Текст книги "Ты разрушила нашу семью (СИ)"
Автор книги: Наталия Ладыгина
сообщить о нарушении
Текущая страница: 7 (всего у книги 10 страниц)
Глава 26
Юля
Будь оно все проклято!
Это наказание мне, что ли?!
За все, что я сделала?
Вот где она? Зачем через дочь-то наказывать меня?
Меня пусть жизнь наказывает, хоть я и ни в чем не виновата.
Я не виновата, что полюбила. Полюбила на всю жизнь. Хотя любовь со временем стала другой. Она с примесью ненависти, боли и ярости. А есть ведь за что ненавидеть его… Игнат виноват не меньше моего. Но злодейка почему-то я! Знаю же, что у него с этой его помощницей было! Я сказала этой твари уволиться, а она посмеялась мне в лицо. За это и получила в лицо кислотой.
Метаюсь из стороны в сторону. Набираю его, а он постоянно сбрасывает!
Вот почему бы не ответить?! Знает же, что я тут с ума схожу. Хотя, когда его волновали мои чувства. Даже когда были вместе он был безразличен ко мне, а теперь уж подавно. Дашенька теперь еще обрабатывает по полной. Ни черта она от него не ушла. Они вместе.
Может, вовсе и не ищет дочь нашу. Небось считает, что это мы все придумали. Так же проще.
Звоню снова и снова. На седьмой раз он только берет.
– Ты чего не отвечаешь?! Я тут вся на нервах!
– Что ты знаешь о черте, с которым наша дочь на машине разъезжает?
– Что?.. Каком еще черте?
– Ее подружка лучшая знает обо всем, а ты нет? Я думал, вы с дочерью близки.
– О чем ты говоришь, Игнат?! – кричу в трубку. – С кем наша дочь ездит на машине? Кто он?
– Какой-то восемнадцатилетний Алексей. Она где-то с ним. Черт знает, жива она еще или нет! – рявкает Игнат.
У меня мутнеет перед глазами от шока.
– Игнат, нет... Этого не может быть! – медленно опускаюсь на колени. – Не может…
– Все может быть, Юля!
– Он не мог убить нашу девочку…
– Вполне мог! Молодой, тупой, трусливый! Натворил дел и придушил, чтобы никто не узнал.
– Игнат, не надо так говорить… Не надо… – скулю. – Я не хотела… Я думала она в кино пошла… Она мне обещала, что будет умницей. Может, он ее заставил…
– Она сама пошла. Я эту Алису, вместе с ее матерью, хорошенько напряг. Алиса мне все сказала. Она сама бежала с ним на встречу как ненормальная. А знаешь почему? Потому что ты как мать, как женщина, ни хрена ей не объяснила! Как можно себя вести, а как нельзя!
– Не смей винить во всем меня! Ты ее отец!
– Я знаю, что я тоже виноват! Но ты все-таки мать.
– Я знаю, что облажалась! Но что теперь, Игнат?!..
– Скоро я узнаю, что это за тварь.
– Как?
– У Алисы был телефон Милы. Он у нее остался после кинотеатра. Я сейчас с ним у профессионала. Она там с этим будущим трупом переписывалась. Я найду его.
– Хорошо, хорошо, – жадно хватаю губами воздух, поднимаясь. – Ты мне только позвони, если хоть что-нибудь узнаешь. Я тебя очень прошу, Игнат.
– Позвоню, – бросает трубку.
В гневе я разбиваю стеклянную чашку с кухонного стола и срываюсь в комнату сына, который сидит в наушниках. Срываю их у него с головы.
– Чего?! – возмущается.
– Тебя что, совсем ничего не колышит?! – рявкаю я, готовая дать подзатыльник. – Как ты можешь быть таким безучастным?! У тебя сестра дома не ночевала.
– Да хватит! Я знаю, что это Милка специально! Хочет, чтобы вы ее искали с отцом.
– Нет, это не так! Или она тебе что-то сказала?
– Мы не общаемся, – хмыкает сын.
– Вот и плохо, что не общаетесь! Она твоя сестра.
– Мам, отдай наушники.
– Я сейчас их сломаю! Быстро выключи компьютер. Хватит этих игр.
