Текст книги "Бессердечный наследник (ЛП)"

Автор книги: Мишель Херд

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 12 страниц)

ГЛАВА 20

ДЖЕЙД

– Ни за что, – отрезаю я, когда Фэллон бросает платье мне на кровать. – Я больше никогда не надену ничего подобного.

Она поигрывает бровями: – Это привлечет внимание одного конкретного человека.

– Нет уж, я пас, спасибо. – Я подкрашиваю губы блеском и провожу пальцами по волосам. – Сегодня я остаюсь верна своим привычным джинсам.

Хана оглядывает меня с ног до головы: – Ну, по крайней мере, они в обтяжку.

– Все готовы? – спрашивает Мила из дверного проема.

Увидев на ней короткое платье, я невольно хохочу: – Вижу, Фэллон и до тебя добралась.

Она жмет плечами: – Если есть фигура, почему бы ее не показать?

– Вот именно! – выкрикивает Фэллон.

– Погнали! – доносится голос Джейса из гостиной.

Мы выходим из комнаты. Когда лифт привозит нас на первый этаж общежития, я притормаживаю рядом с Као, Милой и Ноа, пропуская Фэллон вперед. Хана берет Фэллон под руку, Джейс идет следом за ними.

И тут Хантер хватает меня за руку, притягивает к своему боку и ведет за остальными.

Это что-то новенькое.

Он переплетает свои пальцы с моими. Я быстро оглядываюсь и вижу три широченные ухмылки, направленные в мою сторону.

У машин мы разделяемся. У меня нет выбора, кроме как сесть на переднее сиденье, когда Хантер открывает передо мной дверь. Джейс и Мила забираются назад. Хантер садится за руль, и я поспешно пристегиваюсь.

Выезжая с парковки, Хантер заявляет: – Мы ненадолго.

– До трех ночи, – начинает торговаться Джейс.

К тому моменту, как мы добираемся до «Студии 9», они сходятся на час ночи. Не уверена, что продержусь так долго – я вымоталась за эти выходные, но, не желая портить друзьям вечер, я собираю волю в кулак и молюсь о «втором дыхании». Надо было поспать днем вместо того, чтобы делать задание.

Выйдя из машины, я дожидаюсь Милу, и мы вместе входим в клуб.

Под басы «Human» Rag’n’Bone Man мы идем в VIP-зону. Я сажусь у перил, откуда открывается вид на нижний зал. Мне срочно нужен сахар, поэтому я подзываю официанта и заказываю колу.

Хантер садится на стул рядом и, наклонившись, спрашивает: – Ты в порядке?

– Да, просто устала. Заказала колу ради сахара, – отвечаю я с широкой улыбкой.

– Скажи, если нужно будет отвезти тебя домой, – предлагает он.

Не в силах устоять, я подаюсь к нему, обхватываю его шею руками, целую в щеку и крепко обнимаю. Отстранившись, я усмехаюсь: – Мне нужно чаще тебя обнимать, иначе я никогда не расплачусь с долгом.

– В таком случае... – Хантер смеется и снова притягивает меня к своей груди для еще одного объятия.

Я закрываю глаза и вдыхаю его запах.

Черт, какой же у тебя классный парфюм.

Когда он не отпускает меня, а, наоборот, крепче сжимает в объятиях, я пользуюсь моментом и прижимаюсь к нему так плотно, как только могу. Я чувствую, как его тепло проникает в меня, и только сейчас понимаю, что на самом деле замерзла – стоило взять куртку.

– Ты такой теплый, – бормочу я.

Он отстраняется: – Хочешь мою куртку?

Я качаю головой и удобнее устраиваюсь на стуле: – Сейчас пойду потанцую и согреюсь.

Приносят колу, и я делаю глоток сладкой бодрости. Хантер смеется над какой-то шуткой Джейса, а я просто рассматриваю его профиль.

Когда он успел стать таким красивым?

Мой взгляд ласкает каждую черточку его лица, и меня накрывает волна благоговения перед ним.

Я люблю тебя, Хантер.

Джейс залпом выпивает виски и вскакивает: – Пошли танцевать!

Хантер, Као и Фэллон присоединяются к нему, и я провожаю их взглядом до танцпола.

– Почему ты не идешь? – спрашивает Хана.

– Сначала допью колу, иначе усну прямо во время танца.

– Аналогично, – отвечает она, отпивая из своего стакана.

– Джейс такой бабник, – бормочет Мила, не сводя глаз с нижнего этажа.

