Текст книги "Снежинка для доктора. Исцеление любовью (СИ)"

Автор книги: Наталья Одинцова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 12 страниц)

Глава 34

Света.

Я самая счастливая девушка на свете. Просыпаюсь с блаженной улыбкой на лице, вспоминая прошедшую ночь. Тело болит. Но приятно болит. Он мой. А я его! Я люблю его всем сердцем. Лежу нагая под одеялом. И ощущаю его руку на своей талии под этим самым одеялом. Она властно держит меня, а её хозяин сладко сопит мне на ухо.

Оборачиваюсь и разглядываю этого соню. Какой же он красивый. Хоть в очках, хоть без. Но без них гораздо красивее черты лица.

И вдруг он выдаёт, улыбаясь, не открывая глаз:

– Хватит меня разглядывать так бесцеремонно, дырку протрёшь.

Резко отворачиваюсь и закрываю руками лицо, словно меня поймали с поличным. А он начинает смеяться. Вот гад.

– Ладно. Любуйся. Я не против. – шепчет он на ушко. А я не понимаю, что со мной. Ночью я с ним могла общаться, а сейчас как дурочка заливаюсь краской от стыда. Света, ты что сломалась ночью? Откуда это стеснение?

Он плотнее прижимается ко мне, а меня кидает в жар оттого, что я ощущаю под одеялом его возбуждение.

– Кто-то ночью хотел повторить. Передумала? – бархатным голосом он произносит мне на ушко и целует в шею, а потом в плечо. Я мигом напрягаюсь. Закрываю глаза и чувствую, как вновь накатывает волна возбуждения.

– Прекрати. Я только проснулась. Какое повторение? Мне бы встать.

Он урчит как котик, так забавно и резко тяпает меня за шею, словно откусить кусочек хочет.

– Я тебя съем...а-а-а-ам-м-м-м

Мне становится щекотно. Смеюсь и пытаюсь отбиться от его покусываний, но мне ловко выкручивают руки и задирают вверх:

– Попалась...

Смотрит в мои глаза с такой нежностью и любовью, что я теряюсь и отвожу взгляд. На меня ещё никогда и никто так не смотрел. Но потом переводит взгляд на губы и вдруг нежно касается моих губ поцелуем. Так, ласково, что хочется мурлыкать. Но не получается, потому что в следующую секунду он углубляет поцелуй и закрывает глаза. Не замечаю, как отдаюсь этому поцелую. В животе словно бабочки порхают.

Он вдруг отрывается от моих губ, скидывает с нас одеяло и размещается у меня между ног. Покрывает поцелуями мою шею, обдавая горячим дыханием мою кожу. Я закрываю глаза и выгибаюсь от удовольствия под ним. Низ живота вновь обдаёт жаром.

Я начинаю ёрзать под ним, и он вдруг убирает одну руку и протискивает её между нами, дотрагивается до клитора и водит вокруг него кончиками пальцев. Моё тело пронзает сладкая дрожь от возбуждения. Я срываюсь на стон.

Дьявол, что он со мной делает?

Прикусываю нижнюю губу и, закрыв глаза, запрокидываю голову от удовольствия. И с трудом выдавливаю из себя:

– Фридрих. я тебя хочу...

Услышав мои слова, он переходит к действиям. Убирает руку с моей вершинки между ног и обхватив рукой член, плавно входит в меня, заполняя собой.

– Ох...– всё тело словно кидает в жар от предвкушения близости. Он наклоняется к моей шее, целует, проводя кончиком языка по венке, а меня словно на волнах уносит от мурашек по коже.

Всё как в тумане от возбуждения. Беру в руки его лицо и впиваюсь в его губы со всей любовью, что испытываю к этому мужчине. И толкаюсь бёдрами навстречу его движениям. Он входит в меня всё глубже и глубже. Шлепки наших тел разлетаются по спальне. Зарываюсь пальцами в его волосах и прижимаюсь к нему плотнее. Наше дыхание учащается. И через пару мгновений мы оба срываемся на протяжный стон. Я разлетаюсь на части от нахлынувшего оргазма. Он продолжает двигаться внутри меня, пока мы оба не приходим в себя.

Фридрих обессиленный покидает моё тело и переворачивается на спину, устроившись рядом.

А я вдруг вспомнила, что мне нужно в университет. Соскакиваю с постели и, завернувшись в одеяло, начинаю искать телефон.

