Текст книги "(не) Мой выбор (СИ)"

Автор книги: Настя Кравченко

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 8 страниц)

Глава 9

В раздевалке никого. Достаю телефон из своей кабинки. Наконец-то ответил. Голосовое.

«Привет, детка. У тебя все хорошо? У нас все по плану идет. Скоро все закончится, здесь. Я вышел на агента одного, Грин, из ФБР. У нас с ним договоренность. Приглядываю за ним, чтобы не соскочил, хотя мне его помощь не нужна. Но он тоже кое-что может. Посмотрим, как будет. Домой не суйся, кто бы что не говорил, оставайся в Штатах. Поняла меня, Абриль? Не суйся. Будь осторожна. Девис тебя защитит. Номер этот запомни, а телефон выброси. Мне нужно будет исчезнуть на несколько дней, но ты знай, я всегда где-то рядом. Все будет хорошо»

Ответ записываю.

«Гонсалес в своей резиденции, со всей охраной. Будьте внимательны, не рискуйте зря, хотя зачем я тебе это говорю. Ты меня все равно не будешь слушать. Маркос больше не объявлялся, сомневаюсь, что он мне доверяет. Но за мной везде копы ходят и ФБР, думаю, побоится приближаться. Береги себя. Я тебя люблю»

Телефон на кусочки разобрала, в урну швырнула. Выхожу из раздевалки и врезаюсь в Джексона. Прям в грудь его, даже назад немного отбросило.

– Ты чего тут? – Смотрю снизу вверх.

– Тебя ищу, думал, сбежала.

– Я же не под арестом. Я могу просто пойти, куда мне вздумается, – огрызаюсь.

– И все же.

– Я понимаю, ты мне не доверяешь и все такое, но я не полная идиотка, Джексон. Да и идти мне некуда. Если ты передумал, я останусь спать в дежурке.

– Пошли. Обещал же тебе помочь, я слово держу.

Вышли из больницы, идем по парковке. Я тут себя паршиво всегда чувствую. Темно, эхо – жуть.

А может, я уже паранойю словила и стала сильно мнительной?

Но бдительность не бывает излишней. По сторонам смотрю – никого. Девис тоже собран. Видно по нему. Мышцы напряжены, суровый взгляд.

В тачку его садимся. Поехали.

– Куда мы едем? – спрашиваю и на Джексона смотрю украдкой. Симпатичный.

Думаю, его мама была латиноамериканкой. Отца я видела, а этот брюнетик слишком уж темнокожий. Как я.

– Ко мне. – Удивляюсь его ответу.

– К тебе домой? – Неожиданно. Я думала, у него место какое-то тайное есть.

– Ну да. Там тебя точно никто не найдет.

– Ты один живешь?

– Ты же все обо мне знаешь, как я понял. Зачем спрашиваешь? – ехидничает. Каждая его фраза, вопрос на допрос похожи. Говорит и на мою реакцию смотрит, каждое слово анализирует. Коп проклятый.

– Может, ты уже пережил расставание с Мэри и начал с кем-то встречаться, а я не в курсе. – Нагло ему улыбаюсь, на нервах играю.

Пристальный взгляд Джексона меня пугает. Снова глянул и на дорогу.

– Откуда ты все это знаешь?

– С отцом твоим дружим, он и рассказал, – говорю и смотрю в окно. Темнеет уже.

– А честно?

– А я вообще не вру никогда. Не договариваю – может, но не вру. Это ты мне не веришь.

– Странная ты, Кира. Столько загадок, сама не путаешься в показаниях?

– Пока нет. Ты за городом живешь? – спрашиваю, потому что из города почти выехали. Да и тему бы лучше сменить, ни к чему хорошему она не приведет.

– Иногда ночую. Там тихо.

– Где там? В лесу, что ли?

– В лесу. Этот дом за мной не числится, так что тебя там точно никто не найдет. Расслабься.

– Расслаблюсь, когда представится такая возможность. Сейчас нужно быть начеку.

– Работаешь завтра?

– Да. Ты же видел, что в больнице творится.

– Видел. И ты как-то в этом замешана. – Странно. Уже без вопроса. Во всех грехах меня обвинить готов.

– Если бы я была замешана, я была бы под стражей. И ты сам это прекрасно знаешь, иначе бы ты мне не помогал.

Мы заехали в местную забегаловку на выезде, взяли еду и поехали. Полчаса, и мы прибыли на место.

Дом был действительно расположен далековато от города. Вокруг безлюдный лес.

Одноэтажные строение. Внезапно довольно уютное.

Все коммуникации имелись. Вода, свет. Генератор на случай отключения электричества. Отличное место, чтобы спрятаться ото всех.

Этот дом как музей: картины, даже рога оленя висели на стене, а еще оружие.

– Крутая винтовка, – засмотрелась я. А Джексон немного напрягся.

– Мне начинать бояться? – серьезно спросил, а меня на смех пробрало.

– Расслабься, я тебя не пристрелю.

– Хотелось бы верить.

– Можно в душ? Я весь день на ногах.

– По коридору налево твоя комната. Полотенца там есть.

Я с огромным удовольствием приняла горячий душ. Надела чистые вещи, которые прихватила с больницы. У меня в шкафчике полно одежды, бывает, я несколько дней живу в больнице, а вещи нужны.

Захожу на кухню, Джексон разговаривает по телефону. Обеспокоен. На меня снова смотрит с опаской, подозрением. Трубку положил и уставился пристальней обычного, а я на него. Не понимаю, в чем дело.

– Что-то случилось? – начинаю разговор первой.

– Да.

– Что?

– Ответишь на один вопрос? Честно, и я расскажу.

Думаю. Смотрю в эти черные глаза, от которых доверием и не пахнет. Молчу. Что же он хочет спросить?

– Задавай. Только хорошо подумай, Джексон. Я не на все твои вопросы смогу дать ответ.

– Ты работаешь на картель? – Сразу спросил, даже не подумав.

– Нет, – отвечаю честно, кажется, верит.

– Спишь с Риверо?

– Это уже второй вопрос, детектив. Но я тебе отвечу и на него. Нет, я не сплю с главой картеля. Что случилось? – спрашиваю, а у самой мандраж. Боюсь того, что он может сказать.

– Майкл Тодд был найден в своей квартире мертвым. Застрелен из своего же пистолета.

Ноющая боль снова проснулась. Сердце сжалось, дыхание перехватило. Чувствую, как руки начинают неметь от этой несправедливости.

– Это не я, – тихонько отвечаю.

– Это я знаю. Ты была в больнице. Но после того, как ты от него ушла утром, ему позвонили. Номер отследить не удалось. А потом соседи слышали выстрел, и вот – труп.

На стул сажусь. Утыкаюсь глазами в пол и обхватываю голову руками. Майкл хоть и был козлом, но больше идиотом. А я могла это предотвратить, но не сделала. Ушла просто. Дура.

Глава 10

Глаза открываю. Светло. Утро.

Но будильник еще не звонил, значит, совсем рано.

Дышать тяжело. Смотрю на живот. Рука Джексона на мне лежит. Обнял во сне.

Аккуратно убираю ее, чтобы не разбудить. На лицо смотрю. Улыбаюсь непроизвольно.

Спит. Побриться бы ему не мешало. Скоро бороду отрастит уже. Щетина густая, черная.

Губы во сне вытягивает.

Что ему снится? Глазами веду по его шее, плечу. Повязку сменить нужно, шов обработать не помешало бы.

– Маньячка, – говорит и глаза открывает. Так неожиданно, что вздрагиваю.

– Почему это?

– Ты всегда смотришь, как люди спят?

– Я не смотрела. – Отворачиваюсь от парня.

– Ну-ну. Сколько время?

Телефон беру.

– Шесть тридцать.

– Полчаса не дала доспать. – Ложится удобнее, подушку под себя подминает.

– Ну извини.

– Иди в душ. А я еще поваляюсь. – Глаза закрыл. А я встать не могу.

– Отвернись только.

– Что? – Снова глаза открывает, смотрит и ждет объяснений. Что непонятного?

– Ну закрой глаза и не открывай. На мне нет шорт. – Брови поднимает. Чуть-чуть улыбается. Непонятная реакция.

– Хорошо.

Глаза закрыл. Аккуратно из-под одеяла вылезаю и в ванную иду. Быстро.

– Трусы как трусы.

– Козел. – Поворачиваюсь, а он смотрит на меня. В улыбке расплылся.

Дверью как хлопну – дом содрогнулся.

Наглец. Нахал.

Душ приняла. Волосы в пучок наверху собрала. Вроде бы и спала, но вид уставший.

Отмахиваюсь от своего отражения. Джинсы надела, чистую майку. Домой надо попасть. Вещи закончились.

Сегодня заеду.

И где я буду ночевать сегодня? Интересно. Из ванной вышла, постель пустая. Гремит на кухне, гудит кофеварка. Проголодался.

– Ешь, и поедем, мне в участок нужно. – Недовольный с утра. Но кофе сварил и мне.

– Что-то случилось?

Уставился. Смотрит и будто в чем-то подозревает.

– А что-то должно случится?

– Не знаю, может быть.

– Подробнее не хочешь рассказать?

– Я не знаю никаких подробностей. Тебе нужно шов обработать, – тему меняю. Задолбали его подозрения.

– Потом. Ты до скольких сегодня?

– Я не знаю. У меня не график, а что попало. Сейчас приеду в больницу, посмотрю, что к чему.

– Запиши мой телефон. Напишешь, до скольких работаешь, я заберу, – спокойно так говорит. Будто обязан. А он не обязан совсем ничего. Но участие оценила.

– У меня есть твой номер.

– Точно. Я и забыл, что ты всезнайка. – Гримасу состроил. Ехидную.

И я не смогла промолчать.

– Я должна знать номер своего телохранителя.

– Телохранителя?

– Ну да. Мне еще нужно домой за вещами.

– Не стоит.

– У меня кончилась чистая одежда, – говорю громче, раз не доходит.

– Ладно, посмотрим вечером. Допивай и поехали.

– Я готова.

В больнице творился полнейший хаос. Народу тьма. Все на смене. Персонал зашивается.

Я и переодеться не успеваю, как операцию ставят. Экстренно.

Заканчиваю после обеда. Беру на себя обход. Два отделения.

В перерыве Джексону сообщение чиркаю.

«Я до шести. Но могу подождать, если нужно»

«В шесть приеду. Позвоню» – тут же ответил. Точно телохранитель.

Такой ответственный. Душка.

* * *

Обход закончила. Душ приняла прям в больнице. Последние чистые трусы откопала в шкафчике.

В машине еще есть вещи. Да мои шмотки повсюду. Собрать бы да постирать.

Еще есть… Нет.

Это уже на самый крайний случай. Соваться нельзя туда просто так. Да и Джексону логово тайное не стоит показывать.

Мало ли, вдруг что-то не так пойдет.

В холл выхожу. Стоит мой охранник. Прикид сменил. О себе позаботился. Моя теперь очередь.

В буфете еды взяли. Готовят тут неплохо. Пару салатов, картофель со стейком, печеньки мои любимые.

Часы вибрирует. Двадцать процентов заряда осталось.

Все разрядилось. Телефон еще.

Идем на парковку. Есть хочется. Живот сводит от голода.

– Куда мы поедем? – интересуюсь. Джексон что-то немногословен. Совсем затих. То расспрашивает без остановки, а тут молча идем.

– К тебе за вещами, потом в лесной домик.

– Твой телефон отследить можно? – Нужно было сразу спросить. А то и домик тот небезопасным пристанищем станет.

– Что за вопрос?

– Нормальный вопрос. Так можно?

– Нет. Мой телефон нельзя отследить. – Вот что за тон? Отец его не учил, как с девушками нужно разговаривать? Важны такой весь, аж бесит.

– Отлично.

Идем по паркингу. Эхо от голосов. А у меня сердце колотится. Дико. Кажется, выпрыгнет.

Давление в голову, в виски. Пульс в мозгу слышу. А с ним и мысли недобрые.

Приближаемся – не показалось. На выезде тачка стоит. Три, если точнее. Метров в пятидесяти от нас.

Я притормаживать начинаю. Маркос выходит вперед. Руки на стволах. Не нападают, но и не прячутся.

Джексон было к пистолету своему потянулся, но я резко лицом к нему повернулась. В глаза посмотрела умоляюще, чтобы не делал глупостей.

Если ствол достанет, нам обоим конец. Ему-то уж точно, поэтому собой и закрыла. Руки ему на грудь, ремешок от часов отрываю.

– Обними меня, – говорю шепотом.

– Что?

– Обними. Мы прощаемся. – Снова тихонько, он не понимает меня.

– Я начинаю стрелять, и бежим к запасному выходу.

– Нет, Джексон. План дерьмо. В меня не будут стрелять, а тебя тут прикончат. Я не могу так поступить с твоим отцом. Слушай меня. Обнимай говорю. – Выполняет.

Я часы из браслета достала и в бюстгальтер затолкала. Ремешок и телефон кинула Джексону в куртку, в карман.

Руками шею ему обвила. Приблизилась.

– Что дальше? – так же тихонько спрашивает и смотрит мне в глаза.

– Я пойду к ним. А ты возвращайся в больницу.

– Я…

– Не спорь. У тебя в кармане мой телефон, там нет пароля. Он привязан к часам. Найди меня, детектив Девис.

Глава 11

К Маркосу приближаюсь. Оглянулась. Джексон в лифт заходит. Двери закрылись. Уехал.

Выдыхаю свободно. На сегодня он в безопасности. А дальше что? Посмотрим, как будет.

– Ола, Маркос. – Улыбаюсь, когда приветствие выдаю.

– Не надо, Абриль. Ой, прости. Кира. Говори на своем родном языке, испанский у тебя до сих пор с акцентом. – Наглая рожа. Ухмыляется, но сам с радостью бы мне голову оторвал или пустил пулю в лоб – его метод. – Прыгай в машину, нам нужно поговорить.

– Говори. Я спешу, – отвечаю спокойно в ответ, когда подхожу совсем близко. Маркос тут же в лице поменялся.

Ну а что он хотел? Что я по собственной воле в тачку запрыгну?

Я знаю, что эта поездка в никуда, для меня.

– И куда, интересно? К копу своему? Хорошо ты устроилась.

– Куда надо, Маркос. Говори, что хотел, и я пойду.

– Никуда ты не пойдешь. Парни, в тачку ее. – Два бугая ко мне было дернулись.

Отмахиваюсь от дружков его. Рявкаю что-то и в тачку залезаю. Выбора нет.

– Куда мы едем? – спросила, как только мотор загудел.

– Телефон давай свой сюда. – Маркос спереди сидит, а дружок его – сзади. Противный такой. Мерзкий даже. Бородатый, здоровый. От него воняет потом и дешевыми сигаретами. Замутило.

– У меня нет телефона.

– Обыщи, – дружку приказал, а тот руки тянет ко мне снова.

– Только тронь, – рявкаю. – Вот, смотри, нет телефона.

Карманы куртки выворачиваю, а больше мне его и засунуть-то некуда.

– Нет у нее ничего, – перед боссом отчитывается. Голос грубый, хриплый. Точно бывший зек. Весь в тату, одну я узнала. Все помечены, как один. Головорезы, отбросы. Мясо, что в бой идет первым.

– Ты мне скажешь, где Риверо прячется? – Маркос тон понизил, добренького из себя строит.

– В гости хочешь заехать?

– Абриль, не будь дурой. Гектор мозгов лишился. – Закипает. – Он полгорода разнес. Хреначит всех без разбора. Он совсем границ не видит. Ему не покинуть страну теперь.

– Маркос, на чьей ты стороне? – спокойно спрашиваю.

– Я? – Оглянулся, и глаза прям сверкнули. – Ты серьезно? Я на стороне семьи.

– Какой семьи? – не унимаюсь. Сама ж его провоцирую.

Но этого и добиваюсь. Он не уравновешен. Далеко ему до отца. Щенок, что на цепи сидел и вдруг отвязался. Ничего ему не доверяли, но Кабрера стар уже, не вывозит. Вот сыночка и поставил на замену. Сам отсидеться решил, на передовой он больше не воин.

– Нашей. Нашей семьи. Сейчас всех арестовывать начнут. ФБР каждого тряханет, и ты в стороне уже не останешься.

– А я тут при чем?

– Гектор тебя подставил. Думаешь, никто о тебе не знает? Ты же не полная идиотка, чтобы так думать?

– Если бы ты рот свой не открывал, то никто бы не знал.

– Где Гектор, Абриль? – спрашивает уже громче. Нервы шалят у мальчишки.

– Я не знаю. – Так же спокойно в ответ и к окну отвернулась.

– После сегодняшней ночи он подписал приговор. Всем. И тебе в том числе. – Холодок по спине пробежал. Не показываю, но напряжение выдаю.

Руки в кулаки сжала, стараюсь не скрипнуть зубами. Всегда так делаю. Чертов стресс.

– Сегодняшней ночи? Что случилось сегодня?

Не ответил. Заехали на какой-то старый склад. Ехали недолго, и я пыталась следить за дорогой. Но наша беседа не дала сконцентрироваться на пути.

Свернули перед автострадой. Потом еще ехали. Если честно, понятия не имею, где я.

– Вылезай. – Снова приказ для меня.

Из машины вылезаю. Иду за Маркосом. Куда?

– Ее к стулу, она с виду тихоня. Вас двоих точно положит. Руки свяжи, – парням своим указание дал.

– Ты нормальный? – спросила, а Маркос мне улыбается. Лживую рожу его видеть не в силах. Раздражает прям. Плюнуть охота за то, что продал все, во что верил, даже семью.

Жопу свою прикрывает, сдохнуть боится. Но смерть для него неизбежна. Хотя эта мразь живучая, выкрутится.

Стул ставят посреди склада. Меня к стулу. Руки сзади стянули, не церемонясь.

Смотрю по сторонам: гиблое место. Воняет пылью и бензином.

Заброшено давно.

Маркос подходит. Важный такой. Папа его полномочиями наделил, гордится. Хотя сам – дерьмо еще то, с детства было понятно.

– Что это за показуха? Ты фильмов про гангстеров пересмотрел? Рот мне заклеить не хочешь? – смеюсь ему в рожу.

– Так ты не убежишь.

– Вас восемь человек. А я одна. Ты действительно думаешь, что я могу рыпнуться?

– С тобой нельзя расслабляться, Абриль. Я-то знаю. Рука до сих пор болит, когда дождь идет. – Руку потер свою, а я сразу ту драку вспомнила. Пищал, как девчонка, отца опозорил.

– Ты и в детстве был слабаком. Я всегда в драке побеждала, а ты только плакал.

– Заткнись лучше, – рычит. Зубы сжал. Перед подчиненными позориться ему не охота. А мне все равно. – Не провоцируй. Давай, говори, где Гектор прячется.

– Сколько Гонсалес вам платит? – снова тему меняю. Мне бы время чуток потянуть. Надеюсь, Девис младший такой же, как его отец: человек слова и действия.

Про часы думаю. Хоть бы не сели и не дай дог не завибрировали. В сиськи мне никто не полезет, Маркос не извращенец. Но если выдам себя, то мне точно конец.

– Много, Абриль. Очень много. У нас с ним работа на долгие годы. – Честно мне отвечает. А это значит, мосты сожжены. Маркос не прячется, не скрывает связь с бандами. Власть поменялась. Что-то случилось, раз не боится сученок прежнего босса.

– А Гектору это не нравилось?

– А Гектор не знал, до недавнего времени. И, как бы сказать, не разделяет он наши желания.

– И что же вы желаете?

– Не твое дело. Так где он? – Терпение у него на пределе.

– Что ночью случилось?

– А ты не в курсе?

– Нет.

– Тебе не до этого. Детектива своего ублажала, все вы бабы одинаковые. Но от тебя не ожидал, под врага легла, сука.

– Для меня враг – это ты.

– А зря. Очень зря, сестренка. Риверо сорвался. Все, что чтил, предал. Ради чего? Ради бабы. Ее уже нет столько лет, а он все не успокоится. Мстить решил. Для чего?

Глава 12

Еще не открыв глаза, чувствую больничный запах. Родной уже. Въевшийся в кожу, ноздри. Для меня запах приятный. Спокойствием отдает.

А мне спокойствия ох как не хватает.

Глаза открываю и вижу сразу его. Спасителя.

– Ну привет, – говорю хриплым голосом и немного откашливаюсь, но кашлять больно. Сразу под ребрами колит. Боль притупилась, но не ушла.

– Привет. – Расплылся в своей чудесной улыбке. Не понимаю я его. Как он может одновременно делать хитрую ухмылку и добрые глаза? Да и ладно, от одного только его вида сразу тепло на душе становится.

– И чего ты тут расселся? – спрашиваю, потирая глаза.

– Ждал, пока в себя придешь. Есть к тебе пара вопросов. – Опять копа включил, начнет расспрашивать. Не может угомониться.

– Мне нужен адвокат? – Пытаюсь присесть, морщусь – бок болит. Пока спала, не чувствовала, а сейчас прям разнылся.

– Не-а. Тебе отдых нужен. – Ну хоть на этом спасибо. Про себя. Не хочу его злить, он мне жизнь вроде как спас.

– Ребра сломаны? – уточняю с надеждой в голосе.

– Трещина. А так целы.

– Хреновый я врач, думала, сломаны.

– Крепкие, видимо.

– Недостаточно, раз трещину дали. – Я пыталась посмеяться, не вышло. Получилось что-то между хныканьем и мычанием.

В палату зашла Ирен и пристально посмотрела на меня, но потом улыбнулась.

– Очнулась?

– Привет. Я в норме. Выписывай. – Зачем-то махнула ей рукой.

– Так и знала, что про выписку сразу начнешь. Лежи. Мы тебе витаминчики прокапали. Отдыхай.

– Я есть хочу.

– Сейчас сделаем. Еще указания будут, ваше величество? – иронично произнесла коллега.

– Джексона выгони. Что он тут будет всю ночь сидеть?

– Буду. Вон тот милый диван мне так нравится. – Явный сарказм.

– Ты спать здесь собрался? – Удивленно вылупляю на него глаза.

– Охранять, мало ли.

– Ирен, выпиши, а? Ну пожалуйста? – вновь умоляю.

– Завтра к вечеру. Утром анализы повторно возьмем, и иди.

– К вечеру? А чем мне целый день заниматься? Давай я кого-нибудь прооперирую? – Растянулась в улыбке. Знаю, что откажет, но попытаться стоило.

– Смешно. Отдыхай. Я тебе сейчас ужин организую, как в лучшем ресторане. На двоих. – Подмигнула коллега и вышла.

Я лежу в люксе по меркам больницы. Для своих – суперусловия: отдельная ванная комната и палата чуть больше, а так один в один, что и обычные помещения.

– Ты серьезно собрался у меня ночевать? Езжай домой, – снова переключаюсь на Джексона.

– Мне не трудно. – Отмахнулся.

– Ты и так многое сделал. Нашел меня, освободил.

– Недостаточно быстро. Сильно тебя потрепали. – Он что, вину чувствует? Помрачнел немного, но глаза не опускает. Так и смотрит, а я почему-то смущаюсь. Не могу выдержать его пристальный взгляд.

– Так плохо выгляжу? – пытаюсь все в шутку перевести, чтобы снизить напряжение.

– Полный отстой, – засмеялся он.

– Джексон, я встану с постели и покажу тебе полный отстой.

– Угрожаешь? – сказал чуть громче и заулыбался. А я что? Флиртую?

– Естественно. Будешь молить о пощаде.

– Это мы еще посмотрим. А теперь серьезно. Маркос Кабрера? – Детектив снова стал серьезнее некуда.

– Он самый.

– Что хотел? – спрашивает будто между делом, но я-то знаю, что это не так. Ему нужны ответы.

– То же, что и все остальные. Спрашивал где Риверо. Рассказал о покушении на Луиса Гонсалеса. Ты знал об этом?

– Узнал.

– Риверо крепко досталось? – спрашиваю, а у самой ноет, только теперь не бок. Переживаю. В незнании чувствую себя отвратительно. Еще позвонить не могу со своего телефона…

– Свидетели инцидента молчат. Пятнадцать погибших. Шестеро со стороны картеля Риверо, – говорит Джексон и смотрит за моей реакцией.

– Нет больше картеля, – немного взрываюсь. Злят меня эти слова. – Риверо свернул всю свою незаконную деятельность.

– Это не точно.

– Точно, – уверенно ему заявляю.

– Тебе-то почем знать? – С подозрением.

– Все незаконное, что идет из Мексики в США, дело рук Диего Кабрера. Ну и сына его, Маркоса.

– Зачем он тогда в США приехал? Гектор?

– Мстить Гонсалесу.

– За что?

– За свою семью.

– А подробнее?

– А ты не знаешь, что случилось с его семьей? – Это все знают. И Джексон должен. Он же так интересуется жизнью Риверо, явно накопал хоть что-то.

– Знаю. И он думает, что это сделал Гонсалес?

– Гонсалес точно замешан. А еще брат Гектора, Диего. Но про брата он, может, и не знает еще.

– Ты расскажешь? – Тупой вопрос.

– Каким образом? Ты же прошерстил мой телефон. Нашел там контакт «Гектор Риверо – мой лучший друг»?

– Не нашел, – не отрицает, что в телефоне копался.

– Ну и вот.

– Как ты во все это влезла? – спрашивает и смотрит с жалостью.

– Я не выбирала, так вышло.

– И теперь на тебя охота. – Вот и вывод подъехал.

– О, Джексон, это еще не охота. Пока.

– Что ты имеешь в виду?

– Ирен нам еду несет. Хватит с меня разговоров. Голодный? – тему меняю, но знаю, что он не отстанет. И мне так хочется все рассказать. Хоть кому. Джексону можно, стоит ли только?

Поймет ли? Осудит, наверно. Он коп, а они мыслят иначе. Да и рассуждаем мы, увы, по-разному.

Не поймет.

– Очень. – Глаза загорелись. Проголодался парень.

Ирен поднос принесла, на столик поставила и вновь удалилась.

– Поможешь мне встать? Подушку поправить? – немного наезжаю на свою «сиделку».

– Да, конечно. – Подрывается коп и ко мне. Наклоняется, близко. Спину поддерживает и подушку ставит. Я крепко держусь за его плечо и восхищаюсь силою. Он немного напряжен, а мне это нравится.

Я на него глянула, а он вроде глянул на меня и посмотрел в сторону. Меня это будоражит. Чуть-чуть. Даже не знаю…

Вдруг вспомнился наш поцелуй. Я целовала его как никогда. Как последний раз в жизни. Кто знал, чем дело закончится.