Я прослеживаю за ее взглядом: Джейс танцует с какой-то левой девчонкой. Ищу глазами остальных – вон Фэллон и Као. Нахмурившись, я продолжаю искать, пока не замечаю Хантера. Он сидит за столиком в компании Нейта и Джессики.

Хантер наклоняется к Джессике и смеется над чем-то, что она говорит.

Черт, они выглядят... уютно.

Меня хватает ровно на пять минут созерцания того, как они улыбаются друг другу. Я встаю.

– Я устала.

Я иду к лестнице и спускаюсь так быстро, как могу. Бросив последний взгляд на Хантера, я вижу, как Джессика склоняется к нему, а он начинает опускать голову. Резкая волна ревности прошивает меня насквозь. Я никогда не чувствовала ничего подобного, и, честно говоря, это пугает.

К черту все. С меня хватит.

Я вылетаю из клуба и только на тротуаре понимаю, что забыла сумочку на столе. Я даже такси вызвать не могу. Пешком идти минут тридцать, не больше. Я справлюсь.

Я шагаю по улице, злясь на саму себя за эту ревность – у меня же нет на него никаких прав. Я думала...

Неважно, что я думала. Наверное, просто навоображала лишнего. Мы с Хантером просто друзья. Хотя бы это у меня есть.

ХАНТЕР

На мое плечо падает каскад темных шелковистых волос, и я слышу голос Милы: – Кажется, Джейд ушла.

– Что? – я подпрыгиваю на стуле и смотрю на наш стол. Видя там только Хану и Ноа, я хмурюсь: – Ты серьезно?

– Да. И она оставила сумку. Я думала, она просто вышла подышать, но ее нет уже десять минут. Я проверила – ее нигде нет.

– Твою мать, Мила! Ты должна была сказать мне в ту же секунду! – рявкаю я.

Я срываюсь на бег. Когда ночной воздух ударяет мне в лицо, тревога ледяными когтями впивается в позвоночник. Я выхватываю ключи, залетаю в машину, мотор взрывается ревом, шины визжат на выезде с парковки. Я еду медленно, вглядываясь в тротуары, надеясь, что она просто решила пойти пешком и с ней ничего не случилось.

Мрачные мысли роятся в голове, сердце колотится от страха. Я уже на грани панической атаки, когда замечаю ее на следующей улице – она идет в сторону кампуса Тринити. Облегчение затапливает меня.

Если бы Мила не заметила, Джейд шла бы домой одна. Ночью! Бог знает, что могло произойти.

Когда фары моей машины освещают ее, она даже не оборачивается. Просто обхватывает себя руками и продолжает идти. На улице чертовски холодно, а ее джинсы и шелковая блузка – слабая защита от ветра. Я подрезаю ее и торможу в нескольких метрах впереди. Выскакиваю из машины.

Джейд останавливается, глядя на меня. Я подхожу вплотную, сбрасываю куртку и набрасываю ей на плечи. Она закидывает голову, в ее глазах пылает ярость. Даже в темноте видно, какие бледные у нее щеки от холода.

– Левую руку, – ворчу я, желая сначала согреть ее, а потом уже разговаривать.

К счастью, она слушается. Я продеваю ее руки в рукава. В моей огромной куртке она выглядит такой маленькой. Мне становится чуть спокойнее, но я все равно хрипло рычу: – Никогда. Больше. Так. Не делай.

По ее лицу пробегает тень боли, и она огрызается: – Ладно!

– Почему ты ушла из клуба? – спрашиваю я, пытаясь понять, что ее так расстроило, что она предпочла идти пешком, чем попросить ее подвезти.

Ее лицо каменеет, она прищуривается, а потом переводит взгляд на дорогу: – Я устала и не собиралась смотреть, как ты зажигаешь с Джессикой.

Ее слова действуют как шок. Приятный шок, от которого вся моя злость испаряется, как туман под солнцем.

– Посмотри на меня.

Я сверлю взглядом ее макушку, пока она не поднимает лицо и не встречается со мной своим кипящим взором.

– Ты приревновала? – спрашиваю я, чтобы убедиться, что мне не послышалось. То, что я так отчаянно хотел услышать.

Черт. Пожалуйста, скажи «да». Пожалуйста. Я больше не могу притворяться просто другом ни секунды.

Она вздыхает, качает головой и выпаливает: – Да, Хантер. Я приревновала.

Я обхватываю ее лицо ладонями, запуская пальцы в волосы, и впиваюсь в ее губы поцелуем. Я всегда думал, что поцелуй – это просто поцелуй.

Пока не появилась Джейд.

В ту секунду, когда мои губы касаются ее губ, весь мир перестает существовать. Холод, улица, прошлое – все исчезает. Остается только Джейд.

Моя потребность касаться ее, сделать ее своей – властная и отчаянная. Джейд приоткрывает рот, и я без колебаний проникаю внутрь языком, заявляя свои права.

Я сжимаю ее затылок, держась за нее, как за спасательный круг. Потому что она и есть мой круг. Она всегда им была. Даже во время наших ссор она была для меня всем. Я лучше проведу всю жизнь в спорах с ней, чем проживу хоть секунду без ее огня.

Джейд вцепляется руками в мои бицепсы, прижимаясь всем телом ко мне. Я жадно прикусываю ее нижнюю губу и снова углубляю поцелуй.

Черт.

Интенсивность момента сбивает с ног. Я обхватываю ее талию другой рукой, прижимая к себе так крепко, как только возможно.

Я тебя больше никогда не отпущу. Никогда.

Я вкладываю эти слова в поцелуй. Джейд приподнимается на цыпочки, чтобы быть еще ближе. Ее пальцы запутались в моих волосах. Никогда бы не подумал, что страсть, стоявшая за нашими драками, приведет к этому. Видимо, наш пожар не мог просто погаснуть – он должен был либо уничтожить нас, либо сплавить воедино. Слава богу, случилось второе.

Наши губы буквально вжимаются друг в друга. Я перехватываю ее за ягодицы и приподнимаю. Она обхватывает мою талию ногами, вцепившись в мои волосы. Жар ее тела, прижатого к моему животу, заставляет мой член мгновенно стать стальным.

Черт, я чувствую себя суперменом.

Джейд всегда бросала мне вызов. Она возносила меня до небес и швыряла в бездну. Сейчас моя кровь кипит от желания обладать этой женщиной.

Желая остаться с ней наедине, я прерываю поцелуй и веду нас к машине.

– Нам нужно уйти с улицы. Пока я не взял тебя прямо здесь.

Джейд кивает, ее горячее дыхание обжигает мою шею, она прячет лицо в изгибе моего плеча. У машины я опускаю ее на землю и открываю дверь. Глядя на ее припухшие розовые губы, я не выдерживаю и целую ее еще раз – один жесткий, короткий поцелуй. Я лучше продолжу это в нашей квартире, чем на виду у всех.

Я усаживаю ее, пристегиваю ремнем. Ее раскрасневшиеся щеки манят меня, и я снова быстро целую ее в губы.

Всю дорогу до кампуса мы едем в тишине. Я паркуюсь, выбегаю из машины и открываю ее дверь. Беру ее за руку, и мы заходим в здание. В лифте Джейд поднимает на меня глаза: – Просто чтобы я ничего не перепутала... что сейчас произошло?

– Мы произошли, – шепчу я, голос все еще хриплый от страсти.

– Мы? – в ее глазах мелькает замешательство.

Не желая спугнуть ее, я сдерживаю признание в любви. Возможно, для этого еще рано. Ей нужно время привыкнуть к мысли о нас как о паре.

Мы. Пара.

На моем лице расплывается улыбка.

– Да, мы, – говорю я, когда двери лифта открываются.

Я снова беру ее за руку. Мы заходим в наш люкс. Свободной рукой я провожу картой по замку. Когда дверь за нами закрывается, я поворачиваюсь к ней, чтобы расставить все точки над «и»: – Ты и я. Это происходит, Джейд.

ГЛАВА 21

ДЖЕЙД

Хантер обнимает меня и прижимает к своей крепкой груди.

Свя-я-я-я-тые угодники.

Я до сих пор не могу поверить в происходящее. Хантер только что поцеловал меня так, как меня еще никто и никогда не целовал. Мое сердце превратилось в счастливое месиво, но тревога все еще маячит где-то на задворках моего «долго и счастливо».

– Ты уверен? – спрашиваю я, боясь, что он просто поддался эмоциям после всех наших бесконечных стычек.

Он наклоняет голову и целует меня в изгиб шеи. Я зажмуриваюсь от невероятного покалывания, которое вызывают его губы на моей коже.

– Да, – выдыхает он, обжигая мою шею горячим воздухом, отчего по телу пробегает волна мурашек. – А ты уверена?

Уверена ли я?

Я не знаю, лучшее ли это решение для нас, но я точно знаю, что это то, чего я хочу.

