Текст книги "Наказание для брата (СИ)"

Автор книги: Натали Рик

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 12 страниц)

– Не помешаю? – раздался сзади тихий голос брата.

Отрицательно помотала головой, не проронив ни слова. Ник поравнялся со мной, доставая сигарету. Какой же он красивый. Голубая рубашка, оттеняющая его кошачьи зелёные глаза, белые брюки, волосы, небрежно уложенные на бок. Им можно любоваться вечно.

– Я отвезу тебя в аэропорт после ужина, – произнёс он, выдыхая струйку белого дыма и глядя куда-то вдаль.

– Не стоит, – честно ответила я. – Сегодня твой день, отдыхай, я уже заказала такси.

Ник повернулся ко мне и уже открыл рот, чтобы что-то сказать, но сзади раздался бесячий голос его подружки.

– Я готова! – воскликнула, просовывая свою симпатичную голову в двери балкона.

– Едем, – раздраженно процедил Никита, выбрасывая окурок.

Всю дорогу мы ехали молча, даже ни на секунду не затыкающаяся Таня, за время нашего пути ничего не ляпнула. Ник сжимал руль с такой силой, что костяшки его пальцев побелели. Он подрезал и обгонял, все автомобили, попадающиеся нам на пути. А я сидела на заднем сидении и не могла перестать любоваться его профилем. Я пыталась запомнить каждое его движение, каждый жест, каждую морщинку, которая появлялась на его лице, когда он хмурил брови. Вряд ли, я когда то увижу это лицо вновь. Даже если вдруг предоставится возможность, я бы не хотела. Встретить его вновь, это как расковырять, начинающую заживать рану. Это значит окунуться вновь в те воспоминания, от которых и без этого слишком сложно убежать. Это выше моих сил. Я должна буду научиться жить без него, своей обычной жизнью, как будто, его никогда и не было. Лучше бы и не было. Я проклинаю тот день, когда согласилась поехать на время отпуска к своему брату, не смотря на то, что это были самые счастливые две недели в моей жизни. Оно того не стоит. Все мои страдания, которые мне предстоит пережить, начиная с сегодняшней ночи, того не стоят.

Мы подъехали к дому тёти Наташи в таком же гробовом молчании.

– Приехали, – зачем то озвучил Никита, и без того очевидную мысль.

– Круто, – Таня вернулась к своим заводским настройкам и захлопала в ладоши. – Я так соскучилась по твоей маме! – чмокнула Ника в щёку и первая выскочила из машины.

Ник поморщился и вытер ладонью место поцелуя. Его поведение по отношению к ней, вообще, выглядит очень странно. Он не похож на счастливого влюблённого мужчину, который предложил своей девушке жить вместе. Но это не моё дело. Не спеша вышла из машины, достала чемодан, и последовала за Таней.

– Таня⁈ – изумлённо воскликнула тётя Наташа, накрывающая на стол во дворе дома, когда увидела девушку. – Не ожидала, что ты придёшь! – женщина расплылась в искренней улыбке, протягивая руки для объятий.

– Да, сюрприииз, – довольно протянула девушка, обнимая женщину. – Мы с вашим сыном перешли на новый уровень, теперь живём вместе, – хвасталась Таня, а мне хотелось задушить её голыми руками.

– Да ты что⁈ – восторженно вскликнула мама Никиты. – Господи, ну неужели! – схватилась за сердце, чуть не плача. – Ой, Василисочка, здравствуй, – переключила на меня своё внимание, когда я уже подошла вплотную к ним. – Ты всё краше и краше, моя хорошая, – поцеловала меня в щёку, крепко обнимая.

– Спасибо, тётя Наташа, вы тоже прекрасно выглядите, – ответила на её нежности, стараясь не подавать виду, как мне хреново.

– А где Никитушка? – опомнилась она, озираясь по сторонам.

А действительно, где?

– Тут Никитушка, – выкрикнул он, с хмурым видом заходя в калитку.

– Сыночек, с днём рождения тебя, мой дорогой, – кинулась к нему женщина, целуя драгоценного сына.

В этот момент из дома вышел её муж. Все мы обменялись приветствиями, любезностями, Никита выслушивал поздравления, натянуто улыбаясь, и мы, наконец, сели за стол.

– Дорогой, почему ты не говорил мне, что вы с Танюшей помирились? – наивно поинтересовалась его мама, отпивая из бокала вино.

– Так получилось, – рассеянно ответил он, бросив на меня взгляд, суть которого я не смогла понять.

– Ну ладно, дело молодое, – понимающе ответила она, счастливо улыбаясь.

Следующий час мы слушали рассказы тёти Наташи о Никитином детстве, о том, каким смышлёным мальчиком он рос, о том, какой он молодец, и что всего в жизни он добился сам, своим трудом. Было видно, что мать им гордится. Да и любая бы гордилась, ещё бы, такой молодой, красивый, успешный сын и, на самом деле, он заслужил всё то, что имеет. Ко всему прочему, он замечательный друг, просто, отличный человек, и потрясающий мужчина, но последний пункт останется только моим секретом. Навсегда.

Я изо всех сил старалась держать на лице улыбку и принимать участие в разговоре, это давалось мне не без труда, учитывая то, что я постоянно ловила на себе мимолётные взгляды брата. Одно поздравление сменялось другим, вот и Таня торжественно вручила Нику свой подготовленный подарок, рассыпаясь в признаниях о любви и тараторя о том, как она счастлива, что они снова воссоединились. Никита сдержанно улыбнулся и сухо чмокнул в губы свою избранницу, от чего меня взял озноб и бокал в руке предательски задрожал.

Настала моя очередь. Я встала из-за стола и решительно подошла к брату, сжимая в руке коробочку с часами. Ник тоже поднялся, устремив на меня свой взор. Впервые за вечер я смогла прочитать в его глазах хоть какие-то эмоции. В зелёной бездне плескалось сожаление вперемешку с чем-то ещё, чего я не могла разгадать. Но я старалась не обращать на это внимания, чтобы вновь не погрузиться в меланхолию, которая всем испортит вечер.

– С днем рождения, Никита, – произнесла я, вручая ему коробку и слегка коснувшись губами его щеки. Ник накрыл мою ладонь своей, принимая подарок и не торопясь разрывать этот невинный контакт. Момент затянулся, даже слишком. Молчание окружающих начало давить, давая понять, что пора отстраниться друг от друга. – Спасибо за всё, – шепнула ему на ухо и отошла, возвращаясь на своё место.

Через сорок минут за мной приедет такси и увезёт меня навсегда из этого места. Обвела взглядом всех присутствующих. Никита с отрешённым видом наблюдает за беседой отчима и своей возлюбленной, а тётя Наташа, как-то резко поникла, и всё чаще стала прикладываться к бокалу с вином. Верно говорят день рождения – грустный праздник. Спустя минут десять, мама Никиты вовсе встала из-за стола, и ушла в сторону сада. Почему-то никто не обратил на это внимания. Да и кто? Таня, как обычно трещала без умолку, Никита принимал поздравления по телефону, а муж Наташи старался вникнуть в бессмысленный трёп своей собеседницы. И вроде всё идёт своим чередом, но что-то глубоко внутри подсказывает мне обратное. Решаю найти маму Никиты, во-первых, это отличный повод отвлечься давящего на виски голоса Тани, во-вторых, вдруг ей нужна помощь?

Нахожу женщину, сидящей на качелях за домом и склонившей голову над бокалом с вином.

– Тётя Наташа, вы что плачете⁈ – обеспокоенно спросила я, присаживаясь рядом и пытаясь взглянуть ей в лицо.

– Нет, Васенька, всё хорошо, просто взгрустнулось, – пыталась спрятать свои слёзы, отворачиваясь в сторону. – Сын взрослеет не по дням, а по часам.

– Разве это повод так расстраиваться? – мягко произнесла я, положив ей ладонь на плечо. – Он молод, полон сил, вон как вас любит, – старалась приободрить женщину. – Или дело в чём-то другом, осторожно поинтересовалась я.

Мама Никиты разревелась в голос, уткнувшись мне в плечо.

– Василиса, я не знаю, что мне делать, – выдала женщина голосом, полным отчаяния.

– Я не понимаю, что случилось? – чувствую, как начала зарождаться паника.

– Тринадцать лет я не могу ему признаться, – выдохнула женщина между всхлипами.

– Так, успокойтесь, – ответила ей твёрдым голосом, взяв её лицо в свои руки и вытирая большими пальцами слёзы. – Расскажите мне, в чём дело.

– Саша, твой дядя, – начала она дрожащим голосом. – Мы должны были рассказать Никите, когда ему исполнится восемнадцать лет. Но Саши не стало, а я так и не смогла решиться, – снова разразилась в громких всхлипах.

– Я не понимаю, о чём вы, – честно ответила, напрягая мозг и поглаживая женщину по спине.

– Твой дядя не родной отец Никиты, – тихо произнесла она, а меня как будто ударили по голове. Слова повторялись эхом в моём мозгу. – Я уже была беременна от другого, когда выходила замуж за Сашу. Твой дядя очень меня любил и принял Никиту, как родного ребёнка. И я его полюбила. Он – восхитительный мужчина. Души в Никитке не чаял. Когда Никитушке исполнилось пять лет, Саша решил, что он вправе знать правду. Но ребёнку ведь не объяснишь, да и зачем травмировать детскую психику. Поэтому, мы решили, что как только Никита станет совершеннолетним, мы ему всё расскажем, – тётя Наташа вытерла слёзы, переводя дыхание. – Но Саши не стало, когда Никитке было шесть лет, а я так и осталась жить с этим грузом. Не могу, понимаешь? – взглянула на меня глазами, полными безысходности.

Мне кажется, я сошла с ума. Разразилась беззвучным истеричным смехом, вводя маму Ника в ступор. Где-то я всё это уже слышала.

– Знаете, пускай они и не родные, но они очень похожи, – ответила женщине, вытирая слёзы, выступившие то ли от смеха, то ли от досады.

– Что ты имеешь ввиду? – не понимая спросила она.

– Когда-нибудь он вам тоже об этом расскажет, – ответила я, обняв женщину. – А то, что вы мне сказали, – я на секунду призадумалась. – Знаете, я уверена, что Никита любил моего дядю, и он, не смотря ни на что, всегда будет для него самым родным мужчиной. А говорить об этом сыну, или нет, это только ваше дело. Тут я не в праве вам советовать. Если вас это так гложет, то признайтесь ему. Но я не думаю, что это что-то изменит.

На мой телефон пришло уведомление о том, что через пять минут приедет такси.

– Тётя Наташа, – обратилась к женщине, крепко прижимая её к себе. – Не плачьте и не мучайте себя. Делайте так, как вам велит ваше сердце. В любом случае, всё будет хорошо. Мне пора ехать, надеюсь, мы с вами ещё увидимся.

– Спасибо, моя хорошая, – она обняла меня в ответ, шмыгая носом. – Конечно, встретимся! Обязательно! – крепче сжала в своих объятиях. – Только, пожалуйста, не говори об этом никому, особенно Никите, – с мольбой в голосе попросила Наташа, глядя на меня своими бездонными глазами.

– Обещаю, – тихо выдохнула я, целуя её на прощание и вставая с качелей.

– Я тебя провожу, – засуетилась мама Ника, вставая следом за мной.

– Нет-нет, не нужно, – ответила я тоном, не терпящим возражений. – Я сама. А вы пока приведите себя в порядок и возвращайтесь на праздник.

С этими словами я подмигнула женщине и направилась в сторону ворот, целенаправленно обходя дом с другой стороны, чтобы никто не смог меня заметить. Никаких прощаний. Это добьёт меня окончательно. Тем более, боюсь, что как только я увижу Никиту, то не смогу сдержать правды. Мне и так раздирает горло желание кричать о том, что он мне не брат. О том, что теперь нет никаких преград. Но я не могу. Я обещала. Это не мой секрет, и я не в праве его озвучить. И Таня этого не заслужила. Она хорошая девушка и заслуживает счастья. Возможно, у них получится создать счастливую семью, а у нас с ним всё равно ничего не вышло бы. Это всё было несерьёзно, и он дал мне это понять, приведя Таню в дом.

Взяла чемодан, предусмотрительно оставленный у ворот, и прошмыгнула наружу, еле сдерживая слёзы. Только в такси позволила себе расслабиться, выдохнуть и позволить горячим каплям стекать по моему лицу.

Глава 35

Никита

Весь этот фарс мне порядком надоел. Счастливое лицо Тани, которую хотелось придушить, с которой не понятно на кой чёрт я связался вновь на пьяную голову. Наверное, в тот момент я считал, что поступаю правильно. Только вся моя жизнь в последнее время, сплошной антоним к этому слову.

Не осталось никакой злости или гнева по отношению к сестре. Как я и говорил, я не перестану её любить, не смотря ни на что, и это не излечить никакой Таней, Мариной, Катей, ни любой другой.

Часы. Она подарила мне часы. Как символично, учитывая ту надпись, которая на них была. Время. Как бы я хотел отмотать эти две недели назад. Но только для того, чтобы провести их вновь рядом с ней. Если бы это было возможно, то я был бы готов всю жизнь прожить, как в фильме «День сурка» возвращаясь вновь и вновь в день нашей встречи.

– Мама, где ты была? – набросился на мать, которую искал уже порядка минут десяти, оббежав весть дом вдоль и поперёк.

– Я? – как-то рассеянно пролепетала она. – С Васенькой разговаривала, чего ты так распереживался?

– Всё хорошо? – обеспокоенно спросил я, взяв маму за плечи. Такое ощущение, что она плакала.

– Всё отлично, – заверила меня мать, подарив нежную улыбку.

– А где Василиса? – опомнился я, чувствуя, как сердце сбилось с ритма.

– Как где? Уехала в аэропорт. Она что не попрощалась?

Но последних слов я уже не слышал, забыв про всё на свете, я бросился к машине, с твёрдым намерением догнать сестру. Завёл машину и стартанул с места, колёса издали оглушительный визг, и в боковое зеркало я увидел, вылетающую из ворот и размахивающую руками Таню. Плевать. На всё плевать. Сжал руль со всей силы и вдавил педаль газа в пол. Я мчался в сторону аэропорта, сам не понимая, какую цель преследую. Глаза непривычно начало щипать и мне понадобилось минуты две, чтобы понять, что это слёзы. Рассмеялся, запрокинув голову назад. Я не плакал с тех пор, как не стало папы. Никто и ничто не смогло растрогать меня за столько лет. Я летел в сторону аэропорта, и скорость начала отрезвлять мой мозг. По радио играла песня группы Нервы «Вороны», как грёбаный саундтрек к моей жизни. Зачем я это делаю? Ей же плевать. Она даже не удосужилась попрощаться со мной. Просто уехала. Так же просто, как потопталась на моих чувствах, плюнув в душу. Для чего я туда еду? Чтобы вновь увидеть холодные глаза, полные безразличия, окончательно добивая себя? С диким рёвом ударил по рулю и развернул машину в обратную сторону.

Эпилог

Василиса

Приехала в аэропорт, расплатилась за такси, достала свой багаж, прошла на стойку регистрации. Всё было, как в тумане, на автомате. Чем дальше я была от Никиты, тем больше мне казалось, что всё это дурной сон, что всё это происходило не со мной. Перед глазами пролетали кадры, как в быстрой перемотке. Аэропорт, Никита, дорога в его квартиру, знакомство с Таней, с Сашей, с тётей Наташей, наши поцелуи, ревность, совместно проведённые ночи, последний вечер откровений, всё это, будто бы не происходило в реальности.

В ушах непрерывно звучали слова его мамы: ' Никита – не родной сын Саши'. И вот он, тот ключ к свободе, к счастью, к облегчению. Но я не могу об этом ему сказать. И от этого ещё хреновее. Лучше бы, я вообще не знала этой информации. Всё это просто разрывает душу на куски, нет таких слов, которые смогли бы описать моё эмоциональное состояние. Если бы сейчас я оказалась на дороге и на меня мчалась гигантская фура, я бы даже не стала рыпаться, пытаясь избежать столкновения. Напротив, двинулась бы на встречу единственному пути избавления от всех этих терзаний.

И не было в этой истории счастливого романтического окончания, как в фильмах с хэппи эндом. Он не приехал в последний момент. Не позвонил, остановив меня от необдуманного шага. Рейс не задержали. Я просто села в самолёт и взлетела, давясь своими слезами. Через три часа я буду дома. И я вновь наблюдаю красоту ночного Сочи, но уже через иллюминатор, с высоты птичьего полёта.

Конец первой части