332 500 произведений, 24 800 авторов.

Электронная библиотека книг » Ник Демин » Туман. Квест «Похититель Душ» 2 » Текст книги (страница 1)
Туман. Квест «Похититель Душ» 2
  • Текст добавлен: 24 сентября 2016, 08:01

Текст книги "Туман. Квест «Похититель Душ» 2"


Автор книги: Ник Демин






сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 22 страниц)

Ник Демин
Туман. Похититель душ. 2 часть

Рекурсия

…туман, и я так долго в нём.

* * *

– Зрачки реагируют, он открыл глаза.

– Не может быть, он же по всем показателям в отрубе.

– Сам посмотри.

Чья-то грубая рука вертит мою голову, светит в глаза. Я недовольно жмурюсь, ну или думаю, что жмурюсь.

Другой Голос:

– Вкатите ему что-нибудь, чтобы со стола не убежал, я его еще не дошил.

Голоса отдаляются, пропадают, и я снова вижу белый туман…

Глава 1
1

Из уголка рта стекает слюна. Я ничего не понял, голова работает ясно, вот только что я горел на костре, потом просыпался на операционном столе и меня снова чем-то глушанули. Если в первый раз было страшно и стрёмно, то сейчас особой паники я не испытывал, единственное неудобство из-за слюны. И только я собирался незаметно втянуть её, как сзади высунулась рука в перчатке и ловко вытерла мне платком всю морду. Наверно именно поэтому мне удалось сохранить идиотское выражение лица. Аккуратно опустив глаза в тарелку, я увидел истерзанную, изувеченную еду, раскиданную по тарелке и вокруг, потом около носа появилась ложка, потом странное пощелкивание, на которое я поднял глаза, зафиксированная нижняя челюсть осталась на месте, рот открылся и мне в рот впихнули съедобное. Тщательно пережевывая пищу, я украдкой оглядывался, пытаясь понять что же со мной происходит. Зрение работало избирательно, цветовыми пятнами, то расплываясь, то собираясь в ясную картинку. Слух тоже шалил, то наваливалась полная глухота, то скрип ножа по тарелке вызывал сильнейшую мигрень.

Постепенно всё стабилизировалось, мяуканье голодной кошки и пенопласт по стеклу неожиданно трансформировались в приятную мелодию скрипки и виолончели; грохот камнедробилки за углом, прерываемый уханьем сваезабивательной машины – в негромкий разговор соседей по столу; цветные пятна в лица людей. Возникшая мигрень не проходила, да ещё навалились запахи. Воняло луком, жареными тараканами, советскими духами, даже пожалуй не именно духами, а их концентратом, потом, пердежом, чем то ещё. Видимо это отразилось на моём поведении, поскольку на меня кто-то уставился и спросил кого-то за моей спиной:

– Миклош? С Его Высочеством всё в порядке?

И этот кто-то ответил:

– Да разумеется, сир. Он немного нервничает, но в целом ведёт себя прилично.

– Тем не менее я считаю, что Его Высочеству пора вернуться к занятиям…

Меня хватают под руки и, внешне вежливо, фиксируют так, что идти я могу только туда, куда меня направляют, попутно снимая обеденную сбрую.

Я не знаю как это выглядит со стороны, хочется надеяться что прилично, хотя наверняка – глупо. Мелькают красивые комнаты, гобелены, скользкий паркет, нарядные дамы, пробегающие по мне глазами, как по мебели и послушно склоняющиеся в чём то напоминающем книксен. Меня проводят до высоких резных дверей, которые охраняют двое невозмутимых военных, напоминающих собой статуи. Они дружно стукают о пол алебардами, и тут же меня буквально вносят в широко открытые двери, где меня ждёт с приторной улыбкой человечек. Да именно это слово подходит к нему – человечек, несмотря на нормальный рост, внешность и всё остальное. Есть люди, которым так и хочется крикнуть: «Человек!» и прищёлкнуть пальцами. Так вот, он именно из таких. Он послушно склоняется в поклоне:

– Его Высочество изволили прибыть!

После чего открывается дверь в соседнее помещение и меня заносят в следующую комнату. Тут меня внезапно оставляют в покое. Лакеи кланяются и покидают территорию, а последним уходит человечек, угодливо говорящий:

– Если будет угодно Его Высочеству, то я всегда рядом.

Меня оставляют одного, красные стены, обитые толстым слоем ткани, вернее гобеленом (если я правильно представляю себе гобелен), тяжелые ковры, застилающие всё свободное пространство – такое ощущение, что я нахожусь в дурке, а не в королевском дворце. Хотя нет, внимательно оглядевшись, я решаю, что всё таки в королевском дворце… превращённом в дурку…

Сохраняя на лице идиотское выражение лица, впрочем в данный момент это не представляет для меня никакой сложности, я обшариваю комнату. Кучи подушек, ковры, обитые стены, как я уже говорил. В общем похоже мне опять повезло. Пробежавшись по комнате, я валюсь на спину и устраиваюсь поудобнее, закидываю руки за голову и начинаю рассуждать.

* * *

Сначала факты так, как я их себе представляю. Первое, и немаловажное, я не подох на операционном столе, если конечно это был не глюк. Второе: ситуация, тем не менее, достаточно серьёзная, поскольку это не первая операция и не первый общий наркоз, который я переношу. О чём говорить, если я даже все зубы умудрился вылечить под общим наркозом. Вспомнив это, я не музыкально хихикнул. Дело в том, что под наркозом мне всё рассверлили, заложили мышьяк и отправили домой. Когда я с трудом улыбнулся, открывшей мне жене, то она чуть в обморок не свалилась и потащила меня к зеркалу. Всю красоту своей улыбки, я смог оценить только на следующее утро, улыбаясь себе в зеркало дырявыми зубами. Ладно, не об этом разговор. Таких ярких глюков у меня никогда не было (по крайней мере от наркоза), и считать обратное большое заблуждение, но это только если я тот, за кого себя принимаю. А кто я, по большому счёту? Если следовать очерёдности, то я был (и есть, надеюсь) человеком 20 века, пардон – 21века, валяющемся сейчас на операционном столе. В первую очередь я попал в тело нищего побирушки, чья память была стёрта вследствие удара тяжёлым заклинанием, а я зубами и когтями выцарапывал себе право на жизнь в том аду, которое по недоразумению назвали жизнью. Насколько я помню, я себе это право добыл, к тому же на моём обеспечении была девочка, которую я считал своей дочкой. Но меня потом сожгли? Интересно, это глюки или нет? Потом я просыпался на столе и снова заснул, после чего и очутился в этом теле малолетнего олигофрена. Так, а малолетнего ли? Я неуверенно поднёс пальцы к щеке, чтобы проверить щетину, потом в паху, на предмет волос. Вроде бы не салабон – это радует. А то бы родители по пырому выбрали чемпиона из следующего помёта, а отбраковку утопили. Быть отбраковкой очень не хотелось, я аж поёжился. Отсюда вывод – надо срочно выздоравливать и становиться принцем паинькой, радость родителей, надежду народа или как там это бывает. А теперь, внимание, вопрос! Всё таки кто я?

Значит прикинем и решим – поскольку я сумасшедший нельзя не исключать того, что всё что я себе напредставлял – плод моего больно воображения. То есть я есть, тот кто есть, то есть принц – звучит конечно дебильно, но правильно. А всё остальное – это мои личные глюки, тут я снова немного поулыбался. Горел я, лежал на столе под ножом или был принцем-идиотом, не важно. Важно было определиться, чего я хочу. И почему мне так не везёт…

