Текст книги "Снежинка для доктора. Исцеление любовью (СИ)"

Автор книги: Наталья Одинцова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 12 страниц)

– А как ты понял, что я беременна? Обычно же делают тесты или на УЗИ ходят. Я ничего из этого не делала. Да и об этом обычно сообщают девушки. Но точно не мужчины.

– Ну...ты сдавала анализ?

– На сахар.

– И на ХГЧ. – секундная пауза, – Он и показал, что ты беременна.

Кладу свою ладонь на лоб и не верю тому, что услышала.

– Значит, приплыли? – криво улыбнувшись, спрашиваю его.

Расммеявшись, отвечает:

– Приплыли, – довольный встаёт с колена и подходит ко мне, – Я так понимаю это ответ «да»? – достаёт кольцо из коробочки и взяв мою руку, удерживает её в ожидании ответа.

– Да, да, да. – он сразу надевает мне колечко. – Ты доволен? – хихикнув в ладошку, спрашиваю я.

– Доволен. – широко улыбаясь, обхватывает ладонью мою шею и накрывает мои губы своими, закрепляя моё согласие.

Сквозь поцелуй, кажется, в другой вселенной, слышу, как нам свистят и аплодируют.

Разрываем поцелуй и, взяв меня за руку, он, довольный своим поступком, ведёт меня к мангалу.

Сегодня я счастлива как никогда!

Глава 37

Света.

Яркое, солнечное, летнее утро. Так не хочется вставать. Лежу в постели и наблюдаю, как по потолку бегают солнечные зайчики.

Осталось шесть недель до свадьбы. До нашей свадьбы с моим любимым.

Поглаживаю свой ещё незаметный животик. Я до сих пор не верю. Не верю в то, что скоро стану самой счастливой мамой и женой. Да, что греха таить, я уже счастлива!

Но сегодня у меня вдруг появился страх, что я могу потерять своё счастье, такое красивое, счастливое, светлое будущее рядом с ним.

Прогоняю от себя дурные мысли и, потянувшись, встаю с постели.

Расслабленная и счастливая, бреду на кухню и наливаю душистый, смородиновый чай. Бабуля вчера постаралась и привезла мне листочки с деревни. Сказала, что нам с малышом он будет полезнее магазинного.

Надеюсь! Хотя раньше она так обо мне не заботилась. Наверно, всё дело в знакомстве с Фридрихом. Она узнала о нём, и он ей очень понравился.

Наверное, если бы не он, она бы так часто ко мне в гости не ездила.

Совсем забыла. Он же её попросил привозить мне продукты с огорода. Зачем мне магазинное? Можно подумать, раньше я не питалась продуктами с магазина.

И здесь я вдруг вспоминаю, что сегодня снова нужно ехать на примерку платья.

Мечтательно стою у окна с чашкой чая и любуюсь рассветом. Закрываю глаза, расплываясь в блаженной улыбке. Как мне же сейчас хорошо!

Но неожиданно замираю, почувствовав совсем лёгкий толчок. Опускаю взгляд на животик. Хм...а не слишком рано ощущать шевеления? Пронеслось в моих мыслях. У меня же всего двенадцать недель. Может, мне показалось? Наверно показалось. Отмахнувшись от этих мыслей, разворачиваюсь и медленно направляюсь к раковине, чтобы сполоснуть чашку. И вновь останавливаюсь, потому что ощущаю внутри себя движения, похожие на плаванье рыбки. Как это всё-таки необычно!

Может и правда такое бывает на таком сроке?

Всё. Потом об этом подумаю. Пора собираться в бутик.

Не спеша направляюсь в спальню и, открыв шкаф, начинаю искать что-нибудь подходящее. Что же, что же надеть? На улице опять душно. Определённо нужна шляпа.

Беру стул и, подставив его к шкафу, открываю шкафчик на антресолях и начинаю рыться в вещах. В самом углу шкафа замечаю синюю папочку, прикрытую коричневым платком с узорами.

Такс-такс-такс, интересно, а это что такое?

Только дотрагиваюсь до платка и сама себя останавливаю. А вдруг это что-то личное? Ведь платком закрыто. Хотя, что я теряю? Любопытство берёт надо мной верх.

Забыв про шляпку, соскакиваю со стула и подхожу к постели. Присев на краешек, открываю папку. Название почему-то на немецком. Беру телефон и перевожу, что написано на папке. – «Моя семья». Интересненько-интересненько. Что здесь за воспоминания? Довольная, развязываю шнурок на папке и аккуратно её распахиваю. И первое, что я вижу это детские фото моего любимого. Он такой лапочка на фотках. Наверно за ним девчонки бегали толпой, настолько он красивый.

Переворачиваю страницу папки и натыкаюсь на надпись на файле А4 тоже на немецком. Вновь беру телефон и перевожу текст. Очень странное название «Мои воспоминания». Перелистываю страницу, а там.... фотографии Оли и Софии.

Я перестала что-либо понимать. А они здесь что делают??

Начинаю их разглядывать на предмет подписи какой-нибудь. И меня начинает терзать один вопрос: а почему папка так называется? Немного подумав, всё же возвращаюсь к фоткам, где Оля и София. Интересно, почему они здесь? На фотках они везде такие милые. Но почему они здесь? Почему не у Оли? Это очень всё странно.

И когда я собираюсь закрыть этот альбом, оттуда выпадает фото. Откладываю альбом в сторону, чтобы поднять фото и, перевернув его, меня словно бьют молотом по голове.

Я замираю. И не понимаю вообще ничего. Что это? Как это возможно? Дыхание перехватывает. Я не могу сделать глоток воздуха оттого, что я увидела на этом фото.

Я в растерянности. Смотрю то на стену, то на фото.

Это что же получается, мой жених....и моя сестра....были женаты? Но как? И ведь взгляд на фото у него влюблённый. Вновь задумчиво перевожу взгляд в никуда.

Я хочу видеть его паспорт. Срочно!!!

Встаю с постели и, выйдя в коридор, начинаю обыскивать все его пиджаки и плащи, ящики. В одном из пиджаков нахожу его паспорт. Собираюсь с духом и начинаю быстро-быстро листать страницы.

И вот заветная страница. Штамп о разводе. На мгновение зависаю на этой записи. Поднимаю взгляд.

Значит, это правда? Меня бросает в дрожь.

Но зачем он скрыл от меня это? И зачем...он хранит эти фото???

А что, если он влюблён в неё до сих пор и если он со мной ради неё?

Эта мысль разрывает меня на части. Не-е-е-е-ет. Я не хочу-у-у-у. Я не хочу так. Паника одолевает меня. Глаза наполняются влагой. Неужели он начал со мной отношения ради того, чтобы быть ближе к ней?

А потом вспоминаю его с бабушкой разговор. Она всегда повторяла, что он упустил её. Значит ...ради неё.

Слёзы застилают глаза. Что мне делать? Что?

Немного придя в себя, в голову приходит мысль. А мой брат знает, что его жена – бывшая жена моего жениха? Хм...да какой он после этого теперь жених?

Нет у меня больше жениха.

Направляюсь обратно в спальню и, взяв с тумбочки мобильный, набираю номер Андрея.

– Братик, я хочу задать один вопрос. Для меня это очень важно. – с трудом вдыхаю воздух от волнения.

– Что случилось, Свет?

– Ответь, ты знал, что Оля и Фридрих были женаты?

В трубке возникает тишина.

– Алё, Андрей. Ответь, пожалуйста.

В горле образуется ком. Опять тишина и в трубке раздаётся вновь его голос:

– ...Знал... Что-то случилось?

– Ответь, он её любил?

– Я не могу ответить за него.

– Андрей...– кричу в трубку.

Вновь повисает тишина.

– Свет я, правда...

Не даю ему ответить и кладу трубку.

Значит, любил. Или... любит.

Хорошо. Мне здесь больше делать нечего.

Иду в спальню и, взяв чемодан, собираю свои вещи. Я больше ни на минуту здесь не останусь.

А как клялся, что любит? Паршивец. Ненавижу.

Собрав вещи, покидаю его квартиру. И оставлю ключи соседке.

Вызываю такси и уезжаю туда, где меня точно искать не будут.

****

Фридрих

Рабочий день только начался, а пациентов уже полный коридор.

Прохожу мимо пациенток и, мило поздоровавшись с ними, прохожу в кабинет. Каждая в ответ со мной здоровается также приветливо и ожидает своей очереди.

Полдня за время приёма проходит незаметно, утопая в УЗИ и анализах.

Но потом, во время перерыва на обед, вспоминаю, что нужно мою девочку, будущую маму тоже заставить сдать ещё раз анализы.

Мне многие коллеги говорили, что я слишком озабочен своей будущей женой. Что пусть обследуется и наблюдается в другой клинике. А для меня это практически катастрофа.

Ну как я доверю её другому? Это же моя девочка. И малыш мой. Я же спать спокойно не смогу. Да я вообще ничего, спокойно делать не смогу, если она уйдёт к другому врачу. Для меня это как измена.

Время обеда. Пациентки разошлись. Даю себе небольшую передышку и достаю обед, приготовленный моей будущей женой. Открываю баночку борща. МММ, как пахнет. Я кайфую.

Беру в руки ложку и довольный тем, что у меня перекур, решаюсь пообедать. Как вдруг раздаётся звонок на мой телефон. И вроде бы ничего особенного. Но звонок от бабушки. Меня берёт страх. Может, с ней что-то случилось?

Беру трубку.

– Фридрих, внук мой драгоценный. У меня беда.

Роняю ложку от этих слов.

– Привет, ба. Что случилось?

– Милый, я альбом потеряла. Там, где не только твои фото.

– Не понял. А чьи ещё?

– Ну Оли и Софии.

Замираю. И охреневаю.

– Как? Где ты его потеряла? Я же его убирал.

– Да я собиралась к Олечке на свадьбу и прихватила его с собой. Вот... похоже, у тебя оставила. Ты дома?

У меня??? Дома? Чёрт. А если его Света найдёт? Мне же конец. Я с таким трудом наладил отношения с ней.

– А где конкретно ты его оставила? – настороженно спрашиваю у бабули. Сердце ухает в груди от нарастающей паники. Только бы она его не нашла.

– Кажется у тебя в шкафу на антресолях.

– Бабушка, какого чёрта ты его привезла? Зачем?

Скидываю звонок и встаю из-за рабочего стола и выхожу в коридор. Окидываю его взглядом. Никого нет. И захожу обратно в кабинет.

Нужно срочно ехать домой. Если Света его найдёт, прощай моя будущая семейная жизнь. Быстро собираюсь и сообщаю своей медсестре, что мне нужно срочно домой. Если вдруг кто-то придёт без записи, пусть направит к другому врачу.

Уже сидя в авто, еду и размышляю. Ну раньше Света ничего не находила. Может, и сегодня не найдёт? Вопрос, только где этот альбом?

Бабуля, бабуля, ну зачем же ты так меня подставляешь?

Я свихнусь без своей девочки. Она же для меня всё.

Мчусь на всех парах домой.

Пока летел домой, три раза на красный проехал. Только бы не зря.

Добравшись, вылетаю из автомобиля и направляюсь в подъезд.

Поднявшись на этаж, дёргаю за ручку и понимаю, что дома никого.

Светы нет. Фу-у-ух. Точно. Сегодня же примерка должна быть. Наверно, она туда отправилась.

Открываю дверь и захожу. В квартире звенящая тишина. И только выдыхаю, как замечаю на зеркале в коридоре, прикреплённое фото наше с Олей, со свадьбы, когда мы расписались. И понимаю – Света нашла альбом.

Мне пиздец....я опоздал...

Срываю это фото с зеркала и, ненадолго задержав на нём гневный взгляд, сминаю его в руке и выбрасываю в урну.

Идиот, надо было ей сразу всё рассказать.

Беру папку с фотографиями, собираю все фото Оли и Софии и складываю в отдельный файл. Отдам хозяйке фоток. Мне они больше не нужны.

Мне бы теперь прощения у Светы как-то вымолить.

Глава 38

Света.

Две недели я провела у дедушки в охотничьем доме в лесу.

Я очень много думала, пролила немало слёз, размышляя над этой историей, и решила, что не смогу больше находиться рядом с этим обманщиком. Он нагло ворвался в мою жизнь, вынудил быть с ним рядом, я полюбила его. А он всё это время хотел только одного – быть рядом с ней. Я была просто прикрытием.

Хорошо он маскируется. Выше всяких похвал. Но это уже не важно. Сейчас мне нужно думать о малыше.

Я выключила телефон, чтобы побыть одной.

Он был женат. И на ком? На ней. Я даже не подозревала, что их общение было настолько близким. Я всегда думала, что он просто её лучший друг. Но как же я ошиблась!

На днях у меня появилось желание поговорить с Олей. Хочется знать всё. Хотя бы с её стороны. Его видеть пока нет никакого желания.

И я решаюсь поехать в город. Дедушка подкинул меня до посёлка. А там уже на такси я добралась до Лельки.

Оля уже вторую неделю находится в роддоме. Ждёт заветного часа. Мне не хочется её тревожить. Но так хочется всё узнать. Постараюсь спокойно всё выяснить и сразу уеду.

И когда я уже проникаю за пределы ворот, направляясь на аллею, где гуляют будущие мамы, замечаю Олю на лавочке и не сразу понимаю, с кем она беседует.

А потом я резко замираю, осознав, что рядом с ней сидит Фридрих. Он что-то ей объясняет, разводит руками, вероятно, что-то показывает. А она лишь кивает в ответ. И не знаю, как поступить. Бежать отсюда или подойти и обоим всё высказать, выплеснуть обиду за их интересную тайну?

Но потом всё же задумываюсь. А почему я должна уходить? Я же ничего не сделала. Подойду, попрошу, чтобы он ушёл, и всё.

Собравшись с духом, набрав в лёгкие воздуха, выдыхаю и приближаюсь к этой парочке.

– Оль, привет. Мне нужно с тобой поговорить....тет-а-тет.

Замираю в ожидании ответа. А на меня сразу же бросает свой взгляд он. Стараюсь не смотреть ему в глаза. Поэтому отвожу взгляд в сторону, гордо подняв подбородок и вцепившись в сумочку.

– Света, милая...ты где была?

Он встаёт, приближается ко мне и хочет дотронуться рукой моей щеки, но я отступаю. Мне неприятно!

– Не трогай меня. Я пришла ни к тебе. Оль? – устремляю на неё взгляд, в ожидании спасения.

Она потихоньку встаёт с лавочки и в этот момент, позади себя я замечаю Андрея с Софией.

Так, похоже, поговорить с ней сегодня не получится.

Фридрих хватает меня за локоть:

– Света, милая, прошу, давай поговорим.

Вырываю руку из захвата и бросаю на него гневный взгляд:

– Говорить нужно было раньше. И желательно правду.

Смотрю в его глаза, а там... боль, тоска и отчаяние. Они стали практически бесцветными, на лице недельная щетина, словно он забыл про бритву. Похудел, под глазами мешки от недосыпа. М-да...

К нам подходят Андрей с Софией, и мой братец поучает нас:

– Хватит ругаться. Что вы вообще здесь делаете? Оле нервничать нельзя.

Хочу сказать слово, как вдруг Оля хватается за живот и охает.

Мы все устремляем взгляд на неё.

Она опустила взгляд вниз, и мы синхронно с ней. Под её ногами была огромная лужа.

– Кажется, я рожаю.

Андрей вместе с Фридрихом подхватывают её под руки и потихоньку провожают к отделению.

А я начинаю переживать.

Чёрт, ну я дурочка. Пришла, заставила бедняжку нервничать. И вот итог!

И как только мы поднимаемся на нужный этаж, Андрей загораживает дорогу Фридриху и Оле, потому что второй решил вдруг сам принять роды у сестры, так как акушерки не оказалось на месте. Братец против, чтобы Фридрих принимал у его жены роды.

Но откуда ни возьмись, появляется акушерка и забирает нашу Лелечку.

Спустя час метаний по коридору, мы слышим, как из-за дверей родзала доносятся крики малыша.

Я закрываю лицо ладонями и начинаю безудержно плакать от радости.

Выходит акушерка и сообщает нам, что на свет появилась наша всеми долгожданная принцесса.

Братец только, что ругавшийся с Фридрихом, начинает с ним обниматься. Вот, что делает с людьми счастье!

Подхожу и обнимаю его. А он не сдерживает себя, глаза наполнились влагой.

Стоим, обняв друг друга, и проливаем слёзы радости, и улыбаемся, как самые счастливые в мире люди.

Он отстраняется и приглушённо произносит:

– Спасибо, что в такие минуты...минуты счастья вы рядом.

Стоит, смахивает поступившие слёзы рукой и улыбается от радости. А затем выдыхает с облегчением.

А доктор окидывает меня печальным взглядом и переводит его на Андрея.

– Поздравляю с первенцем. Хоть кто-то сможет его увидеть сразу после родов.

И вновь кидает на меня осуждающий взгляд.

Он что, меня винит в произошедшем?

Разворачиваюсь и уже собираюсь уходить, как он подходит, берёт меня за руку и тащит в первый попавшийся кабинет.

– Отпусти. Ты сумасшедший? Отпусти. Мне больно.

Но эта скала меня не слышит. Затаскивает меня в кабинет акушерок, просит их выйти, и те послушно уходят. От шока у меня дар речи пропал.

Он запирает кабинет за ними и, медленно развернувшись, вновь бросает на меня взгляд, полный отчаяния.

– Выслушай меня хоть раз. Хоть один-единственный раз.

От такого перенапряжения моё сердцебиение учащается. Мне страшно. Страх... что я вновь поверю ему и растекусь лужицей перед ним. А я не хочу. Сердце ухает. Нервы на пределе. Но про себя я повторяю: «Света, всё будет хорошо. Неважно, что он скажет. Ты сильная. Ты просто его выслушаешь и уйдёшь с гордо поднятой головой. »

И я киваю ему, давая понять, что готова выслушать. А сама стою и боюсь оторваться от стены, словно потеряю равновесие, если отойду хоть на шаг.

Он присаживается на стул и, тяжело вздохнув, опускает свой взгляд вниз, потирая пальцы друг о друга, и начинает:

– Всё началось три года назад. Когда я прилетел к дяде на экскурсию в его клинику для психически больных детей. – он поднимает взгляд на меня, словно хочет удостовериться, слушаю я или нет, и, приглушённо продолжает, опуская вновь взгляд,– Тогда я познакомился с ней. Ей было всего семнадцать. Она рыдала на диванчике. Софию привезли и оформили в ту самую клинику, Оля была в полном отчаянии. Её отец, ещё то чудовище. Решил манипулировать ею таким образом. Ну, я пообщался с ней и понял, что влюбился в её ранимую душу. Спустя время она стала потихоньку улыбаться. Мне стоило это огромных усилий. Но за три года ничего не произошло. Она всё время давала понять, что совершенно равнодушно ко мне. Я не сдавался до тех пор... пока не узнал, что она полюбила твоего брата. – он на некоторое мгновение делает паузу, словно о чём-то задумавшись, а потом вновь продолжает, – Потом узнал, что она беременна и серьёзно поссорилась с ним. У меня вновь появилась надежда. Но вскоре даже она погасла, потому что она вернулась к нему. Я понял, что у них это серьёзно и навсегда. Вот тогда я смирился. А потом....– он вновь замирает и на его лице... появляется улыбка, он начинается смеяться как сумасшедший.

– Что потом? – настороженно спрашиваю у него.

Он поднимает взгляд на меня и просто начинает хохотать сквозь слёзы. Он что, с ума сошёл?

– Потом у меня случилось фееричное знакомство с одной блондинкой. – он продолжает смотреть на меня, словно ожидая моей реакции. – И я просто охренел. Честно....я не сразу понял, что опять влюбился. – и уже откровенно начинает смеяться. Но потом, смахнув проступившие слёзы от смеха, успокаивается и уже спокойно продолжает, – Свет, это правда был пиздец. Мне стало даже интересно, что же будет дальше. Обычно девушки сами начинают со мной флиртовать. Но ты....– опять начинает смеяться. – Ты меня хотела убить.

– Я не хотела тебя убивать. Штольц, ты больной? – вздёрнув бровь, уточняю я.

– Конечно, больной... тобой болен. Очень болен. – поднимается со стула и собирается приблизиться ко мне, но я выставляю ладони вперёд.

– Стоять. Только приблизишься, и я кину в тебя чем-нибудь.

Но на него не действуют мои угрозы. Он медленно приближается, а в его взгляде читается «детка, ты попалась.»

Хватаю банку с щипцами и швыряю в него. Он резко уворачивается и подходит всё ближе и ближе. Не успеваю ничего схватить, как он хватает меня за руки и прижимает к стене, нависая надо мной. Наклоняется, и я ощущаю его горячее дыхание на своих губах.

Только ни это!

Хочу увернуться, но не успеваю, он нежно касается моих губ своими. И я замираю почему-то, словно боюсь потерять этот момент.

Он закрывает глаза, и поцелуй становится более настойчивый. Хочу разорвать его, бью его в горячую, широкую грудь, но с каждой секундой мои удары слабеют ....и я сдаюсь.

Эх, Света, ты опять проиграла войну!

Понимая, что я сдалась, он отпускает мои руки и берёт моё лицо в свои руки, углубляя наш горячий поцелуй. Я готова сползти по стене, но вместо этого, начинаю стонать ему в губы.

Встаю на носочки и обвиваю его шею руками, а он обнимает меня за талию, поглаживая одной руко́й по спине, прижимает к себе настолько, что между нами не остаётся пространства.

Всё, кажется, мою крышу снесло.

Отдаюсь этому, полному страсти, поцелую без остатка.

Не уйти мне от этой любви. Да и не хочется.

ЭПИЛОГ 1

Месяц спустя...

Открываю глаза и, с трудом перекатившись на правый бок, пытаюсь нащупать телефон на тумбочке. Нащупав его, беру в руки и, увидев время, вскрикиваю.

Чёрт, я проспала!

На часах шесть пятьдесят...но я не слышала будильника.

Аккуратно встаю с постели, придерживая свой уже округлившийся животик, и на цыпочках направляюсь в ванную.

Нужно срочно принять душ, пока ко мне не пришли стилист и визажист. Через три часа церемония бракосочетания. Я же ничего не успею.

С Фридрихом прошлым вечером мы долго обсуждали, почему в ночь перед свадьбой мне нужно остаться в родительской квартире.

Он долго сопротивлялся, находя миллион причин, чтобы я осталась у него.

Я отправилась на кухню и, налив себе чай, заявила:

– Ну тогда свадьбы не будет. Будем просто жить вместе. Малыш будет под моей фамилией, и я буду работать, как только рожу. – закончив свою пламенную речь, наблюдаю за его реакцией, продолжая отпивать из кружки чай.

С каждым моим словом его глаза становились всё больше и больше, пока не достигли предела.

Он подошёл, взял моё лицо в руки и сладко, мучительно сладко поцеловал меня.

Ах, как же он целуется! А потом, оторвавшись от моих губ, заявил:

– Можешь ехать. Одну ночь я переживу. Но если завтра, на пороге дома твоего отца ты заявишь, что никуда не поедешь, я возьму тебя на руки прямо в домашнем халате и увезу в ЗАГС. – разворачивается и направляется в спальню и оттуда доносится, – Придумала....замуж она не пойдёт, ребёнка на себя запишет. Конечно...мать вашу...

А я стою и хихикаю. Как же легко я выиграла этот спор.

****

Приведя себя в порядок, быстро выбираюсь из ванной.

И только закрываю дверь за собой, как раздаётся звонок в домофон.

На меня накатывает паника. Может, к чёрту эту свадьбу? Не хочу. Я ничего не успеваю.

С этими мыслями подхожу к домофону и открываю дверь в подъезд девушкам. С кислым выражением лица стою и жду, пока они поднимутся.

В этом момент шумной толпой в мою квартиру заваливаются не только визажист и стилист, но и моя лучшая подруга Катя, моя сестра Оля и Лерусик. Последние две уже успели восстановиться после родов, поэтому решили дружно меня поддержать в этот важный, знаменательный и самый счастливый для меня день в моей жизни!

Лера, пока мне сушили волосы и укладывали их в красивый, слегка растрёпанный пучок, рассказывала о том, что во время беременности появляются растяжки и что это ужасно некрасиво. В общем, пугала как могла. А Оля смеялась и отмахивалась от неё.

– Не слушай её. Она от Кости наслушалась этих комплиментов. Теперь сама ходит, шутит над всеми. Он также её стебал, за что потом жестоко поплатился. – заливисто смеётся сестра.

– Оль, ну вот зачем контору палишь. – а потом и сама начинает смеяться, – Ладно, Светуль, я же шучу. Ты обязательно восстановишься после родов.

Примерно через час, я уже стояла у зеркала и любовалась своим роскошным, белоснежным, свадебным платьем. Сейчас настал тот самый момент, который я миллион раз прокручивала в голове: как я буду выглядеть, где пройдёт церемония, кто из близких будет рядом. А сейчас миллион первый раз, но уже всё по-настоящему, особенно мои искренние чувства и желания, которые и стали главной причиной этого события. И вот, глядя на своё отражение в зеркале, я почти не узнавала себя. Передо мной стояла вроде также я, но словно взрослее, увереннее. Та, что раньше одним своим видом могла сводить с ума: а своими светлыми волосами, обычно рассыпающимися по плечам, коротким платьем с глубоким декольте, и в завершение ярким макияжем. Но сейчас мне всё это было не нужно. Я нашла Его – того, кто полюбил меня такой, какая я есть. Ему неважно, есть ли на мне макияж или нет, в пышном платье я или смешно завёрнута в его огромный халат, а волосы собраны в небрежное «гнездо». Он сказал, что главное – быть рядом.

Но всё же, мне хотелось выглядеть достойно, но не идеально. Я пережила слишком многое, чтобы верить в безупречность. Ведь даже самая яркая внешность может скрывать горькую правду, а я это знала не понаслышке. Поэтому сегодня я решила быть собой – настоящей, а не той, кого ждали или кем хотели видеть. И я знала, что для Него я всегда была идеальна, иначе он бы не выбрал меня.

Мои длинные светлые локоны, словно тонкие золотые нити, были собраны в слегка небрежный пучок. Эти выбивающиеся пряди напоминали нити судьбы, которые, по древнегреческим мифам, прядут Мойры, способные оборвать их в любой миг. Возможно, сегодня я и выглядела немного как одна из них, или даже как сама Афродита – особенно с этим глубоким голубым взглядом, который, казалось, мог сразить наповал. Мои глаза смотрели прямо, обещая не столько бурное счастье, сколько тихую, но глубокую радость. Тонкие, блестящие губы, словно лепестки розы, слегка приоткрылись, будто готовые произнести слова, которые уже давно жили в моей душе.

И, конечно, платье. Главный атрибут невесты. Я всегда была приверженцем классики, поэтому на мне было Оно – моё свадебное платье. Длинное, ажурное, сотканное будто из лунного света и тумана. Оно нежно облегало меня, ласково подчёркивая округлившийся животик, где билось ещё одно сердечко – начало новой жизни. Декольте было закрыто, лишь изящные, словно паутинка, кружевные рукава ниспадали на голые плечи, напоминая крылья бабочки. Пышная юбка, расширяясь к низу, переходила в длинный, воздушный шлейф из органзы и кружева, который мягко струился по полу. Сзади, словно благословение, тянулась длинная, прозрачная фата, украшенная тонким кружевом по краю, добавляя моему облику ореол нежности и загадочности. На ногах, спрятанные под платьем, сверкали светлые открытые туфельки на невысоком каблучке. А под этим великолепием скрывался мой маленький секрет, предназначенный только моему любимому, Фридриху. Я надеялась, что моё положение не станет препятствием для того, что я задумала... Но это пока секрет.

В руках я сжимала букет из нежных, кудрово-белых пионов. Их бархатные лепестки напоминали о зарождающейся жизни, о надежде и той безмятежности, которую я ощущала в этот момент. Это было не просто платье, это было продолжение меня, воплощение самых сокровенных мечтаний. Я верила, что все будут в восторге от моего образа, возможно, даже удивятся, увидев меня такой – новой Светой, снявшей маску притворства и принявшей себя. И всё это благодаря моим близким, ведь для них неважно, чья я дочь или кто я на самом деле. Им важно лишь то, что я просто рядом.

Я полнею! А он твердит, что я самая красивая девушка на свете, что животик мне к лицу! И даже грозится тем, что я ещё не раз похожу с таким животиком.

Настал момент, когда мой принц прилетит ко мне, как в сказке на белом коне, а я как истинная принцесса, позволю ему взять меня за руку, и мы пойдём под венец, где нас свяжут узами брака.

****

Фридрих.

Эта ночь, самая ужасная в моей жизни. Но самая спокойная! Я не сомкнул глаз почти до утра. Почему ужасная? Да потому что рядышком нет моей снежинки, нет моего Светика, моего лучика. А почему спокойная? Потому что обычно перед сном я донимаю её. Она дерётся, психует, заливисто смеётся, кусается, но я обожаю в ней это. Мне нравится её бесить. А потом просить прощения всеми возможными способами, пока она не простит. Но только если она после всего проделанного мной со мной не разговаривает. А я не люблю, когда Света молчаливая ходит около меня. Я не выдерживаю и минуты без её голоска.

Наступает утро. Просыпаюсь довольный, с мыслью, что вот, настал тот день, когда я полостью, официально, как и хотел, сделаю её своей. Она будет моей женой не только по закону, но и перед богом. К счастью, никто не знает о том, что я задумал.

И Света узнает об этом, только после нашего первого свадебного вальса.

Встав и приняв душ, я начинаю процесс приготовления жениха к свадебной церемонии. Бабушка прилетела и с самолёта сразу ко мне.

Она наконец-то смирилась. Смирилась с моим выбором. Долго причитала. Но когда узнала, что скоро станет прабабушкой, так растрогалась, что с трудом успокоил её.

– Фридрих, внучек, а когда появится малыш? Когда ждать? Может мне остаться здесь у вас и помогать ей? Пока ты на работе, ей же одной дома тяжело будет даже передвигаться.

Такая милая, ох бабуля, бабуля.

– Ничего не нужно. Покушать, если потихоньку сама всё делает. А если не делает, то прихожу и делаю сам. В основном она пользуется доставкой.

– Внучек, она же таким образом вообще по дому ни до родов ни после делать не будет.

– Бабушка, я хочу, чтобы моей жене было со мной комфортно и спокойно в браке.

Надеваю белоснежную рубашку и запонки, галстук, брюки в тон в строгом деловом стиле и пиджак.

Смотрю на себя в зеркало и вижу в отражении счастливого человека с искоркой в глазах.

А через час ко мне присоединяются ещё и Андрей с Костей. Обменявшись рукопожатиями, они проходят в гостиную, где уже сидит бабуля.

Вскоре мы покидаем квартиру и, рассаживаясь по своим авто, направляемся к моей любимой.

****

Когда я прошёл через выкуп невесты, у меня в мыслях был только один вопрос: кто придумал этот кошмарный выкуп?

А когда мы зашли в квартиру, нас встретили подружки невесты словами: « Света, он не сбежал. Он вынес твой выкуп». Вот здесь я просто впал в шок. Так вот кто намудрил в этом деле? Эх, Света-Света, получишь ты у меня по попке....когда родишь мне наследника.

Захожу в гостиную, поднимаю медленно взгляд и просто замираю. Передо мной стоит ангел неземной красоты и мило улыбается из-под фаты. Боже, как она прекрасна. Окидываю её взглядом сверху донизу и не могу налюбоваться. Таких, как она точно больше нет. И этот экземплярчик только мой.

– Ты долго так будешь стоять? Мне нельзя стоять на одной ноге.

Стою, улыбаюсь как дурачок, и только через считаные секунды до меня доходит смысл её слов:

– Как на одной ноге? Зачем?

– Ну, вообще-то, моя туфля у тебя в руках.

– Прости, забылся.

В два шага преодолеваю расстояние между нами и встаю на одно колено, чтобы помочь надеть ей туфлю. Поднимаю вновь взгляд на неё и не могу выдавить из себя и слова. Моя королева. Как она прекрасна.

Вернувшись в исходное положение, кладу ладонь на её животик, и по телу разливается приятное тепло от одного лишь толчка нашего малыша.

Подаю ей свой локоть, даря свою обворожительную улыбку. Она любезно берёт меня за локоть, и мы выходим из квартиры. Спускаемся и рассаживаемся по автомобилям.

Добравшись до ЗАГСа, нас встречают друзья и родственники Светы. Никогда не думал, что у неё такая большая и дружная семья.

Кажется, только нас и ждали.

Мы вошли внутрь здания и поднялись. И нас сразу же позвали в зал бракосочетания.

В зале царит атмосфера праздника и счастья. Мы стоим перед работником ЗАГСа и переглядываемся, даря друг другу свою улыбку. Я очень долго ждал этого момента, когда мы вот так, взявшись за руки, будем стоять, отвечать на вопросы регистраторши, скажем друг другу заветное «да» и будем кружить по роскошному залу в вальсе любви.

И вот настал этот важный для нас обоих момент, когда нужно сказать заветное «да», но Света молчит. А я, кажется, начинаю волноваться.

Она стоит бледная, напуганная и резко отвечает:

– Нет!

Нахмурившись, резко поворачиваюсь к ней:

– Что???

Не верю своим ушам. Но почему?

– Я не могу. – она бросает на меня печальный взгляд.