Текст книги "Хозяйка чайной (СИ)"

Автор книги: Наталья Буланова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 15 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]

Глава 5. Часть 1

Мурашки по коже от воспоминаний. Сразу все валится из рук.

А ведь мне еще всю ночь здесь приводить все в порядок!

Голос бывшей хозяйки тела я больше не слышала, картинки воспоминаний она тоже зажала. А у меня же море вопросов еще: Что с мужем? Как складывались отношения в браке? Чем шантажировал Руфус?

В истории еще столько белых пятен!

Однако, урчащий желудок подсказал: деньги на еду нужны прямо сейчас. А у меня была одна проблема по этому поводу – я совершенно не знала местную денежную системы, среднюю цену чайных напитков и множество мелочей.

Конечно же касса чайной оказалась пуста. Чем давать сдачу не понятно. Сколько ставить цену – не ясно.

Не знаю ни нынешнюю стоимость закупки чая, чтобы не прогадать с ценой. Не знаю, сколько стоит чай у конкурентов.

Разве что в таверне “Горный рай” обратила внимание, что чайники их отвратительно чая стоят по пятьсот горнов.

Горн – местная валюта. И это все, что я понимаю.

В поисках хоть какой-то информации лезу в жилую часть дома с ящики с документами, что стоят в углу. Натыкаюсь на бухгалтерские книги и благодарю небеса, что Алисия в этом оказалась хороша. Здесь все записи о закупках, продажах и товарообороте.

Правда, все это пятилетней давности и я очень рискую, если буду ориентироваться только на них. Поэтому беру в расчет стоимость чайника черного чая в чайной пять лет назад и выписываю себе – триста горнов. Сейчас в таверне Горный рай отвратительный стоит пятьсот. Закупка чая точно за это время подорожала, поэтому я не могу оставить прежнюю цену.

Тогда, может, четыреста? Да. Пока что увеличу все цены на одну треть.

Пока выписываю для себя цены и сорта чая, чтобы быстро сориентировать клиента и сделать чайную карты, слышу, как таверна гудит весельем.

Кому-то сегодня там очень хорошо! А вот завтра будет о-о-очень плохо.

Пока Рикки спит, я хожу к горному источнику за водой и наполняю несколько чанов, которые используются в чайной как огромные самовары на работе магических искр. У них тоже металлические стенки, носики, вот только верх частично прозрачный.

“Чтобы было видно разные стадии кипения” – подсказывает голос в голове.

Алисия начинает в картинках показывать, куда заливать, как зажечь искры и какие стадии кипения есть.

Крабий глаз, рыбий глаз, жемчужные нити, шум ветра в соснах и бурные валы, до которой нельзя доводить. Все эти стадии – по нарастающей. И я с удивлением экспериментирую, следя за поведением воды.

Вот это да. Сто раз варила макароны в кастрюле, видела эти пузыри при начале закипание, но не думала, что они могут по-особенному называться и по ним можно понимать, какая температура сейчас у воды.

И не знала, что когда во всю бурлит – это уже мертвая вода, которой чай заваривать нельзя. Так говорит Алисия.

Удивительно, но мне очень интересно все это постигать – незнакомую сторону чая, его мастерства. А еще мне очень понравилась магия в чашке, и я хочу еще раз повторить ее.

“Работает только с человеком”, – говорит Алисия.

– Так я и хочу. Я же человек. Пусть чашка покажет мой мир.

“Для этого нужна чайная церемония. Только тогда раскрываются внутренние миры людей” – тихо поясняет прежняя хозяйка тела.

И я замолкаю. Понимаю. В этом есть что-то сокровенное, интимное, атмосферное.

Наверное, так правильно. Магия не для всех, не для любого момента. Для нее нужен определенный настрой и мастера, и гостей.

Я завариваю себе один из черных чаев с васильком, лепестками подсолнечника, цукатами ананаса и земляникой. Пробую и наслаждаюсь вкусом, который раскрывается во рту.

Такое ощущение, что тут и чай необычный, магический. Или мне просто так кажется?

После небольшого чаепития рассматриваю мешки в чайном складу. С удивлением обнаруживаю множество отдельных ингредиентов в упакованных мешках. Их явно еще никто не открывал.

Так я нахожу бутоны роз, сушеные кубики имбиря, мяту, сушеные ягоды и многое другое.

Когда солнце встает, я умываюсь, нахожу совсем новенькую щетку и радуюсь как маленькая. Все-таки такие мелочи создают ощущение комфорта. И пусть щетка тут допотопная, я рада и ей. Еще нужно Рикки раздобыть.

Я привожу себя в порядок, меняю платье на более праздничный вариант: изумрудное, с кружевом, но не вычурное. Заплетаю волосы во французскую косу, а потом иду в зал встречать рассвет. Он особо красив в западное окно, которое выходит на горы. Оранжевый диск встает ровно между двумя самыми высокими вершинами, освещая горную деревушку.

И я вся словно заряжаюсь энергией солнца. Я очень много жду от этого дня. Возлагаю большие надежды.

Открываю ворота чайной. Осматриваю крутой подход и тяжело вздыхаю.

Да уж! К нам подняться нелегко. Надо будет обязательно с этим что-то сделать, но пока… пока нет ни сил, ни времени, ни финансов, чтобы сделать это чужими руками. Я могу только украсить дорогу к нам цветами.

Обратила внимание, что по пути к горному источнику цветы так плотно растут друг к другу, что им тесно. Можно пересадить несколько кустиков сюда. Может, приживутся?

Пока что вид чайной немного жалкий. Утро уже в самом разгаре, но никто не спешит к нам. Ни одного человека.

Рикки просыпается, выбегает ко мне:

– Госпожа, почему вы меня не разбудили? Жуть сколько времени! Солнце-то высоко.

Мальчик оббегает меня по кругу в нетерпении, его глаза горят:

– Госпожа, сколько я пропустил гостей?

Я с печальной улыбкой взъерошиваю его волосы:

– Пока ни одного.

Рикки тут же весь поникает: его худые плечики опускаются, он всхлипывает носом.

Мы стоим на дороге в чайную между отелем “Отдохнули” и таверной “Горный рай”. Из последней в открытое окно доносятся стоны:

– Убей меня. Голова раскалывается.

– И меня. Все бы отдал, чтобы полегче стало.

И тут меня осеняет.

У меня есть то, что снимает похмелье. Это кудин – чаеподобные напиток!

Осталось только каким-то образом продать это страдающим.

Глава 5. Часть 2

– Рикки, за мной!

Мы возвращаемся в чайную. Где-то на заднем дворе я видела лавку на колесиках. Она напоминала короб на четырех колесах с навесом, внутри – полки, сверху – поверхность, похожая на стол. Даже вывеска сохранилась “Чайная”.

Я уже видела эту лавочку в воспоминаниях Алисии.

– Принеси, пожалуйста, метлу! – Прошу я Рикки, а сама выдираю тележку из объятий сорняков.

Мальчуган быстрый, как ветер – в мгновение ока приносит мне необходимое, да и для себя веник прихватить не забывает. Вместе мы приводим лавочку на колесиках в чистый вид.

– Такая старенькая… – Рикки морщится. – Ее бы покрасить.

– Знаешь, Рикки, есть такое понятие, как минимально жизнеспособный продукт.

– Это как? – хлопает он глазами.

– Вот смотри: мы лавочку использовать можем?

– Можем. Но она не очень красивая.

– Это уже второй вопрос. Представь, что мы закупили краску, сделали красивую вывеску, но… никто не покупает. И тогда наши затраты были бесполезны. А так мы можем без вложений узнать, берут ли с тележки напитки, и после уже вложиться, чтобы получить еще больше денег с красивым внешним видом. Понимаешь?

Рикки чешет затылок и неуверенно кивает.

Я же бегу заваривать кудин. Беру пять чашек, кидаю в каждую по листу дерева падуба широколистного, свернутого скруткой гвоздь, и заливаю водой в стадии “шум в соснах” – это когда пузырьки беспорядочно поднимаются со дна, но сама вода еще не бурлит горной рекой.

