Текст книги "Тень поражения (СИ)"

Автор книги: Ник Фабер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 27 страниц)

Глава 1

11 мая 786 года

Станция ВКФ «Сиракузы» на орбите Тендриса.

Чашка упала на пол, разбившись на десятки небольших, белых осколков и они разлетелись по тёмному палубному покрытию каюты. Не помня себя, Том бросился обратно в свой кабинет, попутно чуть не разодрав локоть о дверь своей небольшой кухни.

– Привет, Том.

Сердце стучало в голове бешеным набатом, заглушая собой все остальные звуки, а в глазах предательски защипало.

Лиза смотрела на него с дисплея. На её лице застыло смущенное, даже несколько виноватое выражение. Том вглядывался в изображение любимой девушки, всё ещё не способный поверить в то, что всё это происходило на самом деле. Он застыл у стола с терминалом, не способный даже просто вздохнуть. Ему казалось, что он видит сон. Самый сладкий желанный сон в мире. Настолько пропитанный волшебством, что если Райн сейчас пошевелиться, то эта сказка рассеется и он проснётся. Вновь очнется в жестоком и пропитанном реальностью мире, где подобное было невозможно.

Лиза улыбнулась и посмотрела куда-то в сторону, отведя от камеры взгляд своих пронзительных и ярких зелёных глаз.

– Честно говоря... Знаешь, я сейчас чувствуя себя так глупо. Даже не знаю жив ли ты сейчас и всё ли с тобой в порядке. Шехар сказал, что вы добрались до дома, но что с тобой сейчас, я не знаю. Всё ли в порядке с «Бельмонтом», – она пожала плечами и прикусила губу. – В любом случае, надеюсь, что у тебя всё хорошо. У всех вас. Мне...

Она сглотнула и на пару секунд прикрыла глаза ладонью.– Мне тебя очень не хватает.

Райн не выдержал. Он буквально рухнул в кресло. То безумное счастье, которое он испытал всего несколько мгновений назад... не исчезло. По крайней мере не полностью. Но оно потускнело. Стало не таким ярким. Потому, что, как небо затягивает тёмные тучи, предвещающие скорую грозу, так и ощущение собственной беспомощности накатило на Райна.

Лиза даже не знала о том жив ли он. Всё это время она находилась в таком же подвешенном состоянии, что и он, совершенно не зная о том, какая судьба постигла «Бельмонт» и его экипаж...

Райн впился взглядом в похудевшее лицо любимой, цепляясь глазами за шрамы от ожогов, покрывающие правую сторону её лица. Его пальцы сжались в кулаке от за секунду охватившей его ярости.

– Я на Сульфаре, – сказала Вейл, глядя куда-то в сторону от камеры. – Хотя, наверное, если ты получил это сообщение, то уже и так это знаешь. Со мной всё хорошо. Я среди друзей. И Нори, тоже. Химмат тоже выжил...

Том сидел в кресле, не отрывая глаз от её изображения, пока Лиза рассказывала о том, что с ними случилось. Она никуда не торопилась, обстоятельно и полно рассказывая о том, что произошло на станции. О том, как Химмат и Нори доставили её на поверхность Индриана. Как местные спасли её, вытащив из практически расплавившейся брони. Лиза говорила и говорила, периодически замолкая, словно не знаю какие подобрать слова. Том по её глазам видел, что в эти паузы она о чём-то думала. Он ни раз и ни два видел у неё этот взгляд, когда она глубоко задумывалась над чем-то сложным. Будто смотрела на всё сразу и ни на что одновременно.

– Тут не так плохо, – усмехнулась она. – Хотя, наверное, придётся спросить с Шехара деньги за его контракт, а то мы тут считай бесплатно работаем. Ты не поверишь, но он тоже тут. Умудрился пролезть на планету...

Райн нахмурился. Шехар? На Сульфаре? Когда Райн видел его в последний раз, то принц и младший брат короля выглядел не просто плохо. Шехар походил на живого мертвеца. Он потерял всё, что у него было. Семью. Друзей и товарищей. Королевство. Даже свой мир. Этот человек оказался не просто на краю пропасти. Он оказался грубо сброшен в неё, без надежды на то, чтобы выбраться наружу.

А теперь, оказывается, Аль Хан каким-то образом умудрился пробраться обратно на планету. Том даже представить себе не мог, что сподвигло его на такой поступок.

– Знаешь, он очень сильно изменился, – вдруг произнесла Лиза и на её лице появилось какое-то странное выражение. – Будто совсем другой человек. От того робкого принца, с которым вы метелили друг друга в тренажёре «Бельмонта» и следа не осталось.

Она хрипло рассмеялась.

– Надеясь, ты сейчас смотришь эту запись и сидишь, где нибудь среди друзей и у тебя всё хорошо. И... Том, – Лиза посмотрела прямо в объектив снимавшей её камеры. – Надеюсь, ты простишь меня за то, что я не улетела, когда была такая возможность. Я... Я правда думала об этом. Да и Нори уговаривал меня полететь вместе с Лафаром обратно в Верден. Но я просто не смогла, Том. Здесь... Все эти люди... Я просто не смогла взять и бросить их. Ты даже не представляешь, какое дерьмо тут твориться. Местные при поддержке рейнцев устраивают самые настоящие чистки. Массовые казни. Мы пытаемся помогать людям, но... Сам понимаешь. Они спасли меня, а сейчас, я и Нори, пытаемся помогать им. И я просто не смогла заставить себя взять и всё бросить. Я знаю, что ты поймёшь меня, но всё равно, прости за это. Я очень тебя люблю.

Том сидел в одиночестве своей каюты, смотря на дисплей. Он просмотрел запись полностью. От начала до конца. А затем запустил её заново. А потом ещё раз. Просто не мог себя остановить. Он был похож на страдающего от голода человека, что дорвался наконец до еды пытается заполнить пустоту внутри себя даже тогда, когда живот уже распирает от съеденного. Потому, что он уже вкусил это. Страх голодной смерти всё ещё довлеет над ним. Всё ещё сидит в голове, не отпуская ни на секунду.

И Райн боялся этого голода. Он раз за разом пересматривал это сообщение, испытывая самые разные эмоции. Безумную, ни с чем не сравнимую радость от того, что она была жива. Ярость и боль, когда смотрел на оставшиеся на лице шрамы от ожогов. Том в бешенстве сжимал кулаки, представляя, практически видя, как эти шрамы спускались по шее ниже, исчезая под одеждой. Ему хотелось взять того, кто был за это ответственен и убить этого человека своими собственными руками.

А ещё, ему было больно. Безумно больно от того, что это была всего лишь запись. Райн отдал бы сейчас всё на свете, ради того, чтобы Лиза оказалась сейчас рядом с ним. Потеря Риты после того, как сам Том наконец смог разобраться с прошлым и, казалось, отпустить его, проделала новую брешь в его душе, которую Райн заполнял работой, лишь бы не думать о том, что вновь всё потерял.

Просмотрев видео в очередной раз, он протянул руку и взял лежащий на столе комм. Ждать ответа пришлось не долго.

– Да, начальник? – раздался в динамике весёлый голос Нерроуза. Судя по доносящимся на заднем фоне звукам, он и остальные офицеры всё ещё праздновали в том ресторане.

– Дэн, Сара и Серебряков всё ещё с вами?

Видимо, что-то в его голосе насторожило Нерроуза, потому что весёлость в его голосе почти моментально сменилась серьёзностью.

– Да, они тут. А что?

– Бери обоих и идите ко мне. Сейчас.

– Что-то случилось?

– Это не касается эскадры, Дэн, – уточнил Том. – Жду вас у себя на «Архе».

***

– Поверить не могу, – Сара сидела в кресле, шокированно прижимая пальцы к губам и слушая сообщение Лизы. – Это правда? Они действительно живы?

Райн кивнул. Думать как-то иначе он даже не собирался.

Даниэль и Сергей находились тут же. Дэн сидел на диване рядом с Сарой, а Серебряков развалился в одном из кресел, стоящих с другой стороны низенького столика. Нерроуз привёл их через пятнадцать минут, за которые Том успел прибрать на кухне остатки разбитой чашки и частично обрезать запись, оставив лишь ту, где Лиза рассказывает о том, что с ней случилось на Индриане и о происходящем на Сульфаре. Просто потому, что это... Эти слова были только для него.

