Текст книги "Курортный шантаж (СИ)"
Автор книги: Мира Амирова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 12 (всего у книги 15 страниц)
Глава 54
Глава 54
Глава 54
Шум в ушах мне не показался. Темнота перед взором начала рассеиваться. Алые губы с чётким контуром продолжали двигаться беззвучно.
– Не слышу.
Прохрипела, прикрываясь ладонью глаза. Солнце ослепило или новость настолько сильно ошеломила, что чуть в обморок не упала. Стабильное состояние после недавней болезни мне только снилось. Хотелось прилечь на этой слегка обшарпанной лавочке, но я позволила себе единственное – опереться спиной о спинку. Растеклась бесформенной лужей, перестав удерживать ровную осанку. Закинула ногу на ногу и задёргала в воздухе слегка сползшей тапкой.
Мотнула головой, вновь отдалённо начав слышать едва различимые звуки. Первым был писк комара. Затем уже шум возмущённо гудящих машин. Шелест листвы на деревьях и противный голос Дианы:
– Дом ушёл с молотка.
Для трагичности момента «людю в чёрном» необходимо было найти симфонию номер пять Людвига ван Бетховена. Включить хотя бы на телефоне и искренне мне посочувствовать. Заслужила всё-таки за эти полчаса в их компании хотя бы классику на фоне. Придаёт сил не меньше, чем зарядный ложный импульс со стороны брехуньи.
– Ага, убежал, сверкая водосточными трубами. – Не дала долго любоваться собственным замешательством пришедшим выудившим меня на свободу врагам.
– У твоего деда огромные долги образовались. – Продолжает сыпать «фактами» Валерьевна, посматривая куда-то вдаль. – Мошенники не обошли Григория Львовича стороной. Разве тебе не рассказали? Надо было позаботиться о дедушке.
Похлопала своей тяжёлой, а так и не скажешь на вид кистью меня по плечу, звеня браслетами из согнутых гвоздей и бриллиантов...
– Как это называется, Лень? – Подозвала из тени деревьев своего подчинённого Ди. Ана – слишком мягкое окончание для её имени. Строгой Леди подходит сокращение английской принцессы. И возраст тоже.
Едва слышный аромат одеколона Леонида доносился до моего чуткого обоняния. Не отодвинуться, спину будто заклинило – простреливало болью, заставляя хмуриться, едва сдерживая мышцы лица.
– Самозапрет на выдачу кредитов и займов.
Твёрдый как сталь голос раздался над ухом, вызывая улыбку на лишённом глубоких морщин лице. Воздух рассёк красный маникюр, сопровождаясь елейным:
– Спасибо, милый.
– Ты врёшь. – Это всё, на что хватило моих сил.
Тонко и изящно изогнутая бровь на искусно вылепленном матерью-природой лице не совсем элегантно подлетела.
– Когда мы успели перейти с тобой на «ты»?
Возмущение в интонациях и тут же насмешка с нотками превосходства, а на десерт сироп высокомерия.
– С самой первой минуты. – Терпеливо напомнила, разминая шею. – Что ещё ты придумала, чтобы заманить Вадима в свои старушечьи сети?
Рот, изогнув алые губы, беззвучно открывался и вынужден был закрываться обратно, так не проронив ни звука.
– Почему это «старушечьи»? – Наконец, нашлась ответом Принцесса. – Мне пятьдесят два! Больше, по крайней мере, никто никогда не давал.
Строгий, слегка убийственный взгляд адресован был Леониду. Тот неопределённо мотнул головой, ещё больше приводя в ярость начальницу.
– Сочувствую. – Непонятно кому конкретно адресовала своё чувство. Надо было всё же молчать…
Глава 55
Глава 55
Глава 55
«С женщиной не может быть легко,
Не для того ребро из плоти рвали»
Катрина Синсере
* * *
– Как пропала?
Сипло выдавил, останавливаясь как вкопанный на выходе из банка.
Какие-то люди спешили, толкались, ругали, а в голове стоял неприятный гул. Будто по колоколу кто-то сильно саданул кувалдой вместо безобидного молотка. Трещина пошла по чугуну, и в глазах зарябило. Нехорошо. Сделал два шага до облюбованной голубями лавки и плюхнулся, тяжело скрипя извилинами.
Лера не могла просто так сама взять и пропасть. Всё это время, пока блонда была в больнице, бегал, как заполошный по разным инстанциям, пытаясь вытрясти подробности по кредиту Григория Львовича. Откуда вообще валялся этот чёртов заём, никто адекватно сказать так и не смог. Не опекун – иди отсюда, а Лера не в состоянии через всё это проходить.
Пришлось представляться мужем и уговаривать, умасливая персонал. Так удалось выяснить лишь жалкие крупицы информации, никто не хотел под статью залететь, поэтому обходными путями сливали незначительные части вопроса. Сама проблема так никуда и не делась, зато потихоньку удалось прояснить, почему дед сдал мне свою каморку.
Ладно-ладно, пол дома считай для Рудник, как целых полцарства, ещё и гараж их с машиной в придачу. Да я счастливчик, который и внучку умудрился захапать. Джекпот, ёпрст.
– Вот так, брат. – Закончил свои наставления Яшин. Прослушал всё на свете, пытаясь прийти в себя. Как девица, ей-богу, не хватала, как Лерка ещё здесь в обморок упасть. Припекало, будь здоров, даже в белой майке стекало семь потов. – Прошляпил ты Лерку.
– Может, ты опять буквы перепутал?
Без какой-либо надежды спросил, поддразнивая друга. Только ещё одной пропажи мне не хватает для полного счастья. Охраняю хотя бы покой, раз не уберёг от простуды. Теперь и это фигово сделал.
– Елену не трожь. Понял? – Резко понизил тон Лёха и прошипел в трубку, теряя задорный настрой. – Сам прое… Здрасьте, да-да, катаем и без ватрушки. В общем, сам виноват.
Бросил мне напоследок и отрубился. Тоже друг называется.
Каждую ночь с момента госпитализации приходил и держал за руку спящую красавицу. Такое безмятежное выражение лица у Рудник было. Словно маленькая беззащитная девочка и из забот имелись лишь прохладный воздух из-за открытого настежь окна и писк кровососов всё из-за того же.
В первое же посещение попросил разрешение установить сетки на рамы. На удивление разрешили. Во вторую ночь уже без разрешения притащил домашнюю подушку, на которой Лера спала, не ворочаясь и блаженно улыбаясь, иногда причмокивая пухлыми губами. На третий наткнулся на лощёного ушлёпка и слегка увлёкся перевоспитанием и установками границ. Сегодня планировалась операция под кодовым названием «цветы». Не решил клубу под окнами облагородить или букет привезти. Теперь после подобных новостей этот вопрос не стоит в первоочередной шкале.
Москвичка была под присмотром врачей. Куда могла подеваться с казённой территории?! Дофига бабок любопытных похлеще дворовых, как это вообще возможно?!
Тяжело поднялся, вновь потревожив пернатых, как почувствовал давление на плечо:
– Успокойся, истеричка. – Колоритная женщина с цветастым платком на голове недюжинной силой усадила меня на место и присела рядом сама. – Давай лучше я тебе погадаю, милок?
Про таких говорят цыганка неопределённого возраста, когда из-за огромного количества макияжа на коже не разобрать истинный цвет полотна. Взбрыкнул, ведя недовольно плечами. Не нравится мне подобное отношение, но изнутри исходило то, что останавливало от резких поступков.
– Пф...
От карт долетал лёгкий аромат жасмина, ассоциирующийся с чайной добавкой. Так, ловко и проворно гадалка мешала потёртую местами колоду, глаз было не оторвать. И всё бы ничего, обычное разводилово, так нет же, кошелёк, ключи, телефон – оставались на месте. Только если голуби не склевали, а так ощущалось всё истинно, да и слова кареглазой откликались:
– Твоя королева пентаклей подсуетилась и забрала себе то, что сердцу твоему дорого.
Проглотил вдруг ставшую вязкой слюну. Как будто точно и в яблочко умудрилась попасть. И при этом не смотрит на мою реакцию, вообще глаза закрыла, вновь потянув карту.
– Да-да, помимо тех проблем, что уже на тебе висит. – Кивнула в сторону банка. Игнорировал дрожь по всему телу. Не время и не место расслабляться. – Вишенка на торте – это отшельник. Найдёшь путь к своему сердцу, откроется и возможность выйти за грань.
Трещина отколола от колокола маленькую часть. Последнее в предсказании мне не зашло, о чём и сообщил шарлатанке:
– Как-то пока не было в планах уходить в мир иной.
Усмехнулся, сминая в пальцах талон с символичным номером «шесть-шесть-шесть». Намёки повсюду?
– Подумай ещё раз. – Прошелестела, быстро спрятав вытянутые карты в полах своего одеяния. Справа по сливной трубе воробей решил утащить кусок хлеба, добытый и отобранный у проворонивших момент более крупных пернатых. Отвлёкся, а гадалки и след простыл:
– Сколько с меня? А? Вы где?
Колокольчик на входной двери банка заставил лениво перевести взгляд на странно озирающуюся по сторонам сотрудницу.
