Текст книги "Бесконечная жизнь полная бесконечной похоти (СИ)"

Автор книги: Никита Кита

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 26 страниц)

– Что было на мне в нашу первую встречу⁈ – резко выдала девушка.

Вейгер удивился такому вопросу, но быстро отыскал в воспоминаниях внука нужный фрагмент.

– Э-м-м-а… Ты была в зелёном кафтане до колен. Стандартный кошачий боевой наряд. И-и… – перерожденец поводил пальцем в районе своего живота – Там, где тебя ранили, было большое кровавое пятно. А к чему этот вопрос?

Синевласка пыхнула воздухом из ноздрей и сжала губы.

– Мне нужно удостовериться, что ты, это ты, а не какой-нибудь злой дух притворяющийся Вайтраном.

Мужчина хмыкнул и покрутил головой. А ведь он и правда в какой-то мере дух притворяющийся Вайтраном. Но он в то же время и есть Вайтран, ведь обладает его памятью и телом. В своё оправдание старый воин сказал:

– Тебе легче поверить, что я злой дух, чем в то, что я умею драться. – тон у него был слегка обиженный.

Шанхаята поменялась в лице, подобрела, смутилась. Всё-таки она была ещё очень молода, наивна, и легко поддавалась манипуляциям.

– Если ты так силён, почему ты не вождь?.. – тихо проговорила котолюдка, опустив грустные глаза вниз – И зачем тебе я…

Парень по доброму улыбнулся. Старого вояку внутри него забавляли эти детские игры, под названием «кто на кого обиделся?». В отличии от волчиц, кошка казалось более цивилизованной и больше походила на людских девиц. Кошачье племя, в целом, развивалось явно быстрее волчьего. Вполне возможно, в грядущих столетиях оно встанет наравне с другими великими народами Драугфага.

– Я же говорил, что мне не хочется жить по законам Занзидара.

Тут самец таки решился прикоснуться кончиками грязных пальцев к ладони сжимающей лук.

– Мы с тобой организуем своё племя. Или найдём общину, которая примет нас такими, какие мы есть.

Красавица подняла милые глазки и посмотрела на возлюбленного с таким выражением, будто просит: «обними меня, пожалей, поцелуй».

– Мы сделаем свою общину. – негромко ответила она.

Волк улыбнулся ещё шире и утвердительно покивал. Синевласка продолжала просительно пялиться на него и, спустя небольшую паузу, сказала:

– Надо тебя помыть.

Юноша, не снимая широкой улыбки с лица, поднял кисть к её голове и самым кончиком когтя провёл вдоль волосин в синем локоне.

– Моя девочка… Хочешь целоваться и обниматься?

Девушка быстро покивала и мило протянула:

– Угу-у-м.

Что же, на меньшее мужчина и не рассчитывал. Он знал что молодой организм возьмёт своё и сподвигнет девицу к пошлым действиям этим вечером. Но это всё ещё не означало, что она ему даст. Ведь они до сих пор не преодолели рубеж поцелуйчиков и обжиманий. А для такой влюблённой пары, первое соитие всегда является чем-то особенным. Чем-то слегка запретным, пока оба не изъявят взаимное согласие. Всё потому, что попытка взять желаемое насильно, может разрушить тонкую и ранимую связь искренней любви. Она пошла на многое, ради него, покинула родное племя, доверила свою жизнь в опасном мире. Теперь он действительно обязан быть для неё лучшим и чтить её право дать отказ.

– Сходим к реке. – ответил Вайтран – Но сначала, давай заглянем в логово местного вождя. Символ на его морде меня обеспокоил.

– Что за символ? – сразу поинтересовалась Шанхаята.

– Точно не скажу, но слышал подобные носили слуги Чантрахара Бессмертного. – увилисто ответил перерожденец.

– А-а… – что-то поняла девушка – Слышала о таком. Вроде как его давно убил какой-то известный арханурец. Не помню имени, как-то на В-э…

– Вейгер Брод. – подсказал парень.

– Точно, что-то такое. Ну и какое нам дело до этого давно убитого Чантрахара?

