Текст книги "Последний шанс (СИ)"

Автор книги: Ника Давыдова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 12 страниц)

Глава 17

Нерргар шагал по улице, оставив далеко позади белоснежное здание больницы. Повезло, что угрожать врачу не пришлось – тот как-то резко сдулся, стоило чуть-чуть на него надавить. И хорошо: буйным пациентом он становиться не хотел. Плохо для имиджа. О, он должен был позаботиться о нем, ведь в голове уже примерно рисовался будущий план действий после того, как он разберется с гадом, что отправил его в игру.

Воздух в городе был другим – не как в привычном Грайне. Тяжелым от гудящих машин, нагретым от стекол огромных небоскребов. Здесь было мало зелени, много металла и ярких голограмм. Раньше его это все, кажется, не особо раздражало, а теперь руки буквально чесались снизить громкость всего города минимум на десять пунктов. И побольше деревьев понатыкать для разнообразия ландшафта. Нерргар хмыкнул. Что там нужно для становления настоящим мужчиной? Точно что-то с деревьями было связанное. Надо у Алайны потом уточнить, это же она специалист по всей этой дребедени.

Секретарь семенил рядом, отставая на шаг, и то и дело поправляя дипломат, который явно отяжелял ему руку и жизнь.

– Погодите!.. – выдохнул он, но, разумеется, Нерргар не собирался ждать.

Сосредоточенно и молча он перебирал варианты, где можно было найти господина Лейвальда. Исполнительный директор не относился к числу близких людей, но исчезновение столь важной фигуры казалось подозрительно удачным. Слишком уж кстати. Разумеется, его адрес был в базе сотрудников, в доступе компании. Но если тот пропал неделю назад, первым делом должны были проверить дом. А значит, надежды на банальное объяснение почти не оставалось.

– Хальбрехт, – лениво бросил он через плечо, даже не снизив шаг. – Навещали ли господина Кертца по месту жительства?

– Да-да, конечно! Его дом проверяли. Но его там не оказалось. И… его жена тоже ничего не знает. Она… очень обеспокоена.

 Нерргар мгновенно зацепился за одно слово. Жена.

– Дайте её номер, – потребовал он ровно, останавливаясь.

Секретарь облегченно выдохнул, восстанавливая дыхание, а потом торопливо полез в карман пиджака и вытащил телефон. Быстро нашел контакт и протянул его начальнику. Нерргар взял в руку металлический прямоугольник толщиной в миллиметр, удобный и непривычный одновременно. Приложил его к уху. Гудки.

Слушая их, он рассеянно оглядывался по сторонам.  Отовсюду взгляд атаковала реклама: яркая, липкая, слишком настойчивая. Одна из голограмм вдруг захватила его внимание:

"Игра года! Покори злодея в новом симуляторе свиданий!"

На пяти метрах над землей, прямо перед толпой пешеходов, сияло его собственное лицо. Только нарисованное и сильно стилизованное. Но себя-то он всегда узнает. В придачу рядом с ним была изображена Алайна. Она тянула его на себя за воротник рубашки в явном стремлении поцеловать. Интересно.

В левом углу голограммы был логотип его собственной компании.

Ну да, пока он пытался выбраться из игры, на его лице неплохо так зарабатывали, видимо.

Гудки смолкли.

– Алло?.. – раздался женский голос. Нервный, чуть дрожащий.

Нерргар молчал, позволяя паузе потянуться.

– Я слушаю?..

– Госпожа Кертц? – его голос прозвучал мягко, почти вкрадчиво.

– Д-да. Кто… это?

– Гаррен Эйхнер, – ответил он лениво, словно представлялся официанту, – ваш муж в курсе, что я снова в строю?

На том конце провода повисла тяжелая тишина, едва прикрытая её сбивчивым дыханием. Секретарь рядом судорожно сглотнул и ещё сильнее прижал к груди свой дипломат.