– Я даже не удивлён, – хмыкнул Серебряков и посмотрел на Райна. – Вейл всегда была чертовски удачливой. Уверен, что и сейчас с ней всё отлично.

Произнеся эти слова, он, как бы невзначай, потёр челюсть, которую Том однажды ему едва не сломал. Случилось это во время их первой встречи в кабинете Мэннинга после того, как «Бельмонт» наконец доковылял до Траствейна. Тогда, буквально сходящий с ума от известий о гибели Вейл, Райн врезал Серебрякову по лицу сразу же, как только увидел. За то, что тот соврал ему. Скрыл правду, чтобы не отвлекать Тома от идущего сражения с двумя рейнскими эсминцами.

И ему стоило больших трудов удержаться и ударить тогда правой рукой вместо левой.

– Получается, что мы их там бросили, – с болью прошептала Сара, опустив голову. – Я же хотела... Мы могли искать тщательнее. Если бы я задержалась там чуть дольше, то... Я точно смогла бы что-то сделать...

– Сара, не кори себя, – Том успокаивающе положил руку ей на плечо.

– Да, – кивнул Нерроуз. – Ты и понятия не имела о том, что случилось. Вы все в тот момент думали о том, что она, Мак’Мертон и Химмат погибли. Том прав. Не нужно винить себя за то, что ты этого не знала.

– Он прав, Сара, – Райн посмотрен брюнетке в глаза, сжав пальце на её плече. – Я тысячу раз просматривал записи твоего «Ястреба» в надежде найти хоть какие-то доказательство того, что ты ошиблась. Но там ничего нет. Вообще. Если уж ты не смогла найти её там после случившегося, то никто бы не смог. А учитывая ситуацию, ты сделала всё, что только могла.

– У нас возникает другой вопрос, – задумчиво сказал Сергей. – Что мы будем с этим делать? Сообщение пришло тебе от Мэннинга, верно?

Том кивнул.

– Да. Они встретились с грузовым судном с Валетрии. Подробностей Лестер не указал, но я его понимаю. Такие вещи он не стал бы отправлять. В сообщении он указал, что в данный момент он на «Бельмонте» и направляется на Галахд.

– Летит в столицу? – Нерроуз с удивлением уставился на Тома. – Не спроста это.

– Дэн прав, – Том обошёл диван и сел рядом с Сарой. – Мы до сих пор понятия не имели, что именно происходит на Валетрии. Знали лишь только то, что было в официальных сообщениях. Система под рейнской оккупацией и там произошла смена власти.

– Зуб даю, не без помощи уродов из Протектората, – практически выплюнул слова Нерроуз.

– Да, – согласился с ним Райн. – Тут к гадалке не ходи. Всё и так понятно. Валетрия находится почти на половине пути между нами и Рейном. Они используют систему для того, чтобы создать базу слижения и обслуживания флота ближе к нашей территории.

– И чтобы координировать свои действия с меньшей задержкой времени, – добавил Дэн. – Их военное руководство более автономно в политическом плане, чем наше.

– В точку, Дэн...

– Я вообще-то спрашивал тебя не об этом, – заметил Серебряков, сидя в одном из кресел и пристально глядя при этом на Тома. – Я спрашивал не о том, что будем делать «мы». Меня волнует, что будешь делать ты сам, Том.

Райн посмотрел на него несколько секунд прежде, чем ответить. Он уже раздумывал над этим вопросом, пока дожидался их. И, как бы ему не было больно это признавать, правильный ответ Райн нашёл практически сразу же.

– Ничего.

Сидящая рядом Сара непонимающе уставилась на него. Нерроуз лишь хмыкнул, а Серебряков одобрительно кивнул.

– Что? Почему? – Сара смотрела на него таким взглядом, будто он только что её предал. – Том... Но она же там и...

