Текст книги "Цертан (СИ)"

Автор книги: Ника Бойко

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 9 страниц)

– Ладно, только я спать не буду.

– Угу. – Промычал он укладываясь. Я вытянулась рядом, закинув руку под голову, и приготовилась дежурить.

Глава 9

Друзья познаются в беде, если, конечно, их удается при этом найти.

Мильмилиан

Храбрая малышка. Я улыбнулся, глядя на спящую девушку. Она так вымоталась, что уснула, едва опустив голову. Не каждый взрослый мужик способен пережить то, что выпало ей. Она совсем не воин. Боится любого шороха. Вон как ревела. Я хмыкнул, вспоминая, как ее организм избавлялся от накопленных эмоций. Но до чего ж сильная. Даже откат после использования боевой магии, стойко перенесла. Опустошила голову от всего. Конечно, она не знала, что нужно делать. И пусть за счет интуиции, но сделала все правильно. Удивительная девушка. Спрятала нас в лесу, сделала лекарство, обработала раны, перевязала. Еще и охранять собиралась. Готов поспорить на что угодно, что если бы я не очнулся, не позволила бы себе расслабиться. Так и сидела бы одна всю ночь. Я снова взял в руки локон этих загадочных волос… « От них одни проблемы». Конечно, она права. Ей всю жизнь приходится скитаться и прятаться из-за волос. Хоть мать как могла, обезопасила ее от уготованной участи, заперев ее силу, эти волосы всегда будут выдавать в ней темную. Вот кстати, еще одна загадка. Интересный щит на ней стоит. В случае опасности и повышенной эмоциональности, он открывает ей боевые заклинания. И ее тело само их контролирует, даже если она не понимает что нужно делать. Довольно сильная защита. Но, к сожалению ее, может оказаться недостаточно. Я сразу догадался, что Марику вычислили. Когда там, на дороге она занервничала, мне стало ясно, что на нее открыли охоту. Я ни на секунду не сомневался в ее ведьминском чутье. За все годы бегства, оно было отточено у нее на все сто. Правда она сама этого не понимала, но уверен это не раз спасало ей жизнь. Почему боги так долго прятали ее от меня? Ведь не трудно посчитать, что я начал ее поиски, как раз когда она только родилась. Если бы я нашел ее раньше, я бы смог уберечь ее от многих проблем. Но, не смотря на откровенную ненависть людей к темным, она все равно выросла такой наивной. И совсем не озлобленной на весь мир. Так сколько правды в тех легендах о темных ведьмах, которыми нас пичкали от рождения? Нет, к Марике они не имеют ровным счетом никакого отношения. Стоит только взглянуть на это хрупкое тельце, тонкие, словно веточки руки, чумазое лицо…. Боги, какая она грязная! А волосы-то как торчат! Я усмехнулся: та еще «злыдня». Да, у нее сильный характер. Не в ее правилах отступать от трудностей и отворачиваться от нуждающихся в помощи. Но она и сама в ней нуждается. Еще побольше некоторых….

Скоро рассвет. Нужно пойти проверить как там остальные. Я тихонько, морщась от боли, поднялся на ноги и побрел к повозке. Насколько можно было рассмотреть в темноте, я увидел, что на других были такие же повязки как на моей голове. Попробовал привести в чувство Верта, похлопав его легонько по щекам. О, чудо. Он замычал и качнул головой.

– Верт. Верт, ты меня слышишь? Давай парень, открывай глаза. Эй, ты еще не выполнил свой долг. Ве-е-рт. – Я снова его похлопал по лицу.

– Лин… это ты…?

– Я дружище. Давай, приходи в себя. Хватит расслабляться.

– Что произошло?

– Произошло то, что наша Марика нас всех спасла. Правда чуть сама не угробила, но это тема закрыта. Ясно?

– Я что-то тебя плохо слышу…. А что это у меня на голове?

– Не тронь. Это наши новые головные уборы. Марика меня заверила, что они в этом сезоне очень модные.

– Смешно. А если серьезно?

– А если серьезно, то это нательная сорочка Лиры.

– Демоны! – Он зашуршал, видимо ощупывая голову. – Лин, как это снять?

– Не надо это снимать. Она пропитана лекарством. Только благодаря этим повязкам мы не только живы, но и вполне почти дееспособны. Давай вылазь от туда, там места для больных.

– А я, по-твоему, здоров уже? – Заворчал этот громила.

