Текст книги "Владимир, Сын Волка 4 (СИ)"

Автор книги: Нариман Ибрагим

сообщить о нарушении

Текущая страница: 25 (всего у книги 27 страниц)

Глава двадцать пятая
На Луну!

*СССР, РСФСР, Москва, Кремль, Большой Кремлёвский дворец, 11 июня 1993 года*

Жириновского уже ждут в зале заседаний на втором этаже – из-за того, что он принял делегацию из Народной Демократической Республики Йемен, решено, что заседание Совета обороны СССР будет проведено в БКД.

Делегация НДРЙ, как и ожидалось, привезла много подарков, с национальным колоритом – например, Владимиру вручили древнюю мамлюкскую саблю, украшенную золотом и инкрустированную бриллиантами.

Этот визит ничего не значит, потому что с Али Салемом аль-Бейдом Жириновский уже давно обо всём договорился, достигнутые соглашения остаются неизменными, и прибытие южнойеменской делегации в Москву – это лишь красивый жест для прессы.

И пока, на публику, декларируется братская дружба народов, значительная часть южнойеменской нефти передаётся СССР, на месте открываются десятки совместных предприятий, а на острове Перим, что стоит посреди Баб-эль-Мандебского пролива, строится советская военная база.

Никому из местных «игроков» такой ход не понравился, но НДРЙ в своём праве – может пускать или не пускать на свою суверенную территорию кого захочет. Да и у СССР есть надёжный предлог для размещения военной базы на Периме – борьба с пиратством.

Советский Союз не участвует в миротворческой миссии ООН в Сомали – Жириновский знает, что это заведомо бесполезно, так как местные силы слишком мотивированы и имеют сильную поддержку мирных жителей.

Войска ООН в Сомали, по мнению Сомалийского национального альянса, это враги, против которых нужно сражаться до последней капли крови.

Жириновский не стал мешать Бушу, тогда ещё президенту США, проталкивать через Совбез ООН предложение о применении военной силы.

Меньше месяца назад завершилась операция «Возвращение надежды» и началась операция «Продолжение надежды» – Бутрос-Гали пришёл к выводу, что это успех и скоро можно будет записывать в свой послужной список законченную гражданскую войну…

Но вот четверо суток назад местные боевики начали воевать против миротворцев. Наиболее тяжёлые потери понёс индийский контингент – двадцать один убитый и семьдесят четыре раненых.

Сопротивление миротворцам оказывает генерал-майор Мохамед Фарах Айдид, председатель Сомалийского национального альянса и Объединённого сомалийского конгресса. Немного иронично то, что с 1984 года по 1989 год он был послом в Индии – теперь его боевики убивают индийских миротворцев.

Жириновский держит руку на пульсе конфликта в Сомали, а также не забывает делать заявления об участившихся случаях пиратства.

Соседние страны, из-за того, что власти в Сомали, де-факто, больше нет, начали заниматься рыболовством в её территориальных водах, из-за чего сомалийские рыбаки вооружаются и выгоняют чужаков самостоятельно. Но кое-кто уже увидел в этом деле материальную выгоду, ведь можно не просто выгонять чужих рыбаков, но и забирать их лодки, в качестве материальной компенсации морального ущерба…

Бутрос-Гали воспринял новую советскую военную базу нормально – в основном потому, что ему не хочется пробуждать в Жириновском «безумного президента», но ещё и потому, что проблема пиратства имеет место и кто-то должен защищать важнейший для планеты трафик нефти через Красное море.

Американцы сейчас доминируют в Персидском заливе, поэтому генсек ООН счёл, что пустить СССР в Красное море – это нужно для баланса.

– Здравствуйте, товарищи! – воскликнул Жириновский, ворвавшись в зал заседаний.

– Здравия желаю, товарищ президент! – встав, приветствовал его маршал Язов.

Остальные члены Совета обороны тоже встали и приветствовали Владимира.

– Садитесь, – сказал им тот, усаживаясь в своё кресло во главе т-образного стола. – Нам нужно обсудить одну важнейшую вещь… Но прежде чем мы начнём, внимание на экран. Захар Иванович – включайте.

Его новый ассистент, Захар Иванович Веригин, вставил видеокассету в магнитофон.

На здоровенном экране японского ЭЛТ-телевизора, Sony Trinitron KX-45ED1, началась демонстрация видеозаписи особых испытаний.

В специальном ангаре стоит танк Т-72Б, оборудованный динамической защитой «Контакт-1».

Качество изображения на экране не идеальное, но максимальное, какое только можно получить на ЭЛТ – Жириновский уже смотрел это видео и знает, что то, что нужно, все увидят.

Пару десятков секунд ничего не происходит, а затем к камере подлетает «Оса-1», миниатюрный БПЛА, который даже нельзя назвать экспериментальным – скорее, демонстрационным.

Его разработали специально для того, чтобы показать саму возможность – возможность уничтожать танки новым способом.

– Это мини-БПЛА «Оса-1», – сообщил Жириновский всем присутствующим, поставив видео на паузу. – Вы видите продолговатый предмет под ним? Это выстрел ПГ-7В, крайне дешёвый и примитивный. На нём установлен ударный взрыватель, инициирующий подрыв гранаты при не самом сильном ударе. А теперь прошу смотреть предельно внимательно.

Он нажал «Play» на пульте и видео продолжилось.

«Оса-1» взлетела на пару метров над танком, а затем начала резкое пике, нацелившись на крышу башни. При контакте ПГ-7В с люком командира, произошёл яркий взрыв, а в защитное стекло перед камерой вонзился длинный металлический осколок.

Когда дым рассеялся, оператор снял камеру со штатива и вошёл в зону испытаний, поднялся на корпус танка и продемонстрировал результат работы «Осы-1».

В командирском люке зияет продавленное кумулятивной струёй сквозное отверстие, с оплавленными краями.

– Очевидно, что танк можно считать уничтоженным, – заявил Жириновский, вновь поставив видео на паузу. – Случись такое в боевой обстановке, члены танкового экипажа в башне были бы выведены из строя, а также была бы ненулевая вероятность детонации боекомплекта, даже несмотря на то, что он расположен почти у днища боевого отделения.

– А насколько далеко способны летать эти мини-БПЛА? – сразу же спросил генерал-полковник Диков. – И как скоро они поступят на вооружение Советской армии?

– Не о том думаете, Сергей Алексеевич! – посмотрев на него с неодобрением, произнёс Владимир. – На вооружение Советской армии что-то подобное поступит очень нескоро, потому что технологии, пока что, не позволяют освоить их серийное производство. Да и сама «Оса-1» обладает отвратительными боевыми характеристиками – наносить прицельные удары по бронетехнике удаётся только в специальных условиях.

Каждый из семи экземпляров «Осы-1» обошёлся оборонному бюджету в 1,2 миллиона рублей – изделие, в значительной степени, импортное, так как советская электроника ещё не позволяет добиться подобной компактности. Западная, к слову, тоже – конструкторам ОКБ имени Яковлева пришлось проявить изобретательность, чтобы обеспечить нужную грузоподъёмность изделия.

Максимальная дальность полёта «Осы-1» составляет около 600 метров, но на такой дистанции её никто даже не испытывал – она нужна была ради другого…

– Пока что, – отметил маршал Язов.

– Вот именно, – сказал Жириновский. – В конце концов, такие средства поражения бронетехники – это неизбежность. Даже более того! В Югославии зафиксирован случай изобретательства – наши миротворцы начинили почти исчерпавшую свой ресурс «Пчелу-1УР» взрывчаткой, оснастили её взрывчаткой и превратили в телеуправляемый одноразовый снаряд. Им удалось ударить этим БПЛА-камикадзе по опорному пункту боснийских боевиков. В результате удара уничтожено не менее двадцати единиц личного состава. То есть, идея уже витает в воздухе…

Суммарно, на «Пчелу-1УР» было загружено двадцать пять килограммов тротила и десять килограммов готовых поражающих элементов – оператор БПЛА-наблюдателя насчитал двадцать с лишним человек только убитыми, а количество раненых не поддалось подсчёту.

