Текст книги "Влипла! (СИ)"
Автор книги: Наталья Гладышева
сообщить о нарушении
Текущая страница: 8 (всего у книги 23 страниц)
Глава 7
В которой говорится о том, что все эльфы одним миром мазаны
Эльф раскололся не сразу, но раскололся. Как оказалось, самоубиться он не особо и стремился. Но провинность его, по эльфячьим законам была ужасна. Он сломал деревце. Случайно получилось, крохотный росток совсем был. Но все эльфы умеют передвигаться по лесу даже не приминая травы. А наш эльфик эту способность очень плохо развил. Художник, он художник и есть. Военное искусство ему плоховато давалось, как и тайна лёгкой эльфийской походки. Вот и оступился разок, и с жутким для эльфа результатом. Растоптал росточек так, что потом пара эльфов пытались его возродить. Не повезло парню родиться неуклюжим. Притом только по эльфийским меркам. По магазину он перемещался бесшумно и легко, да никогда ничего не задевал, даже ненароком.
Этот день мы так и провели в лавке. Я читала записи, Тарзан хозяйничал на кухне, и даже согласился послужить подопытным кроликом. И как я забыла, что он сам сказал, что ему никакой яд не страшен? Вот только толку от того, что он попробовал картошку первым, не было никакого. Как определить, что она безопасна, если "кролик" при любом раскладе жив останется? Не сразу это до меня дошло, но дошло. Пришлось скармливать кусочек эльфу. Как сказал Тарзюша, мне теперь тоже никакие яды не грозят. Хоть какой-то плюс в нашем с ним братании. Вот и оставалось поверить на слово братику, что эльфы от чистого сердца подарок делали – мой запах подействовал на них сразу же, как и на нашего, ручного ушастого – и опасаться особо и не стоит, и кормить своего домашнего зеленоглазого и стройного мужчинку. Отдельная история то, как пришлось уламывать его на этот эксперимент. Он до сих пор дулся на сородичей за то, что я их подарок приняла. Странная у него логика. Дулся не на меня за то, что подарок взяла, а на родичей.
Тарзан курочку запёк, риса отварил... Салатик настрогал. И даже не подгорело ничего. Удивительно даже, почему тогда, раз братец так неплохо готовит, мы утром горелым омлетом питались? Тайная месть за что-то? Вроде кошачьего сюрприза в тапках?
А следующим утром, я решила, что ждать Олега можно и более деятельно. К примеру, пообщаться с родителями. Перенесла нас в Москву и ещё пару часов морально готовилась к тому, чтобы выйти наружу. Комплекс уже успел образоваться. Как нос из магазина высовываю, так какой-нибудь неприятный сюрприз поджидает. Страшновато выходить даже.
Привела себя в порядок, позавтракала, на эльфика повздыхала. Снова с утра пораньше доставал меня своим: "Прекрасная роза!" и наотрез отказывался в одиночку на улицу выпускать. Пришлось даже ногами потопать и показательную истерику закатить, иначе никак не хотел отвязываться. Умненький Тарзан отвлёк внимание Турлаиндэля на себя – вытрясти имя из гостя оказалось намного легче, чем уговорить не спать на пороге моей комнаты – и мне удалось незамеченной выскользнуть за дверь. Даже подготовленный чемодан забыла с собой прихватить. Если дело и дальше будет так идти, то придётся, всё-таки, сплавить эльфика сородичам и никакая жалость его уже не спасёт. У меня терпение тоже не резиновое.
И разведать обстановку не получилось. И снова всё проклятый эльф виноват. Если бы не его зависимость от моего запаха – токсикоман проклятый – было бы намного проще жить. Вот и шла, с опаской оглядываясь по сторонам и вздрагивая от каждого заинтересованного мужского взгляда. Из подворотни-то быстро вышла, и в центральном районе города оказалась. Не любит мой магазинчик окраины, да? Потому такая роскошь? А если какие рэкитиры на землю позарятся? У неё цена в этих местах не золотая и не брильянтовая даже... А космическая. Жирный кусь в моё владение попал, если смотреть на него со стороны стоимости земли. Как бы кто не захотел оттяпать. Может, продать стоит? А я так и не уточнила у Тарзюши, на основании чего же всё-таки Буорони передал в мою собственность лавку. Неужели любой прохожий подошёл бы? Почему же Буорони раньше не сбежал? Одни проблемы и загадки вокруг.
Погрузившись в обдумывание всех свалившихся на голову трудностей, потеряла бдительность, перестала шарахаться от прохожих и отслеживать всякие маньячные взгляды, которые мужики бросали в мою сторону. И так увлеклась, что даже не сразу сообразила, что мне мешают пройти, притом преднамеренно. Делала шаг в сторону и тот, кто мешался на дороге, туда же, я обратно, он тоже. Вот ведь нахал!
Очнулась от дум своих печальных и глянула на наглеца, что не давал мне пройти по узкому тротуару. Шкаф шкафом, в чёрном пальто, такого же цвета костюме под ним, в брюках, в зеркальных очках, и сияющих так же, как и их стёкла, лакированных туфлях. Классика жанра, люди в чёрном как есть. Лысый, парфюм дорогой, если нюх меня не обманывает. Определить возраст мужчины так сразу и не удалось. А вот финансовое состояние кошелька бросалось в глаза сразу. Стоимость золотых часов на запястье, прямо-таки кричала: "Принадлежу олигарху!".
– Ольга Ивановна? – задал мне вопрос мужичище, вкрадчиво-вкрадчиво.
– Неа, – решила откреститься от всего, и лучше заранее.
– А кто тогда? – быстро нашёлся мужик.
– Эллочка, – осталось только добавить "мальчиша" и роль была бы сыграна на пять.
– Людоедочка? – кажется, мужчина догадался, что я издеваюсь.
– Эллочка Эрастовна Петрова, – на мужика глядела глазами честными-честными, наивными-наивными и надеялась, что интуиция, вопящая во весь голос, что я влипла, ошибается.
– Максимиллиан Валентинович Лодочкин, – отрекомендовался мне мужчина.
– Приятно познакомиться, но я спешу, – попыталась обойти препятствие и Максимиллиан Валентинович тут же схватил меня за запястье, не давая этого сделать.
– Дорогая Эллочка Людоедочка, – решил подыграть мне мужик. – Я смотритель этого самого района, а вы имеете во владении некую магическую собственность и располагается она как раз в месте, подпадающем под мою юрисдикцию. Думаю, нам есть что с вами обсудить.
– Я? Чем-то там владею? – изобразила удивление как можно натуральней. – Ещё и магическим? Вы верите в подобную чушь? Вы ещё скажите, что магистр Калиостро существовал и был настоящим волшебником! Не читайте фэнтези на ночь, Максимиллиан Валентинович, умного там точно ничего не пишут. Вы такой представительный и мужественный. Зачем вам эти сказки? – пожалела, от всей души, что побрызгалась духами перед выходом.
Пока впечатлённым моим природным запахом мужик не выглядел. Или тут воздействие рассчитывается исходя из массы тела подопытного? Чем больше вес, тем дольше период появления реакции на запах? Может, заняться соответствующими исследованиями? Так, для себя, на всякий случай.
– Браво, браво, бис! – аплодисменты за моей спиной заставили шкафчик поморщиться. – Макс, дорогой, – голос мужчины, что кричал до этого "браво" сочился ядом. – Ты подождёшь, пока я схожу за поп-корном?
– А ты что тут делаешь? – недовольно поинтересовался Максимиллиан Валентинович.
– А я заинтересованная сторона, дружище, – из-за моей спины вышел жгучий брюнет, окинувший меня насмешливым взглядом чёрных глаз. – Хочу предложить девушке выгодную сделку.
– Ты решил обойти Совет? – с угрозой поинтересовался Максимиллиан Валентинович.
– Как можно? Макс, какого ты мнения о своём старинном друге? – широкоплечий, и тоже одетый во всё чёрное, мужчина широко распахнул глаза и состроил обиженную мордашку, демонстрируя как огорчён подозрением. – А ты, что же заседания Совета не дождался?
– Я буду делать доклад! – патетически воскликнул шкафчик. – Мне необходимо собрать сведения!