– И что ты хочешь, чтобы я сделал, Сара? – вздохнул Райн. – Дезертировал со службы? Бросил корабль, эскадру и помчался на Сульфар? Это чушь. Я всё равно ничего не смогу сделать. Это было бы инфантильно и глупо. Подумай сама. Разве Лиза оставила Сульфар? Бросила там Нори, Химмата и остальных, просто ради того, чтобы выбраться с планеты? Нет. А ведь она могла. Сама мне так сказала. Потому что она чувствует ответственность за них. Потому, что эти люди зависят от неё. Не важно, сильно или слабо, но она не могла их бросить, точно так же, как и я не могу оставить эскадру и свою службу. У Лизы свой долг, а у меня свой.

– Он прав, Сара, – Нерроуз одобрительно кивнул Тому. – Нужно выбить мерзавцев с Валетрии. Это будет нашим лучшим шансом помочь Вейл и остальным. Чем раньше мы закончим эту долбаную войну, тем быстрее вернём нашу рыжую командиру. И уверен, что этот день не за горами. Пока мы тут зализываем раны, Седьмой флот уже должен был выбить рейнцев с Лаконии. На очереди Бедергар. А затем будет и Валетрия. И готов поспорить на что угодно, Лиза прислала Мённингу всё, что только смогла нарыть о рейнцах в системе.

– Скорее всего, – согласился с ним Серебряков. – Уж в этом плане на неё можно положиться.

– Верно, – Том откинулся на спинку дивана и окинул собравшихся в его каюте людей. – И поэтому сорок четвертая эскадра продолжит действия в составе седьмого флота.

Нерроуз нахмурился.

– Том, поправь меня, если я ошибаюсь, но «Арх» будет стоять на ремонте месяц-полтора. Если не дольше.

– Да. И поэтому я принял решение временно перенести свой флаг на другой крейсер.

Говоря эти слова, Райн посмотрел в этот момент на Даниэля, отчего у того дернулся глаз.

– Нет. Нет, нет, нет. Упаси боже. Ты же не собираешься...

– Да успокойся ты. Я собирался объявить об этом завтра, на совещании капитанов кораблей, но раз уж затронули эту тему, то знай. Я и часть моих офицеров переберётся на «Гавриила». Шарль уже в курсе.

Нерроуз картинно схватился за сердце и даже глаза закатил, чтобы придать своему виду ещё больше драматизма. Серебряков не выдержал и рассмеялся, настолько карикатурно выглядел Даниэль.

– Господи, слава богу. А то я уже испугался, что ты решил перебраться на «Галифакс». Том, вот честно, я тебя, конечно, люблю. Мы друзья и всё такое, но такого счастья мне не надо.

Райн вопросительно уставился на него.

– Чё это?

– Да ты сам посуди, – нахохлился Дэн. – Любой корабль, на котором ты находишься имеет чертовски быструю тенденцию превращаться в металлолом. Тебе надо на «Вобан» перебираться. Может быть их с Дмитрием удача хоть как-то компенсирует всё то сумасбродство, которые вы там у себя творите.

– Вообще-то мы побеждаем, – несколько обиженно заметил Райн.

Хотя, в чём-то он, конечно, был прав.

Хоть Тому и было неприятно это признавать, но пока что ни один корабль, на котором он служил, не дожил до счастливых дней, когда состарившуюся посудину отправят на слом, потому что та более не способна держать корпусом воздух. «Мастиф», «Фальшион», «Бельмонт», «Анцио». А теперь ещё и «Архангел». Как бы не были прикрыты шутками слова Нерроуза, но это не отменяло их правдивости. Каждый из этих кораблей находился под его командованием. И каждый находился на грани гибели. «Фальшион» и «Анцио» вообще более никогда не будут снова бороздить просторы космического пространства. Первый получил слишком сильные повреждения в системе Абрегадо и, хоть его и можно было восстановить, в итоге продали на металлолом, предварительно сняв с корабля всё ценное оборудование. «Анцио» вообще разорвало надвое во время Второй битвы за Нормандию и линейный крейсер был списан, как не подлежащий восстановлению.

Так что зерно истины в шутке Нерроуза имелось.

– Да кто же спорит, – усмехнулся Дэн. – Значит теперь это будет головной болью Шарля?

– Ага. Я соберу часть офицеров и вместе с ними организую штаб на борту «Гавриила». Это будет на завтрашнем совещании, хотя, пожалуй, раз уж мы тут так весело собрались, есть кое-что ещё.

