Текст книги "Хроники песчаного моря"

Автор книги: Мойра Янг

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 16 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]

Никто не смотрит в нашу сторону. Я подхожу к желобу, сажусь на колени и набираю воду в ладони. Ополаскиваю лицо, шею и руки, пока сестренка медленно льет воду из ведра.

– Где ты была так долго? Я уже начала волноваться, – говорю я.

– Не могла вырваться. У Миз Пинч разболелся зуб. Она не спала ночами, – объясняет Эмми. – Сейчас, вроде, все нормально.

– С тобой все в порядке? – спрашиваю я.

– Со мной да, – кивает Эмми. – А ты выглядишь ужасно.

– Я тоже почти не сплю, – говорю я. – Слушай, я узнала, куда увезли Лу. Это место называется Поля Свободы. А еще я знаю, кто поможет нам выбраться отсюда.

– Правда? – удивленно шепчет Эмми. – Кто это?

– Ее зовут Мейв, – говорю я. – Найди ее и передай ей от меня весточку.

– Хорошо, – говорит она. – А где ее искать?

– В Испанском проулке, на северо-востоке города, – говорю я. – Знаешь, где это?

– Да, – кивает сестренка.

– Отлично, – шепчу я. – Тогда вот что…

– Эй! Эй, ты! Девчонка! – кричит охранник и сурово глядит в нашу сторону.

– Ну я пошла, – говорит Эмми.

– Завтра обязательно приходи, – напоминаю я. – Это очень важно.

– Ага, – кивает сестра. – Ой! Чуть не забыла!

Она роется в кармане, вкладывает мне в ладонь гладкий розовый камешек. Сердечный камень, который украла Миз Пинч.

– Я его стащила, – улыбается Эмми.

– Спасибо, – говорю я и прячу камешек под рубаху, ближе к сердцу.

– Эй, девчонка! Что ты там копаешься? – орет охранник и направляется к нам.

– Увидимся завтра, – говорит Эмми. Она берет ведро, низко опускает голову и выскальзывает на улицу.

* * *

Я скована по рукам и ногам. Стражники выводят меня во внутренний двор, где разминаются девушки-бойцы. Сюда всех приводят на вечерние занятия.

Мне нужно поговорить с Эпоной. Рассказать, что я задумала. Я гляжу вокруг, замечаю Эпону.

Ангел Смерти никогда ни с кем не разговаривает. Обычно меня это устраивает. Но сейчас я не могу подойти к Эпоне, это привлечет внимание. Нужно действовать осторожно.

Она смотрит в мою сторону. Я ловлю ее взгляд, слегка наклоняю голову. Даю понять, что мне нужно с ней поговорить. Эпона удивленно кивает. Она умная, улучит удобный момент.

Охранники снимают с меня кандалы. На соседней площадке разминаются бойцы-мужчины. Они видят меня и вскакивают с мест. Бегут к забору, посылают через решетку воздушные поцелуи и кричат: «Ох, спасите! Ах, помогите! Ангел Смерти прилетел!»

Раньше я смотрела на них суровым взглядом, но это распаляло их еще больше. Теперь я просто не обращаю внимания на их подначки.

Правда, сегодня есть парень, который не подходит к забору. Он сидит в углу площадки, вычищает щепкой грязь из-под ногтей. Словно ему и дела нет до того, что творится вокруг.

Прежде я его не видала. Ни синяков, ни царапин на парне нет. Похоже, он новенький. Ему еще даже голову не обрили.

Он чувствует мой взгляд и прерывает свое занятие. Затем поднимает голову. Наши взгляды встречаются. Он отбрасывает щепку и неторопливо подходит к забору.

Парень не произносит ни слова. Медленно оглядывает меня с головы до пят. Бойцы свистят и улюлюкают. По мне разливается волна жара, покрывает грудь, шею, щеки. Я заливаюсь краской. Парень растягивает губы в улыбке. В кривой такой ухмылочке.

Я сжимаю кулаки. Самоуверенный подонок! Что он о себе возомнил?

Я проделываю то же самое, что и он. Скрещиваю руки на груди, осматриваю его с ног до головы. Каштановые волосы до плеч. Серые глаза на загорелом лице. Высокие скулы, легкая щетина. Худощавый, но выглядит сильным. Нос кривоват. Похоже, сломан. Цену себе знает.

Наши взгляды снова встречаются.

– Ну как, нравлюсь? – спрашивает он.

Я подхожу к забору. Хватаю прутья решетки. Наклоняюсь поближе. У парня едва заметные морщинки вокруг глаз. Наверное, оттого, что он часто щурится. Или смеется. Он него пахнет теплой пылью и шалфеем.