– К чему я всё это говорю? – задал Жириновский риторический вопрос. – А к тому, что наша бронетехника, в настоящий момент, беззащитна! И чёрт с ними, с БПЛА-камикадзе, ведь в НАТО уже принят на вооружение ПТРК BGM-71F TOW-2В, наносящий удар сверху, в наиболее уязвимую область любого вида бронетехники!

Его слова заставили всех присутствующих задуматься.

– И что вы предлагаете, Владимир Вольфович? – нахмурившись, спросил маршал Язов.

– Я предлагаю начать думать, – ответил Владимир. – Разрабатываемая КОЭП «Штора-2», по моему мнению, решительно недостаточна для защиты танков и БМП от данного вида угрозы. Нам нужно средство физического уничтожения – я предлагаю увеличить финансирование разработки следующей модификации КАЗ «Арена».

Комплекс активной защиты «Арена-Н» успешно прошёл войсковые испытания в марте этого года, причём в ходе испытаний было установлено, что он уверенно уничтожает имитаторы ПТУР TOW-2В, попадающие в диапазон скоростей фиксируемых датчиками целей.

Но вот БПЛА-камикадзе, как показал опыт испытаний «Осы-1», могут успешно поражать цели с существенно меньшей скоростью, поэтому «Арена-Н» его просто не видит.

– Возможно, вы заметили, что на танке установлен КАЗ «Арена-Н», – сказал Жириновский. – А если не заметили, то внимание на экран.

Он вновь запустил видео. Оператор перешагнул через ствол орудия и навёл камеру на элементы КАЗ, чтобы продемонстрировать, что все заряды на месте, а датчики не повреждены.

Далее он открыл люк наводчика, после чего аккуратно залез в боевое отделение и показал аппаратуру управления КАЗ «Арена-Н» – она включена и до сих пор работает.

– Причин, почему комплекс не сработал, сразу две, – произнёс Жириновский, поставив видео на паузу. – Первая – низкая скорость мини-БПЛА, а вторая – он зашёл в мёртвую зону. Эти данные уже переданы ответственным конструкторам, и они уже прорабатывают возможные решения. Но нужны деньги – нам необходимо повлиять на Верховный Совет. Это вопрос стратегической безопасности.

– Я полностью согласен с вами, Владимир Вольфович, – сказал Борис Пуго, министр внутренних дел.

– Я тоже поддерживаю, – сказал генерал-полковник Диков. – Но также считаю, что нужно интенсифицировать разработку мини-БПЛА «Оса-1» – Советской армии такие очень нужны.

– Да, – согласился с ним маршал Язов. – Мне хотелось бы увидеть тактико-технические характеристики этих мини-БПЛА – нам срочно необходимо оценить возможность внедрения чего-то подобного.

– И снова думаете не о том! – возмущённо посетовал Жириновский. – Это оружие далёкого будущего – одна «Оса-1» стоит дороже, чем два танка Т-72Б с установленными на них КАЗ «Арена-Н»!

Стоимость одного танка с КАЗ оценивается в 670 тысяч рублей – существенно дешевле, чем Т-80УД-2. Из-за этого Минобороны педалирует предложение о модернизации имеющегося парка, чтобы продлить актуальность стремительно устаревающих танков…

– Пройдёт несколько десятилетий, прежде чем подобные БПЛА станут дешёвыми и, соответственно, массовыми, – произнёс Владимир. – Но к тому моменту, когда это станет повседневной реальностью, мы уже должны иметь бронетехнику, устойчивую к новому виду вооружения.

На самом деле, у него есть лично для себя установленный порог стоимости дронов-камикадзе, после которого они начнут становиться массовыми – около 50 тысяч рублей за единицу.

Можно ведь не ограничиваться эрзац-решениями вроде выстрелов от РПГ-7, а разработать специальные боеприпасы, оптимально и надёжно уничтожающие бронетехнику.

Советские оборонные НИИ точно смогут разработать боеприпас, адаптированный под дрон-камикадзе, более лёгкий, более бронебойный, а в перспективе ещё и с электронной начинкой и датчиками.

– Но и это ещё не всё, товарищи, – сказал Жириновский и взял со стола пульт. – Смотрим дальше.

Оператор покинул зону испытаний, оставив люк наводчика открытым, и укрылся за бронестеклом.

Появилась вторая «Оса-1», отличающаяся от предыдущей тем, что на ней оборудовано устройство для сброса гранат.

Конкретно под этим образцом подвешена граната РКГ-3ЕМ, противотанковая кумулятивная граната, пробивающая примерно 220 миллиметров гомогенной стали.

«Оса-1» нависла над башней танка, на высоте не менее шести метров, а затем сбросила гранату, которая залетела точно в люк – этот приём отрабатывался несколько недель, потому что точность манёвров у мини-БПЛА низка, что требует от пользователя высокой квалификации.

Граната взорвалась в боевом отделении и зону испытаний заволокло чёрным чадом.

– Как вы видите, есть дополнительный вариант применения мини-БПЛА, – прокомментировал фрагмент Жириновский. – Против этого нам тоже нужно средство противодействия. Иначе наши танки из главных носителей огневой мощи превратятся в беззащитных жертв войны. Думайте, товарищи.

– Всё же, я считаю, что приоритет нужно дать разработке и совершенствованию мини-БПЛА, а защита от них должна быть второстепенной, – сказал пребывающий под впечатлением маршал Язов.

– Дмитрий Тимофеевич, – обратился к нему Владимир. – Вы видите оружие, а я вижу угрозу. Нам нужно позаботиться о том, чтобы наша армия была готова к встрече с чем-то подобным на поле боя. И чем раньше она будет готова, тем лучше.

Он уже давно готовит Советскую армию к войне нового типа, поэтому в перспективной бронетехнике заложен ряд решений, повышающих стойкость к поражению сверху.

Объект 1001, например, обзавёлся новой башней, крыша которой оснащена комбинированной бронёй – металлополимерная конструкция уже испытана и демонстрирует бронезащиту против кумулятивных боеприпасов, эквивалентную 450 миллиметрам гомогенной стали.

Это добавило к общей массе танка ещё 7 тонн, но это ещё не всё, ведь к этому добавляется ещё и встроенная динамическая защита «Антик», увеличивающая массу на 5,7 тонн.

Объясняется это тем, что конструкция танка позволяет обеспечить сплошное покрытие его поверхности элементами ВДЗ, потому что Объект 1001 проектируется с учётом возможности их оптимального размещения.

Конструкторы пытаются компенсировать возросшую массу применением композитных материалов – это позволило сэкономить примерно 1,5 тонны массы за счёт облегчения других узлов, без снижения прочностных характеристик.

В любом случае, танк получается тяжёлым – не менее 65 тонн.

Разработка ведётся уже чуть более года, проект полностью перечерчивали свыше двадцати трёх раз, потому что задача сверхсложная, с постоянно добавляющимися переменными.

Конструкторы рекомендовали уменьшить калибр орудия до 125 миллиметров, но Советская армия не готова идти на компромиссы и настаивает на том, чтобы на новом танке было 152-миллиметрове орудие, потому что теперь, по её мнению, это базовый минимум.

Жёсткие требования создают множество проблем, поэтому на Уралвагонзаводе очень напряжённая обстановка – настолько амбициозный проект, практически с нуля, не разрабатывался уже очень давно.

У конструкторов есть время до начала 1996 года – к этому моменту танк должен быть доведён до войсковых испытаний.

Это будут очень дорогие танки, которые, как максимум, будут произведены в количестве не более 1200 единиц, но зато Жириновский будет уверен, что они не станут лёгкими жертвами для дронов-камикадзе, как все остальные.

– Мою позицию вы услышали – надеюсь, теперь вы её разделяете, – сказал он. – Нужно убедить Верховный Совет в том, что дорожающие танки – это неизбежность.

Верховному Совету СССР сильно не нравится, впрочем, как и маршалу Язову, что Жириновский пытается нормализировать стоимость новых танков в пределах 6–8 миллионов рублей за единицу.

– А кто разработал «Осу-1»? – спросил генерал-полковник Диков, никак не желающий уняться.

– ОКБ имени Яковлева, – ответил Жириновский. – Но концепцию предложил я.

Он запатентовал изделие, взяв соавтором Николая Николаевича Долженкова – в долгосрочной перспективе это принесёт им миллионы рублей…

Таким образом, Владимир строго соблюдает «правила игры» и ни один оппозиционер, обожающий копаться в бухгалтерии, не может обвинить его в том, что он ворует государственные деньги.

Недавно список пополнили освоенные в производстве пластиковые крышки для стаканов, начавшие приносить ему по девятнадцать тысяч рублей в месяц, с перспективой роста доходности.

– Эти мини-БПЛА, в настоящий момент, бесперспективны, – повторил свой основной посыл Жириновский. – Электродвигатели слишком слабы, батареи слишком недолговечны, а электросхемы чрезмерно переусложнены – не говоря даже о том, что нам пришлось очень долго готовить оператора. В горизонте двух десятилетий всё в корне изменится, и если мы не приготовимся заранее, нам придётся спешно перестраивать инфраструктуру, срочно разрабатывать решения для противодействия «неожиданной» угрозе и заниматься иной ерундой. Вы поддержите мою инициативу?

– Да, Владимир Вольфович, – ответил майор Язов. – Нужно готовиться заранее. Если вы считаете, что такое вооружение возникнет неизбежно, то…

– Полностью поддерживаю вашу инициативу, товарищ президент, – сказал генерал-полковник Диков. – Также поддерживаю концепцию мини-БПЛА и считаю, что нам нужно двигаться в этом направлении.

– Не имею возражений против инициативы, – произнёс генерал-полковник Пуго.

Крючков до сих пор в отпуске, но он передал своё право голоса Жириновскому.

– Тогда я подготовлю подробную аналитическую записку, – сказал удовлетворённый услышанным Владимир.

*СССР, РСФСР, Москва, Кремль, Сенатский дворец, 3 июля 1993 года*

– И почему вы пришли с этим ко мне? – спросил Жириновский, сложив руки на столе.

– Это именно вы сподвигли меня на съёмки «Удивительного волшебника», – ответил Георгий Николаевич Данелия. – И я хочу поинтересоваться у вас: нет ли каких-нибудь особых условий?

– Помимо того, что уже вам передано? – уточнил Владимир.

– Да, помимо этого, – кивнув, ответил Данелия.

– Ну… – протянул задумавшийся Жириновский.

Политическое задание на «Удивительную страну Оз», продолжение крайне успешной экранизации «Удивительного волшебника из страны Оз», довольно-таки простое: изобразить генерал-капитаншу Аугусту Джинджер максимально похожей на Пиночета, отразить, что она завела в стране амазонок драконовские порядки и ранее пользовалась поддержкой Злой Ведьмы Запада, с которой дружила.

– Нет, ничего нового, – покачав головой, ответил Владимир. – Будем придерживаться уже заведённого порядка – не более одной персоналии за раз. А то обесценим посыл.

– Что ж, это хорошая новость, – сказал Данелия и улыбнулся. – Тогда у меня ещё один вопрос, Владимир Вольфович. А не могли бы вы повлиять на МВО, чтобы оно купило права на некоторые произведения Джона Рональда Руэла Толкина…

Жириновский уставился на него непроницаемым взглядом.

– Вы это всерьёз? – спросил он.

– Да! – горячо воскликнул Георгий Николаевич. – У меня есть видение экранизации повести «Хоббит или Туда и обратно», но потребуется серьёзное финансирование…

– Эх… – тяжело вздохнул Жириновский. – Что ж, я побеседую с Александром Александровичем.

В начале года он сдуру принял у себя Сергея Бондарчука, который пришёл просить повлиять на Бессмертных, который не пожелал тратить валюту на приобретение прав на экранизацию книги «Мир на Земле».

Только вот Станислав Лем, автор книги, не пожелал, чтобы её экранизировали в СССР, поэтому установил «ценовой барьер» – 950 000 долларов США.

Бессмертных на такое пойти не мог, из-за чего Бондарчук пошёл к Жириновскому.

Но и Владимир не был готов тратить такие деньги на средненькое, по его личному мнению, произведение, поэтому предложил альтернативу – купить у на всё согласного Анджея Сапковского, пребывающего сейчас в нужде, права на экранизацию сборника рассказов «Последнее желание».

Бондарчук сильно сомневался, что ему интересно экранизировать такое, но Жириновский пообещал полное материально-техническое содействие, а также привёл аргументацию о необходимости искать что-то новое и пробовать себя в новом.

В итоге, права на экранизацию «Последнего желания» были куплены за 95 000 фунтов стерлингов, чему Сапковский был очень рад – он разом существенно поправил своё материальное положение и теперь может делать, что захочет.

А о Сапковском Владимир вспомнил только потому, что Станислав Лем – это польский писатель. Воспоминания Директора сработали замысловатым образом и подкинули, почему-то, Анджея Сапковского и его Ведьмака.

Дальше Жириновский покрутил эти воспоминания в голове и вспомнил смутно, что в будущем всё это будет крайне популярно, а молодёжь будет писаться кипятком от некой игры – тогда у него появилось убеждение, что дело стоящее.

После этого он внимательно прочитал сборник «Последнее желание» и понял, что это может стать хитом.

Бондарчук провёл тщательный отбор и выбрал на роль Геральта из Ривии – Олега Янковского, на роль Йеннифер из Венгерберга – Анну Самохину, на роль Лютика – Михаила Боярского, на роль Трисс Меригольд – Елену Яковлеву, на роль Ренфри-Сорокопутки – Анну Тихонову, на роль Стрегобора – Валентина Гафта, на роль Нивеллена – Богдана Ступку, а на роль королевы Калантэ – Ларису Удовиченко.

И главным требованием Жириновского было отражение всей средневековой жестокости, которой наполнено «Последнее желание» – чтобы зритель понял, почему Геральта назвали Мясником из Блавикена, что за мир, в котором живут все эти персонажи, без прикрас, но без неуместного преуменьшения и самоцензуры.

Владимир ожидает, что должно получиться что-то прекрасное и ужасающее – ждать осталось меньше полугода, ведь съёмки близки к завершению.

Бондарчук писал ему, что надо обязательно купить права на «Меч предназначения», потому что тематика благодатная и нужно немедленно снимать продолжение, пока горячо.

– Это крайне амбициозная задача… – произнёс Жириновский, но затем нахмурился. – А то, что вы собрались экранизировать «Хоббита» как-то связано с тем, что сейчас снимает Бондарчук?

– Никоим образом, – заверил его Данелия. – Тематика «Удивительного волшебника» и «Хоббита» близка – во мне пробудился интерес к экранизации детских сказок. Признаюсь – в самом начале, когда мне только предложили саму идею экранизации книги Баума, я отнёсся к этому скептически, но вот эта щепотка политической сатиры – это определило всё. А уж неожиданно сильное влияние на Запад…

Советская экранизация «Удивительного волшебника из страны Оз», несомненно, вызвала очень мощный резонанс на Западе, который не утих до сих пор – Маргарэт Тэтчер, возмутившаяся низостью подобной выходки, лишь усилила своим действием этот резонанс.

Теперь в Великобритании многие открыто называют её Злой Ведьмой Запада, что ей очень не нравится – а уже это очень нравится Жириновскому.

– Не советую относиться к «Хоббиту» как к просто детской сказке, – покачав головой, произнёс он. – К экранизации нужно подходить с глубоким уважением к первоисточнику – все только выиграют от этого.

– Я готов поклясться, что отнесусь к этому с предельной серьёзностью и глубочайшим уважением, – заверил его Данелия.

– Что ж, вы меня убедили, Георгий Николаевич – я сделаю всё возможное, чтобы экранизация состоялась, – решил Владимир. – Но я ожидаю высшего качества картины. Денег будет выделено много, а времени будет достаточно – спрос будет соответствующим, Георгий Николаевич.

– Премного благодарен вам, Владимир Вольфович, – улыбнувшись, поблагодарил его Данелия. – Я не подведу вас.

Советская киноиндустрия уже отошла от перестроечного угара, потому что зрители пресытились социальным кино, обнажающим пороки общества, сложности межличностных взаимоотношений, а также общий упадок экономики и морали страны.

Тематика Афганской войны тоже себя исчерпала – с 1990 по нынешний год по госзаказу снято около 80 кинокартин, от боевиков и драм до мелодрам и детективов, на заявленную тематику, чего оказалось вполне достаточно, чтобы спрос начал падать.

А Жириновский серьёзно вкладывается в отрасль кино, потому что просто не может допустить культурного захвата со стороны Запада.

Для защиты от культурной экспансии требуется своя киноиндустрия, достаточно мощная, чтобы снимать сотни фильмов в год, на все допустимые тематики, на какие только имеется спрос у зрителей.

Когда дома есть своё, качеством не сильно хуже, чем у западных соседей, спрос на иностранное будет чуть меньше. Полностью перекрыть его не удастся, но доминировать на внутреннем рынке – вполне.

В настоящий момент, из-за «оттепели» Жириновского, советские кинотеатры почти непрерывно крутят массы западных фильмов, которые покупаются МВО тысячами – фильмы предыдущих десятилетий и актуальные. Всё, что раньше было запрещено, теперь стало можно – Владимир решил, что люди всё равно посмотрят, так что пусть лучше в официальном, а не в подпольном кинотеатре…

Его цель – вызвать пресыщение зрителей западной кинопродукцией, чтобы перебить пиетет и превратить их во что-то обыденное. Он ведь прекрасно знает, что чем выше средняя «насмотренность» зрителей, тем критичнее они будут относиться к западным фильмам в будущем.

Это палка о двух концах – к отечественному кино подход тоже станет более критичным, но это, в то же время, стимул для отечественной киноиндустрии становиться лучше.

– К сожалению, у меня заканчивается время, – посмотрев на часы, произнёс Владимир. – Был рад побеседовать с вами, Георгий Николаевич.

– Взаимно, Владимир Вольфович, – улыбнувшись, ответил Данелия, встав из кресла. – До свидания.

– До свидания, – попрощался с ним Жириновский.

Ему не нравится этот подход мэтров – чуть что-то не получается, сразу к президенту, чтобы посодействовал, но он вынужден мириться с этим, потому что очень хочет добиться культурной обороноспособности.

Сейчас в мировой киноиндустрии начались «тяжёлые времена»: Голливуд достиг кульминации своего развития, поэтому на Западе в прокат выходит блокбастер за блокбастером. Возможно, это второй золотой век Голливуда и дальше будет только хуже, но он выпал на 90-е годы, а тут Жириновский пытается не дать советской киноиндустрии рухнуть в бездну…

Массой Голливуд не взять, поэтому надежда только на качество. Советская школа кино всегда считалась сильной, не хуже остальных, поэтому «в наследство» Жириновскому осталась очень сильная основа, из которой может вырасти нечто крайне масштабное и очень прибыльное.

Никто не ставит перед Владимиром невыполнимых задач, вроде «догнать и перегнать Голливуд», но он поставил перед собой задачу сохранить и развить советскую киноиндустрию, чтобы 00-е годы не стали десятилетием абсолютного кинотеатрального доминирования Запада на территории Советского Союза.

«Повезло, что Сапковского удалось перехватить до того, как он стал знаменитым – его сейчас хвалят, но не более», – с удовлетворением подумал Жириновский. – «В фэнтези что-то есть – что-то успокаивающее и эскапистское, (1) как и в кино, в целом».

Неожиданно успешный в Союзе «Удивительный волшебник из страны Оз», который, изначально, позиционировался как кино для детей, но засмотренный до дыр в плёнке ещё и взрослыми, обнажил потребность советского общества в эскапизме – люди чувствуют, что их будто бы обманули.

Жириновский выполнил всё, что обещал, но Перестройка обещала шикарную жизнь, как на Западе из кино, абсолютно бесплатно и для всех, но потом Перестройка свернула куда-то не туда, превратившись во всё ту же набившую оскомину советскую стабильность, пусть и с существенными поблажками.

Тихая стабильность – это ведь тоже один из генераторов стресса…

Поделать с этим ничего нельзя, но можно смягчить – для этого Владимир и собирается использовать эскапизм.

Для этого в Бразилии, Мексике и Индии закупаются бесконечные сериалы, которые спешно локализуют, дублируют и крутят по ЦТ с утра до ночи, поэтому советские граждане начали проводить за телевизорами гораздо больше времени, чем раньше.

«Зато при длительной стабильности начинают больше рожать», – подумал Жириновский.

За 1992 год коэффициент рождаемости составил 22,6 рождений на 1000 человек, что побило рекорд 1962 года. Это напрямую связывают с его программой социально-материального поощрения материнства.

– Владимир Вольфович, к вам товарищ Штерн, – сообщила Екатерина Георгиевна через динамик селектора.

– Запускайте, – разрешил Жириновский, нажав на кнопку. – И чай с закуской, пожалуйста, принесите.

*СССР, РСФСР, Москва, Кремль, Большой Кремлёвский дворец, 29 июля 1993 года*

Владимир закрепил Золотую звезду на мундире и поправил его лацкан.

– Благодарю за доблестную службу, товарищ генерал, – сказал он.

– Служу Советскому Союзу! – браво гаркнул генерал Лев Рохлин.

Жириновский удовлетворённо кивнул и перешёл к следующему награждаемому.

Рохлин получил осколочное ранение при исполнении – произошла неожиданная стычка с подразделениями ЮНА, что уже вызвало дипломатический скандал.

Слободан Милошевич, конечно же, сразу заявил, что виноваты миротворцы, якобы обстрелявшие недавно поставленный блокпост Сухопутных войск СРЮ, но потом, когда поднялась волна международного негодования с призывами наказать Милошевича и Сербию, он сразу же попросил извинения и пообещал лично во всём разобраться.

Его мотивация понятна – он не хочет, чтобы произошёл «развод», то есть, распад Югославии, а международная миротворческая миссия ведёт именно к этому.

Это единственный возможный исход, по мнению Жириновского – уже поздно договариваться о мирном сосуществовании, потому что все пролили друг другу слишком много крови. Меньше, чем могли, но это себе в заслугу ставит Жириновский – если бы он позволил генсеку Бутросу-Гали колебаться и мешкать, эскалация достигла бы совсем другого уровня…

Югославские войска атаковали по широкому фронту, зацепив зоны контроля британцев и американцев, поэтому им тоже досталось.

Советские миротворцы понесли потери в размере двух человек убитыми и тридцати пяти человек ранеными – двоим сильно не повезло, что артиллерийские мины упали слишком близко.

Тяжёлых потерь удалось избежать благодаря противоосколочным костюмам, сделавшим смертельные осколки несмертельными, а несмертельные осколки безопасными.

Такие костюмы – это очень дорогое удовольствие, но Жириновский активно продвигает их, потому что они спасают жизни, а ещё с них ему полагаются патентные отчисления, ведь все последующие разработки исходят из его собственноручно изготовленного костюма…

Деньги ему не особо-то нужны, но он стремится заработать побольше сугубо из спортивного интереса – ну и чем больше он будет зарабатывать ежемесячно, тем больше сможет пиариться за счёт подарков детским домам и президентского фонда.

Молва разнесла «тщательно скрываемые» сведения о том, что он тратит почти все свои деньги на помощь детям, что крайне положительно влияет на его официальный образ.

Человеку, который сотни тысяч рублей, «совершенно бескорыстно» передаёт обездоленным детям, в виде подарков, новой одежды, праздничных обедов и ужинов, а также путёвок на курорты, невольно больше доверяешь – каждый прожитый день играет на его репутацию, ведь каждый день молва распространяется всё дальше.