Текст книги "Влюбить. Соседка мажора (СИ)"

Автор книги: Ника Княжина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 18 страниц)

Глава 36. Жаркий ужин

Максим Ледов

Приготовление ужина, как выяснилось эмпирическим путём, – путь в никуда. Меня настолько ведёт от моей девушки, что сосредоточиться на чем-то другом, кроме Маши, настоящая пытка для моего возбуждённого тела. Мозг отказывается думать, а руки норовят бросить сковородку и потянуться совсем к другому.

В общем, вместо еды отправляю кису снова принимать душ, а сам заказываю на дом вкусняшек. Да побольше. Как-то не успел узнать её вкусовых предпочтений, поэтому ориентируюсь на свои. Разве что шашлык – точно её тема.

Хотя можно, конечно, зайти в ванну и спросить её. Отличная же идея? Я просто задам вопрос… Пальцы покалывает от желания ворваться к ней и… поприставать в душе. Но нельзя же. Первый раз. Итак много впечатлений для такого дня.

Чёрт. Перед глазами снова встаёт яркая картинка, как она мне делала минет. Просто невероятно. Не ожидал, конечно, что она проявит такую инициативу. Моя дикая кошечка умеет делать сюрпризы.

Но это было фантастически.

Стоп. Рано об этом думать снова, правда же? Хотя фактически это ведь не совсем то, чего сейчас нельзя. Так что…

От моих порочных размышлений меня отвлекает звонок в дверь. Вот и курьер уже добрался. Открываю в одном полотенце. Никак не доберусь до своей очереди в душ. Я уже и заказ сделал, а киса всё ещё плещется. Может это намёк, чтобы я присоединился?

Раскладываю контейнеры с едой на столе, думая о том, чтобы ворваться всё-таки в душ к Маше. Это ведь не будет преступлением против её личных границ… Но план реализовать не успеваю.

Ловлю дежавю.

Снова я на кухне, а она на пороге в одном полотенце.

– Маш… Ты вот специально, да? Я ведь не удержусь, – вздыхаю я, пожирая её взглядом.

Эти мокрые волосы, рассыпанные по её хрупким плечикам, её тело, обёрнутое только этим жалким клочком ткани. И новое знание. Знание, блядь, как в ней хорошо.

Делаю шаг к ней. Под моим полотенцем уже всё красноречиво налилось и готово к бою, что не скрывается от Маши. Она таращится на меня. Точнее даже не на меня, а на него. Облизывает губы и делает шаг назад.

Вот это она зря.

Достигаю её одним рывком и вжимаю в стену.

– Мы же не будем… – шепчет она.

– Отчего же, ещё как будем, – заявляю и впиваюсь в её губы.

Проталкиваюсь языком в ротик и ловлю её отклик. Кайф. Она закидывает руки мне за шею и впивается пальцами в волосы. Я умираю от желания. Так хочется потянуть за ткань и сорвать с неё эту преграду. И взять её прямо здесь.

У грёбаной стены.

Макс, тормози.

Но я целую её так сочно, что сейчас меня никакая сила от неё не оторвёт. Толкаюсь бёдрами, и она стонет, вжимаясь в меня в ответ. Скольжу снова по ней. Конец мне. Эта девочка доведёт меня.

Да ёлки-палки. Я чуть-чуть…

Опускаюсь на шею, быстро развязываю полотенце и впиваюсь в сладкий розовый сосок. Вбираю в себя. Умереть не встать, что за десерт тут у меня. Маша стонет ещё громче, пытается меня оттянуть… или притянуть. Хрен разберёшь сейчас.

– Максим… Мне пока нельзя…

Нельзя, конечно. Но я же ничего не делаю. Просто мучаю и себя и тебя, киса.

Отрываюсь от её груди, натягиваю назад полотенце. Смотрю в стену, чтобы соблазна больше не было. Чёрт. Вот тебе и удовольствие. Я буду страдать. Долго и страшно страдать. Теперь, получив её наконец пытка не закончилась, а продолжилась.

Особо изощрённым способом.

– Я ведь просто хотел позвать тебя ужинать, моя милая. Всё готово.

