Текст книги "Наказание для брата (СИ)"
Автор книги: Натали Рик
сообщить о нарушении
Текущая страница: 9 (всего у книги 12 страниц)
Глава 29
– Дочка осталась с Ритой, они теперь живут и Италии, – плохо скрывая раздражение, ответил Никита.
От этого шокирующего потока информации у меня закружилась голова. Брат продолжал с силой сжимать мою ладонь, в какой-то момент я даже почувствовала
боль.
– Блиииин, как так то? – запричитала девушка. – Ты что, совсем не видишь ребёнка?
– Марина, всё хорошо. Это было по обоюдному согласию. Ребёнка я вижу, они часто прилетают сюда, – парировал брат, фальшиво улыбнувшись.
– Понятно, – протянула она, думая о чём-то своём. Ну ладно, я пойду, ещё увидимся, – чмокнула Ника в щёку, помахала мне рукой и упорхнула.
– А что ж ты, милый братик, не рассказывал, что у меня есть племянница, м? – оскалилась, вырывая руку и вскакивая со стула.
– Потому, что у тебя её нет! – рыкнул, озираясь по сторонам и дёргая меня за запястье, вынуждая сесть обратно. – Как и уменя дочери, – добавил, прожигая меня своими зелёными глазами.
Часто заморгала, нервно хихикнув. Чувствую себя пациентом психиатрического отделения. Меня все хотят свести с ума.
– И жены у тебя тоже нет? – спросила с сарказмом, прищурив глаза. – И вообще, мне всё это показалось, да?
– Жена есть. То есть, была. Если это можно так назвать. Блин, Лиса, это очень долгая и сложная история, – тяжело выдохнул, запуская руки в свою шевелюру.
– А я никуда не тороплюсь, – скрестила руки на груди, изогнув бровь.
– Давай не здесь, – отрезал Ник. – Поехали отсюда, хватит с меня на сегодня, – встал из-за стола, протягивая мне руку.
Послушно последовала за ним. Весь этот вечер мне порядком надоел. Из последних сил пыталась сохранить внешнее спокойствие, хотя внутри всё клокотало, и злость вырывалась наружу. Быстрыми шагами семенила за Никитой, сверля взглядом его спину и мечтая заехать по его голове чем-нибудь
тяжелым. Что же там за такая увлекательная сложная история? Я вся в предвкушении!
Мы сели в машину, выехали на просёлочную дорогу и в кромешной темноте, освещаемой светом фар, начали отдаляться от этого неприятного места.
Брат не спешил заводить разговор, и я его не торопила. Я вижу, как он нервно стучит пальцами по оплётке руля, глядя прямо перед собой. Минут через пять, выехав на шоссе, Ник резко свернул на обочину и включил «аварийку».
– Пфффффф, – выпустил воздух, надув щёки. – Лиса, об этом никто не знает, даже моя мама, – предупреждающе посмотрел в мою сторону.
Я лишь склонила голову на бок, давая понять, что отступать не собираюсь.
– Хорошо. Рита – моя одноклассница. Хотя как одноклассница, мы вместе ещё в садик ходили. Наши отцы очень дружили, соответственно, и мы с ней тоже. Сначала исходя из обстоятельств, потому что папы везде таскали нас за собой, – Никита горько усмехнулся, видимо, думая об отце, – а потом, нам действительно стало интересно вместе. Мы ходили в одну школу, жили в соседних домах. Классе в десятом даже пробовали встречаться, но быстро поняли, что мы всё-таки друзья, и никаких других отношений у нас не получится. Окончив школу, видеться стали реже, так как поступили в разные институты. Ну, короче, у каждого началась своя взрослая жизнь. Но, раз в неделю, мы стабильно встречались в каком-нибудь кафе, болтали ни о чём и вспоминали детство. Года два назад, во время таких встреч Рита начала жаловаться на отца, мол, с возрастом он становится просто невыносим, вечно пилит её, требуя внуков, давит на то, что лишит её всего, чего она добилась. А он может, он, на секундочку, подполковник. – Ник нервно сглотнул, так и не решившись посмотреть на меня. – А она и не хотела детей, да и от кого, любовь свою она ещё не встретила, парня постоянного тоже не было, что бесило её отца в двойном размере. И вот, спустя месяц, Рита звонит мне и, чуть-ли не плача, говорит, что нужно встретиться. Я сразу понял, что дело попахивает керосином, никогда раньше такого не