– Этого не может быть… – наконец, прошептала она, и в голосе звучало не облегчение, а скорее недоверие, приправленное страхом. – Вы… ведь…

– Я, – коротко подтвердил он. – Ваш муж дома не появлялся неделю. Где он?

– Я… я не знаю, – голос сорвался. – Он уехал в командировку, сказал, что это срочно, и… больше не звонил. Я пыталась… я…

Он слушал не слова, а дыхание, интонации, дрожь в голосе.

Врала. Определенно.

– Вот как, – протянул Нерргар, – Что ж, простите, что потревожил. Если вдруг станет что-то известно, позвоните по этому номеру. – К-конечно, господин Эйхнер! – заверила женщина тут же. – Обязательно… обязательно вам позвоню!

– Она сейчас явно понесется к мужу. – он отдал телефон секретарю. – Вы говорили, до вашей машины недалеко осталось?

– Да-да, она буквально за углом, я оставил ее на бесплатной парковке, – затараторил Хальбрехт, – Но… простите, я не совсем понимаю, что вы собираетесь делать? Почему вас так беспокоит господин исполнительный директор? Не лучше ли сейчас просто поехать домой?

– Скажите, полтора года назад, когда я впал в кому после сердечного приступа, было ли расследование по этому делу?

– Что вы имеете в виду?

– Проверяли ли меня на наличие в организме каких-то неизвестных примесей, зелий, веществ?

– В самом начале вами занимался семейный штат врачей, а потом перевели в больницу, где вы очнулись. Но я не знаю… Хотите сказать, вы подозреваете, что это было покушением на убийство?! – встрепенулся секретарь.

 – Да, – ровно отозвался Нерргар, делая себе в голове пометку провести тотальную чистку среди работников не только компании, но и семьи.

– Тогда нужно звонить в полицию. Но какие у вас доказательства?

 – Вот поэтому и нет смысла никуда звонить. Нет у меня никаких весомых аргументов. Скажем так, у меня внезапно открылись экстрасенсорные способности. Поэтому не теряем ни минуты. А то доказывать еще все это…

– Вы такой сильный маг! – экзальтированно выдохнул  Хальбрехт.

Кажется, Нерргар вспомнил, почему этот мужчина так долго задержался на посту его личного секретаря. Чужое восхищение явно неплохо так гладило его эго.

Было бы чудно, конечно, обратиться в полицию, но только вот Нерргар абсолютно не хотел становиться параноидальным сумасшедшим, которому что-то там привиделось в коме, и теперь он идет крушить все направо и налево в следствии атрофии мозговых клеток. Потому что даже опытный менталист, заглянув к нему в голову, ничего не поймет.

Поэтому он как-нибудь сам разберется, тем более, что время у него было ограничено. Невозможность сию же секунду вернуть себе Алайну заставляла его потихоньку звереть. Нерргар не гарантировал чью-либо безопасность, начиная с того момента, как у него кончится терпение. А его было не то что бы сильно много, хоть он и старался. Чтобы перетащить сюда девушку, нужно избавиться от всех возможных помех, и именно на этом он и сосредоточился.

– Жена Кертца проживает вместе с ним? – спросил он коротко, садясь на переднее сиденье небольшой машины.

– Да, – секретарь занял водительское место.

– Тогда едем туда, и быстро. Кстати, Хальбрехт, вы же тоже маг?

– Верно, а что?..

Нерргар опустил руку ему на затылок, забирая часть чужого резерва и заодно поверхностно проходясь по эмоциям секретаря. Он не был менталистом в полном понимании этого слова, но  в какой-то мере мог заставить людей делать то, что он хочет, а еще прочитать  общие намерения и эмоции. Потому что подозрения в сторону Хальбрехта тоже имели место быть.

– Ох! – секретарь резко побледнел.

– Простите, – Нерргар ободряюще похлопал его по плечу. Все было в порядке. – Я одолжил у вас немного сил. Нужно помогать начальству, верно? Вдруг придется драться, и мне нужно будет вас защитить?

