Текст книги "Звездный старатель"

Автор книги: Мюррей Лейнстер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 6 страниц)

Глава вторая

Небольшой круглый космоскаф буквально испарился, превратившись в облако стремительно разлетавшихся осколков, некоторые из них унеслись в пустоту со скоростью ружейных пуль.

На гладкой поверхности взлетного поля не осталось ничего – слабая гравитация астероида не в состоянии была удерживать даже небольшой осколок.

Данн опустился на поверхность в том месте, где стоял его кораблик. Магнитные присоски подошв удерживали его на металлической поверхности.

Можно было видеть, где произошел взрыв, потому что в этом месте зеркально-гладкий металл слегка потемнел под воздействием пламени от взрыва горючего.

До боли стиснув зубы, Данн с отчаянием осматривался, надеясь обнаружить хоть какую-то улику, позволившую бы определить: кто взорвал его корабль и зачем, но найти ничего не мог, что вполне естественно.

Другие старатели продолжали тем временем получать заказанные запасы и отправляться по своим маршрутам.

В другом месте, где существовал закон, было бы произведено расследование, допрошены свидетели, сделаны определенные выводы относительно виновности или невиновности. Но здесь никто не имел права производить расследования, и никто не имел права наказывать виновного.

Поэтому все шло, как ни в чем не бывало. Снова распахнулся люк грузового шлюза. Два человека вытащили наружу связанный канатами контейнер с баллонами кислорода и ящиками провизии и воды. Такой контейнер мог весить тонну, но здесь это не имело особого значения, два человека легко с ним управились.

Удерживаемый магнитными подошвами на поверхности металлического астероида, один из старателей подтащил контейнер к грузовому люку космоскафа, его напарник распахнул люк. Груз был помещен и закреплен. Космоскаф стартовал.

Один за другим старатели загружали свои космоскафы и покидали Отдушину. Но вряд ли все космоскафы действительно уходили по своим маршрутам.

Взрыв корабля Данна еще более усилил их подозрения. Данну теперь придется заключить сделку с одним из экипажей – они доставят его к месту работы – а все остальные смогут за ним последовать. Поэтому, спрятавшись в золотом тумане Колец, они ждали дальнейшего развития событий.

Данн уже решил, что предпримет, но пока не подавал виду, продолжая кружить около места взрыва, как будто не в состоянии поверить в то, что случилось.

Один за другим космоскафы покидали космопорт. Вдруг в наушниках коммуникатора Данна загудел голос с корабля-сборщика:

– Вызываем Данна! Вызываем Данна!

– В чем дело? – проворчал Данн.

– Как с кислородом? – спросили с корабля. – Ты снаружи уже довольно долго.

Данн проверил индикатор кислородного баллона. В космосе человеку не нужно тащить с собой всю газовую смесь, которая составляет воздух планеты. Он дышит чистым кислородом, но на пониженном давлении, что позволяет ему выигрывать в весе баллона.

– Все в порядке, – проворчал он. – Я сейчас вернусь на борт. Я обдумываю ситуацию.

Послышался щелчок, шум несущей волны затих, но тут же возобновился вновь.

– Данн? – Что?

– Мисс Кииз спрашивает, не заплатишь ли ты команде другого космоскафа, чтобы они подобрали ее брата и доставили сюда, поскольку ты теперь не можешь это сделать. Заплатишь?

Данн едва сдержал стон. Теперь все старатели знали, что на борту сборщика сестра Кииза.

– Нет, – процедил он. – Сам справлюсь!

У грузового люка появилась очередная фигура в скафандре. Связанные проволокой баллоны, пища и вода, топливо, заряды для базуки, реактивные буры.

Фигура двигалась, слегка покачиваясь.

Это явно был Хейн, что Данн сразу отметил про себя. Напарник Хейна занялся погрузкой запасов в космоскаф, а сам Хейн, покачиваясь, направился к Данну, выключив на ходу коммуникатор.

Приблизившись, он ухмыльнулся сквозь прозрачную пластину шлема.

Он сделал условный знак рукой, и Данн нехотя принял приглашение к разговору.

