Текст книги "Кай и Снежная Королева (СИ)"

Автор книги: Нана Орлан

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 6 страниц)

Глава тринадцатая. Разбойники и перестрелка в ночи

Снежная Королева недвижимо стояла перед зеркалом. Холодный взгляд скользил по отражению бескрайних зимних просторов. За пределами дворца бушевала вьюга, поднимая снежные вихри и закрывая всё белой пеленой. Снег устилал замерзшие озёра и леса, превращая мир в безмолвное царство холода.

Королева провела ладонью по гладкой поверхности зеркала, вглядываясь в его глубины в поисках знакомого силуэта – мужчины с алым шарфом, которого она так долго преследовала. Однако его нигде не было. С тех пор как он исчез у бурной реки, она больше не могла уловить его след.

Бледные губы чуть дрогнули. В груди, там, где должно было биться сердце, вдруг вспыхнуло что-то чуждое – острое, по самой середине груди прошла невидимая трещина. Было ли это разочарование? Или печаль? Нет, эти чувства были ей чужды и выбивали из привычного равновесия.

Она медленно отступила от зеркала и направилась в тронный зал. Шаги почти не издавали звука на ледяных плитах пола. Дворец, безупречный и сверкающий, казался сейчас особенно пустым. Холодные коридоры, мерцающие кристальные люстры, резные ледяные колонны – покой и власть, что раньше наполняли её, теперь казались лишёнными смысла.

Королева двигалась неспешно, не испытывая привычного азарта. Мысли снова и снова возвращались к мужчине, которого она хотела подчинить своему волшебству: ярко-голубые глаза, полные решимости, взгляд, исполненный вызова... И тот алый шарф – единственная живая искра посреди этого застывшего царства. Он исчез. Возможно, снег забрал его навсегда.

Она должна радоваться. Должна ликовать, ведь теперь никто не противостоял ей. Но вместо удовлетворения сердце сковало странное беспокойство, а в груди разлилась предательская, обжигающая теплота, от которой хотелось сжаться в комок. Вместо триумфа пришла пустота, а в душе поселилась тяжесть.

В тронном зале она опустилась на ледяной трон, позволяя льду обжечь кожу. Кристально чистая поверхность сияла, но теперь этот свет казался ей слишком ярким, слишком резким. Она вздохнула и склонила голову, опираясь рукой на висок.

Её окружала звенящая тишина. Когда-то она приносила покой, словно нежный зимний ветер, но теперь казалась давящей и чужой.

Королева закрыла глаза. В её мире не было места слабости, но почему-то этот миг тишины изменил её больше, чем все метели, что она создавала веками.

Пока Снежная Королева оставалась запертой в своих морозных чертогах, Сердце билось где-то в горле, перекрикивая стук копыт, в груди липким холодом сжимался страх, но он упрямо смотрел туда, где за вершинами гор, среди вечных снегов, прятался её замок. Чего бы это ни стоило, он должен был добраться до неё.

Под ним рвался вперёд вороной жеребец. Мощные копыта били по дороге, взметая золотистые и багряные завитки осеннего леса, который постепенно сменялся каменистыми горными тропами. Грива развевалась на ветру, как и алый шарф Кая, который, словно пламя, вспыхивал в лунном свете.

– Но-но... – подгонял он скакуна, сильнее натягивая поводья.

За спиной гремел приближающийся топот – преследователи не отставали. За спиной гремел приближающийся топот. Первые выстрелы разорвали тишину – пуля сорвала кору с ближайшего вяза. Где-то в небе взметнулись вспугнутые птицы, но Кай не мог позволить себе оглянуться.

Он пронёсся мимо реки, в чьей тёмной глади на мгновение отразился его силуэт – стремительный, окружённый алым всполохом шарфа. Проехав по каменному мосту, он краем глаза заметил, как стражники приближаются – их тени вытягиваются, сливаясь с ночью.