– Да на тебе воду возить можно! Хватит ныть. Бери пример с нашей ведьмочки. Одна нас на себе ворочала и перевязывала, пока мы тут валялись.

– Ага. Сама же нас и повалила.

– Я сказал, эта тема закрыта. Еще раз услышу, язык отрежу. Шутка. Если бы не она мы бы сейчас были трупами. Эти выродки нас изрядно потрепали. Между прочим, твои другие раны тоже обработаны и наверняка уже почти затянулись.

– Лин прости… я не со зла. Конечно, я благодарен Марике. Кстати, где она сама?

– Спит. Слишком много сил нам отдала. Это у нее дежурство такое. – Я не сдержал смешок. – А у нас с тобой дружище дел по горло. Пора на охоту. Добытчики мы или как? – В рассветных сумерках я заметил, как улыбнулся мой напарник. Вот и отлично. Значит, он уже оклемался. Что ж, пора позаботиться о женщинах и детях.

Охота прошла удачно. Нам удалось добыть трех зайцев и двух куропаток. Пока Верт разделывал туши, я отправился осматривать больных. Лиру я привел в себя довольно быстро. А вот Сани никак не хотел к нам возвращаться. И как мы с Лирой не пытались ничего не выходило. Ему становилось хуже. Появился жар. Если бы не его слабое дыхание, я предположил бы худшее.

Ближе к полудню пришлось будить Марику, не смотря на то, что она еще совсем не восстановилась. Я еле сдерживал смех, глядя как она, смущаясь и краснея, пытается пониже отдернуть свое платье. Оно было необъятных размеров и норовило соскользнуть с плеч. А вот ободранная юбка открывала ее ноги, местами выше колен. У Лиры к слову наряд выглядел поскромнее. Чем ниже Марика тянула подол юбки, тем больше оголялись ее плечи. А когда она натягивала на них обратно платье, оно подпрыгивало вверх, совершенно бесстыдно оголяя ноги. Этот не равный бой забавно выглядел со стороны. Вот только я не мог придумать, чем бы ей помочь. Все что я смог предложить, это обвязать тело девушки повязками, удержав хотя бы верхнюю часть платья на месте. Она с благодарностью согласилась. Сняв свои повязки с головы, я попросил Лиру помочь мне справиться с новым нарядом Марики. Получилось совсем неплохо. Мы стянули талию девушки наподобие корсета. Но, несмотря на то, что наш корсет был, достаточно слабо стянут, чтобы не стеснять движений, Марика выглядела в этих повязках очень уж худой. Лира хмурясь, наседала на нее, заставляя съесть в одиночку, целого жареного кролика. Марика отнекивалась, говоря, что не осилит столько. И, положа руку на сердце, я тоже не понимал, где он может у нее поместиться. После долгих споров Лира сдалась. Но взяла с нее обещание, что Марика будет, есть по возможности не меньше шести-семи раз в день. На том и успокоились. После этого Марика ушла на ручей и вернулась умытая и посвежевшая.

– Лин, я волнуюсь за Сани. – Прошептала Лира, подходя ко мне из-за спины. – Я не знаю чем ему помочь. Может пора ей рассказать? – Мы не стали сразу говорить Марике о Сани. Но тянуть больше некуда. Она должна хотя бы с ним попрощаться.

– Думаю да. Она должна знать. Марика. – Позвал я. Она направилась ко мне. Я жестом указал на поваленное бревно.

– Присядь, нам надо поговорить. – Тонкие черные брови сошлись у переносицы.

– Что-то случилось? – Ну и как простите, сказать о таком, глядя в эти доверчивые глаза? Я опустил глаза, на мгновение, закрыв их рукой, и сделав глубокий вдох, выпалил: – Сани умирает. – Она побледнела, медленно вставая на ноги.

