Текст книги "Одержимость. Девочка Сурового (СИ)"
Автор книги: Мия Руссо
Соавторы: Виктория Альмонд
сообщить о нарушении
Текущая страница: 2 (всего у книги 14 страниц)
Глава 5. Завтрак
Сквозь сон слышу голос Влада. Он дает указания:
– Как проснется, накормите. Никаких откровений. Шеф позже заедет.
– Поняла, Владислав Юрьевич, – отвечает приятный женский голос, – какие-то особые указания будут? Даниил Максимович останется на обед или ужин?
Даниил Максимович? Но отца Даниила звали Виктор. Дядя Витя, я точно помню.
– Не знаю, – коротко отвечает Влад, – я поехал.
Раздаётся звук хлопнувшей двери. Вздрагиваю.
Шаркающие шаги. Отдаляющийся, на что-то сетующий голос, а следом снова хлопок дверью.
Не решаюсь открыть глаза. Как же хочется, чтобы всё оказалось кошмарным сном! Вот чтобы все те события в резиденции, а следом у моего дома были неправдой. Бандиты, драка, Даниил, его взгляд и фраза:
«Ты слишком много видела. Как думаешь, что я теперь с тобой сделаю?»
Это ведь он приказал Владу привезти меня сюда. И что он теперь сделает со мной? Закапает на заднем дворе?!
И что я, по его мнению, видела? Ничего ведь не видела!
От потока мыслей чувствую, как снова начинает болеть голова.
Нужно вставать и бежать отсюда! Но… есть одно «но»! Я даже не знаю, где я!
Впрочем, о чём это я. У нас, как никак, эра высоких технологий. Геолокация, навигатор, все дела…
А что дальше?
Учеба скоро начнется. Уехать к родителям в Тюмень мне денег не хватит, да и как я Катьку брошу? Мы же квартиру вместе снимаем.
Катька!
Меня как обухом по голове.
Наконец распахиваю глаза. Комната залита дневным светом, в моих ногах пригрелся рыжий комок шерсти. Милый котик.
Хватаю сумочку с пола, достаю телефон и… О нет! Нет. Нет. Нет! Только этого мне не хватало. Десять процентов зарядки!
От Катьки ни пропущенных звонков, ни сообщений. Странно…
Тут же набираю ей. Гудки кажутся вечностью, и я уже не надеюсь услышать ответ, как Катька поднимает трубку.
– Алло, – сонно шепчет она.
Жива! Ох, как же я рада.
– Катя… Катенька! Ты в порядке?
– Да, – коротко отвечает она, – ты сама где?
– Я не знаю, Кать. Где-то за городом.
Я слышу приближающийся из коридора шаркающие шаги.
– Все не могу говорить, – тараторю я, – позже напишу.
Сбрасываю звонок, и прячу телефон в сумку.
В дверях возникает пожилая женщина, в черном форменном платье. Седые волосы аккуратно уложены в высокую прическу.
– Проснулась, – тепло улыбается она, – умывайся и будем завтракать. Я там тебе свежие полотенца приготовила. Ванная прямо по коридору.
– Завтракать? – недоуменно переспрашиваю я, хлопая ресницами. – Что значит… а-а-а. Завтрак. Утро. – Мысленно усмехаюсь над собственной глупостью. – Хорошо.
– Жду тебя на кухне. – Женщина уходит.
Я собираюсь с силами и встаю с дивана. Голова немного кружится и в глазах рябит.
Быстро-быстро моргаю, и пытаюсь удержать равновесие. Делаю шаг, и еще один. Хватаюсь за дверной проем.
В ушах болезненно звенит. Ничего не понимаю...
Фух, ладно. Сейчас умоюсь холодной водой и мне точно станет легче.
С трудом дохожу до ванной, закрываю за собой дверь. Смотрю в зеркало… Мда-а. И чего я такая бледная то! Неужели так вчерашнее потрясение повлияло?!
Набираю холодную воду в ладони и резко плескаю на лицо. Затем ещё и ещё. Ох… теперь намного лучше! Душ бы еще принять, но… как-то неловко в чужом доме. Чищу зубы одноразовой щёткой.
Выхожу из ванной и вижу в конце коридора арку. На глаза тут же бросается часть кухонного гарнитура и острова.
Так, кажется, мне туда.
Запах… м-м-м. Потрясающий! Свежая выпечка: корица, яблоко и что-то ещё такое знакомое. Творог?
Женщина стоит у плиты и жарит оладьи. В духовке явно что-то печется.
– Проходи, милая, – женщина кивает на накрытый стол. – Садись. У меня уже всё готово.
Кухня просторная. В итальянском стиле. Светлые оттенки дерева, белый мрамор, роспись на фасаде.
– Давайте я вам помогу, – робко говорю я, все еще не переступив порог.
– Можешь заварить чай, – улыбается женщина. – Чайник только что вскипел.
Я киваю и наконец прохожу на кухню. На столе белый заварной чайник. Сразу улавливаю нотки жасмина.
– Как тебя зовут? – спрашивает женщина.
– Алина, – тихо отвечаю я, – а вас?
– Нина Павловна, – она широко улыбается. – Приятно познакомиться.
Нина Павловна ставит на стол тарелку с горой оладий. А у меня глаза разбегаются от изобилия вкусностей: булочки, мясные и сырные нарезки, оливки, розетки с вареньем, а это что икра?! Черная?!
Не то чтобы я ее никогда не видела. Видела и довольно часто, когда подавала гостям в ресторане. Но никогда не пробовала. А тут вот так на столе! Дома и на завтрак.
– Садись, садись, – тепло произносит Нина Павловна, доставая из духовки ароматные круассаны. – Голодная же.
А я всё никак не могу решиться. Неправильно это как-то…
– Не хватает чего? Не ешь такое? – суетится Нина Павловна, – я не знала, что ты ешь, поэтому приготовила как Даниилу Максимовичу.
У меня от одного упоминания имени Даниила, тело бросает в дрожь.
– Нет, нет, все хорошо. Спасибо вам за старания, – лепечу я. – Просто…
– Тогда садись и налетай, – улыбается она. – Вон, какая худенькая.
Нина Павловна права. Поесть мне действительно нужно. Иначе, свалюсь в голодный обморок.
Сажусь за стол.
Нина Павловна снимает салфетку с тарелки, демонстрируя румяные пирожки.
У меня сердце сжимается. Такие же нам с братом пекла бабушка. От воспоминаний, на глазах наворачиваются слёзы.
– Что случилось, милая? – Нина Павловна растерянно смотрит на меня.
– Моя бабушка такие же пекла.
– Ох ты горе, – вздыхает Нина Павловна и обходит стол. Её рука ложится мне на плечо. – Не знаю, что с тобой приключилось деточка, но плакать не надо. Слезами делу не поможешь. Даниил Максимович если взялся помочь, поможет, не сомневайся.
Я нервно сглатываю и делаю глубокий вздох. Все мои проблемы сейчас именно из-за него.
Нина Павловна наливает нам чай. Я делаю глоток и сразу становится, как-то… спокойнее.
Беру пирожок и откусываю. Мои любимые с капустой и грибами. Вкусно невероятно, прямо как у бабушки.
– Очень вкусно! – восторгаюсь я. – Поделитесь рец… – осекаюсь.
На входе возникает Даниил!
Глава 6. Разговор
Даниил
– Даниил Максимович к вам Владислав, – голос моей секретарши Веры на громкой связи.
– Пусть войдет.
В дверях появляется мой помощник Влад.
– Шеф, приветствую, – произносит Влад, входя в кабинет.
– Садись. Рассказывай.
– Девчонка на конной ферме, – Влад садится в кресло. – Когда уезжал еще спала.
– Вчера, что было?
– На ужине Бык ее к стенке прижал. Трахнуть хотел и… трахнул бы, если бы я ее в кабинет не утащил.
Чувствую, как кровь закипает в жилах. Вот же урод.
– Когда она очухалась, – продолжает Влад. – Как вы сказали, я ее домой собирался отвезти. А она на дыбы мол: не поеду с вами и всё. Я ей пять косарей кинул и говорю: выбирай, либо со мной поедешь, либо такси, но оно не приедет.
Влад усмехается.
– Она подумала, и согласилась ехать. По дороге подруге набрала, слово за слово, я особо не прислушивался, но смотрю девчонка панику поймала, затряслась вся. Говорить сначала не хотела, а потом выдает: домой говорит мне нельзя, там бандиты. Я в непонятках, какие еще бандиты, говорю ей: ну сейчас доедем, посмотрим, что там за бандиты.
Влад закуривает.
– Доехали, значит. А у ее подъезда отморозки Быка. Я им мол: чего стоим кого ждем. А они, типа: не твое дело, не лезь. Ну я им чуть морды то и поправил, а девку на…
– Алина, – разгневанно цежу я сквозь стиснутые зубы.
– Да, простите шеф, – сразу исправляется Влад. – Я её на конную ферму то и отвёз. Всё.
– Она себя как вела?
– Да, как, как? Тряслась вся от страха.
– Понял, ладно, – спокойно выдыхаю я, хотя внутри всё кипит от гнева, – с Быком я сам вопрос решу. Иди, съездишь куда я просил, а потом пулей к нашим юристам. Мне это здание сегодня нужно. Головой отвечаешь.
– Понял. Сделаем все в лучшем виде Даниил Максимович.
Влад встает и выходит из кабинета.
Хватаю телефон. Набираю Быку. У меня аж челюсти сводит. Вот же мудак.
– Максимыч, приветствую, чем обязан столь раннему звонку? – скалится Бык на другом конце.
– Аркадий, я не понял, ты мой дом с борделем перепутал? Что вчера было?
Бык притих и завис, видимо осмысляет услышанное.
– Не понял, а что было то?
– Ты дураком то не прикидывайся, официанток по углам в других местах зажимать будешь.
– Ты из-за этой рыжей сучки что ли на меня наезжаешь? – смеется Бык, – да она сама хотела, повисла на меня, а я че.
– Аркадий, ты меня плохо понял? Людей своих отзови. Девчонку не трогай. Ресторан партнера моего. Мне эта лишняя возня не нужна.
– Да, понял, я понял, – вздыхает Бык. – Не вопрос, оставлю.
Кладу трубку. Набираю Владу.
– Да, шеф.
– Влад, отправь к дому Алины пару наших ребят. Потом отчитаешься по обстановке.
– Понял, принял. Сделаем, Даниил Максимович.
Кладу телефон на стол.
Набираю приемную.
– Вера, кофе принеси.
– Сейчас сделаю, Даниил Максимович.
Откидываюсь на спинку кресла.
Максимович…Каждый раз слух режет несмотря на то, что семь лет уже прошло.
Прости отец, кулаки сами сжимаются. Я обязательно найду того, кто это сделал!
Прикрываю глаза и перед глазами всплывает картина той ночи.
Отец с мамой встречают меня из аэропорта. Мама красивая, счастливая. Отец напряженный.
А я только что закрыл сессию в Оксфорде. Мне двадцать четыре, и я прилетел домой.
Отец международный бизнес хотел. Вот меня после нефтянки в Москве и отправил в Лондон.
Это я только потом понял, для чего он меня туда отправил. Учеба только предлогом была.
Он ведь не хотел, чтобы я прилетал. Это я настоял, у нас же традиция: мой День Рождения всегда вместе.
А теперь нет ни «дня рождения», ни «вместе».
До сих пор, как будто это произошло вчера, слышу голос отца: тормоза отказали. Следом крики мамы.
Я тогда выбрался, пытался их спасти, но… Веки дрожат.
Меня бы сейчас здесь не было, если бы не мой крестный. Я ему позвонил, а потом...
Очухался в частной клинике, в новой реальности. Даниил Максимович Суровый – «владелец миллиардов, газет, пароходов».
Похороны родителей пропустил, меня тоже в покойники записали. Дядя Максим сказал, так надо. Это конкуренты отца моего заказали – передел влияния шел. А я ведь тогда ничего не знал о делах отца, насколько у него серьезный бизнес был.
– Ваш кофе, – я открываю глаза и возвращаюсь в реальность. Вера заносит поднос и ставит его мне на стол. – Что-нибудь еще, Даниил Максимович? – интересуется она, откидывая назад свои светлые пряди.
– Да, – безучастно отвечаю я, – встречу в десять перенеси на после обеда, а лучше на вечер. Обед сегодняшний подтверди. На мероприятии вечером меня не будет. Ты выбери на свой вкус украшение какое-нибудь: дорогое, достойное, букет цветов и записку отправь. Мише скажи, пусть подъедет. Мне отъехать надо.
Вера кивает.
– Все сделаю, а в записке что написать? – уточняет она.
– В записке. Да, что-нибудь… хотя, записку не надо. Сам напишу. Всё, можешь идти.
– В приемную документы на подпись принесли. Срочные, – добавляет Вера, уже стоя в дверях.
– Собери. Я по дороге посмотрю.
Вера выходит из кабинета.
Я встаю из-за стола и подхожу к панорамному окну. Сегодня в Москве солнечно.
Алина, Лина, лисенок… и именно сейчас!
Глава 7. Встреча
Алина
На Данииле черные брюки и белая сорочка. Взгляд холодный и мрачный.
Я нервно сглатываю.
– Даниил Максимович, доброе утро, – радостно суетится Нина Павловна. – Кофе уже готов.
Я так и застываю с пирожком у рта, не двигаясь. Даниил проходит и садится за стол напротив меня.
Я цепенею от страха.
– Нина Павловна, – тепло обращается Даниил, когда она ставит перед ним чашку с ароматным кофе. – Благодарю. Оставьте нас ненадолго.
Я вжимаюсь в спинку стула и не знаю, чего ожидать.
– Привет, Алина, – Даниил делает глоток.
А я молчу и даже не знаю, как мне к нему обратиться. На ты, на вы. Только молча киваю.
– Не думал, что мы когда-то встретимся, да еще и вот так, – мрачно произносит он.
– Как… так? – выдавливаю из себя я.
– Так, что ты окажешься… – он не миг замолкает, словно подбирая нужные слова, – той, кто работает на моих врагов.
– Врагов?! – мой голос срывается на крик. – Что? – Меня трясёт.
– Люди у твоего подъезда… – Даниил пронзает меня ледяным взглядом. Его полные, с чётким рисунком, губы смыкаются в тонкую линию. На скулах играют желваки.
Какие ещё враги? О чём он?!
– Я… я понятия не имею кто это, – шепчу я, продолжая разглядывать Даниила.
Широкие плечи, под тканью сорочки проглядывается рельефная грудь и бицепсы. Темные волосы аккуратно уложены назад, на запястье явно дорогущие часы.
Сама не замечаю, как мой взгляд замирает на его выпирающем кадыке. Куда я вообще смотрю!
– Не ври, Алина! – он резко бьет ладонью по столу, отчего я подскакиваю на стуле.
– Даня, но я не…
Не договариваю. Даниил прерывает меня жестом руки. Мол, достаточно, Алина.
Я молчу, уже в ужасе смотря на него. Меня конкретно так потряхивает. Прячу пальцы под стол, чтобы он не видел мою дрожь.
– Допустим, – Даниил выдерживает гнетущую паузу, при этом неотрывно смотря в мои глаза. Долго. Мрачно. Изучающе. По спине пробегает холодок. – Не врёшь.
Да как он вообще мог подумать, что я обманываю его?! От обиды, слезы наворачиваются на глазах.
Делаю глубокий вдох и запрокидываю голову назад. Не хочу, чтобы он видел мои слезы.
– Говорила кому-нибудь, что меня видела? – сухо спрашивает он.
Отрицательно качаю головой.
– Хорошо, – Даниил одобрительно кивает, и делает еще глоток, – забудь, иначе…
Я нервно сглатываю.
– Я… я все поняла, Даниил Вик… Максимович. Никому не скажу.
Он пронзительно смотрит на меня, так что под его тяжестью я отвожу взгляд.
– Вернешься к своей обычной жизни, из ресторана уйдешь, – строго, не оставляя место для возражений, чеканит он.
Уйти из ресторана?! Но на что же я буду жить!
Даниил как будто читает мои мысли.
– Денег я тебе дам.
– Я не возьму, – возражаю я, но не поднимаю на него взгляд.
– Это был не вопрос, Алина.
Слышу скрип.
Даниил встаёт из-за стола и направляется к выходу. Но резко останавливается и, кидая на меня быстрый взгляд, произносит:
– Тебя больше никто не потревожит. Прощай, Алина.
Даниил выходит с кухни. А меня как будто обухом по голове ударили.
Никто не потревожит? Это он сейчас о тех мужчинах у подъезда?
Хотелось бы, конечно, чтобы так было. Но его холодное прощай…
И почему нельзя никому рассказывать, что он жив?!
Хотя, это не мое дело. Мне лучше держаться от всего этого подальше.
Нина Павловна возвращается на кухню.
– Я пойду, – неуверенно произношу я, вставая из-за стола. – Спасибо, всё было очень…
– Да ты же ничего не съела, – останавливает она меня. – Не упрямься. Поешь, а потом поедешь.
– Да, мне что-то не…
Не успеваю договорить, Даниил снова появляется в дверях.
– Собирайся, я отвезу тебя, – холодно бросает он.
– Спасибо, но я и сама могу до…
Не договариваю. Даниил смотрит на меня опасным, подчиняющим взглядом, отчего я вжимаю голову в плечи.
– Я сказал, – Даниил делает паузу, – собирайся. Быстро.
Я киваю и спешу поскорее покинуть кухню. Прохожу мимо отступившего в сторону Даниила и улавливаю аромат его дорогущего, потрясающего парфюма. По телу бегут мурашки.
Хватаю сумку в гостиной, и на прощание глажу рыжего кота. Ох, как же он мурлычет. Спрыгивает с дивана и трется о мои ноги. Какой игривый.
За спиной раздаются шаги.
– Поехали, – бросает Даниил.
Я наспех прощаюсь с Ниной Павловной, а она успевает сунуть мне в руки пакет. По запаху понимаю, что там пирожки. В животе предательски урчит.
Выхожу из дома вслед за Даниилом. На площадке перед домом представительский седан и два джипа. А рядом… мда-а-а… с десяток амбалов в черных костюмах.
Когда Даниил уверенным шагом подходит к машине, один из амбалов открывает ему заднюю дверь.
Еще один открывает дверь передо мной.
Сажусь. Амбал захлопывает за мной дверь. И садится на переднее сиденье.
– Миша, – говорит Даниил второму, который сел на водительское, – едем. – Называет мой адрес.
Коротко стриженный Миша только кивает головой и кортеж из автомобилей трогается.
Я, почти не дыша, прижимаю сумку к груди.
Даниил тянется ко мне, от чего я вздрагиваю.
Он так близко…
Я чувствую жар его кожи, когда его рука касается моего оголенного бедра.
– Ты на документы села, – холодно говорит он и тянет папку.
Ой, как неловко то… Я привстаю и одергиваю юбку.
– Извини.
Даниил ничего не отвечает. Молча погружается в чтение каких-то бумаг.
Ловлю себя на том, что разглядываю его.
Каким же он стал…
От него веет опасностью и властью. Я всегда боялась и остерегалась таких мужчин. Мама говорила, что мир богатых – опасный мир.
Данина семья была очень обеспеченной. А когда произошла та авария и сказали, что они все погибли…
Но если Даня здесь, может и его родители тоже живы!
У меня столько вопросов, но я понимаю, что ответы на них мне могут дорого стоить. Поэтому молчу. Но и взгляд не могу от него отвести.
Даниил это замечает.
Я резко отворачиваюсь, и делаю вид, словно внимательно смотрю в окно.
Ой, дура…
– Миша, останови, – командует Даниил. Через минуту машина съезжает на обочину. – Воздухом подышите пока, – отдаёт он приказ.
Амбалы выходят из машины, и мы остаемся с Даниилом наедине.
Моё сердце начинает биться часто-часто, а щёки заливает румянец. Что он задумал?!
– Посмотри на меня, Алина, – произносит он шепотом.
Глава 8. Забудь
Я робко поднимаю взгляд на Даниила.
Он сидит совсем рядом. От его близости меня бросает в жар, а щёки заливает предательский румянец.
У Даниила взгляд холодный, безучастный, он как будто смотрит сквозь меня.
– Послушай меня еще раз. И очень внимательно, – безэмоционально произносит он. – Даниил, которого ты знала умер. У нас нет общего прошлого, мы чужие люди. Ты поняла?
В салоне ненадолго повисает гнетущая пауза.
Чужие люди?! Что… Зачем он так со мной! Да что я ему сделала!
От его слов, в груди болезненно сжимается. Хочется заплакать, но я держусь. Я больше никогда не пророню ни одной слезинки из-за него. Хватит!
В ответ я лишь киваю.
Даниил стучит по стеклу, давая понять, что можно возвращаться. Амбалы садятся в машину.
Я отворачиваюсь к окну. Хочется закричать! Высказать Даниилу всё, что копилось во мне все эти годы. Но… нет! Он прав. Тот Даниил действительно умер. Его больше нет.
Едем молча. Возникшую тишину иногда прерывает шелест бумаг.
Перед глазами то и дело возникают картинки из прошлого.
Я была влюблена в Даниила с десяти лет. Он иногда забирал меня со школы, угощал сладостями и катал по городу. Тогда мы много общались и смеялись. А потом он уехал учиться в Москву, но обо мне не забывал.
Мы переписывались.
Когда я заканчивала одиннадцатый класс, он собирался прилететь на свой День Рождения и поговорить со мной о чём-то важном. Но, наш разговор так и не состоялся.
В день нашей встречи я узнала, что он и его родители погибли в автокатастрофе.
Столько лет в моем сердце была пустота и тоска по нему… А теперь он здесь, живой. Сидит рядом, но так далеко от меня.
Я должна забыть его. Снова!
Кортеж медленно въезжает в мой двор. Я настороженно выглядываю, проверяя, нет ли той иномарки. Но на парковке вообще нет машин.
Странно.
– Можете здесь остановить? – прошу я.
Не хочу, чтобы меня видели во дворе. Иначе же слухи пойдут, мол: вы видели, на какой машине нашу Линочку привезли. Наверное, она тоже стала из этих… Стыд и позор!
Да и вдруг Катя увидит, что я ей скажу.
– Нет, – сухо отвечает Даниил. – Выйдешь у подъезда.
Поджимаю губы. А ему же не возразить. Как он сказал, так и будет. Тиран!
Машина плавно останавливается. Я прижимаю сумку и тянусь к ручке двери.
– Спасибо. До свидания, – едва слышно произношу я. На Даниила не смотрю.
Уже собираюсь выходить, как амбал опережает меня и открывает дверь снаружи. Даже подает мне руку.
Надо же.
– Прощай, – бросает Даниил мне в след. Я всё-таки оборачиваюсь и вижу, что он не смотрит на меня. Уткнулся в свои документы.
Эмоции переполняют. Делаю глубокий вдох и выхожу. Слезы наворачиваются на глазах.
Амбал возвращается в машину и картеж трогается с места.
Фух. Ну, всё. Теперь точно всё позади.
Я поправляю сумку на плече и сажусь на деревянную лавочку у подъезда. Больно. Как же мне больно… Зачем он появился. Снова? Чтобы потом сказать «забудь» и исчезнуть!
Ладно. Я сильная, переживу. Сделаю так, как он сказал. Забуду!
Когда я вхожу в подъезд, то сразу ловлю на себе осуждающий взгляд нашей пожилой консьержки. Небось, навыдумывала себе там, черт знает что. И уже завтра на меня обрушится поток негатива.
Впрочем, плевать. Пусть думают себе, что угодно. Они мне никто!
Я доезжаю до своего этажа и настороженно оглядываюсь. Даниил, конечно, сказал, что решил вопрос, но всё равно тревожно.
Я даже ключи достать не успеваю, как дверь распахивается. Катька встречает меня в халате и с полотенцем на голове.
– Алинка! – она чуть ли не затаскивает меня в квартиру и крепко обнимает. Её голос дрожит. – Я так переживала. Ты где была? Это что были за мужики? Тебя кто привез?!
Всё-таки, увидела…
– Кать, давай позже.
Я разуваюсь и иду в свою комнату. Падаю на диван и утыкаюсь лицом в подушку. На душе так мерзко, что от слёз снова начинает щипать глаза.
– Алин, чай будешь?
В ответ я лишь мотаю головой.
Катя заходит в комнату и садится на край дивана, гладит меня по плечу.
– Алин, они с тобой что-то сделали? Расскажи мне.
– Ничего они со мной не сделали. – Переворачиваюсь на спину. – Всё хорошо.
– Уверена? – Катя подозрительно щурится.
– Угу, – киваю я.
– Ладно, – вздыхает она. – Если что, я на кухне.
Катя закрывает за собой дверь. Квартирка у нас маленькая, но уютная. Две комнаты и кухня. Стены тонкие. Отчетливо слышу, как Катя на кухне гремит кастрюлями.
Понимаю, что рыдать в подушку вообще не выход.
Встаю. Достаю из сумки телефон и… Разряжен. Ставлю на зарядку и иду в ванную.
– Я в душ, – кричу Кате.
Я встаю под горячие струи и даю волю эмоциям. Снова оплакиваю Даниила. Я для него теперь чужая.
Не знаю сколько так стою под водой, но в мир меня возвращает стук в дверь.
– Алин, у тебя там все хорошо?
– Да.
Еще ей объяснять, где я была. Неторопливо привожу себя в порядок. Жду, когда от слёз не останется и намёка. Захожу на кухню.
Катя вальяжно сидит у открытого окна и курит. Тонкая сигарета зажата между пальцев. В воздухе едкий запах дыма. Я кривлюсь и закашливаюсь.
Катя снова смотрит на меня с прищуром.
– Не ожидала от тебя Иванова, – выдает Катя, когда я смотрю, что она там приготовила. Куриный суп.
– В смысле?
– Тебе тут смска пришла. – Катя протягивает мне телефон. Мой телефон! Какого… Я же поставила его на зарядку в своей комнате.
На экране высвечивается сообщение от банка. На моем счете… Округляю глаза. Полтора миллиона рублей… Чего?!
Снова всматриваюсь в цифры, может в количестве нулей ошиблась. Но, нет.
– Не думала, что ты пойдешь на такое, – недовольно цокает Катя.
Вот же… подстава! Деньги Даниила. Надо подумать, как вернуть их!
– А ты зачем мой телефон смотрела? – шиплю я на неё.
– Да он пиликал. Вот я и подумала, вдруг что-то важное. – Катя пожимает плечами.
Пусть у нас нет друг от друга секретов, но откуда на моем счете такая сумма рассказать не могу.
– Ты что невинность продала?! – напирает Катя.
– Ага, конечно, – ухмыляюсь я. – Двадцать раз!
Совсем что ли с ума сошла…
Я обиженно ухожу с кухни. Подруга идет за мной.
– Иванова! Или ты говоришь мне сейчас правду…
– Или?! – не оборачиваясь, бросаю я.
– Или ты мне больше не подруга!
О! Вот значит, как… Как же быстро она решила отказаться от нашей дружбы.
– Да я не знаю откуда эти деньги! – Начинаю оправдываться я. – Видимо, ошибка какая-то. Завтра после учебы схожу в банк, все узнаю. Довольна?!
Катя виновато опускает взгляд.
– Извини, не хотела тебя обидеть. Просто… – Катя нервно кусает губу. – Зря я тебя позвала на ту подработку. Я так испугалась за тебя вчера. Да и сейчас ты какая-то странная, как будто случилось что-то, а мне не говоришь!
Вот уж и правда, очень зря, что согласилась на подработку. Хорошо хоть Катя не видела с кем я приехала.
– Ладно, проехали, – отмахиваюсь я, – со мной все хорошо. И это главное.
