Текст книги "Ты разрушила нашу семью (СИ)"

Автор книги: Наталия Ладыгина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 10 страниц)

Глава 33

– Я тебя, ублюдка, сейчас пристрелю! – заполняет парковку своим криком Юля. – В лоб! – целится выше. – Сначала я хотела в сердце! Потому что ты разбил мое! Но теперь я хочу стрелять в лоб!

Я не шевелюсь.

Юля, похоже, и не думает о том, что здесь камеры. Хотя, ей же наплевать. Она уже приготовилась идти в тюрьму за мое убийство. Хотя я бы хотел, чтобы она отправилась в психушку. Без возможности когда-либо выйти из нее.

– Что ты молчишь?! – опять кричит. Ее мой игнор совсем не устраивает.

– Мне нечего тебе сказать, Юля. Я умолять не стану. Ты все равно намерена стрелять, так что…

Юля чуть пошатывается, но проморгавшись, снова концентрируется.

– Ты не дал мне сказать ей пару слов потому что так сильно любишь ее, да?

– Зачем ты спрашиваешь, если знаешь ответ?

– Да что в ней такого особенного?!

– Она не истеричка. Не обливает людей кислотой. Это уже не мало, тебе не кажется? – спрашиваю, начиная двигаться к ней, очень медленно.

– Стой где стоишь!

– Опусти пистолет, Юля.

– Нет!

– Правда хочешь в тюрьму? Или ты веришь, что не узнают, что это сделала ты? Что скажет Денис и Мила, когда узнают, что ты убила меня? Я думал, что дочь ты хотя бы любишь.

– Я любила и тебя!

– Нет, ты любишь свои страдания. Ты давно меня не любишь. Это ненависть. Глупая ненависть, Юля. Ты сама все сделала для того, чтобы я ушел от тебя. Ты портила мне жизнь все последние годы, а теперь хочешь отнять ее у меня. Считаешь, что мы будем в расчете, когда ты убьешь меня? Не будем.

Часто дыша, Юля чуть опускает пистолет и начинает кривить лицо. Начинает цедить сквозь зубы:

– Надо было тебя сразу убить… Сразу!

– Перестань, Юля. Еще можно… ты еще можешь начать другую жизнь.

– Нет, я не смогу… Я не хочу никакой другой жизни!

– Тебе нужна помощь. Профессиональная.

– В психушку хочешь меня определить?!

– Я хочу, чтобы ты опустила пистолет.

– Ясное дело, что ты этого хочешь! Но этого не будет! – поднимает пистолет выше и, кажется, что теперь уже точно выстрелит.

Я резко уклоняюсь в сторону. Пуля пробивает мне плечо. Юля вскрикивает и роняет оружие, отскакивая назад.

Жгучая боль прожигает все плечо, перед глазами образуется пелена, я падаю на бок, переворачиваюсь на спину и… все тухнет.

Даша

В дверь спальни стучат, когда я уже успела задремать.

Это он? Он приехал?

Хватаю телефон, морщусь от яркого экрана. Он мне не перезванивал.

Встаю с кровати и, надевая халат на ходу, мчусь к двери, приоткрыв которую вижу Нину с таким выражением лица, что сердце проваливается в пятки.

– Что такое, Нина?

– Даша… – Нина какая-то взволнованная. – Сейчас… сейчас только что охрана постучала. Кое о чем сообщил.

– О чем? – выдыхаю, крепче хватаясь за дверь.

– В Игната Артуровича стреляли.

– Ч-то?.. – едва слышно выдыхаю и, отпустив дверь, отхожу левее и припадаю спиной к стене.

– Даша, пожалуйста, успокойся… Он жив! У него ранение в плечо, – придерживает меня за руку Нина. – Он сейчас в больнице. Я не могла не подняться и не сказать тебе. Хотя, наверное, стоило…

– Что ты такое говоришь? Конечно, стоило! Я сейчас же еду туда. Я должна быть рядом. Я его жена!

– Конечно, конечно… Я с тобой поеду, хорошо?

Я не отвечаю Нине, стремлюсь к шкафу из которого достаю серое вязанное платье.

Две минуты, и я уже у лестницы, спускаюсь осторожно, хотя мне хочется поспешить.

Нина встречает меня внизу, тоже уже одетая.