Кай пронёсся мимо реки, промчался по каменному мосту, и тут же воздух рассёк резкий свист. Второй выстрел. Конь дёрнулся, почувствовав страх всадника, его дыхание стало рваным, тяжёлым.

– Ещё немного, дружок, – хрипло выдохнул он, прижимаясь к горячей шее. – Только немного...

Кай чувствовал, как дрожат под тёмной шкурой взмыленные мускулы. Сжал зубы. Мысли метались, стараясь найти путь к спасению: «Только не оглядываться. Сбросить их у оврага. Любой ценой уйти от неё, из-под её проклятой власти».

Третий выстрел прозвучал глухо и страшно. Вороной конь резко дёрнулся всем телом. Пронзительное ржание, полное боли, разлетелось по ущелью. Сильные ноги подкосились. Кая качнуло, он судорожно вцепился в лук седла, но инерция оказалась сильнее.

Конь сделал несколько неуверенных шагов вперёд и рухнул наземь, увлекая всадника за собой. Всё произошло в одно мгновение: ветер в ушах, всполохи пыли, шорох сухих листьев, удар. Кай кубарем покатился по дороге, чувствуя, как жёсткий каменистый грунт царапает ладони, как воздух с силой выбивает из груди дыхание.

Оглушённый, он застонал и, пересилив тошноту, приподнялся на локти. Голова кружилась, перед глазами всё плыло, но он разглядел, как к нему несутся преследователи. Копыта тяжело били по земле, а в лунном свете сверкали мечи.

Стражники резко осадили взмыленных коней. Один из них – невысокий мужчина с шрамом на суровом лице – первым спешился. Он подошёл к упавшему жеребцу. Чёрный бок животного вздрагивал в предсмертных судорогах, из раны медленно струился тонкий, железный запах. Стражник молча посмотрел на раненное животное, затем медленно поднял голову и перевёл тяжёлый взгляд на беглеца, кладя руку на рукоять меча.

Кай попытался отползти в сторону, в спасительную темноту леса, но голос стражника заставил замереть.

Глава четырнадцатая. Город высеченный в скале

Кай неспешно двигался сквозь тёмный лес вслед за небольшой группой, освещённой лишь слабым светом факела, пляшущего в ночной прохладе. Огненные отблески то появлялись, то исчезали среди деревьев, создавая причудливые тени. Высокие стволы окутывал туман, и каждый шорох казался шагом невидимого преследователя.

Кай шёл среди разбойников, осторожно ступая по покрытой влажной листвой земле. Сапоги почти не издавали звуков, но в висках стучало. Мысли не давали покоя: «Кто они? Почему спасли? Не новая ли это ловушка? И как теперь идти на север?»

Вскоре группа достигла небольшой расщелины в скалах. Сначала это казалось просто тёмным пятном среди каменных глыб, но, подойдя ближе, Кай понял – это вход в пещеру. Едва заметные тени зверей скользнули среди деревьев, и всё вдруг замерло. Кай, чувствуя тревогу, инстинктивно тоже остановился, стараясь не издать ни звука.

Этот зов растворился в ночи, но спустя мгновение из глубины пещеры донеслось движение. На пороге показался человек с факелом. Пламя заиграло на камнях, отбрасывая колеблющиеся тени. Он поднял факел повыше и слегка помахал им.

– Всё в порядке, друзья, – негромко, но уверенно проговорила Разбойница, и её голос прозвучал тепло, как если бы они вернулись домой.

Группа двинулась дальше. Кай поспешил следовать за ними, стараясь не отставать. Когда они приблизились к входу в пещеру, из тени выступила девушка. Она была моложе остальных, с резкими чертами лица и колючим взглядом. В руках держала тяжёлую дубину, и её пальцы чуть крепче сжали рукоять, когда она заметила незнакомца.

– А это кто таков? – её голос был резким, подозрительным.

Коренастый мужчина, шедший позади Кая, лениво бросил:

– Спроси у нашей атаманши, это она приютила этого бедолагу.

Он прошёл мимо, небрежно задев Кая плечом. Тот лишь крепче сжал губы, но промолчал.

– Спасла его от стражников Принцессы, – пояснила Разбойница, качнув головой и бросив в сторону Кая лукавый взгляд.

В её голосе прозвучала некая насмешливость, но не злая, а скорее игривая. Она протянула руку и легко приобняла его за плечи, улыбаясь.

– Хотя, если за ним так охотились…

Она на мгновение замолчала, а потом с лёгкой усмешкой добавила:

– В наших руках очень ценная добыча.

Плечи Кая заметно напряглись.

Разбойница на мгновение замолчала, а потом громко, искренне рассмеялась.

– Да ладно, не бойся. Шучу я.

Эти слова ему совсем не понравились, но в голосе девушки не было настоящей угрозы. Скорее, она просто забавлялась, играя с ситуацией.

Но та, что стояла у входа, не разделяла лёгкости главаря. Девчонка шагнула вперёд, преграждая путь, и сильнее сжала дубину. Её глаза сузились. Во взгляде читалось недоверие, даже настороженность. Кай встретился с её взглядом и понял: здесь ему ещё предстоит заслужить право остаться.

Он аккуратно, но уверенно отстранился от Разбойницы, стараясь сохранить между ними некую границу.

– Спасибо большое, что вы меня спасли, – его голос звучал спокойно, но в нём сквозило напряжение. – Но я держу путь на север. В поисках Снежной Королевы.

На мгновение в пещере повисла тишина. Разбойники изумлённо переглянулись, и даже те, кто до этого не проявлял особого интереса к чужаку, теперь развернулись в его сторону. Разбойница чуть прищурилась, словно пытаясь понять, не шутит ли он.

– Та сдалась она тебе? – неожиданно хмыкнул коренастый мужчина, сложив руки на груди.

– Да он ещё и умом тронулся, – проговорил другой разбойник, его голос был хриплым, будто выжженным крепким алкоголем и дымом.

Кай нахмурился, но не стал сразу отвечать. Вместо этого он перевёл взгляд на Разбойницу. Рыжеволосая девушка наблюдала за ним с явным интересом. Затем, пожав плечами, она шагнула вперёд, грациозно, словно кошка.

– Ну чего вы, парни? – с лёгкой насмешкой произнесла она. – Если ему надо, то почему не помочь человеку?

Кай с удивлением посмотрел на неё. За всё время своего путешествия он привык к насмешкам, презрению и подозрениям. Он не ждал от этих людей дружелюбия, не говоря уже о предложении помощи. И вдруг вот так – просто, без допросов и условий.

– Говорил же, надо было его сразу пристрелить, – прохрипел один из разбойников, косясь на Кая.

– Заткнись, Хромой, – огрызнулась Разбойница, бросив в его сторону насмешливый взгляд.

Но вдруг пещера наполнилась смехом. Кто-то хлопнул приятеля по плечу, кто-то махнул рукой, а кто-то просто рассмеялся в голос. Кай замер, не понимая, что происходит. Но этот шумный, слегка грубый смех не вызывал у него страха. Напротив, он ощущал странное, незнакомое тепло, словно попал не в логово разбойников, а в место, где люди держатся друг за друга.

Они двинулись вглубь пещеры. Кай старался держаться рядом с Разбойницей – словно она стала его якорем в этом хаосе. Но стоило им пройти ещё несколько шагов, как он замедлил шаг.

Перед ним раскинулся целый город, уходящий вглубь и ввысь, высеченный прямо в сердце скалы. На самом дне этого рукотворного ущелья располагалась просторная площадь. Там бушевал огромный костёр; его искры улетали высоко к невидимому своду, тая в темноте. Вокруг огня копошились люди: глухо звенело железо – кто-то чинил снаряжение, слышался негромкий гул голосов, кто-то молча грел ладони у пламени.

Глава пятнадцатая. Кай и Разбойница спасают зверей

Браконьеры пробирались сквозь тёмный лес, ломая ветки и с силой отталкивая густые заросли. Их шаги становились всё тяжелее, дыхание – чаще.

Наконец впереди показалась небольшая поляна, освещённая бледным лунным светом. Один из мужчин – высокий, с шрамом через всю щеку – выдохнул, сбрасывая ношу:

– Всё, хватит. Я устал.

С этими словами он плюхнулся на поваленное бревно. Сухие ветки хрустнули под его весом. Остальные переглянулись, а затем один из них – невысокий, коренастый – огляделся по сторонам. В лесу стояла тишина; казалось, даже воздух стал неподвижным, наблюдая за непрошеными гостями.

– Давайте тут устроим привал, – наконец решил он, сбрасывая с плеча охотничью торбу.

Браконьеры зашевелились, собирая сухие листья и ветки. Через мгновение в центре поляны вспыхнул костёр, с треском пожирая принесённую древесину. Тёплый свет озарил их грубые лица и блеснул на металлических решётках клеток, поставленных рядом. Животные внутри сидели настороженно, а связанный олень, привязанный к ближайшему дереву, дёргал головой и рвался вперёд, но спутанные ноги не давали ему бежать.

Худой браконьер с бегающими глазами вдруг резко замер, наклонив голову. Лицо напряглось, и он медленно перевёл взгляд в сторону густой чащи.

– Вы слышали? – его голос прозвучал настороженно. Тот, что сидел на бревне, отмахнулся:

– Да успокойся ты. Кто нас тут найдёт?

– Я пойду проверю, – пробормотал худой, уже делая шаг в темноту. Толстый, самый громогласный из компании, фыркнул и хохотнул:

– Если хочешь справить нужду, так и скажи! Не пугай.

У костра раздался общий смех, однако худой не обратил на это внимания. Он шагнул в чащу, напряжённо вслушиваясь в каждый шорох.

Над головой скрипели сухие кроны. Где-то над головой пролетела птица, далеко в глубине леса завыл одинокий волк.

Мужчина медленно продвигался вперёд, ступая так, чтобы не хрустнуть веткой. Но вдруг краем глаза он уловил движение, и прежде чем он успел среагировать, чья-то ловкая рука сомкнулась на шее.

Кай, спрятавшийся за кустами, не мог отвести взгляд от Разбойницы. Она скользнула бесшумно, словно дым, и уложила врага на землю. Её движения были быстрыми и точными, глаза потемнели, а на губах мелькнула озорная улыбка.

Она подмигнула ему, а затем вновь сосредоточилась на наблюдении за оставшимися у костра. Кай почувствовал, как сердце колотится в груди – он ещё никогда не встречал такой женщины. Ночь продолжала таить в себе опасность, но рядом с ней эта опасность оборачивалась чем-то волнующим.

– Нападаем? – голос Разбойницы прозвучал едва слышно, но Кай уловил, как он дрогнул.

Покачал головой и схватил её за руку:

– Хоть их и уменьшилось на одного, нас всё равно вдвое меньше. Давай окружим их с разных сторон.

Разбойница кивнула, и в её взгляде мелькнул огонёк. Бесшумно, растворяясь в темноте, они начали рассеиваться по сторонам, скрываясь за деревьями.

У костра один из браконьеров – коренастый мужчина с густой бородой – огляделся, нахмурившись:

– А где тот, худой?

Компаньоны переглянулись, но никто не мог ответить. Повисла тревожная тишина.

– Да брось, – протянул тот, что сидел на бревне, лениво потягиваясь. – Наверное, отлить отошёл. Сейчас вернётся.

С этими словами он поднялся и направился в чащу, небрежно шагая по хрустящим листьям.

– Да всё нормально, видимо напал по…

Фраза оборвалась резким хлопком. Грянул выстрел, и мужчина осел на траву.

Остальные вздрогнули, застыли. Кто-то судорожно схватился за ружьё.

– Засада! – выкрикнул один, но не успел закончить – второй выстрел, и ещё один браконьер повалился наземь, хватаясь за грудь.

Самый младший из них, испуганный и дрожащий, рванул с места, бросив товарищей и даже добычу. Его ноги едва не заплетались, но страх гнал его вперёд.

– Свалил, гад! – прошипел последний оставшийся браконьер, сплюнул в костёр и сжал ружьё.

Рывком поднеся оружие к плечу, он начал палить в сторону, откуда доносились выстрелы. Пуля ударила в дерево в сантиметре от головы Кая, осыпав его корой. Пули пробивали листву, ломали ветки, но стрелявший даже не знал, попадает ли он в цель. В его руках дрожала винтовка.

Щёлк. Патроны кончились.

Мужчина поспешно схватил патронташ, трясущимися пальцами вытащил боеприпасы и начал перезаряжать. Но вдруг за его спиной раздался хруст. Он резко развернулся, но не успел даже поднять ружьё – удар прикладом обрушился ему на висок. Он рухнул без сознания.

Кай тяжело выдохнул, сжимая винтовку. Руки немного дрожали, сердце бешено стучало в груди.

– Ты в порядке?! – он тревожно крикнул в темноту.

Сначала ответом ему была тишина. Но вдруг сзади раздался негромкий голос:

– А ты переживаешь за меня?

Кай дёрнулся от неожиданности, резко развернулся, направив ружьё в сторону звука. И тут же услышал тихое хихиканье.

Глава шестнадцатая. Кай мчит на север

Колючий ветер хлестал по лицу, оставляя на щеках обжигающий ледяной след. Веки наливаться свинцовой тяжестью. Кай натянул шарф повыше, но мороз всё равно находил лазейки, проникая под одежду, к самой коже. Он крепче вцепился в густой мех, надеясь удержать последнее, жалкое тепло. Зверь под ним не сбавлял шаг, упорно продавливая наст. Их дыхание клубилось паром в морозном воздухе, сливаясь с танцующими хлопьями снега.

Где-то сбоку мелькнула тень. Кай резко повернул голову. Сквозь слепящую пелену он увидел стаю диких оленей – их стройные силуэты стремительно неслись по равнине, почти сливаясь с белизной снега. Впереди, чуть в стороне, бежала крупная важенка со сломанным рогом.

Кай перевёл взгляд на своего спутника, ожидая, что тот рванётся к ним. Но олень даже не дрогнул. Он видел своих, чувствовал их зов, но продолжал держать курс, верный данному человеку обещанию.

В груди Кая болезненно сжалось. Это был его дом. Но он уже сделал свой выбор.

Он медленно наклонился, прижимаясь к горячей, пахнущей мхом и потом спине, и тихо выдохнул:

– Спасибо, дружище. Скоро ты вернёшься к ним.

Кай нащупал в жёсткие ремни – грубую сбрую, оставленную браконьерами. Кожа въелась в мех, но держалась крепко.

Олень коротко фыркнул и встряхнул рогами, отбрасывая пряди снега. Кай невольно улыбнулся.

Небо впереди упало на горизонт. Тёмные тучи ползли по тундре, а порывы ветра стали такими жёсткими, что норовили сбросить их с курса. Но они мчались вперёд, навстречу буре.

Вдруг зверь резко осадил, настороженно вытянув шею. Кай сжался, всматриваясь в мглу. Перед ними раскинулось замёрзшее устье реки. Снега здесь было мало – ветер сдул его, обнажив чёрный, ноздреватый лёд. Откуда-то снизу доносился глухой, тревожный гул.

Кай пересохшим горлом сглотнул. Лёд казался тонким, покрытым сетью белых трещин. Он судорожно осмотрелся: по обеим сторонам простиралась лишь бескрайняя, беспощадная тундра. Пурга сгущалась, загоняя их в капкан.

Олень тихо сопел, перебирая копытами по насту, и вдруг, не дождавшись команды, ступил на лёд.

– Эй, погоди! – Кай инстинктивно дёрнул поводья. Зверь недовольно мотнул головой, но назад не отступил. Он ступал осторожно, словно прощупывая толщу лапами.

– Ты уверен? – голос Кая предательски дрогнул.

Олень лишь сильнее ухнул грудью, разрывая ветер, и сделал ещё один шаг. Лёд предательски хрустнул. Кай зажмурился, вжимаясь в спину животному: выбора не было. Остаётся только довериться зверю.

Под копытами раздавался тошнотворный, нарастающий скрип. Ветер вылил в уши, кружа снег удушливой стеной. Снежная пелена стала настолько плотной, что мир вокруг просто исчез. Они были совсем одни, крошечные чёрные точки над холодной бездной.

Кай прищурился, вглядываясь в мглу. И вдруг снизу, из-под ног, пришёл звук – низкий, утробный вздох. Будто кто-то огромный пошевелился в глубине.

Олень дёрнулся, но было поздно. Лёд под ним не треснул – он рухнул.

Кай даже не успел крикнуть. Мир перевернулся: серое небо ушло вниз, чёрная вода сомкнулась над головой. Холод ударил так, что в груди перехватило дыхание – не боль, а именно удар, от которого отказывали мышцы. Ледяные иглы впились в кожу, в лёгкие, в самые кости.

Паника, дикая и слепая, рванулась вверх. Но тело Кая действовало быстрее мысли: руки сами нашли кромку льда, пальцы впились в скользкий край. Мокрые рукавицы соскальзывали, ногти ломались, но он рванулся вверх, выгнул спину – и лёд с хрустом подался, выпуская его на поверхность.

Кай жадно глотнул воздуха, захлёбываясь. Мороз обжёг лёгкие, как раскалённое железо. Он перекатился на спину, судорожно вдыхая, и только тут услышал плеск и отчаянное фырканье.

– Рогатый!

Олень барахтался в проруби в нескольких шагах. Вода уже схватывала его шкуру коркой льда, копыта беспомощно скребли по гладкому краю. Животное било головой, пытаясь зацепиться, но каждый раз соскальзывало обратно.

Кай подполз на четвереньках – лёд угрожающе заскрипел под ним. Дотянуться до шеи он не мог. Тогда он лёг плашмя, раскинув руки, чтобы распределить вес, и протянул оленю предплечье.

– Сюда! Давай, дружище, давай! – голос его срывался на хрип.

Зверь метнул на него дикие, белёсые от страха глаза и рванулся. Кай почувствовал, как тяжёлая мокрая голова с рогами ударилась в грудь, как копыта заскребли по пальто, ища опору. Лёд под ними застонал. Ещё секунда – и они уйдут вместе.

– Давай же! – Кай уперся ногами в край проруби и дёрнул изо всех сил.

Олень издал короткий, почти человеческий стон – и вылетел на лёд, волоча за собой Кая. Они оба откатились подальше от кромки, тяжело дыша, слипшиеся от воды и снега.

Животное медленно поднялось. Тряхнулось – и ледяные капли полетели во все стороны. Потом развернулось к Каю. Тот всё ещё лежал, не в силах шевельнуться: дрожь била его так, что зубы выбивали дробь, а пальцы не слушались.

Олень шагнул ближе. Наклонил голову, обнюхал мокрое лицо тёплым, пахнущим мхом дыханием. Фыркнул прямо в ухо – коротко, нетерпеливо. И ударил передним копытом по насту.

Кай слабо усмехнулся, скривившись от боли в одеревеневших губах.