– Могущественные демоны имеют свойство восставать из мёртвых. По разным причинам. – спокойно объяснял волколюд – Например, Чантрахар обладал призмой Айртрана Всеведущего. Это очень могущественный артефакт, и кто знает, что он с ним намудрил. Да и не зря у него прозвище Бессмертный. Если он воскрес и решил вторгнуться в Забытые Земли, то у Авайнора и всех местных народов большие проблемы.

Котолюдка с подозрением посмотрела на возлюбленного.

– Вайтран… Ты кто такой? – недоверчиво спросила она – Откуда в тебе все эти знания и навыки боя? Я пропустила момент, когда в Занзидаре открыли первую академию?

Юноша хотел ответить, но партнёрша его перебила, продолжая свою мысль.

– В первую нашу встречу ты был совсем другой. Я с трудом тебя узнаю. Ты мне случаем не врёшь⁈

«Конечно вру, а если расскажу правду, сегодня мне тебя ни при каких условиях не отыметь!» – сердито подумал старый воин. Ну а сказал вот что:

– Теперь, когда я воочию увидел твою преданность в бою, думаю можно тебе рассказать. Отныне между нами не будет никаких секретов…

Самец выдержал паузу, изображая моральное усилие над собой.

– Ты ведь уже заметила, что мои клыки гораздо короче, чем у других волков.

Красавица медленно и напряжённо кивнула.

– Если говорить точнее, их просто нет. – продолжал кобель – У меня зубы обычного человека и это не случайность. Всё дело в том… Что Вейгер Брод мой родной пра-пра-прадед.

Брови синевласки поползли вверх, зелёные глаза округлились. Её милый ротик, запинаясь, изрёк лишь одно слово:

– Ч-что?

– Волколюдки сношаются с любым существом, которое победит их в честном бою. – уверенно говорил перерожденец – Так уж вышло…

– Что Вейгер Брод трахнул волчицу из Сапфирового Леса? – язвительно перебила его Шанхаята и улыбнулась – Ты ведь сейчас шутишь? А я почти повелась…

– Нет! – строго отрезал Вайтран – Во-первых я не шучу. Во-вторых, мою бабку сношал не Вейгер Брод, а его правнук по имени Бёрк. В Занзидаре эту историю не любят распространять. Победа человека над волчицей, в некоторой степени, позор для племени. Но против обычаев никто не идёт. Традиция скреплена сильными чарами.

Увидев на лице девушки растерянность, он дополнил свои слова.

– Именно поэтому мне известно так много. Эта история передается в нашем роду из поколения в поколение, как и превосходные навыки боя.

И тут перерожденец не соврал. Он лишь слегка не договорил, каким образом всё это передается…

Кошка задумчиво нахмурила бровки, склонила уши и поглядела куда-то в сторону. Когда она вернула взгляд на заляпанное кровью лицо, выражение её смягчилось.

– Вот почему ты у меня такой необычный. – добродушно проговорила синевласка и ласково прикоснулась к щеке парня, не боясь испачкать ладошку.

Вейгер коротко кивнул и улыбнулся. У себя в голове он ликовал от того, что ему удалось убедить наивную девчонку.

– Пошли за мной. – сказалл он и направился к Большой Куче в центре орочьего лагеря.

Шанхята молчаливо повиновалась. Ей требовалось время, чтобы всё обдумать и выстроить линию поведения, с учётом новых фактов о возлюбленном. Похоже она начинала понимать, что связалась не с простым пещерным дурачком.

Вместе парочка подошла к хлипкой, сплетённой из рогоза и закрепленной на верёвочных петлях двери. Такая не смогла бы остановить и ребёнка. Скорее всего, она служила только, чтобы прикрыть помещение от взора снаружи.

Вайтран, не церемонясь, разломал створку и отбросил её. Войдя внутрь, они ощутили всю палитру ароматов орочьего логова. Смрад стоял такой, что зверолюдам с их чувствительным обонянием пришлось прикрыть ноздри. Тусклый предзакатный свет проникал через дверной проём и обрисовывал очертания разных предметов интерьера, а также сложенного грудами хлама, полезность которого была ведома лишь прошлым хозяевам.

– Хэль-на-хута… – промолвил во тьме тонкий дрожащий голосок.

Слова прозвучавшие на неизвестном языке привлекли внимание пары зверолюдов. Что интересно, Вейгер тоже не знал их значения. Хотя в изначальной жизни ему доводилось слышать и частично изучать даже очень редкие наречия окраинных народов.

