Текст книги "Хозяйка чайной (СИ)"

Автор книги: Наталья Буланова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 15 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]

Глава 3. Часть 3

В таверне сцена расположена совершенно по-дурацки – половина столов видит, половина нет. А все из-за барной стойки, что словно разделяет помещение на два зала.

Небольшой подиум высотой не выше середины колена тоже не способствовал хорошему обзору. Но я и тому была рада.

Я очистила сцену от ненужных атрибутов: этнических барабанов, бубна, необычного струнного инструмента и флейты (а вот она нам еще пригодится!)

Мне нужно было, чтобы ничего не отвлекало внимание зрителей.

Марио с сомнение смотрел на то, как я расчищаю себе место, отдавая все лишнее в руки Рикки, что встречал меня в служебном помещении.

– Не забудь все на место вернуть, – бурчал хозяин таверны “Горный рай”.

– Обязательно, – обещаю я.

Рикки уже сбегал к горному источнику и набрал чистейшей воды, от которой даже пахло по-особенному. Все потому, что вода – одна из важнейшей составляющей напитка. Ее важность невозможно преувеличить.

Пока готовлюсь, от посетителей меня отделяет плотный темный занавес в искорку. Он словно небо в звездах и с внутренней стороны, и с внешней – мне очень нравится. Подойдет под представление.Я осторожно отодвигаю занавес и смотрю в зал в ожидании аншлага. И у меня сердце пропускает удар из-за того, как мало столов занято. Создается впечатление, что Марио никого не знал. Кто пришел поужинать – тот пришел.

И это было очень обидно. Хозяин таверны в меня не верит.

Ладно, прорвусь! И не через такое проходила.

Столик для чайный церемонии низкий настолько, что даже сидя на коленях, он едва достает до них. Дерево, из которого он сделал, приятное и мягкое на ощупь. Мне даже кажется, что от него пахнет чаем.

Еще бы! Ведь во внутренее отделение через решетку сверху сливается кипяток и первая чайная заварка.

У меня нет красивой подушки под попой, поэтому приходится садится на колени, опустившись на пятки. Зато выглядит, должно быть, красиво.

Платье я расправляю белоснежным облаком вокруг ног, поправляю волосы, и проверяю положение всех предметов чайной церемонии.

Мне очень повезло, что Рикки умеет играть на флейте, а Марио не против, что мы ее одолжим. Вот только играть он будет из-за сцены, потому что красивого костюма у него еще нет.

Но сегодня я планирую немного заработать.

Я закрываю глаза, настраиваясь на выступление, и ощущаю внутреннюю уверенность: “Все получится, я помогу, просто поверить в то, что ты все знаешь”.

Я только что слышала в голове прежнюю хозяйку тела?

Так чудно! Просто до мурашек.

Душа в моем теле уже кое-чем делилась со мной, и, честно говоря, я до сих не верю, что это реально. Однако убеждаю себя, что я вполне реально в чужом теле в другом мире, где есть драконы и магия, а, значит, все вполне себе возможно.

И вот в назначенное время по залу разносится мелодия флейты. Шторы цвета звездного неба разъезжаются в стороны, открывая меня публике, а мне – гостей за столиками. В большинстве своем это мужчины, и заняли они столики в разнобой, подальше друг от друга. Уминают плотные ужины за обе щеки.

Конечно, для концепции чайной церемонии совсем не подходящая атмосфера, но буду работать с тем, что имею. Мимо проходит торговый путь – надо это учитывать.

Мелодия флейты льется по залу, все головы повернуты на меня, и самое время начинать.

Рядом со мной стоит деревянное ведро с ковшом с длинной ручкой. Вода из горного источника настолько прозрачная, что когда я зачерпываю ее ковшом и лью в чугунный чайник, она поет горной рекой.

Я протягиваю руку к подставке под чугунным чайником, и из кончика пальцев вылетает искра. Она разжигает пламя в подставке.

Откуда-то я знаю, что этот магический огонь буквально за две минуты доведет чайник до кипения. А пока у меня есть время познакомить публику с ароматом выбранного мной чая.

Я беру в руку коробку для чая. Она помещается мне на ладони. Медленно встаю и, раскачивая бедрами, иду к гостям. Замечаю, что несколько пустующий столиков у сцены уже заняли (наверное, пересели). И чуть не спотыкаюсь, когда вижу за столиком у стены Зверя.

Пришел! Отлично.

Я медленно, так, словно несу ценнейшее сокровище, подхожу к ближайшему столику и вдыхаю аромат чая, а потом предлагаю послушать запах первому гостю таверны.

Это мужчина средних лет с большим пузом и лысиной, но очень добрым взглядом. Он с удовольствием включается в игру и наклоняется к коробке.

Я не даю уткнуться туда носом, и лишь ладонью подгоняю запах к его лицу.

– Пахнет цветами! – громко заявляет он соседям.

– Дай мне! – его сосед – патлатый худой усач хочет вырвать у меня коробку, но я танцующе отстраняюсь назад и молча смотрю на него.На моем лице нет ни грамма укоризны, лишь спокойствие. И я очень надеюсь, что оно ему передастся. Почему-то чужая душа во мне уверена, что это обязательно произойдет.

И мужчина правда немного успокаивается, понимает язык тела и садится на место. Я подхожу ближе и ладонью направляю аромат чая ему в нос.

– Фруктами пахнет, Баха! – возмущается тот на соседа. – Совсем у тебя нюх отбит.

Я замечаю, как за соседними столиками вспыхивает интерес. Всем хочется составить собственное мнение, чем же пахнет чай.

Медленно плыву по помещению к следующему столику, где сидят молодые мужчина и женщина. Они явно семейная пара. Первое даю услышать аромат супруге, а второму – супругу.

– Ореховые нотки! – восклицают они хором так, словно готовились.

– Да где там орехи? – удивляется первый дегустатор аромата – лысый толстячок.

– Совсем любовь нос забила! – подтвержает усач – второй дегустатор аромата.

А я двигаюсь дальше, от столика к столику, и каждый в этом чае видит что-то свое.

“Так и должно быть?” – спрашиваю я про себя у духа.

“Да” – спокойно раздается в моей голове.

Ух, как неловко быть не одинокой даже в черепной коробке. Но мне почему-то не хочется избавиться от этого голоса. Он, скорее, воспринимается как внутренний голос или подружка, которую ты слышишь на расстоянии и которая всегда может дать совет.

Я обхожу дальше весь зал, пока очередь не доходит до Зверя. И когда я наклоняюсь к нему, то ощущаю, что он жадно вдыхает аромат не только чай, но и меня. В дополнении ко всему еще и глазами пожирает.

Я хочу отстраниться с коробочкой, распрямиться с спине, но он ловит меня за запястье. А я вижу на его безымянном пальце правой руки кольцо в виде веток из белого металла. Почему-то оно бросается в глаза.

И внутри все дрожит, словно я увидела что-то знакомое. Но я точно вижу это кольцо первый раз. Что такое?

– Алисия, – говорит Зверь, глядя мне в глаза. – Угостишь меня чаем?

– Конечно, мой генерал, – уважительно киваю я, говоря громко.

Шепотки за спиной подтверждают – услышали все. А если нет – то другие успешно передадут.

Я осторожно выскальзываю из хватки, и то, только потому, что Зверь это позволяет. Иду к сцене и вижу, как из чугунного чайника поднимается струя пара.

Закипел как раз до нужной температуры – вспыхивает в голове понимание. Пора! Надо не доводить до кипения – это слишком обожжет чайные листья и испортит вкус.

Я поднимаюсь на сцену, красиво опускаюсь на колени и протягиваю руку к чугунному чайнику. Лью горячую воду на глиняный чайник, стоящий на столике для церемонии. Прогреваю его стены, дно, крышку, сливаю воду.

Теперь глина прогрелась и дышит.