И тут же напиток приобретает яркий изумрудный цвет, а по воздуху разносится насыщенный аромат свежескошенной травы.

Я беру большой поднос, ставлю все пять чашек и осторожно выхожу во двор. На прилавке тележки есть высокие края, что позволяют не переживать, что с поверхности что-то скатится вниз.Однако, писец подкрался незаметно с другой стороны – резкая дорога вниз к таверне не способствовала сохранности чая в кружках.

– Я возьму поднос в руки! – Вызывается Рикки, видя, как я пытаюсь медленно спускать тележку с напитками вниз.

– Только не обожгись! – прошу я.

Вот так командной работой мы достигаем цели – улицы перед отелем и таверной.

Я поправляю сбившееся платье, провожу рукой по волосам, а потом распрямляю плечи, чтобы громко, на всю улицу, прокричать:

– Дегустация уникального антипохмельного напитка! Всего пять порций. Не упустите возможность почувствовать себя лучше прямо сейчас.

Мимо проезжает телега, извозчик жадно смотрит на мои формы, а не на напиток.

– Вот смотри, Рикки. Извозчик – не наш клиент.

– Почему?

– Мы какой напиток продвигать собираемся?

– Кудин.

– Вот. А он что делает?

– Снимает похмелье.

– Вот. А извозчик трезв. Так что он не наш клиент, – говорю я, а потом во всю глотку кричу: – Напиток, что снимает головную боль, температуру, ломоту в теле. Устраняет интоксикацию организма.

– Инто… что? – переспрашивает Рикки тихо.

– Отравление. Ведь алкоголь – это отрава, Рикки. Зло.

– А-а-а.

Мимо проходят жители деревушки: молодая женщина с ребенком, старик и мужчина в возрасте. Все скользят по мне взглядом, кивают, а я здороваюсь в ответ. Однако, они все идут мимо.

– Всего пять чашек! Бесплатная дегустация оживляющего напитка. Ваших предков не воскресит, но вас, после веселой ночки – вполне! – кричу я.

И тут слышу позади:

– Слышь, девчонка!

Оборачиваюсь. Из окна выглядывает такая кислая морда, что хочется закрыть ставни, чтобы не видеть.

Однако, клиент! А это значит, что нос воротить нельзя.

– Что там у тебя? – хриплым голосом спрашивает он, морщась.

Видно, как ему нехорошо.

– Кудин – напиток, убирающий похмелье. Через двадцать минут вы почувствуете себя намного лучше. Хотите попробовать?

Из окна протягивается волосатая рука:

– Давай свою бурду сюда.

Я беру одну кружку в руки, несу к первому дегустатору, и громко предупреждаю:

– Напиток горький, но чем вам горче пить, тем сильнее будет эффект. Все зависит от индивидуальных особенностей организма.

Мужчина хмурится.

– Горько? Да меня вывернет.

– А вы держитесь. Это стоит того. Что лучше – выпить залпом горькую или страдать целый день?

Мужчина мрачнеет. Думает.

– Ладно, – протягивает руку.

Я ставлю в нее чашку. Чай уже подостыл до состояния, когда как раз комфортно пить.

Позади мужчины вижу в окошке любопытные лица. Марио выходит из таверны, замирает на крыльце и смотрит за нами.

Гость таверны делает первый глоток и морщится так, словно тухлую банановую кожуру съел.

– Фу! Что за хрень? – он протягивает кружку мне.

– Пейте до дна. Останавливаться нельзя?

– Нельзя? – переспрашивает он так, словно если не выполнит, то рискует умереть.

– Нельзя, – серьезно качаю головой.

– Эх, – дегустатор выдыхает через рот, словно перед тем, как выпить стопку горячительного, и залпом опрокидывает в себя чашку кудина.

Морщится, но потом его лицо быстро разглаживается. Судя по всему, они прислушивается к своим ощущениям.

И тут его взгляд меняется.

– Отпускает! – кричит он. – И голова больше не болит!

И тут на улицу выбегает целая толпа.

Я тут же встаю за прилавок тележки:

– В очередь. Но у меня только четыре кружки.

– Как так?

– А мне надо

– И мне?

Четыре кружки расхватывают буквально за секунду. На тележке теперь стоят пять пустых чашек, а вокруг – толпа раздосадованных мужчин.

– Дорогие мужчины, у меня в чайной есть еще кудин. Это же была дегустация. А у меня вы можете приобрести себе чашечку волшебного напитка.

Толпа согласна загудела. Все хотели избавиться от похмелья. Мне даже тележку помогли наверх завести, лишь бы побыстрее попробовать кудин.

А пять счастливчиков тоже пошли, рекламируя своим довольным видом действия моего напитка.

Рикки светился от счастья, когда я продавала чашку за чашкой.

Сегодня мы сделали кассу на неожиданном, но очень полезном напитке, которые пришелся кстати клиентам.

А когда счастливая толпа рассосалась, ко мне в чайную зашел мрачный Марио.

Глава 5. Часть 3

– Доброго денечка, господин Марио! Хотите отведать ароматного чаю с чабрецом и мятой? – Гостеприимной улыбкой встречаю соседа.

– Это ты намекашь, что мне нужно успокоиться? – Марио окидывает взглядом скромное убранство чайной и скептически поднимает брови.

Он словно скидывает несколько очков вредности после того, как увидел небогатую обстановку.

– А вы нервничаете? – Я уже завариваю напиток, он будет бесплатным.

Марио опирается локтями на прилавок, подается вперед.

Говорит тихо, чтобы оставшиеся двое за столиком в углу не слышали:

– Еще как, Алисия! Ты переманиваешь моих клиентов.

Я протягиваю чашку ароматного напитка, наклоняюсь на встречу и отвечаю тем же тихим тоном, что и он:

– Что вы, что вы! Я их лечу от похмелья, чтобы вечером они не умирали, а отдыхали у вас снова. Какой от них толк с больной головой и тошнотой? Столики занимают, ничего не едят. Разве это хорошо?

Марио берет чашку чая. Отпивает глоток со скептическим выражением лица и тут же его морщинки на лбу разглаживаются. Он делает еще глоток, уже побольше, а потом еще.

Уже намного добрее говорит:

– Алисия, у меня тоже есть в меню древний антипохмельный напиток – рассол называется

– Он помогает? – спрашиваю я, и Марио кривит губы.

Значит, не помогает.

– Марио, а как насчет того, чтобы я поставляла тебе этот чудо напиток по требованию, а ты его перепродавал?

– По твоему клиенты дураки и не поймут, что пройдись они в гору будет в два раза дешевле? – спрашивает Марио.

Ага! Он уже решил, что сделает ценник вдвое больше. Значит, болтаем дальше.

Я доверительным шепотом сообщаю:

– Они сюда еле доползли. И то, потому, что альтернативы не было. Понимаете? А если предлагаете чудо-напиток в ресторане, то зачем им куда-то идти, когда так плохо?

Марио задумывается. Допивает чай, смакует каждый глоток, а потом смотрит на стеклянный прилавок:

– Печенья у тебя больше нет.

– Пока что нет. Восстанавливаюсь же. Только на ноги встаю. Вот сегодня заработала на кусочек хлеба.

Марио уже куда более добродушным взглядом окинул чайную:

– Ладно. Давай свой кудин. Сейчас моя Зойка принесёт артефакт для связи. Как быстро сможешь заваривать свой опохмелин?

Это сейчас я свободна и клиентов мало. А если будет полная чайная народу(раскатала губу, да-да)?

– Уложусь в десять минут, – прикидываю я с запасом.

Марио кивает. Его вполне устраивает временной промежуток.

– Алисия, слушай. А что там у вас со Зверем происходит?

Я судорожно соображаю, что сказать. Решаю, что загадочно промолчать будет лучшим вариантом.

Марио хмыкает:

– Осторожней с ним, девочка. Он уже совсем не тот, что раньше. Его руки все в крови, он не знает пощады. Не надо с ним играть.

– Я не играю, – говорю я.

Марио второй раз хмыкает, только уже куда как выразительней.

– Как знаешь. Я тебя предупредил.

На том и расходимся. Через десять минут молодая девушка в фартуке приносит мне прозрачный камень.

Видимо, это и есть артефакт для связи. Он размеров в половину моей ладони, теплый, немного мутноватый на вид. И от него пахнет морем.

Так странно!

Когда она уходит, я спрашиваю Рикки:

– Ты знаешь, как он работает?

– Госпожа, так он дребезжит, пока не дотронетесь. Потом в голове услышите сообщение.

– А я могу что-то передать.

– Конечно. Накройте его ладонью и подумайте, что хотите передать.

Я решила попробовать. А том мало ли, магия куда делась: сделала все, как говорил Рикки и отправила сообщение “Марио, привет!”.

И тут же камень задребезжал, едва подпрыгивая. Я накрыла его ладонью и услышала “Не балуйся, Алисия. Не девочка уже”.

Почему-то стало смешно.

Видимо, Марио давно знает Алисию. Может, она даже росла у него на глазах. Мне сразу захотелось расспросить его о прошлом, но я боялась выдать себя.

Пока что у меня есть источник информации – это душа Алисии во мне. Вот только из нее иногда и слова не вытянешь.

Последние посетители ушли, поблагодарив, и я кидаюсь бегом пересчитывать кассу.

– Рикки, мы сегодня заработали полторы тысячи горнов!

– Отлично, госпожа!

Пятьсот горнов я оставляю в кассе, пятьсот кладу на прилавок для закупки еды, а пятьсот иду убирать в надежное место. Кажется, у прикроватной тумбочки я видела шкатулку, вот только еще не заглядывала в нее. Есть у меня ощущение, что все тут еще не совсем мое.

– Рикки, присмотри за чайной, я сейчас.

Я иду в жилую зону, в спальню, открываю шкатулку, а там вижу один-единственный предмет – кольцо. В точности, как на пальце у генерала драконов, только поменьше.

Ох!

И он его еще носит.

“Напоминает”, – раздалось в голове.

– О ваших романтических отношениях.

“Об обещании, которое я не выполнила”, – говорит Алисия.

– Значит, он до сих пор тебя любит? – спрашиваю я вслух.

“Ненавидит”

– Да ладно! Когда ненавидят, не спасают, – парируя я.

“Ты просто не знаешь. Он хочет меня помучить”.

Я кручу кольцо в руке. Тонкие веточки серебристого металла так искусно сделаны, что хочется смотреть вечно. Я не выдерживаю соблазна и примеряю кольцо на безымянный палец правой руки.

Интересно, в этом мире имеет значение, на какой палец надеваешь кольцо?

“Сними его!” – паникой взрывается в голове голос Алисии.

Но кольцо сидит как влитое – не двигается ни на миллиметр.

– Госпожа! – Кричит Рикки из чайной. – Госпожа.

Его голос дрожит, и я быстрее спешу выйти к нему.

Глава 5. Часть 4

В чайной восседает Зверь. Именно так – восседает. Поставил стул посередине зала, широко раздвинул ноги и откинулся назад на спинку.

На губах – циничная улыбка одним уголком рта.

– Говорила, что больше никогда не наденешь… – Голос Зверя сочится сарказмом.

Я прячу правую руку за спину и захожу за прилавок, чтобы сделать из него преграду. Интуитивно понимаю, что речь о кольце. Он каким-то образом почувствовал, что ободок теперь на моем безымянном пальце.

Пытаюсь снять кольцо под прилавком, но ничего не выходит. Никак! Сидит, словно стало частью меня.

От Зверя же исходят волны злости. Мне кажется, еще немного, и они станут видимы глазу.

Он подается вперед, ставит локти на колени и смотрит на меня исподлобья.

Он дракон? Взгляд абсолютно волчий! Вот теперь я верю, что на его руках кровь сотни врагов. Такой убьет и не поморщится. И сейчас он очень недоволен мной.

– Помнишь, что я тебе сказал?

“Алисия, помогай!”

“Поздно…” – раздается в голове полумертвый голос.

– Ч-что? – вопросом на вопрос отвечаю я.

– Что ты можешь снять кольцо лишь один раз, – Зверь говорит, растягивая слова.

Я перестаю мучить свою руку, нервно оглядываю прилавок:

– Чаю хочешь?

– Рикки, иди в лавку Френдельфа в конце главной улицы, купи еды, – Зверь бросает в парнишку мешочек горнов размером с женский кулак.

Рикки даже не пытается ловить. Сжимает кулаки и выкрикивает:

– Никуда я не пойду! Вы тут хозяйку обижать будете.

– Рикки, я – генерал драконов. Если я захочу обидеть Алисию – я это сделаю, и ты точно меня не остановишь. Понимаешь? А вот то, что вы еще ничего не ели – это факт.

Рикки мнется, смотрит на меня вопросительно. Я киваю и показываю взглядом на дверь. Пусть лучше парнишка будет в безопасности, пока я не разберусь, в чем дело. Если что, хотя бы помощь приведет.

Да и генерал такой внимательный к наполненности наших желудков, что странно. Не откармливает же он нас перед закланием?

Надо разобраться. Конечно, его обида понятна. Но разве за столько времени он не перегорел? Пять лет за плечами, как-никак.

“Алисия, помоги разобраться! Что ему надо?”

И тут перед глазами быстро-быстро замелькали картинки.

Вот Алисия выходит замуж за рыжего. На ней роскошное платье, на которое словно просыпали сотни мелких бриллиантов. Она идет по дорожке из алых лепестков к своему мужу. Все красиво, волнительно, но почему-то омрачено в сознании горечью, как одно из самых болезненных воспоминаний.

…

Почему?

…

После свадьбы Алисия отрывается: она становится постоянным клиентом ювелирных мастерских, портных и городских чайных. Вот только она везде одна.

… Почему?

…

Следующим кадром я вижу, что в огромном особняке Алисия проводит время в одиночестве: слоняется по дому, даже начинает вышивать, но у нее выходит плохо. Вокруг нее множество платьев, на которые она потратила кучу денег, но они ее не радуют.

Она пытается выйти за пределы особняка, но ей не позволяют.

…

Почему?

Где же муж?

…

Следующий кадром я вижу его редкий визит. Алисия пытается соблазнить его, но он отталкивает ее и уходит.

– Почему ты не хочешь спать со мной? – кричит она ему вслед.

Рыжий не оборачивается.

… Действительно, почему?

…

Потом я вижу, как в особняк приезжает Руфус. Они привозит какую-то ведь для рыжего, остается на обед, за которым оказывает явные знаки внимания Алисии. И сначала она держится. Но проходит месяц за месяцев. Рыжий так же холоден и появляется дома раз в месяц, и визиты Руфуса для Алисии становятся все более долгожданными.

Руфус, в отличие от рыжего, сыплет шутками, делает комплименты. Для него Алисия начинает наряжаться.

На одном флирте она держится долго. Сначала не позволяет Руфусу ничего лишнего, но каждый раз рамки чуть сдвигаются: касание руки, поцелуй тыльной стороны ладони, наброшенная на плечи накидка и легкое касание кожи плеча, рука на талии, а потом… поцелуй.

Алисия сама пугается того, что сделала и на полгода прерывает общение с Руфусом. Но ее муж теперь больше не приезжает, а шлет письма, и через некоторое время Алисия сдается в объятия блондина.

…

Я не успеваю увидеть, было ли что у Руфуса и Алисии в спальне, как меня выбивает из воспоминаний рык.

– Долго будешь меня игнорировать? – злится Зверь.

Он стоит напротив меня. Нас разделяет только прилавок.

На его лице выступают вены от напряжения.

– Или ты предпочитаешь, чтобы я выглядел так? У меня осталась личина…

Тут Зверь на глазах превращается в рыжего мужа Алисии.

Меня отшатывает в стену жестяных банок с чаем.