Текст книги "Комплекс Синей Бороды"

Автор книги: Наталья Александрова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 12 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]

– Не реагируй! – посоветовала Милка. – Когда орут – это хорошо, плохо когда молчат, значит, какую-нибудь пакость делают. В прошлый раз вот так зазевалась, они у мужа из стола важный договор какой-то достали, и еще ручку дареную, с чернилами. Ну, прихожу я, а они чернила выпустили на пол и тяпают руками, да еще договор разорвали в клочья.

Она закусила корзиночку со сбитыми сливками и зажмурилась от удовольствия.

– Короче, нашла она себе одного такого типа… не то бизнесмен, не то на госслужбе, но какой-то начальник видный. Ну и решила мужа поменять. Потому что у того «Мерседес» и деньги, и положение в обществе, а у Игорька что? Ну, зарабатывал он, конечно, но не так чтобы очень. А у Аньки помнишь, какие были амбиции?

«Не помню, – подумала Лола, – все это было так давно. У меня теперь другая жизнь. Но может, раньше было лучше? Друзья всегда рядом, шумные вечеринки, новые лица, новые знакомства. .. Весело жили! А теперь у меня только Ленька, который вечно ворчит, и звери. Пу И капризничает, кот хамит, попугай ругается…»

Стало грустно и ужасно жаль себя, но Лола встряхнулась и решила, что сейчас не время. Ведь она пришла сюда ради Игоря.

– Слушай, ты ничего не путаешь? – осторожно спросила Лола, которой нужны были точные сведения, а не Милкины домыслы.

– Очень надо мне врать! – обиделась Милка и ухватила из коробки обливной эклер. – Их, Аньку с хахалем, Ленка видела, Жукова. В ресторане «Сальери»! Она там помолвку праздновала, а эти как раз сидят.

– Жукова тоже замуж вышла? – против воли в Лолином голосе послышались завистливые нотки.

– Да нет, – Милка махнула рукой и вроде бы по пути вытащила из коробки пирожное «Лотос», – она как увидела, сколько у жениха родни, так сразу передумала и на регистрацию не пошла. Теперь, правда, жалеет, но поезд ушел, он на другой женился.

У Лолы отлегло от сердца.

– А тогда, – продолжала Милка, – Ленка прямо глаза вылупила. Мне потом звонит, говорит, Анька на этом типе всю дорогу висла, едва брюки ему под столом не расстегивала! Ну, Ленка, конечно, от любопытства чуть не умерла и, пока женихова родня напивалась, она подкараулила Аньку в туалете. Та под горячую руку Ленке во всем созналась – дескать, это у нее новый вариант, и что дело на мази, а Игорешу она выгонит в шею. И с Ленки слово взяла, чтобы никому не трепалась. Ну, Жукова, конечно, могила, только мне позвонила, не смогла удержаться. А я тогда с грудными обормотами дома сидела, мне не до чего было… Так что я тут вообще сбоку припеку… – Милка в рассеянности закусила буше.

– А что дальше было? Отчего же у Аньки новое замужество не выгорело?

– Так застал их Игорь с этим типом! Просто на месте преступления! Не то из командировки раньше вернулся, не то еще откуда… Короче, он как дурак несется к своей дорогой женушке с букетом и подарками, а место на семейной кровати занято. Был жуткий скандал, мне Ленка рассказывала!

– Она-то откуда узнала?

– А к ней Анька заявилась собственной персоной морду бить! Она думала, что Ленка нарочно Игорю все рассказала! А Ленка ни сном ни духом! Хоть и хотелось, конечно, этому дураку глаза открыть, но раз слово дала, То – ни-ни! Но все равно подрались они: Анька Ленке глаз подбила, а та в ответ подружке все волосы выдрала, с тех пор Анька коротко стричься стала. Ленка мне потом звонила, жаловалась, что так неудачно все вышло: ей с мужиком приличным в ночной клуб идти или в кабак, я уж не помню, а тут такая слива под глазом!

– И как же? – с интересом спросила Лола.

– Ну, замазала гримом, там в темноте не видно… Еще хорошо, что Ленка про меня не сказала, что я все знала, а то Анька и сюда бы приперлась!

«Какие чувства! – вздохнула про себя Лола. – Какой накал страстей! Какой там театр! А тут сидишь…»

– И с чего же Анну так разобрало? – спросила она. – Все равно она с Игорем разводиться собиралась…

– Так в этом-то все и дело! – Милка оторвалась от созерцания быстро пустевшей коробки с пирожными. – С тем мужиком у нее вышел полный облом. То есть пока у них был роман, все было отлично – рестораны, Канары, Сейшелы и все такое! А как дошло до решающей стадии, то оказалось, что все его жизненное благополучие держится на жене. То есть не на жене, а на тесте! Тесть у него такой крутой, что лучше его фамилию вслух не называть! И если этот тип, Анькин любовничек, про развод только заикнется, тесть его в порошок сотрет. Отнимет все что есть во мгновение ока, и в такую дыру зашлет, даже воспоминания от такого человека не останется! Так что Анечке нашей вышел полный отлуп!

– Что ж, история обычная, дело житейское… – вздохнула Лола, – как же Анна-то так прокололась?

А он все тщательно скрывал, перед всеми рыло делал, щеки надувал! – Милка оглянулась по сторонам и хапнула из коробки пирожное «Север». – И тут, видно, все ей высказал – мол, извини, дорогая, мало ли что я тебе обещал. Жизнь свои условия диктует, и в таком духе… Анна и разъярилась. Но поскольку на любовника не очень-то наедешь, то она решила злость на Игоре сорвать. «У сильного всегда бессильный виноват!» – Милка напоследок блеснула цитатой и повернула коробку, чтобы добраться до слоеной трубочки.

– Так вот почему она Игоря так ненавидела… – протянула Лола, – ругала по-всякому…

– Ну да! – энергично закивала Милка. – Всех знакомых обошла и такого про него наговорила! Ее и приглашать перестали – кому охота гадости слушать! А Игорь тоже перестал в компании ходить – стыдно ему было.

– Все так… – пробормотала Лола, – совсем она, выходит, ему жизнь сломала…

– Вот, а на пружину нельзя все время жать! – философски заявила Милка, дожевывая трубочку. – Вот она и распрямилась! То есть Игорь не выдержал и отомстил бывшей жене за все!

– Все же не верится… – раздумывала Лола, – а как у нее с этим мужиком, с любовником?

Вроде он ее бросил… – неуверенно ответила Милка, – но я точно не знаю, говорю же – ее никто в гости не звал, она своей злобой всем надоела! Знаешь, как в сказке, где у злой девочки при разговоре то змеи, то лягушки изо рта падали… Нехорошо, конечно, так говорить теперь, после того что с ней случилось…

«Все это очень подозрительно, – думала Лола, – Анна при ее характере не могла так просто успокоиться. Возможно, она грозила тому типу, шантажировала его, и он решил избавиться от чересчур опасной и докучливой любовницы? Ему-то было что терять…»

Лола вспомнила внезапно, что Анна при встрече хотела пригласить ее к себе, но потом позвонила по мобильнику и резко передумала. То есть в это время у нее в квартире кто-то был. Мужчина, причем достаточно близкий. Постороннему человеку ключи не оставишь. Конечно, это мог быть доверенный мастер по ремонту квартиры, к примеру, но не то у Анны было положение, чтобы ремонт затевать. Сначала надо бывшего мужа с жилплощади выписать, а потом уж квартиру отделывать! Так что ремонт отпадает.

– А ты не знаешь ли, – начала она, но в это время в устойчивый ровный рев близнецов вкрались визгливые вариации.

– Это Сашка! – крикнула Милка и рванула в комнату.

Лола потащилась за ней.

– Обкакался! – Милка с торжеством потрясала использованным памперсом.

Невольно вдохнув полной грудью, Лола обрадовалась, что не успела съесть ни одного пирожного. Милка протиснулась в ванную, ребенок свисал у нее с руки, как тряпичная кукла. На полу валялись остатки плюшевого бегемота, близнецы успели его распотрошить. Из ванной слышался шум воды и басовитый рев.

– Зачем же вы бегемота разорвали? – спросила Лола Машку.

Та засунула палец в рот и глядела невинным синим взором. Рев в ванной перешел в истошный визг.

– Ты что, его кипятком шпаришь? – не выдержала Лола, приоткрыв дверь.

– Просто мыться не любит, грязнуля, как все мужчины! – отмахнулась Милка.

Шлеп! – из кухни раздался грохот падающего стула, звон бьющейся посуды, и подруги увидели, что Машка успела стянуть со стола коробку с пирожными, а заодно и уронила две пустые чашки. Пока Лола подхватила с полу хулиганское дитя, оно успело слопать последнюю корзиночку.

«В маму пошла!» – подумала Лола.

– За что мне такое наказанье! – привычно взвыла Милка, и Лола поняла, что пора уходить.

Они расцеловались с Милкой и договорились не пропадать. Сашка-какашка и Машка-обжора не обратили на ее уход никакого внимания, они делили следующего плюшевого бегемота.

Выйдя на улицу, Лола подумала, что ее звери по сравнению с Милкиными деточками – сущие ангелы, даже у попугая нет такого темперамента, и у кота не такая быстрая реакция. Про Пу И нечего и говорить, песик – чистое золото. Как же Лола по нему соскучилась!

***

Леня подошел к двери и позвонил.

В этой квартире жил тот самый молодой ювелир Толя Липский, адрес которого дал Маркизу Иван Францевич Миллер.

За дверью послышались торопливые шаги, и озабоченный женский голос осведомился:

– Кто здесь?

– Я к Анатолию Борисовичу, по делу! – проговорил Леня, предъявив дверному глазку широкую лучезарную улыбку, которая безотказно действовала на женщин от десяти до восьмидесяти лет.

– Вы по записи?

– Нет, но я от Ивана Францевича!

Имя Миллера подействовало не хуже пароля.

Заскрежетали многочисленные запоры, и дверь открылась. На пороге стояла высокая темноволосая женщина средних лет с удивительно хорошей осанкой. Лицо ее показалось Лене очень знакомым.

– Извините, – начал он немного неуверенно, – мы с вами не могли раньше встречаться?

– Нет, – отрезала та, – пальто ваше позвольте!

Леня пожал плечами и сбросил пальто ей на руки.

– Пожалуйте прямо по коридору! – довольно сухо проговорила женщина, вешая Ленино пальто на плечики и водворяя его в стенной шкаф.

Послышалось негромкое постукивание когтей по паркету, и в прихожую выбежал симпатичный пудель персикового цвета. Пудель с интересом обнюхал Ленины брюки: должно быть, Пу И оставил на них свой запах.

– Бетти, фу! – строгая женщина призвала пуделя (точнее пуделицу, судя по имени) к порядку. Бетти обиженно фыркнула и с достоинством удалилась.

Леня прошел по короткому коридору и вошел в кабинет.

Обстановка этого кабинета резко отличалась от жилища Миллера. Здесь все было чересчур новым и чересчур ярким: помпезные бронзовые светильники на стенах, мягкий ковер с длинным ворсом на полу. За небольшим рабочим столом, инкрустированным ценными породами дерева, сидел лысый полный мужчина лет пятидесяти в коричневой шелковой куртке – тот самый «способный молодой человек», о котором говорил Иван Францевич.

– Вообще-то я принимаю исключительно по предварительной договоренности, – проговорил Липский вместо приветствия. – Но раз уж вы таки пришли…

– Мне посоветовал обратиться к вам Миллер…

– Ну-ну, – отозвался ювелир, непонятно, с почтением или с насмешкой, – и что у вас имеется, кроме такой рекомендации?

– Вот что, – Маркиз положил на стол бархатный футляр.

Липский неторопливо выдвинул ящик стола, достал оттуда ювелирную лупу, вставил ее в глаз, затем так же неспешно открыл футляр и принялся разглядывать колье.

Наконец он поднял глаза на Маркиза и с вопросительной интонацией произнес:

– Ну?

Леня едва удержался, чтобы не сказать в ответ «баранки гну».

Вместо этого он спросил:

– Ваша работа?

– А в чем, собственно, дело?

– Но все-таки – это делали вы?

– Ну, допустим, если бы даже я! А что – это вас как-то обижает? Это вам портит аппетит или, не дай бог, сон?

– Ни в коем случае! – Леня замахал руками. – Я только хотел спросить у вас, как выглядела заказчица.

Она таки выглядела обыкновенно, – прервал Леню ювелир, – она выглядела как женщина, которая пришла ко мне по делу. А вот вы, извиняюсь, выглядите как человек, у которого есть лишнее время и он не знает, на что его убить. Так я вам скажу одну умную вещь: сходите в кино, или в театр, или даже, извините за выражение, в музей. Наконец, сходите в гости к какой-нибудь хорошей девушке, но только не отнимайте время у занятых людей! Я таки думал, что у вас ко мне имеется настоящее дело по части камней или золота, но вы вместо этого начинаете задавать какие-то неуместные вопросы!

Он приподнялся из-за стола и добавил:

– До свидания!

– Так что, – разочарованно проговорил Маркиз, – разговора у нас не будет?

– А я что – непонятно выражаюсь? Дорогу запомнили, или вас непременно надо проводить?

– Не беспокойтесь, найду! В крайнем случае воспользуюсь компасом! – Леня повернулся и направился к двери.

– Миллеру передайте привет! – бросил ему вслед ювелир.

Вернувшись к входной двери, Леня разочарованно вздохнул и огляделся в поисках своего пальто. Рядом с ним тут же возникла та темноволосая женщина, которая открывала ему дверь. С каменным лицом она протянула пальто Маркизу.

– Нет, но все же мы с вами определенно встречались, – проговорил Маркиз, внимательно приглядываясь к ней. – Извините… вы ведь… Луиза Пастрелли?

– Тс-с! – женщина прижала палец к губам, выразительно взглянула на Леню и крикнула в глубину квартиры: – Римма Романовна, я выведу Беттичку!

Леня застегнул пальто, вышел из квартиры, но не спешил уходить. Спустившись на один этаж, он присел на широкий подоконник и приготовился к ожиданию.

Не прошло и нескольких минут, как дверь ювелира хлопнула, и послышались приближающиеся шаги. Из-за поворота лестницы показался сначала любопытный нос Бетти, а вслед за тем – женщина с поводком в руке.

– Луиза! – радостно приветствовал Леня старую знакомую. – Сколько лет, сколько зим! Правда, сколько же мы с тобой не виделись? Впрочем, ты нисколько не изменилась!

– То-то ты меня едва узнал! – отозвалась женщина.

– Ну, ты просто очень сильно изменила свой… как бы это выразиться… сценический образ! Я тебя никогда прежде не видел в таком строгом, наглухо закрытом наряде!

Действительно, прежде Луиза Пастрелли, а по паспорту – Елизавета Кузьминична Пострелова, носила по большей части коротенькие, усыпанные блестками юбочки или вообще яркие открытые купальники. Дело в том, что в те давние времена, когда они с Леней познакомились, Лиза работала в цирке ассистенткой фокусника. Ее непосредственный шеф, Акоп Ашотович Багдасарян, известный на всю страну маг и волшебник, каждый вечер старательно распиливал Луизу на части, превращал ее в дрессированного тигра или в фикус, протыкал ее шпагой, переносил по воздуху в другой конец арены и делал с ней тысячу других удивительных вещей, неизменно вызывая бурный восторг публики и срывая оглушительные аплодисменты. И в значительной степени он был обязан таким успехом своей ассистентке, в особенности ее длинным, стройным ногам и тонкой талии.

– Я теперь экономка, – пояснила Луиза, она же Елизавета Кузьминична, выходя на улицу, – а экономке положен строгий костюм! Тем более что у Риммы Романовны ужасный характер… ревнивая она, как пантера!

– Давно ты ушла из цирка? – поинтересовался Леня.

Лет восемь назад… Акоп Ашотович дал мне ясно понять, что ему нужна другая ассистентка. Одно дело, когда на арене распиливают молодую привлекательную девушку, это непременно вызовет живое сочувствие публики, и совсем другое дело – когда распиливают сорокалетнюю тетку, члена профсоюза с большим стажем… тут уж многие подумают – давно пора!

– Ну, Луиза, ты всегда отлично выглядела!

– Ну, Акопчик нашел на мое место кого-то помоложе… – женщина негромко всхлипнула, достала из кармана кружевной платочек, промокнула глаза и закончила: – Выставил меня на улицу после того, как я отдала ему лучшие годы своей жизни! Все здоровье через его пилу потеряла! Вот и пришлось мне переквалифицироваться в экономки. Хорошо, что я неплохо умею готовить!

– Может, зайдем в кафе, посидим, вспомним прежние времена? – предложил Леня.

– Что ты! – Луиза округлила глаза. – Римма Романовна устроит мне выволочку! Она прямо по часам проверяет, сколько времени я с Беттичкой гуляю! Да и с Бетти в кафе наверняка не пустят, а если оставить ее перед входом – она обязательно наябедает хозяйке! Разве только если подкупить ее куском ветчины…

Пуделица с самым невинным видом остановилась около витрины гастронома.

– Ну у тебя и жизнь! – посочувствовал Леня.

– Ничего, работа не хуже любой другой, – отмахнулась женщина. – Но ты, Ленечка, я вижу, тоже теперь не в цирке работаешь? Чем занимаешься?

– Да так… – Леня замялся, – то одним, то другим. .. что-то вроде частного детектива! Вот, кстати, я помню, что у тебя прежде была отличная память… у вас с Акопом даже номер такой был – чтение мыслей на расстоянии и чудеса гипноза…

– Да и сейчас не жалуюсь! Ни склерозом, ни маразмом пока не страдаю!

– Ты случайно не помнишь… не так давно к твоему хозяину приходила клиентка, такая худая высокая женщина…

– Ну, как ты понимаешь, женщины к нему приходят довольно часто, и, хотя худых среди них меньшинство, но все же попадаются…

– Она еще постоянно заламывала пальцы…

– А! Такая неврастеничка! Помню, конечно!

Луиза вздохнула. – После ее ухода Римма закатила мужу такой скандал! Это было что-то особенное! Вообще, она ужасно ревнивая, просто какой-то кошмар, но ее муженек тот еще козел… даже ко мне приставал…

– Почему – даже? Ты очень привлекательная женщина!

– Когда-то, может, и была… – Луиза кокетливо поправила волосы, – но это все в прошлом, Ленечка, в далеком прошлом!

– Так ты начала говорить о той клиентке, – направил ее Маркиз в нужное русло.

– Ну да, та истеричка на «Опеле»…

На «Опеле»? – удивленно переспросил Маркиз. – Откуда ты знаешь, что она приехала именно на «Опеле»? Вряд ли она прямо на машине въехала в квартиру… или у тебя повсюду разветвленная агентура?

– Дело в том, – Лиза понизила голос и посмотрела на пуделя, – дело в том, что Бетти иногда среди дня просится на прогулку. И если ее не поведешь – она из вредности нагадит в квартире…

– Да она самая настоящая шантажистка! – удивленно проговорил Маркиз, повернувшись к пуде лице.

Бетти разглядывала прохожих, делая вид, что все сказанное не имеет к ней никакого отношения.

– Вот и в тот раз, когда эта истеричка приходила, Бетти тоже срочно потребовала вести ее гулять. Ну, мне что делать? Оделась и повела ее… ну и видела", совершенно случайно, как та заказчица садилась в машину. Еще подумала тогда: форсу много, а машина так себе, старенькая и потертая. Не «Жигуль», правда, а «Опель», но какого-то давнего выпуска.

– «Опель», говоришь? – переспросил Маркиз.

– Ну да, синий «Опель»…

– Жаль… больно уж распространенная машина, трудно будет отыскать…

– А номер тебе нужен?

– Что? – Маркиз изумленно уставился на Луизу. – Ты и номер запомнила?

– Ну ты же помнишь, что у меня всегда была хорошая память! Записывай: «УГУ-742».

– Луизочка, золотко, просто не знаю, как тебя благодарить! Что я могу для тебя сделать?

– Боюсь, что ничего, – с грустью проговорила Луиза, – вряд ли ты можешь вернуть мне молодость, арену цирка и расположение Акопа Ашотовича…

– Но хотя бы сводить тебя в хороший ресторан и угостить вкусным обедом я могу!

– Ну, ломаться я не стану! – усмехнулась Луиза. – Не в таком я возрасте!

В это время Бетти, которой явно надоели бесконечные разговоры, устремилась вслед за каким-то интересным запахом, и Луизе пришлось отправиться вслед за ней.

***

Выйдя от Милки, Лола набрала номер адвоката.

– Роальд Оскарович, – начала она, – это…

– Тс-с, – зашипел адвокат, – умоляю, никаких имен! Вы меня удивляете! Я же вас, кажется, предупреждал. Нашим девизом должна быть осторожность, осторожность и еще раз осторожность! Никаких разговоров по телефону!

– Но я хотела только спросить, есть ли какие-нибудь новости по нашему делу…

– Тем более! – адвокат чуть не впал в истерику. – Никаких разговоров о деле! Только личная встреча с глазу на глаз!

– Ну давайте с глазу на глаз, – согласилась Лола, – тогда скажите где и когда. Только, пожалуйста, не в отделении милиции… я там боюсь появляться…

– Знаете зоомагазин «Белый кролик» на Проезжей улице?

– Ну найду!

– Давайте встретимся там через час!

***

Ровно через час Лола толкнула тяжелую дверь и вошла в зоомагазин.

Здесь было жарко, душно и пахло как в цирке – псиной, неволей и сырыми опилками. Вдоль стен стояли ряды огромных аквариумов с экзотическими рыбами и штабеля клеток, в которых спали, ели и резвились многочисленные зверюшки. Здесь были хомяки и морские свинки, горностаи и хорьки, белки и опоссумы, крысы самых разных расцветок и степеней пушистости и мыши разных размеров – от крошечной мыши-малютки, которая может поместиться в наперсток, до гигантской мадагаскарской разновидности, которая могла бы напугать видавшего виды кота. Были здесь, разумеется, и кролики, давшие название магазину, и даже шиншиллы.

Отдельно стояли аквариумы с самыми разнообразными рыбками и террариумы с пресмыкающимися.

Лола огляделась по сторонам и обнаружила адвоката. Роальд Оскарович стоял перед большим стеклянным террариумом, в котором красовалась огромная ящерица самого устрашающего вида. Ящерица была совершенно неподвижна, и Лола на какой-то момент даже подумала, что это – чучело или резиновый муляж, но вдруг пасть рептилии едва заметно приоткрылась, оттуда молниеносно выскользнул язык и слизнул со стенки террариума случайно залетевшую муху.

– Замечательное создание, – проговорил адвокат, приподнявшись на цыпочки и не сводя восхищенного взора с ящерицы. – Есть ли в мире существо совершеннее, чем игуана?

– Так называется это страшилище? – боязливо осведомилась Лола. – Должна сказать, у вас оригинальные вкусы! У меня эта зверюга не вызывает ничего, кроме отвращения!

– Она – само совершенство! – карлик задрал густую бороду и в молитвенном восторге сложил маленькие ручки. – Видели, как она охотится? Полная неподвижность, которая вводит жертву в заблуждение – и вдруг молниеносный бросок! Люди могут очень многому научиться у пресмыкающихся!

Ужас какой! – Лола зябко передернула плечами, несмотря на царящую в помещении тропическую жару. – Лучше давайте поговорим о нашем деле. Ведь мы сейчас здесь одни, без свидетелей… если, конечно, не считать эту… как вы ее там назвали?

– Игуану! – с восхищением произнес Роальд Оскарович, с явной неохотой отворачиваясь от террариума.

– Так что вам удалось узнать?

– Ваш знакомый наверняка виноват! Так что, как я и предлагал с самого начала, лучшей линией защиты будет признание" его невменяемым…

– Да с чего вы взяли, что он виноват? Я же говорила вам – он не был в тот день в квартире жены!

– Факты говорят другое, а факты, знаете ли, упрямая вещь! В руки следствия попала улика, доказывающая, что он в квартире все-таки побывал…

Адвокат в последний раз взглянул на игуану и коротко рассказал Лоле о найденных в квартире водительских правах и о том, как сам Ветров объяснял пропажу своего документа.

– Даже мне вся эта история с аварией кажется не очень убедительной, – закончил адвокат свой рассказ. – Тем более она не убедит судью. Где эти таинственные люди из «Мерседеса»? Где хоть какое-то документальное подтверждение слов Ветрова?

– А в каком месте произошла эта авария? – осведомилась Лола. У нее в голове появилась довольно продуктивная идея.