Сергей, Сара и Дэниел переглянулись и быстро подобрались, почувствовав, как разговор плавно перешёл в деловое русло.

– Во-первых, – начал Том. – Сергей, я хочу, чтобы ты отобрал своих ребят из числа тех, кто штурмовал станции и наиболее отличился. На время ремонта «Архангела» мы распределим их по десантным отделениям остальных кораблей эскадры. Пускай делятся опытом и вместе с остальными отрабатывают абордаж. В системе Дария вы сработали просто великолепно, так что грех будет не воспользоваться их знаниями.

– Понял, – тут же кивнул Серебряков. – Займусь этим с утра.

– Хорошо. Во-вторых. Сара, подготовь документ о твоих действиях во время штурма...

Брюнетка удивленно захлопала глазами.

– Да я вроде бы уже...

– Да, я читал твой рапорт, но это не то, – отмахнулся Том. – Мне нужно, чтобы ты с тактической точки зрения обосновала применение лёгких ударных кораблей...

– Так это всё есть в рапорте, – нахмурилась Сара. – Там же есть все наши доводы по использованию «Минотавров» и...

– Ты мне дашь договорить или нет? – вздохнул Райн и посмотрел на неё так, как обычно учитель смотрит на докучавшую ему ученицу.

– Эм... Да, прости.

– Вот и славно. Я хочу, чтобы бы ты взяла своих ребятишек и подготовила тактические выкладки и обоснования для использования малых ударных кораблей. Но сделала это в расчёте на их применения против кораблей в классическом эскадренном бою.

От услышанного у неё даже челюсть упала.

– Нет, Том. Это чушь. «Минотавры», конечно, хорошие машинки, но они никогда не смогут противостоять полноценным кораблям в бою и...

Она неожиданно замолчала, когда до неё дошло, на что именно намекал Том.

– Постой, ты имеешь в виду что-то вроде рейнских корветов?

– В точку. Но меньше. Что-то среднее между ботом и корветом, способное нести адекватное вооружение и применяться в эскадренных сражениях.

– Поправь меня, если ошибаюсь, – не скрывающий своего скепсиса Нерроуз посмотрел на них обоих. – Но это твоё «что-то среднее между ботом и корветом» не существует. Мы не вели таких разработок. Да их никто не вёл за последнее время. В мелкие птички просто не засунуть нормальное вооружение, реактор, компенсатор и всё прочее.

– Это пока, – обвиняющее ткнул в него пальцем Райн, будто вина за это лежала на самом Нерроузе. – Но после случившегося у Звезды Дария, я готов поклясться, что кому-нибудь точно придёт в голову подобные мысли.

– И ты хочешь быть первым, – закончил за него Дэн.

– Я хочу, чтобы мои люди были в этом первыми, – поправил его Том. – Вы сами видите, что произошло в нашем последнем сражении. Я не представляю, кому в Протекторе пришла эта идея, но мы уже видим доказательства её эффективности. Наше счастье, что этих птичек у них очевидно не так много, как хотелось бы. Да и при их габаритах, транспортировка должна быть сущим кошмаром. Так что, да. Сара я хочу, чтобы ты со своими ребятами поработали головами и выдали мне теоретический вариант. Готовых проектов делать не надо, да это и не ваша работа. Но если сможем проработать доктрину, то возможно, кто-то этим заинтересуется.

– Поняла. Сделаем. Какой срок?

– У вас минимум полторы недели есть точно. Может быть две. Пока не могу точно сказать. Так что считай это вашим «домашним заданием». Сейчас наша задача подготовить остальные корабли, произвести ремонт и дождаться сообщений о действиях отца и Седьмого флота в Лаконии. Если всё идёт по графику, то они должны будут нанести по ней удар через два дня, а значит, через неделю или около того мы должны быть готовы к тому, что нас отправят на ротацию, чтобы заменить пострадавшие в этом сражении корабли. Все всё поняли?

– Так точно! – раздался хор подтверждающих голосов и Том удовлетворенно кивнул.

– Вот и славно. А теперь пошли вон. Совещание эскадры завтра в двенадцать ноль ноль.

Глава 2

11 мая 786 года

Станция ВКФ «Сиракузы» на орбите Тендриса.