– И вы молчали? – И со всех ног бросилась к повозке. Мы кинулись за ней. В одном прыжке она перелетела через борт и упала на колени перед ребенком. Схватила его за руку, нащупывая пульс. Припала к его груди и на миг затаила дыхание. Потом быстро пальцами раздвинула ему веки, пристально вглядываясь в зрачки. Тут же снова вскочила, перемахнула обратно через борт и кинулась в лес. Мы как замороженные переглядывались друг на друга, стоя на одном месте. Эта бестия как ужаленная выскочила с другой стороны леса. Лира в испуге вскрикнула. Марика, не обращая на нас никакого внимания, носилась между нами, пальцами раскатывая что-то на внутренней стороне коры дерева. Затем снова вскочила в повозку, и принялась снимать с паренька рубаху, оголяя его грудь. Наконец справившись с одеждой, стала с силой втирать в грудную клетку какую-то коричневатую массу, и что-то при этом шепча. На груди у Сани заклубился сизый дым. Марика резко втянула в себя воздух. И не убирая рук, откинула голову назад, глядя широко открытыми глазами в небо сквозь ветки деревьев. Мы все на равнее с ней затаили дыхание. Прошла минута… две…. Наконец она медленно выдохнула воздух из легких и почти упала на грудь Сани. Лицо скрыли волосы, и было трудно сказать что-либо о ее состоянии.

– Марика. – Я рискнул подать голос. Марика вскинулась.

– Глупцы! – Она обвела нас по очереди яростным взглядом. – Своим молчанием вы чуть не угробили ребенка! Почему вы сразу мне не сказали? Лира… ты же знала, что моя мать была лекарем! Ты знала, что я умею готовить лекарства! Так почему? Я едва успела. – Уже шепотом закончила она. На душе было мерзко. Ужасные мысли заполняли голову. Сознание гнало их прочь, но они упорно ползли и ползли. И тут еще более тихий шепот: – Простите. Это не ваша, а моя вина. Я не должна была засыпать…. Я должна была раньше обратить внимание…. Я позволила усталости взять верх. Мама никогда бы так не поступила.

– Перестань Марика. В этом нет твоей вины. Мы действительно повели себя безрассудно. Боялись, что ты сломаешься. Стыдно признаться, но никто из нас и не вспомнил о твоем даре. Мы пустили в свои сердца горе, которое затмило и разум. Не ты, а мы должны просить прощения Марика. И у тебя, и у Сани.

– С ним теперь все будет хорошо. После того как я оглушила его, у него началась лихорадка. Так бывает, когда сознание надолго покидает мозг. После такой лихорадки почти невозможно вернуть сознание обратно. Я забрала себе его хворь.

– Но Марика…!!!

– Нет, не волнуйтесь. Я не заболею. Я чувствую, как она распадается на множество частиц внутри меня. Они сгорают. Я никогда ранее ничего подобного не делала. Ну, хватит об этом. Теперь все позади. Лин скажи, когда мы выдвигаемся?

– Чем раньше, тем лучше. – Произнес я.

– Хорошо. Тогда можно я посплю? Я себя не очень хорошо чувствую.

– Марика, ты уверенна, что не заболеешь?

– Уверена. Мне просто нужно восстановить силы.

– Конечно. Мы не будем тебя тревожить. Спи. – Она тут же завалилась на бок рядом с Сани и закрыла глаза. В следующий миг ее дыхание выровнялось, а мышцы лица расслабились. Она спала.

Глава 10

Главный закон оптимизма: если хуже не бывает, значит это к лучшему!

Марика

Ой, ма-а-ть. Кто придумал утро, и назвал его добрым? Да что ж так темечко-то болит? Рой там что, решил на рике⁶6
  Рик – маленький рамочный барабан, с пятью парами цымбал.


[Закрыть] поиграть? В голове звенело и стучало. Я пошевелилась. Еще хуже.

– Очнулась! Она очнулась. – Сани! Хвала богам, живой! Я попыталась открыть глаза. Но веки будто распухли и никак не хотели подниматься. Что же со мной такое?

– Лежи тихо. Не шевелись. Скоро все пройдет. Тебе нужно выпить лекарство, открой рот. Вот так, молодец. – Тихий мелодичный голос Лиры никак не вязался с теми ударными звуками в моей голове. – Теперь-то все будет хорошо. К вечеру будешь здоровее нас всех. – Мне хотелось сказать, что я и так была здоровее их всех, но язык не слушался меня. – Ты наверно хочешь знать, что с тобой? Я расскажу. Ты когда забрала себе хворь Сани, отрубилась сразу. А организм твой не окрепший, не справился. Точнее не до конца справился. Вот тебя и свалило. А Сани наш здоров как халис. Он как очухался, от тебя ни на шаг не отходил. Ты, кстати, уже четвертый день валяешься. Ох, и долго же к тебе силы возвращаются! Мы у порта уж два дня стоим. Только в городок портовый не заходим. Чтоб тебя никто не видел. Защитнички наши, за провизией отправились. Ах, Марика, они нам новые платья купили. Красивые. И еще с каким-то капитаном корабля договорились, чтоб он нас к Цертану доставил. Уж не знаю, что они ему посулили, но тот вроде согласился. – Вот так! За три минуты, весь расклад! Лира, Лира… болтун – находка для шпиона. Значит, скоро на Цертан отправляемся…. Да,… но туда не всем можно. Надо с драконом поговорить. Через четверть часа я стала чувствовать себя лучше. Даже с трудом, но открыла-таки глаза. Правда, их щипало, будто песок насыпан. Сани все время был рядом, без конца спрашивая, не нужно ли мне чего. К вечеру я и впрямь встала на ноги.