Они коснулись шлемами друг друга. Качество передачи звуков из шлема в шлем оставляло желать лучшего, но по крайней мере, их теперь не могли подслушать.

– Паршиво! – сказал Хейн. – Ты знаешь, кто это сделал и почему?

– Догадываюсь, почему, – свирепо сказал Данн.

– Кто-то, – донесся тонкий голос из другого шлема, – знает, что вы нашли, и где это искать, а?

Данн несколько секунд молчал. Потом он сказал:

– Мы никакой Горы не находили.

– Хорошо, – вкрадчиво сказал Хейн. – Возьми нас в долю, и мы доставим тебя к тому, что вы нашли, тебя, девушку и припасы. Мы высадим вас и поможем поставить купол. Потом, на обратном пути мы вас подберем и доставим на Отдушину к приходу следующего сборщика, тебя, девушку и Кииза.

– Отчего такая щедрость? – холодно поинтересовался Данн.

– Это сделка, – сказал Хейн. – Мы возьмем за это половину найденных кристаллов.

Это было приемлемое предложение.

Если бы его сделал кто-то другой, его можно было бы назвать даже привлекательным, но Хейн не настаивал на поисках Большой Горы, значит, он мог знать, что в действительности нашли Данн и Кииз. И не было гарантии, что он выполнит свое обещание. В Кольце не действуют законы. Только уважение к собственному честному слову могло заставить человека держать обещание, если нарушение условий могло принести ему немалую выгоду.

Но Хейн особыми добродетелями не отличался. Кроме того, оставалась еще эта девушка, Найк. Ее никак нельзя было пускать на корабль к Хейну.

– Нет, – сказал Данн.

Больше он ничего не добавил.

Лицо Хейна за стеклом шлема скривилось в гримасе. Он пошел прочь. Его напарник уже успел за это время погрузить припасы в грузовой отсек космоскафа, и, подойдя к нему, Хейн начал переговариваться, коснувшись шлемом его шлема. Этот разговор Хейн тоже хотел сохранить в секрете, и не только от корабля-сборщика, и других старателей, но и от Данна.

Потом Хейн направился к сборщику.

Поднявшись по трапу, он скрылся за люком шлюза, а его напарник продолжал готовить космоскаф к старту.

Повинуясь безотчетному импульсу, Данн проводил Хейна взглядом.

Найк очень нужно было найти брата.

Случилось нечто чрезвычайное, иначе она не решилась просить Данна помочь ей добраться до него. Но она не сознавала, насколько такое путешествие опасно. Ей ведь никогда не приходилось бывать в таких местах, где не существует законопорядка. Опасности такой обстановки достаточно серьезны даже для мужчины.

Но она рискнула довериться Данну. Теперь, когда от отказался помочь ей, не попытается ли она заключить сделку с Хейном?

Данн двинулся в кораблю-сборщику. Попутно он заметил, что напарник Хейна уже начал задраивать грузовой люк космоскафа.

Хейн показался из пассажирского люка сборщика. За ним виднелась еще одна фигура, облаченная в скафандр.

Хейн с преувеличенной заботой помогал человеку спуститься по трапу.

Всякий, кто впервые пользуется магнитными подошвами в почти нулевой гравитации, обречен на временную неуклюжесть движений.

Данн подпрыгнул, включив одновременно свой реактивный пояс. С щелчком подошв о металл поля он приземлился лицом к лицу с Хейном. Включив коммуникатор скафандра, он сказал холодным тоном:

– Ну, нет, это у тебя не получится! Найк немедленно вернись в корабль. Хейн, убирайся в свою жестянку и проваливай отсюда ко всем дьяволам!

Хейн поднял руку, включая свой собственный коммуникатор. Данн внимательно наблюдал за ним. Вдруг глаза Найк расширились, и Данн быстро повернулся так, чтобы между ним и космоскафом Хейна оказался сам его владелец. Напарник Хейна выглядывал из шлюзового люка, держа базуку на перевес.

– Если твой напарник нажмет на спуск, – сказал Данн, – он разнесет тебя самого на куски прежде, чем пуля доберется до меня.

– Но она хочет найти своего брата! – запротестовал Хейн. – Ты не захотел ей помочь, потому она попросила меня! Почему бы и нет?