– Вы такой… благородный, господин Эйхнер.

– Поезжайте быстрее, у нас мало времени.

 На самом деле насчет возможной драки Нерргар немного сомневался. В момент, когда начал открываться портал в Лийсе, принц, до этого смирно лежавший на полу неприятной на вид кучей, вдруг рванул куда-то в сторону, будто бы надеялся сбежать в последнюю секунду. Ради чего – непонятно, может, побоялся, что Нерргар сейчас оставит его среди Пустоглазых, но уверенности в том, что его душа прибыла домой в полной комплектации, не было.

Машина резко взлетела вверх, и Нерргар с тоской вспомнил удобные во всех смыслах порталы. Вот уж что действительно облегчало жизнь. Сделал шаг – и ты уже там, где нужно. Без всей этой тряски, гула мотора и удушливого запаха нагретого металла. Но на Лийсе возведение порталов требовало колоссальных усилий. А его собственные резервы, даже с учётом аккуратно позаимствованных у секретаря, не позволяли тратить силы на такие прихоти.

Они летели на уровне тридцатого этажа, по широкой воздушной магистрали, почти пустой в этот час. За прозрачными стёклами мелькали огни других машин, сияние рекламных баннеров и редкие проблески настоящего неба между небоскрёбами. Секретарь, судорожно сжимая руль, изобразил деловитый тон:

– До места примерно минут десять, господин Эйхнер.

Нерргар рассеянно кивнул. На деле его внимание вертелось вокруг недавнего плаката. Ему казалось, что Пустоглазые имеют свою собственную корпорацию, затесавшуюся среди множества других похожих и не выделяющуюся. Но игра, в которую его отправили, была выпущена его собственной компанией. Значит ли это, что Пустоглазые заключили какой-то договор с Лейвальдом? Не было ли его платой за заключение Нерргара в тюрьму распространение игры среди жителей страны? Больше людей, купивших симулятор – больше еды для монстров. Выгодный обмен, если смотреть глазами чудовищ. Но слишком уж дерзкий для человека, которого он знал. Хотя, с другой стороны, кто сказал, что он знал Лейвальда по-настоящему? Он вообще особо не интересовался людьми, находящимися рядом с ним.

– Хальбрехт, – Нерргар даже не повернул головы, глядя на ряды рекламных щитов, – вы же в курсе моего денежного состояния?

– Приблизительно да, – секретарь дернулся, будто почувствовал подвох.

– Кажется, я был богат до комы?

– Это… мягко сказано, господин. – Тот кашлянул и торопливо добавил: – А сейчас вы стали ещё богаче, несмотря на всё это время без сознания. Инвестиции… ваши фонды… всё приумножилось.

– Интересно. – Нерргар чуть склонил голову набок. – Значит, если я завтра закрою компанию, то мало что потеряю?

Машина резко дёрнулась в сторону, чуть не врезавшись в угол соседнего здания. Секретарь выдал сдавленный звук, между визгом и кашлем, и едва выровнял управление.

– Вы что такое говорите?! Господин Эйхнер, вы меня пугаете!

– Веди-веди, не дёргайся, – насмешливо отозвался Нерргар, откинувшись на сиденье. – Страшного пока ничего не произошло.

«Пока» – ключевое слово.

Они едва успели приземлиться во дворе элитного жилого комплекса, как с парковки с истеричным визгом стартовала небольшая изящная машинка, явно из последней линейки «для леди».

– Кажется, это была госпожа Кертц, – флегматично заметил Нерргар, не спеша даже отстегивать ремень. А затем резко рявкнул: – За ней летите, быстро!

Секретарь ойкнул, и машина, подчиняясь нервным, но точным движениям его рук, рванула вперёд. Воздушные потоки завихрились, отбрасывая назад бумажный мусор со стоянки.

Нерргар наблюдал, как крошечная машинка петляет между небоскрёбами. Смешно. Что она собиралась делать? Куда бежать? Муж пропал неделю назад, а она сидела тихо. И только услышав его голос, сорвалась с места. Это было слишком красноречиво.

– Не упусти её, Хальбрехт.

– Я… я постараюсь! – выдохнул секретарь, цепляясь за руль так, словно от этого зависела его жизнь.

Погоня вышла тихой, почти незаметной. Госпожа Кертч сворачивала то туда, то сюда, металась между потоками машин, стараясь запутать возможных преследователей. Но Нерргар прекрасно знал: хаотичность всегда выдаёт больше, чем маскирует.

Хальбрехт вёл осторожно, умудряясь держаться на достаточном расстоянии, чтобы не привлекать внимания, но и не упускать цель.

Через полчаса они оказались у массивного здания на самом краю города. Высокие стеклянные фасады, приглушённое золотое сияние голографических вывесок, тихие дроны-охранники над входом. Элитная больница. Настолько дорогая, что простые смертные сюда даже не мечтали попасть.

Ну да, надо же где-то держать тело, которое осталось без души.

– А меня почему не сюда положили? – фальшиво возмутился Нерргар, поднимая бровь.

Секретарь замялся, аккуратно снижая скорость и опуская машину на парковку.

– Господин Эйхнер… ну, в то время… это было невозможно. Вас перевели в центральную клинику, так как там и специалисты были на месте… и условия…

– Успокойтесь, – фыркнул Нерргар.

Они вышли из машины. Воздух здесь был тише, чище, чем в центре, словно специально фильтрованный для богатых пациентов. У самых дверей их остановил высокий мужчина в форме:

– Пожалуйста, продемонстрируйте отпечаток ауры и цель визита.

Нерргар медленно вытянул руку, позволив устройству в руке охранника считать информацию.

– Пациент Лейвальд Кертц, – произнёс он ровно. – Я его начальник. Пришёл навестить.

– Простите, но здесь такого человека нет.

Нерргар послал сильнейшую магическую волну прямиком в лицо мужчины, от чего у того на пару секунд глаза собрались в кучу.

– А если еще раз подумать?

– Ах, да… Лейвальд Кертц… У вас в фирме все так радеют за подчиненных?

– Только за очень близких, – расплылся в улыбке Нерргар.

Охранник мотнул головой, пытаясь сбросить наваждение, но сделать этого никак не получалось – он продолжал против воли выдывать засекреченную информацию.

– Третий этаж, господин Эйхнер. Палата триста девять. Сегодня какой-то особенный день?

Видимо, он имел в виду внезапное паломничество сразу нескольких людей к больному. Жена Лейвальда прошла через главный вход буквально несколько минут назад.

– Будем вместе молиться за выздоровление моего дражайшего коллеги.

Он уверенно пошёл вперёд, засунув руки в карманы брюк. Шаги его не издавали почти никакого звука, что создавало странное впечатление, будто он скользит по коридору, а не идёт. Секретарь семенил позади, изо всех сил стараясь поспевать.

Поднявшись на подозрительно темный и пустой третий этаж, Нерргар внезапно ускорился. Его фигура размыто мелькнула – и в мгновение ока он оказался прямо за спиной женщины, что как раз собиралась открыть дверь в ВИП-палату.

Та вздрогнула, роняя на пол ключ-карту, когда ее плечо сжали сильные пальцы.

– Я же просил позвонить, если вдруг что-то станет известно, – вкрадчиво произнёс Нерргар.

Глава 18

Нерргар стоял над кроватью, заложив руки за спину, и задумчиво смотрел на лицо мужчины, едва угадывающееся среди белоснежных подушек. Лейвальд Кертц точно имел некоторые черты, что проглядывали сквозь внешность Остэша, сомнений не было. В принципе, и других доказательств вполне хватало для того, чтобы точно убедиться, что ублюдок, который засунул его в игру, лежит сейчас прямо перед ним и выглядит так, словно просто уснул. Но Нерргар прекрасно знал: никакого сна здесь не было. В теле не шевелилось ни искры – пустая оболочка, и вряд ли он когда-нибудь очнется. Кажется, душа все-таки где-то заблудилась.

Любопытства ради Нерргар сунулся внутрь его сознания, но там его встретил лишь вязкий туман, липкий, словно кто-то залил мозг человека киселем. Ни мыслей, ни образов – только бесконечная серость. Отврат.

Но вместе с тем он почувствовал некое удовлетворение.

Нерргар отстранился от кровати и, резко развернувшись, уставился на женщину, что стояла у стены, сжавшись как птичка перед кошкой. Она тряслась, глаза бегали по комнате, словно искали выход, но выхода не было: секретарь встал у двери и добросовестно ее сторожил.

– Ну? – произнес Нерргар. – Выбирайте: свидетельница или соучастница?

– С-соучастница?.. – едва слышно пискнула женщина.

– Попытки убийства, конечно.

– Чье… го? – в ужасе выдохнула она.

– О, –  он откровенно повеселел, уголки губ дрогнули, – ну можете выбрать, кого вы там хотели убить: меня или своего мужа.

Госпожа Кертц на главного злодея истории походила не очень, скорее, на не очень удачливого помощника. Меньше она от этого, конечно, не раздражала.

– Я никого…

– Да бросьте, – он резко шагнул вперед, и руки сами сомкнулись на ее горле. – Я и так несколько заколебался, поэтому не нужно мне пытаться вешать лапшу на уши. Зачем вы сюда приехали? Что хотели сделать?

Женщина захрипела, глаза ее выкатились из орбит, ногти царапнули его запястья. Чем-то она напоминала своего собственного мужа, который так же пару часов назад дергался в его хватке. Ну да, говорят же, что супруги становятся со временем друг на друга похожи.

– Господин Эйхнер, вы бы поосторожнее, – обеспокоенно подал голос секретарь, но на него зло шикнули, и тот сразу замолчал.

– Не пытайтесь изворачиваться. Какие инструкции дал вам Лейвальд на случай, если вдруг… не сможет очнуться? – продолжал Нерргар, сжимая шею жертвы так, что та задрожала всем телом. – Вы ведь сорвались сюда не потому, что забыли оставить ему пару апельсинов, когда навещали в прошлый раз?

– Вы… откуда вы… – захрипела она, тщетно пытаясь высвободиться. – знаете?..

– У меня открылись экстрасенсорные способности, – с самым серьезным видом сообщил Нерргар уже второй раз за день, чуть наклонив голову набок. Направил на женщину поток магии, заставляя быть ее посговорчивее. Ему откровенно надоело уже плясать вокруг да около. – Ну?!

Она захлопала ресницами, губы забились в отчаянной попытке выговорить хоть слово. И, как водится, между перспективой быть задушенной и перспективой сдать собственного мужа госпожа Кертц выбрала второе.

– Он дал… дал артефакт, – прохрипела она, – и сказал использовать, если… если пробудет без сознания дольше, чем… чем нужно. Я испугалась, когда вы позвонили…

– Это вы правильно сделали, – удовлетворенно хмыкнул Нерргар. – Где эта ваша спасительная таблетка?

– В… в сумке, – выдавила она.

– Господин, – секретарь вновь осторожно вмешался, – вы бы ее сначала отпустили, а то она сейчас умрет.

Очень хотелось поступить наоборот – снять, так сказать, напряжение. Но в голове мелькнуло воспоминание об Алайне, и Нерргар нехотя разжал пальцы. Женщина осела на пол, хватая ртом воздух и обеими руками ощупывая шею.

Жестом он подозвал к себе маленькую женскую сумочку, валявшуюся на паркете. Щелчок – и он выудил наружу прямоугольный полупрозрачный кристалл, как будто наполненный темным дымом.

– Лейвальд… он сказал, что артефакт должен… вернуть, если что-то случится, – торопливо зашептала женщина.

Гарантия на тот случай, если Пустоглазые решат задержать его в игре? Это хороший ход, учитывая их склонность к нарушению всех договоренностей.

– Господин Эйхнер, – снова осмелился напомнить о себе секретарь, – скажите, а мы… долго тут еще пробудем?

Нерргар медленно обернулся.

– Спешишь куда-то?

– Понимаете… – Хальбрехт виновато почесал затылок, – сюда скоро полиция должна приехать. Я… случайно вызвал.

Глава 19

Нерргар с нажимом провел языком по зубам, приводя себя в чувство, и на мгновение всерьез задумался – а не послать ли всё это к херам собачьим прямо сейчас. Может, свалить в другой мир, и дело с концом, что за эту срань держаться? Мысль казалась соблазнительной, но все-таки ему мешало несколько факторов: первый – прямо сейчас у него не хватило бы сил переместиться даже в соседний город, второй – он уже наметил план действий в своей голове, и отступать от него казалось чем-то сродни проигрышу. А на это слово у него была стойкая аллергическая реакция, сопровождающаяся повышенной кровожадностью.

– Что значит «случайно»? – спросил Нерргар с холодным интересом.

– Я… – Хальбрехт открыл рот и замер, потому что увидел на лице начальника нечто откровенно нехорошее. Цвет его лица начал стремительно начал терять насыщенность. – Простите… Я подумал, что может начаться драка, а вы раньше никогда… ну… я побоялся, вдруг вы пострадаете, и ч-что нужна будет помощь, в-в-друг это окажется л-ловушкой. К-кто же з-знал, что все т-так обернется? Н-но я уже не мог отменить вызов, п-понимаете?

Ах, вот оно что. Он, значит, вызвал полицию, потому что испугался за него. Как трогательно.

Воистину, люди, которые хотят помочь, порою становятся катализатором тотального хаоса. Честно, иногда враги настолько не мешают, как союзники. Хотя Нерргар уже не был особенно уверен в последнем.

Он на мгновение задумался: может, стоит прямо здесь и сейчас избавиться от этого чрезмерно старательного помощника? Чтобы не мешался под ногами и не подставлял в будущем. Вариант заманчивый, картинка в голове рисовалась очень даже приятная: быстрый жест, пара криков, тишина и никаких проблем. Ближайшие пять минут. А потом их станет в два раза больше.

Но все-таки и эту ситуацию можно было повернуть в свою пользу. Почему бы и нет? В конце концов, Нерргару хотелось причинить Лейвальду как можно больше… неудобств. Пусть он и вряд ли поймет вообще, что происходит в его состоянии.

Нерргар перебросил кристалл из руки в руку, а потом будто бы нечаянно выронил его на пол. Артефакт покатился по паркету прямиком к взволнованно прислушивающейся к его диалогу с секретарем госпоже Кертц. Та, не секунды не раздумывая, рванула вперед и схватила его. На подламывающихся ногах, она бросилась к больничной койке. Наверное, в ее голове, все происходило крайне быстро, но по сути со стороны Нерргара все это напоминало черепашью возню.

Он же только скрестил руки на груди и чуть приподнял бровь, наблюдая за её суетой и нисколько не собираясь вмешиваться. Причина такого поведения, конечно, была до боли банальной. Без Лейвальда она была никем. Никто не сможет ее защитить, в ее голове – Нерргар буквально видел эту картинку – крутилась мысль, что она может выйти из этой палаты в наручниках.

И поэтому отчаянная надежда: вдруг муж очнется так же легко, как и его начальник, и все разом решит, толкнула ее вперед.

При этом женщина даже в мыслях не представляла себе, что может попытаться вывернуть ситуацию совершенно в другую сторону. В конце концов это господин Эйхнер непонятно каким образом оказался в палате ее мужа. Она могла сказать, что он угрожал ей, наплести что угодно, выиграть себе больше времени, но она была слишком напугана и совершенно не имела никакого внутреннего стержня. Поэтому поступила именно так, как хотел Нерргар.

Слишком слабого помощника выбрал себе Лейвальд.