«– Марика… ты как?» – Ого! Рой со мной заговорил!

– Нормально. Ты решил сменить гнев на милость?

«– Перестань. Я никогда на тебя не гневался. Так пообижался чуток…. Только ты вот так, больше не болей, ладно?» – Не уж-то переживает? Или….

– Что волнуешься, что сама помру и тебя угроблю?

«– Дура ты Марика! Ты ж мне родной стала. Я-то что? Я уже умирал. Да и сейчас наполовину мертв…. Привык даже».

– Сам дурак! Как можно привыкнуть умирать?

«– Так и можно. Только ты не привыкай. Плохо это».

– Ладно, не буду. Ну что, мир?

«– Мир».

– Я скучала по тебе. Я вот со всеми этими передрягами справилась потому, что знала, что не одна. Ты хоть и дулся на меня, но ведь рядом был.

«– Прости».

– Да чего уж. Рой ты слышал про Цертан?

«– Угу».

– Туда не всем можно…. А они со мной собираются. Что делать, ума не приложу.

«– Ну, насколько я понял, Верт и Сани могут с тобой отправиться. А вот остальные…»

– Надо дождаться дракона и обсудить с ним это. Что-то долго их нет. Уже стемнело почти. – Неожиданно мое внимание привлек стук копыт. – О, а вот и они. Не будем тянуть с разговором. – Я поднялась и отправилась навстречу двум всадникам, которые не спеша въезжали на нашу стоянку.

– Марика. – Лин спрыгнул с коня и заглянул мне в глаза. – Как ты себя чувствуешь? Ничего не болит? – Я смутилась от такой заботы.

– Я себя чувствую, превосходно. Лин, нам всем надо срочно поговорить.

– Подожди. Сначала новости и ужин. А разговоры потом. Рад что ты поправилась. А то ты нас очень задерживаешь. – Вот те раз! Я раздосадовано смотрела, как удаляется его спина. Вот и вся забота! Раз с тобой все хорошо Марика, то чего с тобой нянчиться. Побалдела чуток от того что над тобой кудахтали, и хватит. Нам обуза никчему. Я вздохнула и пошлепала к костру. Ужин так ужин. Сама не прочь перекусить.

– У нас есть новости. Мы отправляемся на Цертан через три часа. – Я выронила из рук кусок вяленого мяса.

– Как? Так скоро?

– Марика, а чего тянуть? Сама же говорила, что сроки ограничены. А мы и так задержались. Нам удалось договориться с капитаном небольшого суденышка. Он доставит нас как можно ближе к острову, а там сами на лодке. К сожалению, на сам остров никто плыть не согласился. Даже за целое состояние.

– Вот именно! Ты не поинтересовался почему?

– Поинтересовался. Боятся. Да что там можно бояться? Эти рассказы, про нечисть – не более чем выдумки. Ведьмы Цертаны там давно нет.

– Это не выдумки. Я встречалась с залурами. Они рассказали мне кое-что. – Наступила тишина. Четыре пары глаз не моргая, смотрели на меня. Первым в себя пришел дракон.

– Ты встречалась с ними на пустоши?

– Да.

– Темные… – задумчиво протянул он. – Вечные хозяева залуров. Тогда многое становится понятным…. Что они тебе рассказали?

– На Цертан может попасть не каждый. Туда пройдут только те, у кого нет души… и те, чью жизнь отняли у смерти. Сани и Верт смогут. И я.

– Почему ты? У тебя же есть душа. И у смерти тебя вроде не забирали. Или забирали?

– Нет, у смерти я не была, слава богам. А насчет души…. Она у меня наполовину мертвая.

– Как это?

