Текст книги "(не) Мой выбор (СИ)"

Автор книги: Настя Кравченко

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 8 страниц)

Глава 5

– Ничего, что я без предупреждения? – Прохожу внутрь квартиры. И все мои мысли только о том, чтобы принять душ и завалиться в постель.

– Все в порядке, я рад, что ты нашла на меня время. – Только вижу его синие глаза и забываю о всех проблемах. Майкл, как антистресс, забирает всю нервозность.

– Со временем у меня совсем беда, ты же знаешь, – сглаживаю, не хочу затевать перепалку.

– Знаю, но мне мало тебя раз в неделю. – Подходит ближе, обвивает талию и прижимает к себе.

Только касаюсь его тела и растворяюсь в прикосновениях. Кожа горячая. Тело мускулистое, сильное. Мне это нужно сейчас. То, что доктор прописал.

Тянусь к губам, хочу ощутить его вкус и желание. Почувствовать тебя особенной – Майкл это умеет.

На поцелуй отвечает, смакует момент. Он обычно нежный. Страсть не его черта. Майкл, как плюшевый мишка, только с каменным прессом. Обнимет, поцелует и согреет тело и душу.

– Можно в душ? – скулю, хочется смыть всю усталость.

– Иди.

– Накормишь? – Делаю щенячий глазки.

– Как всегда.

– Ты лучший.

– Я знаю.

В душе стою, вода льется на голову, стекает по телу.

Руку стараюсь особо не мочить. Заживает.

Вымылась, вещи в машинку. В шкафу пара моих шмоток, белья целая куча. Частенько я у него после смены.

Трусики, футболка. Шорт не нашла. Да и ладно. Не за чем.

Майкл на кухне, накрыл мне. Сидит смотрит, как я лапшу уплетаю. Улыбается.

– Что ты так смотришь? – говорю с набитым ртом.

– У тебя проблемы? – О чем он? Обычно он не лезет в мою душу, рамки я четко поставила.

– С чего бы? – отнекиваюсь.

– Ты странная последнее время. Совсем отдалилась.

– Не придумывай. Все в порядке. – Пытаюсь отмахнуться. Мне не до разговоров сейчас.

– Я скучаю. – Милое личико состроил. Голову рукой подпер и пялится.

– И я. – говорю на автомате.

– Когда ты ко мне переедешь? – Снова та же песня.

– Давай мы не будем начинать этот разговор?

– Почему? – Глаза округлил. Еще больше стали, чем были. Тону в этой синей бездне.

– Не время пока. У меня на работе завал. И так кое-что…

– Расскажешь? – Любопытство его напрягать начинает. Немного.

– Нет. Это мои дела, и я с ними разберусь. – стараюсь говорить, как можно мягче. Вроде выходит.

– Вот ты всегда так. Ничего не говоришь, скрываешь что-то. Сколько мы вместе? Год. Это мои самые длительные отношения и самые странные, Кира.

– Нормальные у нас отношения. Перестань. Я устала. Ужин отпад, – тему меняю, и он не настаивает больше.

– Рад, что нравится.

– В кроватку? – Знаю, что не о том он подумает.

А я просто уснуть хочу в горячих объятиях. Прижаться к телу и погрузиться в мир грез. Чувствовать, что под защитой. Хоть это и не так.

– Ха, кто я для тебя?

– Ты тот, кто делает меня чуточку счастливее.

– Всего чуточку? – Флирт пошел.

– Капельку.

– Иди-ка сюда. – Встает и схватить пытается. С места срываюсь и убегаю. Бежать особо некуда. Квартирка маленькая. В спальню забегаю и на кровать. С ногами запрыгнула.

Майк надвигается, прыгаю на него. Подхватывает. В губы целую, он меня. На кровать повалил, прижимает сверху.

– Я соскучилась, – шепчу ему в губы.

– И я.

Поцелуями рот ему затыкаю. Знаю, что он любит разговоры всякие, а вот я не настроена на беседу. Тело напряжено, нужно расслабиться.

Футболку с себя сняла. Майкл снова целует. Глаза закрыла. Чувствую только губы его на коже. Скользящие вниз. Приятное ощущение. Но что-то со мною не то сегодня.

Шеи касается, языком. Дразнит, играет, а меня эта игра не особо заводит сегодня.