Карен пришла на собрание одной из последних. Неожиданная проблема, возникшая с рабочими «Сиракуз», вынудила её задержаться на борту «Архангела». Так что Ламберг едва успела на собрание эскадры.

Ввиду того, что флагманский крейсер представлял сейчас собой жалкое зрелище, собрания и планёрки было решено проводить на борту станции, благо её руководство расщедрилось и выделило под нужды сорок четвёртой огромный и набитый всем необходимым оборудованием зал.

Вчерашний вечер всё ещё отдавался лёгкой тяжестью у неё в голове. Не стоило так налегать на коктейли. Даже принятые утром таблетки от похмелья, пусть и сняли интоксикацию организма, всё же не смогли полностью сгладить последствия вчерашней вечеринки. Но, как ни странно, Карен нисколько об этом не жалела. За исключением этого она чувствовала себя великолепно. Потому что впервые в своей жизни, Ламберг испытала, что такое быть победителем.

И это чувство было потрясающим. Кружило голову лучше любого алкоголя. Конечно же, они все были рады своей победе у Звезды Дария. Но тогда всю радость от триумфа сглаживала необходимость срочно латать крейсер в полевых условиях, за которой последовал напряжённый перелёт обратно к системе Фарон. И только лишь оказавшись на станции, впервые сойдя с борта «Архангела», Карен поняла, что такое триумф победителя. Рабочие верфи и сотрудники станции встречали их у переходов связывающих крейсер со станцией громом оваций. Оглушительным ураганом наполненных торжеством криков. Этот вал эмоций обрушился на покинувших переход офицеров словно приливная волна.

Куда бы Карен не пошла, везде она встречала улыбки и ободряющие слова встречавшихся ей на пути людей. Они праздновали их победу так, как будто она была их собственной. Нет, подумала Карен. Это и была их победа. После первых ударов рейнского флота по верденским системам вера людей во флот пошатнулась. Далеко не всех, конечно же. Но этого нельзя было отрицать. Теперь же, после Второй Нормандии и Звезды Дария, народ чествовал их, как героев. И это было приятно.

Смакуя эти мысли Карен зашла в просторный зал, махнув по пути знакомым офицерам и быстро нашла глазами длинную гриву тёмных волнистых волос, спускающихся из под форменной фуражки. Старший помощник «Галлифакса», Виктория Райс, сидела за одним из столов в правой части выстроенного амфитеатром зала. Место рядом с ней пустовало, а на столе стояла пара исходящих паром чашек.

– Ты просто моя спасительница, – Карен опустилась на стул и благодарно взяла в руки тёплую чашку. Чёрный, крепкий, как кусок корабельной брони, кофе с каким-то сладким сиропом обжёг язык, но принёс потерявшееся куда-то за утро чувство бодрости уже с первым глотком.

– Тяжёлое выдалось утречко? – усмехнулась сидящая рядом с ней брюнетка.

– И не говори, – ответила ей Ламберг после пары жадных глотков. – Я, как встала на ноги, так ни разу и не присела. На корабле бардак. У нас половина силового набора с правого борта обнажена. Все пытаются делать всё и друг за друга. Нет, я понимаю, что ребята с верфи хотят, как лучше. Но из-за этого такая неразбериха, что я просто с ума схожу.

Виктория улыбнулась и неторопливо коснулась своей чашки губами.

– Вам вообще повезло, что уцелели. До сих пор не понимаю, как коммандер Райн решился на подобную миссию. В одиночку прорываться к станциям и использовать план, разработанный не им самим, а каким-то лейтенантом. Честно говоря, когда увидела «Архангел» после сражения, то решила, что он уже вообще больше не сможет летать.

– Мы крепче, чем кажемся, – Карен горделиво вздёрнула носик, баюкая в руках горячую чашку. – Новые крейсера удивительно живучи. Отказ от классических пусковых позволил усилить основные несущие конструкции и нарастить броню. Мы лишь подтвердили то, что новая концепция кораблестроения жизнеспособна и верна. Вот и всё. Скоро все верденские корабли будут строиться по схожим проектам.

– Пф-ф-ф... – Виктория брезгливо фыркнула. – «Галли» даст вам фору на ближайших учениях. Даже не сомневайся.

