора часа не вливал в себя чай литрами. А больше всех этим злоупотреблял Казуки, видимо чтобы занять руки и не чувствовать себя совсем уж безмолвным болванчиком.

Число охраны с нашей стороны было уменьшено, собственно, мы с Казуки ехали в одной из таких машин, изображая ту самую охрану. И это, пожалуй, все, что мы могли сделать, чтобы сохранить в тайне истинную цель нашей поездки. Да, Атарашики попросила императора оставить в секрете, что род приобрел нового члена, но попробуй тут сохрани тайну, когда императрица с сестрой и с кортежем из семи машин и двух вертолетов едут в Хранилище. И это не считая охраны на обычных авто, изображающей простых обывателей, едущих по своим делам. Хоть дорогу перекрывать не стали, и то хлеб. Жены императора – личности куда как более приближенные к нему, чем даже дети – кроме разве что наследника. И так везде, к слову. Муж с женами – одно целое в социально-традиционном плане. Дети вырастают и начинают свою жизнь, а жены остаются с тобой до конца. Из-за всего этого Митико просто не могла приехать к нам тайно, точнее, без толпы охраны и показа своего статуса. Впрочем, император достаточно хитро напустил туману и пару раз оговорился, что эти бабы совсем башкой тронулись. Минимум информации, максимум тумана по отношению к истинной цели поездки. Лично я скорее подумал бы, что сестры поехали бухать туда, где их точно никто не спалит. Ну или что-нибудь такое же невероятное. Если уж император пальцем у виска крутит… Кто-то наверняка начнет подозревать, зачем именно они туда едут, но доказательств не будет. Что наш особняк, что территория Хранилища защищены от подглядывания очень хорошо. Хранилище, естественно, даже лучше. Так что увидеть, как мы с Казуки садимся-выходим из машин, никто не должен. Ну да ладно, нам лишь бы Нагасунэхико не спугнуть, остальное ерунда. По большому счету и это – лишняя перестраховка.

По приезде оставили охрану за пределами храма – жрецы вообще крайне негативно относятся к вооруженным людям на своей территории. Пройдя в пещеру, выполняющую роль прихожей, коридоры, помещения и песчаные двери самого Хранилища, наконец оказались внутри своей личной ячейки.

– Давненько я тут не была, – заметила Митико. Казуки тоже с любопытством оглядывался. – А вещичек-то поменьше стало.

Как по мне, в комнате и так было мало места, а ведь маленькой ее не назовешь. Что же тут раньше творилось?

– Но все основное на месте, – произнесла Атарашики.

– Ну… я, честно говоря, и не знаю, что тут основное, – пожала плечом Митико.

Что и неудивительно, все же она была не из главной семьи и объяснять, что здесь к чему, было незачем. Повезло, что вообще сюда водили.

– Присаживайтесь, – махнула рукой Атарашики в центр комнаты, где как раз лежали две подушки.

Митико переспрашивать не стала, а вот Казуки немного застопорился – подушек-то всего две. Легонько подтолкнув его в спину, отошел в сторону – сейчас я здесь всего лишь зритель.

– Не тушуйся, – прошептал я ему. – Все будет хорошо.

Достав нужные предметы и кинув на пол еще одну подушку, стопка которых лежала в углу комнаты, Атарашики опустилась на колени между Митико и Казуки, расположив артефакты перед собой. Подушки, кстати, лежали как раз рядом с той тумбой, где хранились нужные для ритуала вещи.

– Камень бери в правую, – напомнила Атарашики парню.

После чего положила руки на колени и, выпрямив спину, застыла. А вот Митико, наоборот, зашевелилась. Повязав красную ленту себе на правую руку, второй конец точно так же повязала Казуки. После чего, уколов себе и ему пальцы на левой руке, положила спицу на пол и произнесла: