Текст книги "Василий Львович Пушкин"
Автор книги: Наталья Михайлова
Жанр:
Биографии и мемуары
сообщить о нарушении
Текущая страница: 1 (всего у книги 31 страниц)
Н. И. Михайлова. Василий Львович Пушкин
Издательство «Молодая гвардия» благодарит Государственный музей А. С. Пушкина за предоставленные иллюстративные материалы.
Василий Львович Пушкин. Э. Кенеди. Физионотрас. 1803
ПРЕДИСЛОВИЕ
По неписаному закону биографического жанра в предисловии нужно объяснить, почему герой жизнеописания (тем более что оно представлено в серии «Жизнь замечательных людей») заслуживает право на внимание читателей. Чем в самом деле замечателен невысокого роста человек с редкими волосами, заметным брюшком, собеседник, разговор которого «увлаживало беззубие»?
Начнем с того, что наш герой – Василий Львович Пушкин, родной дядя Александра Сергеевича Пушкина.
Что значат имянно родные,
Родные люди вот какие:
Мы их обязаны ласкать,
Любить, душевно уважать… [1]1
Пушкин А. С. Полное собрание сочинений В 17 т. М.; Л., 1935–1957. Т. 6. 1937. С. 81. В последующем ссылки на произведения и письма А. С. Пушкина, а также на письма А. С. Пушкину даются в тексте в скобках с указанием тома (римской цифрой) и страницы (арабской) данного издания.
[Закрыть]
Разумеется, пассаж о родне в «Евгении Онегине» ироничен и никоим образом не относится к дядюшке, «любезнейшему из всех дядей – поэтов здешнего мира»: его Александр Пушкин искренне любил. К тому же с дядей связаны его детство, поездка в Лицей, возвращение в Москву из Михайловской ссылки – так что страницы биографии А. С. Пушкина, на которых не раз появляется В. Л. Пушкин, провоцируют вопрос: а каков он был, дядюшка великого поэта? Если же учесть, что Василий Львович – известный в начале XIX века стихотворец, участник литературных битв, определявших будущее русской литературы, автор поэмы «Опасный сосед», появление которой стало сенсацией, староста общества «Арзамас», то и Другие вопросы требуют ответа: чем привлекали сочинения В. Л. Пушкина современников? Почему они зачитывались «Опасным соседом», выучивали его наизусть, переписывали, Цитировали в разговорах и письмах? Почему именно Василия Львовича избрали старостой «Арзамаса», членами которого были такие замечательные поэты, как В. А. Жуковский, К. Н. Батюшков, Д. В. Давыдов и А. С. Пушкин?
A. С. Пушкин писал о дяде:
Писатель нежный, тонкий, острый,
Мой дядюшка… (II, 419).
Рассказывая же о начале своего пути в поэзию, племянник признавался:
Мой дядюшка – поэт
На то мне дал совет
И с музами сосватал… (I, 142).
Когда А. С. Пушкин называл его «дядей на Парнасе», своим «Парнасским отцом», это был не только шутливый комплимент. В. Л. Пушкин в самом деле был его первым литературным наставником. Многие произведения Александра Сергеевича отзываются чтением дядиных стихов. И это, как нам представляется, уже дает В. Л. Пушкину право занять свое место в ряду замечательных людей.
B. Л. Пушкин дружил со многими известными поэтами и писателями. Это не только уже названные В. А. Жуковский, К. Н. Батюшков, но и П. А. Вяземский, И. И. Дмитриев, другие литераторы. Его любил Н. М. Карамзин. В его гостеприимном московском доме на Старой Басманной бывал А. Мицкевич. Все это, конечно, не случайно. Василий Львович был блестяще образованным человеком, остроумным рассказчиком. И еще – страстным библиофилом, театралом, путешественником. И еще – поклонником прекрасных дам. Главное же, он был добрым человеком, который как никто другой умел объединять, сближать людей. Доброта – это тоже талант, дар, которым Василий Львович был наделен в избытке. И это тоже своего рода патент на почетное титло замечательного человека.
Наверное, уже в предисловии надо сказать о том, что В. Л. Пушкин был весельчаком, умел ценить шутку, острое слово. И он сам вызывал улыбки своим простодушием, наивностью, забавным щегольством.
Конечно, в жизни Василия Львовича, как и в жизни многих людей, были и веселье, и грусть, были обретения и потери. Но при всех обстоятельствах он не изменял себе, верно и преданно любил Отечество, своих друзей, всю жизнь рыцарски служил поэзии, ратовал за просвещение.
Так случилось, что судьба поставила его на перекрестке многих исторических событий, свела со многими людьми. В Париже он представлялся Наполеону, брал уроки декламации у знаменитого трагика Тальма. Его творения в Петербурге печатали будущие декабристы К. Ф. Рылеев и А. А. Бестужев. В подмосковном имении Архангельское его принимал просвещенный вельможа екатерининского времени князь Н. Б. Юсупов. Его знала вся Москва, и он знал всю Москву. Письма Василия Львовича – увлекательная хроника московской жизни 1910–1820-х годов, и к этим письмам, памятникам эпистолярной культуры пушкинского времени, мы не раз будем обращаться.
Романтическая история любви В. Л. Пушкина, женившегося на красавице, а потом разведенного с ней из-за связи с вольноотпущенной девкой и наконец нашедшего свое счастье с московской купчихой, по-своему приближает нас к тому далекому времени, когда барышни появлялись в белых платьях, непременно с книгами в руках, крестьянки тоже чувствовать умели, а поэтов, независимо от сословных предрассудков, неодолимо влекла к себе женская красота.
Итак: история и литература, культура и быт – всё это отразилось в жизни В. Л. Пушкина, замечательного стихотворца и человека. А ведь мы еще не сказали о том, что он был членом Вольного общества любителей словесности, наук и художеств, одним из учредителей Общества любителей российской словесности при Московском императорском университете, членом Императорского человеколюбивого общества (такой добрый человек, каким был Василий Львович, просто не мог не состоять в нем), членом разных масонских лож (масонская идея самосовершенствования также не могла не увлечь нашего героя). А ведь мы еще не назвали многих интересных для нас людей, с которыми он встречался. Еще не вспомнили Отечественную войну 1812 года, когда, спасаясь от московского пожара, В. Л. Пушкин бежал на берега Волги, бедствовал в Нижнем Новгороде и сочинял патриотические стихи. Не сказали о страшной эпидемии холеры, во время которой московский стихотворец окончил свою земную жизнь… Однако, как заметил П. А. Вяземский,
Тем более в предисловии к книге, добавим мы. Оправдаемся же тем, что обо всем этом и еще, конечно, о многом другом нам предстоит рассказать уже не в предисловии, а в самой книге.
И всё же – еще несколько слов. В жизнеописание нашего замечательного героя включены фрагменты из его сочинений и писем. Поэму «Опасный сосед», «памятник его дарований стихотворных» (как сказал один из первых читателей поэмы), мы сочли возможным поместить в нашей книге полностью, благо текст обладает, помимо прочих достоинств, и достоинством краткости. Кроме того, читатель найдет в книге документы, мемуары, дневники, письма современников В. Л. Пушкина и конечно же произведения и письма А. С. Пушкина.
В. Л. Пушкин принадлежал к числу людей, которыми украшалась жизнь. Некогда Батюшков шутливо (а в каждой шутке, как мы знаем, есть только доля шутки) писал ему: «Ваши сочинения принадлежат славе: в этом никто не сомневается. Но жизнь? Поверьте, и жизнь ваша, милый Василий Львович, жизнь, проведенная в стихах и праздности, в путешествиях и домосидении, в мире душевном и в войне с славянофилами, не уйдет от потомства, и если у нас будут лексиконы великих людей, стихотворцев и прозаистов, то я завещаю внукам искать ее под литерою П.: Пушкин В. Л., коллежский асессор, родился и проч.» [3]3
Сочинения К. Н. Батюшкова. Т. 1–3. СПб., 1885–1887. Т. 3. 1886. С. 433.
[Закрыть].
Последуем этому совету, чтобы и наша жизнь Василием Львовичем украсилась.
Глава первая «БЛАГОДАРЮ СУДЬБУ»
1. Род и предки Василия Пушкина29 октября 1799 года 33-летний отставной поручик лейб-гвардии Измайловского полка Василий Львович Пушкин подал в Московское дворянское депутатское собрание прошение, с тем чтобы герб рода Пушкиных был внесен в «Общий гербовник дворянских родов Российской империи». Многие дворяне поступали в это время так же – во исполнение указа императора Павла I, согласно которому Герольдия должна составить названный выше гербовник. В Департамент герольдии Правительствующего сената надо было представить (или непосредственно, или же через местные дворянские депутатские собрания) эскиз герба, его описание и кратко изложенную историю рода – документы должны были быть заверены предводителем дворянства и двумя свидетелями. В 1799 году семейство Пушкиных, к которому принадлежал Василий Львович, – это мать его Ольга Васильевна, урожденная Чичерина, брат Сергей Львович и сестры Анна Львовна и Елизавета Львовна (отец Лев Александрович в 1790 году умер). Василий Львович взял на себя достаточно обременительные хлопоты, потому что младший брат Сергей вскоре после рождения 26 мая 1799 года сына Александра уехал с семейством – женой Надеждой Осиповной, урожденной Ганнибал, дочерью Ольгой и новорожденным – в имение жены Михайловское Псковской губернии, а потом ненадолго в Петербург. И хотя Василий Львович был отнюдь не практичнее Сергея Львовича, но детей У него, к тому времени уже женатого, пока не было, жил он в Москве, уезжать вроде бы никуда не собирался, так что по всему выходило именно ему хлопотать о внесении в «Общий гербовник дворянских родов…» герба рода Пушкиных.
«…собранию депутатскому предъявить честь имею в доказательство происхождения рода предков своих данную мне Государственной коллегии иностранных дел из Московского архива справку, в которой значится, что первоначальный предок именем Радша во дни благовернаго великого князя Александра Невского выехал из немец, от которого по нисходящей линии потомство значущееся имели при великих Государях разные службы и были при иностранных дворах в посольстве и в иных знатных чинах. За что и жалованы были поместным окладом и вотчинами» [4]4
Цит. по: Александр Сергеевич Пушкин: документы к биографии. 1799–1829. СПб., 2007. С. 22.
[Закрыть] , – писал В. Л. Пушкин.
Московскому архиву Государственной коллегии иностранных дел именным указом Павла I от 27 июля 1797 года было вменено в обязанность «способствовать дворянам в отыскании свидетельств дворянского достоинства». К тому же в архиве служил Алексей Федорович Малиновский, друг детства Василия Львовича, впоследствии начальник означенного архива, известный историк, археограф, писатель. Так что особых затруднений при получении архивной справки не было. Правда, в ней имелись некоторые неточности. Так, легендарный основатель рода Пушкиных Радша (Ратша, Рача), потомок славянских князей, выехал в Россию «из Немец» (из Пруссии) не при великом новгородском князе Александре Невском в XIII веке, а много раньше – в середине XII столетия, так что и В. Л. Пушкин, и его племянник А. С. Пушкин могли по праву гордиться не 600-летним, а 700-летним дворянством. «Гордиться славою своих предков не только можно, но и должно; не уважать оной есть постыдное малодушие», – справедливо заметил впоследствии А. С. Пушкин.
В справке была представлена поколенная роспись рода Пушкиных, в которой занял свое законное место Гаврила Алексич (Олексич). Именно он (и это подтверждают летописи) участвовал в Невской битве летом 1240 года, когда на реке Неве победу над шведами одержало войско великого князя Александра Ярославича, после этой победы и ставшего называться Невским. Витязь Гаврила Алексич в сражении особенно отличился: «…на коне вскочил на сходни вражеского судна и был сбит в воду, но выскочил из воды, вновь налетел на неприятелей, врубился в середину вражеского полка и убил самого „епискупа“ и воеводу шведов: „ту убиен бысть пискуп их и воевода их“» [5]5
Веселовский С. Б. Род и предки А. С. Пушкина в истории // Род и предки А. С. Пушкина. М., 1995. С. 16.
[Закрыть] . Гаврила Алексич был прямым предком В. Л. Пушкина и конечно же его племянника А. С. Пушкина. Он – первое, уже не легендарное, а исторически достоверное лицо в роде Пушкиных, ведущих свое начало от Ратши.
Названы в родословной росписи и сын Гаврилы Алексича Иван Морхиня, внук Александр Морхиня, правнук Григорий Александрович Пушка. Отец Г. А. Пушки Александр Морхиня перешел на службу к великому князю московскому Ивану Калите, в 1340 году был назначен воеводою. Почему его сын получил прозвище Пушка? Тому есть разные объяснения. Одно из них такое: «В середине XIV века в Москву стали проникать сведения об изобретении огнестрельного оружия, для определения которого на основе русских корней „пыл“ и „пых“ было образовано новое слово „пушка“. Оправдывалось ли какими-либо личными чертами характера Григория Морхинина применение к нему прозвища Пушка, сказать невозможно, так как прозвища нередко давали с детства и безо всякой связи с личными качествами человека» [6]6
Там же. С. 23.
[Закрыть] . Но ведь и Морхиня – тоже прозвище. Поэтому имеет смысл обратиться и к другой возможной версии: «в некоторых диалектах русского языка слова „морх“ (как и производные от него) и „пушка“ обозначают „все мягкое, легкое, что движется или треплется на ветру: пух, мех, в том числе его маленькие кусочки, кисти, бахрома (как украшение)“. В словаре Даля к слову „пушки“ дается такое пояснение: „мордовские серьги, подвески из пуха или беличьего меха“» [7]7
Александр Сергеевич Пушкин: документы к биографии. 1799–1829. С. 40.
[Закрыть] . Ну что же, быть может, уже в XIV веке появились предки щеголя В. Л. Пушкина, всячески себя украшающие. Переезд предков нашего героя в Москву определил перемену наследственного прозвища: слово «морх» было заменено его московским синонимом «пушка». Так и появились в роду Ратши Пушкины.
В родословной росписи перечислено множество Пушкиных. Имена тех, кто преуспел на государевой службе, сопровождаются краткими, но чрезвычайно значимыми пояснениями.
Пушкины были стольниками – без них не обходились торжественные церемонии и трапезы, они сопровождали великих князей в поездках, их назначали на воеводские, посольские, приказные и другие высокие должности. Пушкины участвовали в исторических событиях, во многом определивших судьбу России.
«Гаврило Григорьевич Пушкин в 1609 году имел чин думного дворянина и был в звании сокольничего… <….> в 1650 году был уже боярином и отправлен в Польшу первым полномочным послом. За московское осадное сидение во время наступления королевича Владислава жалован был от Государя вотчинами в Ярославле и на Волге, в Касимове и в Шацке. Дворянин Михайло Пушкин в 1607 году в продолжение бывших тогда смятений пострадал мученическою смертию от самозванца Петрушки. Иван Григорьевич Пушкин в 1613 году имел чин стольника и подписался под грамотою о избрании на царство Государя Царя Михаила Федоровича. <…> Петр Петров сын Пушкин (просителев прапрадед) в 1648 году имел чин стольника и употреблен был в церемониальном поезде при бракосочетании Государя Царя Алексея Михайловича. <…> Петр Петров сын Пушкин (просителев прадед) в 1677 году имел чин стольника и вместе с боярином Князем Михайлою Андреевичем Голицыным управлял Владимирским судным приказом. Матвей Степанович Пушкин в 1677 году при вступлении на престол Государя Царя Феодора Алексеевича имел чин окольничьего, в 1681 году собственноручно подписался под соборным деянием о уничтожении местничества… Когда совершилось погребение Государя, тогда находился при царице Марфе Матвеевне для бережения при венчании на царство Государей Царей Ивана Алексеевича и Петра Алексеевича, употреблен был в церемонии и нес в собор Царский скипетр… <…> Феодор Иванов сын Пушкин в 1682 году, будучи стольником, дневал и ночевал при теле Государя Царя Феодора Алексеевича. Иван Феодоров сын Пушкин в 1682 году имел чин окольничьего и во время похода Государей Царей Иоанна Алексеевича и Петра Алексеевича в Троицкий Сергеев монастырь находился при их царских особах… <…> Никита Борисов сын Пушкин в 1682 году имел чин стольника, а в 1687 году находился в походе против крымских татар завоеводчик чином, Яков Степанович Пушкин при державе Государей царей и Великих князей Иоанна Алексеевича и Петра Алексеевича был боярином» [8]8
Там же. С. 25–27.
[Закрыть] .
Читая поколенную роспись своего рода, В. Л. Пушкин, как и летописец Пимен – герой трагедии «Борис Годунов», мог бы сказать: «Минувшее проходит предо мною». Василий Львович в прошении к Московскому дворянскому депутатскому собранию предусмотрительно обратился с просьбою приложенные документы передать куда следует, а потом, оставив с них копии, подлинные вернуть ему обратно «с роспискою». У В. Л. Пушкина документы хранились до самой его смерти.
А. С. Пушкин, по-видимому, был с ними знаком. Не исключено, что после кончины дядюшки в 1830 году он вспоминал и поколенную роспись рода Пушкиных, когда сочинял болдинской осенью стихотворение «Моя родословная»:
Мой предок Рача мышцей бранной
Святому Невскому служил;
Его потомство гнев венчанный,
Иван IV пощадил.
Водились Пушкины с царями;
Из них был славен не один,
Когда тягался с поляками
Нижегородский мещанин.
Смирив крамолу и коварство
И ярость бранных непогод,
Когда Романовых на царство
Звал в грамоте своей народ,
Мы к оной руку приложили,
Нас жаловал страдальца сын.
Бывало нами дорожили… (III, 262).
В Московское дворянское депутатское собрание были представлены два рисунка – родословное древо Пушкиных и герб Пушкиных. К каждому из них «гвардии порутчик Василий Львов сын Пушкин руку приложил» и «коллежский асессор Сергей Львов сын Пушкин руку приложил» [9]9
Там же. С. 28.
[Закрыть] . Рисунок герба заверен московским предводителем дворянства князем А. И. Лобановым-Ростовским. К рисунку, очень нарядному, выполненному красками, дано описание:
«Щит троечастный: в верхней половине, в горностаевом поле на пурпуровой подушке с золотыми кистьми алая бархатная княжеская шапка; <…> в нижней части щита с правой стороны в голубом поле рука в латах, держащая концом вверх обращенный меч; <…> с левой же стороны, в золотом поле орел с распростертыми до половины крыльями, держащий в когтях меч и державу. <…> Над щитом шлем с пятью прорезями и с дворянскою над оным золотою короною, намет оного щита голубой с золотым подбоем, перемешанный местами с серебром» [10]10
Там же. С. 29.
[Закрыть] . Все включенные в герб Пушкиных эмблемы символизировали принадлежность владельца герба к дворянскому роду, основателем которого был легендарный Ратша, свидетельствовали о воинской славе предков, о царских милостях к ним.
К вышеперечисленным документам были приложены патенты: отца В. Л. Пушкина Льва Александровича на чин артиллерии подполковника, самого Василия Львовича на чин гвардии прапорщика и на чин гвардии подпоручика – все подлинники подписаны «собственно Ея Императорского Величества рукою» Екатерины II [11]11
Там же.
[Закрыть] .
19 января 1800 года Московское дворянское депутатское собрание рассмотрело прошение В. Л. Пушкина, нашло приложенные к нему документы достаточными для того, чтобы удовлетворить его просьбу о внесении Пушкиных по Московскому уезду в дворянский список. Было принято решение подлинные документы вернуть просителю, препроводив снятые с них копии в Герольдмейстерскую контору Правительствующего сената, что и исполнено 30 января 1800 года.
Итак, важное дело В. Л. Пушкиным было сделано. Теперь можно заниматься другими делами, жить дальше. Но прежде, чем говорить об этом, обратимся к самому началу его жизни, к его рождению. А до того скажем о его родителях.
2. РодителиОтец Василия Львовича, отставной артиллерии подполковник Лев Александрович Пушкин, – личность, как сказали бы в XIX веке, романическая и во многом загадочная.
Он родился в 1723 году. Ему не исполнилось и трех лет, когда он вместе с сестрой своей Марьей остался круглым сиротою. Отец его, Александр Петрович Пушкин, сержант Преображенского полка, 17 декабря 1725 года зарезал свою жену Евдокию Ивановну, урожденную Головину, дочь обер-серваера, то есть главного кораблестроителя, и любимца Петра I. Казалось бы, совсем недавно, в январе 1721 года, А. П. Пушкин венчался с семнадцатилетнею невестою, сам государь Петр I был на свадьбе [12]12
См.: Телетова Н. К.Забытые родственные связи А. С. Пушкина. 2-е изд. СПб., 2007. С. 16.
[Закрыть] , и ничто не предвещало разразившейся четыре года спустя трагедии. Случилось это в родовой вотчине – деревне Исленево Шацкого уезда. По приезде в Москву Александр Петрович явился с повинной. Было это 1 января 1726 года. Объемистое дело (около трехсот страниц) «О сержанте Преображенского полка Александре Петрове Пушкине, виновном в убийстве жены своей…» хранится в Российском государственном архиве древних актов в Москве. Оно так и осталось незаконченным – в том же 1726 году Александр Петрович, тотчас же после его признания заключенный под стражу, но 21 января отданный под расписку родным братьям, Федору и Илье, с запрещением отлучаться из города, умер. Материалы дела, показания дворовых, «своеручное письмо» Александра Петровича, его завещательное письмо и устные показания, притом что есть в них противоречия, проливают свет на произошедшее. Хотя семейная жизнь вроде бы шла тихо и мирно, А. П. Пушкин был подозрителен, его преследовала маниакальная мысль о том, что жена его «впала в блуд» со слугами, имела преступный умысел с ними вместе его убить. Не случайно, описывая в письме встречу с женой зимой 1725 года после разлуки (А. П. Пушкин служил в Петербурге, а Евдокия Ивановна жила в Москве), не забыл он сказать о том, что в спальную палату к ней пришел «казначей Васька Степанов, волосы напудря и мундир переменив, уже кафтан имея васильковый и пуговицы серебряные» [13]13
Цит. по: Левина Ю. И.«Прадед мой Пушкин» (из автобиографических записок) // Пушкин. Исследования и материалы. Т. 13. Л., 1989. С. 261.
[Закрыть] .
Когда показалось Александру Петровичу, что в супружеской опочивальне возле их кровати стоит «колдун» – мужик Ананий, то, как пишет он в письме, «зело стало мне тошно без меры, пожесточилось сердце мое, закипело и как бы огонь, и бросился я на жену свою… и бил кулаками и подушками душил… и ухватил я кортик со стены, стал ея рубить тем кортиком…» [14]14
Там же. С. 259.
[Закрыть] .
Разумеется, ни Лев Александрович Пушкин, ни Василий Львович, которому Александр Петрович приходился дедом, ни Александр Сергеевич (для него Александр Петрович – прадед) не знакомились с материалами уголовного дела. Но эта трагическая история дошла до них в семейных рассказах.
А. С. Пушкин писал о ней: «Прадед мой… умер очень молод и в заточении, в припадке ревности или сумасшествия зарезав свою жену, находившуюся в родах»(ХI, 161). Евдокия Ивановна, по следственным документам, была «чревата» и ждала ребенка.
Вернемся, однако, к Льву Александровичу Пушкину. Скорее всего, над ним и его сестрой была учреждена опека. Долг отца – 800 рублей в рекрутскую счетную канцелярию – по «сиротству и скудости» детей простили. По завещанию А. П. Пушкина его дворовым крепостным людям должны были дать вольность; обширная московская усадьба по Божедомскому и Самотечному переулкам досталась детям; деревни, в том числе село Архангельское, Болдино Нижегородской губернии, отошли к сыну, который впоследствии обязан был дать сестре в приданое пять тысяч рублей (деньги по тем временам немалые).
Лев Александрович с малолетства был записан в лейб-гвардии Семеновский полк. В 1739 году его определили капралом в артиллерию. Затем он стал сержантом, штык-юнкером, подпоручиком, поручиком, капитаном, майором. В 1760 году Л. А. Пушкин принимал участие в Семилетней войне. Сведений о его наградах нет. Но в Военно-историческом архиве в Москве хранится формулярный список Л. А. Пушкина, где ему дана такая характеристика: «…в должности звания своего прилежен, от службы не отбывает, подкомандных своих содержит и военной экзерциции обучает добропорядочно и к сему тщание имеет, лености ради больным не рапортовался и во всем себя ведет как исправному штап офицеру надлежит и как по чину своему опрятен, так и никаких от него непорядков не происходит и таких пороков, которые по указу государственной военной коллегии 756 году генваря 30 дня написаны, не имеет, Для чего по усердной его службе к повышению чина быть достоин» [15]15
Цит. по: Романюк С. К. В поисках пушкинской Москвы. М., 2000. С. 14–15.
[Закрыть] . К этому времени Лев Александрович был женат и успел овдоветь; шестнадцати лет он обвенчался с Марией Матвеевной, урожденной Воейковой. В 1745 году родился их первенец Николай, в 1751 году – Петр, в 1757 году – Александр. Дети, как и отец их, стали военными: Николай – артиллерии полковником, Петр вышел в отставку артиллерии подполковником, Александр в 1785 году был в звании капитана. В 1757 году, видимо вскоре после рождения третьего сына, Мария Матвеевна умерла. За три года до ее кончины. в конце 1754 года, в семье Пушкиных произошла из ряда вон выходящая история, причиною которой была ревность. Об этой истории рассказывают архивные документы.
В доме Л. А. Пушкина жил 28-летний венецианский подданный Харлампий Меркади – он преподавал французский, итальянский и греческий языки. Потом он переехал к шурину Льва Александровича Александру Матвеевичу Воейкову. Однажды, когда шурина навестил Лев Александрович, они учинили венецианцу побои, подвесив его на конюшне за руки, а потом отвезли в деревню Воейкова, где несколько месяцев держали в домашней тюрьме. Освободившись, Меркади подал на обидчиков жалобу. Суд при Военной коллегии, который закончился в начале 1756 года, установил, что главным виновником происшествия был А. М. Воейков, хотя причиною тому были подозрения в любовной связи Меркади с женой Л. А. Пушкина Марией Матвеевной [16]16
См.: Левина Ю. И. «Прадед мой Пушкин» (из автобиографических записок). С. 265.
[Закрыть] . В формуляре Льва Александровича осталась запись о том, что он «за непорядочные побои находящегося у него в службе венецианина Харлампия Меркадии был под следствием, но по имянному указу поведено было его Пушкина по монаршей милости простить, а следствие ево оставить и определить по прежнему ево должности» [17]17
Цит. по: Романюк С. К. В поисках пушкинской Москвы. С. 21.
[Закрыть] . В. Л. Пушкин мог знать об этой истории. До А. С. Пушкина она дошла в несколько ином виде с душераздирающими романическими подробностями и трагическими вымыслами. «Дед мой, – писал он в „Начале автобиографии“, – был человек пылкий и жестокий. Первая жена его, урожденная Воейкова, умерла на соломе, заключенная им в домашнюю тюрьму за мнимую или настоящую связь с французом, бывшим учителем его сыновей, и которого он весьма феодально повесил на черном дворе» (XII, 311).
Не исключено, что столь сильные переживания, а также смерть супруги привели Льва Александровича к болезни. В августе 1761 года он подал прошение об отставке по состоянию здоровья. Его осмотрели врачи – «штап-лекарь» Келхен и доктор Андрей Бахерахт. Они заключили, что он «имеет болезнь, которую мы называем малум хипохондрианум кум материя» – от болезни этой «по временам бывает у него рвота, рез в животе, боль в спине и слепой почечуй (геморрой. – Н. М.), от которого может приключиться меликолия хипохондриана» [18]18
Там же. С. 15.
[Закрыть] . Однако Военная коллегия, невзирая на заключение врачей о том, что по болезни Л. А. Пушкин «ни в какой службе быть не способен», сочла, что «по ево молодым летам по излечению болезней не безнадежен» [19]19
Там же.
[Закрыть] . 17 августа 1761 года коллегия приняла решение отпустить Льва Александровича «в дом ево на год», с тем чтобы через год явился он в Петербург в коллегию для переосвидетельства. Артиллерии майор Л. А. Пушкин получил паспорт для проезда в Арзамасский уезд, в село Архангельское, Болдино тож, и затем обратно в Петербург. В Северную столицу он должен был вернуться не позднее 17 августа 1762 года. Но ни Лев Александрович Пушкин, ни члены Военной коллегии не предполагали, какие события помешают его возвращению.
25 декабря 1761 года в Петербурге скончалась дочь Петра I императрица Елизавета Петровна. Императором стал ее племянник Карл Петр Ульрих – Петр III. Он успел издать манифест о вольности дворянства, который отменял обязательную для дворян государственную службу, и некоторые другие указы, заключить мирный договор с Фридрихом II, возвративший Пруссии все занятые русскими войсками территории. Но царствование Петра III длилось недолго. 28–29 июня 1762 года гвардия возвела на российский престол его супругу – немецкую принцессу из княжества Ангальт-Цербстского Софию Фредерику Августу, которая при крещении получила имя Екатерина. Петр III был убит; народу объявили о его кончине в результате «припадка гемородического», от которого он «впал в прежестокую колику». Москва готовилась к коронации Екатерины II. 7 июля 1762 года были изданы указ «О бытии коронации в сентябре» и «Милостивый манифест» и приготовлено 600 тысяч рублей для раздачи народу. Предполагалось украсить стены домов коврами, заборы – ельником, соорудить галереи и триумфальные ворота, иллюминировать город. Готовился грандиозный фейерверк. Среди художников, оформлявших Москву, были А. П. Антропов и Д. Г. Левицкий, среди поэтов, сочинявших всевозможные надписи, – М. М. Херасков и И. Ф. Богданович…
Мой дед, когда мятеж поднялся
Средь петергофского двора,
Как Миних верен оставался
Паденью третьего Петра.
Попали в честь тогда Орловы,
А дед мой в крепость, в карантин… (III, 262) —
писал А. С. Пушкин в стихотворении «Моя родословная». Для него это было чрезвычайно важно – верность его предка законному государю, и потому не раз обращался он к этой теме и в «Начале автобиографии», и в «Table-talk»: «Дед мой Лев Александрович во время мятежа 1762-года остался верен Петру III – не хотел присягнуть Екатерине и был посажен в крепость… Через два года выпущен по приказанию Екатерины и всегда пользовался ее уважением».
Нет, Л. А. Пушкин никак не участвовал в событиях, связанных с дворцовым переворотом. Он не сидел в крепости. Картина, созданная воображением его внука, исторически недостоверна. Во всяком случае, никаких документов, подтверждающих предложенный А. С. Пушкиным ход событий, пока нет. Более того, стало известно, что во время переворота 1762 года он жил в своем доме в Москве и был в числе сорока двух представителей московского дворянства, участвующих в церемонии «вшествия» Екатерины в Первопрестольную перед коронацией в сентябре 1762 года. Лев Александрович, как и другие знатные московские дворяне, гарцевал на богато убранной лошади в праздничном наряде – об этом свидетельствуют обнаруженные в Российском государственном архиве древних актов списки тех, кто должен был следовать в почетном эскорте Екатерины II из подмосковного села Петровско-Разумовское в Москву. Знал ли Лев Александрович, что за императрицей следовала и его будущая жена – девица Ольга Васильевна Чичерина?
Как и Лев Александрович, Ольга Васильевна Чичерина была москвичкой. Отец ее, Василий Иванович Чичерин, как и отец Льва Александровича, пребывал на военной службе. На него, еще пятнадцатилетнего, обратил внимание Петр I, определив его капралом в гвардейский Семеновский полк. Полковник В. И. Чичерин участвовал во многих войнах. В 1737 году при штурме Очакова «в левую руку навылет и в правую жестоко был ранен, от чего и упал, а на упавшего брошенная из крепости Очаков стеклянная граната пала на спину и, разрядясь, черепьями во многих местах спина его до самых костей была изранена так, что едва могли лекари с превеликим трудом оные черепья вырезать» [20]20
Там же. С. 25.
[Закрыть] . А потом «при взятии Хотина неустрашимою храбростию и мужественным подвигом он же, г. Чичерин, отменно против протчих отличился» [21]21
Там же.
[Закрыть] . Он сообщал императрице Анне Иоанновне о заключении мира с Оттоманской Турцией и был принят в Москве с почетом и уважением. В 1742 году ему была оказана честь участвовать в коронации императрицы Елизаветы Петровны. Жена В. И. Чичерина, Лукерья Васильевна, урожденная Приклонская, мать Ольги Васильевны, могла бы, подобно героине ее правнука Татьяне Лариной, сказать, что ее «муж в сраженьях изувечен», что их «за то ласкает двор». В 1742 году В. И. Чичерин в возрасте сорока трех лет умер и был похоронен в церкви Святых апостолов Петра и Павла на Новой Басманной.