В голосе Данна слышался мертвящий металл.

– Потому, что если ты знаешь, куда ей нужно лететь, значит, это ты взорвал мой корабль! Если ты знаешь, где искать ее брата, значит все, что тебе нужно было сделать, это уничтожить мой корабль и спокойно прибрать нашу скалу!

Он знал, что на сборщике это слышат. Радиус действия коммуникаторов в скафандрах составлял несколько миль.

– Что скажешь? – процедил Данн. – Если ты знаешь, где искать ее брата скажи, что это правда!

Ствол его оружия смотрел Хейну прямо в живот. Конструкция оружия была весьма древней, но эффективной.

Пулевые пистолеты оказались самым надежным оружием в огневой схватке за владение жилой кристаллов. Бластеры были менее удобны и, кроме того, постоянно самопроизвольно разряжали свои энергорезервуары.

Данн ткнул стволом в живот Хейну.

– Куда ты собирался ее отвезти? – потребовал он. – Куда? Говори!

Голос Хейна сорвался на визг.

– Я думал начать поиски, – простонал он. – Я ведь пытался уговорить тебя присоединится к нам, чтобы ты показал дорогу, но ты не согласился, и я решил попытаться разыскать его самостоятельно.

– И с ней на борту! Но теперь тебе придется изменить планы, Хейн!

Голос Данна звенел от ярости.

– Ты понял? Ты не возьмешь ее с собой в Кольца и не вернешься в следующему кораблю, и не заявишь, что она погибла! Понял? Ты этого не сделаешь!

– Нет, – простонал Хейн, – не сделаю, конечно… Я передумал…

– Тогда пошевеливайся! – прорычал Данн.

Он остро почувствовал, что если сейчас потянет спуск и прикончит Хейна, то отвечать за это не будет, потому что это Кольца.

– Забирай свой корабль и убирайся! Я сам позабочусь о Киизе. Ну, двигай!

Хейн, спотыкаясь, отправился к своему кораблю. Данн почувствовал, как еще дрожит от гнева его рука. Когда ему вдруг показалось, что напарник Хейна чуть приподнял ствол базуки, пистолет Данна стремительно взметнулся.

Напарник Хейна тут же опустил базуку с похвальной поспешностью.

Хейн забрался в люк своего корабля.

Люк захлопнулся, и космоскаф покинул посадочное поле. Через несколько секунд он уже исчез из виду.

Данн едва ли не силой заставил девушку вернуться на борт сборщика.

За это время она не промолвила ни слова, видимо, была сильно напутана, и сам Данн заговорил только после того, как за ним закрылся люк шлюза, и они оказались внутри корабля.

Придя в себя, Найк в отчаянии повернулась к Данну.

– Там мой брат! Неужели ты его бросишь? Кто-то должен спасти моего брата!

Данн кивнул. Его глаза еще злобно поблескивали.

– Кто-то должен, верно. И это сделаю я. А ты отправляйся пока обратно на Хорус и возвращайся с следующим рейсом.

– Но… как… я должна…

Но Данн уже исчез, широко шагая через зал, где совсем недавно отмечали праздник старатели. Скафандра он не снял. Ему нужен был шкипер.

Капитан оказался в своей каюте, в которой были помещены на хранение многочисленные мешочки кристаллов, принесенные старателями.

Он быстро поднял голову, когда в дверях появился Данн.

– Я подумал, что наверное будет интересно узнать, – сказал Данн, – каким образом я намерен доставить моему напарнику кислород и припасы, чтобы мы могли продержаться до прихода следующего сборщика.

Вид у капитана был весьма скептический. Он сгреб мешочки с кристаллами в ящик стола подальше от посторонних глаз.

Тем временем Данн вытащил заряд для базуки из магазина на поясе и начал задумчиво перекидывать его с одной ладони на другую. Капитан вскочил, как ужаленный.

– Эй, убери эту штуку! – приказал он.

– Сейчас, – сказал Данн. – Я только объясню. Я потерял свой космоскаф, его взорвали. Это угрожает теперь жизни моего напарника. Нам надо продержаться до следующего сборщика.

– А я чем могу помочь? – спросил шкипер. Затем он резко добавил:

– Убери заряд, говорю тебе! Если ты его упустишь…

– Что ты, это невозможно, – заверил его Данн. – Я могу даже жонглировать. Смотри.

Он вытащил второй заряд и начал жонглировать, более или менее профессионально. Лицо капитана медленно бледнело. Заряд для базуки представляет собой по сути маленькую ракету, топливный резервуар которой детонирует, когда боеголовка ударяется о твердую поверхность. Если только Данн уронит один из небольших снарядиков, весивший всего несколько унций,[3]3
  Унция – мера веса, значение колеблется от 27.2 г до 31.1 г. В данном случае скорей всего – 28.3 г. (Прим. перев.)


[Закрыть] результат будет равен одновременному взрыву сотни фунтовых горных взрывпатронов, и это произойдет тут, в каюте шкипера! Корабль получит повреждение, достаточное, чтобы приковать его к астероиду.

Шкипер сидел неподвижно, словно скованный космически морозом, а Данн тем временем продолжал демонстрировать свое искусство. Один раз он едва не упустил заряд.

– Я вот, о чем подумал, – очень доброжелательно начал он. – Космическая инспекция очень тщательно относится к соблюдению всех правил и предписаний. Например, вас не выпустили бы с Хоруса, не будь на борту достаточного количество спасательных шлюпок – не только для команды, но и для пассажиров, которых вы, как правило, не возите.

Он опять едва не упустил заряд.

Шкипер побледнел еще больше, но остановить Данна было сейчас не в его силах.

– Практически, – сказал Данн, – тех кристаллов, которые я сегодня сдал, должно хватить на одну шлюпку с топливом и прочими принадлежностями. Вот я и подумал, что было бы очень замечательно, если бы ты продал мне шлюпку. Если ты согласишься и заодно подвезешь меня по пути с Отдушины, я отправлюсь за напарником.

Шкипер, который не мог оторвать взгляда от поблескивающих кувыркающихся снарядиков, не выдержал и словно в агонии выкрикнул предупреждение, когда Данн в очередной раз едва не уронил заряд, поймав его в каких-то дюймах от пола.

– Ничего, – успокаивающе сказал Данн, – все в порядке. Немного не в форме. Давно не практиковался, но старая рука не дрогнет. Наверное, я сейчас попробую сразу три.

Он подбросил снаряды выше обычного, потом начал вытаскивать третий заряд из гнезда на поясе. Тот почему-то не желал вылезать. Данн тем временем работал одной рукой, подбрасывая и ловя заряды.

Шкипер сглотнул.

– Хорошо, – сказал он хрипло. – Прекращай и получай свою шлюпку.

– Превосходно! – вежливо сказал Данн.

Он перестал жонглировать, но два заряда держал в руке на всякий случай.

– Приготовь, пожалуйста, счет. Я выпишу вам чек. К следующему приходу я буду здесь вместе со шлюпкой и Киизом, и мы все вместе от всей души посмеемся над забавным инцидентом. А? Давай подготовь все как следует.

Шкипер поднялся из-за стола.

Ему явно было не по себе. Он мог не поддаваться на угрозы, но Данн избрал единственный и верный путь заставить его согласиться. Он рисковал жизнью, но ничего другого не оставалось.

Когда шкипер выходил из каюты, Данн сказал ему:

– Скажи девчонке, что я отправляюсь за ее братом. Пусть она напишет ему письмо и возвращается домой. К следующему рейсу он будет здесь, и она сможет с ним поговорить.

Он несколько расслабился и даже положил один из снарядов обратно в гнездо на поясе, но второй продолжал тихонько подбрасывать на ладони.

Шкипер вернулся через полчаса.

– Вот договор, – сказал он мрачно. – Я не могу продать шлюпку, я могу только сдать ее в аренду на временное пользование. Не знаю только, насколько это законно. Ты вносишь залог в размере полной стоимости шлюпки с запасом топлива и комплектом принадлежностей. Подпиши вот здесь. Потом подпишусь я, и это все, что можно сделать. Шлюпка уже готова.

– Отлично.

Данн прочитал текст и подписался.

– Крайне деловая процедура. Ты сказал мисс Кииз, что я отправляюсь? Она написала письмо?