– Я боюсь, что это испортит нашу дружбу, – признаюсь я. Я столько раз косячила в отношениях с Хантером, что меньше всего на свете хочу его потерять.

Хантер ободряюще улыбается: – Джейд, если мы пережили последние два года, мы переживем что угодно.

Я никогда не думала об этом с такой стороны. Я устроила нам обоим сущий ад, но Хантер ни разу не отступил. Он был рядом на каждом шагу.

Облегченная улыбка расплывается по моему лицу: – Ты прав.

Его взгляд смягчается, он долго смотрит на меня, а затем шепчет: – Я хочу тебя поцеловать.

Предвкушение пробегает по позвоночнику.

– Раньше тебя это не останавливало, – поддразниваю я.

– Это точно, – он одаряет меня такой сексуальной ухмылкой, что мой желудок делает олимпийское сальто. – Можно мне тебя поцеловать, Джейд?

Я киваю, облизывая губы кончиком языка. Хантер прижимается ко мне всем телом и направляет в сторону гостиной. Он садится на диван и, обхватив меня за бедра, тянет на себя. Я забираюсь к нему на колени, устроившись по обе стороны от его бедер.

Хантер берет мое лицо в ладони.

– Ты чертовски красивая, – мурлычет он. Одна его рука скользит мне за спину, пальцы переплетаются на моем затылке.

Я тону в глубине его голубых глаз. Я остро чувствую каждое прикосновение его тела, и облако желания начинает обволакивать меня.

– Неужели ты этого не чувствуешь? – спрашивает он, глядя на меня потяжелевшим взглядом.

– Черт, я только это и чувствую. Целуй меня уже!

Я обхватываю его шею руками и, не желая ждать ни секунды, впиваюсь в его губы.

Глубокий стон вырывается из груди Хантера, когда наши губы вступают в схватку за лидерство в поцелуе. Это новая война – та, в которой я с радостью проиграю.

Искры между нами такие мощные, что воздух кажется наэлектризованным. Жар разливается по венам, концентрируясь где-то внизу живота. Мозги превращаются в вату, тело становится тяжелым, пока Хантер умело ласкает мой рот своим языком. Я обожаю его вкус, на это легко подсесть.

Когда воздуха перестает хватать, я прерываю поцелуй, но не отстраняюсь. Мы дышим друг другом, глядя глаза в глаза. Я уже собираюсь поцеловать его снова, когда дверь распахивается.

– Блин! – вскрикивает Джейс, застукав меня на коленях у Хантера.

– Ла-а-а-адно... – Он наклоняет голову и хмурится. – Я слишком много выпил, чтобы переварить это прямо сейчас.

Мила врезается ему в спину и рычит: – Двигай задницей, мне надо в туалет!

– Эй, – произносит Хантер чуть охрипшим голосом. – Вы вернулись.

– А... эм... – Мила заикается, пытаясь протиснуться мимо. Остальные вваливаются в люкс и замирают, когда их взгляды падают на нас.

– Ну наконец-то! – вопит Фэллон и, подбежав, обнимает нас обоих сразу. – Я так счастлива!

– Так вы теперь пара или это новый способ драться? – уточняет Джейс.

Я бросаю взгляд на Хантера. Не желая ничего решать за него, я пересаживаюсь на диван рядом, предоставляя ему право ответить. Хантер окидывает меня взглядом, и уголок его рта ползет вверх. Сексуально ухмыльнувшись, он заявляет: – Мы определенно пара.

Определенно. Это ведь твердое «да», верно?

Пока мы с Хантером смотрим друг на друга, наши друзья выдыхают с облегчением и радостно кричат.

Хантер притягивает меня для объятия и шепчет мне на ухо: – Я так чертовски долго за тебя сражался. Никто и никогда не будет бороться за тебя так, как я. Будешь моей?

Меня накрывает волна счастья, на глазах выступают слезы. Я на мгновение зажмуриваюсь, пытаясь унять этот радостный хаос внутри. Когда я открываю глаза, вижу на лице Хантера беспокойство. Все замолчали, будто ждут взрыва бомбы – и я их не виню.

Я прочищаю горло и произношу: – Ты всегда был моим лучшим другом, который оставался рядом, даже когда я пыталась тебя оттолкнуть. Ты – мужчина моей мечты, о котором я даже не знала, что мечтаю. – Я глубоко вздыхаю, и слеза все-таки скатывается по щеке. – Хантер, я любила тебя и в самые счастливые, и в самые темные моменты моей жизни. Когда мой мир рушился и я справлялась с этим единственным доступным мне способом, ты принимал на себя каждый удар.

Всхлип вырывается из груди от осознания того, что я чуть не потеряла и как много обрела. Я смахиваю слезы, чтобы видеть его лицо.

– Я всегда дорожила тобой как другом, но сейчас... я люблю тебя всем сердцем.

Мне плевать, что я только что вывернула душу наизнанку перед всеми. Важно лишь, чтобы он знал, как много для меня значит. Я не хочу, чтобы прошел хоть день, когда Хантер усомнится в том, что он для меня – все. Он – земля под моими ногами и солнце, согревающее самые холодные уголки моей души.

Хантер делает глубокий вдох, его губы приоткрыты в изумлении, а затем он дергает меня к себе, и наши губы сталкиваются. Это жесткий, быстрый поцелуй, после которого он говорит: – Ну слава богу. – Еще поцелуй. – Господи, ты заставила меня изрядно попотеть. – Поцелуй. – Я тебя никогда не отпущу, как бы ты ни злилась во время наших ссор. – Поцелуй. – Черт. – Поцелуй. – Наконец-то.

Когда я начинаю смеяться, он отстраняется и шепчет, глядя мне прямо в душу: – Ты всегда должна была быть моей, Джейд. Слово «любовь» даже близко не описывает то, что я к тебе чувствую. Твой огонь... боже, ты – настоящий огонь. Я живу ради него.

– Боже, я перепил, – хлюпает носом Джейс. – Не верю, что я, блин, плачу. – С отвращением он вытирает слезу со щеки.

Мила и Хана вцепились друг в друга, сияя от радости. Као и Ноа просто ухмыляются. Но Фэллон... Фэллон – это просто рыдающее нечто. Облегчение исходит от нее волнами, и я понимаю, как тяжело ей далась наша с Хантером война.

Я сжимаю ее руку: – И мы любим тебя за то, что ты всегда была «миротворцем» между нами.

– Я просто так рада, – выдавливает она. – Чувствую себя гордой мамашей, чьи дети наконец-то помирились.

Я смеюсь и обнимаю ее, и тут же на нас наваливаются все остальные.

– А-а-а! Слезьте с меня! – хохочет Фэллон. – Вы весите тонну!

ХАНТЕР

Я почти не спал, когда утреннее солнце начало выползать из-за горизонта. Я прокручивал в голове события прошлой ночи, боясь, что проснусь и все окажется сном.

Азарт бурлит в груди. Я откидываю одеяло, иду в ванную и включаю душ. Сбросив треники, я встаю под струю воды.

Закончив, я вытираюсь и обматываю полотенце вокруг талии. Чищу зубы, бреюсь и иду к шкафу. Хочется выглядеть на все сто, поэтому я выбираю черные брюки карго, строгую рубашку в тон и черные кожаные броги от Versace. Закатываю рукава рубашки до локтей, надеваю на запястье свой Rolex.

Довольный своим отражением, я выхожу из комнаты. Дверь Джейд открыта, заглядываю внутрь – ее нет. Видимо, в спортзале.

Джейс зевает, когда я захожу на кухню.

– Кофе будешь?

– Да, пожалуйста. – Я сажусь за стойку и ухмыляюсь ему. – Я ни на секунду не сомкнул глаз.

Он бросает на меня завистливый взгляд: – Тогда почему ты выглядишь таким бодрым? Я труп. Клянусь, я засну прямо на лекциях.

– Так тебе и надо, нечего так много тусить, – подначиваю я.

Он ставит передо мной кружку и делает огромный глоток из своей.

– Твоя влюбленная рожа – это слишком сурово для такого раннего утра.

Допив кофе, он уползает обратно в комнату.

Я посмеиваюсь, прихлебывая напиток. Я как раз споласкивал кружку, когда дверь открылась. Зашла Джейд, уткнувшись в телефон и вынимая наушники. Она потная и еще не восстановила дыхание после пробежки, но, черт возьми, этот спортивный костюм сидит на ней просто идеально.

– Доброе утро, – говорю я, прислонившись к стойке.

Она вскидывает голову и замирает.

– Доброе.

Я ухмыляюсь: – Мы – пара.

Она заливается смехом.

– Да. Значит, это все-таки случилось прошлой ночью.

Я знаю, что она не сразу привыкнет. У Джейд был всего один парень, ей нужно время.

Парень. Моя улыбка становится еще шире.

– Ты моя девушка.

Краска заливает ее лицо, и она признает мои мысли: – Мне еще нужно к этому привыкнуть.