– Я уроки на понедельник сделал! Что мне, сидеть с тобой рыдать по этой дуре? Она вечно что-то устраивает, а вы ведетесь. Меня оставьте в покое.
Кидаю сыну наушники и выхожу из его комнаты.
Даша
Выхожу во двор и осматриваюсь.
Моя машина стоит. Ключи у меня есть в сумке.
Недолго думая, я все же иду к ней и сажусь. Поеду к Рите. Она меня ждет. Уже позвонила. Хочется с кем-нибудь поговорить. Сидеть в четырех стенах и ждать его – совсем не хочется.
Почти подъезжая, мой телефон в сумочке на соседнем сиденье начинает вибрировать. Не отрывая взгляда от дороги, я тянусь за ним.
Игнат.
– Алло, – отвечаю.
– Даш, у тебя все хорошо? Ты в дороге?
– Да, еду к Рите. Как поиски дочери продвигаются?
– Паршиво, – оно и слышно. – Я звоню, чтобы сказать, что не знаю, когда вернусь. В общем, я буду ее искать, пока не найду.
– Да, я понимаю, – отвечаю, наверное, холодно. А как мне отвечать? Мне совсем не весело. – Ищи, конечно.
– Ты домой ночевать приедешь?
– Если я снова поеду к отцу, то будут вопросы, на которые я не готова отвечать, а у Риты оставаться неудобно. Так что да, я приеду домой.
– Хорошо… – выдыхает облегченно, и будто еще что-то хочет сказать. – Я тебя люблю.
Я моргаю и медленно выдыхаю, сжимая пальцами руль сильнее.
Я тебя услышала, Игнат.
– Ищи дочь, Игнат. Не отвлекайся на меня. Со мной... с нами все будет хорошо, – и сбрасываю.
Горло сжимает спазм, хочется разреветься, но я сдерживаюсь как могу.
Мне хотелось ответить ему тем же, но я не смогла. Обида еще очень сильна. От одной мысли, что он совсем недавно был близок с ней, пускай и не по желанию, у меня начинает словно яд по венам течь.
Сколько раз себе говорила... Не люби я его так сильно, не было бы так больно.
Но мне правда хочется во всем разобраться. Я теперь готова копаться в этой грязи, разыскивать правду, которая поможет нам.
А ему пока искренне желаю найти дочь.
Глава 27
Юля. Несколько часов спустя…
Я выть готова. На стены лезть.
До Игната не дозвониться. Полная тишина от него вот уже сколько часов.
У него же ее телефон! Должен был успеть хоть что-то выяснить!
Наверняка он что-то узнал, но просто мне не хочет говорить!
Но я мать и имею право знать.
Куда мне идти? К этой твари? Поехать и спросить ее? Ей он уже наверняка все сообщил. Она-то его жена любимая. А я кто? Никто. Мои нервы беречь не надо. И ведь знает же, что я беременна.
Сын почти из комнаты не выходит. На все ему плевать.
Иду в свою комнату, ложусь на кровать, но тут же срываюсь в ванную. Меня тошнит, мутит, голова кругом идет. Четвертый раз за день рвет.
Так я могу и ребенка потерять…
Раздается звонок в дверь, когда я поласкаю рот. Спешу закрутить кран, вытереть лицо полотенцем и выскочить в прихожую.
Не посмотрев в глазок, я отпираю дверь.
Широко распахиваю глаза от удивления. Вот чего мне не хватало...
– Т-ты… – откашливаюсь, – ты что здесь делаешь?
Отец моего ребенка сейчас передо мной. Он никогда здесь не был. Мы встречались на его территории. Пару раз в гостинице. Моя квартира – табу. Это он свободный.
– Надо поговорить, Юль.
Я коротко оглядываюсь.
– Я уже тебе все сказала, Андрей.
– Ты все еще беременна?
– Уже нет.
– Я тебе не верю.
– Черт, Андрей, отстань от меня! – рычу я. – Уходи. Сейчас соседи начнут подслушивать.
– Тогда дай мне войти.
– У меня там сын! И вообще мне сейчас не до тебя. У меня дочь пропала. Мой бывший сейчас ее ищет, а я вся на нервах в ожидании новостей. Ты тут вообще не кстати! Нельзя так заявляться!
– Ты не оставила мне выбора. Заблокировала меня везде. Так, значит, можно?
– Потому что нам не о чем говорить.
Дура я, что проговорилась ему о беременности. Но я сказала, что буду делать аборт. Почему бы ему в это не поверить?
Андрей неплохой. Но мне не нужен. Я не представляю с ним жизни. И это не из-за детей. Я просто не смогу. Я всегда буду о том, что где-то там Горский устраивает свою жизнь без меня. Не будет ему такого счастья. Я не допущу.
– Что с твоей дочерью? Как это она пропала?
– Ночевать не пришла. А теперь уходи, Андрей, – но он продолжает смотреть на меня. – Мы с тобой потом поговорим.
– Когда?
– Точно не раньше того, как отыщется моя дочь живой и невредимой, – пытаюсь захлопнуть дверь, но Андрей не дает мне этого сделать.
– Я ведь приду снова, Юля, – угрожает мне Андрей.
Кажется, Денис вышел из комнаты.
– Я вынесу тебя из черного, и сама позвоню, когда весь этот кошмар закончится, – обещаю ему, лишь бы ушел. – Только уходи прямо сейчас.
Андрей смотрит пристально и через секунду отпускает дверь. Я тут же ее закрываю и спешно запираюсь. Прижимаюсь лбом к двери и шумно дышу. Немного отойдя, иду за телефоном в гостиную.
Показалось мне. Сын не выходил из комнаты.
Снова набираю Игната.
Игнат
– Где она?!
– Кто она?!
– Еще раз ты так на мой вопрос ответишь – я точно прикончу! Где Мила?! Она моя дочь! Я знаю, что ты, тварь, увез ее на целую ночь. Где она сейчас?!
– Я не знаю, где Мила! Это не я…
– Что, не ты?!
– Это Леха с ней был. Тут еще куча народу было. Я остался, чтобы друга дождаться.
Медленно выдыхаю и выпрямляюсь.
Похоже, он что-то знает.
Я в переписке адрес увидел, так сюда сразу и поехал.
– Ты – кто?
– Я – Саша. Друг Лехи.
– И где этот Леха? – сжимаю ладони в кулаки до сильной боли. – Где Мила?
– Я не знаю, где они. Они давно ушли. Потом все остальные ушли.
– Все остальные?..
– Мы тут с Лехой вчера всех друзей собрали. Там пацаны, девчонки были... Это съемная квартира Лехи. А Мила… Он привел ее вчера, чтобы со всеми познакомить. Она всем говорила, что хочет папашу своего проучить, – умолкает. – Хотела явиться домой под утро, чтобы вас позлить. А Леха…
– Ну?..
– Он с ней хотел… – не знает, как продолжить. – А Мила послала его. В общем, она тут же решила свалить. Выскочила из квартиры. Часа два ночи где-то было. Леха побежал за ней. И все… Я звонил ему позже, но у него телефон отключен. Клянусь, я больше ничего не знаю. Я вашу дочь всего раз видел. Мы с ней даже не разговаривали. Она все время с Лехой была.
Так, спокойно...
Да как тут можно быть спокойным?!
Моя дочь не вернулась домой!
Я собираюсь допросить парня по полной, но тут мне звонят со всей нужной информацией.
Маленький ублюдок все наврал, если верить словам Алисы. Ездит он на чужой машине, и он вовсе не сын предпринимателя. Он снимает эту квартиру. А мать его живет в тысяче километрах отсюда.
Поговорим с человеком, я возвращаюсь к Александру, который вообще, оказывается, ни при чем.
– Позвонишь мне, если он вернется, – говорю парню.
– Да ясное дело. Я не хочу быть соучастником. Хотя я не думаю, что Леха мог с ней что-то сделать. Он не такой, – хмурится парень.
– Где он обычно в это время дня?
– Он учится. Как и я. В том же колледже. Но нашу группу на карантин закрыли. Слушайте, Леха правда не мог…
Парня прерывает звонок на мой телефон.
Даша.
Не вовремя… Но не могу не ответить.
– Да, Даш, – отхожу немного в сторону. – Я сейчас…
– Игнат, Мила со мной.
– Что?.. – коротко оглядываюсь на парня и начинаю двигаться к выходу.
– Я подобрала ее на дороге.