– На углу Литейного проспекта и улицы Некрасова, – сообщил адвокат и снова повернулся к террариуму. Игуана, словно устав от его пристальных взглядов, опустила уродливую голову и несколькими быстрыми шагами пересекла свое жилище.

– Спасибо, Роальд Оскарович, – проговорила Лола, – вы мне очень помогли!

Адвокат не удостоил ее ответом: он не сводил восхищенного взгляда с рептилии.

Выйдя на улицу, Лола снова достала мобильный телефон и набрала номер старинного Лениной) друга и помощника во многих делах, отзывавшегося на странную кличку Ухо.

Ухо был натурой увлекающейся.

Увлекался он машинами. Точнее, всем, что ездит, плавает или летает. То есть его интересовали не только автомашины, но и мотоциклы, мотороллеры, снегоходы, катера, моторные сани, катамараны, яхты, вертолеты и прочие средства передвижения. Он любил все эти движущиеся устройства горячей и почти бескорыстной любовью. Он мог в рекордные сроки разобрать и заново собрать любой автомобиль или вертолет, мог угнать любую машину, какими бы современными противоугонными средствами она ни была оснащена и в каком бы надежном месте ни оставил ее хозяин.

Именно эти его способности часто использовал Леня Маркиз, обращаясь к Уху, когда ему по ходу очередной операции срочно требовалась какая-нибудь необычная техника. И Ухо никогда не подводил приятеля, с необычайной скоростью предоставляя ему все, от крошечной «Оки» или «Запорожца» до уникальной «Феррари» или навороченного «Хаммера», от инвалидной коляски или снегоуборочной машины до инкассаторского броневика или боевой машины пехоты. Он мог достать открытый лимузин, вроде тех, на которых в прежние времена принимали парад на Красной площади или даже позолоченный «Роллс-ройс», принадлежащий султану Брунея.

– Привет, Ухо! – проговорила Лола, услышав знакомый голос. – Как дела?

– Да вроде ничего, – отозвался тот гулко, как будто говорил из пустой железной бочки. – Вот раздобыл тут одну очень интересную тачку, сейчас мотор перебираю… прикинь, коллекционный розовый «Кадиллак» пятьдесят шестого года, примерно такой, на каком рассекал Элвис Пресли!

– Круто, – порадовалась за приятеля Лола. – А мне тут нужна твоя консультация! А возможно, и не только консультация, но и посильная дружеская помощь…

– Ну? – лаконично ответил Ухо.

Ты ведь наверняка знаешь всех, кто в городе промышляет подставами? В смысле подставляют свои тачки под машины мирного населения и потом раскручивают лохов на деньги?

– Ты что, Лолка, в такую историю попала? – посочувствовал ей приятель. – Ну, ты мне только скажи, кто под тебя подставился, я с ними поговорю по-свойски… если, конечно, это не какие-нибудь иногородние гастролеры-беспределыцики, утрясем вопрос…

– Ну, во-первых, не я, а один мой знакомый. А во-вторых, в том-то все и дело, чтобы узнать, кто это постарался. Я на тебя очень рассчитываю. Дело было на углу Литейного и улицы Некрасова. ..

– Известное место, – усмехнулся Ухо. – Лучше там не кататься, особенно в часы пик! Можно нарваться на большие неприятности. А что конкретно с твоим знакомым стряслось?

– Ну, слушай… только очень тебя прошу – Леньке ни слова! Он, если узнает, устроит мне жуткую выволочку! Ты же знаешь, как он не любит, когда я проявляю самостоятельность!

– Честное благородное слово! – пообещал Ухо.

Вообще-то он тоже считал, что женщина не должна проявлять инициативу, что ее место – у плиты, а в самом крайнем случае – рядом с мужчиной, но чуть позади, то есть, попросту говоря, на подхвате. Однако вмешиваться в дела компаньонов было тоже не в его правилах.

Только после этого обещания Лола рассказала ему историю, приключившуюся с Игорем Ветровым.

– Да-а… – протянул Ухо, выслушав ее до конца. – Одно могу сказать – мужик конкретно попал!

– Так что – ты ничем мне не можешь помочь? – жалобно спросила Лола.

– Что значит – ничем? – обиделся Ухо.

На него слово «невозможно» действовало точно так же, как красная тряпка на быка. Он считал, что ничего невозможного для него нет и быть не может. Чем очень часто открыто пользовались многочисленные друзья и знакомые.

– Ну, во-первых, судя по почерку и по месту действия, здесь работали ребята Валеры Соленого. Они, конечно, не любители, но и не то чтобы очень крутые профессионалы. Думаю, для начала нужно будет сделать вот что…

***

Шурик Березкин, известный в кругу знакомых под незамысловатой кличкой Шуруп, вытер руки ветошью и распрямился. Он закончил срочную работу: перебил номера на моторе угнанной накануне «Ауди» и теперь мог действовать в соответствии с известной поговоркой: кончил дело – гуляй смело.

Умывшись и переодевшись, Шуруп сел за руль собственного красного «Гольфа».

«Гольф» был его гордостью: новенький, с красным кожаным салоном, совершенно чистый – и в смысле отсутствия на машине грязи и ржавчины, и в смысле ее происхождения. Машина не числилась в угоне, Шуруп купил ее совершенно законно, в известном автосалоне. Конечно, деньги, которые он потратил на приобретение своей ласточки, были не совсем чистыми, но кого это интересует? Ребята, работавшие на Валеру Соленого, могли позволить себе маленькие радости.

Выведя «Гольф» из гаража, Шуруп поехал по 10-й Красноармейской до Измайловского проспекта, свернул налево, доехал до следующего перекрестка и только собрался затормозить на светофоре, как вдруг прямо перед его бампером возникла золотистая машина сказочной красоты. Шуруп резко ударил по тормозам, но было слишком поздно: раздался звук удара, звон бьющихся стекол и отвратительный скрежет, который ни с чем нельзя спутать: скрежет рвущегося от удара металла.

Шуруп распахнул дверцу и выскочил на дорогу.

Перед его «Гольфом» красовался золотистый «Бентли» последней модели.

«Подстава!» – мелькнула в голове Шурупа ужасная мысль. Эта мысль была тем более ужасной, что Шуруп сам промышлял автомобильными подставами и хорошо знал, чем они могут грозить.

В ту же секунду из «Бентли» выскочил молодой парень в кожаной куртке с красным от ярости лицом.

– Ну, мужик, ты попал! – прошипел он, надвигаясь на Шурупа. – Я тебе скажу – ты конкретно попал!

Шуруп, который хорошо знал правила поведения в экстремальной ситуации, придал своему лицу уверенное выражение и двинулся навстречу водителю «Бентли»:

– Сам ты попал! Ты знаешь, кто я?

– Лох недоделанный, вот ты кто! – тот окинул презрительным взглядом красный «Гольф» и сквозь зубы сплюнул на колесо. – Кто еще может кататься на таком металлоломе!

Шуруп хотел оскорбиться за свою ласточку, но на фоне роскошного золотистого лимузина его маленькая аккуратная машинка и впрямь показалась металлоломом, особенно теперь, с разбитыми фарами и смятым капотом. Однако уступать было никак нельзя, и Шуруп продолжил «психическую атаку»:

– Да я знаешь, на кого работаю?

– И знать не хочу! – перехватил инициативу противник. – А ты знаешь, чья это машина? – он покосился на «Бентли». – Да это такой человек, что он тебя вместе с твоим шефом раздавит и даже не заметит!

– Владислав! – раздался вдруг из золотистого лимузина капризный женский голосок. – Что там такое? Может быть, нужно позвонить Ревазу Вахтанговичу?

Стекло возле заднего сиденья плавно опустилось, и оттуда выглянула холеная красотка с неестественно светлыми волосами.

– Подождите, Алла Юрьевна! – отозвался парень. – Я думаю, мы как-нибудь мирным путем договоримся!

Он повернулся к Шурупу и зашептал:

– Моли бога, чтобы она хозяину не позвонила! Он раздумывать не будет, прикажет закатать тебя в асфальт – и дело с концом! Ему вчера пуделя не так подстригли, так он парикмахера с ассистентом в бочке с кислотой растворил! А тут – «Бентли» помяли! Я даже боюсь думать, что он с тобой сделает!

Шуруп почувствовал, как вспотели его ладони.

На этот раз он действительно Попал! В этой ситуации вряд ли ему сможет помочь Соленый, явно не его уровень! Да он и не станет вмешиваться, просто побоится!