было. Прилетаю в кафе, а там она, сидит ревёт. Короче, суть в том, что она забеременела, а потенциальный папаша положил на неё болт, да и чего было ожидать, они знакомы всего неделю. Парень не хотел продавать свою свободу ни под каким предлогом. Не помогли даже угрозы, по поводу того, что он обрюхатил дочь подполковника. Выбор у Риты был невелик, либо идти делать аборт, либо сдаваться отцу. И тут хрен его знает, что лучше. Потому, что аборт в двадцать восемь лет может понести за собой плачевные последствия, а сказать отцу, что залетела чёрт пойми от кого, это подписать себе смертный приговор. В общем, она попросила у меня помощи. Расклад такой, мы женимся, я говорю её отцу, что это мой ребёнок, а через какое-то время разводимся по её инициативе, плюс ко всему, в довесок я получаю нехилую сумму. От денег я, конечно, отказался. Друзей, как ты уже заметила, у меня немного, но тех что есть, я очень ценю. Я согласился ей помочь при нескольких условиях. Первое – мы тихо, мирно расписываемся, без всяких церемоний и банкетов, никто из моих близких, по возможности, не должен об этом знать. Второе – мы не играем в счастливую семью, только по необходимости. Ну, в принципе, вот и всё, – Ник с облегчением выдохнул и, впервые за время своей исповеди, перевёл на меня взгляд. – И да, мы никогда не жили вместе. Она сняла себе квартиру в,соседнем от моего, подъезде, чтоб я быстро мог до них добраться, если её папаша решит навестить нашу чудную семейку. Я всячески помогал ей, когда она была беременна, потом, иногда сидел с малышкой, давая Рите сделать домашние дела. В общей сложности, мы были женаты год. Потом, как и договаривались, она подала заявление на развод и укатила к подруге в Испанию. Мы часто созваниваемся, кажется, она там нашла наконец свою любовь, какого-то Пабло, – брат по-доброму хохотнул, сверкнув глазами.
– Охренеть, – выдохнула я. – Серьёзно, твоя мама не знает, что ты был женат?
Никита отрицательно помотал головой.
– Никто не знает, кроме нескольких человек из окружения Риты. А ну Саня ещё знал, мы на то время близко с ним общались. Я решил не травмировать мать этими авантюрами, вопросов потом не оберёшься, учитывая, что она мечтает меня побыстрее на ком-нибудь женить, – брат усмехнулся, потерев глаза.
Было заметно, что эта исповедь далась ему с большим трудом.
– Мда уж, весело, – сделала заключение, хлопнув в ладоши. – Ладно, поехали домой.
* * *
Никита
Это был просто психоделический день. Я, наверное, за всю свою жизнь не переживал столько, сколько вчера. Пляж, похищение Лисы, потасовка с Сашей, переливания крови, сумасшедшая Дарина, головокружительный секс, такое ощущение, что прошла целая неделя, а не один день.
Злюсь ли я на Саню? Безусловно, он мудак, но я никогда не держал зла на слабых людей, это во-первых, а во-вторых, ему нужна серьёзная помощь, проблемы с наркотой до добра не доведут, и ему повезло, что всё закончилось так, как закончилось. Может, эта история послужит ему уроком, и он,
наконец возьмётся за голову.
Проснувшись утром, меня охватил приступ паники и дежавю. Лисы опять нет рядом. Заглянул в её спальню, спустился вниз, пусто.
– Я уже рядом, – сказала, ответив на мой звонок.
Выдохнул с облегчением.
На весь день замкнулся в себе. Со стороны, наверное, был похож на меланхоличного подростка. Я понимаю, что должен что-то сказать сестре, вот только
что? Чтобы она не уезжала? И что дальше? Она покрутит пальцем у виска, и будет права. Что я хочу её спрятать ото всех и жить так, как нам хочется?
Ну мы же не в фильме, не бывает всё так просто. Куда мы сбежим от родственников, от друзей, от совести, в конце концов? Но и оставить её я не могу.
Я не представляю своё дальнейшее существования без её присутствия в своей жизни. Ну, вот уедет она, и что дальше? Мне делать вид, что ничего
не было, дальше спать с какими-то девицами, имена которых я не то что не помню, а не знаю, изображать из себя довольного жизнью человека? Бред.