– На дороге?! Где?
– Я тебе все расскажу, когда приедешь. Я ее к нам в квартиру привезла. Приезжай.
Глава 28
Даша
– Не хочешь мне рассказать, что случилось? – спрашиваю сидящую на диване Милу. Ну и вид у нее. Кошмарный.
– Я хочу принять душ! – психует девчонка. – Почему мне туда нельзя?
– Потому что нельзя. Пусть твой отец решает.
– Ходить ли мне в душ?!
– Ты уже взрослая девочка, должна все понимать, – сажусь в кресло напротив. – Если что-то случилось, то ты лучше мне сейчас скажи. Я с твоим отцом сама поговорю. Чтобы тебе не пришлось…
– А ты с чего вообще такая добрая?
– Я не добрая. И ты, кстати, сама согласилась поехать сюда со мной. К матери ты не захотела.
– Она же меня убьет…
– А отец не убьет?
– Он права не имеет трогать меня, – задрав подбородок, уверенно заявляет Мила.
Ох ты какая... Бесстрашная перед отцом.
– Да?.. Серьезно? Он твой отец, Мила. Или что, то что, он не бьет тебя, делает его каким-то слабаком? Тебе очень повезло, что отец у тебя именно такой.
Хотя сейчас я не уверена, что Игнат собирается проводить спокойный допрос.
– Я лучше с ним поговорю сначала. А он потом пусть с мамой поговорит.
Пускай сначала разговор с отцом выдержит.
– Хорошо, пусть так. Он уже едет. Скоро будет.
– Ну можно я пока схожу в душ?
– От чего ты так торопишься отмыться? Скажи мне правду, Мила. У тебя с этим парнем что-то было? Он тебя заставил? Поверь, мне об этом проще сказать, чем матери и отцу. Я... помогу, чем смогу.
Мила смотрит на меня странно, словно ушам своим не верит.
Ну да, это странно, учитывая наши непростые отношения.
Но я правда хочу ей помочь.
В моей юности, чуть когда постарше была, случилось кое-что похожее. По глупости. Но все обошлось. Надеюсь, что у нее тоже обошлось. Но она так рвется в душ… Не нравится мне это.
– Ничего не было, – говорит Мила, обняв свои ноги. – Он притащил меня на встречу с друзьями в свою съемную квартиру. Я сама согласилась. Хотела пересидеть…
– Что, пересидеть?
Мила кривит лицо, отводя взгляд.
– Хотела… Неважно. В общем, он ко мне полез, и я поняла, что пора сваливать.
– Дальше что?..
– Я выбежала из квартиры, побежала вниз, лифтом пользоваться не стала. Но Леха стал. Он уже был внизу, когда я спустилась. Стал извиняться… Потом я тоже перед ним извинилась. Сказала, что обманула его.
– В чем ты его обманула?
Миле каждое слово тяжело дается. Не понимаю только почему. Она же такая смелая девочка. Тем более я ей никто.
– Когда мы познакомились, я наврала ему, что мне в прошлом месяце восемнадцать исполнилось.
Надо же. Как же он ей поверил? Ну не выглядит она на восемнадцать. Хотя… Сам же совсем молодой. Поверил на слово. Разные люди бывают. Я знаю свою одноклассницу, которая сейчас не старше семнадцати выглядит. Типаж такой.
– И как он отреагировал?
– Спросил сколько на самом деле. Я сказала. Правду. Он присвистнул. Очень удивился.
– Что потом?
– Потом еще раз извинился и предложил подвезти. Он не выпивал, так что я согласилась. В машине по дороге он начал психовать, сильно злиться, обзывать меня всяко… – того глядишь разревется. – Ну, за то что прокатила его, наврала про возраст… Потом сказал, что мне придется за это заплатить.
Ох, у меня сейчас даже мурашки по коже. Ужасно это все. Мерзко.
– Я начала реветь и…
– И?..
– Про отца ему сказала.
– Что ты сказала ему про отца?
– Что он найдет его, если что-то случится, и он пожалеет, что на свет родился. Он посмеялся над этим.
Мила умолкает, когда мы слышим, как ее отец открывает дверь. Даже звонить не стал. Представляю его состояние. Надеюсь, вместе с ним есть и облегчение. Дочь же все-таки жива и здорова.