Так, основной вопрос: что такое не везёт и как с ним бороться. Действительно, прикидывая со стороны, то как то не по фэнзюшному получается со мной всё: если принять за истину, что я попаданец, а не местный идиот, видящий глюки и пускающий пузыри. Почитать книги, так там выходит всё здорово, попаданец либо переселяется в какое-то жутко могущественное существо, либо переносится сам, в натуральную величину, но с доработанными возможностями, вроде того же мощного мускулистого тела, магических прибамбасов, группы сподвижников, рвущихся мне всё объяснить и научить выживанию в этом суровом мире, полном летающих драконов, Чёрных Властелинов, украденных принцесс и тому подобной чепухи. Мне, всего этого, не досталось – значит я не попаданец, а простой сумасшедший принц. Поскольку осознаю это, то надежда на выздоровление есть. С другой стороны, стоит призадуматься, как прошлое накатывает очень близко и начинает давить на мозги. Да и моя теория в этом случае за то что я не совсем местный. По мне, так перенос материальных тел из одного мира в другой, сравним с эффектом зажигания звёзд, то есть если звёзды зажигают, то это кому-нибудь нужно, однако переносить тело нет никакого смысла (скажите, вам тоже кажется немного странным, что сумасшедший говорит о смысле?). По логике вещей, осуществить перенос нематериальной субстанции, так называемой души, гораздо легче. Этот вариант, кстати, более менее объясняет происшедшее со мной и то убожество, в которое я постоянно попадаю. Почему? Объясняю:

Я считаю, что в здоровое тело психически здорового человека вселиться невозможно, точно так же как невозможно вселиться в эльфа, гнома и так далее, как это любят демонстрировать писатели попаданческих романов. Дело в том, что все эти расы настолько «нечеловеческие», что человеческому сознанию там будет неуютно и его легко будет побороть и поглотить. Это очень большая ошибка считать себя венцом творения и не брать в расчёт другие, нечеловеческие, расы. Дома и стены помогают, поэтому первый хозяин тела, всегда находиться в выигрышном положении по сравнению с пришельцем. Это же относится и к психически здоровому человеку, бороться с таким себе дороже выйдет и неизвестно кто победит. Скажете чушь? А вот попробуйте рассмотреть все более менее известные случаи экзорцизма с этой точки зрения. И что если бесы, это такие же разумные существа, перенесённые из других, пусть параллельных миров, не сумевшие справиться с хозяевами своих носителей. Если рассматривать с этой точки зрения, то все мои проблемы с носителями очень логичны и оправданы. Первый воришка, в которого я попал, ещё мог доставить забот, хотя я явно был сильнее его, но и тут мне повезло, будто чёрт наворожил – я вместе с ним попадаю под удар заклинанием, которое начисто стирает его и освобождает мне квартирку. Здесь же вообще идеальный вариант, я даже не чувствую хозяина. А он есть и иногда мешается, как вот сейчас, когда я обнаружил что тяну по недосмотру здоровенную козявку из носа в рот. Так. Поборемся за правообладание рукой и головой. Ну и что, что у него лицензионная версия, зато наши пираты… самые пиратистые… в мире… Уф! Победил разум! Мой разумеется, кстати взмок так, что хоть выжимай. Я понюхал себя и скривился, что предыдущий бомж, в первые дни после переноса, что сейчас, Его Высочество, что помойная куча… хотя в сторону помойной кучи предпочтение больше (Хотя почему это Его Высочество?! Это теперь Моё Высочество!). Помыться бы! Я не чистюля, но это уже слишком. Ладно, поступающие вопросы будем решать в рабочем порядке.

Я вслушался в себя, пытаясь уловить присутствие кого-то чужого, но никого не оказалось – квартира вновь была пуста. Это меня приободрило, начинать новую жизнь с того, что не сможешь владеть рукой или ногой – не очень хотелось. К тому же я явно пошёл на повышение, по помойкам (несмотря на запах) больше не шарюсь, статус достаточно высок, можно насрать и жить дальше, а если ещё и убедить, что я вылечился, то вообще в шоколаде буду. Причём не хухры-мухры, Его высочество это не бомж с помойки! Ну, это я уже повтояюсь.

Я потянулся и мечтательно улыбнулся, хотя улыбочка быстро пропала. Несмотря на относительное благополучие, непонятки вылезали с завидным постоянством. Первое и самое главное, как мне притвориться выздоровевшим принцем? Если в предыдущем воплощении мой персонаж был никому не интересен, то сейчас принца отслеживают с детства и объяснить мою неожиданную разумность будет ой как не просто. Конечно, поначалу родители обрадуются, но потом вольно-невольно возникнет вопрос, почему принц не ведет себя как только что родившийся ребёнок, а представляет из себя вполне сложившуюся личность. А тут уже и до изгнания дьявола недалеко, а я вовсе не уверен, что при изгнании, уйдёт он, а не я. Тем более, если это не подействует, то вопросы не исчезнут. Вряд ли мне грозит сожжение, но тихая и безболезненная смерть вполне вероятна, равно как и пожизненное заключение в комфортабельных подвала местного гестапо, на положении железной маски. Возможно там я тоже сойду с ума, и меня вновь можно будет показывать на публике. Меня передёрнуло – не хочу! Надо будет хорошенько подумать, но подумать мне не дали.

* * *

Дверь мягко открылась, и я уселся по-турецки, ожидая гостей. Вот опять проблема, как я веду себя в таких ситуациях? Буйный ли я? Как сменяются активная фаза и периоды покоя? И что, чёрт возьми, мне делать сейчас?

В это время зашёл король-отец и с ним какой то интеллигентный хрен в расшитой хламиде, с гайкам на пальцах – явно маг. Про забежавших чуть раньше лакеев – санитаров, я не упоминаю, они, как антураж моей нынешней жизни, моментально рассосались по сторонам, контролируя меня на всякий случай. Это не радует, получается, что прецеденты бывали. Да-с, бывали, если только мой местный родитель не профессиональный параноик со стажем. Хотя… при такой жизни…

Маг с отцом обошли меня кругом, как диковинного зверя в клетке. Поначалу я старался вести себя в рамках, но потом решил: Плевать! Я же сумасшедший! Должен в конце концов соответствовать своему имиджу. Была мысль даже порычать, но поспешно отбросил её, как не своевременную – чёрт его знает, как они поступают с буйными особами королевской крови. Мне кажется ничуть не лучше, чем с особами крови не королевской – рисковать не будем. И ещё – я не трус, я просто осторожен.

Так вот, они наблюдали за мной, а я за ними. Хотя неправда, я наблюдал за магом, маг за мной, а отец с тревогой следил за разворачивающимся действом. Пока всё шло неплохо. Наконец протестировав меня, то есть помахав надо мной руками. С зажатыми в них разнообразными предметами и состроив одухотворённую морду лица, маг затеял с моим папА тихий разговор, постепенно набиравший обороты, ну и громкость.

Наконец король, звать его папА, мне не с руки, может быть потому что своего папу я отлично знаю и король и рядом не ходит, начал говорить достаточно громко, но всё ещё сдерживая себя, так что это походило на разговор:

– Я не прошу многого, но хотя бы вести себя прилично за столом, махать рукой и улыбаться он будет? – вываливает на собеседника немолодой человек в простом коричневом камзоле расшитом узорами того же цвета, просто немного потемнее.

– Я постараюсь, сир, – смиренно отвечает мужчина, явно одетый богаче своего короля.

Видимо его величество не в первый раз слышит подобное, поскольку неожиданно срывается в крик:

– Вы! Вы все говорите мне: постараемся сир, – с сарказмом вопит он в лицо немного опешившему от подобного демарша магу, – в реальности мой старший сын, первенец, крон-прннц, не владеет ни ложкой ни вилкой, не может поддержать беседу, да что там беседу, он и говорить то не может. Мы ожидаем улучшений, – говорите вы, и находите их в каких то незначительных подергиваниях рук, ног и подобной чепухи, но это существо остаётся таким же идиотом как и раньше!

– Ну спасибо, папочка, – думаю я.

Король ещё какое-то время орёт подобную чушь в лицо уже пришедшему в себя и внешне невозмутимому магу. Наконец, немного успокоившись, он отворачивается и какое то время изучает стену: расшитый гобелен, за которым прячется ватная набивка, застывшего лакея, старательно изображающего из себя предмет обстановки. Решившись, он поворачивается лицом к магу, одновременно делая повелительный жест рукой, чтобы все удалились. Честное слово, порода чувствуется в каждом движении, я сам чуть не вышел вместе со всеми. Спасло то, что руки ноги меня слушались не полностью, а вернее слушались не только меня. Поэтому моё неловкое шевеление выглядело как судорожные подёргивания недодавленого жука. Такой позыв убежать и спрятаться, что я с трудом держу себя в руках. Получается, что прежний хозяин до ужаса боится папочку, а тот его наверняка поколачивает. Заметив это король снова поморщился и дождавшись пока последний лакей не покинет помещение продолжил:

– Разумеется, я понимаю, что вся эта дурная кровь идет по линии Клариссы. Это в её родне такое случается периодически, в нашей половине это впервые. Проклятое семя, – он плюет в мою сторону, – если бы я не был тогда так молод…

Ну ладно, все проблемы отцов и детей – от непонимания. Поэтому поможем этому козлу меня вылечить и как в старом фильме: Мы рады Вам, Вы благодарны нам. А пока посмотрим, что мой родитель ещё наговорит в состоянии аффекта. А наговорил он много, причём судя по расширяющимся глазам мага, многое он предпочёл бы не знать, чтобы не огрести «многие печали». Мне тоже было интересно.

Кстати, я не один сын. У меня есть родной брат и неродной брат. И если бы была возможность, то его величество без всякого пиитета, заменил бы урода – претендента на престол, более адекватным представителем своего семейства. Вот тут и заключалось одно но. По нынешней конституции и в соответствии с традициями, за соблюдением которых свято следил дворянский совет, организация, судя по процеженным сквозь зубы словам, очень влиятельная – право наследования имел только первый отпрыск семейства и для нормального наследования, умереть он должен исключительно естественным путём.

Как я понимаю, закон этот писался только для того, чтобы обезопасить себя от неплановых дворцовых переворотах. Но палка оказалась о двух концах. Так вот убрать меня с доски папаша никак не мог, но нисколько не возражал против проводимых лечений преследуя две цели: либо меня вылечат, что хорошо, либо я помру, что тоже очень неплохо. Сами понимаете второй вариант мне даже рассматривать не хотелось. И не спрашивайте меня почему, тот единственный раз это было очень больно. И вряд ли из этого тела меня отпустят просто так, да и следующее перерождение– переселение– попадание может быть гораздо хуже. Может и наоборот, но вот в этом я трус. Бросать жизнь, только из-за тог, что ты не можешь себя заставить её прожить – я не могу. В этом я трус, поскольку считаю, что в жизни есть место жизни, а не только подвигу.

Так вот, теперь этот дворянский совет во все глаза следит за тем, чтобы я жил – король идиот устраивает, как ни странно, большинство, ну кроме меня. Сейчас, пока король относительно силён, все эти пауки выжидают, исподволь занимая при мне ключевые места, а мой папА, подводит ко мне моего братца, вдали держа бастарда. Присвоил ему титул герцога и засунул далеко в провинциальную дыру, ограничив в передвижении, влиянии, но не доходах.

Попавший на королевскую искренность маг, старательно кивает, понимая, что если не докажет своей полезности, то жить ему столько, сколько бабочке капустнице, вся разница только в том, что яйца он отложить стопроцентно не успеет. Наконец выговорившись король замолкает и требовательно смотрит на собеседника. Судя по прищуру, он уже прикидывает последствия неожиданной откровенности и способы её ликвидации. Нехороший прищур, чесслово. Видимо маг решает также:

– Знаете Ваше Величество, я определённо вижу возможность применения своих знаний и умений на практике. Случай интересный, но не безнадёжный, несмотря на некоторую запущенность…

– То есть Вы согласны, – переспрашивает Король, маг покорно наклоняет голову, не в силах противиться столь убедительным доводам. Радостный папа идёт к двери и с размаху бросает в коридор:

– Видишь, любимая, а ты говорила, что мастер Скаш не согласиться.

Вплывает королева в сопровождении своего малого круга и благосклонно кивает немного потерянному магу, понимающему, что его только что развели как ребёнка.

– Мы рады, что Вы проявили благоразумие и согласились, – серебряными колокольчиками звенит её голос.

Маг ошарашено кивает головой, впрочем, не отыгрывать назад ему ума хватает. Звучат приличествующие случаю слова, танцы в валенках на льду, расшаркивания на скользком паркете и тому подобное, пока стороны не приходят к консенсусу, решение которого звучит так: лечить.

Меня, естественно, никто не спрашивает.

2

Может быть покажется странным, но заснул я после столь неординарных посетителей быстро, практические не дожидаясь окончания переговоров, проводимых на высоком уровне. А вот проснулся рано. Сна ни в одном глазу, никого вокруг нет, и мне ничего не остаётся, как ещё разик прикинуть происшедшее со мной.

Договорились лечить, если память не изменяет – знать бы как и чем это грозит, но будет день, будет пища. Что-либо объяснять новоявленным родственникам Я не рискнул, поскольку реакция непредсказуема, и то как они себя поведут – непонятно. Тело… я постарался осмотреть себя. То что видно внушает… скажем так – оптимизм. Кисти рук гладкие, кожа ухоженная и судя по эрекции, сори реакции на молодых красивых дамочек, виденных мной в коридоре, о которых я вспоминал утром – я достаточно молод. Скорей всего безобразно молод, но точную дату рождения или хотя бы возраст – не знаю. Поискав глазами зеркало и не найдя его, я хмыкнул – этого и следовало ожидать. Кто идиоту колюще-режущие предметы доверит. Что ещё? Невозможность полноценного управления собственным телом, постоянные сбои. Как только забудешься, так тело живёт своей жизнью, а я своей. Немного поблажив и пару раз крепко зажмурившись, я постарался выкинуть из головы свои представления об ужасе, который испытывает истинный хозяин тела, когда я перехватываю управление у него. Утешив себя мыслью, что он всё равно идиот, я постарался выкинуть из головы эту мысль. Опять вкралась подленькая мыслишка о том, что же будет, если лечение увенчается успехом и меня выселят с жилплощади, оставив прежнего хозяина, которого я уже в душе определил как бывшего. Насладиться картинами ужаса мне не дали.

Хлопают двери и, уже привычные, лакеи рассасываются по стенам. Появляется обладатель противного голоса:

– Ваше Высочество! – вычурный поклон и если бы не фиксация, то я бы поверил верноподданническим ноткам, звучащим в его голосе. – Разрешите препроводить Вас на ряд процедур, выписанный Вам светилом медицины, магом-лекарем мастером Скашем, с высочайшего одобрения Его Величества.

Ещё и спину согнул в низком поклоне, сссука такая. Ладно, пока высовываться не будем, подождём парочки экзекуций и объявим о своём полном и безоговорочном выздоровлении, а пока – пусть вяжут.

Меня споро одевают перед принесённым зеркалом, всовывая руки в чуть распоротые рукава, которые тут же сшивают двое портных. Суют в ноги в красивые туфли, сильно отличающиеся в лучшую сторону от тех которые были на мне во время вчерашнего приёма. Усаживают на стул и жёстко фиксируют, наложив на морду лица горячий компресс. От неожиданности я чуть дёргаюсь, заставив лакеев усилить давление. После этого меня тщательно скребут опасной бритвой. Чуть скосив глаза, я умудряюсь разглядеть в зеркале парня возрастом около тридцатника, скорее до, чем после, одетого богато и даже помпезно. Да действительно, вчера я выглядел чуть ли не хуже. Или у них мода такая к лекарю при полном параде водить? Наконец меня подымают и придают направление в сторону тёмного проёма служебных коридоров.

* * *

Тишина в замке – понятие относительное. Также как и безлюдье в утренние часы. На самом деле здесь жизнь не утихает ни на секунду: носятся слуги, обслуживающие как коренных обитателей, так и приезжие, которых притащили с собой гости. И если первые тихо и незаметно делают своё дело, то от новичков можно ждать только неприятностей, да ещё пожалуй любопытства и желания залезть в каждую дырку. И ещё они похожи на тараканов. Пока вокруг тишина и отсутствует хозяйский тапок, они смело разгуливают, тащат крошки со стола, ссорятся друг с другом. Но стоит нарушить их покой, как они превращаются в вежливых, незаметных и корректных слуг, готовых по малейшему повелению хозяйской руки, броситься куда угодно и зачем угодно (так думает сам хозяин). К чему это я? Меня вели лечить, стараясь не особенно афишировать это, но что интересно, так это выбор пути. Меня вели именно такими коридорами, предназначенными для слуг. Большего идиотизма представить было нельзя как раз по той причине, которую я описал выше. Дело в том, что чистые коридоры, предназначенные для хозяев, останутся пусты, часов до одиннадцати, поскольку хозяева апартаментов, разбрелись по своим комнатам ближе к шести утра и сейчас во всю давили подушку, начиная просмотр увлекательнейших сериалов в своих снах. Единственные существа, которых можно было встретить в это время, так это личная охрана, у которой язык привязан гораздо лучше, чем у слуги, питающегося сплетнями, подобно вампирам, не могущими обходиться без крови… Возможны доверенные слуги и шпионы, которые достаточно умны, чтобы оповестить об этом своего сеньора, но не будут трепать об увиденном на каждом углу.

Существовало пара вариантов такого решения и оба они мне не шибко нравились. Поскольку я не считаю своего местного папА идиотом, то моя прогулка по таким местам и в таком виде (чтобы уж никто не ошибся увидя меня и ни с кем не перепутал) трактовалась очень просто – ему требовалось, чтобы все узнали об этом. Но для чего? Из краткого разговора его и приглашённого мага-целителя я уяснил для себя парочку вещей, которые мне не показались привлекательными. Ежу понятно, что сохранить в тайне моё бедственное положение (я имею в виду умственное и физическое состояние рецепиента) не удалось бы однозначно. И несмотря на громко заявленные «занятия» все понимали, что это не более чем эвфемизм, не столько призванный для запутывания дела, сколько для того чтобы просто не называть вещи своими именами и сохранять хотя бы видимость приличий. Следующим пунктом в моих рассуждениях было то, что у меня есть вполне нормальный младший брат, который не имеет права на корону, несмотря на братца имбецила. Максимум, что ему светит, так это нахождение рядом со мной в качестве советника. Да, конечно, фактическим правителем будет он, я же не более чем марионеткой, но даже в этом варианте, может сохраняться вероятность его задвигания и назначения регентского Совета, который будет править от моего лица, а там недалеко и до смены династии. Я это помнил по прошлой жизни, как то это повлияло на что-то, о чём я сейчас не помнил, если считать что меня перенесло в тот же самый мир, в чём я не был пока уверен. Но примем управлением регентским советом за данность. Следовательно, самым лучшим вариантом была бы моя гибель во время проводимых со мной физиотерапевтических процедур, сами понимаете недолгий траур и место кронпринца занимает вполне адекватный человек, к тому же, как я подозреваю всесторонне подготовленный к этому с самого детства. На это же н7амекало присутствие слуг, при которых проводилось внушение и то, что для действительно важного разговора, король-отец выставил их всех за дверь. То есть, пусть не в этот раз и не с этим лекарем, но меня обязательно залечат до смерти, как пить дать. Моя смерть выгодна большинству, кроме регентского совета, которого пока просто не существует, а следовательно заинтересованных в моей жизни остаюсь я сам. Второй вариант – очень хороший для меня. Мои местные биологические родители действительно пробовали вылечить меня всеми известными способами и теперь цепляются за соломинку, стараясь поставить на ноги этого дауна, чтобы предать ему власть и корону. Но я в это почему то не верю.