Лично моя жизнь уже никогда не станет прежней.
Взять сестру с собой на этот бал лицемерия, было отвратительной идеей. Это я понял, как только мы вошли на территорию особняка. Сотни хищных похотливых глаз, устремлённых на Лису, кипятили мне кровь до неприличного градуса. Это уже даже не ревность, это какое-то больное чувство собственности. Хотелось выколоть глаза каждому, кто смотрит на неё таким взглядом, как будто она одна из тупорылых тёлок, которыми было напичкано это место.
Эту женщину-катастрофу нельзя оставить одну ни на минуту. Она только села за стол, а к ней уже клеется Олег Панов, ненавижу этого упыря. Всю жизнь ездит на горбу своего обеспеченного папеньки, и, что он здесь забыл, вообще не понятно. Хотя, почему же не понятно, судя по тому, как он лапает мою сестру, очень даже понятно.
Беда не приходит одна! А вот и Марина, бывшая девушка Сани, по неосторожности друга, узнавшая наш маленький секретик. Безусловно, хорошая, безобидная и добрая девчонка, но сука, как же не во время! Затылком чувствую ледяной взгляд Лисы, от которого разболелась голова. Эта вселенная, явно, настроена против меня.
Разговор с сестрой на эту тему неизбежен. Да мне и нечего, собственно, скрывать. Просто я не был к нему готов.
– Охренеть, – выпучила глаза она, когда я закончил свою душещипательную историю.
Немногословно, но очень ёмко. Не поспоришь.
– Ладно, поехали домой, – мягко произнесла, дотронувшись до моего плеча.
Такое невинное прикосновение, а у меня внутри начал просыпаться вулкан. Хотелось сжать её в обятиях до хруста костей.
Схватил Лису за затылок и притянул к себе, впиваясь в её губы и не давая ей путей для отступления. Этот поцелуй сейчас для меня жизненно необходим,как глоток воды. Девушка на пару секунд впала в ступор, а затем приоткрыла рот, впуская мой язык, схватившись своими тонкими пальчиками за ворот
моей рубашки. Чёрт, если мы сейчас же не остановимся, я возьму её прямо здесь, в машине, посреди дороги. Не думаю, что моя девочка готова к такому исходу событий.
– Поехали, – ответил хриплым голосом, касаясь напоследок губами уголка её рта.
Потчи до самого дома мы ехали молча, этот день нас вымотал не меньше, чем вчерашний.
– А ты мне ничего не хочешь рассказать о себе? – осторожно поинтересовался, нарушая тишину.
– Например? – Лиса заинтересованно подняла брови, повернув голову в мою сторону.
– Ну, например, что там за Руслан, почему он просит тебя вернуться, и какого хрена, твоя мама так им очарована? – спокойно перечисял, паркуя машину у подъезда.
– Ой, слушай, это очень долгая и сложная история, – повторила мои слова, которые я сказал перед своей исповедью, и чуть ли не на ходу выпорхнула из машины.
Что за нах?
– Лиса, что за приколы? Стой! – крикнул, заныривающей в подъезд сестре.
Вот ведь сучка!
Лифт, как обычно, закрылся перед моим носом, поэтому пришлось тащиться по ступенькам, превознемогая боль.
– Василиса, что за догонялки? – рыкнул вслед, удаляющейся на второй этаж квартиры, заднице сестры.
Лааадно. Поднимаюсь наверх, дёргаю дверную ручку её комнаты, естественно, закрыто.
– Эй, ты нормальная? – крикнул, с досадой пиная деревянную преграду между нами.
– Никитушка, спокойной ночи, – пропела Лиса, театрально зевая.
– Ок, значит я буду спать здесь, – ответил, плюхаясь на пол и облокачиваяь спиной о дверь.
– Ник, это не смешно.
– Абсолютно, – устало зевнул, показывая серьёзность своих намерений.
– Ладушки, – покойно ответила она. – Только громко не храпи.
Беззвучно рассмеялся, поражаясь многогранности её характера. Как можно на неё злиться? Это же совсем ребёнок, не смотря на возраст.
Через два дня, в день моего дня рождения, она уедет. Я не хочу думать, что будет дальше. Я хочу, чтобы эти два дня стали самыми счастливыми в нашей жизни. Мы столько времени потеряли, и его уже никогда не наверстать. Но, оставшиеся дни, я хочу навсегда отпечатать в нашей памяти, ведь
это всё, что нам с ней останется.