Но нужно ловить волну, пока шанс подвернулся. Думать о проблемах не время сейчас.

Руки его грудь сжимают, в такт губам сладким, а я стонами выдыхаю. Снова вдыхаю и снова стон.

Майкл такой чуткий и нежный, знает, что нравится мне, что нужно после трудного дня, а в моем случае нескольких недель.

Трусики тянет вниз, поддаюсь. Шорты стянул, а под ними он без трусов, как обычно. Свободу ценит.

Желание его завораживает, манит меня прикоснуться. Дрожать. Жаждать близости нашей.

Давно мы не виделись, соскучились и ждать нет больше сил. У него нет.

Я к тумбочке тянусь, там у него презервативы обычно лежат. Хватаю один, протягиваю.

Пара движений, и вновь ко мне наклоняется. Я снова целую его и прижимаю к себе.

Майкл нацелен. Медленно входит внутрь. Я вся в предвкушении, но знаю, что мне не хватит напора.

И почему во время секса я думаю совсем не о сексе?

Классный парень, влюбленный в меня, пытается сделать мега приятно, но все не то. И я молчу, обидеть не хочется.

Подыгрываю. Что делать: такая я вся добренькая сегодня. Да всегда.

Процесс увлекательный, но не долгий. Громко стону, имитируя кайф, Майкл тут же взрывается. Как и всегда. Рядом ложится, смотрит, улыбкой меня награждает. Такой весь милашка.

Я в ответ ему улыбаюсь. Но расслабиться не удалось в полной степени. Да и ладно, спать хочется.

Засыпаю мгновенно…

*****

Где-то неподалеку вибрация на телефоне. Не на моем. Свой выключила, только будильник должен зазвенеть.

Слышу сквозь сон, Майкл чуть слышно встает с кровати. В кухню уходит.

– Алло. Да, она здесь…

Хм. Интересное начало разговора. С постели тихонько встаю и подхожу к двери, стало лучше слышно.

– … я спрашивал. Я не могу спросить прямо. Что я ей скажу? – голос дрожит у парня.

– … я помню наш уговор. Не нужно этого делать. Я все сделаю. Я понял…

Разговор подходил к концу, и я снова ложусь в постель.

Майкл заглянул в комнату и закрылся в ванной.

Я снова открыла глаза. Фраза: «Не доверяй никому» приобрела еще больший смысл.

Больно? Немного. Но ожидаемо.

К шкафу подхожу. Джинсы надела. Сейф. Пароль набрала, зря он при мне красовался оружием.

Глава 6

– Кира…

– Заткнись, Майкл. Я буду спрашивать, а ты отвечай. – Шаг вперед делает. – Стой на месте, красавчик. – Пистолет подняла.

– Не делай глупостей, – спокойно говорит, а я уже злостью поглощена.

– Я? Мне кажется, глупость совершил ты. С кем ты разговаривал? – Майкл молчит и смотрит, захлебнувшись виной. А мне не жаль, ни сколько. – С кем ты разговаривал? – прикрикнула.

– Я не знаю, кто эти люди. Они вчера стояли у квартиры, когда я с работы пришел. Они все о тебе знают, Кира.

– Они ничего обо мне не знают, идиот. Поэтому к тебе и пришли. Что им было нужно?

– Чтобы я узнал, где ты прячешь то, что передал тебе Гектор Ривера. Кира, ты знаешь, кто он? – вся его физиономия выдавала ужас и страх.

И где же эта милая мордашка? Нет ее больше.

– Скажи им, что у меня ничего нет.

– А у тебя есть?

– Ты идиот, Майкл, полный причем. Куда ты залез? Надо было сказать, что мы расстались или еще что. Они тебе заплатили?

– Двадцать тысяч и еще двадцать после того, как все им расскажу.

– Продешевил, красавчик. Хотя я сомневаюсь, что ты получишь деньги. Я ничего не знаю.

– Кира…

– Не надо. Ты хороший парень, вот только глупый. – Вещи беру свои, ствол разряжаю. На кровать его бросила, стерев отпечатки, мало ли.

Выхожу в прихожую, Майкл за мной.

– Ты уйдешь? Вот так просто?

– Да, мне пора на работу. Всего хорошего, Майкл.

Дверью хлопаю и к машине. Теперь у меня совсем никого не осталось. Предательство за предательством. Повсюду ложь, никому нельзя верить.

