355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Надежда Олешкевич » Алисандра. Трилогия (СИ) » Текст книги (страница 3)
Алисандра. Трилогия (СИ)
  • Текст добавлен: 1 мая 2022, 15:00

Текст книги "Алисандра. Трилогия (СИ)"


Автор книги: Надежда Олешкевич



сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 36 страниц) [доступный отрывок для чтения: 13 страниц]

Глава 4

 Я ненавижу, когда надо мной надсмехаются. Мне встречались люди, которые любят унижать остальных лишь потому, что имеют козырь в рукаве. И вот оказалось, Миссуния одна их таких.

Она специально подсунула вместо каши червяков, забавлялась моими поисками пропавшей двери и посмеялась над стремлением попасть в город – одна туда сходила за покупками.

А теперь бабка встала возле вновь появившегося выхода и ждала, пока я подойду к ней. Где-то там старуха собиралась принести меня в жертву ради дурацких экспериментов. Но кто сказал, что я поддамся?

Хоть руки похолодели, внутри все замерло, конечности не хотели шевелиться, я все равно поднялась и сделала, как она того желала. Выйдя на улицу, мне с трудом удалось сразу же не пуститься в бег. Но я вовремя спохватилась, рассчитывая улучить более подходящий момент.

На улице моросил дождик. Я подставила лицо под его теплые капли. Хотелось, чтобы он смыл все негативное, так и липнущее ко мне последние пару дней. Но сколько те не ударялись о кожу, лучше не становилось.

В темноте, сквозь полупрозрачную завесу дождя с трудом различалась окрестность. Совсем недавно – вроде бы два дня назад – я пришла сюда сама, но ничего знакомого сейчас не заметила. Тогда меня слишком поглотили мысли о родителях. И сейчас я чуть было не впала в уныние.

– Чего встала? – подтолкнули меня сзади. – Пошли.

Кроссовки быстро промокли, проваливаясь в мягкую траву. Волосы спустя пару минут начали прилипать к лицу. Была бы резинка, то завязала бы их в высокий хвост. Но я потеряла ту еще до прихода сюда. Тело окончательно продрогло. И хоть дождь был теплым, это не помогало согреться.

Миссуния бодро шагала в самую редкую часть леса. В руках у нее было пару склянок, на плече – большая сумка, а на голове – капюшон от длинного плаща.

Он уменьшал обзор старухе, что вселяло надежду на скорый побег. Я внимательно всматривалась в каждый куст. Пыталась различить через мокрую завесу наилучший путь. Вот только деревьев в этой части леса оказалось мало. Пойди мы другой дорогой, то и возможности быстро скрыться было бы больше.

С каждым новым шагом моя траектория движения отдалялась от бабки. Почти случайно я начала идти по более высокой траве, ведь никто не запрещает. И так было ближе к вон тем зарослям, возле которых мы должны вскоре пройти.

– Не задерживайся, – обернулась ко мне Миссуния. – И иди передо мной.

Вот мерзкая гадина! И как теперь?

Мне совсем немного оставалось до спасительных растений. Но пришлось двигаться спереди. Пару раз появлялась мысль оглушить старуху, но в памяти сразу вставала зеленая дымка, сковывающая любое движение. Теперь она казалась ненастоящей, обычным видение, помутнением рассудка. Магии ведь не существует.

Вскоре мы подошли к каким-то развалинам. От одного их вида меня бросило в холодный пот. Из земли торчали вытянутые камни, образуя полукруг. Дальние были очень высокими, ближе к середине их собратья становились все меньше и меньше. В центре виднелась плита, на полметра возвышающаяся над землей. Держалась та на цепях, идущих от каждого камня из того полукруга.

Только сейчас я полностью поверила, что меня собираются принести в жертву. До последнего теплилась надежда о лучшем исходе. Хотелось бы, чтобы старуха оказалась все-таки нормальной, не двинутой, без этих наклонностей.

Миссуния начала расставлять свечи и зажигать их. А под дождем те не гасли. Наоборот, они без проблем горели, как в нормальной обстановке.

Вот он, шанс!

И я побежала. Неслась так, словно за мной гонится свора бешеных псов. По лицу били ветки, из ниоткуда появлялись кусты. А перед глазами было только дерево, за которым я планировала спрятаться. Мне удалось добраться до него, чуть ли не падая при повороте.

С непривычки после быстрого бега я рвано хватала ртом воздух. Спустя пару коротких секунд в поле моего зрения попалось другое дерево, не менее широкое, к которому я и направилась.

Волосы мешали, одежда прилипла к телу, а за спиной ощущался леденящий холод. Он напоминал, на что способна салатовая полупрозрачная дымка, заставлял бежать быстрее, не останавливаться, не оборачиваться. Вперед, в темноту, сквозь нити дождя, разбрызгивая во все стороны образовавшиеся лужи. Я не смотрела под ноги, из-за чего и зацепилась за торчащий корень, кубарем скатываясь в неглубокую яму. Мне с трудом удалось поднялась на ноги, после чего сразу же появился сковывающий холод.

Тело окутала салатовая дымка, блестящая намного ярче, чем в том доме. Меня как обычную вещь подняли в воздух и начали возвращать обратно. А там, в конце пути, стояла старуха, с грозным видом встречающая меня.

– Куда это ты собралась? – спросила Миссуния, когда опустила свою руку, позволяя упасть у ее ног.

– В туалет, – прохрипела я, окончательно лишившись возможности нормально дышать.

Легкие горели от быстрого бега, на теле до сих пор ощущались отпечатки замораживающего нутро прикосновения.

– Дальше сама пойдешь или помочь? – она наклонилась ко мне.

– Сама, – прошептала я.

К руинам вернулись мы быстро, хоть убежала я довольно далеко. Весь путь корила себя, ведь не упади, не зацепись за корень, то все бы получилось. А теперь…

Неужели мне на самом деле придется стать жертвой? Разве есть возможность что-то противопоставить непонятной дымке? Оказывается, после нескольких неудач очень легко опустить руки. Я сдалась, окончательно теряя всякое желание бороться.

Значит, череда неудач сегодня завершится. Все равно на белом свете больше никого нет. Ни друзей, ни родных. Возможно, старуха лишь уколет мой палец и возьмет каплю крови. Но если верить той книге, она зайдет намного дальше, отправляя меня к родителям.

Я села на качающуюся плиту, по углам которой уже стояли свечи. Мне не хотелось ставить точку прямо здесь и сейчас. Но разве я что-то могу?

Мне хотелось пить, есть, спать, убежать, согреться, высохнуть. Ни одно из желаний удовлетворить не удастся.

Хотя…

Я заметила бутылку с водой и принялась жадно пить. Но она не помогла справиться с жаждой. Во рту появилась вязкость, горло сковало, желудок жалобно заурчал. Я удивленно посмотрела на странную прозрачную жидкость, а затем поставила ее обратно.

Мне ничего не оставалось, как лечь на плиту, сложить руки и посмотреть вверх. Я начала прощаться с небом, деревьями, камнями, воздухом. Со всем окружающим. Мне не хотелось, но иначе не получится. Я не боец. Не умею сражаться. Ничего не имею против… магии.

Со стороны слышалось бормотание. Свечи горели то ярче, то почти затухали. Мне было все равно. Голова заполнялась чем-то вязким, словно не вся вода попала в желудок, часть добралась до мозга. Мысли путались, текли медленно, оплетались грязью, словно утопая в болоте. Уже не получалось найти начало и конец какой-либо фразы.

Вокруг что-то происходило. Зрение перестало улавливать даже очертания расположенных рядом камней. В какой-то момент появилось давление на грудь, но и оно быстро померкло. Я словно уже не существовала, была не здесь, погрузилась в липкую грязь, что заполнила все органы, вымазала, окутала, приняла в свои владения.

Не было ни боли, ни страха, только холод. И меня тут словно больше не было…

Темно…

Я оказалась в полном мраке. Мне не удавалось увидеть ни своих рук, ни носа, ни хоть малейшего признака света. Было очень холодно. Но не телу, душе. Она сковывалась льдом, покрывалась корочкой. Появились протяжные стоны, завывания… Они исходили со всех сторон, нескончаемо звучали в ушах, пространстве вокруг. Казалось, до меня вот-вот кто-то дотронется, утащит за собой или разорвет на части, высосет душу до последней капли как какой-то эликсир.

Спокойно! Я ведь… Я ведь умерла. Хуже уже не будет. Не надо бояться.

Но страх только нарастал. Я часто дышала, топталась на месте, крутилась вокруг своей оси. Какими бы не были попытки успокоиться – ничего не помогало, становилось только хуже.

Шаг вперед. Скрипнули маленькие камушки под ногой. Этот звук разнесся далеко вперед, усиливаясь в разы. В ответ ему послышалось постукивание сзади. Мне не хотелось ни с кем встречаться, поэтому я сделала еще шаг, а затем побежала.

Вскоре темнота расступилась, появился туман. Он слегка светился, удивляя своим белым цветом и густотой. Теперь стал отчетливо виден тоннель. Стены его были ровно выложены каменными блоками, покрыты плесенью и грязью. Со скругленного потолка капала вода. В воздухе чувствовалась сырость, присутствовал запах чего-то старого, прогнившего.

А я продолжала бежать. Шаги эхом разносились по длинному коридору. Они были настолько громкими, что могли потревожить любого обитателя этих мест. Вроде бы стоило остановиться, затаиться, стать тише воды, что капает с потолка. Но ощущалось каждой клеточкой, что сзади кто-то есть. И это гнало вперед.

В стенах начали появляться ниши. Из темных проемов торчали скелеты, то были руки, ноги, иногда черепа. Мне хотелось закрыть глаза, вскрикнуть и развернуться, скрыться отсюда, чтобы не видеть эти захоронения. Но, обнаружив мрак, подступающий сзади, я передумала.

Нижняя губа подрагивала, слезы подступили к глазам. Я еле сдержалась, чтобы не закричать, когда одна из костяных рук начала шевелиться и приближаться ко мне. Она дотронулась до кофты, заставляя меня отпрыгнуть и с ускорением побежать дальше.

Я старалась не обращать внимание на уже часто встречающиеся подобные той тянущиеся руки. Вскоре появились и безмолвные рты, широко открывающиеся в мою сторону. Ужас нарастал с каждой секундой. А вода продолжала разрезать пространство своим капаньем.

Мне срочно надо было скрыться от них. Туннель продолжался, тянулся вперед. Вокруг начал сгущаться туман, он холодил и так продрогшее тело. И вдруг… он оборвался.

Я остановилась в круглой комнате. В стенах было много ниш, похожих друг на друга. В глубине их клубился туман, слышалось шуршание, завывание. Вскоре начали появляться мертвые. Они медленно шли, опустив руки. Их черные зияющие дыры вместо глаз смотрели прямо на меня.

Из моего открывшегося в ужасе рта вырывался пар. Я прижала руки к груди, пытаясь уменьшиться, пропасть, исчезнуть, не быть посреди подступающих мертвяков.

Они начали тянуться ко мне, чуть не дотрагиваясь своими костяными пальцами, указывая на единственную живую среди них. Но больше они не приближались, застыли на расстоянии, образовывая клетку, из которой не выбраться.

Через пару минут ходячая нежить начала расступаться, пропуская такого же мертвяка, только с короной на голове. Он гремел костями, неотрывно смотрел на меня, а после дотронулся до плеча. Цепкая хватка не позволила отстраниться, вывернуться, отступить назад.

Я подумала сперва, что сломает ключицу, но нет. Он просто смотрел мне в глаза, медленно растворяясь. В следующую секунду туннель также начал исчезать. А потом я обнаружила, что нахожусь уже в другом месте. Мертвяка больше не было, не раздавался звук капающей воды, не клубился туман. Все изменилось.

Это оказалась темная чистая комната. Прямо передо мной начинались ступеньки, ведущие к трону, на котором сидела прекрасная женщина. Влево и вправо тянулись подставки для свечей в виде позвонков, только черного цвета. Само помещение было вытянутым, с перегородками необычной формы, больше похожими на неровную арку, издалека напоминающую верхнюю часть лампочки.

Полумрак царил только с моей стороны. За троном, сверху, лился свет, похожий на лунный. Он добавлял этой картине сказочности, нереальности.

Серое платье подчеркивало фигуру женщины. Каждое ее движение, когда та вставала, медленно спускалась, приближалась ко мне, было пропитано изяществом, силой, неестественной грацией. Казалось, она плывет. Черные прямые волосы подчеркивали бледность кожи. Такого же цвета большие глаза пристально смотрели на меня.

Страх полностью растворился. Появилось восхищение и благоговение. Стало плевать на темноту, на то, что было перед и что произойдет после.

Казалось, женщина ждала меня. Она не улыбалась, не отразила на лице никакой эмоции. Она указала рукой на круглый столик невдалеке.

А я не могла отвести взгляд. Меня тянуло приклониться перед ней, опустить голову, показать свое повиновение. Ведь ее сила, божественная сила подавляла.

Это ведь та, из книги. Иккуриа!

Я дернулась, чтобы опуститься на колено, но не смогла. Женщина покачала головой, плавным жестом руки приказывая подняться и все-таки направиться к столику. Потом она медленно последовала за мной и застыла, ожидая чего-то.

Там лежала открытая книга. Вокруг темно, но страницы сами подсвечивались, позволяли прочесть написанное. То был небольшой отрывок. Всего пару строк, написанных красивым почерком:

«Планеты, девять штук, сойдутся вмиг,

Услышит мир новорожденной крик.

Настанет ЕГО время, будет месть,

Но Боги скреплены обетами не лезть.

Коль не получится малютке устоять,

Миры падут, и пустоты не избежать.»

Свечи подрагивали, множество огоньков отсвечивалось в глазах Иккурии. В них появилась грусть.

Я еще раз взглянула на стихотворение, отчетливо понимая, что это написано не про меня. Ведь кто я такая, чтобы кого-то спасать. Жаль девочку, которой уготовано подобное. Слишком большой груз ответственности взвалили на нее уже при рождении.

Богиня неожиданно рассердилась. Она начала тыкать в меня пальцем, ее лицо быстро преобразилось, заострилось, постарело. Волосы из черного вмиг поседели, поднялись в воздух, стали летать сами по себе. Красивая ровная кожа покрылась мелкой сетью морщин, сразу же сменяющихся на более глубокие. Под конец ранее живая плоть вообще начала отваливаться, образуя дыры в щеках. Одежда Иккруии тоже не осталась прежней. Ранее прекрасное длинное платье потемнело, начало свисать лоскутами. Тонкие изящные руки превратились в лапы мертвеца. Теперь она больше походила на тех скелетов, чем на человека.

Я чуть не упала на пол от неожиданности. Былое спокойствие мгновенно улетучилось. Снова страх, снова ужас, снова леденящий душу холод. Надо бежать, но тело замерло, не подчинялось мне.

Бывшая красавица начала открывать рот, показывая зияющую пустоту. Со всех сторон доносился шелест, шум. Я не сразу поняла, что она так говорила. Это был крик, который не разобрать. Богиня злилась. От кожи не осталось и следа, только потемневший череп с седыми волосами на нем и длинные руки, почти дотрагивающиеся до меня.

Вскоре я заметила, что снова нахожусь в круглой комнате, но без темных ниш. Слева и справа были широкие провалы, где плескалась светящаяся салатово-черная вода. Тут не было входа, не нашелся и выход. Словно темница, куда замуровали живьем. Оставили лишь полоски с водой, зовущей приблизиться, дотронуться, погрузиться в нее.

Я сделала шаг в том направлении, но вдруг появилась мертвая богиня. Она начала тыкать пальцем, заставляла меня отступить. В какой-то момент под ногами послышался треск. Я не смогла увидеть, что это, снова почувствовала толчок в грудь.

Мне пришлось быстро отбежать. Но в последний момент я зацепилась за что-то и упала спиной вниз. Вот только не было приземления на холодный каменный пол. Вокруг начали мельтешить разноцветные пятка, прокручивались кадры из фильма в ускорении. Звуки наполняли пространство. Появлялось много разных голосов. Они звали, кричали, смеялись, просто разговаривали, залезли в мою голову, от чего та чуть было не взорвалась. И комнаты, одна за другой, светлые, темные, покрашенные, старые, заброшенные, пыльные. Все это произошло за пару секунд.

Казалось, надо что-то сделать, чтобы прекратилось. Я лихорадочно начала придумывать возможные варианты. А потом появились воспоминания.

Мама, убийство, солнце, закат… Снова началось мельтешение картинок. Меня опять куда-то несло.

Старуха, жертвоприношение, дождь, странная вода.

А потом… я проснулась.

Дождя больше не было. Звезды до сих пор скрывались за темными тучами. В воздухе стояла приятная свежесть. Я долго смотрела вверх, редко моргая. Время тянулось. Постепенно воспоминания и мысли возвращались в голову. Эмоции так же начали появляться.

Я жива… Я ЖИВА!

Была попытка подняться, но тело… Оно не двигалось. Словно не мое, словно я не умею им управлять. У меня не получилось поднять руку, вздохнуть глубже, пошевелить хотя бы пальцем.

На груди были видны следы крови, невдалеке лежал кинжал. Внутри что-то переливалось, проходило сквозь все органы, подступало к горлу и волной убегало обратно. Нет, это не моя кровь. Другое, такое холодное, вызывающая дрожь, леденящее душу. Такое…

Я вновь взглянула на свое тело и увидела, как по нему пробежалось зеленое свечение. И только после него появилась возможность двигаться.

Это бабка вывела меня из оцепенения?

Но та лежала недалеко на земле, в кругу, расписанном замысловатыми знаками.

Неужели я стала зомби?

Я потрогала руками свое лицо, шею, прижала их к груди.

Бьется! У мертвых не будет биться сердце. Но что тогда?

От осенившей мысли мне стало плохо.

– Только не это, – из глаз прыснули слезы. – Не может быть. Не надо, не хочу, – проговаривалось одними губами.

Я ведь видела ее, богиню Смерти. Именно это надо для третьего уровня. Для…

– Нет, – снова я помотала головой и спрыгнула с размеренно покачивающейся плиты.

Но ноги не держали. Я упала на землю, упираясь руками. И сразу же появилось ощущение, словно тело напитывается леденящей энергией. Она шла одновременно от бабки и откуда-то снизу.

– Нет, – вновь заплакала я, окончательно распластавшись на земле.

Заберите, мне не надо, не хочу.

Во мне бушевал страх за себя, за свою душу, за все, во что верю и так ценю. С этой энергией я всего лишусь, стану такой же иссохшей старухой без жизненных сил, способной лишь на убийства, приношение жертв и подчинение духов.

– Я не хочу быть некромантом, – закричала в голос, ударяя кулаком по земле.

Глава 5

 Сбоку послышался протяжный стон. Миссуния приходила в себя.

Я испугалась и начала подниматься, чтобы убежать. Но у меня хорошо удавалось лишь падать почти после каждого шага.

Давай же! Ну давай. Неужели вы такие предатели?

– Ты не умерла? – послышался удивленный голос.

Больше можно было не пытаться совладать со своими непослушными конечностями. Я пару раз глубоко вздохнула и просто села.

– Да, – и мои плечи опустились.

Казалось, совсем недавно я избавилась от угнетающего воздействия старухи, покинув навсегда этот мир. Но кто знал, что смогу вернуться. И вот она снова передо мной, опять может управлять, приказывать, заставлять, издеваться. Убежать бы, но ведь словит, потащит куда-то с помощью своей… магии и сделает все что захочет. А я не смогу сопротивляться.

– Но… этого не может быть, – та без труда поднялась и подошла ко мне.

Старуха не прикасалась, просто рассматривала, словно прислушивалась к чему-то. Она начала обходить по кругу, после остановилась и притронулась к моим волосам.

А те поменяли свой цвет. Теперь вместо русых они стали салатовыми. При этом они немного светились. Я отстранилась, забирая свои же волосы, и сама удивленно начала их рассматривать. Оказалось, только одна прядь поменяла окрас.

Неужели!.. Как так?

– Не может быть, – покачала старуха головой, отступая на шаг.

– Что это? – чуть не пищала я.

Волосы – единственная ценность, самое красивое во мне. Салатовый! Целая прядь. Что делать? Как теперь от этого избавиться?