– Для начала нам лучше ремонт закончить и с верфи выбраться, – рассмеялась сидящая рядом с ней блондинка и сделала ещё один глоток. – А то, я даже не представляя, как стыдно вам будет проиграть в сражении с таким калекой.

– Осторожнее, Ламберг, – Виктория прищурилась, а в её глазах заиграли озорные искры. – Самомнение сгубило не одну кошку.

Карен чуть не подавилась кофе, делая глоток в этот момент.

– О, тогда я не понимаю, как вы вообще всё ещё живы. У твоего капитана его хватит на всю эскадру, – Ламберг заставила свою лицо принять задумчивое выражение. – В принципе, можно даже с остальным флотом поделиться. Хватит на всех и ещё останется.

– И тогда нас всех ждёт печальный конец. Погибнем в лучах его пылающей славы.

Обе девушки хихикнули.

Карен оглянулась по сторонам. Большая часть старших офицеров эскадры уже расселись по местам или же стояли по двое и по трое, что-то обсуждая в ожидании начала совещания. Задумавшись, Карен глянула на дисплей своего кома. Цифры на экране в этот момент как раз сменились, показав пять минут десятого по стандартному времени станции.

Странно, подумала она. Ещё никогда коммандер Райн не опаздывал на её памяти. Ламберг ещё раз окинула зал взглядом, заметив, что Дэнниэля Нерроуза, капитана «Галлифакса» тоже ещё нет.

За своими мыслями, она даже не обратила внимание на то, что Виктория что-то у неё спросила.

– Эй, реальность вызывает Ламберг. Приём.

– Что? Прости, я задумалась.

– Говорю, что капитан весь вечер подбивал к тебе клинья. Вчера он прямо порхал мимо нашего столика.

– Э-э-э... Да? – Карен задумалась, пытаясь вспомнить вчерашний вечер. Капитан Нерроуз и правда удивительно часто возникал около их столика, периодически шутками развлекая девушек и иногда принося очередные бокалы с коктейлями. Ламберг ещё вчера удивилась тому, почему-это капитан так покорно приносил заказанные ими с Викторией напитки один за другим. Даже спросила её об этом сама, но тогда Райс лишь отмахнулась туманным и сочащимся раздражёнием намёком на какой-то проигранный спор.

И даже в такой ситуации Нерроуз был само обаяние. Не навязывался сам и, что Карен была вынуждена признать, довольно удачно вклиниваясь в разговор для того, чтобы отпустить очередную шутку.

– Ты, что, даже не заметила? – Виктория не смогла сдержать улыбки и спрятала её за краем чашки. – Он же вчера чуть-ли не поедал тебя глазами.

– П-ф-ф-ф, – Карен чуть смутившись отвела взгляд в сторону от подруги. – Не выдумывай ерунды.

– Ой, как будто мне это нужно. Поверь, Карен, я с ним уже восемь месяцев. И я прекрасно вижу, когда моё начальство начинает свою охоту за юбками.

После этих слов у Карен в голове мгновенно появились кое-какие мысли.

– А вы с ним... – спросила она притихшим голосом и оглянулась по сторонам.

Казалось, что Виктория даже не сразу поняла сути её вопроса. А затем рассмеялась в чашку.

– О, не-е-е-е-т. Ты не смотри на то, что внешне он кажется раздолбаем. На самом деле капитан строгий поборник правил. Я ещё ни разу не видела, чтобы он попытался подкатить хоть к кому-то, кто находится у него в прямом подчинении. Устав, все дела.

Там действительно была статья, запрещавшая любые отношения между находящиеся в прямом подчинении военнослужащими. Правда, стоило, наверное, отметить, что скорее всего эта статья нарушалась наиболее часто. И всё-таки, устав – есть устав, как неоднократно говорил её отец. И сама Карен, воспитанная им в строгости, даже и подумать не могла о том, чтобы умышленно нарушить установленные правила правила.

С другой стороны, они служили на разных кораблях, – вдруг почему-то подумала Карен. Непрошеная и отстраненная мысль залезла в голову сама собой. В конце концов они подчинялись разным капитанам и Нерроуз не являлся её прямым начальником...

Карен тряхнула головой, прогнав глупые размышления.