Был только Майкл, и его теперь нет.

Я абсолютно одна…

Двенадцать часов на ногах, долгая операция, текущих пациентов полно. Снова сижу в машине.

На телефоне пусто. Почему не пишет? Что-то случилось? Не думаю. Что может случиться.

Выезжаю с парковки. Темнеет. Фары в глаза светят. Есть еще хочется.

По пути еды на вынос взяла. Пара кварталов и дома. Подъезжаю. В машине сижу минут пять. В телефоне новости листаю.

Тихо пока.

Дверь открываю. В дом захожу, и ужас меня обуял с ходу. Свет включаю, торможу пару секунд. Оглядываюсь.

Сейчас стало совсем не смешно. Страшно, дико, печально еще ко всему. Назад отступаю, к двери, и на улицу выхожу. От дома отхожу по инерции.

Оборачиваюсь. В надежде.

И она оправдалась. Девис дежурит у дома. Проследил от больницы, я еще у ресторана его заметила.

К тачке иду его. Спешно. Он окно открыл.

– У меня приказ…

– Можешь мой дом проверить? – Голос дрожит, по лицу читает неладное.

– Что случилось? – Брови хмурит.

– Там все перевернуто. Что мне делать? Полицию вызвать? – смотрю на него испуганно, а он больше не осуждает. Выдает порцию сочувствия.

– Идем.

К дому подходит. Пистолет достает, наготове. Я сзади иду и прячусь за его широченной спиной.

Первый этаж – все чисто. По лестнице идем наверх. Тоже все чисто. Просто бардак кругом. Шкафы перевернуты, комоды наружу.

У меня даже слезы навернулись. Хорошо Эмма этого не увидит. Ее бы удар взял. А вот меня только страх всепоглощающий.

– Это копы сделали? Обыск был? – На Джексона. Он не в курсе. Врать не умеет, считываю его за пять секунд.

– Нет, насколько я знаю.

– Насколько ты знаешь? – голос повышаю. Эмоции вышли из-под контроля. Непозволительно.

– Сейчас отцу позвоню.

Отца набрал. Разговаривает. Я на кухню иду, еду достаю. Есть сажусь.

– Ну и? – спрашиваю с набитым ртом.

– Сейчас ФБР приедут. Проверят все. Допросят.

– Супер. – Глоток чая делаю. Голодная настолько, что даже весь этот бардак не смущает.

– Знаешь, кто это может быть? – спрашивает, а я на него, как на идиота, смотрю.

– Если бы знала, сказала бы.

– Ты, смотрю, успокоилась. – На еду тычет.

– Я двенадцать часов на ногах. Из них восемь в операционной. Я просто есть хочу, – зачем оправдываюсь перед ним?

– Ясно.

– Хочешь? Я поделюсь.

– Нет, спасибо. Кофе есть?

– Конечно. Я живу на нем.

– И я. – Улыбнулся. Серьезно? Этот идиот что, подругу во мне увидел? Не время для беседы и улыбашек.

Хотя пусть улыбается. Улыбка его – бальзам на душу.

– Садись. Я сделаю. Тебе с молоком?

– И с сахаром.

– Хорошо.

ФБР приехали быстро. Все осмотрели, отпечатки взяли, везде полазили. Только и рады были, что ордер им не понадобился. В каждый шкафчик заглянули. А этот дом чист. Я же не идиотка так подставлять Эмму.

Допросили. Уехали.

– Ладно, я тоже пойду. – И снова страх. Пока в доме было полно народа, мне было спокойно. Но остаться ночевать одной – так себе удовольствие.

– Домой?

– Если бы. В тачку свою. – Недовольно.

– Останься тут. – Умоляющий взгляд.

– Тут?

– Ну да. Я тебе постелю на диване. Мне жутко одной ночевать. Пожалуйста. – последнее говорю чуть слышно. Сомневаюсь, что согласится, но попытаться стоило.

– Не думаю, что это хорошая идея. У меня приказ. – Уходить собирается.

– Джексон, пожалуйста. Мне страшно. – Оборачивается. Хмурит брови. Тяжелый вздох и соглашается.

– Ладно.

– Спасибо.

– Не за что.

Джексон сел на диван в гостиной, звонит кому-то, а я вещи начала по местам раскладывать. И за вечер не управишься. Впереди два выходных дня, нужно привести дом в порядок.

Эмма не скоро приедет, но все же. На кухне прибрала быстро, там практически ничего не разнесли.

На втором этаже – полный хаос. Даже белье мое по комнате разбросано. Извращенцы.

Собираю.

А у самой слезы близко подбираются.

То ли от усталости, то ли от беспомощности. Какие-то люди лазили по моим вещам, трогали их – мерзость.

Слышу шаги по лестнице, слезы поспешно вытираю. Отец с детства учил: «Не показывай слабость».

– Кира, можно телевизор включить? Там игра сегодня. – Добреньким стал. Разрешение спрашивает.

– Бейсбол?

Глава 7

Кофе выпила, хотела позавтракать, не вышло.

Снова работа зовет…

В машину сажусь, телефон достаю. Сообщений нет. Это странно. Сердце начинает бешено колотиться. Чувствую что-то. Что-то неладное. Господи, пусть все будет хорошо.

Подъезжаю к больнице. Слежки, кажется, нет. Почему?

Через минуту становится ясно. Паркуюсь на своем месте, 2С.

Рядом стоит машина. ФБР. Из нее вылезает агент Грин. Быстро приближается и садится в мое авто. На переднее.

– Добрый день, – выдаю язвительное приветствие.

– Здравствуй, Кира. Поговорим?

– Нет.

– Я здесь не как агент ФБР, а как твой друг.

– В гробу я видела таких друзей. – Жестко с ним. Все они сначала просят просто поговорить, а потом список обвинений вываливают.

– Это понятно. На мне нет микрофона.

В бардачок тянусь. Достаю глушилку. Дома такая не сработает, радиус у нее небольшой, а вот в машине да. Любую прослушку и диктофоны гасит.

– Говорите, – спокойно ему отвечаю. Смотрю прямо в лицо, чтобы при случае распознать его ложь.

– Я получил кое-какую информацию, и она меня, как помягче сказать, ошарашила. – Вздыхает тяжело.

– Почему?

– Потому что хочется надеяться, что наша власть чиста. Но оказалось, все не так.

– И что будете делать?

– Расследовать.

– А от меня что хотите?

– Помощи, Кира. Я получил только часть собранных файлов, хочу все.

– У меня их нет.

– Но ты знаешь, где они.

– Ваш информатор вам их не отдал? – все равно на прямую не говорю. Мало ли.

– Он занят другим. Ты же смотришь новости. В курсе, что происходит в Бостоне.

– То есть вы теперь не ловите Риверо?

– Нет.

– А вы молодец, агент Грин. Чужими руками хотите истребить Гонсалеса, его нелегальный бизнес прикрыть. А что потом? Арестуете помощника своего?

– У нас договоренность. Я позволю ему покинуть территорию США. Без обвинений и без преследования. Все, что происходит в Мексике, не мое дело.

– И я должна вам поверить, на слово? – смеюсь, чушь несет.

– Да. Я отозвал слежку. К тебе больше нет никаких вопросов. Ты свободна.

– И снова есть «но»? – Пристально уставилась, конечно же, есть. Так я и поверила, что он проникся и отпускает меня на все четыре стороны. Ага.

– В городе сейчас небезопасно, особенно для тебя. Даже Гонсалес, как мышь, спрятался в своей резиденции, всю охрану сегодня согнал. К нему не подобраться.

– Зря вы мне это рассказали. Если не страх его и погубит, то вы знаете кто.

– Я не могу тебя заставить, только попросить. Мне нужна вся информация. Все списки продажных агентов, копов. Все до последнего имени.

– Вы просите меня о невозможном. Там меня точно прикончат. А еще лучше: посадят в клетку и будут держать, но умереть не дадут. Используют для шантажа. Мексика не США, агент Грин, там другие порядки.

– Преданность никто не отменял. Твоя кровь играет огромную роль, больше, чем ты думаешь. А значит, его люди будут за тебя.

– Никто не знает обо мне, кроме самых близких. Для всех я – никто.

– Зря ты так думаешь.

– О чем вы вообще говорите? Откуда вы все знаете? – начинаю злиться. Как я могу вам доверять? Я не могу.

