Текст книги "Жених по обмену 2 (СИ)"

Автор книги: Миято Кицунэ

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 15 страниц)

Глава 19
Выступление

София напряжённо слушала выступление суворовцев, вчера на похожем конкурсе с составлением кричалок и танца они плохо справились, а в этот раз…

– Как будто они знали, кто у них будет, – сказала Аля. – Нет, ты чувствуешь? Слышишь?

– Не знаю, – не решилась голословно обвинять София, но и правда суворовцы звучали как по заготовке. И дружно, и в рифму, и танец у них оказался прикольным: девчонки танцевали, а парни изображали бой.

– Им сто процентов кто-то слил сценарий, – согласилась с Алей и Кристина.

– Так. Девочки, не паникуем. Лишние мысли выкинули. Сейчас наш выход, и нам надо выложиться на двести процентов, – скомандовала София. – Всё! Идём! Смотрим, кто будет, и сразу начинаем думать, лучше парные рифмы придумывайте. Аля, на тебе танец, Женя, мы с тобой думаем над стихами. Остальные накидывают идеи и мысли, что можно показать про того, кто наш гость, – это София уже говорила, пока они шагали до своей сцены.

– А теперь встречаем! Сборная Российской Империи по футболу! – объявил Михаил Александров, и под какой-то бравурный марш выбежали одиннадцать игроков.

– Точно! Этим же летом будет финал Чемпионата мира по футболу у нас, в Империи! – зашептала им Аля, пока София немного растерянно переглядывалась с Женей. – Они играют по всему миру, а летом финальные матчи, кажется, в Москве, Санкт-Петербурге, Казани и ещё где-то. Стадионы ещё несколько лет строили.

От футбола София была очень далека, и в голове сразу стало неуютно пусто. Ну вот ни одной мысли.

– Кто-то знает хоть одного игрока? – спросила она у своих девчонок, но все молчали.

– Давайте что-то просто про футбол, про чемпионат мира у нас. И просто Империя вперёд, да? – предложила Аля.

Фоном ещё что-то говорил ведущий, начала играть музыка, но всё это не мешало, так как им заранее выдали специальные наушники и тонкими микрофонами по щеке такие телевизионные, они, как и наушники для тех, кто путешествует вертолётом, регулировали громкость и позволяли четко слышать друг друга, разве что вставлялись в само ухо, а гарнитура была на тоненькой телесного цвета «проволоке». Это очень помогло, чтобы скоординировать свои движения по связкам и восьмеркам, но и не совсем потеряться в том, что происходит на сцене. Вроде бы за это отвечали звукооператоры, которые включали им эти наушники в зависимости от ситуации. И чтобы делать запись обсуждения, а также чтобы во время кричалок их слышали в зрительном зале и на сцене.

Аля углядела, что те футболисты с мячом, и спросила Кристину-вторую, сможет ли та с этим мячом взаимодействовать и что-то показать, так как гимнастический мяч по размеру меньше футбольного. Кристина-вторая потихоньку перебежала к команде футболистов и забрала у мужчин мячик, что-то в нём оценивая и пару раз подбросив. Их команда соперников, увидев это, начала возмущаться, но организаторы покачали головами. Мол, кто первый придумал, тот и молодец.

– Что-то сложное я вряд ли сделаю, – сказала Кристина-вторая, когда вернулась к ним, – но вес почти такой же, как у гимнастического, так что кинуть и поймать я точно смогу. Разве что он не такой липкий… Но… В общем, я смогу!

– Так… Империя… чемпионат… парад… очень рад… враг… – бубнила рифмы Женя.

– Имперский марш, шагает по планете футбол…

– Футбол… гол… ствол… глагол… Не то что-то…

– «Все на футбол» – это так закончить надо в конце, и чтобы Кристина вторая что-то с мячом изобразила…

– А сможешь мне на пирамиду закинуть? Я поймаю…

– Российская империя! Это лето! К нам соберутся со всего света…

– Да, вообще нормально, надо ещё строку и закончить «все на футбол»…

– Песня? Вместе? Команды вместе? Сборная Империи ещё надо про них что-то сказать…

– Может, «сборная наша» и там уже каша, простокваша… Марша… имперского марша?

– Российская империя! Это лето! К нам соберутся со всего света… Слышите звуки имперского марша? Это шагает сборная наша…

– О, классно… сборная наша… Я вроде запомнила…

– Они забивают… Гол! Гол! Гол! Смотри и учись! Все на футбол! – закончила София рифмовать. Очень не хватало хоть какой-то бумажки с карандашиком для записи.

Следом они разбивали строки на движения и договаривались, кто куда и что Кристина-вторая делает с мячом.

– На последний «гол» может кинуть мяч в сборную? Или не стоит? – спросила Аля. – Ты сможешь, Кристина?

– Не знаю…

– Тогда лучше сделать меньше, но всё идеально, чем сложное, которое не получится, – подытожила София. – Повторяем слова.

На их счастье, футболистов было много, пока они ещё все выстроились, пока всех представили, кто такой, из какого клуба, пока ещё представили артистку, пока та спела длинную песню. Так что время подготовиться им дали. У других команд как будто всё быстрее проходило, и пока они сидели на своих местах, казалось, что они совсем ничего не успеют.

– Повторяем, повторяем…

Наконец певица закончила петь и встала среди футболистов. Им включили общий звук, так что друг друга они слышать почти перестали, и пришлось просто выстроиться в нужном порядке и надеяться, что каждая поняла свою задачу.

«Что вам включить?» – уточнил незнакомый голос из наушника. Это связался звукооператор.

– Пожалуйста, можно нам песню «Имперский марш» без слов? – попросила София. Эту песню исполнял Руслан Резник, который выступал на суворовцах, но хорошо, что с Джанибековым была песня «Люблю я Русь, ничего не боюсь». А то повтор бы плохо смотрелся.

«Сделаем», – отозвались в наушнике.

Остальные группы в основном тоже выступали либо под музыку без слов, либо вообще под так называемый «тактовый стандарт» – под такой часто зачитывали рэп, чтобы не сбиваться с ритма.

– Итак, первой в этой двойке выступает команда из Краснодара! – объявил Александров.

София вежливо посмотрела на своих соперников. Те тоже сказали про футбол и почему-то «прикол». Ещё ходили по кругу, наверное, изображали мяч, потом только в конце оказалась интересная находка, что они из своих тел сделали буквы «СИР» – сборная Империи России. Сначала было непонятно, потому что казалось, что это просто какой-то акробатический этюд, но потом ещё объяснили, и стало видно. В целом неплохо. И хорошо, что не Сборная Российской Империи, как метко заметила Аля. Но футболистам вроде понравилось.

– А теперь выступает Первая Императорская гимназия, город Москва! – громко и торжественно объявил их Александров.

Вступление они взяли из своего старого, которое использовали в клипе, чтобы пройти в финалы, очень удачно там делался акцент на Кристину-вторую, которую медленно, как из «цветка», поднимала София. Кристина ещё и держала высоко мяч, сразу его показывая. Потом по спинам девчонок она спускалась и делала небольшой этюд с мячом, пока они на фоне делали пятую связку из своей прошлогодней программы.

– И… – подала знак София.

– Российская империя! Это лето! К нам соберутся со всего света… – они отмаршировали, вставая в нужный рисунок.

– Слышите звуки имперского марша? Это шагает сборная наша… – показали на футболистов.

– Они забивают… Гол! Гол! Гол! Смотри и учись! Все на футбол! – последнюю строку они повторили дважды под жёсткий синхрон, и в конце София сделала колесо и отправила мяч прямо в руки одного из футболистов. К счастью, тот поймал, и это вызвало шквал эмоций как у них, так и у зрителей.

Трибуны шевелились, словно море, и кричали «а-а-а-а-а».

– И победителями последней двойки объявляются… Первая Императорская гимназия, город Москва! – расслышала сквозь гул толпы София. На неё накинулись девчонки, всё смешалось в каком-то радостном хаосе.

– А теперь внимание на турнирную таблицу… Кроме общего выбывания от решения зрителей и гостей, команды получали баллы и от наших судей. Максимальное количество – десять баллов. И в этом конкурсе команды получают следующие оценки…

Табло, на котором осталось шестнадцать команд, обновилось, и София, замерев, смотрела на него.

– Сколько же нам поставили? – взяла её за руку Аля. София увидела, что все девчонки взялись за руки.

– … Восемь баллов, семь баллов, восемь баллов, девять баллов… Средняя оценка за выступление семь целых семьдесят пять сотых балла…

Судей было девять человек, и они показывали свои баллы только сейчас – их транслировали на экране. Очень медленно, и вообще не понятно, кто что выиграл, потому что начали с конца, и почти каждая последующая команда поднималась выше по турнирной таблице. Наблюдать за этими перемещениями цифр и чисел оказалось очень волнительно, и София, пока добрались до начала, уже находилась в полуобморочном состоянии.

– Команда Высшей военной школы имени Александра Васильевича Суворова, город Санкт-Петербург! Десять! Девять! Десять! Десять! Десять! Десять! Десять! Десять! И десять баллов! Средняя оценка девять целых и восемьдесят девять сотых балла.

Суворовцы заняли первую строку.

– У них всего одна девятка… – протянула Аля.

– Команда Первой Императорской гимназии, город Москва. Десять! Десять! Десять баллов! Десять баллов! Десять! Десять! Десять! Девять и… Девять баллов! Средняя оценка за девять целых семьдесят восемь сотых балла!

На табло они заняли место ровно под суворовцами, и те радостно закричали и начали обниматься.

– У нас второе место? – спросила Кристина-вторая.

– Похоже, что да, – выдохнула София, кажется, всё время, пока объявлялись оценки, она не дышала.

Трибуны хлопали, с какой-то стороны громко гудели и что-то кричали болельщики.

Вынесли три больших кубка, один совсем крупный и золотой, два других поменьше и посеребрённые.

– Это тоже неплохо, – улыбнулась София. С другой стороны, они заняли второе место из нескольких тысяч команд по всей Империи. Их покажут по телевизору и вообще…

– Столице подыграли, – сказала Аля. – Но ничего… Мы всё равно выиграли. К тому же вроде Стас, который хореограф, говорил, что что-то ещё будет, помните? Зрительское голосование или что-то такое…

Награждение немного смазалось, потому что София как-то выдохнула и наконец расслабилась. Их поздравляли, ей вручили серебристый кубок, оказавшийся тяжелее, чем он выглядел, видимо, из-за каменной подставки. Но не тяжелей её меча, конечно же.

– Мы не прощаемся с нашими участницами, потому что прямо сейчас начинается голосование за лучший клип, и мы увидим наших лучших конкурсантов на сцене… – вещал Александров, но София слушала его вполуха, размышляя, отпустят ли их сразу, и ещё надо вещи из апартаментов забирать и сдавать всякое оборудование. И когда она увидит Ника и так далее.

– Слушай, слушай! – встряхнула её Аля, и София включила слух.

– … С этого года Олимпийский комитет объявил о включении в программу летней олимпиады соревнования групп поддержки, которые в международном сообществе называют «черлидинг». Поэтому интерес Российской империи к этому виду спорта, да теперь официального вида спорта, закономерен…

– Вот почему они провели такой масштабный конкурс, – сказала в ухо Аля. – Ведь раньше всё было гораздо проще.

София согласно кивнула. Да, они раньше выступали на конкурсах групп поддержки и даже занимали призовые места, но чаще по Москве и Московской области. Общеимперских то ли не делали, то ли они были ещё маленькими и не проходили отборы.

Когда всё завершилось, им сказали временно вернуться в апартаменты. Ещё возьмут интервью, дополнительно какие-то съёмки, вернут телефоны, а Оля, их организатор, сказала, что это минимум на два часа.

Закончилась съёмка программы почти в четыре часа дня. Так что их могли задержать и до семи-восьми вечера.

Пришлось подчиниться. Никого не пускали, но Софии удалось попросить у Оли её телефон и написать Нику про то, что их так ещё будут снимать и задерживать. Хорошо, что муж говорил, что у них с Тимуром отличаются последние цифры в другую сторону, потому что телефон брата София знала наизусть.

В апартаментах они успели переодеться – их одежду туда принесли костюмеры или та же Оля, которая курировала именно их группу. Девчонки и София тоже принарядились в платья и костюмы, которые предоставили из фирмы «А-Элита».

Они успели поужинать: на этот раз им без заморочек просто принесли доставку из «Златы» к большому удовольствию девочек. А ещё подарочки от Грошева – подвеска-игрушка поваренка с его автографом на фартучке, а на колпаке был логотип заведения. Их накормили очень вкусным куриным супом, тушёной капустой и пюрешкой, стейком из свинины, а также очень вкусным салатом с зеленью, редиской и огурцами. Не тяжело и очень сытно. После конкурса и съёмок все они сильно проголодались.

Сытная вкусная еда настроила Софию на мирный лад.

– Надеюсь, мой телефон не до конца разрядился, хочется сфоткаться с кубком, – Аля рассматривала их награду. – Красиво сделан и очень тонкая гравировка. Явно индивидуальный заказ, а не просто из магазина «Всё для спорта».

Наконец пришёл Александров, их опять рассадили, чтобы не показывать рост актёра-ведущего, и тот взял у них общее интервью, всякие ожидания от проекта, дальнейшие планы и как им новость про олимпиаду. Что-то они все наговорили, София постоянно отвлекалась, предвкушая встречу с Ником. Интересно, он получил сообщение? Она не забыла написать, что это она с чужого телефона? Он её подождёт или просто оставит водителя?

– Когда нам отдадут наши телефоны? – спросила София, уловив вопрос ведущего про вопросы, которые назрели.

– Да, мы хотели бы с вами сфотографироваться! – закивала Света.

Телефоны им вернули, вроде все печати на коробке были на месте. Правда, почти у всех они разрядились, а зарядка оказалась с собой только у Алексы, хорошо ещё, всем подошла. Какое-то время они все по очереди сидели у провода, подзаряжая телефоны хотя бы на несколько процентов, чтобы написать родным и потом сделать фотографии. С кубком, с Александровым, с Олей, в апартаментах с видом на Москву. Ну и всем и со всем вместе.

Наконец, нагруженные всякими спонсорскими подарками и своими вещами, они спустились на парковку «Маяка».

Сердце Софии заколотилось у горла, а в груди разлилась нежность, потому что она по одному силуэту, смотрящему в телефон, узнала Ника.

Тот заметил их, подбежал, забрал все сумки, быстро чмокнув в щёку.

– Привет! – рядом оказался Тимур, которого София вообще не заметила. – Мы на всякий приехали на двух машинах, чтобы всех развести по домам.

– Устала? Голодная? – вернулся Ник, который загружал её сумки в багажник. – Привет… – они обнялись.

София с наслаждением вдохнула его запах, смешанный с морозным воздухом.

– Устала. Нас кормили… Хочу домой…

Глава 20
Долгожданная встреча

Аля сидела напротив и подозрительно на них смотрела. Ник ухмылялся Белкиной и обнимал Софию.

– Может, мы ей тоже расскажем? – шёпотом спросила София, посмотрев в глаза.

Часть девчонок они развезли, а Аля жила на Второй линии, то есть в нескольких улицах от особняка Марковых, так что осталась с ними в машине наедине.

– Уверена? Если хочешь, то рассказывай, – кивнул Ник, рассудив, что шила в мешке не особо утаишь, но если по гимназии поползут слухи, то будет ясен их источник.

– Мы с Ником… молодожёны, – начала отнюдь не с фамилии София.

Аля чуть вздёрнула бровь, но промолчала, давая Софии высказаться.

– Женаты уже несколько недель по… брачному договору между нашими семьями, – продолжила София.

– Между вашими семьями? О… – округлила рот Белкина, о чём-то соображая. – Получается, у тебя, как у меня, фамилия отца, а мать кто-то богатый и знаменитый? Так?

– А быстро сообразила, – похвалил Ник. – Но нет, у меня просто девичья фамилия матери. Поменял сам в сознательном возрасте.

– Вот как, – хмыкнула Аля. – Нечто подобное я и подозревала, – и протянула руку, пошевелив пальцами. – Давай.

Ник с ухмылкой полез в кошелёк и вернул пять тысяч, которые Аля когда-то выдавала ему «на свидание» с Софией в кино.

– Даже не спросишь, что за фамилия? – уточнил он у Белкиной.

– А ты, Урядов, собираешься её обратно менять? – вздёрнула бровь та.

– Да вроде нет пока… – пожал плечами Ник. – И так неплохо.

– Возможно, я захочу сменить фамилию, – неожиданно сказала София, и Ник с удивлением взглянул на жену. – Что? Это же не запрещено?

– Нет, просто не ожидал, – признался он. И по правде, отчего-то такая формальность неожиданно заставила кровь закипеть.

– Если ты не против… – отвела взгляд София.

– Я очень даже «за». Но твоему отцу это точно не понравится.

– А мы ему не скажем, – хихикнула София. Ник еле удержался, чтобы соблюдать приличия, пока в машине сидит Белкина.

– Впрочем, думаю, мне стоит знать, из каких пердей, то есть чьих ты кровей, чтобы правильно реагировать и понимать весь расклад в случае чего, – подала голос Белкина. – Так что внимательно слушаю.

– Моя бабушка Изольда Брониславовна Маркова, глава «ТАМО Ink», – сказал Ник. – Тебе это о чём-то говорит?

– Да вообще-то. Мы в соседях, – задумалась Аля и бросила хитрый взгляд на Софию. – Чистой воды везение.

София ничего не ответила, а просто положила голову на плечо Ника.

– О, кажется, мы подъехали… – выглянула в окно Белкина, когда «Дунай» затормозил у парадного крыльца небольшого дома со своей территорией. Насколько знал Ник, раньше в этом районе на Клязьме располагалось всего несколько дворянских резиденций и типа «дачных усадеб», но потом в новом времени многие разорились, наследники делили земли, строили себе дома поменьше, проводили дороги для подъезда к участку. Ну или просто продавали землю под строительство. Плюс сама Москва разрасталась, и то, что раньше было «деревенькой на Клязьме», стало чуть не центром города, ну, относительно. Как и в его мире, Москва пухла во все стороны, поглощая ближайшие поселения. В общем, на всех шести линиях большой осталась только резиденция Марковых, занимающая почти целый квартал, и плюс выгороженные и отдельные «флигеля для прислуги».

– Ладно, увидимся завтра в гимназии, – попрощалась Белкина, когда водитель открыл ей дверь. Пока выгружали чемоданы и помогали донести их до дома, Ник, пользуясь моментом, самозабвенно целовался с женой.

– Кроватка! – София, как приехала, закрылась в ванной комнате, а после рухнула в их постель.

– Устала? – погладил её по спине Ник. Впрочем, понятно, что, скорее всего, да, все эти переживания с Янквицем, новости с которым они даже особо обсудить не успели, потом три дня прыжков и соревнований, телесъёмка, да и пока они доехали, уже десять вечера минуло, но надежда умирает последней…

София ему не ответила, и сначала Ник подумал, что жена прикалывается, но она и правда «уснула на подлёте» практически по диагонали.

Ник поставил на зарядки их телефоны, выключил свет и, чуть подвинув никак не реагирующее тело, устроился под бочок. И сам сразу уснул, так как две ночи плохо спал от того, что её не было рядом.

В шесть утра прозвенел будильник, и Ник проснулся. Кажется, за ночь они даже не пошевелились и спали мёртвым сном в том же положении, как уснули. София удивлённо хлопала глазами.

– Уже что, утро?

– Ага, – улыбнулся Ник, рассматривая заспанное лицо с отпечатком подушки на щеке. И казалось, ничего милее в жизни не видел.

– А у меня было столько планов на вечер… – протянула София, подтягиваясь. – Мне надо на массаж, всё тело как деревянное… А ещё я столько тренировок силы пропустила…

– Тогда идём в зал. Расслабляться не стоит, тем более твой отец согласился на то, чтобы ты участвовала в Алмазном кубке.

– Что? – сон с Софии словно рукой сняло. – Правда?

– Ага, мы с Тимуром совместно уговорили его на воскресном завтраке.

– О, который я пропустила? – кивнула София и встала, собираясь на тренировку.

Как бы Нику не хотелось понежиться в постели, он тоже пошёл умываться и готовится к спаррингу, несколько месяцев – это не так много для подготовки к соревнованиям мирового уровня. Тут реально каждый день на счету.

Так что с поцелуями и обжиманиями он оторвался по дороге в гимназию.

– Ого, а быстро наш Головин подсуетился, – вырвалось у Ника, когда они приехали и вошли.

На входе в гимназию была этакая «аллея славы»: доски с почетными выпускниками по стенам, информация о истории возникновения, бюст императрицы Евдокии, считавшейся основательницей. Чуть дальше в коридоре стояло несколько узких стеклянных витрин с разными кубками и наградами за всякие состязания, в основном что-то очень крутое и актуальное, то есть чаще всего недавнее. У «императорки» ещё имелся реальный «музей гимназии», где хранилось всякое, связанное с наградами за что-нибудь, ну а в холле выставляли то, чем можно прихвастнуть всяким гостям и меценатам. И вот свои кубки девчонки взяли в выходные, а в понедельник утром они уже стояли в центральной витрине с крупной фотографией команды.

– Ни фига себе оперативность, – присвистнул Ник. – О, а на фотке и Катя Алексина есть.

– Да, я попросила, чтобы использовали фото, которое мы сделали ещё на отборе. Это и её победа тоже, – ответила София.

– Наверняка ей будет приятно, я же, кстати, проведывал её в больнице. Точней, я с Тимуром. Её положили туда же, где он лечился.

– Ох, правда? Мы как раз с девчонками договорились после уроков к ней съездить проведать и всё рассказать. Как она?

– Мы в субботу её навещали с Тимуром, она вроде нормально себя чувствовала, ну… Относительно. Трещина в черепе у неё и сотрясение было, сказала, что наблюдают за ней.

– О… Надеюсь, что всё обойдётся… Ведь он напал на неё из-за…

– Янквиц напал на Алексину, потому что он – слетевший с катушек псих, – перебил Софию Ник. – Даже не думай винить в этом себя и не говори ей никаких таких предположений. Никому не говори. Зачем вам какие-то проблемы из-за этого?

– Да… Ты прав, – сжала его руку София.

– Он мертв, кстати, хотел тебе сказать, но портить вчерашний вечер не…

– Я знаю, мне тот полицейский, брат у Кости Игонина, почти сразу сказал. Точней, когда он меня опрашивал, ему позвонили и сказали об этом, – ответила София. – Так что и все девочки тоже знают.

Они разошлись по классам. В его классе звездой утра стала Кристина, которая тоже состояла в команде поддержки, она всем рассказывала, что да как там происходило и когда их по телику покажут. Завидев его, Кристина заулыбалась и первой поздоровалась. Да и вообще девчонки в классе начали Ника расспрашивать, как там всё из зала смотрелось, так как он один был на концертах. Кристина сказала, что родителей позвала, а они только в пятницу смогли, а в выходные не смогли из-за занятости. Ник не удержался и сказал, что один его друг, который не смог в субботу прийти, просто код передал другому человеку. Впрочем, у девчонок отбирали телефоны, и Кристина даже не могла это как-то скоординировать и узнала о том, что родители не приходили, постфактум.

Уроки прошли быстро. На обеде команды поддержки и баскетбола сели вместе, стянули вместе два стола. Болтали, в общем-то, ни о чём. Про конкурс, про то, как это выглядело. Девчонки решили пока отдохнуть и толпой съездить к Кате в больницу, а у них была тренировка с трёх часов «и до упора», как сказал Звягинцев.

С женой они увиделись уже вечером, в восемь, когда Ник вернулся выжатым досуха. Их тренер решил отыграть новые схемы защиты, и они здорово задержались, слушая дополнительные объяснения. Ещё и смотрели любительскую запись с прошлого года с играми их соперников. В выходные вроде как прошли жеребьёвки, и Сергей Петрович наконец мог сказать, с кем они будут играть и во сколько. А то школ в Москве даже с учётом районных гигантов всё равно в достатке.

Первая игра в пятницу, двадцать восьмого ноября, состоится с очень знакомой Нику «ломоносовкой». Никита когда-то был знаком с несколькими парнями оттуда и даже ходил на матчи, так что запись Петровича открыла портал в дежавю.

В субботу, двадцать девятого ноября, игра с шестнадцатой высшей школой. С двадцать шестой вышей школой олимпийского резерва – в воскресенье, тридцатого ноября. В пятницу их игра будет в шесть, это без изменений. И ещё повезло, а то некоторым для трёх игр поставили их по две за день, типа на утро и на вечер. В субботу игра в час дня, в воскресенье в пять вечера. Матчи пройдут в спортивном зале при МГУ, нынче устроители были они. Да и там много места и есть настоящие трибуны болельщиков. Ник помнил это ещё из прошлых жизней. Кажется, большинство школьных и университетских соревнований Москвы проводили именно там: постоянно висели объявления о том или ином состязании.

По итогам побед, поражений и разницы очков уже будет определяться участники полуфинала в феврале. Сергей Петрович сказал, что пройдут восемь команд. А там уже в апреле финалы из четырёх команд. Там уже на выбывание. Лучшим результатом для «императорки» пока что был выход в полуфинал, но тренер довольно оптимистично настроен и считал, что в этом составе они могут побороться и за финал.

Застал Ник Софию за разбором вещей. Оказалось, на конкурсе ей надарили всякого спонсорского, и жена определяла, что стоит оставить из одежды, а что куда-то деть. На кровати стояла натуральная корзина, как по грибы ходить, но с косметикой. Какой-то шоколад и конфеты кучками. Ещё София сказала, что там были сырки, им каждой ещё по коробке подарили от спонсора, но их она ещё вчера сложила их в общий холодильник на кухне, и на них напал Тимур. Источник белка Ника тоже заинтересовал, и он пошёл отбирать у шурина часть добычи своей львицы.

Тимур, когда они ездили в больницу в субботу, так своего сиротку и не нашёл, того вроде как уже выписали. Но сегодня сказал, что узнал, откуда тот был, адрес приюта и даже съездил туда проведать и поговорил с директрисой заведения. Тимур просвятил, что «приют» – это временное пристанище у детей, и там их содержат некоторое время, пока оформляют бумаги или лишают родителей прав. Могут идти суды и прочее. А после приюта детей распределяют по сиротским домам в зависимости от возраста, есть ли какие-то родственники, какое образование или ещё по каким-то критериям.

– Директриса вроде не против, чтобы в приюте провели какое-то новогоднее поздравление для ребят. Сказала, что обычно все больше на сиротские дома обращают внимание, потому что у них-то всё временное, и сложно угадать, кому какой подарок лучше подарить, и типа все дети разных возрастов, и они могут в любой момент уехать. В общем, там содержатся в данный момент тридцать человек, начиная от четырёх лет и заканчивая семнадцатью, – сказал Тимур, задумчиво поедая уже пятый сырок.

– А твой парень? С ним что? – спросил Ник.

– А Миша, ну, этот, тот мальчик, он к ним только попал. Директриса сказала, что его… В общем, хахаль его матери-алкоголички тушил об него сигареты. Об руку, – с трудом выдавливая слова, говорил мрачный Тимур. – Вроде как мужика в нём воспитывал. А когда Миша не выдержал и заплакал… Он ему руку сломал…

У Ника и самого сжались кулаки. Тимур так и вовсе выглядел подавленно.

– В общем, его забрали органы опеки, соседи увидели или услышали… И в больницу увезли, а после уже в приют. Я с ним виделся. В общем, оказалось, что он уже не в первый раз в системе. Мать как выпьет… В общем, его уже пару раз забирали. То недокармливали его. То дома запирали… Но она хахаля очередного выгонит, пить перестанет, и вроде как и парень просит за мать, всё ей прощает… Отделывались предупреждениями и надзором. Месяц-два-три спокойно, и снова… А тут… В итоге доведут до полного лишения родительских прав. Такая вот история.

– Да уж… – выдохнул Ник. – Значит, ты всё-таки решил организовать там праздник в этом приюте?

– Ну да, но я даже примерно не представляю, что нужно, как это делать и прочее…

– Ну так-то если по вашим шкафам посмотреть, то часть вещей для детей и подростков можно найти совсем новых с бирками, – пожал плечами Ник. – Ну это я так, чисто за расширения пространства говорю, если не знаешь куда девать, то что-то можно и туда по адресу, так сказать, особенно если там и взрослые парни и девушки есть. А по поводу организации праздника, можно что-то посмотреть в интернете. Кстати, разве одна из фирм корпорации МСК не занимается организацией праздников? Можешь попроситься к ним на стажировку, типа понять изнутри, что надо вписывать в смету и как ее вообще составлять.

– Да? А кстати, неплохая мысль спросить отца, – задумчиво кивнул Тимур.

Вернувшись с полным животом сырков, Ник рассказал о задумке Тимура Софии.

– После того как я получила всю уходовую линейку «Сияния», я думала как-то избавиться от старой косметики, чтобы она не валялась. Но, может, это ещё кому-то пригодится… – сказала София. – И у меня вроде бы точно были вещи, которые я не носила, но которые мне уже не подходят.

– Да, детей, наверное, там привозят не всегда и с вещами, – пожал плечами Ник. – Не, наверное, у них есть типа комплекты: трусы, носки и пижамы, чтобы там ходить. В том смысле, что если у них будет какой-то запас разного… Обычной одежды, наверное, это будет хорошо.

– Кстати, мне позвонила Оля, она организатор от телевидения, прикреплённая к нашей группе, – сказала София. – Вроде бы на неделе в гимназию приедет оператор, будет что-то снимать.

– Про вашу группу?

– Ну, наверное. У нас же в гимназии не только мы занимаемся. Много кто ходит на занятия, Нелли Михайловна нас объединила в прошлом году, чтобы подготовиться к этому конкурсу. У тех, у кого лучше всего получается, так сказать. Так есть еще младшие, и просто на физре мы многие элементы учили, – ответила София. – Наверное, и с ней интервью сделают как с руководителем. Ну и про гимназию.

– Ага, Головина покажут рядом с витриной, куда он кубки сунул, – подхватил Ник и, подражая голосу директора, сказал: – Гимназия гордится своими достижениями.

София засмеялась.

– Да, наверное, всё так и будет.

А потом у жены вдруг стало удивленно-обиженное лицо, и она схватилась за живот, а потом убежала в ванную.

– Что-то случилось? – забеспокоился Ник, последовав за ней и тихонько постучав в двери. София чем-то шуршала и что-то бурчала. А потом, видимо, пошла в душ.

Ник подумал, может, живот у неё прихватило? Несварение? Сырки оказались несвежими? В любом случае смущать не стоило. Так что он пока тоже сходил в душ и лёг в постель, в некоторых надеждах.

Из ванны София вышла какая-то расстроенная.

– Всё в порядке? – спросил Ник. – Мы ведь уже ложимся спать?

София грустно вздохнула и сняла халат, под ним оказалась пижама из штанов и футболки. Тонкие, но всё равно выглядели они как рыцарские латы на фоне того, в каком виде они уже до этого спали.

– Что? Малыш? – он обнял жену, заглядывая в её глаза, и нежно поцеловал.

– Я думала… А у меня… В общем… – София смутилась и отвела взгляд.

Ник напряг все извилины, чтобы попытаться догадаться, что такое внезапное произошло. Но в голову ничего не приходило.

– Живот заболел? – спросил он, заметив, что София держит ладонь, прижимая к животу.

– Ну да, типа того, – снова вздохнула жена.