Теперь щипчиками я элегантно беру чаинки из коробки, аромат чая которой вкусили все присутствующие, и насыпаю в глиняный чайник. Снова заливаю горячей водой из чугунного чайника, то поднимая руку, то опуская. Засчет этого движения звук воды превращается в мелодию, которая хорошо дополняет флейту.

Первая заварка должна смыть пыль и горечь с чайных листьем, поэтому под возгласы я выливаю содержимое глиняного чайника прямо через решетку столика на заготовленные пиалы и в поддон, которого не видят. Эти пиалы маленькие, буквально на три глотка, и сейчас они перевернуты дном вверх, чтобы прогрелись, но не задержали в себе первый чайный смыв.

Заливаю второй раз, наливаю чай в гайвань – большую пиалу с крышкой, и прикрываю на несколько секунд. Подношу к лицу, отодвигаю крышечку и вдыхаю аромат. И тут же весь зал наполняется этим запахом.

Все посетители вытягивают спину, выставляют носы, чтобы уловить сказочный аромат.

– Лес!

– Река!

– Орехи!

– Фрукты!

– Мох!

– Цветы!

И снова у каждого запах свой.

Я кидаю взгляд на Зверя, который смотрит на меня так, словно готов сорваться с места и… Что и? Закрыть в своей пещере?

Может быть.

Вот только ненависти в том взгляде не меньше.

И мне интересно, какой запах чувствует он.

Из гайвани я разливаю чай по маленьким прогретым пиалам, а потом жестом приглашаю подойти по одному и взять одну.

Первым откликается усач. Он бежит к сцене со всех ног, протягивает руки, и я двумя руками подаю ему пиалу. И как только та оказывается у него в руках, происходит настоящее волшебство.

На поверхности пиалы расцветает фруктовый сад в горах. Детальная миниатюра, от которой захватывает дух.

– Мать моя женщина! – восклицает он, поворачивается к гостям, и по залу разносится ропот восхищения.

И тут же ко мне выстраивается настоящая очередь. И у каждого гостя в пиале расцветает что-то свое. Свой собственный мир восприятий, вкусов и ароматов.

У кого-то это цветущий сад. У кого-то горы, реки и водопады. У кого-то тихий вечер влюбленной пары в саду. У кого-то это детский в ореховом кустарнике.И только Зверь не подходит за своей пиалой.

Внутри я вся дрожу от чуда чайной магии, но не показываю виду. Не знаю, откуда у меня берется смелость взять полную пиалу и преподнести Зверю.Я подхожу к нему медленно, покачивая бедрами. Ощущаю, как мое платье воздушно двигается в такт движениям. Вижу, как хищно заостряется лицо мужчины.

Он готов меня разорвать или съесть?

Я подходу к его столики и протягиваю крошечную пиалу двумя руками.

Ну же! Возьмешь или нет?Покажешь мне свой мир?

Галва 4. Часть 1

Генерал драконов смотрит на меня испытывающе. Так, словно хочет вскрыть черепную коробку и посмотреть, что у меня внутри. Его взгляд опускается с глаз на мои губы, потом вниз до ключиц, а потом ныряет в грудь.

И тут он выбивает рукой пиалу из моих рук и зло встает с места, чуть не опрокидывая собой тяжеленный деревянный стол.

Я отшатываюсь от кипятка и такого агрессивного мужчины. В таверне тут же смолкают все голоса, и лишь звук флейты разносится по залу.

Зверь бросает на меня тяжелый взгляд, полный ярости, и уходит, не оглянувшись.

А я оборачиваюсь, стараясь удержать маску безмятежности на лице. Вижу, как все гости замерли с ужасом на лицах. Они невероятно испугались выпада генерала.

Мужчины отводили глаза, словно говоря: “Разбирайся сама, ничего не вижу”. Женщины же повтягивали головы в плечи и будто стали меньше в размерах.

Волшебная атмосфера улетучилась в один миг.

Да что такое с этим генералом не так? Как можно так презирать постороннюю женщину за то, что изменила мужу с его братом?

Может, ему голову отбили на сражении?

Я медленно иду к сцене, понимая, что вся магия момента улетела на помойку. И сколько бы я сейчас ту не заваривала чайное волшебство, в головах присутствующих будет только эта яркая сцена с генералом, а на языках жажда сплетен.

Поэтому я иду к сцене, поднимаюсь и опускаю голову, прощаясь с гостями. Занавес закрывается, мелодия смолкает.

И тут же гул голосов взрывает таверну.

– Госпожа, – Рикки тут же забирается на сцену. – Как вы?

Я грустно улыбаюсь ему, протягивую руку к его буйным волосам, треплю их:

– Ты был так хорош сегодня! Как ты красиво играл! Спасибо тебе большое. Без тебя церемония не получилась бы.

– Что вы, госпожа, я всего лишь дул в трубочку.

– Не преуменьшай свои заслуги.

– Но, госпожа, мне кажется, Зверь все испортил. Теперь к нам никто не придет, да? – спрашивает Рикки, пока я достаю чемодан из-за сцены.

Я тоже разделяю его опасения, но знаю, что нужно готовиться так, словно к нам может прийти толпа.

– Кто его знает, Рикки. Может, отрицательная реклама тоже реклама.

– Чегось?

– Ничего. Поможешь мне слить воду со стола и чайников.

– Да, конечно.

Спустя десять минут мы покидаем таверну “Горный рай”, так и не увидев хозяина. У меня создается ощущение, что Марио нас намеренно избегает. Словно берет паузу, чтобы посмотреть, что же будет дальше.

А мы возвращается в темноте в чайную. Рикки щебечет что-то о чайной магии, зрителях, и о том, как ему понравилось играть на флейте, а я все думаю о генерале.

Что-то не складывается у меня в голове вся картина, как не крути. Я пытаюсь обратиться к бывшей хозяйке тела, но та словно ушла в глухую спячку, оставив меня гадать, что же происходит.

Может, Алисия в прошлом как следует оскорбляла Зверя? Унижала? Нет, не сходит. Тогда бы он не спас ее.

Вы заходим в чайную, я зажигаю на автомате щелчком руки светильники и сажусь на ближайший стул. Меня немного пугает как легко магия вплелась в мой день, но это ощущалось так естественно, словно само собой разумеющееся.

– Рикки, а где мой муж?

– Так в столице остался, госпожа.

У меня были вопросы, которые не стоило задавать мальчишке, но я больше не знала, откуда еще узнать.

– А ты не знаешь, почему господин со мной не развелся?

– Так не успел еще. Господин, как застал вас с Руфусом, так сразу сюда отослал. Кричал, что скоро пришлет бумаги о разводе.

Вот как. А это хорошие новости. Мне совсем не хочется быть с кем-то в законных отношениях и выполнять супружеский долг.

– Отлично! – говорю я и вижу, как от удивления вытягивается лицо Рикки.

Он явно не ожидал от меня счастливой улыбки.

– Я любила господина? – спрашиваю я с подозрением.

Рикки посмотрел на меня так, как смотрят только дети, которые еще не понимают смысл слова “любовь”. И запросто выдал:

– Вы мне говорили как-то, что любите только деньги и чай. Ну, и меня чуть-чуть.

Последнее он добавил, засмущавшись.

Ого! Вот это новости. Милашка, что смотрела на меня из зеркала, была еще той ледышкой. Только деньги и чай?Поэтому она вышла замуж за столичного жителя?

– Рикки, а ты не знаешь, как мы с господином познакомились?

– Конечно, знаю! Об этом вся прислуга говорила целый месяц. Однажды господин ехал по торговому пути и чуть вас не сбил. Чтобы загладить свою вину, он скупил у вас половину чая, а потом понял, что без вас не уедет. Забрал вас в город.

Значит, со стороны мужа была любовь, а с ее – расчет?

– Рикки, а что ты говорил про долг Руфусу?

Мальчуган сразу грустнеет, смотрит на меня, наклонив голову, словно не хочет отвечать, но и молчать не смеет.

Молчание затянулось.

– Не хочешь говорить? – спрашиваю я. – Или не знаешь?

– Знаю только, что Руфус вас шантажировал.

– Чем?

– Что расскажет о вас господину.

Значит, связь-таки была. Неужели, она началась как случайная? Или принудительная? С этого Руфуса скажется: явился сюда, вел себя так, словно домой пришел, а я его служанка.

“Алисия, не расскажешь, что произошло?” – обратилась я внутрь себя.

Глава 4. Часть 2

Ответом мне была тишина.Такое ощущение, что единственное, в чем готова содействовать прежняя хозяйка тела – это чай.

Точно, это же ее любовь! А какая вторая?Я припомнила слова Рикки и в голове вспыхнуло – деньги.

Выходит, настоящая Алисия – достаточно меркантильная девушка, как бы это было бы неприятно осознавать. Но я-то другая. И мне ее репутацию надо привести в порядок.

Рикки как-то незаметно уснул прямо за столом чайной. Я взяла его на руки, перенесла на свою кровать. Сняла обувь, положила в кровать и достала чистый плед из шкафа.

Вышла в зал чайной и огляделась. Да тут море работы. Похоже, сон мне сегодня не светит.

И пусть завтра придет лишь один человек – это уже будет прорыв. Один – не ноль!

Первым делом я выхожу во двор и смотрю на покосившуюся вывеску. Беру метлу, стряхиваю пятилетнюю грязь с букв и вензелей, а потом сооружаю импровизированную стремянку из стола и стула.В кладовой я нахожу молоток и гвозди. Уж вбить железяку-то я смогу!

Приходится немного постучать, чтобы вывеска висела ровно, но Рикки даже не просыпается. Умаялся, бедняжка!

А самой чайной необходимо было провести ревизию. Я нахожу всего пять стульев, которых можно было бы оставить – у остальных нужно менять обивку.

Это было мало, очень мало. Но все же пять – лучше чем ничего.

Из этого можно даже развить целую концепцию – уединенного чаепития. Наслаждения чаем наедине с собой.

Я оставляю только пять столов и пять стульев. Нахожу четыре ширмы и отделяю пять зон в самых лучших частях чайной. Потом приступаю к оформлению прилавка. У меня нет пирожных, поэтому стеклянная витрина зияет пустотой. Зато у меня есть чай. Его и использую для оформления!

Я отмываю стеклянные пиалы и насыпаю в них самый красивый чай с добавками.Верхний ряд – черные чаи с вкраплениями сушеных ягод малины и клубники, лепестков подсолнечника и василька, с цукатами фруктов.Среднюю полку отвожу под зеленый чай и улуны, разделив напополам – чистые сорта и с добавками.

Нижнюю полку заполняю пиалами с травяными составами. Здесь также находят свое место чаеподобные напитки, такие как ройбуш, кудин и мате.

Чайная сразу наполнилась приятным ароматом.

Я подготавливаю все для продажи и взвешивания чая. Тренируюсь засыпать в крафтовые пакетики чай небольшим совочком, закручиваю их специальными металлическими плоскими зажимами, больше похожими на золотистую ленту, и прикрепляю уже заготовленные бывшей хозяйкой твердые карточки с названием чая и составом, чтобы каждый клиент знал, что купил.

“Вообще-то, надо не чай россыпью продавать, а заваривать его. Так выгодней” – раздалось в голове.

А вот и настоящая Алисия голос подала!

Вот дает, чуть не по ее – так тут как тут.

Но она права – заливать два грамма кипятком и продавать по цене ста грамм гораздо выгоднее.

Я тут же использую возможность и обращаюсь к ней:“Алисия, мне нужно знать твою историю”.

Но в ответ мне лишь глухая тишина.

Вот зараза характерная! Только о чайной и беспокоится. И о деньгах. Все, как и говорил Рикки.

“Алисия, я могу лапки крестиком сложить и ничего не делать. Или вон, роман с генералом закрутить!”

“Не смей!” – взрывается в голове шипение.

Ого-го! Да там и гонора не на милое личико, а на целую стервозину!

“Почему? Красив, богат, хорош во всех отношениях. А сколько страсти в глазах!” – провоцирую я.

“Он меня ненавидит” – как-то глухо раздалось внутри, словно с разочарованием.

“Почему?”

Алисия молчит, и сколько бы я дальше не задаю вопросов, сколько бы не шантажирую бездельем, больше признаков присутствия не подает.

Ну и ладно!

У меня время идет, а я еще не со всеми чаями познакомилась.

“Помогай лучше тут тогда” – обращаюсь я к ней, открываю жестяную коробку на чайной стене и втягиваю аромат.

“Цветы жасмина, зеленый чай скрутки порох, крепкий, терпкий, с горчинкой при первом заваривании, а в последующих полностью раскрывает вкус” – раздается в голове.

Пусть так пока с ней контакт наладим. А там, глядишь, и на откровения раскручу.

Я достаю одну за одной жестяную банку с чаем и рассматриваю, вдыхаю, слушаю голос внутри. Стараюсь запоминать, потому что кто знает эту бывшую хозяйку тела – вдруг, исчезнет или замолчит в самый неподходящий момент.

После того, как я заканчиваю с чаями, иду отмывать многочисленные чайники, что пылились на полках на стене. Часть из них я добавляю на прилавок для оформления, часть отставляю назад прилавка для того, чтобы подавать в них чай, а часть – самых необычных и неудобных для заваривания из-за формы – ставлю обратно на полки.

“Правильно. Они больше для атмосферы” – раздается внутри.

Судя по голосу, Алисия довольна.

“И как тебе быть взаперти? Не управлять собственным телом? Не расстраивает?” – провоцирую я ее в самый неожиданный момент.

Мне очень важно понять ее истинное отношение и мое настоящее положение. Не хотелось бы быть грубо использованной. Более того – я собираюсь бороться за жизнь здесь.

И я с замиранием сердца жду ответ. Чувствую, в этот раз она не промолчит – я слишком ее задела.

Галва 4. Часть 3

“Расстраивает. Я хотела умереть. Полностью”, – звучит в моей голове.

Значит, она действительно сама бросилась со скалы? А то было у меня предположение, что это бывший муженек постарался.

Мол, быть вдовцом лучше, чем рогатым оленем. И жена раскаялась настолько, что в порыве решила очистить свою совесть кровью.

Но тут, похоже, совсем другая история.

“Почему? Из-за шантажа Руфуса или из-за того, что поймали на измене?” – мне нужно было это понять.

Голос в моей голове молчал так долго, что я думала, что не ответит. Но потом меня удивляют слова:

“Больше не было смысла бороться. Я везде поставила не на то”.

Меня это так возмущает!

– Бороться нужно всегда! – говорю я вслух. – Всег-да!

“Даже когда ты знаешь, что закончишь свою жизнь среди чайный банок одна?”

– Даже так! Что плохого быть одной?

“ А ты была?”

– О, да! Я целых пятнадцать лет была изгоем. И ничего, со скалы не прыгала.

“Да что ты понимаешь! Генерал сживет нас со света. Сама увидишь!”

– Из-за чего? Его брат – не красна девица, чтобы за его поруганную честь вступаться! – громко возмутилась я в тишину.

“Он нас убьет. Убьет…” – бормотал голос в моей голове.

– Ага. Именно поэтому и спас, да? Чтобы убить.

“Чтобы помучать. Чтобы от его руки погибла. Я его предала”.

– Предала? – ничего не поняла я. – А генерал тут каким боком?

И тут у меня в голове замелькали картинки воспоминаний от первого лица.

Вот я везу лавку с чаем на колесиках. Стою прямо на торговом пути в залатанной одежде и громко кричу о тонизирующих напитках.

Меня словно не замечают. Телеги с товарами обдают дорожной пылью, из-за которой я то и дело кашляю.

– Алисия, через час на смену. Успеешь? – кричит Марио из таверны “Горный рай”.

– Успею! – кричу я и еще большее активно начинаю продавать напитки.

По дороге идет молодой мужчина. Его одежды скромные, но он сам держится так, словно идет в королевской мантии. Я сразу его замечаю и не осмеливаюсь предложить напиток.

Он подходит сам. Бросает внимательный взгляд на меня, потом протягивает руку.

– Что там у тебя? – его низкий голос пробирает.

– Т-тонизирующий напиток, – я протягиваю чашку, и он залпом опустошает ее.

Кидает мне монету больше в десять раз, чем стоимость напитка.

– Подождите, сейчас разменяю и дам сдачу, – я роюсь в пустых карманах.

– Не нужно.

Он мимолетно улыбается, причем больше глазами, чем губами, а потом уходит.

Картинка сменяется вспышками, как каждый день этот мужчина приходил за напитком и неизменно платил больше. Его одежды были все скромнее и скромнее, а сам он все смелее.

Расспрашивал, где мои родители. Я осторожно отвечала, что у меня родни – вся горная деревня. Врала. Но как быть сироте, которая хочет выжить? Нельзя показывать, что одна и без защиты.

Иногда он приходил в грязи, но все чаще в крови. Он воин – это я поняла сразу. Скромные латы, в которых он приходил, часто были на грани негодности.

Похоже, он тратил все жалованье на мои напитки, но я не возмущалась. Копила на чайную.

Постепенно я стала придумывать, как продавать больше и лучше. Узнала чем завлекать извозчиков и на что они ведутся. Первое, что я купила – это яркое платье с глубоким вырезом. И тут же продажи поползли вверх.

Вот только мой постоянный покупатель выглядел недовольно. Он давал все больше денег, все чаще покупал, и все больше злился.

Я понимала, что нравлюсь ему. Он мне тоже был симпатичен, но… У него не было денег. А я очень хотела вырваться из этой деревеньки.

Он не говорил своего имени, а я не настаивала. Иногда он пропадал неделями, а потом появлялся, и от него пахло кровью, огнем и боевой магией.

И первым делом, по возвращении, он пил мой напиток, и потом шел в военный лагерь.

Однажды он положил ключи на мой прилавок и сказал:

– За военные заслуги мне подарили дом здесь, но мне удобней жить в военном лагере. Забери его, сделай себе чайную. И… надевай там скромные платья.

Я ухватилась за эту возможность с рвением.

– Тогда тонизирующие напитки навечно за мой счет!

– Только тонизирующие? – хрипло спросил мужчина.

– Можете заказывать бесплатно любой напиток!

Все скопленные деньги я пустила на закупку чая. Столы и стулья выкупила из разорившейся таверны “На углу”. И стала развивать бизнес.

Мой постоянный клиент теперь приходил под закрытие и сидел со мной еще некоторое время. И каждый раз его одежды были все скромнее и скромнее, но сам он все активнее и активнее.

В один из вечеров мы поцеловались, и с того момента у меня, кажется, снесло крышу. Теперь дни стали ярче, желания все больше и…

Мы переспали.

Он был моим первым. Таким решительным в постели, доводящим меня до грани и… нищим.

А я хотела выбраться из этой деревеньки. Он же собирался воевать всю жизнь.Однажды я проводила дегустацию на торговом пути, и меня чуть не сбила лошадь. Всадник, который спрыгнул с нее, был неплох собой, в дорогих одеждах и тут же мной заинтересовался.

Рыжий, конопатый, обаятельный и смешливый. Он сыпал шутками, в отличие от воина, и через два часа беседы в моей чайной сделал мне предложение выйти за него замуж. Расписал, что у него два особняка, титул и богатство.

Это был мой шанс. Это был мой выбор.

И я выбрала богатство, а не нищету.

Уехала из горной деревушки.

…

То ли от шока, то ли по желанию Алисии, меня выкинуло из воспоминаний.

Я замерла, осознавая только то показанное.

Этот воин – это же Зверь. И сейчас он генерал с кровавой репутацией. И он первый мужчина Алисии, которого она предала.