– Ты не в моем вкусе, – отвечаю я.

Поворачиваюсь и ухожу.

– Отбрила она тебя, Джек! – кричит один из бойцов.

Парень смеется.

Его зовут Джек.

Меня вдруг точно огнем опаляет. Струйка пота стекает по груди. Под рубахой теплеет сердечный камень. Наливается жаром.

Странно. Я смотрю в небо. На западе угасает солнце. Сумерки несут прохладу.

А мне кажется, будто настал полдень. Горячий полдень.

* * *

Эпона медленно подбирается поближе ко мне. Осторожно, незаметно для посторонних глаз. Будто случайно. Она останавливается недалеко от меня, садится на корточки и водит пальцем в пыли.

Начинаю свою обычную разминку. Сначала растяжка. Руки, ноги.

– Я говорила с Мейв, – шепчу я. На Эпону не гляжу.

– Она сегодня приходила в Колизей, – отвечает Эпона.

– Похоже, выбираться отсюда будем вместе, – говорю я.

– Договорились, – шепчет она. – Что делать собираешься?

– А сколько вас, Ястребов? – спрашиваю я.

– Человек сорок, – отвечает Эпона.

– Мейв сможет их всех провести в город? – шепчу я.

– Да, – кивает Эпона. – Только как бы стражники у ворот не всполошились. Столько девушек сразу… Вдруг тонтоны чего заподозрят?

– А что, если народ в Город Надежды валом повалит? – предлагаю я. – Вот Ястребы с толпой и смешаются…

– Продолжай, – шепчет она.

– Следующий бой в Клетке через два дня, – говорю я. – Деремся мы с тобой. Я этот бой проиграю. Как люди прознают, что Ангел Смерти проигрывает, так в Колизей битком набьются. Тонтоны за всеми не уследят. Охрану с бараков снимут, всех стражников пошлют следить за порядком в городе.

Эпона улыбается. Быстрая вспышка белых зубов, ямочка на щеке. Совершенно другая девушка.

– Верно соображаешь, – замечает она.

– Я проиграю тебе три раза, – продолжаю я. – Меня пустят на прогон.

Эпона еле слышно присвистывает.

– Ну, умирать я не собираюсь, как ты понимаешь, – поясняю я. – Рассчитываю на Ястребов. Когда я побегу по проходу, с обеих сторон должны быть только ваши бойцы. Они повалят меня с ног, прикроют, и я исчезну.

– Понятно, – шепчет Эпона. – Народ не сразу поймет, что ты сбежала, но как сообразят… начнется настоящий ад. Толпе не понравится, что их лишили крови Ангела Смерти.

– Тем временем ты выберешься из Клетки, – говорю я.

Эпона окидывает взглядом девушек на площадке.

– А Ястребы освободят всех остальных, – продолжает она мою мысль. – Потом мы сожжем Город Надежды до основания. Ты нам поможешь? Ты ведь всех стражников знаешь и где какие бараки…

– Конечно, – соглашаюсь я.

Гляжу ей прямо в глаза.

Лу всегда говорил, что если врешь, надо смотреть в глаза.

* * *

Эмми находит Мейв в Испанском проулке и рассказывает про мой план.

Мейв считает, что план сработает. Она посылает за остальными Ястребами. Через пару дней все будет готово. Как только я исчезну на прогоне, мы отправимся в бараки освобождать бойцов. После этого подожжем город и двинемся на северо-восток, подальше от ворот. Все ломанутся из города через ворота, а мы уйдем через дыру в ограде. И Эмми с собой заберем.

Вот так.

Только не совсем. Меня все устраивает, вплоть до прогона и моего исчезновения. Но после этого у нас с Эмми другие планы.

* * *

Я проигрываю бой Эпоне.

Все выглядит по-настоящему. Как надо. Я оскальзываюсь и теряю равновесие, Эпона набрасывается на меня, словно шакал на труп. Она держит меня в сильном захвате. Моя красная ярость требует, чтобы я отбивалась.

В небе над Колизеем встревоженно каркает Нерон. Хочу объяснить ему, почему проигрываю. Но не могу.

Поначалу толпа не верит в то, что происходит. Это видно по их лицам. Ангел Смерти непобедима. Несокрушима. Ее нельзя остановить.

Потом зрители чувствуют запах крови. Моей крови. И они хотят еще. На самом деле им все равно, чья это кровь.

Мейв сидит в первом ряду. Я лежу на земле. Наши взгляды встречаются. Она кивает. Один бой проигран. Впереди еще два.

* * *

Едва меня приводят в барак, как дверь распахивается.

– Дорогу Королю! Дорогу! – раздается крик.

Внутри у меня все сжимается. В горле пересыхает. Я подхожу к двери своей клетушки. Прижимаюсь к прутьям решетки, чтобы лучше видеть.

В барак вбегают двенадцать тонтонов с факелами в руках, выгоняют стражников и выстраиваются у стены. Поднимают факелы, освещают путь.

В дверь заходит мужчина.

Точь-в-точь как на картинке в книге Рустера Пинча. Он стоит в дверном проеме с тростью в руках. Длинные черные кудри лежат по плечам, волосы на макушке торчат высокой копной. Он завернут в звериную шкуру, которая волочится за ним по земле. Смешная рубаха с огромным воротником и манжетами. Короткие пышные штаны до колена, а ляжки голые. Белые чулки. Башмаки с высокими каблуками. Шпага на боку.

Лицо напудрено. Губы намазаны красным, как у шлюх в Городе Надежды.

Как там называл его Рустер Пинч? Луикаторз. Людовик. Номер четырнадцать. Король-Солнце Франции. Умер много столетий назад. Значит, это его двойник.

Он семенит по бараку, задрав голову. Шажки мелкие, словно ему жмут башмаки. У носа трепещет белый кружевной платок.

Девушки-бойцы толпятся у решетки, чтобы получше рассмотреть такую диковину.

Тонтоны склоняют головы, шепчут «Ваше величество», когда он проходит мимо.

Демало идет следом. Сердце у меня сжимается, я напрягаюсь. Только его здесь не хватало.

Следом за Демало появляется Миз Пинч. Чего ей тут понадобилось?

Вдруг я понимаю, что они идут ко мне. Я карабкаюсь на свою койку. Забиваюсь в угол. Сквозь тонкую рубаху чувствую холод каменной стены у меня за спиной.

Король здесь. Лу у него. Может, он явился забрать меня? Может, они схватили Мейв? Узнали про наш план?

Не говори ни слова. Ничего не выдавай. Не смотри на Демало.

Король останавливается напротив моей клетушки. Демало стоит в тени. Сердце громко колотится у меня в груди.

Миз Пинч выскакивает из-за спины Демало, подбегает к решетке и трясет ее. Ей очень хочется ухватить меня за шею.

– Ты чего устроила? – орет великанша. – Как ты посмела?

Я молчу. Головы не поднимаю.

– Ты подставилась! – брызжет слюной Миз Пинч. – Нарочно бой проиграла. Меня не проведешь. Признавайся, зачем?!

– Успокойся, женщина, – мямлит Король. Он говорит так, будто его рот набит сырой землей.

Я вздрагиваю.

– Сынок, я ее хорошо знаю, – продолжает Миз Пинч. – Викарий, послушай! Она…

Король поднимает трость и ударяет великаншу по лицу.

Миз Пинч вскрикивает. Спотыкается, хватается за прутья решетки, чтобы не упасть. Опускается на пол и испуганно глядит вокруг. Стареет на глазах. Из рассеченной губы течет кровь.

Неужели Миз Пинч мать Короля? Его зовут Викарий Пинч. Значит, все сходится. Картинка в книге Рустера. То, как выглядит Викарий Пинч. Вот почему Рустер соврал, когда я спросила его про детей.

– Как ты обращаешься к своему Королю? – спрашивает Викарий.

Миз Пинч молчит.

– Как ты обращаешься к своему Королю? – визжит он и брызжет слюной.

– Ваше величество, – с запинкой произносит великанша. – К Королю положено обращаться «Ваше величество».

– Если снова забудешь, – говорит он, – тебя убьют. Ясно?

Миз Пинч кивает, хватает его за полу и целует край нелепого одеяния.

– Да, – шепчет она. – Ваше величество, я лишь желаю угодить. Ничего больше не хочу, Ваше величество.

Он отталкивает ее руку.

– Не смей прикасаться к своему Королю! – кричит он. – Так что ты говорила про эту девчонку?

– Ваше величество, я только хотела сказать, что… что я знаю ее, Ваше величество, – запинается великанша. – Она не такая, как остальные. Ее дух слишком силен, он не позволяет ей проигрывать. Сегодня она нарочно подставилась. Она хитрая. Она что-то задумала.

Миз Пинч с ненавистью смотрит на меня.

– Достаточно! Король будет говорить с Ангелом Смерти, – заявляет Викарий и машет кружевным платком.

Великанша покорно отходит в темный угол барака.

Демало приближается к камере.

– Подойди сюда, – произносит он. – Его величество желает поговорить с тобой.

Я в первый раз слышу голос Демало. Он низкий. Мрачный. Грозный. Такой, какой я и ожидала.

– Подойди, – говорит он.

Я медленно встаю. Делаю пару шагов. Замираю.

– Ближе, – велит Демало.

Я встаю перед решеткой. Перед ним. Глаз не поднимаю. Чувствую его тепло. Его холод.

«Саба», – слышится шепот.

Странная слабость охватывает меня, я наклоняюсь вперед. Хватаюсь за решетку, чтобы не упасть.

Демало поворачивается, кланяется Королю и отступает в тень. Он и правда назвал мое имя? Нет, показалось.

Викарий Пинч подходит к решетке, протягивает руки и хватает меня за горло. Сильные пальцы сдавливают мне шею. Трудно дышать.

– Это правда? – спрашивает он. – Ты нарочно проиграла бой?

– Нет, не нарочно! – отвечаю я.

Он все сильнее сдавливает мне горло. Я хватаю его за запястья. Пытаюсь освободиться. Но он слишком силен. Судорожно втягиваю воздух носом. От Короля ужасно воняет кислятиной, потом, гнилью. Всем сразу.

– Твой Король проделал длинный и утомительный путь, чтобы посмотреть, как ты дерешься, – мямлит он. – Чудесный боец. Все только о тебе и говорят. Ангел Смерти. Король будет очень огорчен, если узнает, что его обманули.

– Я не обманываю! – настаиваю я.

– Признайся, ты врешь? – требует он.

– Нет! Проигрыш означает смерть! – говорю я. – Все это знают!

– Да, в самом деле, зачем тебе нарочно проигрывать? – кивает он. – Так никто не поступает. Это бессмысленно.

Внезапно он разжимает руки. Я падаю и хватаю ртом воздух. Ощупываю шею.

– Ты все выдумываешь, женщина, – обращается Викарий к Миз Пинч. – Тебе повезло. Ты на этой девчонке целое состояние сколотила. А как отправим ее на прогон, ты найдешь другую.

– Твоя правда, Ваше величество. Как всегда. Напрасно я тебя побеспокоила, зря потратила твое время, Ваше величество, прости меня, извини! – визжит великанша, как побитая собака у ног хозяина.

Я медленно встаю.

– Погоди-ка! – говорит Викарий Пинч и хватает меня за запястье. Притягивает к решетке. Тычет мне в щеку холодным пальцем. Туда, где вытатуирована полная луна.

– Что это? – спрашивает он и со свистом втягивает в себя воздух.

– Татуировка, – отвечаю я.

– Король и так видит, – говорит он. – Откуда она у тебя?

Я лихорадочно соображаю, что ответить.

– Там, откуда я родом, у всех такие, – шепчу я.

– И где же это? – спрашивает он.

– На востоке, – говорю я.

– На востоке, – повторяет он. – Понятно.

Викарий долго рассматривает меня своими мертвыми глазками. Они очень похожи на материнские. Он отпускает меня. Отступает назад и прижимает платок к носу.

– Демало, Король желает удалиться из этой вонючей дыры, – произносит он.

– Ваше величество, – говорит Демало и склоняет голову.

Я замечаю, как чуть кривятся его губы. Странная тень скользит по его лицу.

Похоже, Демало презирает Викария Пинча.

Тонтоны поклоном провожают Короля. У двери Демало пропускает вперед Пинча и его мать.

Потом поворачивается и смотрит на меня.

У меня перехватывает дыхание. Я опускаю голову. Я не хочу встречаться взглядом с Демало. Не смею. Даже в темноте камеры.

Наконец он уходит.

Меня как будто отпускает.

Я снова могу дышать.

* * *

Ангел Смерти проигрывает.

Слух разносится ураганом.

Город Надежды набит битком. Все отребье делает ставки на следующие два боя. Хозяин Клетки принимает самое лучшее из того, что осталось от Разрушителей. Монеты, стеклянные бусины, золотые кольца, серебряные цепочки… Он самолично определяет ценность принесенных вещей.

На моей возможной смерти неплохо зарабатывают и Хозяин Клетки, и Миз Пинч, и всякий, у кого найдется свободная койка, пусть даже и с блохами. Эм говорит, что койки в Городе Надежды теперь сдаются на час, а не на ночь.

Хозяин Клетки считает, что у нас с Эпоной равные шансы.