Очевидно, что Виктория что-то увидела на её лице в этот момент улыбнулась. Правда она пожалела подругу, не став говорить что-либо...

Неожиданно зал пришёл в движение. Стоявшие на ногах офицеры принялись быстро рассаживаться по своим местам. Оглянувшись назад, Карен увидела вошедшего в зал Райна в компании других офицеров. Там были и капитан Нерроуз, идущий рядом с командиром «Архангела». Следом за ними шли Майкл Сорено, постоянно раздражающий Ламберг своими неформальными обращениями и Сергей Серебряков, вместе с высокой девушкой с каштановыми волосами и нашивками старшего лейтенанта. Сара... Карен попыталась вспомнить её фамилию. Точно! Сара Келен. Именно ей принадлежала идея того безумного плана, который чуть не погубил «Архангел» и весь его экипаж.

С другой стороны, подумала Ламберг, он сработал, и они победили, захватив станции.

Идущие впереди Райн и Нерроуз обменивались короткими репликами. Глядя на них Карен даже не сразу поняла, что именно её смутило в этой картине.

– Э-э-э... Вик, тебе не кажется, что...

– Ага, я тоже заметила. Что это с ними?

Вся вошедшая в зал пятёрка просто лучилась от счастья. Но больше. Всего Карен поразили изменения, произошедшие с её командиром всего за одну ночь.

Нет, Томас Райн остался всё тем же невысоким и молодым мужчиной. Тёмные, практически иссиня-чёрные волосы, отросли чуть больше положенного, а щетина на лице уже успела за последнее время превратиться в аккуратно подстриженную бороду, отчего Райн выглядел несколько старше своих лет. Но вот выражение на его лице... оно изменилось.

За то время, что Карен находилась в его подчинении, она привыкла к задумчивому и флегматичному выражению, царящему на лице своего капитана. Нельзя сказать, что её командир выглядел неулыбчивым или слишком грозным. Нет. Он смеялся и улыбался вместе со всеми. Но у Карен всегда было ощущение, что Томас Райн делает это просто потому, что подобной реакции ждут от него остальные. Как будто каждый раз он веселился через силу, о чём говорила не уходящая из синих глаз капитана холодная мрачность, которая, казалось, после событий на Нормандии стала только сильнее.

Но сейчас, всё было абсолютно иначе. Райн прошёл мимо стола, за которым сидели Карен и Виктория. Нерроуз что-то сказал ему и Том рассмеялся. Пусть не громко, но этот смех был весёлым и звонким. Так мог бы выглядеть человек, страдающий от долгой и тяжёлой болезни и неожиданно сумевший от неё излечиться. Карен просто не могла объяснить причину с одной стороны такой небольшой, но в тоже время разительной перемены.

– Может нам наград отсыпали, – задумчиво пробормотала сидящая рядом с ней Виктория, кивнув своему капитану. – Было бы не плохо.

– Нет, – покачала головой Карен. – Тут явно что-то другое.

– Кстати, а почему это интересно они все пришли вместе?

– Откуда мне знать.

– Так ты же его старпом.

– Ты тоже, – возразила ей Карен, намекая на Нерроуза.

Хоть она и постаралась это скрыть, но действительно внутренне ощутила некоторое разочарование от того, что она пришла в одиночестве, когда Райн и некоторые другие офицеры из команды «Архангела» пришли вместе с ним. Почему-то она вдруг подумала, что они: Сорено, Келен, Серебряков и Нерроуз, знают о причинах произошедшей с капитаном перемены. А вот она нет.

От этого было обидно. Будто её не допустили к чему-то важному.

– Ну, ладно, – пожала плечами Райс. – Возможно сейчас мы всё узнаем.

Райн прошёл к кафедре у дальней стены зала, вокруг которой полукругом расходились столы и сидящие за ними офицеры сорок четвертой эскадры. Том дождался, пока все рассядутся только тогда заговорил.

– И так, всем доброе утро. Надеюсь, все вчера хорошо отдохнули, потому что работы у нас полно. Но, уверен, что это для вас сюрпризом не станет. Я не люблю долгих вступлений, поэтому начну сразу. Сорок восемь минут назад в систему Фарон вошёл курьер, приписанный к Седьмому флоту.