– Я с самого начала все знал. Но это был не только мой секрет. И ради твоей безопасности я хранил его многие годы. Но ты выросла, Кира. Пора брать на себя ответственность. Всем нам. Сегодня утром я арестовал напарника. Мы десять лет работали вместе. Вот только он работал не на ФБР. Я доберусь до каждого, кто продался.

– Вас убьют, как только вы сунете нос куда не следует.

– Не убьют. Если у меня на руках буду доказательства, которые ты мне предоставишь, а Бостон лишится Гонсалеса – убивать будет некому. Вот мой личный номер. Я всегда тебе отвечу. Забери эту флешку, и я вывезу тебя из Мексики. Я обещаю.

Я взяла бумажку с номером телефона. Грин хотел уйти, н я его остановила.

– Маркос Кабрера в городе. Он проблема. Он и его отец. Они заодно с Гонсалесом, это точно, и он тоже ищет Риверо. Если что-то пойдет не так, я буду первой, за кем он придет.

– С этим я разберусь. Если объявится, позвони.

– Хорошо.

– Будь осторожна, Кира.

– И вы.

Агент вышел из машины, а я продолжала сидеть еще какое-то время.

Мне срочно нужно поговорить с ним. Почему он молчит?

Проверила телефон. Ничего. Звоню, не отвечает.

Что делать? Что же делать?

Заступаю на смену. Травма сегодня зашивается, меня сразу же отправляют туда. Сплошные огнестрельные. Ожоги. Война в разгаре, а мы словно в полевом госпитале.

Бегу встречать скорую, все операционные заняты. Последнего оперировали прямо в травмпункте.

Едут с сопровождением, а значит, ранен полицейский. Молюсь, чтобы не увидеть знакомое лицо.

Глава 8

Ранена девушка. Молоденькая совсем. Ранение в грудь.

Парамедик тараторит. Четко информирует, пока бежим внутрь. Я на ходу пытаюсь оценить ситуацию.

– Кира, спаси ее! – Слышу знакомый голос, оглядываюсь. Джексон. Сам весь в крови.

– Ты как? – Нафига спрашиваю? Плевать мне, как он.

– Я в порядке! Спаси Люси! У нее дочка маленькая! Мы были вместе в учебке, она мой друг! – Кричит, все подряд несет в шоке. Глаза бешеные, туда-сюда мечутся.

В третью травму закатываем. Осматривать начинаю. Медсестра одежду разрезает. Кровь так и хлещет. Девушка в сознании, как ни странно. Сильная, держится.

Стонет чуть слышно, зубы жалко.

– Где доктор Льюис? – кричу в никуда. В помещении стоит гул. Суматоха, неразбериха полная. Все устали, но продолжают работать, как пчелы в улье. Быстро, слаженно.

– В операционной! – кто-то кричит мне в ответ.

– Вызовите Льюиса! – еще громче ору. Нужен он. Лучший в своем деле. Его это стихия, не моя. Я тут по ошибке, заплыла на время. Могу и не справиться, подвести.

– Он только начал. Там подросток с огнестрелом.

– Твою мать, – не сдерживаюсь, громко ругаюсь. – Готовьте операционную. – Снова говорю, медсестра рядом стоит. Катетер ставит Люси.

– Свободных нет. – И снова ответ разочаровывает. Злюсь. Думаю. В голове множество мыслей. Отвлекает голос по громкой связи. Почему я не собрана? Глубоко вдыхаю. Включаюсь. Снова думаю. Нахожу нужную мысль.

– Значит, оперируем тут. Вызовете анестезиолога, срочно. Готовьте инструменты, – раздаю персоналу распоряжения, пока зажимаю рану девушке. Молоденькая, патрульный. Двадцать пять от силы. Глаза испуганные, на меня смотрит, а я не могу слабость показать. Я врач. Мне плевать, кто на столе. Моя задача спасти жизнь.

– Ты ее тут будешь резать? – От Джексона упрек? Он мне, что ли?

– Джексон, уйди, – говорю парню. Отхожу, пока рентген делают.

– Кира! – орет.

Подхожу. За плечи беру его, вижу, он в шоке до сих пор. Визуальный контакт настраиваю. В глаза уставилась, смотрю не отрываясь.

– Смотри на меня. Смотри! – прикрикнула. Смотрит. – Я сделаю все и даже больше для твоей подруги. Слышишь? Не мешай только.

– Ладно. – Головой машет и назад отходит. Двери закрываем и приступаем.

Не знаю, сколько времени прошло. Много. Тихо стало в травме. А это значит, больница переполнена, больше скорые не принимаем.

Люси стабильна. Переводят в интенсивную терапию. Я сегодня сделала что-то невероятное, сама за себя горда. А может, ну это кардио? Пойду в травматологию.

Выхожу. Глазами по залу. Вижу Джексона. Меня увидел, подскочил.

– Все хорошо. Ее в интенсивную терапию повезли, – начинаю говорить сразу, пока он только подходит ближе.

– Будет жить? – с надеждой спрашивает. А я кайфую, когда хорошие новости сообщаю. Это, как доза обезболивающего, – сразу чувствуешь, что отпускает.

– Будет. Все будет хорошо. Она справилась.

– Спасибо. Правда спасибо. Можно к ней?

– Пока нет. Близким позвонил? – уточняю. На панике мог и не подумать.

– Муж дома с ребенком. Я ему сейчас позвоню.

– Давай. И в смотровую зайди, тебе надо руку зашить. Это что? Пуля? – замечаю рану на предплечье. Довольно серьезная, но он, думаю, и не чувствует ничего на адреналине.

– Люси рядом стояла. Два выстрела было. Один мне в руку, царапина, а вторая в нее.

– Звони мужу и вон в ту смотровую. Я зашью.

Пока Джексон по телефону разговаривает, наливаю кофе. Через пару глотков сразу становится лучше.

Как бы сейчас было здорово оказаться в своей постели. Поесть бы еще не мешало. Эмма мне после тяжелой смены всегда что-нибудь вкусненькое готовит.

Как она там? Надо бы позвонить. Я со своими делами совсем про нее забыла. Но это и к лучшему, мне так легче. Хотя бы за нее я спокойна.

– Давай я помогу тебе, – говорю и начинаю снимать футболку с детектива. Она вся в крови. Морщит лоб, когда поднимает руку. Осматриваю рану, кровь запеклась уже. Рану промыть нужно, грязная.

Шрам останется. Жаль. Красивое у Девиса тело. На груди еще пара шрамов, будто от ножа.

«Хватит разглядывать копа», – мысленно осекаю себя.

– А ты молодец, Кира.

– Почему? – спрашиваю и обрабатываю. Я бы с радостью помолчала, но детектива на разговоры потянуло.

– Подругу мою подлатала. А говорила, что не можешь.

– Я такого не говорила.

– Не заставляй меня пересказывать твой допрос.

– Любой врач сможет вытащить одну пулю. – Смотрю в глаза. Как бы мне хотелось ему довериться, он все же коп. Я не знаю его. Но слова сами льются из моего рта.

– А если ранение несерьезное, сколько времени понадобится? – пристально смотрит. Не вижу я больше осуждения во взгляде, лишь интерес. Любопытство.

– Обработать, вытащить пулю, зашить. Минут пятнадцать, – рассказываю все, как было.

– А потом можно спокойно уйти из дома.

– Еще нужно убраться, как следует, чтобы ни одной капли. Мусор выбросить. А потом да, уйти из дома, – спокойно ему отвечаю. Обработала. Обезболивающее еще не до конца подействовало, но начинаю шить. Слишком уж он разговорчивый.

– Это понятно. Но все еще неясно, зачем это делать? Рисковать своей жизнью, свободой. Для чего? – не уймется никак, а меня злить начинает его гипотетический разговор. Лезет парень, сам не зная куда, а я зачем-то ему помогаю разобраться.

– Джексон, ты с виду хороший парень. Это не твое дело, ты занимаешься наркотиками, не бандами и уж тем более не картелями. Так занимайся, не лезь куда не следует.

Отхожу к инструментам, а он меня за руку резко хватает и подтягивает ближе. Пристально смотрит, проскользнула искра жестокости. Я напряглась.

– Я не знаю почему, но мне кажется, ты не преступница. Ты спасаешь людей, я видел сегодня. Я перерыл всю твою биографию от и до. Я не понимаю, Кира, зачем ты покрываешь Риверо? Тебе заплатили? Шантажируют? Скажи мне, я помогу.

– Хм. – Ухмыляюсь. – Ты не понимаешь… – Смотрю по сторонам: никого. Но если кто-то заглянет, мы будем выглядеть странно, уж очень он близко.