Текст книги "Итой. Искупление (СИ)"

Автор книги: Ника Летта

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 6 страниц)

Саша стоял у двери и смотрел на него так, будто перед ним снова не сестра, а аккуратно одетая катастрофа.

– Ты никуда не летишь, – сказал он.

Итой медленно повернул голову.

– Это был приказ?

– Нет. – напыжился смертный – Реальность.

– Какое громкое слово для человека, который вчера видел хвост в собственной гостиной.

– Английский знаешь? – прозвучал почти злой вопрос, почни в нем не хватало должной экспресси.

Итой склонил голову на бок.

– Что?

– Английский, – Саша даже немного ожил. – Язык. На котором говорят в Лондоне. Ты ведь туда собрался? Или планируешь всю дорогу смотреть на людей как на низшие формы жизни и ждать, пока они сами догадаются, чего ты хочешь?

Молчание вышло коротким, почти незаметным. И Саше впервые за сутки ему стало чуть легче.

– Так и думал, – сказал он. – Без меня ты даже посадку в самолёт не пройдёшь, ваше эльфийское превосходительство.

– Прекрасно, – сказал Итой не растерявшись. – Значит, ты летишь со мной. Будешь полезен.

– Я не нанимался. – буркнул псевдо-брат

– Конечно. – не мог не надавить на больное эльф – Ты просто хочешь вернуть сестру. Разница исключительно в твоей гордости.– Ты меня используешь. – на это Саша возразить ничего не смог

Один-один– Наконец-то мы перестали терять время на очевидное. – лениво протянул Итой глядя на женские ногти, затем снова почесал нижнюю скулу.

Саша снова завис. Телефон завибрировал как раз в тот момент, когда он кажется, уже собирался сказать что-то особенно героическое и совершенно бесполезное.

Итой даже не взглянул на экран, уже прикидывая планы касательно поездки. Саша взял телефон первым.

– Алло?

Голос у него был такой, будто он уже сутки не спал, по ту строну раздался торопливый говор. Но и это не заставило Итоя прислушаться к разговору, он внимательно расматривал брошуры принесенные однокурсниками, стараясь детальнее ознакомиться со средой куда ему жизнено необходимо было попасть.

– Почему тебе нужна машина для человека без сознания? – этот вопрос заставил его прислушаться.

– Родительскую? Вика, что происходит?

Идея заручитья поддержкой человечки, чтобы повлиять на целителя показаласт своевременно заманчивой.

– Это она? Дай. – перехватил телефон у смертного Итой

И смягчив тон, едва ли не пропел..

– Виктория, – произнёс он мягко. – Надеюсь, ты звонишь не затем, чтобы снова сообщить о собственном похищении. Это начинает становиться дурной привычкой.

– Итой, заткнись и слушай, – выдохнула она. – Мы нашли твоё тело.

Он замолчал, всего на миг. Саша подозрительно посмотрел на него. У этого человека всё же были зачатки наблюдательности. Досадно.

– Моё тело? – уточнил Итой.

– Да. Живое. Пустое. Очень драматично лежит в поле. Даша не в нём. Сеичи говорит, души нет. Нам нужна машина.

Саша резко шагнул ближе, довольно резко. Стул за его спиной скрипнул и ударился ножкой о плитку. Сам он, кажется, этого даже не заметил. Лицо побледнело, губы сжались в тонкую линию, а взгляд вцепился в телефон так, будто там, под стеклом, лежал ответ, который можно было вырвать силой.

– Что значит “Даша не в нём”?

Итой прикрыл нижнюю часть телефона ладонью и неторопливо посмотрел на него.

Он стоял близко, непозволительно близко для человека, который ещё вчера вздрагивал от любого резкого движения. Плечи напряжены, пальцы согнуты, будто он собирался схватить Итоя за руку, но в последний момент сам себя удерживал.

Любопытно, страх никуда не делся. Просто теперь рядом с ним появилась злость.

– У тебя дыхание сбилось, – заметил Итой.

Саша моргнул. Быстро. Слишком быстро.

– Не уходи от ответа!

– Я не ухожу. Я отмечаю, что ты плохо переносишь новости.

– Да плевать мне, как я их переношу! – голос сорвался, стал ниже, грубее. Он ударил ладонью по столу, и коробка с пирожными подпрыгнула. Одно пирожное медленно съехало на бок, оставив на картоне белый кремовый след. – Где моя сестра?

Итой чуть наклонил голову. Теперь Саша уже не выглядел просто испуганным мальчишкой. Нет. В этом лице проступало то, что раньше терялось под усталостью и шоком: упрямство. Беспомощное, человеческое, почти жалкое – но всё же упрямство.

– Саша, если ты сейчас сорвёшься, пользы от тебя будет меньше, чем от этих пирожных.

– Где она?!

Он всё-таки схватил его за запястье, сильно. Для этого тела – даже болезненно. Тонкие женские кости неприятно сдавило, кожу обожгло чужим теплом. Итой медленно опустил взгляд на его пальцы. Потом снова поднял глаза.

Саша тоже понял, что сделал, но не отпустил. Дышал неровно, смотрел почти безумно. Не на лицо даже – в лицо, сквозь лицо, пытаясь разглядеть за знакомыми чертами сестры хоть что-то, что можно было бы назвать правдой.

Вопрос ударил слишком близко. Глубоко внутри тело Даши не отозвалось. Не дрогнуло. Не попыталось вырваться. Только где-то на самом дне, под чужой волей, под страхом и оцепенением, сжалось что-то живое. Тихое. Затаившееся.

Саша этого, конечно, не почувствовал, но Итой да. И на миг ему стало ясно: если этот человек сейчас услышит хоть часть правды, он перестанет быть инструментом. Станет помехой.

А помехи приходилось либо обходить, либо ломать. Он мягко повернул запястье в захвате Саши – не вырывая, только напоминая, что прикосновение замечено.

– Отпусти, – сказал он негромко. – Пока ты ещё помнишь, чью руку держишь.

Саша побледнел ещё сильнее.

Пальцы разжались не сразу. Сначала дрогнули. Потом медленно отпустили, будто каждое движение давалось через силу.

Итой едва заметно поправил рукав.

– Она ближе, чем ты думаешь, – произнёс он ровно. – И пока этого достаточно.

Вопрос ударил слишком близко. Глубоко внутри тело Даши не отозвалось. Не дрогнуло. Не попыталось вырваться, затем затаилась. Разумно. После всего, что с ней случилось, прежняя хозяйка тела ушла так глубоко, будто надеялась стать незаметной даже для самой себя.

Итой почти уважил бы её за это, будь она не столь неудобным обстоятельством.

– Она ближе, чем ты думаешь, – сказал он наконец. – И пока этого достаточно.

– Что это значит?

– Это значит, что если хочешь однажды получить внятный ответ, перестань стоять и найди ключи от машины.

Саша побледнел.

– Ты врёшь.

– Постоянно, – согласился Итой. – Но не сейчас.

Из телефона донёсся раздражённый голос Вики:

– Вы там семейную терапию устроили? Быстрее!

Итой снова поднёс телефон к уху.

– Скинь точку.

– Уже.

Связь оборвалась, Саша всё ещё смотрел на него.

– Я не понимаю.

– Это заметно.

– Даша жива?

Итой выдержал паузу. Не слишком долгую. Ровно такую, чтобы человек успел испугаться и начать слушать.

– Если будешь мешать, шансов станет меньше.

Саша сорвался в прихожую.

Ключи нашлись не сразу. Он выронил их дважды, на третий раз ударился плечом о косяк и выругался так, что Итой даже слегка оживился.

– Богатый словарный запас, – заметил он. – Неожиданно.

– Заткнись.

– Уже лучше. Гнев собирает тебя куда эффективнее страха.

Саша резко обернулся.

– Ты вообще понимаешь, что я сейчас везу свою сестру к твоему телу, а ты командуешь мной её голосом?

– Да.

– И тебя это не смущает?

– Меня смущает, что ты до сих пор не в машине.

Саша сел за руль. Машина дёрнулась с места слишком резко, и Итой поморщился. Грубое средство передвижения. Шумное. Неизящное. Зато, как выяснилось, способное перевозить даже смертных в состоянии нервного распада. Полезная особенность.