– Это долгая история. Важно то, что мне с моей душой жить осталось примерно неделю. В лучшем случае. Мы с Роем не связаны. А вот он накрепко связан с моей душой. Нужно как можно скорее привязать его ко мне, или найти для него другой сосуд. Но если он умрет, умрет и моя душа. Это запрещенный ритуал и давно считается забытым. Но на Цертане есть древние дневники темных ведьм. Залуры сказали, что там я найду то, что мне надо. Но мне лучше отправиться туда одной.

– И не думай. Я иду с тобой. Ты одна не справишься. – Лин отмахнулся от моих слов как от надоедливой мухи. – Верт, ты со мной? – Тот кивнул.

– Лин, ты не можешь.

– Могу. У меня тоже нет души.

– Это не смешно. То, что ты бесчувственный болван, не говорит о том, что у тебя нет души.

– Марика, я никому не говорил, но видимо придется. Я дракон…

– Да что ты?

– А у драконов, как известно две ипостаси, два сердца и две души. Но я не совсем обычный. У меня, как и у всех драконов два сердца, но… только одна душа. Но у нас одна душа без другой, существовать не могут. Ты можешь помочь мне обрести вторую душу. Только вот как, я не знаю. Думаю, ты тоже не знаешь. И если там, на Цертане есть ответ на этот вопрос, я ни за что здесь не останусь. Так что дорогая темная ведьма, я тоже с полумертвой душой. И я иду с тобой. Кстати, считаю, Сани не стоит идти с нами. Он может остаться ждать нас в городке, вместе с Лирой.

– Эй! А кто сказал, что я остаюсь?

– Лира. Только не говори что у тебя тоже нет души. Я рехнусь.

– Да есть у меня душа. И я не готова с ней расставаться.

– Тогда ты должна остаться здесь. В противном случае ты ее лишишься. Тьма не упустит шанс полакомиться ею.

– А вот и нет! Меня тоже у смерти отобрали. Еще в младенчестве. Между прочим Марика, твоя мама и спасла меня. Она у моей, роды принимала. Что-то там не так пошло… ну, я подробностей всех не знаю. – С вызовом ответила Лира.

– Я тоже здесь не останусь. – Сани схватил меня за руку, придвигаясь ближе. Я погладила его по голове. За эту неделю он сильно ко мне привязался. Да и я к нему стала относиться как к младшему брату.

– Странная компашка у нас подобралась, вы не находите. – Тихо и подозрительно спросил лорд. Мы стали переводить взгляд друг на друга. – Так. Раз все едут, то пора выдвигаться. Корабль ждать не будет.

Мы довольно быстро собрали свои не мудреные пожитки. В городке продали повозку и своих коней. Все вырученные деньги отдали Лире. Оказалось мужчины нашей маленькой банды уже позаботились о припасах для нас всех. Нам с Лирой было велено переодеться в мужскую одежду. Мне ранее приходилось путешествовать в таком виде, поэтому я быстро приспособилась к новому образу. Да и моя худоба была нам на руку. Волосы пришлось обрезать. Меня всей толпой уговаривали просто спрятать их под головным убором, но я уверила всех, что через неделю они вновь смогут полюбоваться ими в прежнем виде. Взяла нож и без сожаления отсекла косу под самые корни. Коса сразу сменила свой загадочный цвет, на совершенно черный. Сейчас я выглядела подростком не старше Сани. А вот Лира никак не могла перевоплотиться. Мало того что ее женские формы никак не попадали под стандартные мужские, так еще и волосы никак не хотели прятаться. Пришлось оставить ее женщиной, чему она была несказанно рада, и состряпать легенду, по которой они с Вертом были муж и жена, дабы не вызывать подозрения к девушке путешествующей одной среди мужчин. И вот мы, в полном составе, третий день страдаем от морской болезни на этом корыте, носящем гордое звание корабль. Кстати, Лин и Сани, довольно быстро преодолели сей недуг. Мы же трое лежали пластом на продавленных тюфяках в сыром трюме. Почему в трюме? Здесь все понятно. Корыто оказалось торговым и кают на нем попросту небыло. Качало, наше суденышко, во все стороны. Наши, три измученных лица, периодически меняли цвет с грязно-серого на бледно-зеленый. Желудки бунтовали. Но мы не жаловались. Наверно просто не могли. Поэтому весть о том, что на горизонте появился нужный остров, мы приняли облегченными стонами. Было бы обидно помереть от этой морской заразы, почти у цели. Еще через некоторое время мы ползком добрались до борта корабля и спустились в лодку, повалившись на дно. На лодке качало не так сильно и нам стало заметно легче. Подняв голову, я уставилась на остров. Он был не так далеко от нас. Огромная, темная гора, укутанная черным туманом. Я как завороженная смотрела и смотрела на его приближение. Эта густая, черная дымка затягивала меня, заставляя забыть обо всем вокруг. Я знала, ощущала всем своим существом, что я должна быть там. Остров ждал меня. Там конец моих скитаний. Я слышу зов. Что это? Что-то завет меня, тянет… в другую сторону от Цертана. Что-то здесь. Рядом. Я оглянулась, хмуря брови.

– Марика. Что случилось? Что с тобой? – Лин приподнял мое лицо, за подбородок, всматриваясь в мои глаза. – Марика, что происходит? У тебя глаза почернели. Не молчи.

– Он меня ждет.

– Кто?

– Остров. Он давно ждет меня. М-м-м, этот звук…. Что это? – Я схватила голову руками. – Звук… он отвлекает меня. Остров злится на этот звук. Я чувствую.

– Марика, какой звук. Я ничего не слышу. И как остров может злиться?

– Не знаю Лин. Я не знаю. Мне нужно на остров. Срочно. Сейчас. – Я вскочила на ноги и шагнула к краю лодки. Крепкие руки дернули меня обратно. – Нет Лин. Я должна, должна. Ты не понимаешь. – Кричала я вырываясь из его тисков.

– Марика. Успокойся. Ты перевернешь лодку, и мы все погибнем. – Я притихла. Нет, никто не должен погибнуть из-за меня. Но внутри все рвало на части. Одна часть нестерпимо рвалась на остров, другая прислушивалась к голосу разума. Еще этот звук. Он не был противным. Что-то внутри меня тянулось к нему. Но создавалось впечатление, что он противится тяги к острову. Нужно найти источник звука как можно быстрей. Я была уверенна, что он сможет успокоить меня. Остров приближался и мой мозг закипал.

– А-а-а! Лин, помоги мне. Остров манит меня. Звук, противится ему. Нужно найти, откуда он исходит. Иначе моя голова грозит разорваться. Это… это что-то рядом. Что-то у вас….

– Та-ак! Ну-ка ребятки, выворачиваем потайные карманы. – Все уставились на него, и никто не шевелился. – Быстро! – Рявкнул лорд. На дно лодки полетело все, что только можно было представить. Когда они успели так затариться? Но Сани превзошел всех. Когда он извлек на свет божий черпак, размером от ладони до локтя, я впала в ступор. И где интересно он его прятал? Но тут на меня нахлынули знакомые ощущения. Воздух стал плотный и как будто тягучий. Движения у всех замедлились. Я повернула голову в сторону Лина. В его руке был тот самый, светящийся голубым светом, амулет в виде ромбика. Неужели никто не видит, как он светится, как зовет?

– Дай мне его. – Прошептала я, протягивая руку. Он перевел взгляд с меня на артефакт и обратно. Пальцы лорда сжались крепче. В следующую секунду он решительно вложил амулет в мою дрожащую ладонь. По телу тут же пробежала волна, и стало так легко и спокойно. Да, это то, что звало меня. Я снова взглянула на остров. Он уже совсем рядом, но больше у него небыло власти надо мной. Настроение сразу улучшилось.

– Тебе это было нужно? – Я снова взглянула на дракона и чуть улыбнулась.

– Ага. Но это не входит в мой гонорар, понял? – Брови лорда взлетели вверх. Ну и пусть удивляется. Сам заплатить предложил, за язык не тянули. А мне с чего отказываться? Мне сейчас так хорошо-о. Стрясу с него побольше и куплю где-нибудь маленький домик…. Стоп! Куда это меня понесло? Тут у меня перед носом нежить в тумане ползает, а я уже в домике суп, черпаком Сани, помешиваю. Кстати, до сих пор не пойму, зачем ему черпак? Может…. Та-ак! Опять не туда. Ма-а-ть моя! Да что со мной такое? Успокоилась, так успокоилась. Всякий бред в голову лезет. Хм…. А туман-то рассеивается. Вон уже и берег хорошо видно…. А водичка, какая прозрачная…. Нырнуть что ли?

– Марика. А почему у тебя глаза все еще черные? Они что обратно,… не позеленеют что ли? – Сани, наивная душа, дергал меня за руку, заглядывая в глаза. Да какая к бесам разница, какие у меня глаза? Главное мне хо-ро-шо!

– Я ни демона не понимаю, что тут происходит, но ты от меня ни на шаг не отойдешь. – Дракон схватил меня за руку и притянул поближе. – Сани, отодвинься от нее. Мало ли что…. Сейчас на берег сходить будем. Иди к Верту и Лире. – Что он сказал? Он что думает, я опасна? Да что себе позволяет этот драконище! Лодка мягко уткнулась в песок на берегу. Мои возмущенные мысли сразу выветрились.

Это было потрясающе… страшно. Мы стояли на берегу и смотрели на высокий, нет, очень высокий забор из кованных железных прутьев. На самом верху этих прутьев торчали черные наконечники, точно копья. Толстые колючие лианы как охранники наглухо оплели его. Они были сухими, но на вид очень крепкими. Этакая почти живая, природная изгородь. И тянулась эта мощная стена по обе стороны от нас, вдоль берега. Заглянуть за нее не представлялось возможным.

– У кого-нибудь есть идеи? – Пискнула Лира.

– Ну-у… – протянул стоящий рядом с ней Верт, почесывая маковку – надо бы вход найти…. Наверно.

– Ну, так пошли искать. – Выдохнул лорд и, не выпуская моей руки, потопал направо.

– А почему именно туда? – Я уперлась пятками в песок, заставляя его остановиться.

– А куда?

– Налево, например.

– Не-ет. Налево ходить плохая примета.

– Ага. Это у вас-то мужчин, налево ходить плохая примета? – Фыркнула Лира. – Ну-ну! Чуть юбку увидели так сразу налево!

– Вот именно! Налево пойдешь, бабу найдешь. А нам другие бабы не нужны. Своих вон, хватает. – Он тряхнул мою руку. – Так что идем направо. – Н-да. Железная логика. Не поспоришь. Ну, направо, так направо. И мы как послушное стадо, молча, двинулись за вожаком.

Ноги проваливались в песок, что затрудняло наше передвижение. И хотя с моря дул ветерок, все равно было очень жарко. Первой не выдержала Лира:

– Послушайте. Мы уже наверно пол острова протопали, а картина все та же. Скоро темнеть начнет. Я боюсь здесь ночевать.

– Лира, а что тут бояться? По одну сторону забор, по другую море. Между ними полоска суши. Здесь даже леса нет. Ты же не думаешь, что на тебя рыбы нападут?

– Сани, ты наверно забыл, где мы находимся? Это Цертан! Никто не знает, что здесь водиться по ночам. Может и рыбы нападают.

– А, по-моему, ничего страшного здесь нет.

– Ага, это пока светло. Посмотрим, что ты запоешь ночью, когда из-под земли нечисть полезет.

– Лира. Прекрати пугать ребенка. – Отдернул девушку Верт.

– Сколько говорить. Я уже не ребенок!

– Нет, конечно. Ты уже взрослый. Просто в детстве очень болел, и не вырос. – На полном серьезе подтвердил северянин. – А вообще Лира права. Скоро стемнеет. Нужно искать место для ночлега. Как думаешь, Лин?

– А чего его искать? С тех пор как мы ступили на берег, местность не изменилась. Будто на месте топчемся. – Все замерли, переглядываясь друг на друга. – Да нет. Это бред! На том месте наша лодка осталась. А тут ее нет. – Все головы как по команде повернулись к воде.

– Э-э-э… Лин. А эта штука, во-он там, в море, случайно не наша лодка? – С надеждой спросила я, тыча пальцем в голубую гладь.

– Святые боги! – Застонала Лира, опускаясь на колени. – Это что же мы, целый день тут, как идиоты, на одном месте маршируем? Это ж как так?

– Похоже на пространственную иллюзию. Вспомните. Мы когда к острову подплывали он весь в густом, плотном тумане был. А когда на берег сошли, туман резко исчез. И как я сразу не догадался?

– А что значит, эта ваша… прокран…приван,… в общем, иллюзия? – Озвучил Сани всех интересующий вопрос.

– А это значит, Сани… – мой голос звучал тихо – что мы сейчас можем находиться где угодно. Все что ты сейчас видишь обман. Эта изгородь,… солнце,… и даже море, может оказаться не правдой. И если рассеять эту иллюзию, то мы можем оказаться совсем в другом месте. Даже может быть не на Цертане.

– Врятли, Марика. – Лин отпустил мою руку и уселся прямо на песок. – Пока мы были в лодке, мы видели истину. А только ступили на берег, наше мировоззрение исказилось. Думаю, мы все же на острове. Только вот как он выглядит по настоящему, никто не знает.

– И что мы будем делать? Не можем же мы тут так вечно сидеть? – Подруга уставилась на меня. – Марика, может, ты придумаешь, как развеять эту… ну иллюзию? Это же наверняка магия твоих сородичей. Прислушайся к себе. Ну?

– Что ну?

– Ну, никто там тебе ниче не нашептывает?

– Нет, Лира. Не нашептывает. Стоп! Лин. Что-то я Роя подозрительно долго не слышу. Рой.– Позвала я, и впрямь прислушиваясь к себе. – Рой, ты чего молчишь? – В ответ тишина.

Я закрыла глаза, припоминая, когда слышала его в последний раз. Давно, еще на том корыте. Странно. Мы же вроде не в соре. Чего в молчанку играть-то? Внезапно стало очень холодно. Что за…. Открыла глаза и обомлела. Я лежала совершенно одна в небольшой каменной комнате, на ледяной кровати. Жуткий, какой-то могильный, холод пробирал до костей. Пальцы рук и ног тут же заледенели. Зубы застучали, а изо рта вырвался клубок пара. Где это я? Что это за бесовы шутки? С трудом встав на замершие ноги, сделала несколько шагов. Оглядываясь по сторонам, я обняла себя за плечи в попытке согреться. Склеп, что ли? Да нет вроде. Посередине комнаты стоял прямоугольный камень. Я очнулась вот на ЭТОМ? Вокруг него, на самых краях, установлены зажженные свечи. Хм,… неужели чья-то кровать? Н-да, вкус у хозяина в интерьере, сильно ограниченный. Хотя…. Судя по тому, что в этой странной спальне, кроме экзотической кровати ничего нет, я бы сказала, что интерьером тут и не пахнет. Окон здесь тоже не было, но была маленькая деревянная дверь. Я отодрала примершие к полу ноги и, двинулась к выходу. Не очень-то веря в удачу, потянула за ручку. Дверь бесшумно распахнулась, открывая моему взору темный, узкий проход с каменной лестницей, ведущей вниз. В подземелье что ли? Там так темно. И страшно. Все равно нужно выбираться. Выход-то один. Что-то не хочется здесь насмерть замерзнуть. Только интересно, где это, здесь? И как я вообще сюда попала? Мать моя, да что ж там так темно? О! Свечи же есть! Я вернулась к кровати. Бо-о-ги! Это, что за рисунки такие на ней? И как простите, на этом спать? Вся кровать какая-то дырявая. Ну, кто, скажите, на кроватях, даже на каменных, вырезает углубления в виде лабиринтов. Этак просыпаешься утром, весь в выдавленных рисунках. Модно, сейчас так, что ли? Хорошо, что я была в одежде. А-а, фиг с ней. Может тут, какой художник-экспессионист живет? Они, говорят, народ до крайности странный. Пора убираться отсюда, пока совсем не окоченела. Я взяла свечу не сгибаемыми пальцами и направилась к лестнице. Ноги так околели, что почти не сгибались. Спускалась я медленно. Одной рукой держась за стену, в другой держа свечу. Кстати сказать, толку от нее не было почти никакого. Она освещала пространство в радиусе десяти сантиметров от себя, не больше. И вообще она какая-то странная. Маленькая, в пол ладони. И огонь, вроде есть, но ни разу не колыхнулся. Будто искусственный. Я потрогала пальцем. А-ан-нет. Настоящий. Ну да ладно, светит, не светит, все равно не так страшно. Мне кажется, или стало еще холоднее? Ветер, что ли, подул? Точно, ветерок. Снова покосилась на огонь. Н-да, странно. Короткие застывшие волосы торчали как у дикобраза и кололи шею. Внезапно под рукой закончилась стена. Приблизила туда свой супер-фонарик. Хм… Поворот.… И ступеньки, кажется, кончились. А просвета никакого. Ладно, двигаемся дальше. Стоять нельзя. Окоченею. Где-то же должен быть выход. И какой идиот придумывал здесь планировку? Да тут пока до спальни дойдешь, утро наступит. Внезапно что-то с силой хлестнуло меня по лицу. Щеку обожгло. Снова удар. Я, потеряв в темноте равновесие, начала падать, проваливаясь в никуда.