Глава 30
Василиса
Утро. Блииииин. Как не хочется открывать глаза, снился такой классный сон. Так, стоп. Я вчера всё-таки вырубилась. А Никита? Он что, реально спал всю ночь под моей дверью?
Накидываю халат и крадусь, тихонько поворачиваю замок, опасаясь того, что сейчас в мою комнату ввалится спящее тело. И каково же моё удивление, когда я вижу перед собой огромный букет нежно-розовых роз в шляпной коробке. Оглядываюсь по сторонам с подозрениями о том, что брат просто решил усыпить мою бдительность и сейчас звезданёт из-за угла мне чем-нибудь по башке, пока я тут любуюсь цветочками. Но, никого нет. Замечаю в букете записку, аккуратно достаю её и разворачиваю. «Доброе утро, засранка! И да, я всю ночь провёл на коврике у твоей двери, пусть тебе будет стыдно. P. S шучу, нет конечно». Моё лицо озарилось дурацкой неконтролируемой улыбкой, что аж скулы свело. Затащила цветы в свою спальню и отправилась на поиски Ника, чтобы узнать в чём причина его столь романтичного настроения.
Нахожу его суетящимся на кухне. Братец носится из угла в угол в одних джинсах, старательно перекладывая какие-то коробочки с места на место. Невольно залюбовалась им. Не сделать этого, было невозможно. Он, на самом деле, обалденный парень. Начиная внешностью, при виде которой начинается обильное слюновыделение, заканчивая его характером. Я искренне завидую той, кто сможет быть с ним рядом каждый день, смотреть на него, трогать, спать в одной кровати. Так завидую, что волосы выдрать охота этой, пока несуществующей, сучке.
– Всё хорошо? – обеспокоенно спросил Ник.
Видимо, моё лицо сильно исказилось, когда я думала о том, что рядом с ним кто-то появится.
– Да, – пролепетала, улыбнувшись. А что это всё? – обвела взглядом хаос, царивший на кухне.
– Это завтрак, – немного засмущавшись ответил Ник. – Как ты уже успела понять, повар из меня так себе, и не надо говорить, что тебе понравилась та яичница.
От души рассмеялась, вспомнив горелый бекон.
– Да-да, я так и думал, что ты врёшь, – прищурив глаза, протянул Никита. – Садись кушать, я заказал из ресторана. Вот тут омлет, тут запеканка, сырники, – перечислял брат, двигая ко мне коробочки.
– В чём подвох, – с недоверием взглянула на Ника, усаживаясь на стул. – Ты хочешь меня отравить?
– Это было бы слишком просто, ты достойна более изощренного метода, – обнажив свои белоснежные зубы, промурлыкал он, садясь напротив.
– Божечки, как же вкусно, – еле выговаривала слова, откинувшись на спинку. – Я объелась, как слон. И всё-таки, в чём подвох?
В глазах брата замелькала какая-то непонятная мне эмоция. Он медленно встал из – за стола, подошёл ко мне, развернул стул, на котором я сидела, и приземлился на колени, возле моих ног.
– Лисёнок, – тихо проговорил Никита, невесомо целуя мои коленки. – Давай на один день представим, что мы друг другу никто? Хуже уже не будет,
зато, этот день мы проведём счастливыми.
Его горячее дыхание обжигало мою кожу, будь моя воля, я бы всю жизнь делала вид, что мы друг другу никто, только бы он продолжал нежно дотрагиваться до моих ног, медленно целуя каждый миллиметр.
– Впрочем, у тебя всё равно нет выбора, – коварно улыбнулся, запуская руки мне под халат и поглаживая бёдра.
Да, как же ты прав, у меня нет выбора, я безоговорочно обезоружена.
– Никита, я ещё не дала согласия, – невнятно промямляла, пытаясь убрать его ладони, приближающиеся к трусикам.
– Ну, оно мне особо и не нужно, если честно, – откровенно ответил, подватывая меня за попу и усаживая на стол, попутно сметая с него всю посуду
прямо на пол.
– Скромность – не твой конёк, – тихо выдохнула, обвивая его голый торс ногами.
– Кто-бы говорил, – усмехнулся мне в шею, покрывая её горячими поцелуями и развязывая халат. – Лиса, ты прекрасна, – прошептал, спуская шёлковую
ткань с моих плеч и любуясь открывшимся видом на обнажённую грудь.
Никита слегка наклонился вперёд, заставляя меня лечь на стол. Своими большими ладонями он накрыл мои холмики, зажимая между пальцев затвердевшие соски и спускаясь поцелуями всё ниже, туда, где с каждым его прикосновением, разгоралось настоящее пламя. Как зверь, вцепившись зубами в край трусиков, отодвинул их в сторону, разводя мои ноги шире. Почувствовав его обжигающее дыхание на своём самом чувствительном месте, всё моё тело превратилось
в оголённый нерв. Ник провёл кончиком языка по набухшему от возбуждения клитору, а затем жадно впился глубоким поцелуем в мою киску, так, что
из моих глаз посыпались искры. Каждое прикосновение его рук к моим бёдрам, каждый толчок ласкового языка внутри моего лона, посылали по моему телу волны неописуемого удовольствия, от которого хотелось не просто стонать, а кричать в голос, в чём я себе не стала отказывать.
– Никита, прекрати, я сейчас с ума сойду, – простонала хриплым голосом, боясь того, что я не выдержу, стремительно подступающего, оргазма.
Ник лишь отрицательно помотал головой, втягивая в рот чувствительный клитор, и все мои предохранители сорвало. Вцепилась руками в волосы брата, заметавшись по столу, всё мое тело сотрясло в мучительно-сладкой судороге, и кажется, с последним стоном сорвавшимся с моих губ, я на какую-то секунду отключилась. Очнулась от ласкового голоса брата.
– Ууу, малыш, вот это тебя прибило, кажется, с тебя пока что хватит, – нежно улыбнулся, приводя меня в сидячее положение и прижимая к себе. – Ты-
самая сладкая конфета, – шепнул мне на ухо, поцеловав в висок.
Аккуратно взял меня на руки и отнёс в мою спальню, бережно укладывая на кровать.
– Полежи немного, я пока прибирусь, – ласково промурлыкал, укрывая пледом.
В ответ я лишь блаженно улыбнулась, не в силах что-то произнести и, видимо, провалилась в сон, потому что очнулась от любимого запаха мужского
парфюма, ударившего в нос.
– Очнись, соня, пол часа уже прошло.
Никита сидел на краю кровати, одетый в лёгкие серые спортивные штаны и чёрную майку, и играл моими волосами.
– Мы куда-то собираемся? – спросила, севшим после бурно проведённого времени, голосом.
– Да, но это секрет, – по-мальчишески улыбнулся Ник. – Жду тебя внизу, поторопись, – нежно коснулся моих губ и покинул комнату.
Как я теперь буду жить без этих поцелуев? В груди снова защемило неприятное чувтво тревоги. Не сегодня. Сегодня мы должны быть счастливыми.
Быстро собралась, стянув волосы в высокий хвост и надев джинсовые шорты с высокой талией и короткий белый топ. Мы же не в ресторан идём. Или…?
А предупреждать в следующий раз будет, если что. Хотя кому я вру, следующего раза не будет.
Никита ждал меня в зале, развалившись на своём любимом диване и ковыряясь в телефоне.
– Готова? – лучезарно улыбнулся, демострируя свои кокетливые ямочки на щеках.
– Всегда готова! – задорно крикнула, натягивая босоножки.
* * *
Никита
Выйдя с Лисой из подъезда, я сразу почуял неладное. Боковое зрение зацепилось за BMW, стоящую слева. Я узнаю эту тачку из тысячи, она принадлежит Сане.
– Так ты скажешь, куда мы идём, – тараторила сестра, дергая меня за руку.
– Нет, – ответил грубее, чем хотел, продолжая сверлить глазами машину.
Наконец, пассажирская дверь открылась, и оттуда вышел Саша, прихрамывая на одну ногу.
Лиса сильнее вцепилась в мой локоть, скорее всего она тоже его заметила.
Саня открыл багажник своей машины, достал оттуда приличный букет из белых пионов и направился в нашу сторону. Заметив мой агрессивный вид, друг поднял руки в сдающемся жесте.
– Я с миром, – устало улыбнулся он. – Можно подойти?
Кивнул в ответ, немного закрывая собой сестру. Хрен знает, что у этого больного на уме.
– Это тебе, Василиса, – вытянул вперёд руку с букетом, заглядывая мне за плечо, туда где стояла она. – Я искренне прощу прощения за тот инцидент.
Лиса с опаской взлянула мне в глаза, как бы спрашивая разрешения. Моргнул ей в ответ, давая понять, что она может взять цветы.
– Спасибо, – произнесла сестра, взяв в руки букет, – но, ты всё равно козлина, – ткнула в него пальцем, прищурив глаза.
Могла бы и промолчать. Саня звонко рассмеялся на её реплику.
– Знаю, знаю, – виновато ответил, опустив глаза. – Для тебя, Никитос, цветов у меня нет, но есть кое-что другое, – сказал Саша, доставая из кармана брюк какой-то листок.
– Что это? – недоумевая спросил друга, разворачивая бумагу.
– Это направление в клинику для наркозависимых, – грустно усмехнулся Саша. – Ты же давно хотел, чтобы я туда поехал.
– Я пойду, цветы домой отнесу, – пролепетала сестра, понимая, что этот разговор не для её ушей.
– Ник, я же не дебил, я всё вижу, – подал голос друг, как только Лиса скрылась за дверями.
– Что ты имеешь ввиду?
– Что у вас не совсем братские отношения, – снисходительно улыбнулся он. – Я это понял в тот момент, когда позвонил тебе, держа её у себя.
Я не осуждаю тебя, это ваше дело. Не парься о том, кто что подумает. Тебе с ними детей не крестить. Да и вообще, я здесь не за этим. Правда хотел
извиниться. Надеюсь, когда-нибудь мы сможем наладить былое общение.
– Посмотрим, Саня, посмотрим… Надолго ты в клинику?
– На две недели, как минимум.
– Вот выйдешь, и поговорим, – по-дружески похлопал его по плечу. – А кто у тебя за рулём?
– Да нанял водилу, из меня-то ездун так себе, пока что, – хохотнул, постучав по раненой ноге.
– Слушай, а не подкинете нас до одного места?
– Без проблем, куда едем?
В этот момент из дома вышла сестра. Одними губами прошептал Сане место нашего направления, благо он понял.
– Поехали, – приобнял Лису за талию, подталкивая в сторону машины. – Саша нас отвезёт.
На её лице читалось недоумение, но, надо отдать должное, она не проронила ни слова, лишь покорно проследовала до автомобиля.
Дорога до места «Х» заняла минут десять. Поблагодарил друга и его водителя за оказанную услугу и вышел из машины, помогая вылезти Лисе.
– Чтооо? – удивлённо протянула она, округлив глаза. – Вокзал⁈ Ник, ты настолько сильно хочешь от меня избавиться? Мог бы и потерпеть пару дней, у меня билет на послезавтра, – театрально надула губы.
– Нет дорогая, у меня на тебя другие планы, – чмокнул эту куколку в нос и, взяв за руку, потащил к входу в здание.
На удивление, на вокзале было не много народа, поэтому потянул Лису к ближайшей кассе.
– Два билета в Лазаревское, пожалуйста, на ближайший рейс, – вежливо попросил полноватую кассиршу в очках.
– Пожалуйста, отправка через десять минут с первого пути, – ответила та на автомате, подавая билеты, и даже не подняв на меня глаза.
– В Лазаревское⁈ – Лиса расплылась, как ребёнок, в довольной улыбке. – У нас что, тур по черноморскому побережью?
– Ну, чисто теоретически, да, мы поедем вдоль него. Но наша цель, именно это место, – ответил, ведя за собой сестру.
– А почему именно туда, – заинтересованно заглянула мне в глаза, не переставая улыбаться.
– Потому, что там моя вторая родина. Я проводил в Лазаревском каждое лето до двенадцати лет, там жила моя бабушка, – пояснил, плюхаясь на скамейку и притягивая себе на колени сестру. – Ты никогда там не была?
– Неа, – беззаботно ответила Лиса. – Раньше я постоянно ездила в Евпаторию. Сначала с мамой, потом, когда подросла, с подругами. Я вообще первый раз в Сочи.
– О, женщина! Ты многое потеряла! Лазаревское! Один из лучших курортов России на Черноморском побережье юга. Это же самый большой район города Сочи, более того, занимает почти всю территорию. Кстати, в административный округ Лазаревского входит множество сел, поселков, аулов. И ещё, там самое большое колесо обозрения на всём побережье. Любишь аттракционы? – игриво спросил, ущипнув девушку за бок.
– Дааа! – хихикая ответила она. – Мы сходим на него?
– Конечно сходим. О, наша «Ласточка» приехала, пойдём.
До пункта назначения нам предстояло ехать около полутора часов. Я специально выбрал этот способ передвижения, так как из поезда нам всю дорогу
будет открываться умопомрачительный вид на побережье. Зайдя в вагон, мы разместились на последних сидениях.
– Готова? – улыбаясь просил Лису, обнимая её за плечи.
Сестра закивала головой в знак согласия, с её лица не сходило по-детски счастливое выражение, предвкушающее приключения.
Первые десять минут мы ехали молча. Василиса зачарованно смотрела в огромное окно поезда, немного приоткрыв рот, ошеломлённая безупречным видом на море, в её глазах отражалось ясное голубое небо, от чего они казались ещё светлее и ярче. Я не ошибся, когда придумывал развлечение на сегодняшний день. Всё бы отдал, чтобы каждый день видеть её завороженную улыбку и горящие глаза.
– Ёбанаааа, это че? – удивлённо протянула она, тыкая пальчиком в стекло. – Они что, голые⁈
Не смог сдержать дикий ржач, глядя на её изумлённое лицо.
– Да Лис, голые. Это дикий нудистский пляж, – пояснил я. – Хочешь, присоединимся? – поиграл бровями, изображая томный взгляд.
– Фу, дурак! – шутливо дала мне подзатыльник. – Я, пожалуй, воздержусь.
Весь дальнейший путь до Лазаревского я выступал в качестве гида, рассказывая ей про каждое место, в котором останавливался поезд. Дагомыс, Лоо,
Якорная Щель, мои познания местной истории, конечно, не безупречны, но в общих чертах я смог что-то вспомнить.
– Выходим, – потянул подзависшую сестру за руку, когда мы прибыли на нужную станцию.
– Куда мы пойдём? – повисла на моей руке, шагая почти вприпрыжку.
– Сейчас я тебе покажу, где я жил, – объяснил, ведя её за собой в сторону автобусной остановки.
Дорога на общественном транспорте заняла не больше пяти минут, мы вышли в начале Сочинского шоссе. Сразу за автобусной остановкой начинался
подъем в гору. Мы неспеша поднимались наверх, я рассказывал сестре о соседях, проживающих в домах, которые попадались нам на дороге, Лиса радовалась каждому цветочку, растущему на многочисленных клумбах, и без остановки засыпала меня вопросами. Спустя пару минут, мы дошли до нужного участка. Поднялись на высокое крыльцо, я открыл калитку и пропустил девушку вперёд.
– Вааау, – выдохнула она, озираясь по сторонам.
Бабушкин участок состоял из двух домов, разделённых обалденным садом. Первый – хозяйский, он находился внизу, второй – гостевой, он располагался чуть выше.
– Ой, здесь что, кто-то есть? – произнесла испуганным шёпотом, услышав наверху детский смех.
– Да, – пояснил, умиляясь её реакцией, – я сдаю гостевой дом туристам на лето, он предназначен для трёх семей. Но сейчас там живут только две.
А вот этот, – указал на домик слева, – дом, в котором мы жили с бабушкой. Туда я никому не позволяю суваться, кроме тебя, – резко притянул
Лису к себе и впился в её сладкие манящие губы.
– Ну, Никита, ты что, тут же дети! – нехотя засопротивлялась она, прерывая поцелуй.
Открыв дрерь ключом, который всё это время хранился под ковриком, мы вошли внутрь. Здесь всё осталось так же, как в моём детстве. Когда бабушки не стало, мама решила ничего здесь не менять, это место осталось маленьким островком пямяти о ней.
– Это ты? – спросила сестра, взяв в руки фотографию с полки.
– Да, мне здесь пять лет. Это моя бабушка, а это папа, – пояснил ей, глядя на фото, которое пробуждало во мне тёплую грусть.
– Да, дядю Сашу я узнала, – её губ коснулась еле заметная улыбка. – Мама мне показывала его фотографии. А твоя мама очень похожа на бабушку.
– Да, у бабули сильные гены, – рассмеялся в ответ. – Все говорят, что я тоже пошёл в них.
– Ну, не сказала бы, – задумчиво произнесла сестра, внимательно вглядываясь в моё лицо.
Мы ещё немного побыли в доме, я рассказывал ей о каждой мелочи, находившейся здесь. Лиса с неподдельным интересом ловила каждое моё слово.
А после, нас ждал самый насыщенный день, который я помню на своём веку. Где мы только не были, посетили Берендеево царство, съездили в Мамедово ущелье, в аквапарк, я показал сестре один из самых красивых фонтанов «Мужские слёзы», а напоследок, как и обещал, мы отправились на колесо обозрения.
Уже стемнело, поэтому с колеса открывалось неописуемое зрелище, ночное Сочинское побережье, оживлённое многочисленными огнями, было, как на ладони.
Я видел в глазах девушки истинный восторг, она было по-настоящему счастливой. Именно это и было моей целью. Я хотел запомнить её такой, настоящей,
мягкой, нежной, маленькой девочкой с горящими глазами.
– Лисёнок, – тихо прошептал ей на ухо, притягивая ближе к себе, на высоте восемьдесят метров над землёй. – Давай сбежим, – мой голос предательски
дрогнул.
– Куда, – тихо спросила она, глядя на меня своими невинными глазами и явно не понимая вопроса.
– Куда-нибудь, ото всех, – промямлил, как завороженный, утопая в её глазах. – Там, где всем будет на нас плевать.
Лиса зажмурила глаза и скривилась, как от резкого укола.
– Мы не можем, – открыла глаза, в которых теперь читалась невысказанная боль, вместо былого счастья. – Это абсурд.
– Я люблю тебя, – произнёс, касаясь её лба своим, решив не портить этот день мрачными мыслями.
– И я тебя люблю, – прошептала в ответ, уткнувшись мне в шею.
Когда мы возвращались на поезде обратно, за окном стояла непроглядная тьма. Как только мы заняли свои места, сестра, вымотанная насыщенным днём, уснула, тихонько посапывая на моём плече.
Чем ближе к концу приближался этот вечер, тем тревожнее становились мои мысли.
Сегодня я открыл для неё своё сердце, полное любви, ведь она – мое единственное сокровище, моя радость и моя печаль.
Её глаза проникли в самую глубину моей души и подарили частицу своего очаровательного пламени, в котором я сгораю и возрождаюсь вновь.
После нашей встречи жизнь моя уже никогда не будет прежней. Я живу мыслями о ней, буду вспоминать её слова, таинственную улыбку, я хочу
видеть её каждый день, каждый час. Она самый лучая девушка, среди всех, которые встречались мне в жизни. Я благодарю судьбу за неё,
за тот счастливый мир любви, который мне открылся с её появлением, пускай это было так скоротечно.
Милая моя. Где найти нужные слова, чтобы высказать тебе, как ты прекрасна? Как выразить то, что я чувствую, глядя в твои невероятные глаза?
Ты согреваешь мои сердце и душу, наполняешь их счастьем, желанием бороться за эту жизнь, найти себя и стать значимым человеком.
Люблю тебя. Так мало слов и такой огромный в них смысл. В этих двух словах все – и жизнь, и вечность, и счастье. А иногда, как в
нашем случае, разлука, одиночество, страдание и бесконечность. Но, все это зависит только от нас.
Когда мы подъехали к дому, часы показывали половину первого ночи.
– Я в душ! – расслабленно выдохнула Лиса, как только мы вошли в квартиру, скидывая в разные стороны свои босоножки.
– Я тогда схожу на втором этаже, – зевнул, стягивая с себя майку.
– Не-ааа, – игриво протянула она, схватив меня за ремень. – Ты пойдешь со мной, – закусила нижнюю губу, пройдясь по моему телу томным взглядом.
Друг в штанах моментально принял боевую позицию от одного её взгляда, и я, как послушный телёнок, последовал за ней. Зайдя в ванную комнату, Лиса, развернулась ко мне спиной и начала стягивать с себя одежду. Сестрёнка распрощалась с нижним бельём, зашла в душевую кабинку, не поворачиваясь ко мне, прикрыла за собой дверь и включила воду. Я расценил этот жест, как приглашение, поэтому, скинув с себя брюки с боксерами, проследовал за ней.