Галантно взмахиваю рукой в сторону кухонного стола. М-м-м… Хотелось бы мне её сейчас подхватить на руки и устроить на этом столе. Раздвинуть ножки в стороны и ворваться снова в неё. Жёстко, грубо. Накрутить волосы на пальцы…

Блядь, харе, Макс.

Отхожу от неё и взъерошиваю свои волосы. Нужно как-то успокоиться. Перенаправить энергию. Подумать о чём-то другом.

– Садись, красавица, пока не остыло.

– Спасибо. Я безумно хочу есть.

Маша срывается с места, плотнее закутываясь в полотенце. С энтузиазмом рассматривает контейнеры и пакеты. Достаёт бургер. Чёрная булочка, котлета с говядиной и вишня. Идеальное сочетание.

– У-ух, выглядит аппетитно.

Маша, даже не садясь за стол, откусывает большой кусок. Я залипаю взглядом на том, как она ест. Снова кусает, жуёт. Я смотрю на неё, в голове белый шум. И только её губы, зубы и непристойные картинки.

Белый соус пачкает её, медленно стекает на подбородок…

Твою мать.

Не успеваю понять, как я оказываюсь рядом с ней. Но вот я уже слизываю с подбородка соус, Маша пытается отстраниться. Но поздно. Я не в себе. Я двигаю в сторону контейнеры и, подхватив её за талию, устраиваю на столе.

– Максим, ты что… хочешь тоже этот бургер?

О да. Я очень хочу… и не только бургер. Эта соседушка сделала меня невменяемым.

Маша протягивает мне еду, и я жадно кусаю. Ловлю на себе её внимательный взгляд. Она тоже откусывает. Поглощаем этот бургер с таким видом, будто это вообще не еда. Это какое-то кино для взрослых, честное слово.

Нельзя ведь так сексуально есть.

– Знаешь… я думаю, что всё-таки мне мало тебя сегодня, – признаюсь честно, если она ещё не поняла моих намерений.

– Мало? Но…

– Мы не будем полноценно заниматься сексом. Понимаю, что рано. Но я ничего не могу поделать.

Беру свободную руку Маши и кладу на свой стояк. Она понимающе кивает. И даже начинает поглаживать. Хорошая девочка. Она будто знает, что делать. Наверное, просто видит, что я уже в неадеквате, и пытается приручить зверя.

– Я, наверное, могу помочь… в этом вопросе, – выдыхает она мне в губы.

Ещё как может.

Стягиваю своё полотенце нахрен на пол.

Маша обхватывает член полноценно рукой. А я ныряю ей между ног.

Медленно ласкаем друг друга. Перемазанные едой, возбуждённые, ненасытные.

Я наклоняюсь и целую её. Меня нехило ведёт. Впервые такое. Обычно с самоконтролем у меня всё отлично, но только не с ней. Невольно ускоряюсь, пытаясь притормозить немного, нужно с ней аккуратней.

Маша выгибается, выпускает мои губы и стонет. Вид её запрокинутой головы, быстро вздымающейся груди, капли соуса, которая осталась на подбородке – всё это доводит до точки.

Кусаю её в подбородок, в шею. Ласкаю её по чувствительному бугорку, и она содрогается на моих пальцах, сжимается, пульсирует. Всем телом дрожит. И её оргазм доводит и меня. Охренительно она кончает. От меня. Для меня.

Я несколько раз твёрдо толкаюсь в её ладони, и заливаю всё нахрен своим семенем. Дыхание напрочь сбито, сознание плывёт от очередной разрядки.

Упираюсь руками в стол, пытаюсь снова прийти в себя.

Зашибись просто. Мне досталась самая горячая девушка на свете. И что приятно, она открыта к экспериментам. Я как чувствовал, что с ней будет так классно. Залипаю взглядом на ней. Красивая, умная, смелая…

Макс, да ты влюбился.

Маша убирает руку, смотрит на ладонь, потом на меня, на беспорядок, на то, что творится кругом. Полотенце на полу, следы нашей страсти, остатки бургера в другой руке и мы – взлохмаченные, расслабленные и, кажется, счастливые…

Отличный ужин, надо сказать.

Прямо на десятку из десяти.

– Хорошо, что ты еду не вытащил из упаковки, – выдыхает Маша и усмехается. – Мне точно нужна заправка. Никаких сил не осталось.

Глава 37. На полную катушку

– Ты чего такая счастливая? – подозрительным тоном интересуется Крис.

Я возвращаюсь в реальность из своих не очень-то приличных мыслей. В голове кавардак из-за одного соблазнительного парня. Остаток недели, да и эти выходные были настолько обалденными, что у меня не найдётся слов, чтобы их описать.

Правда приходилось прерываться на работу в клубе и на учёбу, но потом я снова попадала в его объятия. И что мы только не делали... Блин… вот уж не думала, что за день можно столько раз раздеваться и одеваться.

Я вся превратилась в размокший от удовольствия комок счастья и любви.

Ну не может ведь быть так классно бесконечно? Или может? Почему бы мне не поверить, что сама судьба будет на нашей стороне и угроза в виде беременности Кати рассосётся сама собой? Ну, то есть окажется, что вообще Максим там не при делах.

Кстати, после нашего неудачного расследования Крис как-то притихла и не проявляет больше бешеной активности. И пока я пребываю в эйфории от общения с Фростом, подруга как-то выглядит непривычно. Будто она… подавлена и расстроена.

По крайней мере сегодня. Блин, и почему я толком не спрашивала, что у неё в жизни происходит? Настолько ушла в свою радость, что всё вылетело из головы.

– Потому что я выиграла наш спор, Крис. Нашла того самого классного и адекватного. Ну… а ты чего такая хмурая? – толкаю её в бок.

Она закатывает глаза. Обнимает себя за плечи.

– Как думаешь, если ты нравишься парню, он ведь… ну не будет ходить на свидания с другими?

– Что? – выдыхаю я. – Артём…

– Придурок этот Макаров! – вспыхивает Крис. – Ненавижу его! Может… может ты всё-таки передумаешь насчёт Фроста? Походишь со мной на дурацкие свидания с другими парнями, чтобы не забивать голову этими… проблемными?

– А? – я растерянно хлопаю глазами. – Какого чёрта происходит? Колись!

Кристина вздыхает, ёрзает на месте, явно не желая объяснять, но тут со стороны доносятся знакомые голоса, и на её лицо мгновенно наползает маска. От неё начинает веять арктическим холодом, что даже я невольно ёжусь при взгляде на её мрачную мину.

– А я тебя как раз ищу, – расплывается в улыбке Макс и уже сгребает меня в охапку.

Я даже слова в ответ сказать не успеваю, как оказываюсь прижата к его мощному телу. Он наклоняется и глубоко, страстно целует меня прямо на виду у Кристины и Артёма, у которых, кажется, назрели какие-то серьёзные проблемы.

Но меня так ведёт от Макса, что я совершенно не контролирую свои реакции. И мне становится глубоко фиолетово на правила приличия.

Я уже вжимаюсь в него в ответ, обнимаю за шею и активно отвечаю, позабыв обо всём на свете. В груди всё теплеет, а ещё я отчётливо понимаю, что до безумия его хочу.

Чёрт. Невыносимый просто.

Он меня так заводит, что я готова наброситься на него прямо здесь. На этом пустующем стадионе.

С некоторых пор ещё одно препятствие для наших встреч – тренировки футбольной команды. И иногда я прихожу посмотреть, как он занимается. Просто чтобы побольше побыть вместе.

Он говорит, что я его вдохновение. Что когда я рядом, он лучше играет. А я… я просто тащусь, когда вижу его в форме. И да. Я представляю, что после своей тренировки он не скидывает её с себя, а тянет меня куда-нибудь в укромное место и… весь такой потный, липкий делает такой же потной и липкой меня.

Кажется, я теперь совсем невменяемая стала, как и он сам. Нас ведёт друг от друга и ничего с этим не поделать. Да и не надо. Это ведь такой кайф.

– Макс… – выдыхаю я, когда мы перестаём целоваться как ненормальные.

– Слышу в твоём голосе разочарование, киса, – хмыкает он, целуя меня в нос. – Дождись вечера…

– Вечером у меня чёртова работа, – перебиваю я и тихонечко хнычу.

– Я буду рядом. Всю ночь с тобой.

Это правда. Все мои смены теперь проходят вместе с ним. Благородно, но глупо. У него ведь физические нагрузки серьёзные, нужно отдыхать, а не следить, чтобы ко мне никто не клеился. Но я совру, если скажу, что мне неприятно.

Куда там. Я в диком восторге, что он у меня такой… защитник. Настоящий мужчина.

А может просто ревнует? Думает, что Альберт снова начнёт меня на свидание звать? Хотя, конечно, коллега на меня закусил. Больше никаких кофе не предлагает и общается по минимуму. Из разряда «привет», «пока».

– Ну да. Только это совсем не в том смысле, в каком бы мне хотелось, – говорю я и прижимаюсь к нему ещё сильнее.

– Поверь мне. Я думаю точно так же, – говорит он и целует меня в макушку.

На стадион начинают подтягиваться ребята, и уже кричат Фросту и Арту, свистят и привлекают всяческими способами внимание парней. Максим вздыхает и выпускает меня из объятий, спешит вниз в раздевалку. Мы с Крис снова остаёмся одни. Она задумчиво тарабанит пальцами по сидушке впереди.

Я как-то не рискую начать снова разговор про Артёма. Не хочется мне её травмировать, хотя любопытство зашкаливает. И пока я взвешиваю свои слова, чтобы вернуться к прерванному разговору, она вдруг резко меняет тему.

– Помнишь Дубова? Я тебе про него говорила.

– Тот самый, к которому мы собирались зайти в общаге? Поверь мне, такое я точно никогда в жизни не забуду, – передёргиваю плечами, мгновенно погружаясь в тот день.

Да, потом было очень сладко, вкусно и приятно, когда Максим меня привёз к себе домой. И это второе перебило впечатления от пережитого, но осадочек-то всё равно остался. Надеюсь, что я случайно не пересекусь в универе с теми двумя. Со Стасом и Толиком. Бррр…

– Ну да. Он ведь в футбольной команде. Вон. Смотри. Светленький.

Кристина исподтишка тыкает пальцем, и я вижу парня, о котором он говорит. Высокий, худощавый и хмурый. Тимофей, значит. Так. И к чему она клонит?

Перевожу вопросительный взгляд на подругу.

– В общем, я решила, что нужно довести дело до конца. Пообщалась со знакомыми с общаги и… с ним.

– Что? Без меня? – возмущаюсь я.

Сначала она пыталась меня втянуть во всю эту историю, а потом решила всё сделать втихую. Ну вот как же так? Несправедливость в чистом виде. Мне становится до чёртиков обидно. Но при этом капец как интересно.

– Ну и что там? – дёргаю я подругу за рукав толстовки.

– Ну там, я тебе скажу, всё очень запутанно.

– Конкретней, блин!

– Короче, как я и предполагала, наша Катюша вовсе не ангелочек. Мало того, что со слов знакомых она с самим Дубовым иногда развлекается, так ещё и со слов этого самого Дубова… девчонка-то любительница побывать на разных вписках.

Опаньки. А вот это интересно. Я вот не хочу сильно радоваться раньше времени, но губы сами собой расплываются в стороны. Есть! Есть надежда!

– И что… этот Дубов вот так просто взял и слил информацию про свою подружку? – удивляюсь я.

– Блин, Маш, ты со своей влюблённостью совсем мозги растеряла, – хихикает Крис, а мне хочется ударить её.

Ну зачем она так? И вообще… почему так жарко? Я смущаюсь от слов подруги? Приехали.

– Я тебе подскажу, дорогая. Не благодари.

Мрачно гляжу на неё. Вот зараза же, а. И почему мы вообще с ней так спелись? Иногда её характер вымораживает меня. Я даже в какой-то мере понимаю Артёма, который постоянно её подкалывает и злится за её выходки.

– Она пыталась повесить ребёнка на Дубова, а тот ищет способ от неё отделаться. Он даже нашёл фотки с этих вписок, чтобы она к нему не докапывалась, типа, что он – папаша. Сказал ей: проверяй тогда всех товарищей, дорогая.

Ох ты ж… Да эта Катя времени даром не теряла. Вот это я понимаю… уйти в отрыв.

Глава 38. Утро доброе

Просыпаюсь от странного, очень жаркого… ощущения.

По моему обнажённому бедру, прямо под краем одеяла, медленно скользит тяжёлая мужская ладонь. Шероховатая подушечка большого пальца проводит линию от колена вверх к самому чувствительному месту.

Сзади в макушку доносится горячее, прерывистое дыхание, знакомое до мурашек. Его дыхание.

Внизу живота мгновенно вспыхивает сладкое, томительное желание. Глухое, настойчивое, влажное. Оно разливается по жилам сладким сиропом.

Вот они. Новые, головокружительные реалии моей жизни.

С тех пор, как мы с Максимом вместе, все ночи мы проводим вдвоём. То у него, в стерильно-идеальной квартире, где я непременно навожу хаос своим присутствием, то у меня – где уже пахнет его дорогим парфюмом, его кожей... Или на моей дурацкой работе, где мы заняты тем, что переглядываемся и украдкой успеваем поцеловаться в перерывах.

А днём я постоянно ищу взглядом его высокую фигуру, его русую голову, и когда нахожу – всё остальное перестаёт существовать. Мы ищем для встреч любые возможности, пересекаемся в универе или на его тренировках. Что угодно, лишь бы побыть подольше в объятиях друг друга.

Мы ненасытные, невозможные. Как будто пытаемся наверстать все потерянные до встречи годы за пару недель. Нам всё время мало. Хочется, чтобы весь мир встал на паузу, а мы смогли изучить, узнать друг друга лучше. И по полной программе насладиться этим общением.

Крис называет меня «влюблённой дурочкой», но я уже не обижаюсь. Потому что я такая и есть. Всё, чем занят мой мозг – это Макс. Максим Ледов. Фрост. Только он. На остальное мне плевать с высокой эйфорической колокольни.

– Доброе утро, – шепчет он мне на ухо и целует в шею.

Я прижимаюсь к нему плотнее, молчаливо давая добро на всё, что он задумал. Чувствую же… каждым миллиметром своего тела чувствую, что он не прочь начать новый день с активности. И кто я такая, чтобы его останавливать?

– Доброе, – бормочу, не открывая глаз.

Макс приподнимает моё бедро, поправляя положение, и без лишних церемоний, одним плавным, уверенным движением наполняет меня. Глубоко. До самого предела. Я ахаю и вцепляюсь пальцами в скомканную простыню подо мной.

Мы лежим на боку, его руки уже странствуют по моему телу. Одна сжимает грудь, большой палец водит медленные, дразнящие круги по уже набухшему соску, другая придерживает моё бедро, задавая ритм.

Выгибаюсь, подставляясь ему, помогая ему войти ещё глубже... С каждым толчком из груди рвётся тихий, прерывистый стон наслаждения.

Он начинает медленно, лениво, наслаждаясь процессом, но его терпения хватает ненадолго. Темп ускоряется, дыхание сзади становится чаще, горячее.

– Макс… – протягиваю его имя, задыхаясь, но даже сейчас не могу удержаться от шутки. – Почему… у нас день всегда… начинается с десерта?

– Твой шеф повар… в прекрасном расположении духа, – сдавленно смеётся он у меня в волосах, и в награду за остроумие слегка сжимает сосок.

Острая, сладкая боль пронзает тело. Чувствую, как сжимаются мышцы внизу живота, предвещая окончание этого вкусного безумия. Нет, рано! Ну пожалуйста… Я едва держусь, чтобы не закончить быстрее, чем хотелось бы.

Максим чувствует, что я уже на грани и замедляется. Растягивает удовольствие. Движется теперь с невыносимой, томной аккуратностью.

Но моё тело требует другого. Нет сил терпеть эту пытку.

– Ваш миксер… сбавил обороты, шеф, – бурчу я.

Направляюсь ему навстречу, пытаясь увеличить темп, но с такого положения мне не очень удобно. Вырываюсь из его хватки, он с влажным звуком выскальзывает из меня. Слышу его разочарованный стон.

– Куда ты?.. Сливки ещё не взбились, – возмущается он и ловко, как большой котяра, перехватывает меня за локоть.

Он опрокидывает меня на спину, и не давая возможности опомниться, наваливается на меня сверху. Входит сразу глубоким, твёрдым толчком, вырывая из меня очередной сладостный стон.

Это же космос… И почему я так долго сопротивлялась его соблазнению? Надо было в тот первый день, когда он предложил отработать долг, начать раздеваться прямо в прихожей. Согласиться на все его наглые, порочные, прекрасные предложения с самого начала…

Я обхватываю его ногами за бёдра и притягиваю к себе сильнее. Движения становятся снова яростными, активными, отчаянными, как я и хотела. Надолго меня не хватает, я кричу, выгибаюсь, заканчивая фееричным оргазмом. Макс не останавливается, и мои спазмы прокатываются под его бешеным, неослабевающим ритмом.

Он выскальзывает из меня, и горячая волна обжигает мой живот, бёдра, грудь… И, конечно, свежее постельное белье. Кажется, после сна у кое-кого лень развилась. Не дотянулся до тумбочки, в которой у меня уже поселились стратегически важные запасы.

Бросаю на него взгляд и, как обычно, залипаю на его красивых чертах. Утреннее солнце, пробивающееся сквозь щель в шторах, золотит его кожу, подчёркивает каждую выпуклость рельефного пресса, каждую напряжённую мышцу плеч и рук.

Волосы взлохмачены сном, светлые пряди падают на лоб. На гладкой коже блестит пот. А на его губах расползается блаженная, удовлетворённая улыбка.

Блин. Обалденный у меня парень.

А я… я сейчас не просто взъерошенная. Я вся липкая, размякшая, заляпанная свидетельством его страсти. Самое время доползти до душа. Я открываю рот, чтобы предложить ему составить мне компанию…

И замираю.

Потому что слышу кое-что, чего точно не должно быть сейчас в этой квартире.

Шаги. В прихожей. В этой квартире, от которой есть ключ только у меня и…

Ледяная струя пробирается по спине, мгновенно сменяя всю послеутреннюю истому. Моё сердце подпрыгивает в груди вверх, а потом улетает в пятки.

Дверь в спальню скрипит и открывается.

Я автоматически тянусь к одеялу и едва успеваю прикрыть своё обнажённое тело, а вот Макс… ну его я закрыть не додумываюсь. А он… даже не шевелится. Он всё так же стоит на коленях на кровати, совершенно голый, в полумраке комнаты, и… да, он даже не пытается что-то скрыть. Так и держит своё мужское достоинство в руке.

– Боже… – вырывается у тёти Лены, которая только что нарисовалась на пороге.

Она замирает. Её взгляд скачет с моего пунцового лица на Макса, на беспорядок в комнате, на простыни… Мой мозг отказывается работать.

Капец. Абсолютный, беспросветный капец.

Мечтаю испариться на месте, отмотать время назад, не знаю… Что угодно, лишь бы не это.

– Тётя Лена, я… – шепчу шокировано и не знаю, что сказать или сделать.

– Извините, тётя Лена, – подхватывает Максим совершенно спокойным, даже вежливым тоном, – можно попросить вас… ненадолго оставить нас наедине?

Тётя Лена, с лицом цвета спелого помидора, издаёт нечленораздельный звук, резко разворачивается и выходит, захлопнув дверь с таким грохотом, что я вздрагиваю всем телом. Прикрываю глаза. Щёки пылают, сердце стучит как безумное, во рту всё пересохло, будто я неделю провела в пустыне.

Позор. Блин. Какой же позор.

Ну почему я вечно попадаю в какие-то нелепые истории?

– Эй, киса, не дрейфь. Самое интересное твоя тётя уже рассмотрела. Нечего теперь стесняться, – бодро говорит Максим.

Я чувствую, как он наклоняется ко мне, нависая сверху.

Его губы касаются моих губ в коротком, быстром поцелуе. От этого легче не становится.

Что ж… В одном он прав точно: скрывать уже нечего. Но мысль о том, что теперь предстоит выйти к ней, смотреть ей в глаза, что-то говорить…

А если она позвонит маме и расскажет про Макса?

– Мне конец, – тихо выдыхаю я, пряча лицо в ладонях.