Всё это мелькало в башке, когда мы шли светлыми но не украшенными переходам для слуг, которые с мышиным писком разбегались при виде столь авантажной процессии, но продолжали следить за происходящим из своих отнорков. Я был уверен, что уже к обеду весь замок будет знать об этом. По крайней мере если бы я видел такое, то обязательно бы поделился с парочкой друзей и знакомых такой сногсшибательной новостью, и даже бы не позлорадствовал, а лишь посочувствовал (пусть даже лицемерно), так чем эти ребята хуже меня? Особенно тот, с тонким лицом, жадно шевелящий тонкими усиками, словно обнюхивающая непонятный предмет крыса?

Так мы пробежались где-то с полкилометра, пока не попали в башню, про которую можно было сказать с уверенностью лишь то, что она не относится к жилым покоям. Ничем не прикрытые стены из грубых блоков, подвывающий ветер вдали, сквозняк, на стенах в держаках факелы, зажженные через два, так что тёмные промежутки случаются гораздо чаще, чем освещённые; массивные двери, основное достоинство которых как раз их массивность. Меня волокли куда-то под самый верх и остановились на небольшой площадке, достаточно освещённой, чтобы можно было бросить на меня быстрый взгляд, поправить съехавший на сторону берет с пером непонятной птицы, вытереть со лба проступивший пот и широко распахнуть двери, объявляя:

– Его Высочество крон принц Мерлин!

– Ну вот, теперь я хоть знаю как меня зовут, – мелькнула совершенно ненужная в данной ситуации мысль и заглохла потерявшись на фоне новых впечатлений.

Нда уж, – внимательно оглядываюсь по сторонам и то, что я вижу мне активно не нравиться. Настолько активно, что я снова начинаю вырываться. Я бы сказал, что это смесь пыточной и… к чёрту – это однозначно пыточная, только почему то не в подвале, а на высоте. Меня просто смутили большие окна и стереотип мышления. Раз палач – значит в подвал. Я попытался вырваться, но мои конвоиры были на чеку и опять таки мне пришлось смириться с грубой действительностью и заломленной за спину рукой. Лекарь сделал приглашающий жест рукой, после чего меня проволокли по полу и начали крепить на столе, предварительно содрав на нитку наживлённый наряд. Здесь о почтительности речь уже не шла и остался твёрдо зафиксированным на пыточном столе. Между лекарем и подлизой меж тем происходил какой то тихий разговор. Подлиза что-то предлагал, а доктор отказывался. Наконец первый раздражённо махнул рукой и покинул помещение, плотно прикрыв за собой двери и бросив в никуда:

– Я всё таки оставлю двоих доверенных людей у выхода, а с остальными буду ждать в нижней караульной.

Второй лишь кивнул головой, решив не спорить.

* * *

Теперь, когда мы остались наедине, он совсем не выглядел таким же, как при первом нашем знакомстве. Сейчас было видно, что он далеко не молод и вполовину не так уверен, как изображал из себя ранее. Бесцельно потрогав ремешки, у меня распятого, он сказал:

– Пожалуй начнём…

Тут его прервали и в комнату без стука вошла королева мать без свиты, то есть в сопровождении всего лишь одной фрейлины. За ней несколько слуг внесли огромное кресло и небольшой стул для фрейлины и скамеечку для пажа, служившего для моей матушки чем-то вроде домашней собачки. Я так уверено говорю, потому что моя память начала выкидывать фортели. В башке всплывали картины, которые явно не были моими воспоминаниями, но тем не менее, я ощущал их как свои собственные. Они был несвязны и бессмысленны, как прошедшие сны, которые забываются через несколько минут после того как проснулся, но оставляют после себя неприятные ощущения и плохое настроение. Это мне не нравилось, но приносило, как оказалось определённую пользу. Мой доктор бледнел, краснел, зеленел, его кидало в пот, но возразить такой гостье он не смел. Королева устроилась поудобнее и взмахнула платочком:


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю