Текст книги "100 великих монастырей"
Автор книги: Надежда Ионина
сообщить о нарушении
Текущая страница: 18 (всего у книги 42 страниц) [доступный отрывок для чтения: 18 страниц]
МОНАСТЫРЬ ИОАННА БОГОСЛОВА НА ОСТРОВЕ ПАТМОС
Остров Патмос состоит из двух возвышенностей, в окружности равняющихся примерно 30 километрам. В конце XIX в. эти возвышенности, соединенные между собой перешейком, были заселены исключительно православными греками – главным образом, пастухами. Но скалистый, безлесый и малозастроенный остров, расположенный в Эгейском море, вынуждал жителей промышлять и мореходством. Центром острова является городок Патмо, который находится неподалеку от пещеры святого евангелиста Иоанна Богослова – любимого ученика Иисуса Христа. И он был достоин любви Спасителя, отвечая на Божью любовь Его любовью чистой, возвышенной и ничем неколебимой. Во время крестных страстей Господних только Иоанн Богослов остался верен Спасителю: он один устоял перед искушениями и испытаниями и единственный из апостолов был на Голгофе.
В своем исследовании о жизни Иоанна Богослова иеромонах Евдоким писал, что жизнь этого апостола небогата внешними событиями и он не испытал многих скорбей и страданий, как другие апостолы. Зато жизнь Иоанна Богослова богата другой деятельностью: у него была своя собственная стихия – горний мир, царство бесконечной Истины и Любви, в котором он постоянно пребывал. И взор его всегда был устремлен туда, где стоит престол этой Истины. Всю свою жизнь он стремился проникнуть за завесу, которая отделяла землю от неба, и видеть там жизнь не только небожителей, но и Самого Бога. Внешняя блестящая и шумная деятельность никогда не соблазняла Иоанна Богослова, никогда и никаких соблазнов «мира сего» для него не существовало, даже самые тяжелые гонения не могли отвлечь его от «горнего мира». Правда, временами взор апостола падал и на грешную землю, но только для того, чтобы находить здесь отражения жизни небесной.
Иоанн Богослов. Икона
Во вторую половину своей жизни апостол Иоанн подвизался в Малой Азии. Тяжелые годы наступили тогда для христианской церкви: смолкли два первоверховных апостола – Петр и Павел, скончались и почти все другие апостолы, замученные за проповедование веры Христовой. А между тем среди народа началось такое сильное брожение умов, что даже само христианство многими отождествлялось с язычеством: некоторые христианские истины искажались, другие – причем самые главные и существенные – и вовсе отвергались. Поэтому христианам нужно было дать верное направление, чтобы они сами, уже без руководства апостолов, могли жить, не уклоняясь от христианских истин. Вот эту трудную и сложную задачу и выполнил апостол Иоанн, хотя он и подвергался вместе с христианами Малой Азии различным гонениям и бедствиям.
Особенно тяжело стало христианам после вступления на престол в 81 г. императора Домициана. Гонение возникло отчасти из-за слухов о том, что из Иерусалима (из потомства Давидова, из родства Христова) должен явиться великий царь, которого христиане давно ожидают и которому хотят передать верховную власть. Поэтому они отказывались называть Домициана богом, чего он требовал по своей неумной гордыне. И тогда император без всякого суда «умертвил немало римских дворян и мужей знаменитых, бесчисленное же множество других замечательных людей, без причины, осудил на изгнание из пределов империи и на лишение имущества».
Из Рима гонения распространились на Малую Азию, где они были даже жестче, чем в самом Риме. Кто-то из граждан Эфеса донес на апостола Иоанна самому императору, и тот послал проконсулу Малой Азии такое письмо: «Мы узнали, что у вас есть какой-то Иоанн, сын Зеведея, по свидетельству многих христиан, и что он ученик того Назарянина, который за свои злодеяния был распят иудеями; пусть он оставит свое заблуждение и живет, или же погибнет». Но напрасно проконсул увещевал Иоанна покориться воле императора, на все уговоры апостол отвечал: «Должно повиноваться более Богу, чем людям. Я не отрекусь от Христа Бога моего и Наставника, Который возлюбил меня, и не оставлю проповеди Евангелия, пока не окончу служения, которое я принял». И тогда проконсул повелел заточить апостола в темницу, а потом по приказу императора закованного в цепи привел его в Рим. Здесь на суде Домициан стал порицать Иоанна за то, что своим учением он обольстил весь народ эфесский, проповедуя какого-то неведомого им Бога. После этого он приказал одному магу приготовить смертельный яд, действующий мгновенно. Но яд не причинил Иоанну никакого вреда, и тогда апостола стали жестоко истязать, но он оставался целым и невредимым [43]43
По другой версии император Домициан даже не захотел видеть апостола Иоанна, а повелел сразу подвергнуть его различным истязаниям.
[Закрыть]. По повелению императора после всех мучений апостола снова отправили в Эфес, а позднее заковали в цепи и вместе с учеником его Прохором привезли на пустынный остров Патмос.
Покрытый терновником и другими сорными травами, остров напоминал тюрьму. Корабли редко причаливали к его неприступным скалистым берегам, поэтому бежать отсюда было невозможно. В знойные месяцы солнце выжигало последнюю травинку и чахлые посевы, но и здесь жили люди – всего около 5000 человек.
Ссылка на остров Патмос считалась у римлян тяжелым наказанием, равносильным смертной казни. Но однажды ночью в сонном видении узнику явился Сам Господь Бог и, утешив его, сказал: «Этот остров весьма в тебе нуждается». И действительно, за довольно короткое время Иоанн Богослов обратил в христианскую веру все население Патмоса; по его молитвам слепые прозревали, мертвые воскресали, прокаженные очищались, бесы из людей изгонялись…
После смерти Домициана на римский престол вступил император Нерва – государь гуманный и не преследовавший за религиозные верования. При нем несправедливо осужденные и сосланные при императоре Домициане были возвращены на родину, им вернули их имущество. Император Нерва написал властям острова Патмос, чтобы они освободили всех христианских мучеников, и апостол Иоанн получил разрешение вернуться в Эфес. Но жители острова толпами стали приходить к нему и просить, чтобы он остался с ними. Апостол отвечал им, что Иисус Христос, «Который теперь уже между вами… повелевает мне возвратиться в Эфес по причине многих болезней, посетивших там братьев наших». И тогда жители стали просить у Иоанна «письменное повествование обо всех знамениях, бывших от Сына Божьего, и о словах, слышанных тобою из Святых уст Его, дабы нам не впасть в заблуждение и не уклониться от Него, и от светлого твоего учения, но пребывать в нем твердо и непоколебимо».
И тогда апостол Иоанн и ученик его Прохор уединились в местечке, которое называлось Покой, взошли на небольшую гору, где апостол провел три дня без пищи – в молитве, прося у Бога благословения, чтобы сообщить христианам Патмоса благую весть. А потом он отправил Прохора в город за хартией и чернилами, и когда ученик возвратился, то снова нашел Иоанна молящимся. «Возьми чернила и хартию и стань по правую руку мою», – сказал апостол ученику своему, и только Прохор исполнил это, как засверкали молнии и так сильно загремел гром, что задрожала земля. А апостол Иоанн, помолившись, сказал: «Сын мой! Будь внимателен; все, что услышишь из уст моих, запиши на хартии». Так было составлено Евангелие от Иоанна.
По свидетельству мужей апостольских, отцов и учителей церкви, на Патмосе апостол Иоанн написал и свое «Откровение» (Апокалипсис). Однажды апостол Иоанн со своим учеником Прохором уединился в пустынной пещере, где они провели 10 дней. Потом апостол пробыл еще 10 дней в пещере один – ничего не ел и не пил, только молился Богу. И позвал его голос свыше: «Иоанн! Иоанн!». – Тот ответил: «Что повелеваешь, Господи?». – И голос свыше ответил: «Истерпи еще десять дней, и будет тебе Откровение великое».
Апостол Иоанн еще 10 дней провел в пещере без пищи, после чего совершилось диво дивное: сошедшие ангелы Божьи возвестили ему много неизреченного, и он два дня говорил ученику своему о бывших ему откровениях, а Прохор все записывал. Так на острове Патмос, который теперь является одной из святынь православного мира, была написана самая загадочная и таинственная книга Нового Завета. Дионисий Александрийский писал об «Апокалипсисе»: «Темнота (таинственность. – Н. И.) сей книги не препятствует удивляться ей. И если я не все в ней понимаю, то лишь по моей неспособности. Я не могу быть судией истин, в ней заключающихся, и измерить их скудностью моего ума; руководствуясь более верою, чем разумом, нахожу их только превосходящими мое понимание».
Столицей острова Патмос является небольшой городок Скала, от которого до пещеры Иоанна Богослова чуть более двух километров, но идти нужно в гору. В пещеру ведет крутая лестница с высокими ступенями, потом перед взором паломников предстают широкие, открытые настежь двери, над которыми сделана надпись: «Это место, производящее неизгладимое впечатление, не что иное как дом Бога; это – дверь на Небеса».
Пещера превращена в небольшой храм с двумя иконостасами; кругом мерцание свечей, старинные иконы, молящиеся паломники… Левый придел церкви – просторный, с высокими сводами и окном, выходящим на горный склон; а правый – это и есть пещера Иоанна Богослова, представляющая собой низкий скалистый свод. По мере того, как входишь в нее, скала становится выше и круче; почти ровный, но с небольшими трещинами «пол» – такой же, каким было девятнадцать веков назад. А вот и место, где стоял Иоанн Богослов в тот великий и славный день, когда услышал позади себя громкий голос, как бы трубный, который говорил:
«Я есмь Альфа и Омега, Первый и Последний; то, что видишь, напиши в книгу и пошли церквам, находящимся в Асии: в Ефес, и в Смирну, и в Пергам, и в Фиатиру, и в Сардис, и в Филадельфию, и в Лаодикию. Я обратился, чтобы увидеть, чей голос, говоривший со мною; и обратившись, увидел семь золотых светильников и, посреди семи светильников, подобного Сыну Человеческому, облеченного в подир [44]44
Подир– длинная одежда иудейских первосвященников и царей.
[Закрыть]и по персям опоясанного золотым поясом: глава Его и волосы белы, как белая волна, как снег; и очи Его, как пламень огненный; и ноги Его подобны халколивану, как раскаленные в печи, и голос Его, как шум вод многих. Он держал в деснице Своей семь звезд, и из уст Его выходил острый с обеих сторон меч; и лице Его, как солнце, сияющее в силе своей. И когда я увидел Его, то пал к ногам Его, как мертвый. И Он положил на меня десницу свою и сказал мне: Я есмь Первый и Последний, и живый; и был мертв, и се, жив во веки веков, аминь; и имею ключи ада и смерти. Итак, напиши, что ты видел, и что есть, и что будет после сего…»
А потом монолитная скала над головой Иоанна Богослова с грохотом раскололась на три части, которые можно увидеть и даже потрогать и сегодня. Они возникли, чтобы прославить Господа Вседержителя – Отца, и Сына, и Святого Духа, – и похожи на три пальца, которые мы складываем для крестного знамения. Потрясенный и просветленный Иоанн Богослов встал на ноги, чтобы слушать Господа и потом написать книгу, призывающую к покаянию и заставляющую трепетать и помнить свой последний земной рубеж: «Тайна семи звезд, которые ты видел в деснице Моей, и семи золотых светильников есть сия: семь звезд суть семь Ангелов семи церквей; а семь светильников, которые ты видел, суть семь церквей». А вот место, где стоял Прохор, когда записывал все то, что ему говорил Иоанн Златоуст. Он стоял за аналоем нынешней церкви, и писать ему было очень удобно, таким пологим оказалось углубление в скале. Есть в пещере и другое углубление; положив в него голову, здесь спал Иоанн Богослов. А на совсем маленькое углубление он клал ладонь, поднимаясь со своего ложа, т. к. был тогда уже в весьма преклонном возрасте.
В ясную погоду с моря виден большой монастырь, возведенный во имя святого Иоанна Богослова. Обитель расположилась на вершине горы Хора и видна почти отовсюду. В ширину обители расти некуда, и она растет ввысь, становясь похожей на неприступный средневековый замок. Монастырь святого апостола и евангелиста Иоанна Богослова был основан в XI в. святым Хосиосом Христодулосом, который говорил: «Мое горячее желание было поселиться на этом безлюдном островке на краю земли, где царит спокойствие и куда не пристают корабли». Нетленные мощи основателя монастыря покоятся в часовне, посвященной его имени. Кроме них, к драгоценным святыням обители относятся честные и цельбоносные главы апостолов Фомы и Филиппа и Пергамского епископа Антипы. Особым почитанием пользуются у паломников наручники Иоанна Богослова.
При монастыре была устроена школа, которую охотно посещали все окрестные жители. Сейчас в обители насчитывается около 40 монахов: они каждый день служат в храме (с 3 до 6 часов утра), поддерживают порядок в монастыре, принимают паломников, работают в саду… Слева на маленьком монастырском дворике расположен храм во имя Иоанна Богослова. Небольшой островок Патмос и небольшой храм во имя Иоанна Богослова невелики только по своим размерам, но велики своим духовным значением, поэтому паломники приезжают сюда в любое время года и в любую погоду…
В 1647 г. в Москву приехали монахи из Патмосского монастыря Святого Иоанна и поднесли в дар русскому царю «дивный и чудный камень с изображением Богородицы, выпавший из рук ангела в то время, когда евангелист Иоанн писал свое Евангелие». Сейчас эта святыня, как и часть мощей Лазаря Четверодневного, хранится в Благовещенском соборе Кремля.
КИККСКИЙ МОНАСТЫРЬ НА ОСТРОВЕ КИПР
Главная обитель Кипра – Киккский мужской монастырь – была основана в XI в. при византийском императоре Алексее Комнене. Монастырь расположен в горной части острова рядом с вершиной, которая называется Олимп. Путь к монастырю представляет собой крутую серпантинную дорогу: с одной стороны ее нависают древние скалы, с другой – бездонные пропасти, которые начинаются, как кажется, прямо под колесами автобуса.
Склоны гор покрыты кедровыми деревьями, живописными пиниями (итальянскими соснами) и елями, которых на Кипре немного: их здесь берегут, поэтому на Рождество наряжают «кипарисовую елку». По дороге к Киккской обители растут еще деревья «харупи», которые называют «хлебом святого Иоанна». В глубине их длинных коричневых стручков скрываются капли душистого меда, которым питался в пустыне Иоанн Креститель. Паломникам показывают и так называемые «Иудины деревья», которые всегда цветут в день Пасхи.
В горах Тродос произрастает особый сорт очень сладкого черного винограда, который идет на изготовление уникального кипрского вина «Коммандария». Рассказывают, что древние иудеи задолго до Рождества Христова имели на острове собственные плантации и вино это употреблялось еще в ветхозаветном храме царя Соломона. Во времена своего господства на Кипре крестоносцы очень полюбили этого вино и наладили массовое производство его, а теперь вино «Коммандария» используется в кипрских церквах для Святого причастия.
Монастырь в горах Тродос
Монастырь Киккос (он имеет еще и такое название) спрятался высоко в горох, но он не кажется суровым; наоборот, стены его украшены яркими мозаиками, которые сияют на солнце. Монастырь называется еще и Царским – в связи с личным вкладом в него византийского императора Алексея Комнена. Из трех икон, написанных апостолом и евангелистом Лукой и удостоившихся благословения Пресвятой Богородицы, одна называется Одигитрия (Путеводительница): на ней Пречистая Дева Мария изображена с Предвечным Младенцем на левой руке. Две другие иконы называются Милостивыми, потому что изображенная на них Богоматерь умоляет Сына Своего спасти род человеческий. На первой иконе Она изображена одна – без Своего Божественного Сына; на другой Пресвятая Богородица держит Сына Своего с правой стороны. Вторая икона в отличие от первой называется Милостивая Киккская – от горы Киккос, находящейся в северо-западной части Кипра. По этой причине, вероятно, на серебряной ризе, устроенной для иконы в 1576 г., и сделана надпись: Киккиотянка.
Эта икона тоже была послана апостолом Лукой в Египет к назореям, которые научились иноческой жизни у апостола Марка. В Египте икона с образом Божьей Матери Милостивая находилась долгое время, но из-за начавшихся здесь в 980 г. междоусобиц ее перенесли в Константинополь и поставили в царском дворце, где она и оставалась до времени правления императора Алексея Комнена (1081–1118).
В его царствование правителем Кипра был Мануил Вутомит, в жаркое время года уезжавший со своими придворными из столицы и охотившийся в ее окрестностях. Однажды около Мирианфусы, где неподалеку в пещере жил благочестивый монах Исайя, правитель во время охоты встретил старца и спросил: «Кто ты?». Но Исайя, не желая раскрывать своего уединения, побежал от него. Мануил счел это непочтением, догнал монаха и не только бранил его, но и бил немилосердно. А потом повалил на землю и стал топтать ногами. Преподобный старец все терпел, а затем кротко сказал: «Ужели тебе мало счастья и веселья на острове, в городах и селениях? А ты еще мучишь безвинно нас – пустынников. Отойди от меня. Бог накажет тебя за это, ибо я – грешный раб Его».
Правитель не обратил на слова монаха никакого внимания, но через некоторое время тяжело заболел. Только теперь вспомнил он о своей жестокости по отношению к старцу и стал со слезами молить Бога об исцелении, желая сам идти к пустыннику и просить о прощении. Между тем Исайе было откровение, чтобы икона Божией Матери из царского дворца была возвращена на Кипр. И чтобы старец требовал от правителя, когда тот придет к нему, помощи в возвращении иконы. А без этого грех ему не отпустится.
Но когда пришедший Мануил услышал об этом, то с испугом сказал: «Как я дерзну сказать императору что-либо подобное. Это дело выше моих сил, требуй от меня другое удовлетворение». Но Исайя настаивал, что именно такое было ему откровение, и тогда правитель согласился сделать все, что будет в его силах, но просил старца вместе с ним ехать в Византию.
Когда они прибыли в Константинополь, Исайя удалился в пустынное место, а Мануил пошел во дворец – доложить императору о своем правлении на Кипре. Но и в этот раз, и в другие случаи он не осмеливался заговорить о святой иконе, а старцу говорил, что боится докучать императору своими просьбами. Исайе наскучило напрасное ожидание, и он решил возвратиться на Кипр. Правитель очень опечалился, но не мог удержать старца. Однако по повелению Мануила лучшие живописцы написали две иконы: на одной был изображен Господь, сидящий на престоле; на другой – Святая Троица, а внизу Пресвятая Богородица. Подле ног Ее, с правой стороны – монах Исайя, а с левой – Мануил Вутомит. Правитель просил старца молиться и отдал ему эти иконы, а также достаточные средства на возведение храма.
Возвратившись в свое уединенное жилище, старец Исайя сильно скорбел о безуспешном путешествии и вдруг однажды во сне услышал голос: «Не скорби, старец! Источающая благодать чудотворная икона Богородицы скоро придет к тебе, как знает Господь и как угодно Пресвятой Богородице». Утешенный этими словами, Исайя начал возводить храм во имя Пресвятой Троицы, по окончании же строительства поставил в нем принесенные из Византии иконы и постоянно молился о возвращении святыни.
А в Константинополе в это время тяжело заболела дочь императора Алексея Комнена, и врачи уже не надеялись на ее выздоровление. Однажды Мануил, увидев слезы на глазах страдающего императора, сам заплакал, а потом сказал: «Государь! Я страдал такою же болезнью на острове Кипр и, если бы не помог мне Господь ради молитвы монаха Исайи, то давно бы умер. Если ты исполнишь, что я скажу, то дочь твоя скоро выздоровеет». И рассказал, что нужно отпустить икону Божией Матери на Кипр. Император обещал не только пожертвовать средства на возведение монастыря, но и отдать редчайшую икону с образом Пресвятой Богородицы.
Денег император действительно не пожалел, а вот с иконой ему расставаться не хотелось, и он приказал сделать с нее искуснейший список, думая отправить его на Кипр. Но Пресвятая Богородица явилась ему во сне и грозно сказала: «Оставь свою икону здесь, а Мою скоро пошли на остров старцу Исайе, ибо так Мне угодно» [45]45
По другому преданию, император все же послал старцу-отшельнику икону и список с нее, надеясь, что тот выберет список. Но Исайя, помолившись, увидел, что на одну из икон села пчела, и выбрал оригинал. Теперь эта пчелка красуется в гербе монастыря.
[Закрыть].
По преданию, раздосадованный император в знак своей скорби и печали повелел запаять всю икону, даже лик Пресвятой Богородицы, золотым окладом и закрыть богатым покрывалом. И чтобы покрывало это оставалось на иконе всегда: «Если уж я больше не увижу образа Богоматери, – говорил император, – то пусть его никто не увидит». Согласно его воле Киккская икона Пресвятой Богородицы остается закрытой вот уже более девяти веков!
На Кипре святая икона прославилась многими чудесами, и в ее благодатную силу верят не только христиане, но и иноверцы, поэтому со своими скорбями и болезнями люди прибегают к ней отовсюду. В 1365 г. храм, в котором была поставлена чудотворная икона, сгорел вместе с церковной утварью, но образ Пресвятой Богородицы остался цел и невредим. В 1570 г. Кипром завладели турки, при них Киккская обитель была восстановлена, и чудотворный образ был поставлен на прежнее место. Многие чудеса, совершаемые силой чудотворного образа Пресвятой Богородицы, записаны в монастырских летописях. Благодатной силой иконы во время засухи проливался дождь, бесплодные женщины исцелялись, немые начинали говорить, слепые видеть…
Киккская икона Царицы Небесной закрыта драгоценным покрывалом от левого верхнего угла до правого нижнего, так что лика Пресвятой Богородицы и лика Божественного Младенца никто не может видеть. По покрывалу вышита небольшая пропись образа. В свое время не посмели открыть пелену ни патриарх Антиохийский Сильвестр, ни патриарх Александрийский Косма, ни архиепископ Кипрский Филофей. А за дерзновенное поднятие этого покрывала многие подвергались тяжкому наказанию.
К чудотворной иконе привешена медная рука – дар одного мавра, который однажды поднял руку на святой образ, но тут же был наказан: рука у него отсохла. Мавр искренне покаялся перед Пресвятой Богородицей за свой дерзновенный поступок, и Матерь Божия исцелила его. В благодарность он и оставил перед образом медную руку.
В иконостасе монастырского храма есть еще одна икона с образом Царицы Небесной. Эта русского происхождения икона попала в обитель в XV в., а в 1997 г. в течение недели она источала благоуханное миро.