Шанхаята насторожилась и вложила стрелу в лук. Вайтран не был таким подозрительным и спокойно пошёл на голос. Приблизившись к тёмному углу, он различил силуэт какого-то человекоподобного существа, лежащий на полу. Волк склонился над ним, всматриваясь и принюхиваясь.

– Зверь… – долетело до слуха тихое слово на волчьем языке, произнесенное нежным женским тембром – … ты пришёл съесть меня или спасти?

Сильный акцент свидетельствовал о том, что говорит не волчица. Манера речи также не походила и на говор котолюдов.

– Кто-бы ты не был, выходи на свет и без резких движений! – грозно выпалила синевласка.

Она уже натянула тетиву и прицеливалась.

– Не могу… – просипел тихий голосок.

Парень аккуратно провёл пальцами вдоль лежащего тела, от головы до щиколоток. Ощутив прикосновение острых когтей, существо вздрогнуло. Перерожденцу же удалось выяснить, что незнакомка связана веревками в трёх местах и одета в грязное рваное тряпьё. Он догадался, что это пленница болотного племени.

– Хаята, опусти лук. – приказал занзидарец, не оборачиваясь.

Сам он просунул лапы под связанное тельце и поднял его, удерживая под ноги и спину. Тактильные ощущения подсказали, что у него в руках тощая, не очень крупная девушка. С ней самец направился на выход.

Снаружи, в свете уходящего дня, он окинул взглядом свой «живой трофей». Это оказалась юная светловолосая эльфийка с необычайно большими голубыми глазами и длинными закрученными дугой ушами. Её измождённый вид говорил о том, что в плену ей довелось перенести многое. Расцарапанная грустная мордашка осунулась от недоедания. Полуголый торс едва прикрывала слежавшаяся, пропитанная грязью тряпка. Стянутые узлами в коленях и щиколотках босые ножки были покрыты ссадинами и синяками. Некогда шелковистые золотистые локоны потемнели и слиплись. Усталый взор уставился в лицо Вайтрана и, не отрываясь, смотрел в него с надеждой.

Несмотря на все жуткие детали, парень не мог не отметить, что пленница невероятно красива. Будучи Вейгером Бродом, он не раз спасал прекрасных девиц из заточения, поэтому для него сложившаяся ситуация была привычна и не лишена корыстного умысла. Не зря же он тут рисковал здоровьем в ожесточённом сражении…

Волколюд бережно положил эльфийку на землю, в стороне от истерзанного трупа вождя и взмахами когтистых лап распорол все канаты на её конечностях. Девушка наконец свободно разлеглась и потёрла пальцами красные полосы на запястьях. После этого она подняла в темнеющее небо отрешённый взгляд и тяжело вздохнула. Бедняжка искала в себе силы повторить вопрос, ответ на который определит её дальнейшую судьбу. Самец поспешил успокоить несчастную и заговорил первым:

– Успокойся, теперь ты в безопасности. Пока я жив, никто тебя не тронет.

Незнакомка отреагировала необычайно бойко. Она бросилась занзидарцу в грудь, крепко обняла его за шею и громко эмоционально разрыдалась.

– Спасибо тебе зверь! Спасибо тебе! Спасибо! Ох-х…

Понимая, что за ними наблюдает Шанхаята, Вейгер медленно возложил ладони на спину освобождённой пленницы. Он хотел вызвать у хвостатой партнёрши небольшую ревность, поэтому не отстранял эльфийку, невзирая на вонь и кровищу. Но вот, ушастая девушка самовольно перешла к более непристойным действиям. Она вдруг начала целовать волка в щеку, скулу и шею. И с каждым разом поцелуи эти становились более вульгарными и напористыми. Перерожденец сразу понял намёк на желание незнакомки отплатить спасителю натурой. Возможно, подобным образом она также пыталась дополнительно обезопасить себя. Мол, я готова тебе отдаться, только не бросай меня и не ешь.

Когда ладони эльфийки уже поползли к набедренной повязке занзидарца, о себе напомнила котолюдка. Она подошла сзади и несильно стукнула дугой лука светловолосую девушку по лбу.

– А ну, отлипла от него, ушастая, а то обратно свяжу. – сердито проговорила синевласка.

Лёгкий удар отрезвил бывшую пленницу и вынудил остановиться её шаловливые ручки. При этом она не спешила выполнять указание и отлипать от груди самца, а лишь угрюмо глянула на конкурентку. Старый мужчина уловил напряжение нависшие в воздухе и осознал, что эльфийка сейчас предоставила окончательный выбор ему. На чью сторону встанет Вейгер и кого предпочтёт?

Мудрый воин выровнялся, оставляя трофейную любовницу сидеть на траве. Он сделал пару шагов вбок, занимая нейтральную позицию между двумя девушками, после чего произнёс:

– Пока я тут дрался, то заметил стол с кучей свежего мяса. Предлагаю перекусить.

Том 1

Глава 4. Запретная любовь (часть 7)

Полевая харчевня орков представляла из себя четыре деревянных стола, поставленных под тряпичный навес. На кривых исцарапанных столешницах расположились огромные грубо обтёсанные столовые приборы. Большая часть кухонной утвари валялась то тут, то там, беспорядочными грудами. Среди куч мало полезного хлама не находилось скамеек и табуретов. Вместо них лежали длинные, отполированные задницами брёвна.

Волколюд, который уже ориентировался в орочьем логове, как в родном доме, первый дошёл до кухни и поманил к себе своих спутниц. Пока котолюдка и эльфийка усаживались, он копался среди мисок, котлов, кружек и искал в них, что-нибудь съестное. Часть припасов вынесли сбежавшие зелёноголовые, но что-то, так или иначе, должно было остаться. При помощи звериного обоняния ему удалось найти кувшин с травяным отваром, вполне пригодным для употребления, и несколько крупных ломтей жареного мяса, спрятанных в стопке корзин.

Недовольная Шанхаята, не дожидаясь никого, сняла с пояса сушёную рыбу и принялась жевать её в одиночку. Надменный взгляд кошки и отсутствие желания поделиться пищей, говорили о нарастающей внутри неё обиде. Вейгер, пока не обращал особого внимания на козни синевласки и продолжал гнуть свою линию. Он разложил найденную еду на столе, взял три громоздкие кружки и разлил между ними пахучую жидкость, вынул из ножен ухо и приготовился нарезать мясо.

Заметив переливающиеся сияние лезвия, сидящая напротив эльфийка дёрнулась и уставилась на кинжал.

– Откуда у тебя это оружие⁈ – тревожно спросила она.

Зверолюды синхронно посмотрели на незнакомку. Вайтран медленно отвёл клинок в сторону и уточнил:

– Ты про этот кинжал?

Ушастая девушка, не убирая глубокой обеспокоенности с лица, быстро закивала головой.

– Я нашёл его на теле убитого орком эльфийского юноши. – спокойно проговорил волк.

Стоило ему это произнести, как и без того грустная мордашка эльфийки скривилась в сильной печали. Светловолосая красавица закрыла нос ладонями и горько заплакала. Даже ревнивая Шанхаята при виде такого поменяла своё обозлённое выражение на сочувственное.

Пока бедняжка давилась слезами, парень продолжил, как ни в чём не бывало, распределять между троицей порции пищи. Наконец и он сам уселся на бревно, тут же жадно впиваясь зубами в кусок мяса. После сегодняшних приключений, самец сожрал бы и целую тушу за раз. Но людская половина организма и людсая тричетвертина сознания удерживали его от того, чтобы наброситься на выпотрошенного оленя, лежащего на соседнем столе.

Вскоре рыдающая незнакомка немного успокоилась и потянулась крошечными ручками к массивной кружке с отваром. С трудом отсербнув пол глотка, она потупила грустный взгляд в мясной ломоть со слегка подгоревшей тёмно-коричневой коркой. Вейгер внимательно рассматривал её, подбирая момент, когда можно обратиться. К котолюдке, тем временем, на лицо вернулись лёгкие черты недовольства.

– Как тебя зовут? – поинтересовался волк.

– Визи. – тихонько сказала эльфийка, так что собеседники сперва её даже не расслышали.

– Ви-и-зи-и? – переспросила хвостатая лучница.

– Ви-и-зизи. – более уверенно подтвердила златовласка.

Старый воин удручённо вздохнул. По одному виду освобождённой он понимал, какие ужасы ей довелось перенести. Ему было безмерно жаль это безобидное слабое существо, но большего для неё он сделать уже, увы, не сможет. Хотя бы спас из лап кровожадных монстров, и то хорошо. Теперь ему остается выяснить некоторые важные детали, а дальше придется целиком вернуться к вопросу перерождения. Нехорошее предчувствие засевшие в глубине души, намекало, что затягивать с зачатием наследника не стоит.

– Ну, Визи, рассказывай, – медленно и с расстановкой начал проговаривать кудлатый юноша – откуда ты родом, как попала сюда, что тебе известно об этих зелёных тварях, что они с тобой делали, что за кинжал я подобрал, слышала ли ты что-нибудь о Чантрахаре Бессмертном, какие силы орков находятся поблизости? Также, возможно, у тебя есть какие-то полезные сведения, вне заданных мной рамок, которыми тебе не жаль поделиться с нами.

Шанхаята снова глянула на возлюбленного с подозрением и тревогой. Больно заумно он разговаривал, для запомнившегося ей дикаря. Визи, в свою очередь, оставалась погруженна в личную печаль и угрюмо водила дрожащими пальчиками по шершавой древесине. Она не спешила отвечать на заданные вопросы. Вайтран дал ей время собраться с мыслями, а сам продолжил жадно пожирать холодное подгоревшее мясо. Котолюдка ещё немного покусала твердую сухую рыбу. Потом всё-таки отбросила обиды и набросилась на пищу поданную волком.

Эльфийка осмотрелась по сторонам, поёжилась от вечерней прохлады и вдруг, резко приложилась к кружке, заливая в себя разом три объемных глотка. Также резко она отняла толстый ободок от потрескавшихся синеватых губ и закашляла. Затем последовали глубокий вздох и начало её истории:

– Кинжал прозванный ухом у моего народа не редкость. Такой был у многих эльфов, но в моем поселении с подобным именем клинок лишь у моего брата…

Ушастая девушка замолчала, упираясь уставшим взглядом в столешницу. Чуть погодя, она продолжила:

– Мой милый младшенький братик… Какой же ты дурак…

И снова на очаровательных голубых глазах проступили слёзы, а миловидное раскрасневшееся личико скривилось. Вейгер мог бы поубеждать бедняжку, что, быть может, погибший юноша это и не её брат вовсе, но у него не было времени на долгую беседу. Перерожденец неожиданно шлёпнул ладонью по столу и настойчиво произнёс:

– Нам нужно отсюда уходить. Говори быстро всё что знаешь.

Такой настрой волка вызвал на лице синевласки улыбку. Она одобряла его жёсткость по отношению к потенциальной сопернице. Визи же приняла шлепок на свой счёт, бросила на самца испуганный взгляд и вся сжалась. Этот страх помог ей справиться с эмоциями и начать говорить то, что требовал от неё освободитель.

– Я живу далеко на север отсюда, в краю под названием Тихолесье… М-мы… – запнулась на полуслове эльфийка.

– Что за поселения у вас там? – помогал ей Вайтран – Город? Деревня? Сколько населения? Сколько воинов?

– Поселение у нас большое. Эльфов много. – растерянно отвечала девушка, не до конца понимая смысл вопросов.

Парень, в свою очередь, старался направить её мысли в нужное русло.

– Тогда почему ты здесь, а не под защитой множества собратьев? – спросил он.

Взволнованный взор прекрасных глазок забегал по сторонам. Визи в панике искала в голове нужные сведения, чтобы не злить зверолюда.

– Я-я… Я пошла собирать ягоды в материнскую рощу. Там они набросились на меня и уволокли. Я не знаю, что с моим поселением. Не знаю, что с моим братиком! Наверное он пошёл спасать меня. Он ведь у меня такой!.. Пошёл один, не дожидаясь никого!

– Тебя уволокли, что было дальше⁈ Что с тобой делали⁈ Что ты видела⁈ – уже более грубо расспрашивал волк.

– Я… Я плохо помню… – фразы эльфийки обрывались тяжелыми вздохами – Меня связали и долго несли с мешком на голове… Потом везли в тележке… Потом… Через дня три меня положили на каменный стол. Я думала хотят принести в жертву… Меня много били, чтобы я успокоилась и не слазила… Приложили, что-то холодное и колючее к спине. После этого я упала в обморок. А когда очнулась, первый же орк принялся меня насиловать…

Тут оба зверолюда испытали искреннее удивление и даже переглянулись.

– Ваш народ не под защитой чар Авайнора? – первее напарника спросила Шанхаята, внимательно следя за мимикой златовласки.

– Под защитой. – кивнула та и поспешила объясниться – Сексуальное насилие над эльфийками насылает страшное проклятие. Всё как у остальных гордых народов Забытых Земель. Но… Меня насиловали очень много. Очень… И здесь, в этом логове, в том числе… Мне кажется, проклятие ни на кого из них не подействовало.

Вейгер больше ничего не спрашивал. Он подорвался с бревна, перескочил через стол и встал напротив скукожевшейся остроухой девчонки. Дальше мужчина, не церемонясь, задрал вверх тряпьё на её теле, оголяя тощую спину. Там, на бледной гладкой коже эльфийки, отметился витиеватый символ, изображённый широкими фиолетовыми полосами. На мгновение перерожденец застыл, вытаращив глаза на этот знак. Он оказался известен ему из практик демонической магии.

Дальнейший ход мыслей был прост, как дважды два. Объявился демон способный подавлять чары древнего друида. Объявились орки с татуировками Слуг Чантрахара. Других выводов быть не могло – бессмертный колдун возвратился, после того, как легендарный воин самолично рассеял его прах по ветру.

Человек в теле волклюда медленно опустился на бревно, опустёшенно глядя на древесные верхушки выглядывающие из-за забора. Узнать, что один из твоих злейших врагов вернулся с того света, само по себе сильный удар. В ситуации же Вейгера, это ещё и дополнительные риски, связанные с его пленением Призмой. Кто знает, какой властью над душой арханурца сможет обладать Чантрахар, в случае чего?..

«Теперь я просто обязан, как можно скорее встретиться и посоветоваться с опытным чародеем.» – подумал бывший полководец. – «Мое положение ухудшилось. Айртран, ойров ты сын… Надеюсь ты всё хорошо продумал, и я не стану марионеткой в руках того, с кем боролся десять лет!»

Шанхаята собиравшаяся снова обидеться, из-за того, что возлюбленный беспардонно раздевает постороннюю девку, заметила, что волк выпал в осадок. Вместо предъявления упрёков и обид, она решила подойти к нему, положить руку на плечо и заговорить сочувствующим голоском:

– Что случилось?

Вейгер не услышал вопроса. Он прокручивал в голове возможные варианты действий, а в такие моменты отвлечь его можно было только прямым нападением. Тряпки на торсе златовласки сползли обратно и накрыли демонический символ. Чтобы разобраться в происходящем, котолюдке пришлось повторно их задрать. Увидев странную отметину на спине эльфийки, хвостатая девушка снова обратилась к партнёру.

– Вайтран, что это такое?

Но самец продолжал пребывать в трансе и не реагировать на вопросы. И вот о чём он размышлял:

«Как только я задумываюсь об отложении зачатия наследника у меня непроизвольно кровь стынет в жилах. И чем ближе ночь, тем сильнее это пугающее ощущение. Намёк от призмы становится всё менее прозрачным… Значит нужно как можно скорее, любым способом обрюхатить доступную самку… И так, что я имею? Доступных самок у меня всего две. Шанхаята не очень горит желанием заняться любовью по взрослому. Над ней придется совершать насилие, как минимум моральное, а как максимум и физическое. Но я противник таких шагов, не хочу опускаться на дно ради спасения собственной шкуры. Ещё есть эльфиечка, стройная, привлекательная, милая, немного потасканная, но на всё согласная. Чтобы обрюхатить её, придется разругаться с любимой девушкой внука. То есть разрушить любовь, ради которой он покинул собственное племя. С моральной точки зрения, тоже не лучший вариант. Но, в то же время, я, как старший муж рода, могу сказать, что Чачаунор ещё молод, глуп и самонадеян, и что вся их любовь-морковь быстро разобьётся о суровую реальность. Какова цена любви, этих юных, неокрепших умом дикарей? Не думаю, что слишком велика… К тому же, их отпрыск, в чьё тело я перемещусь, будет неведомой зверушкой, химерой-котопсом, отщепенцем, который обречён стать изгоем в любом обществе. И поселится он в каком-то диком, забытом богами лесу… Не-е-ет, так я с добротным чародеем не встречусь… Что касается эльфов, они, насколько я знаю, народец не дурной. Даже эти, дикие, судя по одежде и оружию погибшего юноши, довольно развитые и владеют магией. Лучше я буду наполовину эльфом, чем непонятным зверолюдом, непризнанным даже в самой захолустной и отсталой общине. Да и как отреагирует Авайнор на кровосмешение ещё неизвестно… В общем, решено! Прости Хаята, но сегодня я разобью твоё хрупкое девичье сердеч…»

И тут Вайтрана скрутило не по-детски! На мгновение он ощутил себя так, словно раскалённый лом вонзился ему прямо в сердце! Парень дёрнуся вперёд, хватаясь за грудь и отталкивая синевласку. Уже через секунду, боль исчезла, а перерожденцу, откуда ни возмись, в голову прилетело осознание – эльфийка больше не может иметь детей, после всего, что с ней сделали.

Тогда у него отпали последние сомнения. Призма не просто намекает или подсказывает ему. Она угрожает! Если ты, Вейгер Брод, попытаешься отойти от намеченного плана, попытаешься обрюхатить женщину, которая не может забеременеть, тебе будет плохо! Очень плохо!

– Да что с тобой такое, Вайтран! – громко выпалила Шанхаята и схватила напарника за плечи. – Тебя прокляли⁈ Скажи мне честно! Если эта сука что-то сделала с тобой, я её!…

– Я ничего не делала! – пропищала Визи, отодвигаясь в сторону.

– Нет! – поспешил ответить ошарашенный мужчина, пока не дошло до драки.

Перерожденец подскочил с бревна, вытянулся в полный рост, посмотрел кошке в зелёные глаза и уверенно провозгласил:

– Всё нормально!

Поняв, что этого мало, чтобы в чём-то убедить проницательную девушку, он добавил:

– Живот просто скрутило, давно жаренного мяса не жрал. Уже отпустило…

Волк покрутил головой, ища в окружении повод, чтобы сменить тему. Ему попалась на глаза всё та же дрожащая наложница орков. Самец сразу и сообразил.

– Визи, ты наверное замерзла. Покуда ты свободна, ходить в драных лохмотьях больше не будешь. Давай найдём тебе одежду, а потом сразу на речку. Искупаемся!

Не дожидаясь согласия эльфийки, Вайтран сорвался с места и пошёл к ближайшему шалашу. Он притворился дурачком и проигнорировал возмущённый взгляд Хаяты. А сам подумал:

«Мне больше не интересен секс с освобождённой пленницей, но хвостатая об этом не знает. Она и не догадывается о моих настоящих проблемах. Для неё я обычный падкий на красивых молодух мужик. На этом и попробуем сыграть. Призма вроде не против, значит работаем с тем, что есть.»

Когда волколюд вернулся в харчевню, грустные девчонки молча жевали мясо. Дистанция на которой они сидели друг от друга, говорила о том, что дружбы в их маленькой компании не предвидится. Оно и не странно. Когда эльфийка полезла целовать своего спасителя, она подписала объявление войны.

Мужчина понимал, что сейчас испытывает потенциальная половая партнёрша. Не успела она отпереживать за его жизнь и здравие, как нарисовалась наглая конкурентка. И этим, конечно же, требовалось воспользоваться по полной, чтобы сломить её неприступность. Первым шагом, были ласковые обжимания на траве. Вторым шагом, нужно пойти ещё дальше. Но не слишком, чтобы не вызвать презрение.

Парень приблизился к столу, неся в руках тяжёлую и лохматую медвежью шкуру – довольно ценный трофей, который зелёноголовые так и не унесли впопыхах. Он положил этот массивный лоскут на столешницу и обратился к остроухой девушке.

– Ну-ка, Визи, подъём!

Не успела эльфийка отреагировать, как он взял её под руки, поднял с бревна и поставил на траву, на вытянутые ноги. Затем самец просто разорвал остатки драных лохмотьев на худеньком тельце, оставляя эльфийку стоять полностью голой. Бедняжка прикрыла ручками, что смогла, и испуганно простонала. Зрачки Шанхаяты стрельнули искрами от внутреннего напряжения. Ну а Вейгер не дурак – он и глазом не повёл, чтобы оценить прекрасные девичьи формы. Взор волка зафиксировался на лице златовласки, а с него плавно перешёл на подготовленную шкуру.

Вайтран аккуратно закутал Визи в меха и погладил её по бокам. От такой заботы милая мордочка девушки немного повеселела.

– Ну вот, – тихо молвил кудлатый парень, водя ладонями вверх-вниз – другое дело…

Он обернулся и встретился взглядами с котолюдкой. Многозначительное выражение её лица источало яркую ревность и недовольство. Требовалось как-то ответить ей на эту молчаливую претензию.

Самец приподнял одну бровь и сжал губы, изображая добродушное непонимание. Это ничуть не успокоило синевласку, но и не вывело из себя. Тогда волк развернулся и пошагал на выход. Он махнул рукой своим спутницам и сказал, не оборачиваясь:

– Девочки, за мной. Нам ещё нужно многое успеть перед сном.

Том 1

Глава 4. Запретная любовь (часть 8)

На пути к проёму в частоколе волк вспомнил, что Визи не такая дикая, как они с Шанхаятой, и что ходьба босыми ступнями по лесу может вызвать у неё сильный дискомфорт. Парень обернулся и взглянул на эльфийку закутанную в толстую лохматую шкуру. Она достаточно уверенно брела по стоптанной траве и, опустив голову, смотрела себе под ноги. Тогда Вайтран также вспомнил, что даже если захотеть, нормальную обувь здесь для златовласки не найти. На её маленькую, почти детскую, стопу, размер среди орочьих сапог и сандалий не подобрать. Поэтому самец быстро отвернулся, пока он не привлёк внимания девушек и не пришлось придумывать оправданий, чего это он на них пялиться.

Троица покинула недостроенный форт и вышла на поляну усеянную пнями и трупами добитых котолюдкой монстров. С неё они вошли в густую наполненную кусачей мошкарой чащу. Здесь темнело ещё быстрее, чем на открытом пространстве и Вейгер перешёл на быстрый шаг, тем самым намекая спутницам, что им тоже следует поторопиться.

Зверолюды молчали, ощущая осадок, после всех укоризненных взглядов, и не переходили на звериный бег, понимая, что длинноухая за ними не угониться. Ослабшая измождённая Визи взяла с собой ломоть жареного мяса и пыталась прямо на ходу отрывать от него куски зубами. Медвежья шкура постоянно сползала с её узеньких плеч, вынуждая красавицу отвлекаться и поправлять неудобное одеяние. Изредка, она наступала на острый камень или ветку, из-за чего подпрыгивала и шипела.

Едва поспевающая за спутниками эльфийка первая прервала всеобщее молчание:

– А где ваше войско? – растерянно спросила она.

Вайтран коротко глянул на неё через плечо и ответил:

– Мы и есть наше войско. Волк да кошка.

Настало время и Визи испытать удивление и недоверие.

– Кто же победил орков?

Вейгер внутренне ухмыльнулся и повторил свои слова.

– Волк да кошка.

– Вы вдвоём⁈.. Всех орков⁈ – поражённо вопрошала Визи, переводя взгляд круглых глаз с одного собеседника на другого.

– Волк в одиночку. – буркнула Шанхаята.

– Несогласен. – не оборачиваясь, возразил парень.

– Я ничего… – поспешила сердито открестится зверолюдка. Но самец её перебил.

– Сила воина исчисляется не количеством поверженных врагов. А его храбростью и доблестью. – бравурно заявил перерожденец.

Тут он таки обернулся и установил зрительный контакт с хвостатой напарницей. В полутьме её глаза сияли зеленоватым блеском, а элегантный девичий силуэт стал ещё более привлекательным и сексуальным. Юный волколюд ощутил, как забурлила кровь в жилах. В голову полезли мысли о чудных изгибах фигуристого тела. Недавние воспоминания восстановили картину двух гладких упругих ягодиц под коротенькой юбчонкой. Возбуждение отвлекло от боли, похлеще боевого ража.