– Можно мне спрятаться?!
Что, все-таки боится отца?
– Сиди. Я его встречу, – поднимаюсь с кресла и стремлюсь навстречу Игнату.
– Мила! – раздается злой голос Игната. – Где она?! – спрашивает меня он, когда я возникаю перед ним. Надо его как-то сдержать. Хоть немного.
– Ты обувь сними для начала. Мне потом убирать.
Игнат бурно дышит, а после подчиняется.
– Ну и где она?
– В гостиной. Ты только не ори.
– Я орать не буду. Я… – расстегивает ремень, рывком достает его. – Я буду делать то, чего не делал. Вот если бы не делал… – обходит меня быстро.
– Игнат!! Игнат, не надо ее бить!
Игнат влетает в гостиную. Я тоже, но только куда медленнее. Мне бегать нельзя.
– Ты что, засранка, совсем берега потеряла?! – рявкает Игнат, угрожающе приближаясь к дочери. – Всю кровь вы мне с матерью выпили! Но это уже слишком…
– Папа, я не хотела…
– Хотела!! – кричит Игнат и бьет концом ремня по дивану рядом с девушкой. – Я знаю, что ты специально на эту хату пошла. Чтобы меня позлить? Или проучить? Как ты там тем малолеткам говорила? Это все ради того, чтобы я с матерью твоей был? Да не буду я с ней никогда! Уясни уже это! Я никогда к ней не вернусь! Ничто меня к ней не вернет. Ни ребенок, ни ты с братом! – на что Мила рыдает, спрятав лицо в ладони. – И это, черт подери, не значит, что я плевал на вас. Не один отец не терпит столько капризов, сколько терпел всего годы я, – тычет себе в грудь Игнат. – Смотри на меня, когда я говорю!
Мила медленно открывает свое лицо, смотрит на отца.
– Теперь говори, что там произошло. Где ты шаталась всю ночь, после того как ушла из квартиры? Я слушаю внимательно. И советую меня больше не злить. Не заставляй меня делать то, о чем потом мы оба будем жалеть. И только попробуй начать врать.
Глава 29
– Игнат, – встреваю я. – Остынь.
– Даш, – бросает на меня взгляд муж. Зрачки у него расширены. Просто вне себя, что вполне объяснимо. – Не сейчас, – произносит уже мягко. – Я могу попросить тебя…
– Нет, я останусь.
– Да, пусть она останется, – просит Мила.
– Что, Дашу полюбила? – язвит Игнат, раскинув руки в стороны. – Ты на меня так не смотри. Лучше начинай говорить правду. Она тебе что-то сказала? – у меня спрашивает.
– Да не было у меня с ним ничего! – вскрикивает Мила. – Мы покатались по городу немного, а потом…
– Что потом?
– Я сбежала от него.
– Пришлось сбегать?
– Ну… мы поругались. Да, я сбежала, а потом гуляла долго по городу. Не знала, как домой идти…
– И сколько ты собиралась шататься?!
– Я не знаю… Пап, прости меня, – всхлипывает Мила, размазывая слезы по лицу. – Мне очень жаль. Нет, правда. Сейчас по-настоящему. Я не притворяюсь…
Игнат снова коротко смотрит на меня и, бросив ремень на диван, тяжело вздыхает.
Хорошо, что он ее не тронул. Это бы не помогло.
– Я позвонил твоей матери.
– Она уже едет сюда, да?
– Нет. Ты сейчас поедешь к ней. Я сам тебя отвезу.
У Игната такой тон, будто он хочет сказать, что на этом их общению приходит конец. Вряд ли это так. Но Мила пугается. Перед глазами у нее будущее: отец не балует и дает лишь минимум. Только этого она и боится. Ей, может, и правда плохо сейчас, но вряд ли она что-то поняла. Эта девочка быстро придет в себя. Даже не сомневаюсь.
И все же… мне ее жаль.
– Что мама сказала?
– Вставай, одевайся и к двери, – строго говорит дочери, и, повернувшись ко мне, подходит. – Пойдем, поговорим, – говорит он мне и, взяв за руку, уводит в нашу комнату.
По дороге я высвобождаюсь, первой вхожу в комнату, разворачиваюсь к нему лицом.
– Что такое, Игнат?
– Мне сейчас…
– Да, я понимаю. Тебе надо ехать. Решать семейные проблемы.
– Даш, прости меня, – качает головой. – Молчать обо всем этом – было ошибкой. Всему виной мои страхи. Я дурак. Идиот. Мне нужно было...
– Ты будешь делать тест ДНК?
Я только об этом теперь и думаю. К черту прошлое. Его не изменить.
– Собираюсь, – по лицу его вижу, что он об этом уже думал. – В ближайшее время.
– Хорошо, – киваю одобрительно. – Иди, Мила ждет…
– Даш, – произносит с болью в голосе. – Спасибо тебе, – на его лице искренняя благодарность.
– Да не за что. Я ничего не сделала.
– Нет, сделала, – подступает ближе.
– Игнат, иди, – отстраняюсь и направляюсь к кровати.
Пусть он не думает, что все это мое понимание, помощь его дочери и желание сделать тест ДНК – что-то меняет. Я держусь сейчас только ради малышей. А что будет после их рождения… я не знаю. Мне кажется, что все же, как раньше, мы уже не сможем быть вместе.
Но правду я хочу знать. Всю правду.
– Я скоро вернусь, – обещает мне Игнат. – Будь, пожалуйста, дома. Я приеду… все тебе расскажу.
– Все-все? – оборачиваюсь.
– Да.
– Правда ничего не скроешь?
– Не скрою, Даш. Я теперь тебе только правду буду говорить. Какой бы она не была.
Игнат
– Совсем от рук отбилась! Совсем! – кричит Юля, размахивая руками перед Милой. – Горе ты мое… – и стремится обнять.
Мила рыдает. Юля рыдает. А я стою столбом.
Так и знал, что так будет: только дочь найдется, так Юля обмякнет. Отлегло. И так будет из раза в раз.
– В комнату иди, – командую я, прерывая их объятия. – Повторять не стану, – добавляю грубее, когда Мила смотрит на меня, то на мать. Последняя ее от меня не защитит. Раньше я шел на встречу. Зря. Теперь все будет по-моему.
– Да, иди в комнату. Я с тобой потом еще поговорю…
Мила уходит. Слышу, как она закрывает за собой дверь.
– Как ты ее нашел? Где? – интересуется Юля. Она больше не обеспокоена. Все позади для нее.
– Даша ее нашла.
– Чего? – сильно хмурится Юля. – А она-то тут при чем?
– Она ее увидела в городе. Не оставила твою дочь на дороге, посадила в машину, привезла к нам домой, еще и защищала ее от меня, когда я собирался выпороть ее ремнем.
Юля всю передергивает. Неприятно ей такое слышать.
А ведь все могло быть иначе.
Я дал ей второй шанс. Спас от тюрьмы. Все уладил. Детей ей оставил. Вышла бы давно замуж, да жила бы счастлива. Но нет же…
– Мне спасибо ей сказать?
– Стоило бы. Но я больше не хочу, чтобы вы виделись.
– Что, боишься, что я ей расскажу подробности нашей недавней ночи?
– Закрой рот и сотри эту улыбку с лица, – делаю к ней резкий шаг. – Я сыт по горло, Юля. Всем. Теперь мы будем говорить серьезно.
– Пфф… Ну давай, начинай, – Юля разворачивается и начинает двигаться в сторону кухни. Я за ней иду. – Говори, что я плохая мать. Но это не я плохая. А ты отсутствуешь. Будь ты рядом, Мила боялась бы такое вытворять.
– Недолго тебе осталось так говорить.
– Ты это о чем?
– Скоро ты лишишься возможности манипулировать детьми. Скоро они станут взрослыми.
– Ты, кажется, кое-что забыл… – тянет ехидно Юля и начинает поглаживать свой живот. – Тебе от меня не избавиться. Так что, можешь передать Дашеньке, что придется нам делить тебя. Она к такому готова? Сомневаюсь. А вот я...
– Завтра к девяти будь готова. Я заеду за тобой.
Юля часто моргает, не понимая. А после расплывается в улыбке.
– Поедем в детский магазин?
– В клинику.
– Хочешь послушать сердцебиение малыша?
– Хочу узнать, мой ли он.
