Текст книги "Сто шагов к вечности. Книга 1 (СИ)"

Автор книги: Наталья Горячева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 18 страниц)

Глава 33

На следующий день, мы поехали на вокзал встречать её родителей. Наташа заметно нервничала, то и дело ломая пальцы и кусая губы.

– Почему ты так переживаешь? – спросил я.

Она опустила голову и тяжело вздохнула:

– Не знаю. Боюсь, что родители заберут меня домой, а я этого не хочу. Папа у меня человек серьёзный, и спорить с ним бесполезно, он всегда настоит на своём, хочет этого человек или нет. Мама может остаться с бабушкой, пока та не поправится, или они захотят забрать её к себе.

– Так это же хорошо! Бабушка у тебя человек пожилой, ей не помешает присмотр твоих родителей, – ответил я.

– Да, конечно, ты прав. Но я не хочу уезжать отсюда сейчас. И если бабушку заберут в город, к кому я буду приезжать сюда? Здесь у меня больше нет никого, кроме неё.

Я промолчал, потому что наше будущее с Наташей было неясным, и я не знал, что ей ответить. Мы подъехали к зданию вокзала и стали ждать прибытия поезда.

– Как мне представить тебя своим родителям? – вдруг спросила Наташа.

Вот об этом, в своё время, я и не подумал. А действительно, как? Будущее казалось неясным. В каком качестве я предстану перед родителями Наташи? Я немного подумал и ответил:

– Представь меня как своего друга. Я надеюсь, тебя это не обидит? Ты же знаешь моё мнение на этот счёт.

Она опустила голову, потом посмотрела на меня.

– Хорошо. «Друг», это тоже неплохо, по крайней мере, лучше, чем «никто», – она грустно улыбнулась. – Пора, поезд подходит, – она вышла из машины и направилась в зал ожидания, я последовал за ней.

В зале ожидания, навстречу нам направились мужчина и женщина, с большой чёрной сумкой. Увидев нас, женщина всплеснула руками.

– Наташенька, доченька, как я рада тебя видеть!

Они обнялись, а мужчина искоса посмотрел на меня и сказал дочери:

– Наташа, познакомь нас со своим спутником.

Она отстранилась от матери и взяла меня за руку.

– Мама, папа, это мой друг, Эмиль Кейн.

Эмиль, познакомься с моими родителями: Николай Андреевич и Ольга Евгеньевна.

Я протянул руку, и отец Наташи пожал её.

– Очень приятно, – произнёс он, подозрительно глядя на меня.

Мама Наташи тоже пожала мне руку.

– Наташа рассказывала мне про вас, рада познакомиться.

– Я тоже рад, познакомиться с родителями Наташи, – я указал в сторону выхода: – Прошу вас, там стоит мой автомобиль, я отвезу вас, куда скажете.

Когда мы подошли к машине, Николай Андреевич удивлённо поднял брови.

– Бентли?! Дорогая машина! – и вопросительно посмотрел на дочку. – Эмиль, будьте любезны, отвезите нас в деревню, – попросил он.

Я кивнул, помог загрузить багаж и сел за руль

– Так что там произошло с бабушкой, Наташа? Расскажи, – попросил он дочь, когда мы выехали с территории вокзала.

Наташа вкратце рассказала о происшедшем, и добавила: – Эмиль будет ездить с нами в больницу каждый день, и лечить бабушку.

– Эмиль будет лечить бабушку? – переспросила Ольга Евгеньевна.

– Да, мама. Эмиль врач, работает в Москве, а сюда приехал к брату в отпуск, я тебе уже говорила, кем он работает.

– Вы работаете врачом в Москве? – удивлённо спросил меня Николай Андреевич.

– Да. Нейрохирургом, – подтвердил я.

– И вы лечите нашу бабулю? – опять спросил он.

– Она лежит в областной больнице, её там лечат местные врачи. Я просто дал несколько рекомендаций главврачу, по поводу лечения, и дело пошло на поправку быстрее, чем мы ожидали, – ответил я.

– Это очень любезно с вашей стороны. Но позвольте узнать, почему главврач областной больницы, прислушивается к вам?

– Папа, Эмиль известный нейрохирург во всём мире, его знают везде! Если не веришь, можешь спросить у главврача Спиридонова, – вмешалась Наташа.

– Вот как?! Такой молодой, и уже так популярен? Браво молодой человек, вы поистине талантливы! – он одобрительно посмотрел на меня и добавил: – Теперь я понимаю, откуда у вас такая дорогая машина. А то я уже грешным делом, извините меня за прямоту, подумал, не бандит ли вы? – и он рассмеялся низким, хрипучим смехом. – Ну, мы ещё успеем с вами побеседовать, я надеюсь.

– Конечно, Николай Андреевич, обязательно побеседуем, – пообещал я.

– Эмиль, кем работает ваш брат в этой деревне?

– Он лесник. Его дом в лесу, в десяти километрах от деревни, – ответил я.

– Очень интересно! Дом в лесу, это замечательно! А, как зовут вашего брата? – Николай Андреевич засыпал меня вопросами.

– Вильем Кейн, папа. Хватит уже доставать Эмиля расспросами, как на допросе прямо, – недовольно сказала Наташа.

Ольга Евгеньевна мельком посмотрела на мужа и поджала губы, как часто делает и Наташа, и я улыбнулся такому сходству.

– Наташа, не сердись на родителей, они должны знать, с кем водит дружбу их дочка, – я повернулся и улыбнулся ей.

– Здраво рассуждаете, Эмиль. Я рад, что вы понимаете нас, – поддержал меня Николай Андреевич.

Я свернул на просёлочную дорогу, до дома оставалось километров пять. Около дома Марии Михайловны, отец Наташи выгрузил багаж.

– Эмиль, вы не могли бы завтра отвезти нас в больницу?

– Конечно, отвезу. Я и сам хотел предложить вам, тем более мне самому нужно будет там быть, чтобы проследить ход лечения, – ответил я.

Он пожал мне руку.

– Спасибо, что заботитесь о ней. Может, зайдёте к нам? Пообедаем, чаю попьём, а может и чего покрепче?

– Спасибо большое, но мне надо ехать, – как можно вежливей отказался я. Мне действительно было некогда, я обещал Вильему помочь в поисках браконьеров, что накануне убили медведицу с медвежонком.

– Ну, тогда до завтра, Эмиль. И ещё раз спасибо.

Родители Наташи направились в дом, а она осталась в машине.

– Эмиль, мне так не хочется с тобой прощаться, но я должна быть со своими родителями, – она грустно улыбнулась и уткнулась мне в плечо.

– Мы будем видеться каждый день, милая. Должен же кто-то возить вас в больницу, тем более, я обещал твоей бабушке, что буду навещать её каждый день, – я погладил её по щеке.

– Конечно. Но наедине, мы теперь не останемся, папа у меня уж больно бдительный. Вот увидишь, он ещё попытается выудить из тебя всю информацию, по поводу наших с тобой отношений.

– Я найду, что ему ответить, – я нагнулся и поцеловал её в губы. – Ну, всё, иди, а то это уже неприлично, ты слишком долго задержалась в моей машине, родители будут волноваться, – я шутливо дотронулся до её носика.

– Эмиль, я люблю тебя, – быстро сказала она и выскочила из машины, прежде чем я смог ей ответить. Возле калитки она обернулась и послала мне воздушный поцелуй.

Глава 34

Я приезжал к ним каждый день и отвозил их в больницу. Родители Наташи восхищались VIP палатой, в которой лежала Мария Михайловна, и хвалили главврача за хороший уход за ней. Я попросил Тимофея, чтобы он не говорил, почему Мария Михайловна лежит в таких комфортных условиях, и он с большой охотой принимал всю похвалу на себя, всё время повторяя:

– Делаем всё что можем, пациент превыше всего.

Когда родители Наташи уходили из больницы, я под предлогом, что надо поговорить с главврачом, возвращался в палату к Марии Михайловне, и через свои природные способности, восстанавливал её повреждённые сосуды мозга. Она удивлялась, что после того, как я прикладывал к её голове руки, ей становилось лучше с каждым днём, но своих выводов насчёт этого не делала.

Через десять дней её выписали вполне здоровой. Главврач удивлялся, как она могла так быстро оправиться после тяжёлой болезни, но принимал это всё на свой счёт, нисколько не стесняясь хвалиться этим. Я был рад, что никто, ничего необычного за мной не заметил, лишнее подозрение мне было ни к чему. После выписки Марии Михайловны, всё семейство Шведовых, я привёз в деревню, и отец Наташи настоял, чтобы я присоединился к ним за ужином. Я знал, что он хочет со мной поговорить о наших с Наташей отношениях, и уже в голове обдумывал ответы на его вопросы. Женщины начали готовить ужин на кухне, а мы с Николаем Андреевичем расположились на веранде, где было прохладно и уютно.

– Эмиль, я вижу, что ты серьёзный парень, и пойми меня правильно, я как отец, очень переживаю за свою дочь. Наталья у нас единственный ребёнок, – он замолчал, подбирая слова. – Парня у неё никогда не было, насколько я знаю. Она у нас девушка скромная и наивная как ребёнок, готовая верить всем и всему, – он опять замолчал, не решаясь задать прямой вопрос. – Ты для неё взрослый, шесть лет разница... – он запнулся, потом махнул рукой. – Ладно, Эмиль, буду говорить начистоту. Какие у тебя намерения насчёт Натальи? У вас серьёзно или как? – он пристально посмотрел на меня.

Мне не хотелось лукавить, но и всей правды я сказать тоже не мог.

– Николай Андреевич, у меня к вашей дочери, самые серьёзные намерения. Мне не хотелось бы, чтобы она страдала, я не хочу делать больно. Но есть ряд обстоятельств, по которым мы, возможно, не сможем быть вместе.

Он вскинул подбородок.

– Говори, что за обстоятельства?

Я продолжил.

– Наташе надо учиться, а я не всегда могу быть с ней рядом, по причине того, что часто уезжаю за границу, и эти командировки длятся от шести месяцев до года. Сами понимаете, симпозиумы, встречи, обмен опытом, а иногда помощь людям, живущим вдали от цивилизации по всему миру. Я не могу ничего вам обещать, но по своей воле, я никогда не сделаю Наташе больно. Я хочу в первую очередь, чтобы она была счастлива. Мы с ней ещё не говорили насчёт этого, но я думаю, она меня поймёт.

– Спасибо, Эмиль, что был со мною откровенен и сказал всё как есть, ничего не обещая. Я ценю прямолинейных людей. Вот только, как она воспримет всё это? Прости меня за мою нескромность, у вас с ней было что-то? – он смутился от своих слов, чувствуя себя неловко.

– Я очень люблю вашу дочь, и никогда не позволю себе такое, зная, что обстоятельства могут нас в дальнейшем развести по жизни, – я говорил и смотрел ему в глаза.

– Спасибо. Я вижу, ты парень высоких моральных принципов, тебя хорошо воспитали родители. Поговори с ней об этом, надеюсь, она поймёт тебя.

На веранду вошла Ольга Евгеньевна.

– Так мужчины, хватит сидеть тут, ужин на столе, прошу в гостиную. Она приветливо мне улыбнулась и жестом пригласила пройти в дом. За ужином она спросила у мужа:

– Николай, что мы будем делать? Наташу с бабушкой надо забрать в город, они не могут больше здесь оставаться.

– Я никуда не поеду! Я здесь родилась, я здесь и умру! – вступила в разговор Мария Михайловна.

– Мама, нам надо уезжать, а тебе нужен уход после болезни, мы не можем оставить тебя здесь, – пыталась убедить её мама Наташи.

– Я вполне здорова. Спасибо Эмилю, он поставил меня на ноги, и я никуда не поеду, – категорично заявила она.

– Николай, что ты молчишь? Скажи ей что-нибудь, – обратилась Ольга Евгеньевна к мужу.

– Пусть остаётся, если хочет. Не можем же мы силой увезти её отсюда, – ответил он.

– Ну, хорошо. А Наташа? Её то мы должны забрать, раз мы приехали. Ей всё равно скоро уезжать учиться, – она искоса посмотрела на меня.

Я заметил, как замерла Наташа, услышав, что её хотят забрать.

– Мама, мне ещё не скоро ехать учиться, я бы хотела остаться у бабушки до конца лета, – с надеждой произнесла она, и в её глазах появилось отчаяние.

– Как отец скажет, – Ольга Евгеньевна кивнула на мужа.

Николай Андреевич отложил вилку и нож в сторону.

– Наташа тоже остаётся.

– Как остаётся?! – возмутилась она.

– Вот так, остаётся и всё, – он встал из-за стола и бросил короткий взгляд на меня.

Я понял, что он это сделал для нас с Наташей, чтобы у нас было время выяснить всё до конца. Он не мог забрать дочь сейчас, когда она так сильно влюбилась в парня, который возможно не сможет быть с ней рядом. Он дал нам шанс, решить нашу дальнейшую судьбу.

Наташа, услышав ответ отца, заулыбалась и, подскочив со стула, чмокнула его в щёку:

– Спасибо, па.

Отец обнял её и похлопал по спине, обращаясь к жене:

– Собирай вещи, завтра мы уезжаем.

На следующий день я отвёз их на вокзал. Наташа с мамой о чём-то в сторонке беседовали, а мы с Николаем Андреевичем отошли ближе к дорожному кафе, ожидая прибытия поезда.

– Эмиль, я знаю, что ты всё сделаешь правильно, ты взрослый и умный парень. И чтобы у вас с Наташей не вышло, я всегда буду тебя уважать. Но, а если честно, то я рад бы видеть тебя в качестве зятя, – он пожал мне руку.

– Спасибо за доверие, Николай Андреевич. Я очень люблю Наташу, но вы сами понимаете... – я не нашёл подходящих слов объяснить ему.

– Я всё понимаю, ты мне говорил об этом, и ни в чём тебя не виню, только прошу тебя... – он смутился.

– Говорите, Николай Андреевич, мы свои люди, – поддержал его я.

– Я хотел сказать... в общем, у меня к тебе просьба, – он тяжело вздохнул.

– Я слушаю, говорите, сделаю всё, что в моих силах.

– Эмиль, присмотри тут за Натальей, и... ну, в общем, не трогай её, пока у вас всё не прояснится в ваших отношениях, – он с облегчением выдохнул.

– О чём речь, Николай Андреевич! Я и не думал об этом. Наташа, прекрасная девушка, и она достойна лучшего. Если она и достанется кому, то только законному мужу. Может в этом плане я старомоден, но я считаю это правильным, – я тоже, как и он с облегчением выдохнул из лёгких воздух, всё-таки разговор на такие интимные темы с родителями, даются не просто.

– Я рад Эмиль, что мы понимаем, друг друга, это многого стоит. Рад знакомству с тобой, ну и конечно, мой дом, твой дом, приезжай к нам, всегда будем тебе рады, – он обнял меня и похлопал по спине. – Поезд идёт, пора прощаться.

Прибыл поезд, и Николай Андреевич с супругой вошли в вагон. Наташа долго махала рукой родителям, пока поезд не скрылся за ближайшей скалой.

На обратном пути, она прижалась щекой к моей руке.

– Мы опять вместе, – со счастливой улыбкой сказала она.

Маленькая, милая девочка, наивная в своём возрасте, не понимала, что в жизни бывают не только белые полосы, но и чёрные, которые подчас трудно пережить. В её жизни ещё не было ни горя, ни отчаяния, ни страданий, она смотрела на мир с широко открытыми глазами. Я погладил её по руке.

– Да, пока. Но она не заметила, ни моего тяжёлого вздоха, ни грусти в моих глазах.

Глава 35

Наташа.

Эмиль приезжал к нам с бабушкой каждый день. Каждый раз, заслышав шум машины, я выбегала из дома, чтобы встретить его у калитки. Бабушка тоже, всегда с радостью встречала Эмиля, норовя каждый раз накормить его пирожками с капустой или с картошкой. Он не отказывался, боясь расстроить старушку, и с аппетитом уплетал свежеиспечённые пирожки.

Всё текло своим чередом, и Эмиль уже думал, что я забыла о том, что хотела поговорить с его родственниками. Но в один прекрасный день я напомнила ему об этом.

– Эмиль, я хотела бы поговорить с твоими сёстрами. Ты помнишь? Он сидел на диване и смотрел передачу по телевизору, пока я готовила еду на кухне.

– Конечно, помню. Когда?

– Сегодня вечером, если ты согласен, – я села с ним рядом, и положила голову ему на плечо. – Я хочу знать всё про твой народ, и выяснить, какие шансы у нас есть.

Он покачал головой.

– Конечно, Аврора тебе расскажет много легенд о нашем народе, но подтверждений этим историям нет. Я склонен думать, что это фантазия людей.

– Посмотрим, – я чмокнула его в губы и вышла из комнаты.

Вечером, Эмиль привёз меня в дом Вильема. Аврора и Фрейя, увидев подъезжающий автомобиль, выбежали во двор встречать нас. Аврора, раскинув руки, обняла меня.

– Как долго ты не была у нас, Наталья! Я рада видеть тебя, дорогая!

Фрейя тоже подошла и заключила меня в объятия.

– Тебе, Наташа, стоило почаще навещать нас.

– Конечно, надо бы чаще, но сейчас времени мало, за бабушкой надо приглядывать, – я тоже была рада видеть сестёр Эмиля, и не скрывала это. – А где Вильем и Эрик? – спросила я.

Аврора махнула в сторону леса.

– Ах, уехали браконьеров ловить, кто-то начал отстреливать лосей, а охотничий сезон ещё не открыт. Ну, пойдём в дом, поболтаем, – она потянула меня в дом, не обращая на брата внимания.

Я рада была повидаться с сёстрами Эмиля, они мне нравились. Фрейя, конечно, была не очень многословна, но она производила впечатление хорошей, доброй лады. Она всегда внимательно выслушивала меня, давая короткие, но дельные советы. Аврора, напротив любила поболтать, и всегда высказывала своё мнение, даже если кто-то был против этого, но она ничуть не смущалась, щедро раздавая советы. Аврора была позитивной ладой, её воодушевление меня заражало, давая надежду на будущее.

Эмиль ушёл ставить машину в гараж, а мы пошли в комнату Авроры, чтобы поговорить. Когда мы удобно расположились в креслах, она спросила:

– Ты хочешь с нами поговорить?

Я кивнула головой.

– Вот только не знаю, с чего начать.

Она ободряюще мне улыбнулась.

– Начни с самого главного. Что тебя тревожит? Для чего тебе эта информация о нашем народе? Если будешь с нами откровенна, нам легче будет тебя понять, и мы подумаем, как тебе помочь.

Я не знала с чего начать разговор, и будут ли Аврора с Фрейей со мной откровенны до конца. После того случая в этом доме, когда я узнала, что они бессмертны, я впала в депрессию, хотя старалась не показывать этого.

«Они бессмертны! А я смертная! Они не стареют, после двадцати четырёх лет, а я состарюсь. Какое будущее нас ждёт с Эмилем?» – крутилось у меня в голове. Этот вопрос я задавала себе, тысячу раз, и не находила ответа. Эмиль при разговоре мрачнел и твердил, что будущего у нас нет, но я в это не верила. Он хочет, чтобы я была счастлива без него, чтобы я познала простое человеческое счастье, но я не хотела этого. Я люблю его, и без него жизнь превратится в муку. Я была уверена, что я никогда больше не полюблю другого. Я чувствовала, что выход есть. Но какой, мне предстояло это выяснить. Я взяла себя в руки и начала:

– Вы знаете, как я люблю Эмиля и как он любит меня.

Аврора кивнула головой:

– Да, конечно, знаем.

Я сглотнула и продолжила дальше:

– Я не знаю, что можно предпринять в этом случае. Как мы можем остаться вместе? И я хотела бы услышать ваши версии, если конечно они у вас есть.

Аврора подошла и обняла меня за плечи.

– Наташа, Эмиль не может стать смертным, это я точно знаю. Но, что касается тебя, то тут есть варианты, правда непроверенные.

– Говори! – нетерпеливо попросила я, ухватившись за эту тонкую ниточку.

Она продолжила:

– Я уже говорила про это Эмилю, но он категорически против, считает, что все эти рассказы, просто выдумка людей, и не хочет рисковать твоей жизнью. Он готов тебя отпустить, чтобы ты была счастлива, как человек, чем пытаться сделать из тебя ладу.

– Из меня ладу? – удивилась я. – А это возможно?