Мы не виделись с ним с того самого дня, когда он сказал, что я для него ничтожней грязи. И это правда. Ему все бойцы одинаково безразличны. И те, кто приходит смотреть наши бои, нас тоже не различают.

Стою у Клетки, смотрю наверх, на балкон, где появляются Хозяин Клетки, Демало и Король.

Король опирается на перила и глядит на меня. Сегодня он одет во все красное.

Моя татуировка его тревожит, это точно. Похоже, Хелен права. Лу отправили на Поля Свободы. Должно быть, Король запомнил татуировку Лу. Может, он и поверит моей лжи.

Я, конечно же, проигрываю бой. Второй. Остается еще один.

Завтра.

* * *

Джек стоит в углу площадки, где разминаются бойцы-мужчины. Привалился к стене, скрестил руки на груди. Смотрит на меня.

Замечает, что я смотрю на него, отталкивается от стены и подходит к ограде. Будто против своей воли, я иду ему навстречу. Его длинных волос уже нет. Голова обрита, как у всех нас.

– Ангел, – говорит он с улыбкой. – Что ты задумала?

– Не понимаю, о чем ты, – отвечаю я.

– Ты не проигрываешь бои, пока сама не захочешь, – продолжает он и выразительно поглядывает на Эпону, которая разминается на женской площадке. – Ты разговаривала со своей подругой несколько дней назад. Похоже, разговор вышел интересный.

– Не знаю, что ты имеешь в виду, – говорю я.

По груди разливается жар. Сердечный камень обжигает кожу. Так же, как в прошлый раз, когда я беседовала с Джеком.

– Можешь мне не говорить, – заявляет он. – Рано или поздно я все равно узнаю.

Внезапно он хватает меня за запястье. Я ощущаю покалывание в руке. Как в тот день, когда нас с Лу чуть не убила молния.

Улыбка сходит с лица Джека.

– Мне кажется, ты затеяла опасную игру, – серьезно говорит он.

– А тебе-то что? – спрашиваю я.

Мы смотрим друг на друга.

– Ничего, – отвечает он. – Будь осторожна, Ангел.

Он медленно, словно неохотно, отпускает мою руку.

Я отхожу.

Сердечный камень постепенно остывает.

* * *

Темнота. Ничего не видно. Вокруг клубится дым. Обжигает мне горло, ноздри, глаза.

«Где ты?» – кричу я.

Ответа нет. Голодное пламя лижет дерево, древесина вздувается и шипит.

Нужно найти его. Нельзя его оставлять здесь. Сердце стучит. Громко. Стук отдается в голове. Я закрываю уши руками. Меня охватывает ужас. Я хожу кругами, ослепленная.

«Где ты? – кричу я. – Где ты?»

Слышу другой голос. Шепот. Голос Марси.

«Сердечный камень поможет тебе… Сердечный камень… Поторопись, Саба…»

Яркое солнце. Площадка для разминки. Эпона улыбается.

«Мы сожжем Город Надежды до основания», – говорит она.

Я должна найти его. Пока не поздно.

Поздно… поздно… поздно…

Я бормочу себе под нос и просыпаюсь. Вся в поту, одеяло скомкано, сердце колотится.

Это что-то новое. Раньше пожары мне не снились. В своем сне я искала не Лу. А кого тогда? Не знаю.

Хочется прогнать ночной кошмар. Я сажусь на койку, прижимаю колени к груди и закрываю глаза.

Думаю о воде. О целом озере чистой воды. Я ныряю. Вода принимает усталое тело, измученную душу, тяжелое сердце. Я плыву, а волны плещутся вокруг, вылизывают меня дочиста.

Я готова к следующему восходу солнца.

* * *

Охранник открывает дверь. Я захожу в Клетку в последний раз. Тело словно не принадлежит мне. Внутренности сжались в комок. В горле пересохло.

Шум толпы заглушает мои мысли. Люди наводнили улицы и облепили крыши. Тем, кто не попал в Колизей, не видно, что происходит. Изнутри доносятся крики и вопли. Все хотят быть причастны к смерти Ангела. К моей смерти.

Продавцы шааля сбиваются с ног, с трудом пробираются сквозь толпу, тащат корзины, полные темно-зеленых листьев. Взвинчивают зрителей.

На балконе Хозяина Клетки толпятся приглашенные гости в роскошных нарядах. Рустер и Миз Пинч стоят в самом углу. Все разглядывают Короля, Викария Пинча. Он сидит на золотом стуле. Все перед ним лебезят, предлагают питье и еду. Он раздраженно отмахивается кружевным платком. Смотрит вниз, на Клетку.

Демало стоит рядом.

Надеюсь, Эмми не попадет в беду. Вольные Ястребы обещали позаботиться о ней, но я не успокоюсь, пока не увижу ее сама.

От Клетки до самого верха Колизея ровнехонько идет центральный проход.

Прогон.

Мейв сидит на скамье в первом ряду у центрального прохода. Рядом с прогоном. Она едва заметно кивает мне, озирается и снова смотрит на меня.

По краям центрального прохода скамьи заняты крепкими девушками.

Какой-то мужчина пытается оттеснить одну из них, занять место поближе к прогону. Девушка ударяет его локтем по горлу.

Мейв сдержала обещание, привела Вольных Ястребов.

Нерон сидит на столбе у Клетки и каркает. Сходит с ума от страха. Он слетает вниз и проскальзывает сквозь решетку Клетки. Он никогда раньше так не делал.

Ворон опускается мне на плечо. Все вокруг стихает. Люди считают, что я беру у него силы, даже если проигрываю. На столб и сегодня никто не желает вскарабкаться, хотя это самое дешевое место.

Нерон вспрыгивает мне на руку. Я тру ему клюв, глажу голову. Он урчит по-вороньи, очень похоже на кошку. Я скучаю по нему.

– Все будет хорошо, – шепчу я. – Нерон молодец.

Он склоняет голову. Смотрит на меня блестящими черными глазками.

– Все хорошо, – повторяю я. – Со мной все будет в порядке.

Нерон громко каркает. Понимает, что значит все в порядке.

Я поднимаю руку. Ворон взлетает, усаживается на столб. Люди перешептываются, бормочут, ерзают на скамьях.

Дверь Клетки со скрипом открывается. Входит Эпона.

Сердце выпрыгивает у меня из груди. Кровь шумит в ушах.

Мы смотрим друг на друга. Глаза в глаза. Припадаем к земле. Звучит гонг.

Начинается мой последний бой.

* * *

Эпона задает ритм. Гоняет меня по Клетке, теснит в угол, лупит что есть сил.

Меня обуревает красная ярость. Я пытаюсь задавить ее, отогнать, но она прожигает меня насквозь. Переполняет меня. Красная ярость не знает про мой план. Она не знает про Мейв. Она не доверяет ей. Потому что ярость не признает планов, не различает людей, не знает доверия. Ее волнует только одно. Выживание.

Мне не заглушить ее. Она дикая. Загнанная в угол. Отбивается от Эпоны. Борется за мою жизнь.

– Что ты творишь? – шепчет Эпона. В ее глазах ужас. Она сильная. Умная. Теснит меня к краю. Но я отбиваюсь. Мне терять больше, чем ей. Меня ждет прогон.

Мы не прекращаем боя. Кровь льется рекой. Мы деремся из последних сил.

Эпона слабеет. Я хватаю ее за горло. Прижимаю к решетке. Толпа беснуется. Все вскакивают со своих мест. Краем глаза я замечаю Мейв. Она ошарашенно смотрит на меня. Машет руками. Говорит что-то, но я не слышу.

В ушах у меня гудит красная ярость. Кричит во мне. Сдавливает горло Эпоны. Мои пальцы все сильнее сжимают шею противника.

Остановись!

Я стискиваю зубы, пытаюсь заглушить красную ярость, растворить ее во мраке. Окунаю ее в черную глубину. Пусть она захлебнется. Не могу вспомнить, что мне надо сделать. Не могу ухватить…

Лу. Лу. Я чуть не забыла о нем.

Я найду тебя. Куда бы тебя ни увезли, я найду тебя. Клянусь.

Поднимаю голову. Рев красной ярости стихает. Она исчезает. Я прихожу в себя.

Жажда жизни заставляет мое сердце биться, заставляет меня дышать. Она скрыта глубоко внутри меня. Красная ярость. Ее мощь чуть не захлестнула меня целиком.

Но меня ждет Лу. Он рассчитывает на меня. Мейв. План. Моя единственная надежда вырваться отсюда. Как я могла про это забыть?

Я ослабеваю хватку. Эпона падает мне на руки, ловит ртом воздух.

– Прости меня, – говорю я. – Прости.

Я отступаю. Широко развожу руки.

Эпона поднимет голову и подносит руку к горлу. Непонимающе смотрит на меня.

Я киваю.

Что ж, давай, как договаривались, – говорю я.

И она побеждает меня.

* * *

Двое охранников поднимают меня, держа под руки. Выводят из Клетки. Прежде чем я успеваю осознать это, я оказываюсь перед толпой. Зрители беснуются. Они прекрасно понимают, что я подставилась. Нарочно проиграла бой. Они ненавидят, когда их обманывают. Они жаждут моей крови. Воют, словно стая голодных волков. Те, что стоят возле прогона, отпихивают друг друга, занимают места получше. Все хотят принять участие в убийстве.

Красная ярость ушла. Колени дрожат. Я глубоко дышу. Если прежде мне было страшно, то сейчас меня охватывает ужас.

Смотрю на Мейв в первом ряду. На Вольных Ястребов у начала прогона. Девушки ведут себя уверенно. Они сильные. Неукротимые. Мейв буравит меня взглядом.

Я доверила ей свою жизнь. Жизнь Лу. Жизнь Эмми. О чем я думала? Зачем доверилась незнакомке? Вдруг она не сможет выполнить задуманное? А вдруг Вольные Ястребы струсят? А вдруг сама Мейв всего лишь притворяется сильной и храброй?

Смотрю на балкон. Все в Колизее поворачиваются туда же. Становится тихо.

Викарий Пинч встает. Берет красный платок у Хозяина Клетки. Поднимает руку.

Я не смею вздохнуть. Когда рука с платком опустится, мне придется бежать по проходу. Ноги подгибаются, словно ватные. Не могу двинуться с места.

Пинч поворачивается к Хозяину Клетки и что-то шепчет ему на ухо. Толстяк с улыбкой выслушивает Короля и подходит к краю балкона. Вскидывает руки.

– Господа! – кричит он. – Это не простой боец! Ей предстоит необычная смерть! В этот исторический момент ваш Король не желает упустить ни малейшей подробности. И посему он повелевает, чтобы прогон проходил здесь!

Он показывает на проход, который идет от Клетки к балкону.

Пинч изменил место прогона!

Меня сотрясает дрожь. В горле возникает ком.

Толпа взрывается негодующим криком. Бойцов на прогон всегда пускают по центральному проходу. Места по его краям стоят дороже. Зрители хорошо платят за возможность принять участие в убийстве. Они толкают стражников, бросаются в драку с ними.

– Нет! – кричит Эпона из Клетки. Она бросается на решетку. – Нет, нет, нет!

Викарий Пинч улыбается.

Я смотрю на Мейв. Она лихорадочно осматривается. Глядит то на Вольных Ястребов, то на меня. Смотрит на новое место прогона, где уже собирается толпа. Мейв отчаянно ищет выход из положения. Ястребам слишком поздно перебираться на новое место. Стражники и тонтоны выстраиваются в начале и конце прогона, чтобы не допустить давки.

Охранники берут меня под руки и тащат к проходу.

Вот так все и заканчивается.

Я остаюсь одна.

Без Мейв. Без Ястребов. Без плана.

Если ничего не придумаю, то умру на прогоне.

Нерон каркает. Громко. Настойчиво. Он прежде так не каркал.

Ворон сидит на решетке Клетки. Замечает мой взгляд и с карканьем перелетает на столб. Потом возвращается на Клетку. И снова летит на столб.

Все-таки я не одна.

Прыгать придется высоко. В человеческий рост.

Однако выбора у меня нет.

Пинч снова поднимает руку. Красный платок опускается вниз.

Внезапно я падаю на колени. Охранники от неожиданности ослабляют хватку. Я вырываюсь и бегу. Прыгаю на Клетку, цепляюсь за прутья. Карабкаюсь вверх по решетке. Один из стражников подпрыгивает, хватает меня за щиколотку. Тянет. Я повисаю на одной руке. Отбиваюсь. Ударяю его пяткой, ломаю ему нос. По лицу охранника льется кровь. Он с криком отпускает меня и валится на землю. Я подтягиваюсь на крышу Клетки.

Встаю. Бегу по ней.

Осторожно! Главное не провалиться сквозь решетку!

В Клетке Эпона с разбегу бросается на стражника, валит его на землю. Молодец, подруга!

Я несусь в угол Клетки рядом со столбом. Оглядываюсь. Тонтоны и охранники толпятся у Клетки, карабкаются по стенам. Один вот-вот перевалится на крышу.

На глаз прикидываю расстояние между Клеткой и столбом. Разбегаюсь. Отталкиваюсь от решетки и взмываю вверх.

Вытягиваю руки. Пальцы цепляются за нагретое солнцем железо. Со всего размаху врезаюсь в столб. Подтягиваюсь на руках, карабкаюсь все выше и выше по столбу. Пробираюсь на осветительную площадку, к тому краю, что со стороны Города Надежды. Внизу жмутся друг к дружке крыши лачуг. Люди, которые забрались на крыши, чтобы лучше слышать бой, смотрят на меня с открытыми ртами.

Прыгаю со столба на ближайшую крышу. Все разбегаются. Грубо сколоченные тонкие доски с треском переламываются. Я проваливаюсь сквозь крышу и падаю на стол внутри. Он разваливается подо мной.

Я растерянно гляжу вверх. Сквозь дыру в крыше меня разглядывают удивленные лица. Вскакиваю и бегу на улицу. Хватаю плащ с крючка у двери, накидываю на себя. Нужны ботинки, но у меня нет времени их искать.

Я кутаюсь в плащ. Стараясь держаться с краю, ныряю в дверные проемы.

В Колизее суматоха, толпа валит на улицы.

Сердце бьется как сумасшедшее. Локоть и ребра горят огнем. Должно быть, ссадила, когда свалилась на стол. А еще побои, которые достались от Эпоны.

Похоже, в этой неразберихе Мейв сможет выполнить задуманное.

А мне нужно украсть лошадей и встретиться с Эмми.

Сестренка знает план. Пока Ястребы выпускают бойцов на свободу и поджигают город, мы с ней встретимся на северо-востоке, в углу городской ограды. Если там будет кто-то из Ястребов, придется от нее отделаться. После этого мы с Эм будем свободны. Ястребы проделали дыру в ограде. Мы уйдем через нее и отправимся на север, в глубину Черных гор. Отыщем Поля Свободы, о которых рассказывала Хелен.

Вызволим Лу.

Меня хватают за руку.

* * *

Сильные руки тянут меня в вонючий проулок. Я наугад отмахиваюсь. Выкручиваюсь, пытаюсь вырваться.

– Подожди! Перестань же, идиотка! – кричит кто-то. – Я из Вольных Ястребов!

Я останавливаюсь и перевожу дух. Девушка откидывает капюшон. Я не видела ее раньше. Высокая, волосы русые, взгляд жесткий. Сильная.

– Меня зовут Эш, – говорит она.

– А, ну ладно, – киваю я.

– И чего ты такая дерганая? – спрашивает она, достает из-под плаща лук и колчан, вручает мне. – Нам направо. Сюда.

Я медлю.

– Давай же, – настаивает она.

У меня все болит, сил не осталось. Драться с ней бесполезно, придется подчиниться. Оторвусь от нее при первой же возможности.

Короткий проулок заканчивается высокой железной стеной, ржавой и погнутой.

– Ты первая, – говорю я.

– Нет, ты, – отвечает она.

Я забрасываю лук и колчан за спину и прыгаю на стену. Подтягиваюсь наверх. По ту сторону никого нет. Я спрыгиваю со стены, за мной следует Эш.

Мы бежим по узкой улочке. Хижины тесно прижимаются друг к другу. Поворачиваем направо, потом налево, петляем неизвестно где. Лучи света разрезают темноту. Я понятия не имею, где мы находимся.

Топот бегущих ног. Голоса. Вопли. Слева от нас.

– Рассредоточьтесь! – кричит кто-то. – Перекройте улицы!

– Сюда, – говорит Эш и ныряет в ветхий дом.

Я следую за ней. Она бежит в угол, поднимает деревянную дверцу в земляном полу.

– Иди за мной, – велит она. – Дверцу за собой прикрой.

Я медлю, оборачиваясь. Собираюсь сбежать.

Она хватает меня за руку и закручивает мне ее за спину. Эш сильная. Очень сильная.

– Нет уж, никуда ты не денешься, – говорит она.

– Отпусти меня, мне нужно отыскать брата, – прошу я и пытаюсь вырваться.

Она не ослабляет хватки.

– Понятно, – говорит она. – Ястребы помогают тебе выбраться, рискуют жизнью ради тебя и твоей сестры, а ты решила нас обмануть.

– Без меня у вас бы ничего не вышло, – замечаю я. – Я бы убила Эпону, ты же знаешь.

– Ястребы помогают тебе, ты помогаешь Ястребам. Потом отправляешься за своим братом. Вы так с Мейв договаривались, – напоминает Эш и сильней выкручивает мне руку.

Я вскрикиваю.

– Я вам не нужна. Вас и так много, – говорю я.

– Ты бросишь бойцов, которых похитили и сделали рабами? Так же, как тебя и твою сестру? – уточняет Эш. – Ты оставишь их в беде? Вот ты какая! Ты не держишь своего слова.

– Нет, я не такая, – возражаю я.

Она ждет.