– Не может быть, – снова послышался голос старухи, что отдалялась от меня все быстрее и быстрее.

– Эй, ты куда? – поднялась я и с трудом пошла за ней.

Миссуния явно нервничала. Она развернулась и теперь просто уходила, пытаясь кинуть меня на этой поляне. И я бы не против разойтись, не знать ее, просто убежать быстрее домой и забыть этот страшный сон, что творился со мной в реальности. Но волосы! Они не просто так поменяли цвет. Ведь опять этот салатовый цвет. Вдруг бабка хоть что-нибудь сможет объяснить.

– Стой, говорю тебе, – закричала я на нее.

Та развернулась. Ей явно не понравился мой тон. Я уже пожалела, что не убежала, когда была возможность. Ко мне снова начала подбираться холодящая нутро салатовая дымка. Она быстро окутала горло и сдавила, но…

– Мне не больно, – удивленно подняла я руку к своей шее, с легкость проходя ей сквозь полупрозрачное нечто.

Оно, к удивлению, быстро всосалось в кончики моих пальцев и исчезло. Казалось, холодные струйки пробежались под кожей и добавили какой-то энергии внутри, что до сих пор волнами плескалась по телу.

Почему?

Глаза старухи забегали. Она смотрела то на меня, то на свою руку, медленно отступая назад.

Не действует. Больше не работает! Значит, можно ее не бояться?

Пока я думала, от меня вновь попытались сбежать. Мы словно поменялись местами. И это радовало. Я начала догонять Миссунию, хотела ухватиться за плащ, чтобы остановить, но невовремя упала, вновь мысленно ругая свои еще не пришедшие в норму ноги.

И только услышав кряхтение, мои глаза поднялись вверх. А там старуха была полностью окутана в салатовый кокон и висела над землей, со злостью смотря на меня.

Как будто это я делаю, а не она сама. Или…

Я встала на ноги и попыталась забрать окутывающую ее зеленую дымку, словно убирая невидимую паутину перед собой. Вот только та оказалась намного холоднее, колюче-мягкая и очень податливая.

– Точно я, – удивилась вслух и попыталась стряхнуть с руки всасывающуюся туда зеленую субстанцию. Но не получилось.

– Чуть не задушила, идиотка малолетняя, – прокряхтела рядом старуха.

– Ты меня вообще убила, – возмутилась я, подходя к ней.

Та отступила, испытав страх по отношению ко мне. И при всем этом, я не видела отражения его на покрытом морщинами лице – ощущала своим нутром. Эмоция словно подпитывала меня, делала сильнее, наполняла могильным холодом.

Только сглотнув, мне удалось озвучить пришедшую во второй раз за небольшой промежуток времени мысль:

– Я что, некромант?

Миссуния поморщилась от услышанного, но перестала испытывать ту же эмоцию.

– Да, – посмотрела она мне в глаза, а потом снова пошла к своему одинокому дому.

– Подожди! Остановись наконец, – пыталась я поспеть за этой слишком энергичной бабкой. – Расскажи мне все. Чего не может быть? И… ты обещала указать дорогу в город.

Ведь и вправду Миссуния говорила, что через два дня поможет. Они прошли. Теперь она обязана выполнить сказанное. Тем более все настолько изменилось, что вместо превосходства, появился страх ко мне.

– Ничего я тебе не обещала. Иди куда хочешь. Я тебя не держу, – махнула старуха рукой и принялась открывать дверь.

Ну уж нет!

Постоянно приглушаемая злоба на нее вырвалась наружу, заволакивая мои глаза пеленой. Я вытянула руку и словно выпустила свое ледяное нутро наружу, представляя, как это нечто обхватывает горло старухи. В середине ладони появился холод, мои пальцы напряглись, будто на самом деле соприкасались с кожей Миссунии. Я снова сделала магическую штуку с удушением. У меня получилось. И на этот раз дымка находилась под контролем и обхватывала только шею.

О нет! Что я делаю?

Опомнившись, я опустила руку, вбирая холодящую тело энергию обратно. Мне вновь не удалось стряхнуть ее. Я хотела извиниться за свою выходку, но вовремя сообразила, что лучше сейчас поступить иначе.

– Ты мне не только все расскажешь, но и отведешь к самому дому. Иначе… – я растерялась, не зная, чем пригрозить, – в следующий раз не разожму так быстро пальцы.

– Хорошо, – начала откашливаться та. – Только надо отдохнуть.

– Зачем? – спросила я, останавливаясь у входа в дом.

Мне не хотелось вновь там очутиться. Лучше подождать, а то вдруг опять проблемы с дверью начнутся.

– Заходи, мне больше незачем тебя здесь держать.

Я потопталась на месте, а потом все-таки сделала шаг вперед. Комната осталась прежней, вот только теперь с каждого угла тянуло невидимой силой, подпитывающей мое тело.

– Перестань, – одернула меня старуха.

– Что?

– Хватит забирать энергию. И так мало после перехода осталось. И ты еще тут. Садись на скамейку и ничего не трогай.

Возмущения рвались наружу, но я решила не противиться. Забавно, но ее вид больше не страшил. Пришло понимание, что я сильнее, что могу ответить. И это… дико. Подобное ощущение не для меня, я не такая.

Передо мной вскоре поставили тарелку с едой. Я долго всматривалась в листья салата, мясо, овощи, но нигде не заметила ничего отдаленно напоминающего противных букашек и червей.

– Ешь, тут все нормально, – села старуха напротив с такой же порцией.

Я попробовала и чуть было не простонала от удовольствия. Вот только…

– Соли точно нет?

– Магу Смерти лучше не употреблять много соли, – монотонно проговорила Миссуния.

– Некроманту, то есть?

Старуха снова скривилась.

– Послушай сюда, деточка, – последнее она выговорила слишком пренебрежительно. – Хочешь, чтобы я тебе помогала, тогда перестань употреблять это слово. Маг Смерти, ясно? Только так и не иначе.

– В книге оно использовалось как одно из названий такого… мага.

Сложно было говорить на эту тему. Ведь еще пару часов назад я не верила в подобное. А теперь мир словно с ног на голову перевернулся. Зомби, какая-то зеленая дымка, скелеты, богиня. Казалось, я уже должна попасть в психушку.

– Мало ли что там упоминалось. Где-то говориться, что от соли замедляются энергетические потоки Смерти. А в других – опровергают данную теорию. Что бы там не написали в книге, но на улицах слово некромант стало оскорблением. И при том употребляется неверно. Это ведь… как подвид мага Смерти, определенная ветвь. Не все маги Смерти некроманты. Я – нет. И для меня это неприятно.

– Ладно, – пожала я плечами и продолжила грызть чуть суховатое мясо. – Так что не может быть?

Миссуния долго молчала, опустив голову, и просто колупалась в своей тарелке.

– Я всю жизнь потратила, чтобы получить второй уровень. А ты без подготовки на третий перешла. И резерв твой огромен, – указала она на мою изменившуюся прядь волос. – Такого не бывает. Как ты это сделала?

– Не знаю. Выпила странную воду, бежала вперед, увидела Иккурию и потом очнулась, – я максимально кратко описала весь тот ужас, который и вспоминать не хочется.

– Этого не может быть, девочка, – запротестовала она и подняла одну руку вверх.

– Но я ведь тут.

– Не понимаю. Мертвые тебя не должны были пропустить. Только если обладаешь определенным уровнем и знаниями, можно подчинить их и приказать не прикасаться. А ты даже сейчас не контролируешь. Пьешь энергию со всех источников и не возвращаешь на место.

– То есть можно избавиться от того, что внутри? – прикоснулась я к своей груди, где ни на секунду не прекращала чувствовать холод. – Как? Забери это.

– От силы не избавиться. Маг Смерти является ее проводником и только направляет потоки, – и повисла длинная пауза. – Откуда ты?

– Из Москвы, – ответила я, продолжив стремительно опустошать тарелку.

А потом мне вспомнился папа. Он так много интересного рассказывал о родном городе. В детстве мы проводили огромное количество часов за картами, искали интересные называния улиц и составляли кротчайший путь туда от нашего дома. Детство прошло, расписанные бумаги остались где-то в квартире, а папы больше нет. И мамы.

– Нет такого города, – отвлекла меня старуха.

– Как нет? – и как можно незаметнее я вытерла слезы, чтобы не показать ей свою слабость. – Столица России. Ты должна о таком знать.

– И России у нас нет, – покачала головой Миссуния.

Она, похоже, снова собралась надо мной поиздеваться.

– Ну и где мы по-твоему сейчас?

– Ты не знаешь, где находишься? – хмыкнула старуха. – Мы сейчас на краю земель Симирэля, главного регионема нашего Эйшеля.

Ох, сколько она придумала слов.

– А что такое Симирэль, регионем и Эйшель?

От услышанного Миссуния поперхнулась. Она долго кашляла, а потом начала пояснять.

– Симирэль – это второе имя нашего Каесара всех миров. – Она заметила мои поднятые брови и начала пояснять: – Предводитель, самый главный, управляет абсолютно всем. Регионем – это его земли. У каждого Комитиса есть свой регионем, – Миссуния пристально посмотрела на меня и сообразила, что я снова ничего не поняла. – Комитис – важный человек. По сути – ниже Каесара. А вот выше того уже никого нет. Эйшель – это название нашего мира. Теперь ясно?

Я кивнула, пытаясь разобраться в сказанном. Мне всегда сложно было на слух воспринимать информацию. Немного посидев, я сообразила, что она говорила про деление власти. Камитисы – что-то вроде графов, регионемы – графств. А вот Каесар… Его можно назвать царем или императором. И только Эйшель у меня ни с чем не ассоциировался.

– Так где твой город? – спросила старуха, покончив со своей порцией еды.

– Если я правильно поняла, – мне вдруг пришла идея подыграть ей, – то не в этом мире.

– Тогда все понятно, – как ни в чем не бывало сказала старуха.

Она взяла тарелки, отнесла к печке и начала там копошиться, вымывая их.

Вдруг бабка на самом деле все выдумала? Заковыристые названия, какие-то разделения магии. Да, вокруг много странного. Но лучше пойти и проверить, чем принять факт, что существуют другие миры и я случайно переместилась в один из таких, сама того не заметив.

Нет, она явно выдумала! Вот выйдем к нормальному городу, и тогда все ее вранье всплывет на поверхность.

– Ну и как попасть в другой мир? – с улыбкой на лице спросила я и заложила руки на груди.

Посмотрим, как на этот раз выкрутиться.

– Сама не сможешь, – с такой же ухмылкой ответила старуха.

– Но ты ведь проведешь меня до самого дома, знаешь об этом? – прищурилась я.

Миссуния начала злиться. Глаза той периодически мерцали салатовым цветом. Казалось, она вот-вот сделает с мной что-то жуткое. И это напугало на долю секунды. Но я снова улыбнулась и подняла брови, давая понять, что ничего у той не выйдет.

– Я не смогу, – огорченно опустила она плечи.

– А кто сможет? – продолжала давить я на нее.

– Каесар Виттиликилий.

– Это который самый главный у вас?

А потом я залилась смехом из-за абсурдности ситуации. Ведь это… император, хоть и выдуманный. Зачем ему помогать?

– К самому ему? – переспросила я. – Да ты что. И с чего вдруг он поможет какой-то замарашке вроде меня?

– Больше никто не сможет помочь.

– Ладно, пошли, – махнула я головой, желая поскорее уже добраться домой.

– Мне надо отдохнуть, – отказалась та.

– Потом успеешь.

По проворным движениям старухи нельзя было сказать, что она устала. Поэтому я всем своим видом дала понять, что не отступлюсь. Расспрашивать ее больше ни о чем не хотелось. Мне нет дела до каких-то Каесаров.

Она еще сопротивлялась некоторое время, но после поддалась, собрала свою сумку и повела меня на улицу.

Я шла недалеко от бабки и пыталась понять – неужели тоже стану такой же противной? Внутри плескалось много силы, которая мне не нравилась. После каждого движения и вздоха она напоминала о себе. Казалось, еще немного, и начнется мое превращение в такую же дряхлую старуху, как Миссуния. Осталось всего-то поддаться этой переливающейся штуке внутри.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю