Текст книги "Кости. Навье царство (СИ)"
Автор книги: Мию Логинова
Соавторы: Алана Алдар
сообщить о нарушении
Текущая страница: 4 (всего у книги 17 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]
Глава 4.2
-Да, ничего особенного, – невнятно пробормотала. Уж слишком парень был любопытен. – Привычка у меня такая, давать прозвища. Ты не замечал, что любой человек в той или иной мере смахивает на какое-то животное, птицу или грызуна?
Тим ненадолго задумался, все так же улыбаясь во весь рот.
–А точно! Действительно. Есть у меня друган – ну точно змей!
–Ну вот, – заключила я, словно он сам ответил на свой же вопрос.
–Что насчет меня? – спросил он. – На кого похож?
Остановилась, демонстративно оценивая.
–Хм-м, дай-ка подумать, – постучала пальцем по подбородку. – Пожалуй, ты – лабрадор.
Он замер, а затем вновь расхохотался:
–Почему?
Пожала плечами. Мы продолжили путь. Коридор был до странности длинным и извилистым.
–Ты вечно смеешься, точно лабрадор, – у них всегда улыбка на морде, такой же отличный собеседник, как и пёс – компаньон, с тобой весело, а ещё, – немного замялась, потому как не хотелось ошибиться в последствии, – у тебя светлые, добрые глаза.
Тим поперхнулся даже:
–У меня? – переспросил удивленно.
–Да. Ты хороший.
–А ты забавная, отрава.
–Смотрю, идея с прозвищами пришлась по душе? Приобщился?
–Классная тема, – он согласно кивнул, указав рукой на левый рукав коридора. – Нам сюда. Вот, выбираю поточнее, то ли кураре, то ли белладонной прозвать?
Хмыкнула:
–Я не ядовитая, просто… колючая, иногда.
–Будешь колючкой!
В этот раз коридор вёл словно бы не в помещение, а огибал его.
–Мне к бару, вообще-то, – напомнила провожатому.
–Так мы его и пройдём, хотя там сейчас пусто совсем. Купальские игры начались, уверен, уже и «Коршуна» начали.
–Игры?
–Ох и колючка, – он почесал затылок, – странная, непонятная белладонна, которой удалось пройти в навью дверь и передвигаться тропами, но о ритуалах ничего не ведаешь.
–Всё, что ты сказал сейчас, для меня полная тарабарщина, – охотно подтвердила.
–Ну а в Кощеево каким ветром занесло?
–Родилась здесь, если ты о Могилёв-Кощееве. Мама декретный отпуск провела с бабулей, – отчего-то пустилась в туманные пояснения. – Потом, конечно, назад, в столицу вернулись. Здесь у меня бабушка так и живёт. Совпало, что практика от универа началась, а мы сюда решили вернуться. Универ дал добро на дистанционное обучение.
–Практика, значит, – задумчиво повторил Тим. -И кто направил?
–Константин Сергеевич.
–Отец Кощеева? – у Тимофея глаза сделались как два блюдца, а брови, если бы могли, устроились на затылке. – А с ним какие у тебя дела?
–Да не у меня, – сознаваться, что мама крутит шашни с местным богатеем не очень хотелось, как и в том, что в элитный клуб попала по протекции. Но, предпочитала говорить правду. Из песни, так сказать, слов не выкинешь. – Хороший знакомый мамы, вот… предложил помочь, а я не собиралась отказываться от подобной возможности.
–О как… – странно, но почему-то задорная улыбка сошла с его лица. – Хозяину «Костей» не говорила, какими судьбами занесло на наш погост?
–Он знает, что рекомендации от его отца. А что?
–Да нет, – вновь улыбка во весь рот, – будет о-очень любопытно.
Вдали послышались голоса, смех, музыка.
–Так и знал, – прислушиваясь, подытожил Тим, – уже начали коршуна.
–О, Тимоха! – голос сбоку оторвал нас от беседы.
–Здоров, Хмель. – Мой новый знакомец пожал приземистому парню руку. – Чего еще не в зале?
–Да вот, вывеску не могу сам подвесить. Поможешь?
Тимофей замялся, нетерпеливо бросая взгляд в сторону, где слышался веселый шум:
–Ай, – махнул рукой, – давай, только быстро! Пойдём, – Тим указал куда-то в сторону, где, мне казалось, еще минуту назад была сплошная стена.
Парень, которого Тимофей назвал Хмелем уже стоял на лестнице, придерживала вывеску с надписью «Кровь». Судя по дверям и разрисованным кирпичным стенам, это была лаунж зона стилизованная под вампирский нуар. Тимофей, будучи более высоким, просто встал с другой стороны плаката, придерживая его за угол.
– Немного левее, если хочешь ровно! – подсказала я.
– Спасибо! – ответил Хмель и сдвинул вывеску левее. – Будет еще одно слово.
Бросив взгляд на чёрный диван, заметила продолжение надписи. «Свежая».
– Свежая кровь? Зловеще!
– Да? – обрадовался парень. – А я боялся, что на магазинную вывеску смахивает, всё равно что «Свежие булочки» или «Свежее молоко».
–Ну, это же не магазин, а кровь не еда, – заметила я. – Так что очень антуражненько.
Парни быстро переглянулись. В глазах Хмеля скользнул вопрос и недоумение.
–Ну, бывай, – отчего-то заторопился Тим. Схватил меня под руку, таща на выход. – Вечерком загляну, а сейчас мы пойдем.
–Ох и сложно тебе будет, колючка. Ты же как тот младенец, честное слово! Ничегошеньки не понимаешь. И как старший Кощеев допустил тебя в бар?! Это, в твоем случае, даже опасно.
–А моя стажировка и не в баре должна быть. Я пиар менеджер.
–Как же здесь очутилась?
–Кирилл Константинович отправил, – не скрывая язвительных ноток, добавила, – доберман чертов.
–Н-да, – только и выдавил Тим. – Это он зря, конечно. Ну, ничего, ща поглядим, может ему накостыляют! Будешь отмщена! – отчего-то опять заржал.
В конце коридора забрезжил свет: проеме двери мелькала барная стойка, крики и смех звучали где-то сбоку от нее.
У стойки стоял огромный парень с перекаченными мышцами и длинной, как будто седой бородой.
«Настоящий медведь, честное слово!»
При этом лицо на вид было молодым, я бы не дала ему больше двадцати пяти. Модная стрижка – выбритые виски, а волосы на макушке заплетены в замысловатую косу, спускающуюся до самой поясницы, пирсинг в брови и ушах и огромный шрам на шеке, опускающийся куда-то под футболку делали его образ гармоничным и притягательным.
«Нет, не медведь – викинг!»
Народу в баре очень мало, но публика собралась странноватая, у каждого второго дикий взгляд и подозрительные повадки. Я уж подумала, не попала ли в какую-нибудь сатанинскую секту, где любят совершать кровные ритуалы.
–Эй, Ульрих, – позвал бармена Тим. – К тебе тут практикантку Кир отправил. Она чуток заблудилась и забрела не туда, – поиграл бровями и зачем-то выделил – не местная. Из человечек… городских. Скорее всего, будет в верхнем баре работать, для... приезжих, кто не в курсе. Но уже вечер и сам понимаешь, тропа исчезнет до самого утра, разве что берегом на ту сторону, как через костёр прыгнет. До этого, помоги, а? Присмотри вместе со мной. – Тимофей склонился к бармену ближе, пытаясь сказать как можно тише, но я услышала, – дочь бабы старшего Кощея. Сам знаешь, что будет, если хоть волос с нее упадет.
Ульрих перевёл на меня насупленный взгляд.
–А Кир что?
–Хер его знает, – Тим привычным жестом почесал макушку, – Думаю, не в курсе.
То, что Тимофей знал стаф и общался со всеми слишком близко настораживало. Я ему тут правду матку, а вдруг он из их шайки? А я на босса наговорила… всякого. И определения эти дикие. Что за «человечка?» Кто так говорит?
Но эти вопросы исчезли в тот момент, когда в меня полетела бутылка. Не знаю, каким чудом удалось поймать ее и даже не разлить содержимое, ведь бутылка была открытой.
– Ловкая, сгодишься! – раздался басистый голос Ульриха. Ошарашенно уставилась на парня.
– А вдруг не поймала?! Я вообще не бармен и даже не официантка!
– Я уже понял, – ответил он, улыбнулся и повторил по слогам со смешным акцентом: – Ловкая! И реакция норм. Не знаю, что за игру затеял Кир, но пригляжу.
– А если в голову прилетело? – возмутилась и с грохотом поставила бутылку на стойку перед ним.
– Ушла бы с шишкой на лбу, бутылка целёхонькой осталась бы, – все еще ухмыляясь ответил этот ненормальный и взял стакан, начиная его протирать. – Ещё вопросы?
– Если больше летающих бутылок не намечается, с удовольствием послушаю, что мне делать?
–Мутить коктейли будешь, в зал я тебя отпускать не буду. Сегодня точно. Если Кир оставит на дольше, то переведу на верхний бар, там проще.
–Мутила я разве что бормотухи, которые и коктейлем назвать сложно, – чистосердечно призналась бармену.
Ульрих хмыкнул, поставил передо мной стакан и три бутылки – джин, абсент и бехеровку. Последняя вызывала непроизвольный приступ тошноты. Ну терпеть не могла её запах!
«Что ж, похоже, мне предлагают составить коктейль».
–Ликёры, соки и топпинги на твой выбор, – милостиво разрешил Ульрих.
Вспомнив один простой рецепт, быстро соединила ингредиенты. Но подумав еще немного, перегнулась через барную стойку и взяла пару долек лайма, чтобы выдавить сок. Вставила трубочку и придвинула Ульриху.
–Лёд бы не помешал, – добавила сконфуженно. Мне хотелось, чтобы ему понравилось.
Он отпил и удовлетворенно кивнул.
– Это будет пойло вечера, назовём «Столичная Бормотуха», фирменный коктейль вечера, – произнес он, указывая на стакан. – На него точно пойдут.
Улыбнувшись, я еще раз осмотрелась. Мне понравился Ульрих, как и Тим. Возможно, не всё так плохо в Кощеевом могильнике?
– Ладно… И когда приступать?
–Сейчас все на забавах, даже стаф. Иди погляди. Когда наиграются – ринутся сюда. Вот тогда работенки привалит. Расскажу по ходу дела. Сейчас топай, там есть на что посмотреть, бабы такое любят, слышишь, галдят как ненормальные, небось, даже слюни текут.
Перспектива так себе.
–Топай, топай, – поторопил он. – Успеешь еще настояться.
Глава 5
Кирилл
–Ну, Светка, держись, гад ползучий, – Горынев терпеть не мог, как женского прозвища, так и отсылки ко второй своей ипостаси, которая ему так и не далась в воплощении. На это я и надеялся, поддразнивая друга. Пусть разозлится, отвлечётся и я ему наподдам. Мы медленно кружили друг напротив друга, глядя глаза в глаза, чтобы раззадорить публику. За спиной плотный хоровод девчонок всех мастей бок-о-бок смыкали нам ристалище. Ждали, сучки похотливые, знали, что постель каждому из нас может согреть одна из них.
За ними улюлюкали, подначивая, ребята. Каждый уже выбрал себе фаворита. Я знал о наскоро сколоченном тотализаторе и не пресекал, дополнительный доход бару никогда не помешает, если брать со ставок свою долю. Сегодня, впрочем, как и все последние годы, большинство поставили на Светослава. Уже три года подряд он брал надо мной верх и становился «Коршуном».
«Бесит, чего скрывать».
В этот раз я намерен уложить наглого змея на лопатки и получить себе самую красивую из собравшихся девушек.
Мы с детства любили Купалу за игрища и костры, пусть огонь и был не моей стихией, но смотреть на пламя я любил не меньше, чем Свет купаться в алых сполохах. Еще будучи ребенком, я всегда бежал в круг, чтобы посмотреть, как бьются старшие из семей за право зваться коршуном в купальскую ночь. Старая традиция дарить силам тьмы девушку переросла в потешные бои. Мало кто знал из играющих и наблюдателей, что ничего не изменилось с тех пор, когда Древние, звавшиеся людьми богами, спускали поводок, позволяя наместникам своим на земле чудить и брать мзду за верную службу. Юными девицами в том числе. Я надеялся найти чистую душу, сладкую, опьяняющую чистоту. Горынев не желал уступать мне такого лакомства, первый резко шагнул к центру круга. Наклонился, метнувшись черной тенью, изогнулся с удивительным для своего роста изяществом, оттолкнулся ладонью, резко сделав мне подсечку. Усмехнулся, легко ее перепрыгнув.
–Мельчаешь, дружище, – ядовитая насмешка отозвалась гиканьем и смехом за спиной.
Змей поднялся до того, как я успел воспользоваться его открытым тылом, уклонился от удара, прогнувшись назад едва не пополам. Девки ахнули.
–Позер, – буркнул я, а Горынев хищно улыбнулся, не отрицая.
Если бы зачарованный круг не лишал меня возможности призвать силу, Светослав бы уже, скуля, стоял передо мной на коленях, смиренно опустив голову. Но в Купальском кругу я не был его господином, а он, не ощущавший цепей клятвы, мог легко замахнуться на меня, не рискуя упасть к ногам, мучаясь жуткой агонией. Я видел однажды, в детстве, как корежило его – дурака, будто кости все враз выгнуло в обратном направлении: руки, ноги, даже ребра. Смотрел, как ловит он воздух высушенными губами, как черная почти кровь стекает по ним на футболку. Смотрел, и ничем не мог помочь. Может, потому мы никогда и не ссорились до мордобоя с тех пор. Не так много у меня верных друзей, чтобы какие-то бытовые глупости развели нас до желания наслаждаться страшными мучениями Горыныча.
Уворачиваясь от удара в голову, я склонился пониже и подхватил пригоршню песка, резко вскинув руку, кинул его в лицо Света. Тот отвлекся на что-то (хоть я и не рассчитывал на подобную удачу), не успел прикрыть глаз, зажмурился уже когда песок попал в цель. Матерясь, Горыныч пытался проморгаться.
Не дав ему опомниться, почти мгновенно оказался рядом, вбивая кулак аккурат в печень. Свет закашлялся, пошатнувшись. Попытался ответить мне, вслепую, но я успел увернуться, подхватил его под руку, упершись коленом в живот, перебросил через себя, тут же придавливая рухнувшего на спину Змея, ногой в грудину.
–Поздняк метаться, Светик, моя взяла в том Мать сыра земля мне в свидетели, – ритуальная фраза отозвалась ветром по спарринговой арене, запуталась в разнотравье, что развесили для декора. Девчачий круг взорвался визгом и аплодисментами. Я подал другу руку, помогая подняться, похлопал по плечу, придирчиво оглядывая круг собравшихся.
–Нет тут ни одной чистой, Кощей, обломись, сволочь бессмертная, – довольно хохотнул Горыныч, отходя в сторону.
Медленно скользя взглядом по кругу девушек, я все сильнее хмурился. Друг, как всегда, оказался прав. Ни проблеска света в душах собравшихся, а ведь я намеренно позволил пропустить в нижний бар человечек, в нави свет искать – гиблое дело.
«Твою мать, – с раздражением потёр бровь, – в который раз птица обломинго повернулась ко мне общипанным задом, в точности как вредная изба одной небезызвестной соседки»!
Купальская ночь – единственная в году, когда мы способны видеть свет души. Подарок древних, чтобы легче выбиралось, и вот – без толку потрачена. Злость волной поднялась из груди. Глаза наполнились чернильной тьмой подземного мира, стражем которого я однажды стану, сменив отца.
«Неужели никого?»
Я медленно поворачивался вокруг себя, пристально вглядываясь в лица. Вдруг что-то вылетело мне навстречу, буквально ударившись в грудь. Так сильно, что я сделал два шага назад, в попытках не упасть на смех всем собравшимся. Руки сами собой, инстинктивно сомкнулись на хрупком теле.
-Ну ничего себе птичка прилетела, – поморщившись, стал искать глазами, кто посмел испортить мне выбор. Светка, как пить дать! Ан-нет. Смеющаяся рожа Тима маячила над головами девчонок в первом ряду. -Сука, – процедил я, понимая, что выбор сделан. Когда девушка вошла в круг, вернуть её назад и изменить свой выбор уже нельзя.
–Я не специально! – испуганно пискнула стажерка. – И вообще, хватить меня оскорблять!
Она попыталась высвободиться из моего захвата, видимо приняв матерную брань на свой счет, но я усилил давление, давая понять, чтобы не дёргалась.
–Богиня секса, значит? – сощурившись, скользнул по новому наряду. Лучше, чем мохнатая кофта, конечно, пусть и не в моем вкусе опять же. – За слова надо отвечать, ты в курсе? – специально склонившись совсем близко к изящному лицу, шепнул ей на ухо. -Тем более ТЕПЕРЬ. Не позорь ни меня, ни себя. Из круга выход только один – когда игра закончится!
–Что за бред? – так же тихо, прошептала она. – Мы не в детском саду. Если человек не хочет играть, кто его заставит? Очевидно же, что случилось недопонимание и я тут случайно!
–Вот именно, – не желая вдаваться в подробности, выделил главное, пусть понимает как хочет, – человека и не заставят, а это считай своей работой, стажерка.
Подняв взгляд кивнул другу.
Светослав кинул мне хворостину и я поймал ее, не глядя, даже не выпуская свою новоиспеченную практикантку из рук. Хлопнув легонько по ее заднице, рассмеялся: – Ну лети, цыпочка, спасай своих птенчиков, – оттолкнув от себя хрупкое тело, приготовился к охоте и веселью. Неожиданно меня захлестнул азарт: в её глазах вновь зажегся тот же коктейль эмоций, что я уже видел. Внутренний демон навострил уши, принюхиваясь к эмоциям.
«Вкус-с-сно, – шипел он».
Пусть света в ней ни на грош, так хоть повеселюсь от души.
Ядвига не спешила бежать, встала, поёжившись, словно воробей во время дождя, недоумённо оглянулась.
–Только не говори, что никогда в коршуна не играла, городская девочка? – не может быть, чтоб такая дикая, ну! Вокруг неё уже стали кучковаться другие девушки и парни, цепляясь друг за друга на манер паровоза, а она стоит! Как столб вкопанный! Ну дела…
–А можно правила? – повысив голос, с вызовом и насмешкой, спросила она. – Для новеньких?
Голос со смешинками, а в глазах ярость и огонь. Чумовой коктейль!
«Интерес-с-сно».
–Ты наседка, это, – ткнул прутом на собравшихся позади нее, – твои птенцы, я пытаюсь их словить, ты защищаешь. Кого стукну – становится моим и играет на стороне тёмных, поняла?
Стажерка нахмурилась и озадаченно почесала бровь, неосознанно зеркаля моё недавнее действие. Это позабавило.
– А ещё можешь высказать о нём всё, что накипело, не стесняясь в выражениях! – пристроившийся аккурат за спиной Яды Тим, бессовестно уложил руки на ее талию. Недоплатье натянулась, обозначив наличие аппетитной груди, я аж удивился такому открытию. – Ругай на чём свет стоит, колючка, где ещё придётся шанс обложить начальство трехэтажным, сама же говорила, козёл редкий, глаза б твои его не видели! – Тим захохотал, довольный собой. Ну точно шут! Его поддержал длинный хвост из людей. Знакомые все лица: сестра моя младшая. И как только мать пустила эту пигалицу малолетнюю, и брат Светослава тоже тут, аккурат рядом с сестрой Тима. Это что же – два лиха в одном хвосте?! Твою мать, свезло.
–Готовы? – уточнил Светослав. – Тогда, по-о-оехали!
Изображая коршуна, как положено по правилам игры, принялся бегать за этим хвостом, то и дело щёлкая по заду последнего, чтобы обратить его в коршунёнка.
Мелкая отрава даром времени не теряла и, видимо, решив прислушаться к совету Лиха, полоскала меня, словно истлевшее на чердаке бельё. Кем я только не был, особо позабавило кобель, лось и доберман.
«Запомню же и припомню!»
Когда удалось перетянуть на свою сторону около десятка участников началась реальная суматоха и веселье! Все скопом, входя в азарт, накинулись птенчики хищные на наседку-Яду, норовя ущипнуть её или других цыплаков по своему выбору за зад.
Правильно, что про эту часть игры я её не предупредил. Пожалуй, надолго запомню колючкину мордашку, когда завербованный на мою сторону Светик ущипнул её от души, как-то оттеснив честно защищавшего девичий зад Тимофея.
«Перебежчик хренов! Переметнулся, да? Ну я и этого не забуду, проблема ходячая.»
Пока Яда отвлеклась на Светослава, потирая попку ладонью, успел стукнуть прутом по рукам Тима, тот разжал свои лапищи и я, пользуясь случаем, утянул стажерку к себе, плотно прижав к телу рукой. Ладонь легла аккурат под часто вздымающейся грудью, давая ощутить удары её сердца, что билось часто-часто. Колючка вцепилась в мои пальцы, пытаясь их разжать и выпорхнуть из захвата.
–Упустили мамку, раззявы, – смеясь от души, поддразнивал толпу, вынуждая выторговать Яду назад в счёт выкупа. -А ты смирно давай, а то отхожу розгами, – шепнул ей, поигрывая хворостиной в свободной руке. Она замерла, прекратив разжимать мои пальцы. – Или богиням секса такое нравится?Дорогие читатели, как вам глава? Напишите в комментариях, понравилась ли первая игра купальской ночи? Как думаете, что чувствует Яда? (следующая глава будет от её имени)А пока, вы ждёте проду, рекомендую заглянуть в гости к замечательному автору – Мария Эмет на страницах её историй так же происходит магия и случаются чудеса! Например, очень увлекательно наблюдать за приключениями героини в книге «Невеста в законе. Поймай меня, дракон»Смотрите, какая вкусная аннотация:Бывает, идешь на любимую работу, а попадаешь… в другой мир! И не абы куда, а на свадьбу. СВОЮ! Ну уж нет, на этот лохотрон второй раз я не поведусь! И плевать я хотела, что жених мой красавец-дракон и близкий родственник короля! Не хочу, не буду! Требую билет в обратный конец! Что значит «нет»? Как понимать «уже все решено»? Эй, крылатый, у меня на этот счет совершенно другое мнение…
Глава 5.1
Ядвига
Мы с Тимом наблюдали сперва издали. Новый знакомец почему-то не спешил рассказывать правила, а я не совсем хотела расспрашивать, так как всеобщая атмосфера азарта и предвкушения действительно захватила и меня. Соперники на ринге, стилизованном сегодня под поляну, кружили друг напротив друга с грацией хищников. И если с моим доберманом было всё ясно, то второй напоминал…хм… змею, не иначе. Что-то такое было в нём, текучее и опасное. Сразу становилось ясно, что он был бойцом, но не таким, что прёт напролом, нет. В глазах соперника добермана сквозил тонкий расчет. Этот экземпляр самца собирался выиграть поединок и уже знал, как это сделает. Началась схватка, и я настолько нырнула в наблюдение, что совершенно не заметила, как мы с Тимом оказались у самой кромки ринга, но зато прекрасно увидела, как сжульничал Кощеев!
«Возмутительный, наглый, бесцеремонный грубиян и подлец!»
Вот кем для меня был хозяин «Костей». То, как он нечестно обыграл второго участника игры не давало покоя. Хотелось реванша или отмщения, но, похоже, только меня возмущал недостойный трюк с песком. Остальных гостей этот финт совершенно не заботил.
«Странные люди, когда жульничество стало для нас нормой и его стали поощрять?»
–Он же сжульничал! – возмутилась, склонившись к Тиму, перекрикивая гомон толпы. – Не честно!
–Думаешь? – в его глазах плясали чертята.
Уверенно кивнула. – ДА!
–Так скажи ему об этом сама! – неожиданно выдал он и… с силой пихнул меня прямо в лапы добермана!
«Вот так попала»
Он словил, не дал упасть, но знатно выругался, вновь пробуждая волну злости.
«Бесит!»
Сперва я пыталась брыкаться и надеялась, что удастся избежать позора, ведь правил я совершенно не знаю. А все, как один, уставились в мою сторону, ожидая каких-то действий.
Хорошо хоть Кощеев понял и растолковал, в привычной хамоватой манере, что надо делать. Да и подстрекатель Тимофей нарисовался, объяснив свой поступок тем, что наоборот, дал мне возможность выругать начальство без каких-либо последствий.
«Таким шансом я не воспользоваться не могла!»
Игра, смутно знакомая с детства, но странно видоизмененная завершилась совершенно неожиданно: я вновь оказалась в объятиях добермана!
Его рука невесомо скользнула по груди, ложась аккурат под ней. Жар ладони ощущался даже сквозь ткань платья, заставляя и так уже ухающее сердце ускорить ритм. Неожиданная близость волновала, а каменный торс и грудь за моей спиной, равномерно, слишком спокойно вздымающаяся в такт дыханию, манила облокотиться и расслабиться в крепких руках.
«Спокойный, как удав, словно не он только что козликом гонял по рингу, отлавливая цыплят!»
Попыталась оцепить лапу добермана, но добилась обратного, захват стал ещё крепче.
–А ты смирно давай, а то отхожу розгами, – шепнул мне на ухо, задевая кончик губами, заставляя все волоски на теле встать дыбом.
«Что за?!»
Замерла, прекратив разжимать его пальцы. Собственная реакция на близость Кощеева отчего-то пугала. Тем временем, он говорил что-то о выкупе и тут же добавил, обращаясь ко мне – Или богиням секса такое нравится?
–Ч-что? – ошалело переспросила.
–Стеки, палочки, наручники? – перечислил он, все так же шепча на ухо.
В голове тотчас нарисовались соответствующие картинки с нашим участием. Воображение у меня всегда было на высоте!
«Тпру-у-у! – приказала мыслям, что унеслись вскачь. – Яда, это же доберман с козлиными рогами! Ну ты чего?!»
–Отпусти.. те, Кирилл Константинович, – добавила в голос металла и официоза. – Надеюсь, с первой рабочей задачей справилась? Повеселила гостей? Что дальше по плану?
Кощеев замер, мне показалось, с неохотой убрал ладонь, выпуская из объятий. Но отойти на безопасное расстояние я не успела. Его ладонь обхватила мою, крепко сжимая.
–Выкуп не беру, – огласил он для всех гостей, – пусть поработает на благо цыплят, мамка ваша. Приглашаю всех в бар!
Толпа довольно загудела, слаженным потоком направившись к стойке. Тут же музыка стала громче и ритмичнее. Не оборачиваясь, Кощеев тянул меня к бару, ловко маневрируя между посетителями.
«Или это они расходились в стороны, при его приближении?»
Ульрих, как и предполагалось, обслуживал клиентов. Меня приятно удивило, что пустым заведение вовсе не было. Все, кто находился в зале спаррингов только заполняли бар, а уже как минимум треть столиков была занята, по залу ходили две официантки, играла задорная музыка и парочка подвыпивших девиц даже вышла на танцпол.
– О, а вот и выдумщица напитка! – Ульрих подошёл ко мне с искренней радостью. – Зашла твоя бормотуха! Сейчас как прознают, что автор коктейля здесь, народу будет не пробиться! У меня даже закончился джин, надо в кладовую сгонять, взять дополнительные ящики.
– Я схожу! – крикнула одна из официанток, хотя была в другом конце зала.
«И как, черт возьми, она могла услышать это сквозь грохот музыки?»
– Может лучше послать кого-то из парней таскать ящики? – предложила я с сомнением оглядывая хрупкую фигуру девушки.
– Чем тебя я не устраиваю? – спросила та официантка, которая еще минуту назад была возле столиков. А теперь она стояла рядом с нами, да ещё сразу с двумя ящиками – по одному в ее тонких на вид руках.
У меня просто челюсть отвисла. Кощеев с какой-то затаённой угрозой глянул на девушку и недовольно поморщился.
«Ну чем она ему уже успела не угодить?"– возмутилась вместо нее я.
– Ядвига, это Василиса, – угрюмо сообщил Ульрих, также сверкая недовольным взглядом на девушку. Та заулыбалась, поставила ящики у наших с доберманом ног и протянула мне руку.
«Сильное, совершенно не женское, рукопожатие».
– Парни сейчас заняты, остались только мы, – она кивнула в сторону двух девушек в сексуальной форме и подмигнула. – Надеюсь, ты протянешь этот вечер, человечка.
– Василина! – предупреждающе произнес Кощеев, странно коверкая ее имя, и девушку буквально ветром сдуло. Заметив мое удивление, доберман указал на бар, грубо пихнул меня за стойку, приказывая – Клиенты ждут. Как там Тим тебя назвал – отрава? – почему-то зло усмехнулся, скосив взгляд мне за спину, – сделай мне пойло своё фирменное, как вы его обозвали, Ульрих?
–«Столичная Бормотуха», – ответил здоровяк.
–Чего стоим? Кого ждём? – поторопил хозяин «Костей».
Глубоко вздохнув, молча подошла к стаканам, выхватывая самый высокий.
«Будет тебе пойло, доберман. Век помнить будешь!»