А руку-то из захвата выпустил, в расстроенных-то чувствах. Отступила на пару шагов назад, лихорадочно продумывая все возможные пути отхода. "Вы беседуйте, беседуйте" – мысленно обратилась к собеседникам, окидывая взглядом окрестности. Или лучше ближе подойти? Чтобы запах лучше прочувствовали? Или побегать от этих двух? Как раз пропотею хорошенько.
– Конечно, конечно, – широко улыбнулся черноглазый. – Я тебе верю. Но ты же дашь мне возможность тоже пообщаться с дамой? И мы же дружно промолчим на Совете о том, что дама нам расскажет?
– Я, я... не буду молчать! – какой шкаф эмоциональный-то попался, однако.
– Тогда я тоже, – теперь улыбка черноглазика выглядела хищной.
– Это шантаж! – побагровел Максимиллиан Валентинович.
– Это просто дружеская сделка, – сообщил довольный брюнет и глянул на не успевшую сбежать меня. – Какая прекрасная...
– Роза? – спросила ядовито, не удержалась.
– Леди, – поправил меня мужчина.
Вот ведь дурочка, заслушалась и не успела решить, стоит ли бежать или не стоит. Если никогда не возвращаться в магазин, то надо было попытаться скрыться. А так, караулить, боюсь, будут у двери. Неужели я решила оставить лавку себе? Даже несмотря на то, сколько проблем она мне уже принесла? Я точно сумасшедшая авантюристка.
– Мадемуазель, – не удержалась, решила повредничать.
– Как скажете, Ольга Ивановна, – улыбнулся во все тридцать два мужчина и сцапал мою ручку.
Облобызал тыльную сторону ладони и только тогда отпустил. И таким взглядом, маньячным, на меня посмотрел, что я попятилась.
– Э? Что с вами? – решила проявить вежливость. – Вам плохо?
– Мне очень хорошо, – черноглазый облизнулся и окинул меня с ног до головы жадным взором.
Ещё один токсикоман на мою голову? Такой же неадекватный как Турлаиндэль или нет? Максимиллиан Валентинович нервно сдёрнул очки с носа и с раздражением уставился на меня. Не действует запах на него, судя по всему. Неужели любит кого-то по-настоящему? Надо же. От этого шкафа подобного не ожидала.
– Родион, – представился брюнет, не обратив внимания на раздражённого смотрителя этого района. – Приятно с вами познакомиться, прекрасная мадемуазель.
– Пройдёмте в кафе, – предложил Максимиллиан и кивнул на двери под вывеской, на которой недвусмысленно изображена чашка кофе и соответствующее название имеется – "Кофемания". – Побеседуем.
– Какой кофе предпочитаете, Ольга Ивановна? – спросил меня брюнетик. – Здесь его неплохо делают и толкнул стеклянную дверь.
Впрочем, изнутри за ручку потянул "привратник", что встретил нас вежливым: "Здравствуйте".
– Здрасьте, – буркнула недовольно, позавтракать позавтракала, а тратить денюжку в этом недешёвом заведении совершенно не хотелось. Как и составлять компанию двум представителям магического мира Земли. Таковой, оказывается, существуют. Это, конечно, если не парочка шарлатанов тут передо мной представление разыгрывает. – А с чего вы решили, что я чем-то владею? – обратилась к господину Максимиллиану, решив до последнего не сознаваться в существовании магазинчика и забыв ответить на вопрос брюнетика.
– В зале для некурящих? – обратился Родион ко мне, я кивнула и снова уставилась на Максимиллиана.
– Давайте начистоту. Вы нам правду, и мы вам правду, – не повёлся на мою попытку выудить информацию смотритель.
– Да сдали вас, Оленька, – Родион не стал скрывать ничего. – И не только мне, как оказалось, моя прекрасная мадемуазель.
– С чего такая откровенность? – спросила, при этом пытаясь понять, кто бы это мог сделать.
Кандидатура была одна – Олег. И когда успел всё провернуть? И кому, кроме этих двоих информацию продал? Или не продал? На общественных началах действовал?
– Родион! – недобро одёрнул черноглазика Максимиллиан Валентинович.
– И какую страшную тайну я раскрыл? – фыркнул брюнет и устроился на стуле.
Столик, к которому нас проводил администратор, располагался в глубине зала, рядом с огромным аквариумом, и был прикрыт от остальных посетителей решётчатой перегородкой.
– Что-то ты сегодня очень болтлив, – хмуро отозвался шкафчик.
– Так какой кофе предпочитаете, прекрасная мадемуазель? – снова задал вопрос Родиончик.
– Латте, – обратилась напрямую к подошедшему официанту.
– Десерт? – Родион попытался ухватить мою руку, которую я как раз протянула к меню. – Клубничку, например, со сливками... – с намёком произнёс он.
– Спасибо, я плотно позавтракала. Не хочу, – отдёрнула руку от меню, настороженно наблюдая за тем, как брюнетик строит мне глазки. – Вы лучше чего-нибудь себе закажите, – посоветовала назойливому ухажёру. – Максимиллиан Валентинович, так чего вы от меня-то хотели?
– Легализации вашего бизнеса, – просветил меня шкаф и достал из кармана белоснежный платок. – Жарко тут, – протёр лоб и тяжело вздохнул.
С удивлением посмотрела на соседа, не понимая, что происходит. Столик нам достался четырёхместный и Максимиллиан пристроился на стул рядом с моим, вызвав этим недовольство Родиона. Попытался так конкурента оградить от моего тлетворного влияния или просто так, без какой-либо подоплёки устроился рядом? Родион, за то время, что я разглядывала шкаф, успел заказать кофе и для себя, и для конкурента и официант отошёл от нашего столика.
– Легализации? – приподняла брови, в удивлении. – И как это происходит?
– Вы должны внести взнос в кассу Магического Совета Москвы, – охотно пояснил Максимиллиан Валентинович.
– А квитанцию за это дают? Или какой-нибудь другой документ? – побарабанила пальцами по столешнице, поймала себя на этом и отдёрнула руку, пристраивая её на коленке.
И каково было моё удивление, когда столкнулась с рукой шкафа, который тоже зачем-то решил положить свою ладонь мне на колено. Перепутал, видимо, посадочную площадку, потому как руку тут же отдёрнул и заелозил на стуле. Уши у мужика запунцовели, и Максимиллиан снова начал натирать лоб и лысину платочком.
– Макс? – недоумение в голосе Родиона зашкаливало, видимо, поведение шкафика было нетипично.
– Жарко, – ещё раз попытался оправдаться Максимиллиан.
– Не сказал бы, – с сомнением протянул Родиончик и нахмурился. – Ты здоров?
– Здоров, – буркнул шкаф и снова попытался пристроить ладонь на мою коленку.
При том делал это с таким мученическим видом, что казалось, лапать меня ему совсем не в удовольствие. Зачем тогда?
– Так что там с взносом? – решила перевести тему и попутно сдвинулась чуток, так, чтобы как бы ненароком здоровенную ладонь с себя стряхнуть.
Максимиллиан тоже сдвинулся, рука его следовала за мной, как приклеенная. Почувствуй себя волшебным гусем, иначе эту ситуацию и не назовёшь. Заскрипев зубами, и еле слышно процедив сквозь них: "Твою мать!" уже более откровенно ухватила мужика за запястье и убрала руку с своего колена. Демонстративно поднялась, передвинула стул к торцу стола и уселась, сердито передёрнув плечами. Родион внимательно наблюдал за моими манипуляциями и встретил смену моей дислокации улыбкой, пересев, я оказалась ближе к нему.
– Ах, взнос, да, – чувствовалось, что шкаф мыслями где-то очень далеко. – После оплаты в кассе, вы получите квитанцию. Сдадите её вместе с пакетом нотариально заверенных копий документов: свидетельства ИНН, свидетельства ОГРН, договора аренды, если снимаете помещение, или документа на собственность, устава, учредительного договора, если имеется...
– Зачем ты мучаешь девушку такими подробностями? – прервал его словоизлияние Родион. – Я готов помочь собрать пакет документов...
– Не за бесплатно, конечно? Так? – пришёл официант и принёс наш кофе.
Родион с Максимиллианом пили обычный эспрессо, я же смогла насладиться великолепным латте.
– Для вас всего лишь за поцелуй, – галантно отозвался Родион, стоило только официанту уйти.
– И что будет после того, как я сдам документы? – проигнорировала это предложение, решив не вступать в глупую полемику.
– Вы получите лицензию на право занятия магической деятельностью на территории Москвы и Московской области, а так же на право торговли магическими артефактами и предметами, – просветил меня Максимиллиан Валентинович и кинул тоскливый взгляд куда-то в область моей груди.
Ладонь на моей коленке и я кинула всполошенный взгляд в сторону шкафа, пытаясь понять, как умудрился дотянуться. И только потом дошло, что это Родион теперь так развлекается, ладошка-то пристроилась на правой коленке.
– А подумать я могу? – потянуть время, самое то, в этой ситуации.
– А вы не хотите продать свою магическую собственность? – не стал отвечать на поставленный вопрос Максимиллиан Валентинович, вместо этого задал свой.
– Смотря что мне за это предложат, – не стала сразу отнекиваться, решив сначала разведать обстановку.
Не я ли не так давно думала о том, что надо бы сплавить магазинчик? И тут опа, сразу же нужная возможность подворачивается.
– Это мы обсудим тет-а-тет, если вы не против, – выдавил из себя шкаф.
– А я тоже готов поприсутствовать, – влез с комментарием Родиончик и сдвинул ладонь по моей коленке выше, к бедру, бесстыдно забираясь под платье.
Судя по всему, принял моё бездействие – увлёкшись разговором, не сразу собралась с силами, чтобы попытаться увернуться – за приглашение к продолжению. А я как раз глоток делала. Естественно поперхнулась и закашлялась, да кофе расплескала. Как не выплюнула горячий напиток прямо в лицо Родиончику? Чудом, наверное, удалось проглотить. Подскочила на месте, радуясь поводу для избавления от нахального ощупывания моих ножек.
– А давайте вы мне в письменном виде изложите своё предложение? – попыталась свести личное общение к минимуму.
– У меня тоже предложение имеется, – подскочил со стула Родион, чтобы мне в чём-то там помочь. Только в чём? В помощи я не нуждалась, а вот от отсутствия наглых ухажёров не отказалась бы. – Выгодное.
– И его в письменном виде. Можно на почту, – кинула на стол двести рублей и попыталась ретироваться.
– Такие вопросы требуют только личного общения, – Родиончик облизнулся и в очередной раз окинул меня голодным взглядом. – Очень личного.
– Вот и пообщаемся. Забегайте ко мне в лавку, поговорим. А сейчас у меня дела. Срочные, – чуть ли не бегом кинулась к выходу, порадовавшись тому, что пальто так и не сняла, только расстегнула.
Хорошо, что чемодан из-за эльфика не успела с собой из магазинчика взять. Иначе бы он мне сейчас жутко мешался бы. А тут чуть ли не спринтерскую скорость развила. Даже каблуки помехой не стали. Жить захочешь, и не на них пробежишься. В метро я влетала на всех парах, постоянно оглядываясь. Вроде, никто не преследовал. И только забурившись в толпу, подумала о том, что, наверное, стоило бы на такси... Или такси хуже было бы в моей ситуации? Мало ли что таксисту могло бы взбрести в голову? Вот как среди таксистов определить по-настоящему влюблённого? Вижу только один выход из ситуации – подыскать подходящий драный и грязный костюмчик и выцыганить у Тарзана его любимые духи. Вот тогда и по общественному транспорту можно будет мотаться сколько угодно. Что вид, что запах оттолкнут всех озабоченных и дадут спокойно доехать до нужной остановки. Правда, есть опасность нарваться на блюстителей порядка, которые за шкирку выставят из метро. Тогда, на крайний случай, останется верхний транспорт. Там-то так не блюдут это дело.
Доехала до родителей кое-как. Шарахалась от оголодавших мужчин, просто поедаювших меня взглядом. Вскоре, впрочем, и от дам шарахаться стала. Когда на несколько жарких взглядов от них напоролась. Мамочки! Точно не стоит больше носа из лавки высовывать. Прятаться под прилавком, пусть Тарзан торговлей занимается, на пару с эльфёнышем. Забилась в угол вагона, после того, как несколько раз меня нахально облапили, пару раз прижали к кому-то спиной, притом намеренно. Нашёлся нахал, который упорно часть дороги дышал мне в ушко и пытался познакомиться. Но я делала вид, что не слышу. Демонстративно достала телефон и наушники из сумки и врубила музыку на полную громкость. Что, впрочем, не мешало мужикам, парням и дедушкам, капать слюной при одном взгляде на меня. Сильнее всего не повезло тем, кто стоял ко мне близко. Нет, находились те, кто никак не реагировал. Но таких было немного. Как мало тех, кто искренне любит своих девушек. А мы, наивные, им – мужикам – так легко верим, когда в любви признаются.
Что я там думала про бронетрусы для Тарзюши когда-то? Подозреваю, что самой такие не помешают, с защитой от взлома. И бронелифчик тоже. А ещё лучше, рыцарские доспехи, повышенной прочности. Правда, тогда придётся стоять на одном месте и совсем не двигаться. Ходить в них вряд ли получится. Зато безопасно. Или лучше бронежилет? Или бронежилет легче снять? Нет, доспехи лучше. Тогда точно, страждущие моего нежного, девичьего тела, не порвут на сувениры бедную меня.
Вывод после поездки в метро сделала однозначный, тёмные подворотни, общественный транспорт, большие скопления людей и ночные прогулки мне противопоказаны. Если не хочу быть изнасилованной, то передвигаться необходимо только днём, на собственной машине – увы, нету её у меня – и желательно в сопровождении Тарзюши, при этом пахнущего бомжами обязательно. Либо самый крайний случай, тоже политься его любимым парфюмом. И да, паранджу тоже не помешает приобрести и изображать из себя ярую приверженку средневековых традиций. Но поможет ли? Пока не попробую, не узнаю.
Состояние моё, к тому моменту, как открыла ключом дверь квартиры, было печальным, очень печальным. По пути от метро до дома, ко мне привязался очередной ухажёр, который настойчиво пытался взять номерок телефона. Воспитание пока ещё брало верх надо мной, но недалека была та минута, когда я готова была послать отрыто, матом, назойливого поклонника. Но один плюс у симпатичного парниши имелся, распугивал других потенциальных ухажёров. Видели, что я не одна, и только облизывались на расстоянии. Еле-еле уговорила поклонника не идти за мной в подъезд, отговорилась тем, что боюсь мужчин – сказала практически правду, скоро точно начну их бояться. Будучи в невменяемом состоянии после подобной "весёлой" прогулки, завидев отца на пороге – а должен был уже давно быть на работе – брякнула:
– Папа, а ты в сказки веришь?
– Привет, непутёвая дочь, – отец клюнул меня в щёку, внимательно разглядывая. – А я уже собирался спасательную команду высылать, чтобы разгребли завалы и пробку разогнали, – язвительно продолжил он. – А сказки ты вспомнила в преддверии оправданий? Будешь лапшу на уши вешать старику?
– Папа, – произнесла с укоризной. – Ты вовсе не старик, и прекрасно это знаешь, – чувствовала себя настолько вымотанной – доехала домой, как по минному полю прогулялась – что сил придумывать оправдания и спасительную ложь не осталось. Да и как-то не успела обдумать то, что буду говорить. Рассчитывала с родителями увидеться только вечером, когда с работы вернутся. А тут сюрприз. – Ты чего до сих пор не на работе?
– А у меня сегодня выходной, – усмехнулся родитель. – И насчёт спасательной команды я не шутил. Как раз шёл на встречу с Палычем. Ты знать о себе не давала, телефон недоступен... Даже не знал, что думать.
– А, давай, ты встречу с Палычем отменишь? – задала вопрос, не надеясь на положительный ответ.
– Нет, – ничего неожиданного в реакции отца, следовало ожидать, что именно это слово услышу. – А вот раздеваться не стоит, дочь. Пойдёшь со мной. И всё нам с Палычем расскажешь.
– Только если Палыч приедет к нам, – подумав, выдала ультиматум, и даже голос не дрогнул. – Мне не стоит выходить из дома лишний раз.
– В какой криминал ты влипла? – тут же насторожился отец.
– Я расскажу всё, но будут условия, – потребовала, даже не думая раздеваться. Если что, дёру дам, благо дверь всё ещё не закрыла. – Разговор здесь, у нас. Если хочешь, чтобы Палыч присутствовал... Пусть приедет. Его помощь, вполне возможно и не помешает, – дядя Андрей, которого мы все, по привычке обзывали Палычем, был старинным другом семьи и как бывший военный, ушедший в отставку в приличном чине, обладал неплохими связями. – Но, прежде, чем я начну что-либо рассказывать, ты дашь мне слово, как и Палыч, что прежде чем упекать меня в дурку, обязательно съездишь вместе со мной в одно местечко. И только после этого будешь решать, как поступить и верить дочери или не верить.
– Как закрутила-то, – недовольно фыркнул родитель. – Давно я тебя не порол.
– Никогда не порол, – поправила я отца.
– Зря, – лаконично отозвался папа и достал из портфеля сотовый.
Без своего любимого, коричневого и потёртого портфеля он вообще никогда из дома не выходил. Даже в магазин за хлебом, портфельчик с собой прихватывал. Вот и сейчас сей памятный мне атрибут был у него в руке. Настороженно следила за отцом, ожидая чего угодно. Иногда папа выдаёт очень странные и неожиданные решения. Потому и попыталась выдвинуть такие условия, а то с отца станется лично меня в смирительную рубашку запихнуть.
– Слово даёшь, что выслушаешь и съездишь со мной? – спросила после того, как отец вызвал Палыча к нам домой и убрал сотовый обратно в портфель, который после положил на тумбочку, что специально для подобных целей стояла рядом с дверью.
– Даю, – серьёзно глянул на меня отец и снял туфли. – Дожил на старости лет, собственная дочь мне не доверяет.
– Просто, пап, – закрыла дверь, но раздеваться пока не стала, наблюдая за тем, как отец снимает пальто. – Всё настолько невероятно и странно... Что не поверишь просто. И даже не уверена, что когда увидишь, сможешь принять и понять. И если честно, до сих пор колеблюсь, а говорить ли правду, или всё-таки пощадить твои нервы. Мои расшатаны донельзя.
– Беременна что ли? – ворчливо поинтересовался отец, освобождая мне место для манёвра – надел тапки и пошёл на кухню, чайник ставить.
– Ну почему сразу беременна? – возмутилась, попутно скидывая пальто и пристраивая его на вешалку. – Всё гораздо серьёзней, – тяжко вздохнула и принялась за сапоги, сумка уже давно находилась на тумбочке, рядом с папиным портфельчиком.
– Уже неплохо, – сделал вывод из моих слов родитель. – Руки помой.
– Ты прям как мама, – привычно буркнула в ответ и направилась в ванну.
Дядя Андрей приехал быстро, по-видимому они с отцом где-то недалеко от нашего дома договорились встретиться. Потому толком побеседовать с отцом не получилось. Только и успела руки помыть, чай заварить и вспомнить, что забыла ноут в магазине. Ах да, папа ещё успел прочитать кратенькую нотацию на тему, что родителям звонить необходимо регулярно, и отчитываться о том, где, зачем и почему.
– Пап, я уже не маленькая, – привычная отмазка сама собой слетела с губ, когда в дверь позвонили.
– Не маленькая... – задумчиво произнёс отец и окинул меня грустным-грустным взглядом. – Откроешь?
– Да, – прошаркала до входной двери, тапки соскальзывали с колгот.
– Привет, дядь Андрей, – улыбнулась папиному другу во все тридцать два. – Держите тапочки, – достала из шкафчика "палычевские ботфорты", так в шутку мы называли его личную пару тапок, которые выдавались только этому гостю, все остальные обходились другими.
Пока Палыч мыл руки, успела разлить чай по чашкам, да достать из холодильника тортик. Мама, как и я, сластёна, обязательно держит в заначке что-нибудь вкусненькое. Разложила куски по тарелочкам, выдала ложечки и присела на любимое местечко у окошка. Задумчиво потягивая чай, смотрела на дорожку у подъезда и хмурилась.
– А что это за молодой, да перспективный у вашего подъезда околачивается? – задал очень неудобный вопрос дядя Андрей. – Твой, что ли, Оль? – заметил, как я дёрнулась на это замечание Палыч, глазастый.
Голубые его глаза хитро блеснули, а сам дядька по-доброму мне улыбнулся, взявшись за чашку.
– В гробу я видала таких перспективных, – отозвалась хмуро.
И тут же схлопотала возмущённое от отца:
– Ольга! Я тебя не так воспитывал!
– А что они ко мне все пристают? – тут же взвилась я, напряжение безумного утра дало о себе знать.
– Тише, тише, – дядя Андрей подобрался, внимательно наблюдая за тем, как я сердито отставляю чашку от себя и отодвигаю так и не тронутый кусок торта. – А ну-ка расскажи-ка нам кто это к тебе пристаёт?
– Дядь Андрей, – обратилась к нему. – С вас слово, что не станете упекать меня в дурку после этого рассказа и что проедетесь со мной и отцом до одного любопытного места. Даёте? Если нет, то тогда я лучше промолчу.
– Даю, – Палыч совсем посерьёзнел и как и я отставил чашку в сторону. – Рассказывай, – взгляд его стал прицельно-острым и предельно внимательным.
И я поведала двум заинтересованным во мне людям сглаженную версию произошедшего. Рассказала и про странный магазин, и про то, что из Сочи уехать не могла.
– Чертовщина, – покачал головой Палыч, когда я дошла до того момента, как мы пытались с Олегом уехать из города.
– То ли ещё будет, – отозвалась печально и продолжила рассказ.
Говорила, а сама дивилась тому, сколько всего успело произойти за столь короткий срок. Долго колебалась, рассказывать ли про ранение или нет... Потому как побочный эффект от появления родственника инкуба надо было как-то объяснять, как и саму необходимость братания с такой подозрительной личностью. И отложила историю с родственником на потом.
– Так кто к тебе пристаёт? – по завершении моего монолога, дядя Андрей снова задал свой каверзный вопрос. – Я так и не понял.
– Пришлось породниться с кое-кем, через братание, – начала осторожно. – Теперь очень странные свойства проявляются, – а дядя Андрей так на меня и не отреагировал, значит тётю Любу на самом деле любит. – Почти ни один мужчина мимо спокойно пройти не может. Даже страшно на улицу выходить. Чудом до дома целой и невредимой добралась.
– Твой рассказ настолько невероятно звучит для обычных оправданий того, что ты не звонила... – задумчиво начал отец, и отхлебнул из чашки остывшего чая. – Признавайся, придумала?
– Ты обещал сначала съездить со мной, и только потом делать выводы, – как же хорошо, что вовремя догадалась слово с него взять.
Дядя Андрей встал со стула, глянул в окошко...
– Ушёл этот твой, который пристаёт, – усмехнулся он. – Ты уверена, что эти свойства имеют место быть?
– Хотите убедиться? – передёрнула плечами и поморщилась. – А давайте в какой-нибудь другой день? Я устала от этого назойливого внимания, если честно.
– Так куда ты хотела нас отвезти? – спросил необычайно хмурый и задумчивый родитель.
– В магазин, – поднялась со стула и принялась сгребать грязную посуду. – Дядь Андрей, заберу? – спросила про чашку, из которой он так толком и не отпил.
– Забирай, – кивнул он и тоже поднялся. – Так чего мы сидим? Машину я к самому подъезду подгоню. На всякий случай. Подожду вас внизу.
Отец проводил его до двери, пока я остатки несъеденного торта убирала и посуду мыла.
– Ты уверена, что всё в порядке? – с тревогой спросил отец. – Что нам стоит поехать?
– Да, уверена, – с отчаянием взглянула в серые глаза родителя. – Мне одной не справиться, пап. Слишком серьёзно то, во что я влипла, – да, утаила пока информацию про долги Буорони, про домогательства шефа, про ранение...
– Темнишь, Оля, темнишь, – покачал головой отец, подошёл и поцеловал в лоб. – Не всё же рассказала?