Шкипер фыркнул.

– Конечно. Давай, забирай чертову шлюпку и отправляйся поскорее.

Данн последовал за ним, выходя из каюты. Магнитные подошвы щелкали о рифленые металлические плиты пола.

Такие плиты использовались во всех помещениях, где не жили люди, например, в коридорах.

Вот и шлюпка. По пути Данн видел только квази-вестибюль между ангаром и коридором корабля. Он забрался в люк, осмотрел контрольную панель и кивнул.

Двери ангара задвинулись. Голос из небольшого динамика на потолке миниатюрной кабины управления сделал обычный рапорт и готовности всех систем.

Корабль-сборщик неслышно стартовал с Отдушины, исчезнув среди светившейся пыли Колец.

Данн застегнул привязные ремни, расположившись в пилотском кресле перед пультом управления.

– Готов! – сказал он.

Створки больших дверей ангара, выпустились подобно створкам раковины моллюска.

В иллюминаторах прямого наблюдения Данн увидел желтое свечение тумана.

– Готов к запуску? – спросил гудящий голос с потолка.

– Готов, – сказал снова Данн. Он нахмурился.

– Катапультируем, – сказал голос.

Последовал толчок, шлюпка бешено задергалась, выброшенная в пространство из ангара, и на миг Данн уловил громадный силуэт корабля-сборщика, уже несколько затуманенный пылевой стеной.

Вплоть до этого момента Данн был доволен ходом событий, почти доволен. Все рудокопы в Кольцах помогли вполне поверить, что он покинул Отдушину как пассажир сборщика. Ничего другого для него не оставалось.

Но тут динамик на потолке ожил еще раз, гудящий голос с транспорта едва не заставил Данна задохнуться от злости.

– Удачи, Данн, – прогудел голос шкипера на полной мощности корабельного передатчика. – Ты сыграл надо мной хорошенькую шутку, и, должно быть, у тебя не все дома, если ты решил рискнуть, но все равно, желаю тебе удачи!

Потом детекторы захлебнулись эхом от включившихся двигателей сборщика, и на полном ускорении корабль начал уходить из колец Тотмеса. Он исчез раньше, чем Данн смог вздохнуть.

От ярости у него просто отнялся язык.

Всякий раз космоскаф в радиусе тысячи миль мог спокойно поймать речь этого – трижды будь он неладен – идиота-шкипера корабля-сборщика.

Теперь можно было считать, что все старатели знают, что Данн не покинул Кольца, а заменил космоскаф спасательной шлюпкой и намерен спасти напарника. Они начнут его преследовать, так как быстро обнаружат местонахождение шлюпки.

Тот, кто взорвал космоскаф захочет сделать то же самое и со шлюпкой. Стоит только Данну включить двигатель, как эхо работы двигателя тут же выдаст его с головой – оно отличается от того, которое характерно для двигателей космоскафа.

Почему ему не везет? Этого ведь не должно было случиться!

Невезение могло стать роковым.

Дверь в тесную кабину управления приоткрылась. Данн стремительно повернулся, рука потянулась к пистолету.

Дверь открылась чуть шире. В проеме появилась Найк, очень бледная, с широко открытыми испуганными глазами.

– Мне сказали, что вы летите спасти моего брата.

Голос у нее дрожал, хотя девушка пыталась придать ему твердость.

– Я должна его увидеть, поэтому я полетела с вами. Я пробралась зайцем.

Данн застонал. Сборщик уже ушел. Сейчас он, наверное, вошел в подпространство, направляясь за миллионы миллионов миль к Хорусу. Его не догнать и не вызвать по коммуникатору.

Теперь здесь, в Кольцах, не найти ни одного достаточно безопасного места для этой девушки.

– Думаю, – сказал Данн с горечью в голосе, – что тебе кажется, будто ты выиграла в споре со мной. Возможно. Ты все-таки летишь вместе со мной к брату! Мне приходится смириться с этим, потому что я ничего не могу поделать. Но ты жестоко об этом пожалеешь!

Он сжал кулаки и повторил еще раз:

– Ты трижды еще пожалеешь, будь я проклят!

Глава третья

Галактика занималась своим собственным делом, а Данн занимался своим.

Если могло существовать множество мнений по поводу занятий и дел обителей Галактики, то относительно Данна этого нельзя было сказать. В данный момент в его задачу входило: первое – остаться в живых, второе – чтобы в живых осталась Найк. Хотя ответственность за вторую задачу он на себя возлагать не хотел.

Кроме того, нужно было отделаться от космоскафов-преследователей.

Относительно их существования не было никаких сомнений. Их корабли следовали за ним на дистанции, с которой они могли следить за всеми изменениями в курсе шлюпки. Очевидно, они надеялись, что детекторы шлюпки уступают по чувствительности детекторам космоскафов. И, наконец, Данн должен был добраться вовремя до Кииза и спасти напарника от смерти из-за недостатка кислорода.

Они находились уже в полуторах днях пути от Отдушины, когда Данн объяснил всю ситуацию Найк. К этому времени он уже сделал все, что мог, чтобы привести в действие свой первоначальный план. Он исчерпал запас традиционных приемов сбрасывания «хвоста». Теперь шлюпка шла постоянным курсом, звук ее двигателей, неприятно-ноющий, выделялся среди жужжания двигателей космоскафов. Преследователи должны были прийти к выводу, что Данн оставил надежду уйти от них. Данн внимательно наблюдал за экраном радара. Шлюпочная система обладала несколько большим радиусом действия луча, но зато значительно уступала радарам космоскафов по объему информации о лоцируемом объекте.

Внутри маленькой шлюпки создалась в некотором смысле необычная атмосфера.

Данн все еще злился, в основном на самого себя, ведь всему виной послужила его первая ошибка.

Преследователи же в основном занимали время разговорами о легендарной находке Джо Гриффита. Он принес на Отдушину больше кристаллов, чем все остальные старатели могли собрать за годы.

Он хвастал, что нашел астероид, где кристаллов в сотни или даже в тысячи раз больше, чем он принес с собой. Затем он отправился к нему и больше его никто не видел. А тот таинственный астероид назвали Большой Леденцовой Горой.

Судьба его оставалась загадкой.

Вряд ли он пал жертвой другого старателя, потому что в последующие годы не было зарегистрировано крупных находок.

Некоторые говорили, что его утащили гуки, но само существование гуков вызывало обоснованные сомнения.

Конечно, время от времени детекторы космоскафов ловили странные сигналы, которые нельзя было объяснить работой двигателей космоскафов или какой-либо другой причиной, но их трудно было назвать научным доказательством существования гуков.

Данн продолжал наблюдать за экраном. Он объяснил Найк, как отличить радарный сигнал скалы от сигнала космоскафа.

Скалы двигались по неизменным орбитам вокруг Тотмеса, а космоскафы преследовали шлюпку.

– Мы направляемся к брату? – спросила Найк. Данн покачал головой.

– Пока еще нет. Сначала нужно избавиться от толпы любопытных.

Найк некоторое время колебалась, не решаясь, очевидно, задать вопрос, потом все-таки спросила:

– Ты не позволишь, чтобы у него кончился кислород раньше, чем мы доберемся туда?

– Если я от них не оторвусь, – непреклонно сказал Данн, – мы все можем считать, что нам каюк. Как ты думаешь, почему каждый старатель не расстается с оружием, и почему в транспортник они входят по одному, когда сдают собранные кристаллы?

– Почему?

– А потому, – ядовито ответил Данн, – что все старатели – это шайка потенциальных преступников, не признающих законов.

Это – головорезы! Корабли исчезают. Иногда их находят уже обчищенными. Кто-то на них напал, убил весь экипаж и присвоил найденные кристаллы. Кто? Неизвестно. И никого это особо не интересует, поскольку никого не касается лично. Я сам по пути на Отдушину едва не попал в засаду. А кто-нибудь, наверное, был менее осторожен, но кристаллы, которые они собрали, все равно попали на сборщик, но уже из других руте, и деньги за них будут перечислены на другой счет Межпланетной Минеральной Компании.

Девушка, судя по всему, была поражена.

– Народ здесь не сахар, – сказал ей Данн. – Говорят, что смертность в Кольцах составляет тридцать процентов в год. Частью это несчастные случаи, но и убийств тоже полно. Если мы доберемся до нашей скалы с половиной старателей, следующими за нами, думаете, что они вежливо попрощаются и оставят нас в покое только потому, что мы первые нашли скалу? Черта с два! Здесь, в Кольцах, человеку принадлежит то, что он нашел, только в том случае – если он в состоянии защитить свою находку. Если мы доберемся до места, нам с твоим братом придется решать – покинуть находку или нет, потому что речь идет о вашей безопасности.

Она потрясенно смотрела на него, потом неуверено проговорил:

– Это трудно себе представить.

– Средняя продолжительность жизни старателя в Кольцах – три года, – коротко заметил Данн. – Или человек быстро богатеет, или остается нищим. Поэтому каждый душу дьяволу продаст за пригоршню кристаллов. Ни один не побрезгует срезать угол на пути к богатству. Часто это делается одним способом – убийством.

Вот о чем шли разговоры в тесной контрольной рубке маленькой шлюпки, которая под ноющий звук работы двигателей продвигалась вперед Время от времени по всей шлюпке проносился ветерок – это в очередной раз срабатывал кондиционер, очищая воздух от углекислоты, неприятных запахов и излишней влаги. Однажды в течение нескольких часов эхо одного из космоскафов-преследователей переместилось несколько ближе к центру. Данн тоже немного изменил курс шлюпки. Немедленно все остальные космоскафы тоже переменили позиции. Они намеревались следить за своей жертвой до самого конца пути. Но один космоскаф, как понимал Данн, совсем этого не желал.

Он объяснил Найк, в чем тут дело.

Взрыв космоскафа указывал, что кто-то знает месторасположение находки Кииза и Данна, и хотел бы избавиться от Данна, вместо того, чтобы следить за ним. Если это действительно было так, то Кииз, возможно, был уже мертв. Данна хотели задержать, пока новые владельцы скалы не закончат опустошение жилы.

Конечно, это были только предположения. Кииз показал себя достаточно ловким человеком и многому научился за те шесть месяцев, которые он провел с Данном. Он мог вполне позаботиться о своей безопасности.

Ничего из своих опасений Данн, естественно, Найк не выдавал, но сам не мог избавиться от мрачных мыслей.

Спасательная шлюпка продолжала двигаться сквозь золотой туман Колец.

Радар по-прежнему показывал, что космоскафы преследователей упорно держат шлюпку в пределе действия своих детекторов. Найк приготовила еду и принесла тарелку Данна в контрольную рубку.

– Мы приближаемся? – спросила она с надеждой.

– Мы приближаемся к месту, где многое может случиться, – сказал Данн. – Но мы все так же далеки от твоего брата.

Он поднял глаза и посмотрел в сторону радарного экрана, туда, где находился иллюминатор внешнего обзора. Казалось, он старался что-то рассмотреть.

– Гляди!

Он показал рукой. Найк проводила взглядом его палец и покачала головой.

– Ничего не вижу!

– Смотри, вон там – яркая точка. Помнишь, в Отдушине можно было увидеть в небе несколько ярких точек, если смотреть в другую сторону от солнца? Это были звезды. Отдушина близка к внешней границе Колец Мы сейчас к ней и приближаемся.

Она не поняла, и Данн постарался объяснить доступнее. Шлюпка продолжала двигаться вперед Постепенно прямо по курсу в желтой дымке загорелась яркая точка, более яркая, чем сама дымка. Потом точек стало две, потом три…

– Осталось совсем немного. Через минуту мы выйдем из Колец и увидим звезды.

Он не ошибся. Внезапно вечносветящийся золотистый туман начал таять.

Туман все утоньшался, точки звезд становились все ярче. И вот туман исчез совсем.

В черноте космоса сияли мириады звезд

Они видели Млечный Путь – голубые, красные, белые и зеленые звезды. Во многих местах многочисленные пятнышки света образовывали созвездия, а в других местах звезды были закрыты темными облаками космической пыли.

Шлюпка, казалось, поднималась над необозримой туманной плоскостью которая простиралась на тысячи и тысячи миль.

Средний диаметр Колец составлял примерно двести тысяч миль. В центре сиял пятнистый глобус Тотмеса. До него было всего шестьдесят или семьдесят тысяч миль.

Это было одно из самых великолепных зрелищ во всей Галактике.

Найк вздохнула от восхищения.

Два человека, заключенные в кабине спасательной шлюпки, видели то, что даже экипажу корабля-сборщика не всегда удавалось видеть. Кольца уходили, казалось, в бесконечность. Они казались литыми, хотя Данн знал, что это не так. Казалось, немигающие точечки света – звезды – в изумлении взирают на чудо космической природы.

Найк не могла оторвать взгляда от иллюминатора. Потом Данн с ворчанием забрался в скафандр.

– Что… – начала Найк.

– По радару базуку не нацелишь, – сказал Данн. Он возился с нагрудными креплениями, – хочу сбить прыть с наших друзей.

Она одновременно казалась встревоженной и ошеломленной.

– Ты хочешь сказать, что вступишь в бой?

– Это не бой, – заверил он ее. – Разве что только один на один. С теми, которые просто следят за нами, можно не сражаться. Опасен только тот, кто взорвал мой космоскаф. Остальные стрелять не станут, иначе они лишат себя проводника к голубой мечте – Большой Леденцовой Горе. А вот с тем, кто хотел бы нас прикончить, нужно посчитаться!

Он застегнул горловую муфту скафандра и поднял с кресла шлем.

– Я рискую вашей жизнью так же, как и своей, – сказал он. – Я буду очень осторожен.

Он наполнил гнезда на поясе маленькими снарядами для базуки.

Опустив шлем, он закрыл за собой внутренний люк шлюза и зафиксировал его, как обычно, полуповоротом штурвала.

Найк сцепила пальцы. Ей не оставалось ничего иного, как только ждать.

Загудел насос, откачивая воздух из шлюза.

Насос выключился, и Найк услышала металлический щелчок. Это открылась наружная дверь шлюза. Потом опять наступила тишина.

Эта тишина страшила Найк. Когда кондиционер вдруг в очередной раз выдохнул в кабину струю свежего воздуха, она едва не подпрыгнула. Потом она приникла к иллюминатору.

Прижавшись лицом к прозрачному толстому пластику, она старалась рассмотреть, что происходит ближе к корме.

Сначала она не видела ничего, кроме обшивки корпуса шлюпки. Ее охватил страх. Вдруг Данн. – и с ним что-то случилось, и он теперь обречен на медленную смерть в пустоте. То же самое ожидает ее, когда кончится кислород в шлюпке. Но на это могут уйти годы – шлюпка рассчитана на несколько человек, и регенератор воздуха отличается большой надежностью. Задолго до конца она сойдет с ума от одиночества.

Она перешла к другому иллюминатору и с облегчением вздохнула. Она увидела Данна. Он стоял в открытом люке воздушного шлюза, и она ясно видела, что для страховки он надежно прикрепил себя к корпусу тросом.

В скафандре Данн напоминал металлическую статую. В членистой блестящей руке он сжимал горную базуку.

Не спеша, он начал заряжать магазин.

Подняв базуку на уровень плеча, он присоединил к шлему провод. Теперь крохотный экран внутри шлема превратился в телескопический прицел.

Ей казалось, что он целится бесконечно долго. Потом вспыхнула молния, еще одна, и еще. Данн начал перезаряжать базуку.

Потом еще четыре невидимых снаряда унеслись в пустоту.

Очевидно, этого было достаточно, и Данн задвинул наружный люк. Немного спустя раскрылась внутренняя дверь, и Данн вошел в рубку, снимая на ходу шлем. Он махнул им в сторону сверкавшей желтой поверхности Колец в иллюминаторах.

– Нужно показать вам немного, как управлять этим кораблем, – сказал он.

Побледневшая Найк с трудом проглотила комок в горле.

– Пока мы уходим от Колец, – сказал Данн, – и с хорошей скоростью уносимся в пустоту. Но скоро остальные космоскафы поймут, что мы рассчитываем вернуться обратно в Кольца… Но открытое пространство приведет их в замешательство. Это даст нам фору.