– Светочка, девочка моя...что ты ищешь? – раздаётся сбоку.

– Телефон. Что же ещё? Я на пары опаздываю.

– Не беспокойся. Я уже написал Кате, что тебя сегодня не будет. И с работы уже тоже отпросился. Так что. спешить некуда.

– Что значит некуда? У меня учёбы ещё два месяца.

– Так некуда.

Он встаёт с постели, подходит ко мне сзади и, подхватив на руки, прямо в одеяле уносит в душ.

Скинув с меня одеяло, помогает зайти в душ и заходит следом сам.

– Помочь тебе помыться? – подходит сзади и шепчет на ушко так горячо, что между ног опять всё горит. Да что же это такое. Хочу развернуться, но не успеваю. Он прижимает меня к своему горячему телу своей огромной рукой, как медведь лапой, кладёт руку на грудь и начинает её сжимать. Я охаю. Ну за что мне это? Он прикусывает мочку моего уха, а затем спускается, целуя губами шею. По телу бегут мурашки. Второй рукой он спускается вниз живота, раздвигает складочки на моей киске и начинает натирать круговыми движениями клитор. Я вскрикиваю от нахлынувшего возбуждения и встаю на носочки.

– Фридрих...ах... что ты... делаешь со мной? – с трудом выдавливаю я. Возбуждение нарастает. Упираюсь ладошками в стенку душевой кабинки, моё дыхание учащается. А он продолжает натирать мой клитор ещё быстрее. Я чувствую приближение оргазма, и в эту секунду он убирает руку с моей груди, оттопыривает мою попу, раздвинув мои ноги и обхватив свой член рукой вновь входит в меня, заполняя собой. И начинает быстро толкаться в меня. Шлёпки наших тел и стоны заглушает включённая вода, которая орошает наши тела. Через мгновение я вскрикиваю и разлетаюсь на частицы от нахлынувшего оргазма. Он резко выходит из меня и кончает мне на попу. Какое-то время мы так и стоим под душем, закрыв глаза и обняв друг друга.

Этот мужчина не может не возбуждать. Я поняла это ещё при первой встрече.

После душа, он надевает на меня свою белоснежную рубашку и, накинув на бедра полотенце, за руку ведёт меня на кухню, чтобы наконец-таки покормить.

– Надеюсь к вечеру моё платье высохнет, которое сейчас стирается. – спрашиваю его и отпиваю чай из кружки.

– Сладкая моя, не знаю растроишься ты или нет. Но с той минуты, как ты переступила порог моей квартиры вчерашним вечером, ты официально становишься частью моей жизни.

От этих слов давлюсь чаем и закашливаюсь. Он постукивает по моей спине ладонью. И когда я прихожу в себя, переспрашиваю его:

– Что это значит?

– Сегодня вечером узнаешь. Я приготовил для тебя сюрприз. Пора его показать.

Глава 35

Света

Весь вечер я теряюсь в догадках – что за сюрприз придумал Фридрих?? Нет, можно, конечно гадать бесконечно. Но так я себя изведу. Не хочу портить нервы. Поэтому заедаю всё шоколадкой, которую нашла в его холодильнике.

Но спустя время, проходя мимо кухни в ванную на цыпочках, слышу, как он на кухне за закрытой дверью, разговаривает с кем-то по телефону и ругается отборным матом. Похоже, сюрприз сорвался, делаю я вывод из разговора, подслушанного под дверью.

И, как назло, забываю, что дверь стеклянная, и меня могут заметить, даже в темноте, потому что слышу в ту же секунду его кашель.

– Светлана Михайловна, вас не учили, что подслушивать нехорошо?

Чёрт. Резко отскакиваю от двери назад себя и сшибаю что-то с рядом стоящей тумбочки. Вижу по тени, что Фридрих приближается к двери, и пытаюсь скрыться в ванной. Но не успеваю. Не заметив в темноте приоткрытую дверь в ванную, вшибаюсь в неё лбом, да так громко, что отшатываюсь к тумбочке обратно и хвастаюсь за лоб.

– А-а-а-ай-й-й. Чтоб тебя, чёртова дверь.

Из-за моих криков он ускоряется и, раскрыв дверь смотрит на меня, округлив глаза.

– Света, ты чего шумишь? Что стряслось? – удивлённо спрашивает.

Он подскакивает и, схватив руками моё лицо, осматривает на предмет повреждения.

А у меня до сих пор искры из глаз сыплются вместе со слезами.

– Вот это шишка. Света-Света...вот что значит подслушивать и удирать не умеючи.

Хватает меня за руку и ведёт на кухню, как нашкодившего ребёнка и, усадив на кухонный диванчик, подходит к морозильной камере и начинает там рыться.

– Приложи это, пока синяк не появился. – разворачивается и направляется в ванную.

Сижу с упаковкой пельменей на лбу и думаю, чего мне спокойно в туалет не ходилось? Зачем я полезла под дверь? Сидела бы сейчас, кино смотрела интересное. А саму так любопытство и раздирает, что он такое хотел мне показать, и оно теперь сорвалось?

Около семи вечера он предлагает поехать к моему отцу:

– Ты решил спустя сутки вернуть меня папе? Хм.. хотя предполагалось просто проводить тебя до машины.

– Нет. За твоими вещами. – не отрываясь от телефона, задумчиво отвечает он.

– За вещами? – опешив, уточняю у него, – Это....это...это то, что я подумала? – растерянно спрашиваю. Сердце начинает грохотать в груди.

– Да, Светик, я хочу тебя перевезти к себе. Я не шутил вчера, когда сказал, что не отпущу тебя больше. – отрывается от телефона и с серьёзным видом выходит в коридор, чтобы одеться.

– Собирайся. – помогает мне надеть пальто и, присев на одно колено, помогает надеть обувь.

Чёрт, это так приятно, когда за тобой вот так вот ухаживают. Вроде нормальный жест, просто помог надеть ботильоны, но всё же.. это так сексуально...у меня даже возникло желание не ехать к папе, а соблазнить Фридриха прям в коридоре. Но это мы ещё успеем. Да...надо уговорить папу не злиться и отпустить меня.

Если он сейчас такой милый, то как он будет ухаживать, когда мы будем вместе жить?

Так-так-так....не будем загадывать. Иначе спугну такую удачу.

Добравшись до моего дома, на пороге квартиры нас встречает папа.

– Ооо, дочь вернулась. – окидывает он меня удивлённым взглядом. – Здорово немец. – подаёт руку Фридриху.

– Пап, прекрати. Давай как-то по имени.

– И вам не хворать.... Папа. – выделяет последнее слово и в ответ пожимает ему руку. А папины глаза округляются.

– Кто? – папа перевод на меня взгляд и выдаёт, – Я что-то не понял. Я что-то пропустил?

Не успеваю ничего ответить, подбираю слова и как рыба, то открываю рот, то закрываю, переводя взгляд то на одного, то на другого.

– Пока нет. Я не знаю, как это делается в России. И возможно я что-то делаю не по вашим законам. Но скажу следующее. Я приехал сообщить вам, что с этой минуты, ваша дочь будет жить со мной. И я беру на себя за неё ответственность.

У папы теперь не только глаза круглые, но ещё и брови взлетели, и челюсть, кажется, отпала. Он так и замер от услышанного. А я вообще не знаю, куда бы сбежать от всего происходящего. Раньше папа хотел, чтоб я была счастлива и чтобы у меня всё хорошо было. Но ровно до того момента, как на горизонте появился Фридрих. Потому что он иностранец и теперь папа кажется весь в переживаниях.

Он же его совершенно не знает.

В итоге меня отправили на кухню готовить чай и попросили не приходить, пока не позовут, а сами ушли в гостиную и там очень долго беседовали. Настолько долго, что чай остыл, а я уснула за кухонным столом.

Проснулась я оттого, что папа меня подхватил на руки и понёс в спальню.

– Пап, а где Фридрих? – протирая глаза спросила его.

– Он спит. Прости дочь, но мне пришлось его напоить. Так что спокойно отдыхай и ни о чём не думай.

– Пап, только не говори, что ты там сейчас что-нибудь придумаешь, чтобы меня от него отвернуть?

Он усаживает меня на мою постель и, глядя в глаза, задаёт вопрос:

– Дочь, у меня такой вопрос. Это про него ты мне говорила, что влюбилась в идиота, которого хотела забыть?

Я напрягаюсь, потому что понимаю, что он сейчас начнёт говорить, что зря я согласилась на эти отношения с Фридрихом.

– Да он. Но он не такой. Я ошиблась. Ну с кем не бывает. – отмахнувшись, отвечаю я.

– Да нет, не ошиблась. – он задумчиво потирает подбородок. – Он точно врач? Ну я про то, что он же может почувствовать запах лекарства?

Я вновь резко напрягаюсь и настороженно спрашиваю:

– В каком смысле почувствовать?

Вскакиваю с постели и бегу в гостиную, чуть не спотыкаясь по пути к нему.

Захожу в неё и сразу нахожу взглядом спящего Фридриха. Или без сознания?

Усаживаюсь рядом и хлопаю его по щекам.

– Фридрих, Фридрих, очнись.

– Да не тряси ты его. Он спит.

– Как спит? – кидаю на него испуганный взгляд. – Он не хотел спать.

– Ну а теперь спит. И ты иди отдыхай. – кивает он на дверь.

– Папа,что ты с ним сделал? – чуть не плача, спрашиваю у него, не переставая трясти своего любимого мужчину.

– Ничего. Просто успокоил. Он так норовил уехать сегодня с тобой. Ну я ...короче...это ...отправил его помыть руки...ну так сказать у нас так заведено, перед тем как выпить – нужно руки помыть. Ну-у-у-у он поверил и пошёл мыть. Ну я ему снотворное в бокал бросил. Он зашёл, выпил и....уснул. – криво улыбнувшись смотрит на мою реакцию.

Сказать, что я в шоке, ничего не сказать.

– Папа, зачем? – с грустью перевожу взгляд на спящего Фридриха. Наверно, лучше бы я его всё-таки совратила ещё на пороге его квартиры.

– Не расстраивайся. Ну поспит до утра. Дочь, зато ты ещё ночь одну поспишь здесь.

Присев рядом со мной на корточки, он проводит рукой по моим волосам и тихо произносит:

– Я главное – не успел заметить, как ты повзрослела. А теперь он....пришёл и хочет забрать тебя у меня.

Я поднимаю на него взгляд и замечаю, как по его щеке бежит одинокая слеза.

– Пап, я же навещать тебя буду. Ну ты чего? – смахиваю рукой слезу с его щеки.

– Просто папка растрогался. И немного охренел от напора твоего мужчины.

Он присел рядом и крепко-крепко обнял меня.

– Пойдём спать, доченька.

Папа поднимается с места, укладывает Фридриха на диване поудобнее и окутывает его пледом. А затем берёт меня за руку, и мы выходим из гостиной.

Закрыв дверь в гостиную, папа провожает меня в комнату к моей постели, прямо как в детстве. Я подхожу к шкафу и беру оттуда пижаму, направляюсь в ванную, чтобы переодеться. Закончив, возвращаюсь в спальню и укладываюсь в свою уютную, тёплую, мягкую постель. Папа укутывает меня одеялом и целует в лобик, а потом в носик. Всё точь-в-точь как когда-то в детстве:

– Спокойной ночи, моя принцесса!

Он гладит меня по волосам и сидит со мной до тех пор, пока я не проваливаюсь в сон. И уже в полудрёме, слышу, как он едва слышно, покидает мою спальню, закрыв за собой дверь.

Открыв глаза и устремив взгляд на закрытую дверь, мило улыбнувшись, тихо произношу:

– Спокойной ночи, папочка!....знай, ты самый лучший папуля на свете.

Смахиваю слезу и закрываю глаза. На утро меня ждёт сюрприз – обнаруживаю себя в объятиях своего любимого!

Глава 36

Света.

Двамесяца спустя.

Время пролетело незаметно. Словно всё это время я была во сне. Только я и он!

Мы живём вместе всего два месяца, а, кажется, будто вечность. Единственное, что нас разделяло – это его работа и моя учёба. Мы как две половинки одного целого были постоянно вместе, не могли насытиться друг другом.

Одна ночь горячее, другой, одно утро нежнее и счастливее другого. На парах порой я витала в облаках. А он постоянно мне звонил, как только появлялась свободная минута, или писал СМС. И порой он говорил такие вещи по телефону, от которых волосы дыбом вставали везде, а по телу волнами бегали мурашки. Внизу живота всё горело от желания. И как только заканчивались пары, я выбегала на улицу, чтобы освежиться и прийти в себя. Вот только при виде моего любимого на парковке университета, жар внизу живота только усиливался. А сердце готово было выпрыгнуть из груди от нарастающего желания. Я могла стоять и долго наблюдать, как он ждёт меня, каждый раз проверяя телефон. Мечется туда-сюда около автомобиля. А я стояла как маньячка в кустах и следила за ним. Я видела его напряжение. Как он нервничал оттого, что я вышла с пар, но на улице меня почему-то не было. Меня заводило это. И я видела, как он ждёт меня.

Но однажды Катя меня сдала. Показав пальцем на кусты, где я собственно, и пряталась. Я это заметила и попятилась назад. А потом резко моя попа упёрлась во что-то очень твёрдое. Думала дерево. Но обернувшись назад себя, я вскрикнула, увидев Фридриха.

– Ты чего пугаешь? У меня чуть остановка сердца не случилась.

– Ох, Светла-а-а-а-ана..– протягивает он, сверля меня взглядом серых глаз из под очков. Резко подходит, закидывает меня на плечо и несёт к своему авто.

– А на ногах я бы не дошла?

– На ногах ты пряталась в кустах.

Ставит меня на землю и, взяв моё лицо в руки, накрывает мои губы своими поцелуем, полным страсти. Пытаюсь оттолкнуть его, но он прижимает меня своим телом к автомобилю, не отпуская моё лицо, и углубляет поцелуй, бесцеремонно врываясь в мой рот языком.

Низ живота обдаёт жаром. Я вдруг понимаю, что безумно его хочу. Похоже, именно этого он и добивался.

– Фридрих, я хочу домой. – с трудом произношу ему в губы. Он издаёт рык, но от губ моих отрывается.

– Больше так никогда не делай Света. – открыв дверцу машины, усаживает меня на сиденье. И закрыв дверцу, быстро обходит авто и садится на своё место.

Добравшись до дома, я выхожу из автомобиля, он вновь подходит и произносит мне в губы так чертовски сексуально:

– Я тебя накажу. – крепко прижав к себе за талию, кладет руку на мою шею и опять впивается в мои опухшие губы. Я начинаю сходит с ума от возбуждения.

Он подхватывает меня на руки и, не разрывая поцелуя, заносит в подъезд.

Уже зайдя в лифт, он ставит меня обратно на ноги и, прижав к стене, забирается руками под платье, сжимая руками мою попу, покрывая мою шею влажными поцелуями. Срываюсь на стон. В трусиках уже мокро от перевозбуждения. Произношу в губы, задыхаясь от сладкой пытки:

– Ты решил взять меня прямо в лифте? – с трудом фокусирую взгляд на его губах.

– Это наказание, моя сладкая, – хрипит он мне на ушко, нежно прикусывая мочку уха.

Я молю только об одно, чтобы лифт поскорее поднялся на нужный нам этаж. Иначе некоторые жители этого дома, сумеют лицезреть, насколько горяч мой мужчина.

Через мгновение мы выходим из лифта и, не успев открыть дверь, он затаскивает меня в теперь уже нашу берлогу. Запирается на все замки и, скинув с себя туфли и пиджак, набрасывается на меня словно зверь. Он блуждает по моему телу руками и, расстегнув молнию на моём платье, с треском стаскивает его с меня и кидает в сторону. Его глаза, кажется, чернеют, увидев меня совершенно голую, в одних трусиках.

Он хватает меня на руки и тащит в постель.

Мой ненасытный зверь сорвался с цепи.

Уложив меня на постель, встаёт с неё, расстёгивает рубашку и брюки, стаскивает с себя боксёры,бросает их на пол и забирается обратно на меня. Придавив к постели своим горячим телом, обнимает меня за талию, сминает мои губы неистово, покусывая и облизывая их языком.

А потом протискивает между нашими телами руку и проникает пальцами в мои трусики.

– Какая же ты горячая, моя девочка. – с хрипотцой произносит в губы и толкает внутрь палец. Отчего я ойкаю и выгибаюсь навстречу его пальцу, как струна.

– Мамочки... – от удовольствия прижимаю его руку к своему укромному местечку, пылающего жаром.

Он поднимается и, подмяв под себя ноги, устраивается у меня между ног, раздвигая их шире.

– Ты очень возбуждена, сейчас я это исправлю. – бархатно произносит.

Снимает с меня трусики и убирает их в сторону.

Наклоняется и покрывает мой животик нежными поцелуями, гладит руками мои бёдра, и пальчиками проводит по влажным складочкам. Я хватаюсь за простынь, от возбуждения, постанывая, и напрягаюсь, когда он вновь трогает мой клитор, массируя и слегка придавливая.

– Прекрати эту пытку. Умоляю. – с трудом выдавливаю из себя, задыхаясь от возбуждения.

Он придвигается ближе, удерживая руками мои бёдра, практически вплотную и, обхватив рукой член, трётся головкой о мою пылающую от желания девочку. Затем резко погружается в меня, заполняя собой.

– А-а-ах-х-х...– срываюсь на стон от наполненности.

Теряю связь с реальностью. Он двигается во мне взад-вперёд всё глубже и глубже, шлепки наших тел вместе со стонами разлетаются по спальне. Хватаюсь за простыни, сжимая её в кулачках.

Моя грудь подпрыгивает от его толчков, и его это заводит ещё больше. Он тянется рукой к моей груди и сжимает её, толкаясь ещё глубже и глубже внутри меня. Не выдержав, хватаю его за руку и дёргаю за неё. Он помогает мне подняться, усаживая на свой член, продолжаю двигаться навстречу его движениям. Крепко обнимаю его за шею, а он одной рукой обнимает меня за спину, другой держит меня за попу и толкается, толкается, толкается, доводя меня до оргазма. Дыхание сбивается, закусываю нижнюю губу до крови, он впивается пальцами в мою попу, толкаясь всё быстрее и быстрее. Через пару мгновений срываюсь на громкий протяжный стон от нахлынувшего оргазма, впиваясь пальцами в шею Фридриха. А ещё через пару резких толчков он крепко сжимает меня в своих объятиях, постанывая мне на ушко и заполняя меня горячей спермой и замедляя движения.Мы сидим в объятиях друг друга, пока внутри меня всё пульсирует и волны оргазма не отпустят.

Переведя дыхание, отстраняемся друг от друга. Он берёт моё лицо в руки, смотря на меня затуманенным и уставшим взглядом, нежно целует в губы и в носик. Упирается в мой лоб своим и отдышавшись, тихо произносит:

– Пойдём в душ, искупаемся.

– Не-е-ет. Ещё один секс я не осилю.

– Кто сказал, что будет секс? Я просто тебя помою, и мы ляжем спать. Мне завтра на смену заступать на сутки.

Он выходит из меня и встаёт с постели.

Я закутываюсь в одеяло и опомнившь, спрашиваю:

– Стоп. Завтра же у Оли день рождения. Разве мы не вместе пойдём?

Он уходит в ванную и уже оттуда громко отвечает:

– У меня все в отпусках. Поэтому завтра я точно не смогу. Иначе кто будет принимать роды? Вдруг завтра у кого-то схватит живот? А я пойду на день рождения веселиться? Я так не могу.

Плетусь в ванную и, обиженно, отвечаю ему:

– Ну неужели ни с кем на завтра не поменяться? Всего один день. Фридрих. Пожалуйста! – повесив голову, задаю ему вопрос. – Что я буду там делать одна?

Он выходит из душа, наматывает на бёдра полотенце и покидает ванную комнату.

– Свет, развлекаться. Что там ещё делать?

Проходит мимо меня из ванной на кухню и наливает нам чай, а следом делает бутерброды.

– Присядь лучше, покушай. Чем грустить.

Я разворачиваюсь и ухожу в соседнюю комнату. Мне очень обидно, что он так и не смог решить это маленький, но очень важный для меня вопрос. Достаю спрятанный шоколадный батончик Баунти и со слезами съедаю его.

По шуму за дверью слышу, как он зашёл в спальню, из которой мы только что вышли. Затем слышу щёлканье выключателя. А потом стук в мою дверь.

– Свет, пойдём спать. Я устал и еле на ногах стою. А у меня завтра смена.

– Не пойду.

Слёзы текут градом по щекам, но я всеми силами не показываю этого. Тем более в комнате темно.

Устраиваюсь на маленькой кровати и, закутавшись, закрываю глаза. Он медленно подходит к постели и, наклонившись, целует нежно в губы.

– Свет, Све-е-етик, ну не плачь. – проводит он ладонью по моей щеке, – Я правда не могу. Но послезавтра обещаю, я буду весь твой.

Отворачиваюсь и не даю ему возможности снова меня чмокнуть в губы.

Тяжело вздохнув, он разворачивается и напоследок произносит:

– Вредника, спокойной ночи! – а затем из-за двери добавляет шёпотом, – Я тебя люблю, Свет! Очень.

И дверь закрывается.

А я утыкаюсь в подушку лицом и начинаю рыдать.

****

1 июня.

Утром просыпаюсь от звонка в дверь. Полусонная, потягиваюсь и только потом замечаю, что я не в спальне Фридриха, а в малой комнате. И настроение опять падает. Встаю и, набросив на себя розовый, шелковый халатик с розочками, закутываюсь в него, завязав пояс, и плетусь босиком к входной двери.

– Кто там?

– Кто, кто? Конь в пальто! Катя это. Пустишь?

Открываю дверь и киваю ей, чтобы заходила.

– Ооо, наша соня только ещё проснулась.

– У твоей сони нет настроения.

– Да ты вообще последнее время странная. То плачешь по каждому поводу. То смеёшься. Раньше ты была не настолько эмоциональная.

– Не знаю. Не обращала на это внимание.

– Пойдём наряжаться. Тебе же скоро на день рождения ехать.

Повесив голову, бреду в спальню Фридриха и беру всё, что мне нужно для создания образа.

Приняв душ, усаживаюсь рядом с зеркалом в махровом белом халате, и Катя начинает свою работу визажиста, стилиста. Макияж я могу сама себе нанести. Но вот с причёской будет сложнее. А в этом вопросе Катя спец.

Надев на себя обтягивающее, брендовое, белоснежное мини-платье без декольте и бретелек, босоножки в тон на высокой шпильке, клатч и белые серьги-кисточки, Катя завершает мой образ лаком для волос, фиксируя мои уложенные волосы в красивый пучок, и немного выпущенных прядей. И последний шаг, конечно, духи с фруктовым шлейфом.

Покрутившись перед зеркалом с довольным лицом, достаю из клатча ещё один батончик с кокосом и съедаю его, причмокивая, с таким удовольствием, словно ничего вкуснее в жизни не ела.

– Светуль, у тебя со здоровьем как дела? Ты всё ешь и ешь сладкое. Так и диабет недолго заработать.

– Фридрих уже просил сдать анализы в его лаборатории. По анализам всё чисто. Так что не переживай. Ладно, едем. А то Оля меня прибьёт за опоздание. Итак, уже звонила и спрашивала, во сколько я приеду.

Мы вызываем такси и покидаем квартиру. Выйдя на улицу, нас уже ожидало автомобиль. Мы быстро разместились на заднем сидении и отправились на дачу к Морозовым.

Прибыв на место, нас встречали дядя Паша Морозов с супругой Мариной, Андрей с Олей и, конечно, все их университетские друзья. Не было только его. И мне вновь стало грустно.

От души поздравив именинницу, мы спешим к столу.

На природе у леса, на свежем воздухе просто потрясающе. Чувствую, нагуляюсь и спать буду без задних ног.

Ближе к вечеру, когда практически стемнело, мужчины отправляются жарить шашлык. А я с девочками остаюсь поболтать о наших женских секретах. В этот момент подходит Андрей и просит сходить в сторону леса, поискать там какую-то цепочку. Как он объяснил, что ходил, смотрел территорию и не сразу заметил потерю. А Олю с Лерой напрягать нельзя. Первой через пару месяцев рожать, а вторая уже на днях отправляться в роддом.

Ну что мне остаётся, только идти на своих шпильках и искать с фонариком эту цепочку. Вот чёрт. Знала бы, что такой момент случится, балетки одела бы.

Выйдя на задний двор дачного коттеджа, иду в сторону леса и резко притормаживаю и замираю, потому что передо мной стоят какие-то непонятные штуки и они начинают загораться. А я замираю и начинаю читать, что же за слова там написаны:

– С В Е Т А В Ы Х О Д И З А М Е Н Я!

Встряхнув головой, стою и ничего не понимаю. Кто написал эту чушь? Решаюсь развернуться и пойти к Андрею, чтобы сказать ему про эти горящие буквы, и случайно врезаюсь в чью-то широкую грудь в белоснежной рубашке. Отшатываюсь от мужчины и поднимаю взгляд. Кажется, сейчас мои глаза выпадут из орбит, потому что передо мной стоит...Фридрих?

Стою в полном недоумении и непонимании, что же здесь происходит?

– Ты...ты что здесь делаешь? Ты же должен быть на смене.

Он идёт вперёд на меня, такой красивый, элегантно одетый, свежо, словно он старательно готовился, а я чуть ли не проваливаюсь шпильками в землю, когда пытаюсь пятиться назад.

– Светочка, это сюрприз!

И в ту же секунду за его спиной появляются практически все гости, собравшиеся на день рождения Лельки, и наблюдают за происходящим.

Хлопаю глазами и так и не могу понять, что вообще происходит? А моё сердце от волнения начинает биться о рёбра и готово вот-вот выпрыгнуть из груди. От волнения в горле пересохло и образовался ком. Даже боюсь представить, что сейчас будет. Но ведь неспроста же все сюда пришли...в лес...почти под ночь...

Поворачиваюсь вправо и вновь вижу зажжённые слова, и волнение вновь одолевает меня. Меня начинает трясти.

А Фридрих тем временем подходит всё ближе и ближе, но так медленно, как пантера, нападающая на свою жертву. И от этого становится страшно.

Вновь бросаю на него задумчивый взгляд. Что он задумал? После его эффектного появления в голове куча мыслей. И вопросов.

– Светочка, мне нужно ...многое сказать тебе. – стоит, что-то говорит, а я стою и только и делаю, что перевожу взгляд то на него, то на огненную запись. – Я очень долго ждал этого момента. Готовился. И сам немного нервничаю. Поэтому, пожалуйста, не перебивай. Иначе забуду, что хотел сказать. В общем, – его лица касается лёгкая улыбка. А мне вот почему-то не смешно. Он встаёт передо мной....на одно колено, а мои глаза от неожиданного жеста на лоб лезут. – Я люблю тебя, очень, моя маленькая...моя самая искренняя девочка...– я забываю, как дышать. – Света...выходи за меня замуж! – протягивает ко мне...коробочку с колечком. Я застываю. Я просто застываю на месте.

Перевожу взгляд с коробочки на него и, вздёрнув бровь, еле слышно спрашиваю его.

– Что????

– Ты выйдешь за меня замуж? – спокойно и ровно спрашивает он.

Сердце ухает от его слов и вот-вот выпрыгнет из груди. Дышать становится трудно. Кажется, мне не хватает кислорода. Мне ведь послышалось???

Стою в замешательстве. Смотрю то на него, то на кольцо в бархатной коробочке. Кажется, мой мозг отказывается верить в происходящее. А потом резко приходит осознание и я, зажав рот ладошками, резко отворачиваюсь от него, а по щекам начинают лить слёзы. У меня истерика. К чёрту макияж. Меня всю трясёт. Бежать хочется от страха.

Это слишком неожиданно! А из-за спины вновь раздаётся его голос.

– Свет....ты меня слышала? Что я сказал?

Я боюсь обернуться. Меня словно заклинило. Я боюсь на него посмотреть.

Закрываю лицо руками и думаю: я схожу с ума или он, правда, только что позвал меня....замуж??

Осознав это, опускаю руки и медленно поворачиваюсь к нему и тихо произношу:

– Фридрих, я боюсь замуж.

На его лице вдруг появляется улыбка.

– Что? Это как? Не хочешь быть со мной до конца жизни?

– Хочу. Но боюсь. Я же вечно косячу. – с грустью смотрю на него, – Я тебе машинку сломала – это раз, – начинаю на пальцах считать, что я творила в его квартире, – Сожгла новый чайник, это два, а рубашек твоих, сколько я прожгла, – отмахиваюсь от него,– твою любимую сожгла...нечаянно. Чуть квартиру не потопила, когда уснула в ванной, включив воду и джакузи одновременно. И тебе пришлось соседям снизу ремонт оплачивать. Ты уверен? А если у нас не получится? – криво улыбнувшись, спрашиваю у него. – Или я тебя вообще разлюблю?

А он вдруг от всего перечисленного начинает смеяться, причём до слёз.

– Света, я понимаю твоё состояние, но у меня есть более весомый аргумент, чтобы ты не отвертелась.

– Какой же? – уточняю у него напряженно.

Просмеявшись, поднимает на меня взгляд и довольно заявляет:

– Света....ты беременна. Так что, тебе точно никуда не деться. Придётся соглашаться. – разводит он руками.

Мои глаза вновь округлились. А все, кто стоял позади Фридриха, даже охнули.

А вдалеке, кто стоял и держал надпись закричали наперебой:

– Света, соглашайся.

Перевожу взгляд на горящие буквы.

– Свет...неважно, где и как ты косячила....да, я злился на тебя и часто. Но, для меня важнее ты, чем собственное ЭГО.

Перевожу взгляд на него и спрашиваю.