Я отталкиваюсь от стойки и иду к ней. Взгляд Джейд скользит по мне, и когда ее глаза темнеют, я чувствую чертовское удовлетворение – ей нравится то, что она видит.

Когда я пытаюсь коснуться ее лица, она отстраняется: – Нет, я вся в поту после пробежки. Дай мне сначала принять душ.

Я делаю резкий шаг вперед, обхватываю ее лицо ладонями и крепко целую в губы, после чего хрипло шепчу: – Твоя потная кожа – это чертовски сильный возбудитель.

– Хантер! – выдыхает она, мгновенно становясь пунцовой. Она вырывается и убегает в спасительную прохладу своей комнаты.

Я негромко смеюсь. Черт, мне будет так весело учить Джейд тому, что такое настоящие отношения.

Взрослые отношения.

ГЛАВА 22

ДЖЕЙД

Это происходит.

О боже.

Я опускаюсь на кровать и тупо смотрю в пол. Между мной и Хантером все по-настоящему. Прошлая ночь не была сном.

Несмотря на то что я открылась ему, эти отношения кажутся чем-то совершенно новым, будто я плыву по неизведанным водам.

В комнату заходит Мила, а за ней Фэллон и Хана. Они закрывают дверь и усаживаются рядом со мной на кровать.

– Выкладывай все, – требует Мила, придвигаясь ближе.

– Вы же сами там были, – спорю я. – Рассказывать больше нечего.

– О, нет, – не соглашается Фэллон. – Как ты себя чувствуешь? Ты счастлива? Ты уверена насчет Хантера?

Я жду, пока она закончит этот поток вопросов, а потом признаюсь: – Я люблю его, и я счастлива, но…

– Но? – Хана округляет глаза.

– Но… все это так в новинку, – выдыхаю я. – С Брэди прошло три месяца, прежде чем мы впервые поцеловались. И это был просто чмок в губы. Все наши отношения состояли из держания за руки и объятий.

Мила скрещивает ноги и переглядывается с Фэллон.

– У меня нулевой опыт, так что все экспертное мнение на тебе.

– Почему на мне?! – вскрикивает Фэллон.

Мила смотрит на нее в упор: – Я думала, ты уже… ну, знаешь, сделала «это».

Фэллон хватает подушку и лупит ею Милу: – Не делала я!

– Так, – вздыхает Хана, – дайте мне вставить слово. – Она придвигается и смотрит на меня очень серьезно. – О чем именно ты переживаешь?

Мила и Фэллон удивленно смотрят на Хану, но та игнорирует их, сосредоточившись на мне.

Я жму плечами.

– Что мне делать? Должна ли я брать его за руку? Когда наступает подходящий момент, чтобы самой инициировать поцелуй? – Я закрываю лицо руками и стону: – И даже не начинайте про секс.

Хана мягко убирает мои руки от лица.

– Ты можешь брать его за руку и целовать когда захочешь, Джейд. Он твой, а ты его. Тебе не нужно спрашивать разрешения.

– Вот именно, – поддакивает Фэллон.

– Но готова ли ты к сексу? – Мила задает вопрос на миллион.

– Я не была готова, пока это не случилось, – признается Хана, заставляя нас всех резко обернуться к ней. – Пусть все идет своим чередом. Это нельзя спланировать, но если ты делаешь это с любимым человеком, все будет хорошо.

– У меня к тебе куча вопросов по поводу этой «бомбы», – говорит Фэллон Хане, а затем снова поворачивается ко мне. – Хана права. Если ты чувствуешь, что вы с Хантером – это всерьез, просто наслаждайся. Не пытайся все анализировать.

– Да, есть у меня такая привычка, – соглашаюсь я.

Мила смотрит на часы: – Нам пора, иначе опоздаем на пары.

– О черт! – Я вскакиваю. – Мне еще в душ надо. Увидимся позже!

Я в спешке прохожу через утреннюю рутину. Времени нет, так что оставляю волосы сохнуть сами по себе. Будет кудрявый хаос, но сейчас мне плевать. Натягиваю джинсы, футболку и кеды. Вспомнив, что утром было прохладно, хватаю свитер и вылетаю из люкса.

На первую лекцию я опаздываю и под извиняющимся взглядом профессора ныряю на первое свободное место. Все утро проходит в какой-то бешеной гонке.

Когда наступает время обеда, я выдыхаю и кое-как собираю свои дикие пряди в небрежный пучок на макушке.

Вдруг чья-то рука обхватывает меня за талию и притягивает к чему-то твердому. Я вскидываю глаза и успеваю увидеть лицо Хантера за секунду до того, как он целует меня в губы.

Вокруг снуют студенты, и на мгновение я осознаю: мы только что объявили о своих отношениях во всеуслышание.

«Как будто тебя когда-то волновало чужое мнение», – шепчет внутренний голос.

Я обвиваю шею Хантера руками и отвечаю на поцелуй так, будто он – мой единственный источник кислорода. Потому что так оно и есть.

Когда я отстраняюсь, он сексуально ухмыляется: – К этому я бы мог привыкнуть.

– Это лучше, чем объятия? – поддразниваю я.

– О, намного лучше.

Он берет меня за руку и выводит из здания на залитую солнцем улицу.

– Пожалуйста, скажи, что мы идем есть, – прошу я, переплетая наши пальцы.

– Я попросил в ресторане собрать нам корзинку. – Он улыбается моему недоуменному виду. – Сегодня отличный день, и я подумал, что мы могли бы устроить пикник в тихом месте и поговорить.

Поговорить? О чем? Я еще от вчерашних разговоров не отошла.

Но я молчу и позволяю ему вести меня. Мы забираем корзину (надеюсь, там много еды) и идем по той самой тропе, по которой я бегала утром. Пытаюсь заглянуть внутрь, но Хантер закрывает обзор своим телом: – Это сюрприз.

Я притворно дуюсь, но улыбка все равно побеждает.

Мы доходим до смотровой площадки. Я плюхаюсь на траву, готовая атаковать еду. Хантер садится рядом и выгружает из корзины целую гору вкусностей.

– Сначала поешь. А то я боюсь, что ты меня побьешь, если я начну разговор до обеда, – шутит он.

– Я? Никогда! – Я хватаю сэндвич и откусываю огромный кусок. – Боже... как вкусно.

– Да-а-а...

Я ловлю взгляд Хантера и понимаю, что он смотрит не на еду, а на мои губы. Спешно вытираю рот – вдруг крошки прилипли.

– Прости, ты же знаешь, я ем как поросенок. Не жди от меня, что я стану «девочкой-салатиком».

Он смеется, качая головой: – Я этого и не жду.

Я доедаю сэндвич, зажмурившись от удовольствия, запиваю водой и смотрю на него. Лицо Хантера напряжено, взгляд прикован ко мне.

– Что? – спрашиваю я, ставя бутылку на траву.

– Я хотел сначала поговорить, – рычит он, – но... к черту все...

В следующую секунду он нависает надо мной, прижимая к земле, и его губы сталкиваются с моими.

«Окей, целоваться когда захотим... Кажется, Хантер захотел прямо сейчас... И я только за».

Когда его язык проникает в мой рот, мысли разлетаются, и я обхватываю его лицо ладонями. Я отвечаю с такой же интенсивностью, пока мы оба не начинаем задыхаться. Он отстраняется, но продолжает лежать на мне.

– Если бы ты только знала, что ты со мной делаешь, – шепчет он.

О боже. Я думала, у нас все хорошо?

– Я сделала что-то не так? – хмурюсь я.

На его лице расплывается медленная улыбка.

– Наоборот. Ты все делаешь правильно.

Я окончательно запутываюсь.

– Не понимаю. Так что же я с тобой делаю?

Хантер снова склоняется и нежно целует меня.

– Ты сводишь меня с ума, Джейд. Мне так трудно не касаться тебя... Черт, я просто хочу целовать тебя постоянно.

Я улыбаюсь: – Я не собираюсь тебе мешать.

– Отлично. – Он быстро целует меня, помогает сесть и спрашивает: – Ты правда не против того, что между нами происходит?

Я киваю, но тень сомнения все еще видна на моем лице.

– Я просто не совсем понимаю, как себя вести. Для меня это... чужая территория.

– Что ты имеешь в виду? – он склоняет голову.

Не желая упоминать Брэди, я пытаюсь увильнуть от правды: – Просто нужно привыкнуть к мысли.

Взгляд Хантера становится острым, он будто сканирует меня на наличие правды.

– Если ты не будешь со мной откровенна, я никогда не узнаю, что тебе комфортно, а что нет.

Мои плечи опускаются. Я начинаю ковырять травинку.

– Не хотела об этом говорить, потому что ты наверняка по горло этим сыт, но... я встречалась только с Брэди. – Хантер не выглядит раздраженным, поэтому я продолжаю: – Мы только держались за руки и обнимались. За последние пару дней между нами произошло больше, чем за все время с ним.

Щеки горят от осознания того, насколько я неопытна по сравнению с ним.

Его взгляд смягчается. Он нежно проводит пальцем по моей щеке.

– Тогда мы будем двигаться медленно. Я никогда не стану давить на тебя или заставлять делать то, к чему ты не готова.

– Я знаю. – Я благодарно улыбаюсь. – Но...

– Но? – Он вопросительно вскидывает бровь.

– Дело не в том, что я не готова, – признаюсь я, опуская глаза на свои руки. – Просто...

– Не торопись, – шепчет он.

– Просто... я уверена, что у тебя гораздо больше опыта. Я боюсь, что не оправдаю твоих ожиданий.

Хантер придвигается и обнимает меня, прижимая мою голову к своей груди. Он целует меня в макушку.

– У меня нет никаких ожиданий, Джейд. Я просто хочу быть с тобой. Это не соревнование.

Я обхватываю его за талию, прижимаясь еще крепче.

– Я просто больше никогда не хочу тебя разочаровывать.

Он кладет подбородок мне на голову: – Пока мы честны друг с другом, у нас все будет хорошо.

Господи, за что мне такое счастье?

– Ты просто святой, – бормочу я, вызывая у него смешок.

– О да, ведь из-за тебя мне все дается так «тяжело».

– Да уж, ты даже не представляешь, – поддакиваю я.

Я отстраняюсь и шутливо хмурюсь: – Ты напрашиваешься на взбучку. Ты не должен был со мной соглашаться!

Хантер начинает хохотать: – Но я серьезно! Из-за тебя все становится «твердым»... абсолютно все.

О боже. Он про свой член.

ГОСПОДИ.

Мое лицо вспыхивает, как фейерверк на четвертое июля. Я прячу лицо у него на груди, отчего он смеется еще громче.

ХАНТЕР

Она такая милая, что я не могу удержаться от поддразниваний.

Да, я имел в виду свой стояк, и до нее не сразу дошло.

Хотя то, что она рассказала, меня удивило. Я-то думал, что у них с Брэди все было серьезно, раз они планировали будущее. Но теперь я понимаю, что Джейд гораздо невиннее, чем я предполагал.

Пока она прижимается ко мне, я спрашиваю: – Просто чтобы мы понимали друг друга... как далеко ты заходила раньше?

Джейд резко выпрямляется и отворачивается к горизонту.

– О-о-о, а я-то думала, мы закончили с этой темой. – Она нервно смеется, все еще не глядя на меня. – С тобой, Хантер.

– Мы только целовались, – уточняю я на случай, если мы делали что-то, о чем я не в курсе (что исключено).

Она мученически вздыхает и наконец встречается со мной взглядом.

– Ну ты зна-а-а-ешь... – Она расширяет глаза, намекая, чтобы я читал между строк.

Я качаю головой: – Вообще без понятий. Что еще мы делали?

– Когда я сидела на тебе в спортзале, – шепчет она сквозь зубы. – Ты... эм... – Она зажмуривается и выпаливает: – У тебя встал!

Я взрываюсь смехом, когда до меня наконец доходит.

– Я не был уверен, что ты это почувствовала.

– Почувствовала! – выпаливает она.

– Поэтому ты сбежала в свою комнату?

Она кивает и признается: – Я была в таком шоке, что позвонила Маме Джи за советом.

У меня челюсть отвисает: – Ты обсуждала мой стояк с мисс Себастьян?

Она начинает хохотать: – Это явно не тот разговор, который я планировала с ней когда-либо вести.

Я прикрываю рот рукой, чтобы не заржать в голос.

– И о чем же вы говорили?

– Ни за что не скажу. – Она поджимает губы.

– Ну скажи, – я начинаю медленно надвигаться на нее.

– Никогда.

Когда я оказываюсь совсем рядом, я целую ее в шею.

– Пожалуйста?

– М-м... нет.

Я выдыхаю ей прямо в кожу, наблюдая за мурашками, и понижаю голос до хрипоты: – Ну очень-очень пожалуйста.

– Черт, становится все труднее говорить «нет», – стонет она.

Я снова целую ее в шею, провожу губами по челюсти и шепчу: – Рассказывай.

– Я просто спросила ее, нормально ли это – когда у парня встает, – признается она.

– Хм-м... – Я продолжаю покрывать ее кожу поцелуями, пока не добираюсь до уха. – У меня встает только тогда, когда я вижу то, что мне нравится.