Текст книги "Влюбить. Соседка мажора (СИ)"

Автор книги: Ника Княжина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 18 страниц)

Глава 45. И снова катастрофа

Наконец-то неделя закончилась. Дожила. Счастье-то какое.

Завтра сдаю последний перерисованный макет для кофейни и смогу немного выдохнуть. Больше никаких правок, больше никаких бессонных ночей. По крайней мере, не в ближайшие дни уж точно.

Мне нужно восстановить силы.

Работа, учёба, работа… Единственный приятный просвет во всём этом – это Максим. С ним я реально переключаюсь и наслаждаюсь жизнью. А те дела, которые я раньше так обожала, сейчас угнетают.

Я знаю почему так получилось. Я просто устала. Охренеть как устала. Мне бы хотя бы выспаться нормально, и я снова смогу почувствовать себя человеком.

Вот с завтрашнего дня и буду спать. Господи. Кажется, я сейчас люблю подушку и одеяло больше, чем своего парня. Скорее бы скинуть часть забот со своих плеч.

Забираюсь в маршрутку и устраиваюсь на свободном сиденье. Сегодня у Макса тренировка будет дольше обычного. Я поняла в какой-то момент, что просто там же на стадионе и завалюсь на трибунах и вырублюсь, если буду торчать до окончания.

Поэтому сказала ему, что поеду домой. Отосплюсь чуток, пока он не вернётся. Потом будет ужин, потом подправлю последние косяки и всё. Буду спать без задних ног и даже жаркие прикосновения Макса меня не разбудят. Сегодня я побуду плюшевой игрушкой для него. Пусть обнимает, жамкает, но на большее я не согласна.

Кстати, это моя первая поездка в квартиру без Макса. И хоть он мне ещё на прошлой неделе выдал копию ключей, мы с ним везде вместе таскаемся. До этого дня они мне не нужны были.

Телефонная вибрация вырывает меня из вялых размышлений.

– Маша, капец! – раздаётся в трубке возбуждённый голос Кристины, стоит мне нажать на кнопку приёма вызова. – У меня кое-что случилось.

– М?

Мычу в ответ и судорожно пытаюсь сделать звук тише, косясь на соседей по маршрутке. Непонятно, чего от подруги можно ожидать. С неё станется рассказывать какие-нибудь неприличные подробности из жизни.

И не факт, что из своей. Может и мои подвиги припомнить. Я вот до сих пор боюсь, что слух о нашей шалости разлетится по всему универу. Не могла же уборщица промолчать? Одна надежда, что в темноте она не разобрала, кто именно в подсобке так активничал.

Блин. До сих пор стыдно.

– Ты не поверишь! Артём на последнем моём свидании появился! Представляешь, я с тем, с экономического, сижу в кафе, строю из себя неприступную принцессу, а этот псих врывается, забирает меня и… в общем, он победил.

– Крис, я вообще ничего не понимаю, – бормочу я. – Ты проиграла наше пари или выиграла? Кто кого победил?

– Я тебе всё расскажу, но только попозже! – тараторит она. – Ой, всё. Тут игра такая, зря ты ушла! Ладно, целую!

И вешает трубку, даже не дав мне вставить слово.

Я озадаченно моргаю несколько мгновений, собирая картинку воедино.

Убираю телефон в карман и смотрю в окно на мелькающие огни. Надо же. Крис пришла на тренировку? Значит, реально всё налаживается у неё с Артёмом. А она говорила, что он последний человек на Земле, с которым она свяжется.

Я даже сквозь усталость улыбаюсь. Глупо, тепло, как-то по-доброму внутри. Моя Кристинка наконец-то сдалась. Сколько сопротивлялась и не удержалась. А Макаров-то молодец, выходит, всё-таки сломил мою упрямую подругу.

Любовь, что с неё взять.

Я вздыхаю. Прикрываю веки и рисую в воображении образ Максима. Его широкие плечи, тренированное тело, мышцы. Вспоминаю его танец. Очень красивый, очень сексуальный. Как же он двигался. Что в клубе, что дома, приватно, для меня одной.

Чувствую, как тело наливается свинцом. Как же я устала… Вон, даже радуюсь, что сегодня не будет у нас ничего. Хотя… с другой стороны, жаль. Он ведь дарит мне такое фантастическое блаженство.

Чёртов недосып. Я схожу уже с ума от противоречий.

Маршрутка мерно покачивается, тепло, тихо, только мотор гудит где-то под полом. Я прислоняюсь головой к холодному стеклу. Мысли начинают течь ещё более вяло. Максим. Я. Наш секс. Подсобка. Тетя Лена, заставшая нас. Проклятье какое-то.

Снова Максим. Его губы. Он что-то говорит мне. А следом я чувствую тряску.

И это неприятно. Хочу сказать ему, чтобы прекратил, но тело такое тяжёлое, неповоротливое. Не могу поднять веки.

– Девушка! Девушка, вставайте!

Резко распахиваю глаза и вижу перед собой недовольное лицо водителя. Он трясёт меня за плечо. В нос ударяет запах сигарет, и я невольно морщусь.

– Приехали. Конечная. Выходи давай, – недовольно бурчит он.

– Что? Где?

Я ошалело моргаю, пытаясь сообразить, где нахожусь. Уснула. Блин. Я уснула в маршрутке и проехала нужную остановку.

За окном уже как-то подозрительно темно. Совсем. Слишком темно. Вовсе не те вечерние сумерки, которые были на улице, когда я садилась.

Я что… через весь город проехала? Куда? Как же так?

Оглядываюсь. В маршрутке пусто, только я и водитель, который всё так же мрачно взирает на меня. Наверное, хочет уже закончить рабочий день, а тут сюрприз в виде заснувшей пассажирки.

Я хватаю телефон, чтобы глянуть время, и застываю.

На экране высвечивается двадцать три пропущенных. Двадцать три! И все они от Максима. Ёлки-палки.

Сердце ухает в пятки.

Я нажимаю кнопку вызова и вылетаю из маршрутки на холодную улицу.

Ни огней знакомых, ни ориентиров. Чужой район, пустая остановка, темнота.

– Маша, ты где? – слышу его встревоженный голос.

– Макс… я… – начинаю я, но больше ничего сказать не успеваю.

Экран гаснет. Телефон издаёт жалобный писк и вырубается. Полностью. В ноль. Я ошеломлённо жму кнопку включения, но дохлый номер. Он окончательно и бесповоротно решил со мной сейчас попрощаться.

– Да чтоб тебя! – шиплю я.

Ну вот как? Как так можно?!

Почему я вечно вляпываюсь в странные истории? Это уже не смешно, честное слово.

Я замираю посреди пустой остановки. Понимаю, что ещё чуть-чуть и меня накроет паника с головой. Нужно что-то думать. Дождаться новой маршрутки хотя бы.

Сколько там времени? Они ещё ходят? Я понятия не имею. Почему тут так безлюдно? Блин, надо было водителя спросить, но он уже умчался в даль. Теперь я среди тёмных домов, заборов, лая собак и пугающей тишины.

Холодно, темно, страшно. Капец как страшно.

И в этот момент я замечаю, как из темноты вырисовывается фигура.

Мужик. Лет сорок, в куртке, с остановки, где стоял, видимо, всё это время, а я его и не заметила сразу. Он направляется прямо ко мне.

У меня дыхание перехватывает. Нет. Не надо ко мне. Только не ко мне.

Вот у него спрашивать время или телефон совсем не хочется. Особенно, когда он останавливается в паре шагов, и мне в нос бьёт запах перегара. Я вижу в его руке бутылку с чем-то алкогольным. Кажется, пиво.

– Девушка, вы чего одна стоите? Поздно уже, – голос вроде обычный, даже участливый, но я слышу и нотки, которые доказывают, что он уже навеселе. – Проводить?

Весь тот ужас, что я испытала, когда Максим ворвался ко мне в тот день, когда я его затопила, когда я думала, что в квартиру ворвался маньяк… накатывает с новой силой. Только сейчас его рядом нет. Я одна. В чужом районе. С мёртвым телефоном.

– Н-нет, спасибо, я… я сейчас позвоню своему парню, – выдавливаю я, делая шаг назад и судорожно нажимая на мёртвую кнопку телефона, будто это может помочь.

Мужик не уходит. Он смотрит на меня. И улыбается.

Чёрт побери, Маша… Очередная катастрофа, да? Только кто в этот раз избавит тебя от проблем?

Глава 46. Где ты?!

Максим Ледов

Тренировка как обычно выжимает из меня все соки. Осталась пара дней, и всё закончится. Мы отыграем матч, а следом будут долгожданные каникулы.

Наконец-то.

Есть у меня кое-какие планы на эти две недели. Киса точно должна заценить.

Первым делом тянусь к телефону и проверяю сообщения. Не отписалась, что доехала до квартиры. Я же просил, блин. Не люблю, когда что-то идёт не по плану. Это ведь несложно, просто пару строчек бросить.

Вздыхаю и нажимаю вызов.

Рядом со мной приземляется Сокол. Выглядит чересчур уставшим. Под глазами круги. То ли переживает слишком из-за игры, то ли у него какие-то неполадки со своей девушкой. Он жадно пьёт воду, а я набираю Машу снова.

Не ответила. И снова одни гудки.

– Блядь. Как же меня всё достало, – стонет Сокол. – Скорее бы свобода. Хочу Милу увезти куда-нибудь. И хорошенько… отдохнуть.

– Спасибо, что избавляешь от подробностей, как именно ты там планируешь отдыхать, – хмыкаю я.

Внутри всё уже начинает скручиваться от напряжения. Маша не отвечает.

– А ты-то сам небось тоже только об этом и думаешь, – смеётся Сокол. – Кстати, твоя-то сегодня на тренировку не пришла. А вообще надо бы наших красоток подружить. Клёво же.

– Надо будет, – соглашаюсь сразу.

У Маши, конечно, уже есть психованная подружка Крис, но расширить круг общения для неё можно. Будет круто собираться компанией. Ворон с Алисой, Сокол с Милой, Арт с Кристиной. Ну и мы с Машуней.

Отличный вариант.

Может даже на каникулах замутим встречу.

Только где её носит? Уснула, что ли? В последние дни она какая-то странная. В облаках витает. Хотя ясно же, что ПМС, с этим нужно просто смириться и переждать, пока утихнет буря.

А вдруг умудрилась обидеться на что-то?

Вон. Даже с тренировки ускакала. Хотя ещё ни одной не пропускала…

– Что мусолите? – подваливает Ворон. Смахивает пот со лба и щурится. – Думаете, провалим этот матч, да?

– Да ты просто позитив ходячий, – ворчит Сокол и подскакивает с места. – Если ещё хоть кто-то заикнётся про провал, будем тренироваться без передышек на учёбу. Заколебали уже меня.

Сжимает пластиковую бутылку в руке так сильно, что она скукоживается в его пальцах с неприятным треском. У кого-то точно крышу сносит из-за игры. Сокол так мечтал стать капитаном, вот и стал. Теперь чувствует ответственность, которой раньше не было. Хреново ему.

Бросив на нас двоих злой взгляд, Соколовский уходит в душевую. Недолго длилась его радость из-за моей шикарной игры. Маша… хорошо меня взбодрила тогда. Но я же не могу каждый день на максималках результат выдавать.

Маша…

Киса, да где же тебя носит?

Кажется, сегодня у нас фестиваль хренотени: Луна в Сатурне, Меркурий пьёт чай, а электромагнитные поля раздают автографы. Моя бы девочка точно заценила такой искромётный юмор.

Если бы была на связи, чёрт побери!

– Я понимаю, что у Сокола тройное комбо в виде работы, учёбы и наших тренировок. А ты-то чего такой мрачный Фрост? – отрывает меня от телефона голос Ворона. – Проблемы на личном фронте?

– Я… хрен его знает. Маша не отвечает. Просто впервые такое.

– Не паникуй раньше времени. Может уснула, может душ принимает, может готовит, а телефон в другой комнате? Параноиком не становись только. Она вообще, может быть, занимается собой, а ты телефон обрываешь. Сам ведь знаешь, сколько времени у девчонок прихорашивания занимают, – закатывает глаза Ворон. – Масочки, крема и прочая лабуда.

– Так-то да…

Но вот как объяснить, что у меня уже под ложечкой сосёт и внутри всё переворачивается в нехорошем предчувствии? Разве что реально какой-то паранойей. Я перегибаю палку, да? Нужно дать ей больше свободы?

Если бы было сообщение от неё, я бы проще отнесся к пропущенным звонкам.

Беру сумку и закидываю туда свои шмотки. Надо добраться до квартиры и убедиться, что она в порядке. Потом приму душ. Ничего не случится, если я немножко хаоса себе позволю. Пора бы и привыкнуть к нему.

– Эй, брат. Ты прямо так и поедешь? – выгибает Ворон дугой бровь.

Все ведь знают о моей чистоплотности. Я в нашей четвёрке самый шизанутый.

– Да, – отрезаю и снова набираю Машу.

– Слушай, сегодня Алиса у родителей остаётся, у меня времени вагон и маленькая тележка. Давай-ка я с тобой прокачусь. На всякий пожарный.

Его «всякий пожарный» звучит так, будто он только подтверждает, что я не зря переживаю. Но я киваю. Если всё в порядке, то Ворон просто поедет домой. А если не в порядке… я просто даже не знаю, что делать буду.

Да и чего вообще мне ожидать?

– Давай на моей поедем, – предлагает друг, пока я достаю ключи. – Можешь пока попробовать найти её другим способом. А я порулю.

– Каким?

Мозг будто в лихорадке. Нихрена не соображаю. Где моя холодность и где моё чёртово спокойствие? Кажется, будто и не я сейчас стою рядом с Вороном, а какой-то трясущийся ненормальный, у которого отключилось всё, кроме желания увидеть любимую.

– Соседи? Есть номера? Можно позвонить и попросить зайти, проведать, – кидает первый вариант Кирилл.

– Чёрт. Знаешь, поехали на твоей, но я не буду сходить с ума. Пятнадцать минут, и я увижу всё своими глазами. Время позднее, пробок уже нет.

– Отлично. Погнали.

Мы запрыгиваем в ламборгини, и Ворон сразу срывается с места. Мы летим по ночным улицам, а я прокручиваю в голове варианты, которые подбросил друг. Ну отмокать в ванной она любит… А вдруг уснула прямо там? Чёрт. Так даже ещё страшнее.

Стоит отъехать на пару кварталов, как мне прилетает вызов от любимой. С некоторым облегчением, принимаю звонок.

– Маша, ты где?

– Макс… я…

И тишина. Я смотрю на телефон. Сброшен вызов. Перезваниваю. Выключен. Блядь. У неё просто сел он. Всё нормально. Она ведь ответила на мой звонок, значит, реально всё в порядке. Ничего страшного не случилось.

– Ну что там?

– Кажется, телефон её сдох.

– Скоро будем. Расслабляйся.

Мы доезжаем до моей хаты. Выгружаемся. Я бегом поднимаюсь на свой этаж. Открываю дверь ключом, но когда влетаю в прихожую, внутри всё покрывается инеем. Тишина. Пугающая, неприятная тишина.

– Маша?

Обхожу все комнаты, но её нигде нет. Ворон стоит в прихожей. Хмурится.

– Блядь, – впиваюсь пальцами в волосы. – Пускай это паранойя, но мне надо знать, что с ней, где она и чем занята. Я просто…

– Понимаю. Если бы Алиса пропала с радаров, я бы тоже психовать начал, – кивает Ворон. – Давай рассуждать логически. Может ты устанавливал прогу для отслеживания…

– Ну я и дебил, – хлопаю себя по лбу. – Вот скажи, почему я об этом не подумал? Чёрт, будто мозг в тумане.

– Ну для этого есть друзья, Фрост.

Я открываю приложение. И хоть у Машуни сел телефон, геолокацию прога покажет нужную. Там, где сигнал словился в последний раз. И когда я открываю точку на карте, у меня дыхание перехватывает от удивления.

Какого хрена она забыла на краю города?!

Глава 47. Нашёл!

Максим Ледов

Маша. Машенька, блин!

– Какого чёрта?! – вырывается у меня уже вслух. – Ну какого, блядь, дьявола она так далеко уехала?

Ворон подходит ближе, заглядывает в экран. Свистит.

– Ого. Действительно, далековато забралась твоя принцесса. Это же промзона какая-то, там только склады да остановки.

Внутри всё стягивается и сжимается в ледяной ком. Промзона. В такое время. Мало ли каких придурков она там может встретить. И даже позвонить… позвонить не сможет мне, чёрт побери!

– Я знаю, – рычу я, уже направляясь к выходу. – Поехали. Быстро.

Мы снова летим в его тачке по ночному городу. За окном мелькают огни, а у меня перед глазами застыла одна картинка: Маша одна, в темноте, в каком-то хреновом районе города, куда даже таксисты не любят ездить. Телефон сдох. Она не знает, где я. Она не знает, где она.

Ворон молчит, только давит на газ. Хороший друг. Понимает, что сейчас не стоит ко мне лезть с разговорами. Я и не помню, когда в последний раз на таком адреналине был. Может быть никогда?

Я сжимаю телефон так, что костяшки белеют. Пытаюсь понять, как же так получилось. Как она могла оказаться там? Почему не сказала? Не объяснила, не написала. Ничего! Будто я в экстрасенсы должен был заделаться и понять что-то.

В последнее время она сама не своя. Вечно уставшая, вечно загруженная, вечно в мыслях где-то далеко. Даже когда я рядом, она будто бы не со мной вовсе.

Нет, я, конечно, понимаю – работа, учёба, мама эта… Но почему она молчит? Почему не говорит, если ей тяжело?

Мы приближаемся к конечной остановке, некий пятачок, за которым уже ничего нет.

Район, конечно, полный отстой. Пустырь, пара фонарей, из которых работает только один, и тот мигает. А на раздолбанной стеклянной остановке…

– Тормози, Ворон! Там Маша!

Я вижу её. Она стоит, прижавшись спиной к стеклянной, исписанной граффити, стенке, а перед ней – какой-то мужик. Нетрезвый, судя по пошатыванию. Лыбится, тянет к ней руку, что-то говорит, а она вся сжалась в комок, как маленький зверёк, загнанный в угол.

У меня в глазах краснеет. Всё. Контроль – к чёрту.

Ламборгини снижает скорость так резко, что нас немного заносит, и я впечатываюсь своим весом в дверь. Морщусь от удара, но плевать. Дёргаю дверь и вываливаюсь из тачки, едва она застывает на месте.

– Маша!

Я срываюсь к ней и через секунду уже вцепляюсь в этого типа за шкирку, отшвыривая его от Маши так, что он врезается в столб остановки. Он охает и оседает, заваливаясь на потрескавшийся тротуар. Видно, что дезориентирован.

Поднимает на меня мутные глаза.

– Ты охренел, парниша?! – орёт он, пытаясь встать.

– Ты свои клешни на мою девушку распускал, урод, – рычу я, делая шаг к нему.

Во мне бушует ярость. Такая сильная, что я чувствую, как кровь закипает в венах, а перед глазами будто красная пелена.

– Да я просто спросил, всё ли в порядке, – заплетающимся языком выдаёт пьяница и поднимает руки, сдаваясь сразу.

Чувствует, что я в полном неадеквате сейчас. Но меня это совершенно не останавливает. Мне как-то по барабану сейчас. Он её пугал, и этого достаточно. Моё тело жаждет крови.

– А выглядит так, будто ты к ней приставал! – рычу я, занося кулак.

Врезаю ему по челюсти, и его голова запрокидывается назад с хрустом. Но мне этого мало. Я снова тянусь к нему, хватая за грязную одежду, занося снова кулак над его обмякшим телом.

Совершенно уже не соображаю. Просто надо действовать. Выбить из него всю его пьяную дурь.

– Макс! Макс, тормози! – Ворон повисает у меня на плече, оттаскивая назад. – Он уже в отключке, смотри!

Я моргаю, концентрируюсь на мужике. Он действительно лежит, прикрывая голову руками, и мычит что-то нечленораздельное. Пьяный в стельку. Может, и правда просто лыбился? Может, не трогал?

Но он в любом случае заслужил удар. И, возможно, не один. Я тяжело вздыхаю, пытаясь взять себя в руки.

– Пошёл отсюда, – цежу я сквозь зубы. – Чтобы я тебя здесь больше не видел.

Мужик, матерясь, поднимается и, пошатываясь, уходит в темноту.

А я поворачиваюсь к Маше.

Она стоит, вжавшись в стенку, и плачет. Беззвучно, крупными слезами, размазывая их по щекам. Вся дрожит. Такая маленькая и потерянная. Такая беззащитная. Моя девочка, которая приехала зачем-то сюда.

Нахрена-то, а?

Мало приключений находит на свою милую аппетитную задницу?

Во мне закипает не только облегчение, что я её нашёл, что она почти в порядке, но и злость. Дурацкая, бессильная злость на то, что она здесь оказалась. Я пытаюсь сдержаться, правда, пытаюсь.

Но не могу.

– Да что с тобой происходит, киса?! – вырывается у меня слишком громко. – В последнее время ты сама не своя! Вечно уставшая, вечно в облаках витаешь, а теперь – это! Я звоню – ты не отвечаешь! Я просил написать, что доехала – ты не пишешь! Я с тренировки сорвался, даже душ принять не успел! – я развожу руками, показывая на свою форму, на себя – мокрого, взбешённого, воняющего потом и адреналином. – У меня матч через два дня! Я выкладываюсь там, а потом прихожу в пустую квартиру и не знаю, где ты и что с тобой!

Она молчит. Только смотрит на меня этими своими огромными, полными слёз глазами, и плечи её трясутся. И от этого молчания моя злость сталкивается с пониманием… Она не нарочно. Она просто… вымотана. Загнана. Как и я, только по-своему.

Я выдыхаю. Шумно, тяжело, пытаясь сбить этот бешеный ритм сердца.

– Ладно, – говорю я уже тише. – Поехали, катастрофа моя.

Подхожу к ней, беру за плечи. Она продолжает молчать и смотреть на меня. Ворон уже открывает пассажирскую дверь своего ламборгини. Я сажусь и притягиваю Машу на свои колени.

Спортивная тачка, что с неё взять.

Главное, что мы уедем от этого кошмара к себе домой. В уютное безопасное место. Маша утыкается носом в мою футболку и продолжает всхлипывать.

– Трогай, – бросаю я Ворону.

Друг даёт по газам, и мы снова летим по ночным улицам. Я смотрю в окно на мелькающие огни, и внутри всё продолжает клокотать. Злость почти ушла, осталась только усталость и щемящая нежность к этой девчонке, которая умудрилась за месяц перевернуть всю мою жизнь.

– Прости, – слышу я тихий, срывающийся шёпот своей кисы.

Закрываю глаза. Вдыхаю. Выдыхаю.

– Потом поговорим, – отвечаю я, прижимая её к себе крепче. – Дома.

Глава 48. Не избавишься

Меня до сих пор колбасит после приставаний этого пьяного мужика. Нет, он мне ничего не сделал, но моё воображение успело мне много чего нарисовать нехорошего. Спасибо фильмам и книжкам, я вообще девушка впечатлительная.

Максим, конечно, приехал очень даже вовремя.

Я не представляла себе в тот момент куда податься и как избавиться от дотошных вопросов незнакомца: «красавица, почему одна в такой поздний час?», «а хочешь, я тебя к себе в гости приведу?». Будто у него есть дом. Хотя… может и есть.

Ну почему я всё время влипаю в какие-то истории, а?

Выбираюсь из душа, заворачиваюсь в полотенце и несколько мгновений рассматриваю своё отражение. Я ведь могла сегодня серьёзно попасть. Мало ли в какой притон потащил бы меня этот мужик.

Я девушка симпатичная, я это знаю. В клубе ко мне тоже постоянно клеятся всякие мужчины с предложениями. И я даже как-то уже привыкла к этому. Но я на самом деле очень не хочу привыкать. Не хочу быть сексуальным объектом.

Чёрт. Мне нужно сменить работу в клубе на что-то более спокойное. И мне нужно выспаться. Если бы не эти несколько изнурительных недель, всё сегодня сложилось бы по-другому. Я бы не уснула в общественном транспорте, я бы добралась спокойно до дома. Потом у нас было бы жаркое общение с Максимом.

Всё было бы как обычно. Было бы хорошо с ним.

Нужно срочно пересмотреть приоритеты в своей жизни.

Натягиваю домашнюю футболку и штаны. Выбираюсь наружу и иду в спальню. Максим молча проходит мимо меня и занимает ванную комнату, так и не сказав мне ни слова. Злится до сих пор.

Обхватываю себя руками за плечи и кусаю губу, чтобы снова не разреветься.

Он – единственное, что у меня есть светлого в жизни. И я так боюсь его потерять. Не хочу, чтобы мы расставались, не хочу, чтобы он бросал меня. Как я справлюсь с этим?

Но внутри зреет уверенность.

Максим прямо сейчас переосмысливает наши отношения.

Я – ходячая проблема. Потоп, мама, да и я сама по себе такая. Как магнит притягиваю к себе всякую ерунду. Зачем ему такая девушка? Ради секса? Это единственное, где у нас всё гладко.

Но на сексе не построишь ничего стабильного. Я… я просто не подхожу ему.

Ни денег, ни связей, никакой стабильности. Точнее одна. Я привношу в его жизни хаос.

Сажусь на постель. Прикрываю глаза.

Как я смогу оплачивать мамино пребывание в клинике? Где я буду жить? Макс, конечно, парень благородный. На дорожку мне денег даст, может поможет квартиру снять на первое время, но не могу ведь я упасть ещё ниже в его глазах.

Боже… Максим… Как я жить без него буду? Я так люблю его.

Забиваюсь в угол кровати, поджимаю колени к груди и даю волю слезам. Тихим, противным, солёным. Пока он купается, можно и пореветь. А потом собраться с силами и самой уйти. Чтобы он не мучился со мной.

Я никчёмная. Я безответственная. Я устала так, что даже говорить об этом нет сил. Я завалила учёбу, я еле тащу работу, я чуть не вляпалась в историю с пьяным мужиком, и я даже не могу нормально объясниться с парнем, который вытащил меня оттуда.

В гостиной слышатся шаги. Максим уже искупался и теперь ходит туда-сюда. Потом шаги затихают. А через минуту дверь спальни открывается.

Я даже не поднимаю головы. Просто сижу, уткнувшись лицом в колени, и вздрагиваю от рыданий.

Слышу, как он подходит. Чувствую его присутствие совсем рядом. А потом ощущаю его руки на своей талии. Он тянет меня на себя и ставит на ноги. Припирает к стене.

Фиксирует, чтобы я не могла отвернуться, не могла сбежать от него.

– Маша, какого чёрта?! – хрипло спрашивает. Он смотрит на меня в упор, и в его глазах снова поднимается буря. – Что происходит?! Ты можешь мне объяснить?

Я не выдерживаю его взгляда. Опускаю глаза в пол.

– Потому что я тебя не достойна! – всхлипываю я, пытаясь вырваться, но он держит крепко. – Ты весь из себя – идеальный, успешный, красивый, у тебя друзья, тачки, «железо», будущее, а я… я никто! У меня мать в секте, у меня долги, я сплю на ходу, я всё проваливаю, я даже не могу нормально до дома доехать! Я тебя подвожу постоянно, я приношу в твою жизнь один хаос!

– Что? – выдыхает он озадаченно.

Его пальцы на мне только сильнее вжимаются в мою талию.

Максим перехватывает мой подбородок и поднимает лицо вверх. По щекам бегут горячие слёзы, но я всё-таки заставляю себя посмотреть на него. Сквозь эту вселенскую боль, что разрывает мне сейчас сердце на части.

– Ты заслуживаешь кого-то лучше, Макс, – говорю я тихо. На грани слышимости. – Какую-то… нормальную девушку. А я просто… просто устала. Я так устала, что уже не понимаю, где я и зачем я. И я знаю, что ты уже понимаешь, что у нас нет будущего, ты понимаешь… что должен оставить меня… Я… справлюсь. Не надо меня жалеть.

В груди всё взрывается таким масштабным апокалипсисом, что я едва держусь, чтобы не заскулить. Мне физически плохо. Будто в кофемолке перемалывает. Все внутренности сжимаются. Хочется кричать, биться в истерике.

Даже слёзы не приносят облегчения.

Ничто не принесёт облечения, потому что я теряю самое дорогое, что у меня есть. Самое лучшее, что было в моей жизни.

Любимого. Моего любимого парня.

– Маш, ты ненормальная, – заключает Максим и качает головой.

– Я знаю… да… – всхлипываю я.

– Потому что ты явно не в себе, если решила, что я тебя отпущу куда-нибудь.

Я хлопаю мокрыми ресницами.

– Что? – переспрашиваю хрипло.

– Идиотизм, если ты решила, что я с тобой расстаться хочу, – рычит он с какой-то отчаянной злостью. Переносит руки мне на щёки. Смотрит строго, так, что по телу аж мурашки разбегаются во все стороны. – Я люблю тебя, киса.

О боже…

– Макс?

– М?

– Ты сейчас… серьёзно?

Он прижимается ко мне всем телом. И только сейчас до меня доходит, что на нём только одни домашние штаны, которые низко висят на бёдрах. Что его кожа всё ещё влажная после душа и что от него пахнет так, что голова идёт кругом.

Но это всё пьянит не настолько сильно, как его слова. Как его признание.

– Абсолютно серьёзно, Машенька. Ты попала в самоё моё сердце. И хрен ты от меня теперь избавишься.

Его губы уверенно накрывают мои, и я мгновенно обмякаю в его руках.