– Точно не знаю. Но об этом говорят легенды. Боги брали себе в жёны земных женщин, и они рожали им детей, полубогов, полулюдей. Есть ещё одна легенда, в которой говорится, что их жёны принимали амброзию, которой они кормили своих детей, и они перевоплощались в лад. Я считаю, что эти легенды небезосновательны, – сделала заключение Аврора.

В разговор вмешалась Фрейя:

– А если это не так? Мы не можем быть уверены на сто процентов. А если она умрёт? Да и Эмиль не пойдёт на это!

– Мы должны дать шанс Наталье, и ты это знаешь, Фрейя! Если Эмиль потеряет её, то мы потеряем брата, он не сможет без неё жить, как не смог жить без Люси наш брат Алан!

– У вас был ещё один брат? – удивилась я.

– Да. Алан. В далёком прошлом. Он, как и Эмиль, влюбился в смертную женщину, Люси. Но её похитили демоны. Она вернулась, но вскоре умерла от горячки. Алан пытался её спасти. Он приложил все свои способности, но раны на её теле, и в её душе, были смертельными, и он не смог.

Я встрепенулась.

– Я слышала эту историю от Раисы Арионовны, но она ничего не говорила про вашего брата, и то, что Люси была влюблена в леля.

Фрейя встала и подошла к столу, из ящика которого она вытащила небольшой портрет и протянула мне.

– Это наш брат Алан и Люси, незадолго до гибели. Наш семейный художник нарисовал этот портрет.

На меня смотрел молодой мужчина, с синими глазами, очень похожего на Эмиля. Рядом с ним стояла стройная, черноволосая девушка, они держались за руки.

– Я видела его на семейном портрете, который висит над камином! – вспомнила я. – Как ваш брат погиб?

– Он один пошёл к демонам, и сражался с ними, пока они не одолели его, но на тот момент, он много демонов убил, – Фрейя замолчала и стряхнула слезу. – Он знал, что умрёт, но жажда мести, и то одиночество, которое его ожидало после Люси, не оставляло ему выбора. Вернее выбор был, умирать медленно от тоски, или быстро, в бою с демонами. Он выбрал второй вариант. Мы не знали, что он пошёл в их логово, иначе присоединились бы к нему. Ряды демонов тогда сильно поредели, и они просто сбежали отсюда, боясь, что мы перебьём их жалкие остатки.

Я сидела молча и слушала раскрыв рот. Всё казалось нереальным, всё было как во сне. Фрейя повернулась ко мне.

– Тебе надо уезжать отсюда. Влад Блейк не оставит тебя в покое, может начаться ещё одна война. И тогда, опять многие погибнут. Как погибли наши родители, Алан и как Сьюзен... – она не договорил, и замолчала, но я тогда не придала значения тому, кто такая Сьюзен.

– Нет! – запротестовала я, услышав, что мне надо уехать. – Я не могу уехать, я не могу оставить Эмиля, я умру без него!

– Если ты уедешь, он сможет жить, возможно. Но, если с тобою случится беда, и до тебя доберётся Блейк, Эмиль, как и Алан, пойдёт уничтожать демонов, и пока не погибнет, не остановится. Мы не хотим терять ещё одного брата, – почти прошипела Фрейя, гневно смотря на меня. – Как ты думаешь, почему мы здесь?

Я пожала плечами, не зная, что сказать.

– Из-за тебя и Эмиля. Вильем всё рассказал нам. Мы знаем, чем всё это может закончиться, – глаза Фрейи стали тёмно-синими.

– Сестра, успокойся. Эмиль сам решит, оставаться Наташе, или нет, – вступилась за меня Аврора.

Но я не сердилась за это на Фрейю, я знала, что она просто хочет защитить брата.

– Может есть выход? Например, если я приму амброзию? Помоги мне Аврора, достань мне амброзию, я на всё пойду ради него, – я умоляюще смотрела на неё.

– Похвально с твоей стороны, Наташа, что ты готова пойти на такую жертву, ради моего брата. Но если это не сработает? Да Эмиль, меня даже убивать не будет, он просто меня живьём закопает! – занервничала она.

– Аврора, ты же веришь этим легендам, и я тоже верю, а значит – это правда. Аврора, пожалуйста, помоги.

Она немного помолчала, потом повернулась ко мне.

– Очень рискованно, я подумаю и посоветуюсь с братьями, мы без лелей ничего не решаем, – сказала она.

Фрейя фыркнула и вышла из комнаты. В коридоре послышались шаги, в дверь постучали.

– Входи, Эмиль, – крикнула Аврора.

Эмиль вошёл и окинул нас тревожным взглядом.

– Ну, поговорили? Я надеюсь, ты, Аврора, не перегнула палку? – он подозревал что, она может мне рассказать, так как сам разговаривал с ней на эту тему.

Аврора молчала. Эмиль сердито посмотрел на неё.

– Не заставляй меня лезть к тебе в голову, Аврора, лучше сама расскажи.

– Я не советовала ей того, чего ты сам бы не хотел. Но я рассказала ей всё, как есть, – она посмотрела на брата вызывающе, давая понять, что ничего лишнего она себе не позволила. – Пусть она сама решит, что ей с этими знаниями делать, – Аврора кивнула в мою сторону.

– Никто эти вопросы не будет решать без меня, – спокойно сказал Эмиль и посмотрел на меня.

Я поджала губы, но сдаваться не собиралась.

– Я сама решила, что делать, Аврора тут ни при чём.

Он вскинул брови.

– Ого, с этого места попрошу поподробней! Хотя, дайте, я сам догадаюсь. Амброзия, верно! Дело всё в ней, не так ли?

Я кивнула головой. Глаза Эмиля потемнели.

– Аврора, не смей! – угрожающе сказал он.

– Расслабься, Эмиль, это ещё не решение, а просто желание Натальи, – ответила она.

Эмиль взял меня за руку и вывел из комнаты. Он нервно ходил взад и вперёд по гостиной, о чём-то размышляя. Я следила за ним глазами, боясь произнести хоть слово, чтобы ещё больше не огорчить его. Затем он сел со мною рядом.

– Наташа, это очень рискованно, подумай о своих родных, о маме с папой, о бабушке. Каково им будет, если с тобой, что-то случится, – Эмиль взял меня за руку и с болью посмотрел мне в глаза.

– Но я не могу всю жизнь прожить с ними! Я всё равно когда-нибудь покину свой дом, и...

– Но ты будешь жива! – перебил он меня.

– Если тебя не будет рядом, Эмиль, это вряд ли можно будет назвать жизнью. Давай поговорим с твоими братьями и узнаем их мнение, – предложила я.

– Хорошо, как скажешь. Но навряд ли они тебе скажут что-нибудь новое, чего не сказала тебе Аврора.

– Ну, мы всё-таки попробуем, хорошо, Эмиль?

Он закрыл ладонями лицо.

– Хорошо.

– Я думаю, мы поговорим с ними завтра, когда они будут дома. Ты же приедешь завтра ко мне?

– Конечно, приеду, – не отрывая ладоней от лица, ответил он.

– Вот и хорошо. А теперь мне пора домой.

Эмиль встал.

– Наташа, я прошу тебя, подумай над своим решением хорошо, не пожалеешь ли ты об этом позже.

– Эмиль, я всё решила для себя, и не будем больше об этом.

Он потряс головой, отгоняя дурные мысли.

– Подожди, я машину подгоню, – и вышел.

Назад мы ехали молча, каждый думал о своём. Около моего дома Эмиль остановил машину.

– Я завтра заеду, как обычно в пять часов вечера.

– Хорошо, Эмиль, – я пододвинулась к нему ближе и обняла его. – Я люблю тебя.

Эмиль подтянул меня к себе, отодвинув назад кресло, и посадил меня к себе на колени.

– Детка, я не знаю, как жить без тебя.

– У нас есть шанс, – прошептала я ему на ухо.

Он ничего не ответил, лишь сильней прижал меня к своей груди, целуя меня в губы. От его настойчивых, нежных губ, я чуть не задохнулась.

– Эмиль, Эмиль, если я не умру от амброзии, то ты задушишь меня в своих объятиях и поцелуях, – смеясь, сказала я.

– Прости, увлёкся, – он ещё раз поцеловал меня и посадил на пассажирское сиденье. – Ну, всё, беги домой, завтра в пять я приеду.

– Я буду ждать тебя, – я чмокнула его в нос и вышла из машины.