Текст книги "Влюбить. Соседка мажора (СИ)"
Автор книги: Ника Княжина
сообщить о нарушении
Текущая страница: 11 (всего у книги 18 страниц)
Глава 33. Вся твоя
Поцелуй Максима становится таким напористым, что у меня начинает кружиться голова от нехватки воздуха. На мгновение я застываю в его руках, но это длится недолго. Мне хочется ощущать его ещё ближе, ещё острее. Я прижимаюсь к нему всем телом, а пальцы инстинктивно вплетаю в его волосы, усиливая напор.
Он мягко подталкивает меня, и вот я уже оказываюсь зажата между его сильным телом и прохладной столешницей. Его руки скользят вниз, обхватывают ягодицы, сжимают их, притягивая меня к себе с новой силой. Я прекрасно чувствую, какое сильное влияние оказываю на него, и это осознание пьянит.
– Макс… – выдыхаю я, когда он перемещается на шею.
Он кусает и целует мою шею, и я откидываю голову назад, открывая ему ещё больший простор для его манипуляций. О, да. Именно так, как мне и хотелось. Только он способен разжечь во мне этот всепоглощающий пожар…
Максим легко подхватывает меня за талию, поднимает и усаживает на прохладную столешницу. Сам же встаёт между моих ног. Я обвиваю его бёдра, притягивая к себе, чтобы между нашими телами не осталось ни единого миллиметра. Полотенце уже сползает, грозя вот-вот полностью соскользнуть.
Макс опускается ниже, оставляя жгучий поцелуй на ключице, и его руки перемещаются на мою грудь. Он сжимает её в своих ладонях, и из меня вырывается тихий, протяжный стон. Чёрт, какой же он невыносимо жаркий.
Внизу живота полыхает так, что я уже сама инстинктивно трусь об него, пытаясь унять это нестерпимое ощущение. Хочется большего. Намного большего, чем просто поцелуи и прикосновения. Мне нужен он весь. Я хочу отдать ему всю себя, без остатка.
Его ладонь скользит по моему бедру, затем перемещается на внутреннюю сторону, ныряет под полотенце и… останавливается.
Он застывает. Весь. Будто окаменел, каждой мышцей… и только горячее, прерывистое дыхание у моей шеи продолжает обжигать кожу.
– Что? – шепчу я удивлённо.
– Что значит «хочу, чтобы ты был первым»?
Оу… Он ведь не знает. Вот же я дурочка. С чего вдруг решила, что он догадывается, что у меня ещё никого не было? Судя по тому, как начиналось наше общение, Максим точно был уверен, что я опытная в этом плане.
– Я… да всё ты правильно понял. Я девственница… Это… проблема?
Я прикрываю глаза. Блин. Вот уж не думала, что буду грустить по этому поводу. В данную секунду вдруг понимаю, что если это станет преградой, я буду дико разочарована. Потому что пока я принимала душ, я столько раз прокрутила в голове всё… и поняла, что больше не хочу сопротивляться своим желаниям.
Максим не просто красавчик-сосед, не просто парень, который пытается завоевать меня, сделать своей девушкой… Он настолько крышесносный, что я утонула уже вся в нём. Я влюбилась. Вот так. До мурашек, до тахикардии, до мыслемешалки с ним одним в главной роли…
И мне уже всё равно. Я хочу быть с ним. И плевать, что нас ждёт впереди.
– Проблема? – задумчиво тянет. Отодвигается от меня немного, заглядывает в глаза. Я зависаю на его серо-голубых омутах. Макс убирает прядь моих волос, заправляя за ухо. – Нет, конечно, Маш. Вообще не проблема. Просто… хорошо, что я вовремя мозг включить успел.
– Не понимаю…
Значит, всё-таки остановится? И почему его это может напрягать? Ну да. Наверное, ценит опыт. А я… что я могу ему предложить? Только свой энтузиазм. Совсем не знаю, как вести себя в этом деле.
– Я настолько сильно хочу тебя, что чуть не реализовал всё прямо здесь. На этой грёбаной столешнице, – хмыкает он. – Прости. Это был бы не самый лучший вариант и не самое лучшее воспоминание в твоей жизни.
Блин. Вот я глупая. Совсем не про то думаю.
Улыбаюсь ему. Какой же он заботливый. Снова думает обо мне, переживает, чтобы я осталась довольна. Ну отчего он такой шикарный? И как я ещё сомневалась в чём-то?
Тянусь к нему ладонью и касаюсь его щеки. Внутри всё сжимается от нежности и от предвкушения. Уверена, что всё будет хорошо. Хоть и есть внутри немного волнения.
– Кровать? Лучший вариант?
– Идеальный. Идём.
Максим перехватывает меня за талию и спускает вниз. Берёт за руку и ведёт за собой. Я иду за ним и смотрю на его профиль. На взлохмаченные мною же волосы, на широкие плечи, на сильную шею.
– А станцуешь мне стриптиз? – выдаю я и кусаю губу.
Чёрт. Я правда сказала это вслух?
– Что? Ты же несерьёзно это? – смеётся он.
– Да как тебе сказать… – пожимаю плечами. – Мне в клубе понравилось. Очень. Ты был… ладно, что уж там… божественен. Единственное, что не так: мне хотелось придушить всех девушек, что пялились на тебя.
Мы уже заходим в спальню. Максим поворачивается ко мне, смотрит пару мгновений и вжимает меня в стену.
– Ревновала, значит? – улыбается и касается губ лёгким поцелуем.
– Ещё как, – выдаю правду и обвиваю его шею. – Думала, что утащу тебя в подсобку и никому показывать не буду.
– Обалдеть. А я считал, что ты ко мне равнодушна. Ты ведь вроде как неровно дышала к Арту, а от меня только отмахивалась.
Я смеюсь. Блин, ну вот зачем он вспомнил мои глупости?
– Ты ведь понял, что это просто отмазка. Я боялась влюбиться.
– А теперь… не боишься?
Взгляд Максима становится серьёзней. Больше нет в его глазах шутливых огоньков. Скорее там даже требование и надежда, что я скажу именно то, что он хочет услышать.
Я молчу. Признаваться первой в своих чувствах? Пожалуй, я не настолько храбрая. Поэтому я просто качаю головой. Сама тянусь к нему и целую. Сразу с напором, сразу глубоко и жарко. По телу бежит волна предвкушения.
– Я не боюсь, Макс. Я хочу… хочу быть с тобой.
– Киса… Как же я мечтал это услышать. Больше всего на свете.
Максим подхватывает меня на руки и несёт к кровати. Его губы снова обрушиваются на мои, он нависает сверху, давит на меня своим телом, сводит с ума. Медленно развязывает полотенце, обнажая мою грудь.
– Какая же красивая, Маша…
Я смущаюсь под его взглядом, но тут же радуюсь приглушённому свету. Шторы закрыты, и в комнате царит обволакивающий, интимный полумрак. Макс целует меня, покрывая каждый миллиметр кожи своими губами.
Я закрываю глаза, позволяя ощущениям захватить меня целиком. Его ладони нежно сжимают грудь, а губы поочерёдно опускаются к соскам. Он вбирает их в себя, ласкает языком. Меня пронзает током. Как же горячо, как остро… Максим такой… нежный… и вместе с тем, невероятно страстный.
Наверное, ему приходится сейчас сдерживаться. Всё-таки для меня это первый опыт. Но я не чувствую ни малейшей тревоги, я полностью ему доверяю. Я знаю, что он сделает всё правильно, и это будет идеальный первый раз.
А ведь я думала, что должен быть какой-то страх. Но его совсем нет. Только невероятное, дикое предвкушение.
Максим отпускает грудь и скользит ниже. Его горячее дыхание, смешиваясь с поцелуями, касается моего живота. Всё внутри меня напрягается от этих нежных прикосновений. Он замедляется, останавливаясь в самом низу.
Его губы прижимаются к чувствительной зоне, и я невольно выгибаюсь ему навстречу.
Глава 34. Для тебя
– Макс…
С губ срывается тихий стон. Его язык медленно, но верно сводит меня с ума. Я вцепляюсь пальцами в его светлые пряди, невольно тяну на себя. Чёрт… Это что-то на грани нереального. Как же хорошо.
Его руки сильнее сжимают мои бёдра, его движения становятся активнее. Он скользит у входа, толкается внутрь, а потом перемещается к чувствительному бугорку. Ощущения усиливаются. Я понимаю, что вот-вот дойду до грани, до предела.
Перемещает одну руку и входит пальцем. Медленно растягивает меня, вызывая очередные необычные, очень кайфовые ощущения. Всего становится слишком много, слишком ярко. Его движения рукой, его движения языком, мои стоны, моё тело, которое дрожит от его умелых ласк.
Один хлёсткий удар кончиком языка, и я взрываюсь.
Окончательно теряю связь с реальностью, влетая на всех порах в состояние эйфории, экстаза, дикого, сладкого наслаждения…
– Максим… Я… в шоке…
Он приподнимается надо мной, и я открываю глаза. Всё тело ещё вибрирует от пережитой разрядки, окутанное приятной, тяжелой слабостью. Мой взгляд расплывается, и я с трудом пытаюсь поймать фокус на его чертах.
– Это у тебя тоже впервые? Оргазм? – спрашивает с интересом.
– Я… пробовала сама… Ну в общем, это даже не сравнится, – смущённо бормочу.
Вот уж не думала, что буду такие темы обсуждать когда-нибудь с парнем. Уровень моей смелости сейчас улетел на самое дно. Возникает желание спрятаться под одеяло и больше оттуда не выбираться.
– А с парнем? Кто-то тебя…
– Нет, – вспыхиваю я. – До такого у меня ни с кем дело не доходило.
Максим как-то хитро улыбается, и мне отчего-то хочется его стукнуть. Чтобы у него корона до небес не выросла. Хотя о чём это я? Он знает, что хорош, так что я только что добавила пунктиков ему в копилочку его самоуверенности.
– У меня сегодня тоже кое-что впервые будет, – говорит он.
– Что же?
– Стриптиз танцевать буду.
Я не могу удержаться от улыбки, а Макс уже поднимается с постели. Стоп. Он что… серьёзно? Я смотрю на него, ещё вся дрожащая от недавнего оргазма и ещё вся влажная… И поверить не могу своим ушам.
Макс же уже встаёт по центру комнаты. Приглушённый шторами свет из окна выхватывает рельеф его пресса, контуры плеч. Он выглядит как статуя, сошедшая с пьедестала, чтобы устроить для меня приватное представление.
– Ты… ты шутишь, – выдыхаю я.
Внутри меня зреет неприкрытое предвкушение, и, кажется, это слышно даже в моём хрипловатом восторженном голосе.
– Замолчи и смотри, – усмехается он.
Макс отходит на пару шагов, чтобы я могла видеть его целиком.
Неужели? Он и вправду собрался? Я сейчас умру. Нет, сначала сгорю от стыда и желания, а потом умру. Почему, чёрт побери, он так прекрасно сложен? Это несправедливо быть настолько потрясающим.
Максим начинает с едва уловимого движения бёдер. Не танец ещё, а намёк на него. Звуков нет, только приглушённый шум города за окном и наше тяжёлое дыхание.
Его руки медленно скользят вверх по собственному торсу, от талии к груди, пальцы слегка впиваются в кожу. Я замираю, будто заворожённая.
Это не похоже на тот стриптиз в клубе, когда кругом было полно народу. Это… интимно. Как будто он не просто раздевается, а позволяет мне увидеть каждую мышцу, каждый нерв.
Он знает, что делает. Блин, конечно, знает. Видит, как я на него реагирую, видит, как у меня уже слюни бегут от взгляда на него. А эти мышцы на животе… Я уже умираю.
Максим ловит мой ошалелый, наглый, страстный взгляд и медленно, с преувеличенной театральностью, берётся за подол своей чёрной футболки. Ткань отрывается от кожи, обнажая сначала полоску загорелого живота, потом рёбра, грудь. Он тянет её вверх через голову, и на мгновение его лицо скрывается под тканью.
Мама мия. Я сейчас взорвусь снова. От одного только созерцания…
Потом футболка свободно падает с его руки.
И он, не глядя, резким, точным движением швыряет её прямо мне в лицо.
Ах ты ж! Опять!
Ткань накрывает меня. Она пахнет им – его потом, его кожей, его дорогим парфюмом. Я как ненормальная вдыхаю в себя поглубже этот аромат и только потом медленно стягиваю её с лица.
Он стоит, небрежно зацепив пальцами пояс джинсов, и пристально наблюдает за тем, как жар заливает мои щеки. На его губах играет та самая – до боли знакомая и невыносимо притягательная – усмешка, от которой мир вокруг начинает плыть, а последние связные мысли окончательно покидают голову.
– Не отвлекайся, – говорит он тихо, и его пальцы расстёгивают пуговицу на джинсах.
Медленно, с шипящим звуком молнии, он открывает застёжку. Джинсы сидят на нём низко, и вот они уже соскальзывают с его бёдер, обнажая чёрные обтягивающие боксеры. Он делает шаг из груды ткани на полу, и теперь передо мной почти всё. Только эти чёрные трусы и носки, которые кажутся вдруг нелепо-бытовой деталью на фоне всего этого… этого совершенства.
Щёки горят, дыхание сбито напрочь. Я должна смотреть ему в глаза. В глаза. Но я смотрю ниже. Ох… Стыдно. Очень. Но я не могу отвести взгляд.
Максим приседает, балансируя с грацией большого кота, снимает сначала один носок, потом второй. Бросает их в сторону. Выпрямляется. Вот теперь на нём только боксеры.
Его большие пальцы зацепляются за резинку. Он не торопится. Его взгляд зависает на мне, изучает каждый мой вздох.
– Маша, – произносит он торжественно. – Последний акт.
И он сдвигает ткань вниз. Медленно. Давая мне время осознать. Он сбрасывает боксеры окончательно и отшвыривает ногой в темноту. А я понимаю, что уже вообще не дышу.
Макс застывает и больше не танцует. Он просто стоит. Абсолютно голый, уверенный и открытый. Ни капли стеснения, ни капли неловкости. Будто он вообще рождён для того, чтобы соблазнять бедных девушек, которые теряют от него остатки разума.
В общем, не знаю, как другие, но я точно уже потеряла себя.
Он подходит к кровати. Наклоняется, кладёт ладони по обе стороны от моей головы.
– Ну что, – его губы касаются моего уха. – Оценка? Допускаю критические замечания по технике.
Смеётся? Он восхитительный! Невыносимый красавчик-сосед, который за несколько дней завоевал моё сердце. Всю меня. Я в полном шоке от этой скорости, но я уже вся его. Вся.
– Ты совершенство, – выдыхаю я. – И я тебя хочу.
– Взаимно, моя дикая кошечка.
Максим опускается ещё ниже и глубоко целует меня.
Глава 35. Безумие
Я пьяна. От его жарких, нежных прикосновений к моей коже, от его страстного, глубокого поцелуя, в котором тонет всякая трезвая мысль. От желания, что наполняет нас обоих гулом в ушах и дрожью в самых глубинах. И терпеть это дальше – настоящая пытка.
Хочется большего. Всей его кожи, всего его веса, всей этой невыносимой близости.
– Максим… – выдыхаю я, когда он отрывается от моих губ, оставляя их влажными и пустыми. Моё дыхание срывается на полувздох. – Продолжай…
– Минутку. Нужно подготовиться.
Он отпружинивает от меня, и на мгновение между нашими телами возникает прохладный промежуток воздуха. Я тут же скучаю по его теплу. Он пододвигается к тумбочке, и я слежу за его спиной – за игрой мышц под кожей при каждом движении.
Прикусываю нижнюю губу до боли, просто чтобы ощутить что-то, кроме всепоглощающего ожидания. Даже не верится, что сейчас всё случится. Но я так сильно этого хочу, что не остаётся ни сомнений, ни страхов.
Только он и я.
И только это безумное, животное влечение.
Дожидаюсь, пока Максим достанет квадратик из фольги. На миг он останавливается передо мной на коленях. Он подносит ко рту упаковку, чтобы разорвать её зубами…
И я, поддаваясь внезапному порыву любопытства и смелости… тянусь к нему рукой. Мои пальцы, будто сами по себе, обхватывают его. Кожа под ладонью обжигающе горячая, гладкая, как шёлк, и твёрдая, как сталь. Я застываю, поражённая своей дерзостью. Вообще не знаю, что на меня нашло.
А он в моей руке резко дёргается и становится ещё больше. Оу. Это на меня такая реакция? А что, если я сделаю вот так?
Медленно веду рукой вверх, изучая текстуру. Чувствую, как под тонкой кожей пульсирует его кровь…
– Маша… чёрт… – шипит Макс, его голос срывается на низкий, хриплый стон. – Ты меня доведёшь сейчас…
Доведу ли? Я с интересом скольжу и дальше ладонью по нему. Наблюдаю за реакцией Максима. Я вижу, как он прикрывает глаза, как его челюсти напрягаются, как по шее пробегает судорога. Ему нравится. Это меня приободряет.
Я поднимаюсь с подушек и наклоняюсь к нему. Касаюсь его губами. Солоноватый, чистый, мужской вкус кожи ударяет мне в голову.
– Киса…
Максим вплетает пальцы в мои волосы, нежно, но неотвратимо подталкивая меня ниже. И мой эксперимент переходит в новую, пугающую и пьянящую стадию. Я уже не просто пробую его на вкус. Я принимаю его в себя, медленно, преодолевая новый для себя рубеж, и слышу его сдавленный, хриплый стон прямо над головой.
Чувствую, как пальцы в моих волосах сжимаются сильнее. Всё это невероятным образом возбуждает ещё сильнее. Я делаю такое. Я довожу его до такого состояния. Поверить не могу. И это, оказывается, потрясающе приятно.
Внизу живота всё томительно сжимается. Между ног собирается влага. Я хочу его. Кажется, от того, что я возбуждаю его, я теперь вообще едва контролирую себя. Голова идёт кругом от всего происходящего.
Мне нравится его запах, его вкус, его реакции на меня, его пальцы, который давят на меня и его прерывистое дыхание. Всё кругом затуманивает сознание, оставляя вместо мыслей пустоту. Желание общаться только телами, никаких других разговоров.
– Стой, хватит, – вдруг обрывает меня Макс и оттягивает меня немного от себя.
Я смотрю на него снизу вверх. Его глаза горят восхищением и неприкрытым восторгом. Но он качает головой.
– Это просто шикарно, я чуть не кончил, – признаётся он. – Но давай-ка всё-таки доведём дело до конца. Хочу, чтобы ты стала моей. Сейчас же. Ложись.
И я покорно укладываюсь на спину. Максим быстро подготавливает себя и накрывает меня сверху своим телом. Он горит. Так же, как и я. Его губы снова накрывают мои. Наши собственные вкусы смешиваются.
Его твёрдость упирается в меня, и я раздвигаю ноги шире, инстинктивно готовясь принять его. Обвиваю его шею руками. Будет больно же, но я готова потерпеть. Это ведь только в первый раз так. Потом будет лучше.
– Доверяешь мне? – спрашивает он и слегка давит на меня.
Я чувствую внизу натяжение. Непривычное, тугое, странное ощущение, но пока ещё не болезненное. Киваю, с трудом собираю в кучу разбегающиеся мысли.
– Я тебе верю, Максим.
Он целует меня в шею, потом прикусывает кожу у ключицы. Смесь желания, боли, удовольствия переплетается в один клубок. А следом он медленно входит. Толкается бёдрами и заполняет меня собой.
Твёрдо, неумолимо, до самого конца.
Я вскрикиваю от неожиданного, распирающего ощущения наполненности и вцепляюсь пальцами в его плечи. Кажется, даже царапаю, но он лишь глубже вжимается в подушку рядом с моей головой. Застывает. Полностью. Во мне.
Я открываю глаза и ошалело смотрю на него.
– Как ты? – спрашивает он.
Вижу, как его лицо напряжено, как мышцы окаменели, как глаза горят лихорадочным, тёмным блеском.
Как я? Жива. Наполнена им. Пока всё, что было до этого, показалось мне намного приятнее. Надеюсь, что дальше будет лучше.
А ему каково во мне?
– Всё хорошо, – успокаиваю его и провожу дрожащей рукой по его вспотевшей щеке. – А ты как?
– Честно? – он дожидается моего кивка, и его губы растягиваются в диковатой, счастливой ухмылке. – Обалденно. Мне так никогда ещё хорошо не было. Готов в тебе прописаться. На постоянной основе.
– Боже… – толкаю его в плечо. С губ срывается нервный, безумный смешок. Но, кажется, я сейчас на седьмом небе от его слов. – Продолжай.
И он меня слушается. Аккуратно выходит почти до самого конца. Внизу сразу же становится непривычно пусто и некомфортно, но следом он снова заполняет меня собой. Да… Вот так намного, намного лучше.
Я снова теряюсь в ощущениях. Боль довольно быстро сменяется другим. Каждый новый аккуратный толчок ведёт меня к глубокому, раскатистому, нарастающему удовольствию. Я чувствую, как всё моё тело наполняется предвкушением. Он всё легче и легче скользит во мне.
Чувствую на себе его горячее, тяжёлое дыхание, смешанное с моим, тяжесть его тела, его лёгкие беспорядочные поцелуи в грудь, в ключицу, в шею, в губы. Обхватываю его ногами, прижимая сильнее к себе.
Мы одно целое, и это понимание взрывает меня окончательно. Всё сжимается в тугой, невыносимый ком в самом низу живота, а потом разрывается на тысячи искр.
Я кричу его имя вместе с длинным, протяжным стоном удовольствия. По телу прокатывается судорога наслаждения, изнутри всё сжимается и пульсирует вокруг него. Я уже определённо точно царапаю его спину в беспамятстве экстаза, но не могу остановиться.
– Маша… Охренеть…
Макс твёрдыми, уверенными толчками движется во мне ещё несколько раз, уже не заботясь об аккуратности и нежности и заканчивает следом за мной с каким-то утробным рыком, от которого у меня по телу бегут мурашки.
И это обалдеть… какой приятный для слуха звук... Какой шикарный финал.
Он заваливается на меня всем весом. Тяжелый, потный, прекрасный. Его сердце колотится о мою грудь в бешеном ритме. Я обнимаю его, а он вжимается в меня ещё сильнее, пряча лицо у меня в шее, и начинает осыпать её беспорядочными, лихорадочными поцелуями. Будто одержимый. Будто не может остановиться.
И я смеюсь. Хрипло, тихо, от полного, абсолютного истощения. Сил ни на что не осталось. Только лежать и чувствовать, как он всё ещё во мне, как наше дыхание постепенно выравнивается. И мне даже не хочется, чтобы он покидал меня. Ладно. Пусть прописывается. Ведь это было… обалденно.
– После такого… мы просто обязаны восполнить калории, – выдыхает Максим мне в район волос. – Приготовим вместе ужин?
– Шашлык? – усмехаюсь я.
– Шашлык в другой раз. А пока что-нибудь попроще. Яйца с беконом или омлет.
– Идёт.
Максим поднимается и снова меня целует. Долго, медленно, с новой, спокойной нежностью. А я вдруг понимаю, что проголодалась. Безумно проголодалась. Снова.
И, кажется, это не про еду.