Снаружи у крыльца нас ждет машина, которая везет нас больницу, но мне каждую секунду хочется ее поторопить.

Я же чувствовала… Нельзя было отпускать его. Нельзя было!

– Даша, все будет хорошо, – успокаивает меня Нина, сидя со мной рядом на заднем сидении. – Думай о своих малышах...

– Как это случилось? – смотрю на водителя через зеркало заднего вида. Он должен обо всем знать. Скорее всего, ему и позвонили. Игнат ему больше всего из нашей охраны доверяет. – Олег, ответь мне.

– На парковке, – произносит Олег. – Он лежал без сознания с простреленным плечом, рядом лежал пистолет. Там уже была полицию. Они найдут виновного.

– Слышала, Даша? Виновного найдут, – говорит Нина, поглаживая меня по плечу.

А я и так знаю, кто это сделал.

Больше просто некому.

У Игнат есть только один враг, способный на такое. На всю голову сдвинутый враг.

Потеряв всякую надежду вернуться, эта дрянь просто решила убить его. И меня… И меня бы она тоже этим убила.

Вскоре мы оказываемся на месте и снова приходится ждать.

Пуля прошла на вылет. Это все, что мне сказали. К нему нельзя. Зато меня опросила полиция. Я сразу сказала, на кого думаю, и они оставили меня в покое.

Проходят часы, а я сижу в широком коридоре, на мягкой скамейке и жду, когда я смогу увидеть его. Нина тоже со мной. Как и охрана.

– Тебя сегодня к нему не пустят, – вздыхает Нина. – Нам лучше вернуться домой. Об Игнате Артуровиче позаботятся.

– Я не могу уехать…

– Можешь и должна. Ты беременна, Даша. Тебе нужно отдыхать. Время уже почти два часа ночи. Твой муж хотел бы, чтобы ты поехала домой. Даша, давай…

Роняя слезы, я поднимаюсь с мягкой лавочки и заставляю себя начать двигаться в сторону выхода вместе с Ниной.

Да, он бы хотел, чтобы я поехала домой. Он приказал бы, если бы был в состоянии. Но он не может.

Приехав домой, я сразу ложусь в постель и закрываю глаза, мечтая, чтобы поскорее наступило утро.

Просыпаюсь снова от стука в дверь, мгновенно подрываюсь и к двери.

Это Нина.

– Сколько время? – сразу спрашиваю ее.

– Уже девять. Я решила тебя проверить…

– Господи. Я совсем… – разворачиваюсь и иду к прикроватной тумбочке. Мне нужно позвонить отцу. Вчера я не стала, было поздно. Но сейчас мне нужна поддержка отца.

– Нет, хорошо, что ты поспала. Я подумала…

– Нин, я сейчас папе позвоню, а потом спущусь и поеду в больницу. Предупреди водителя.

– Может, сначала позавтракаешь? Ты себя вообще, как чувствуешь? – буду лучше, когда увижу его, когда смогу взять его за руку и посмотреть в глаза.

– Все в порядке, Нин. Правда, – прижимаю телефон к уху.

– Тогда обязательно поешь, когда спустишься. Я сейчас все приготовлю, – и убегает.

– Да, Дашенька. Как рано ты звонишь, – отвечает мне отец, а я сразу в слезы.

– Пап, в Игната стреляли… – всхлипываю.

– Что?! Ты не пострадала?!

– Пап, в Игната стреляли! Не в меня! Меня рядом с ним не было. В него стреляла… – прикусываю язык. – Никто еще точно не знает. Это случилось на парковке в его офисе, вчера ночью.

– Господи, милая… Как он сейчас? Серьезное ранение?

– В плечо. Я сейчас поеду к нему, надеюсь, что он уже пришел в себя…

– Я тоже приеду. Скажи, какая больница.

* * *

– Он пришел в себя, – это то, что я хотела услышать. – Вы можете с ним поговорить. Только не утомляйте его. У него уже была полиция.

– Спасибо большое, – улыбаюсь женщине врачу и спешу к его палате, в которую вхожу очень медленно, словно боясь.

Увидев мужа на больничной койке, с перебинтованным плечом, я шумно и облегченно выдыхаю.

Его глаза закрыты, но когда я закрываю за собой дверь до щелчка – он распахивает глаза.

– Моя девочка… – хрипит он, и я спешу к нему, усаживаюсь на край широкой кровати, наклоняюсь к нему насколько мне позволяет живот.

– Игнат, – прикасаюсь к его плечу, что цело.

– Не плачь… Я цел.

– Нет, Игнат, ты не цел. В тебя стреляли! – чуть повышаю голос. – Это… это она, да?

Игнат поднимает взгляд в потолок, рвано выдыхая.

– Ты сказал об этом полиции? Я знаю, что они уже были у тебя.

– Конечно, сказал. Пистолет у них, запись с камер тоже.

– Ее уже схватили?

– Нет. Ее нет. Мила и Денис дома одни.

– Так она… просто сбежала?

– Скорее всего.

– Мерзавка… Какая же она мерзавка… – прикрываю глаза, шипя. – Выстрелила и сбежала!

– Она хотела убить. Я уклонился, она попала в плечо и, кажется, перепугалась. Хотя вроде как была готова. Она даже аборт сделала.

– Что?

– Готовилась к тюрьме. Она совсем спятила. Когда ты… – прикрывает глаза, ему тяжело говорить, – когда ты позвонила, она как раз держала меня на прицеле, и я понял…

– Что ты понял?

– Как сильно обидел тебя. Я боялся, что больше никогда тебя не увижу.

Смаргиваю слезы, всхлипывая.

– Игнат, я… я люблю тебя. Я бы не вынесла если…

– Т-ш-ш-ш… – Игнат поднимает руку, касается моего лица. – Мы не расстанемся. Обещаю тебе. Никогда.

Глава 34

Дверь палаты распахивается. Мы с Игнатом видим его дочь и еще одного юного молодого человека, который, должно быть, его сын Денис.

– Папа! – Мила забегает с другой стороны койки и, присев на ее край, хватает отца за руку. Слезы ручьем у нее. Они настоящие. Очень переживает девочка. – Как ты?

Парень стоит чуть в стороне и смотрит грустно, сдерживая эмоции.

– Все нормально, жить буду, – сообщает Игнат своим детям, сжимая руку дочери. – Мать не объявлялась?

– Нет. Она куда-то пропала. До нее не дозвониться. Пап, пожалуйста, скажи, что она не хотела тебя убивать… Она…

– Я не знаю, что в голове вашей матери, – отвечает Игнат. – Она и сама, наверное, не понимает.

– Ее надо найти, – говорит Денис, сложив руки на груди.

– Этим занимаются, Денис, – отвечает сыну Игнат и смотрит на меня. – Ты не знаком с Дарьей. Даша, это Денис – мой сын. Я должен был давно вас представить, но…

Парень неожиданно подходит ко мне и протягивает руку, которую я неуверенно пожимаю. Мила наблюдает за этим, но когда замечает мой взгляд на себе, сразу отворачивается.

– Полиция думает, что мама может со мной связаться, – произносит Мила. – Но она правда мне не звонила. Я не стала бы ей помогать.

– Я тебе верю, – отвечает Игнат. – Просто успокойтесь. Ее обязательно найдут.

– И что, потом ее посадят в тюрьму?

– Я не знаю, Мила. Думаю, ее буду проверять. Возможно, она больна.

– То есть она сошла с ума?

– Не знаю… – прикрывает глаза Игнат. Тяжело ему. – У вас дома все хорошо?

– Как может быть хорошо, когда мать пыталась убить отца? – бросает Денис. – Но вообще – да, мы справляемся. Мы уже не дети.

Да дети они, дети… Которые оказались брошены и матерью тоже.

То, что я сейчас предложу… надеюсь, я об этом не пожелаю. Но так будет правильно.

– Игнат, пусть они поеду жить к нам. Если, конечно, они не против. Оставаться там, одним… это нехорошо. В доме под охраной они будут в безопасности.

– Считаешь, что мама вернется и нас попытается застрелить? – спрашивает меня Мила, но не со злостью.

– Нет, конечно. Но мало ли… Вдруг она все-таки попытается уговорить вас ей помочь, придет и вы не сможете ей отказать.

Игнат смотрит на меня пристально, словно не веря, что мне пришло такое в голову.

Но он их отец. И имеют право на его защиту.

– Что скажете? – интересуется Игнат у детей. – Поживете у нас, пока ваша мать не найдется. А там дальше…

– А там дальше мы все равно будем под твоей единоличной опекой, – делает вывод Денис. Умный он парень. – Маму либо в тюрьму отправят, либо на лечение в психушку…

– Он прав, – поддерживаю я. – Но не будем пока об этом думать. Дождемся, когда ваша мать отыщется.

Юля

– Юль, ты серьезно? Ты не шутишь?

Я только сейчас, рано утром, призналась Андрею, что натворила.

Вчера, произведя случайный выстрел, я так испугалась, что когда сбежала, то меня вырвало за ближайшим углом.

Я не убийца.

И я не знаю, что со мной было бы, если бы я убила его…

Это была невероятная вспышка гнева. Долгая, и которая пропала, стоило мне только ранить его.

И я прибежала к нему. К тому, ребенка которого убила.

Я не хотела снова это проживать. Когда я была беременна от Игната, то испытала всю палитру чувств. Нет, Игнат был добр со мной и, вроде как, все его устраивало, но я всегда чувствовала его… нелюбовь. И меня это убивало. Да, с Андреем все могло быть иначе. Но я просто не хочу. Ничего больше не хочу.

Я не знаю, куда мне деваться. Мне пришлось бросить своих детей. Понимаю, что лучше будет, если я пойду и сдамся, но пока я не готова.

– Да, я это сделала. Но я его не убила. Он точно жив.

– Ты поэтому пришла ко мне? – злится Андрей. – Не для того, чтобы прояснить, что между нами, а чтобы укрыться?!

Я понимаю его злость. Я всегда его использовала. Но это уже слишком…

– Я скоро уйду, – произношу тихо. – Я намерена сдаться, Андрей. Ты будешь ни при чем. Пожалуйста, прости меня…

Андрей обхватывает голову руками и начинает ходить из стороны в сторону, пока я все растрепанная и почти не спавшая эту ночь, сижу на его диване.

– Я с ним поговорю, – вдруг останавливается.

– Что?

– С Игнатом. Я сам узнаю в какой он больнице. У меня есть связи. Я быстро узнаю. Приду туда и поговорю с ним.

– О чем?

– Если он захочет, то он сможет сделать так, чтобы тебе ничего не было.

– Андрей, нет… – качаю головой и морщась. – Ты не должен этого делать. Я не заслуживаю того, чтобы ты это для меня делал… – накрываю лицо ладонями и рыдаю.

Андрей внезапно оказывается рядом, встает на одно колено передо мной, отрывает руки от моего лица и заглядывает в глаза.

– Я сам буду решать, понятно? И мне все равно, что ты сделала аборт.

– Ч-то?.. – хлопаю мокрыми ресницами. – Как ты…

– Я это понял. Иначе, что ты имела в виду, сказав, что не заслуживаешь, чтобы я что-то для тебя делал, – после тяжелого вздоха поднимается с колена и идет куда-то из гостиной. Я поднимаюсь на ватных ногах и следую за ним.

– Ты куда?

– Скоро вернусь.

– Игнат меня ненавидит, – говорю я эмоционально. – Он никогда… никогда мне этого не простит. Я правда хотела его убить. Он это знает. Я ему такое на говорила... Особенно про его жену.

– Хотела убить? Больше не хочешь?

– Нет…

Вчера я выплеснула свою злость, энергию, которая накопилась за много лет, и тут же наступил катарсис.

– Ты говоришь мне правду?

– Да, Андрей. Я… я не хочу. Я хочу быть рядом со своими детьми.

– Будешь.

Глава 35

Даша

– Ты уверена, что хочешь этого? – спрашивает Игнат, только Мила и Денис ушли. Они сейчас поедут домой, чтобы взять необходимые вещи для школы и прочего, а после водитель отвезет их к нам. Они приняли предложение. Первым согласился Денис, а затем и Мила. И я этому правда рада.

– Так будет правильно, – отвечаю мужу, держа его за руку.

– Я не то спросил.

– Они твои дети. Значит… мне они тоже не чужие. Не переживай об этом. Если бы я хотела... я бы не стала такое предлагать. Они не должны быть одни, пока такое происходит.

– Какой я дурак… – выдыхает Игнат, кривя лицо. – Если бы я тебе рассказал… И чего я боялся...

– Это уже неважно, – качаю головой. – Мне больше не нужны объяснения, почему ты так поступил. Я больше не хочу в этом копаться. Я просто хочу, чтобы теперь уже все наладилось. И чтобы ты как можно скорее выздоровел.

– Обещаю, я буду стараться. Долго я тут валяться не собираюсь.

Момент прерывает звук открывающейся двери. Думаю, это медсестра. Но повернув голову, я понимаю, что ошиблась.

Это какой-то мужчина примерно возраста Игната. Его друг? Что-то я такого не знаю. Смотрю на лицо Игната и понимаю, что он тоже понятия не имеет, кто это такой.

– Доброй утро. Игнат?

– А ты кто? – хмурится Игнат.

– Я по поводу Юлии.

Игнат реагирует спокойно, в то время как я широко распахиваю глаза.

Муж пристально смотрит на незнакомца, после чего кидает взгляд на меня.

– Даша….

– Я лучше пойду, – и так понимаю, что мне нужно сделать. – Пойду домой. Там встречу Милу и Дениса. Папу, может, перехвачу по дороге. Видно, застрял в пробке.

– Позвони мне потом, пожалуйста, – просит Игнат, все еще не отпуская мою руку.

– Конечно, – с улыбкой поднимаюсь и, коротко взглянув на незнакомого мужчину, покидаю палату.

Уже вне палаты ко мне приходит догадка, кто это может быть.

Этот тот самый мужчина Юлии, от которого у нее должен был быть ребенок.

И зачем он пришел к Игнату?

Надеюсь, я это скоро узнаю. А пока поеду домой и найду с Ниной свободные комнаты для ребят. Хочу, чтобы они чувствовали себя как дома.

Игнат

– Ты Андрей? – интересуюсь я, стараясь не морщиться. Плечо разнылось. Но ничего, потерплю, не стану пока вызывать медсестру.

– Она обо мне говорила?

– Я задал вопрос.

– Да, я Андрей.

– Юлия у тебя?

Не отвечает. У него, конечно. Как мне это в голову не пришло… Побежала прятаться к любовнику и, видимо, по полной обработала его. Он тут явно в качестве защитника, а не для того, чтобы сдать ее мне.

Кто-то передумал отправляться в тюрьму. Снова хочет уйти от ответственности. В этом вся Юля...

– Да. Всю ночь не спала. Очень напугана.

– Не удивлен.

– Она не хотела тебя убивать, ты же знаешь?

– Хотела. Я уклонился в последний момент. Она очень этого хотела.

– Послушай…

– Просить за нее пришел? Напрасно. Я бессилен. Есть запись с камеры, пуля… все данные уже в полиции. А у меня нет никакого желания стараться для Юли. Я не стану. Не трать свое время.

– А как же Мила и Денис?

– Они уже взрослые и все понимают. Они знают, как поступила их мать. Мы уже говорили. И даже они не просили меня, чтобы я отмазывал.

Мужик начинает нервничать. Могу предположить, что он уже наообещал Юличке все разрулить. Черта с два. Я и пальцем не пошевелю ради этой чокнутой стервы. И только он выйдет за дверь палаты – намерен позвонить куда следует.

Милу и Денису не лучше с ней. А только хуже. Мне стоило давно это понять. Если она и готова измениться, то она должна это доказать, а значит – понести наказание.

– Ты правда хочешь, чтобы Юля села? Тебе легче от этого станет?

Станет. И моим близким в первую очередь. Даша сможет спокойно выходить из дома, не боясь пострадать.

– Она получит то, что заслужила. Если это все, то будь добр закрыть дверь с другой стороны. Меня только вчера подстрелили, довольно паршиво себя чувствую. А Юле передай, что будет лучше если она сама придет в полицию.

– А ты не считаешь, что в этом всем есть и твоя вина?

Так, понятно. Видимо, Юлия провела ему экскурсию по своей несчастной жизни со мной. В этой истории она жертва, а я ублюдок, который довел ее до всего этого. Если бы это хотя бы отчасти было так... Она сама все всегда портила. Ни один мужик не выдержит такого поведение со стороны женщины.

– То есть я виноват, что она шмальнула в меня?

– Ты с ней жестоко обошелся в прошлом, бросил с детьми, а потом женился снова… Ей до сих пор тяжело.

– Я не бросал своих детей. А ее я вообще спас.

– Спас? От чего?

– Это не в первый раз.

– Что, не в первый раз?

– Когда она сорвалась.

Этот Андрей хмурится, явно подозревая самое дурное. Он и сам прекрасно понимает, что с Юлей не все так прозрачно.

– Что она натворила?

– Неважно. Важно то, что больше нельзя оставлять это безнаказанным. У меня, как ты знаешь, семья. Большая семья. Я не намерен рисковать ею и ждать, когда Юля снова решится на безумный шаг.

– Она сказала, что это было ошибкой. Она была не в себе...

– Она сейчас говорит одно, а завтра будет говорить другое, а еще хуже – делать. Она опасна. Что-то внутри нее окончательно сломалось. И поверь – я к этому не имею никакого отношения. Я сделал для нее все, что мог, и делал многие годы, жалея ее. Из-за этого я чуть не потерял свою жену, которой лгал. Больше не стану. Когда-то я сделал неправильный выбор, но этого больше не повторится.

Глава 36

Юля

Андрея все нет. А я схожу с ума.

Да я уже знаю, что будет. Игнат не даст мне никакого шанса. Не в этот раз.

Я его и не заслуживаю.

Когда слышу открывающуюся дверь, у меня чашка с чаем из рук чуть не выскакивает.

Вернулся.

Бегу встречать.

Стоит мне только взглянуть в лицо Андрея, становится понятно, что он ничего не добился.

– Ты говорил с Игнатом? – спрашиваю Андрея, снимающего пальто.

– Мы поговорили, – сухо отвечает Андрей и идет мимо меня.

– Он в порядке? Ты говорил с ним в больнице?

– Ранен. В больнице, – останавливается посреди гостиной, поворачивается ко мне лицом. – Чего ты мне не рассказала, Юля? Только... – указывает на меня пальцем, – не лги мне. Хотя бы сейчас.

– Ч-то?

– Игнат сказал, что у тебя не впервые голову так снесло. Он не стал кидаться в подробности, но ты мне скажи. Что ты натворила?

Это он имел в виду случай с Дариной.

– Андрей, я…

– Не хочешь говорить?

– Я навредила одной девушке, с которой спал Игнат. Я знала, что они спали. Игнат, конечно, отрицал это, но я была уверена. Я сказала ей по-хорошему уволиться, но она послала меня.

– И что ты сделала?

– Андрей, – слезы наворачиваются. – Я… Я поступила…

– Не подумав?

По правде, до сих пор я не жалела, что так наказала эту мерзавку. Но теперь… Да кто мне поверит?

– Она постарадала. Игнат меня прикрыл. Это было давно, Андрей.

– Но бывшего ты подстрелила вчера!

– Ты, значит, теперь на его стороне?

– Я просто пытаюсь понять, кого пытаюсь защитить. И похоже, что я защищаю сумасшедшую. Тебе нужна помощь, Юля. И это я не со злости тебе говорю. А наоборот, чтобы помочь тебе.

– Ты хочешь, чтобы меня посадили в психушку?

– Ну перестань... Не видь все это так. И это лучше, чем в тюрьму. Ты, к счастью, никого не убила.

Пошатываюсь чуть в сторону, на мгновение теряя равновесие, разворачиваюсь и иду в комнату, чтобы одеться.

Снимаю рубашку Андрея, беру джинсы, натягиваю их не спеша.

– Что ты задумала?

– Я пойду в полицию.

– Я тебя отвезу.

– Нет, тебя там видеть не должны. Решат, что ты мне помогал. Я сама. Поеду на такси.

Даша

– Пойду скажу Нине, чтобы принесла тебе постельное белье, – говорю я Миле и иду на выход из ее комнаты.

Сейчас с ребятами разберусь и поеду обратно к Игнату. Хочу побыть с ним. Узнаю, когда смогу его забрать домой. Думаю, я и дома смогу за ним ухаживать.

– Подожди, – останавливает меня Мила.

– Да? Что такое? – поворачиваюсь.

– Извини за все, что я говорила, – произносит Мила, смотря в пол. – Это не из-за мамы. Не только из-за нее. Я сама злилась на тебя очень. Думала, что все из-за тебя…

– А теперь?

– А теперь я думаю, что просто так получилось, – поднимает взгляд. – Никто не виноват. Ни папа, ни ты… Маме нужно было смириться. Давно смириться.

Я рада это слышать. Правда.

– Сейчас главное, чтобы она нашлась.

Мила тяжело вздыхает. Переживает очень.

– Не представляю, где она может прятаться...

– Ее обязательно найдут.

И ухожу.

Сама приношу Миле новое постельное белье, проверяю Дениса, который уже устроился за своим компьютером, распоряжаюсь начнет ужина и отправляюсь обратно в больницу.

Войдя в палату к мужу, я вижу своего отца. Он не смог приехать утром.

– О, Дашуля.

– Ты не говорил, что заедешь сегодня позже? Думала только завтра.

– А что говорить… Я разве не могу навестить своего зятя, когда захочу? Он мне тут такое рассказал, что не верится…

– Ты ему обо всем рассказал? – округляю глаза.

– Рассказал.

– Хороший момент выбрал, чтобы рассказать. Если бы был здоров и на ногах, то в рожу бы уже получил, – говорит отец, улыбаясь.

– Подождите немного, скоро встану на ноги, – отшучивается Игнат.

– Перестаньте, – прошу я. – Как ты себя чувствуешь? – спрашиваю у Игната.

– Лучше, милая. Мне что-то вкололи, и теперь почти ничего не чувствую.

– Ладно, воркуйте. Мне пора ехать. Работа появилась. И так опаздываю, – отец поднимает со стула, приобнимает меня. – Твое счастье, что Дашуля тебя любит. Выздоравливай, зятек.

Отец уходит, а я спешу сесть на край койки, поцеловать сухие губы и рассказать мужу, как устроила Милу с Денисом.

– Ты не поверишь, но Мила попросила у меня прощения.

– Я точно сплю. Сначала твой отец, который не прибил меня за правду, теперь извинения от моей строптивой дочери…

– Ты не спишь, – улыбаюсь. – Она правда извинилась. По-своему, конечно. Переживает очень из-за матери…

Игнат вдруг меняется в лице. Что, есть новости?

– Она пришла в полицию.

– Что?.. Правда?

– Угу. Во всем созналась.

Надо же…

– И что теперь?

– Теперь пойдет процесс.

– Думаешь, ей назначат лечение или…

– Я в этом не разбираюсь. Там специалисты они разберутся. Ты только пока Миле и Денису не говори. Сделай вид, что я тебе ничего не говорил. Мила точно начнет рваться к матери. А сейчас не время.

– Хорошо, – вздыхаю. – Может, так оно и лучше. Ты мог и мне не говорить.

– Теперь отныне я буду говорить все.

– Только не начинай снова извиняться…

– Никаких извинений не хватит, чтобы я отмылся за то, как держал тебя в неведении. Я лучше докажу.

Беру его большую теплую руку, сжимаю своими двумя прохладными.

– Пожалуйста, поправляйся скорее...

– Сделаю все возможное для этого.

– Только не вздумай сбегать из больницы. Я сама выясню, когда смогу тебя забрать.

– Если эти двое будут доставать тебя, то сразу говори мне.

– Ну нет. Я уверена, что мы поладим.

– Ты ведь понимаешь на что подписалась, Даш?

– Ты это о чем?

– Если Юлю закроют… Да что если… Она точно не скоро к прежней жизни вернется.

– Я все понимаю, Игнат. Мила и Денис должны жить с нами. Они уже взрослые и нам не помешают. При этом им не обязательно отказываться от своей матери. Думаю, им нужно будет общаться, куда бы Юлю не поместили.

– Пусть они решают. Это Юля годами накручивала их против меня. Я не стану.

– Правильно, – киваю. – Ты… точно не переживаешь?

– Насчет?

– Насчет Юли.

– Теперь нет. У меня нет страха, что она может что-то еще выкинуть.

– Нет, я не об этом. А о том, что… может быть в глубине души ты хочешь помочь ей.

– Нет, – отрезает Игнат. – Однажды я уже так поступил. Не допустил, чтобы она ответила по заслугам. Тогда и обстоятельства были другие. Мила и Денис были маленькими, тебя не было в моей жизни… Не беспокойся об этом, ладно? Я тверд в своем решении. Я не стану ей помогать. Не потому, что знаю, что ты этого не хочешь и не поймешь, а потому что так правильно и так хочу я.