– Вадим? Я, кажется, вам кое-что забыла сказать. Спрячьте!
Глава 56
Глава 56
Глава 56
– Так ты в итоге куда едешь?
Звук из динамиков телефона заглушался рёвом мотора. Яшин знал, когда звонить. Конечно же, умудрился совершенно случайно по воле провидения застать меня за рулём в довольно скверном настроении по довольно явным причинам.
По трассе шёл, насколько позволяла машина, тапку в пол, лишь изредка вдавливал, встречая крупногабаритную встречку. После нелепого гадания и новых открывшихся факторов мне не терпелось куда-то бежать, что-то проверять. Раз дело с займом никак не могло сдвинуться с мёртвой точки – сам приближусь к разгадке.
– Беспокоишься, мамочка? – Выплюнул едкое, отталкивающе усмехнулся, репетируя сволочное выражение лица. Чтобы больше не подходили на улице и не прикасались к таким личным вещам, как воспоминания и надежда.
– Конечно, сына, мне где потом тебя непутёвого там искать? – Поддержал мои кривляния Алексей. – Одна вон потерялась уже, второго хоть отследить дайте.
Горько хмыкнул, перестав вести себя эгоистично. Лёха заботился о каждом из нас, хотя у самого есть проблемы не хуже, чем у других.
– С больницы. Одно место проверить надо.
То, что передала мне сотрудница банка, озираясь и трясясь, как белый лист, оказалось не что иное, как адрес. Координаты на карте. Смятый листок бумаги валялся рядом с телефоном и мозолил воспалённые глаза.
– Там же этот женатик оставался выяснять обстоятельства. – Припомнил Лёха, постепенно обращаясь к своей эмпатичной стороне глубокой и бескрайней души. – Дал бы немного бедолаге себя мужиком почувствовать. Не всё тебе его кошмарить.
Ничтожество, а не мужик, но Яшин в чём-то иногда бывает прав. Да только времени на перевоспитание сыночек-корзиночек катастрофически нет. Не хватало ещё упустить Леру из-за несмышлёныша и полного слюнтяя. Хотя учитывая любовь к транжирству и беспочвенной кичливостью, человеку вряд ли можно помочь.
– Хм, пускай себе там дальше строит…
Проехал поворот на мелкую деревушку и, если верить картам, то уже почти на месте.
– Что именно? – Озадаченно, спросил Лёха, позабавив меня.
– Воздушные замки.
– Ты хотел сказать «воздуханские»?
Заржали, выпуская напряжение последних дней. Вытер слезу под левым глазом, отмахиваясь от мошки. Как вообще насекомые залетели на такой скорости?
– Именно. – Согласился, довольно кивая, возвращаясь на серьёзный лад.
Аналогично поступил и друг:
– Что тебе сказали?
– Всё то же самое. – От досады сжал челюсти, чуть не кроша эмаль. – Вышла, села на лавку, затем в красную тачку и гуд-бай.
Ещё бы записи с камер отсмотреть, но этого, увы, не дали. Зато полно было товарищей, готовых нажиться на чужой беде. Пару тройку смазанных фото с едва заметными номерами не причина безоговорочно радоваться за успех.
– А бабки что?
– Взяли, как миленькие.
– Дамы преклонного возраста, а не хрустящие купюры, дурень!
– Не ругайся, мамуль. Дамы упомянули какого-то амбала, шкаф два на два со странным лицом кирпичом.
– Да ты ж мой асфальтоукладчик бывшего употребления, строитель недоделанный. На-пра-вле-ни-е-е-е! Узнать надо было, куда они подевались, а не детали самцовские подмечать!
– Пошёл ты.
– Сам такой, в этом месяце без премии. Мне необходимо после вас двух нервишки подлечить.
– А что шалят? Елена не справляется?
– Будь осторожней, сын мой, вдруг сверху откуда ни возьмись прилетит веточка, камешек или кирпич по дороге…
Глава 57
Глава 57
Глава 57
Кирпича не случилось. Зато случилась вынужденная остановка, перекус взамен информации. Владельца местного кафе любезно предложила мне взять порцию горячего, сочного, с пылу жара мяса. Запах оказался настолько ароматным и насыщенным, что не смог отказать слегка уставшей к вечеру женщине. Тем более, почему не помочь распродать остатки, скупив последние порции. Урчащий живот согласился.
– Нельзя спать в одежде, в которой ты ходил по улице, сынок!
Отвлеклась от рассказа Евгения. Ещё немного и моего молча жующего присутствия можно было избежать, но всклокоченный паренёк лет пяти решил составить матери компанию, тем самым увеличивая моё пребывание за столом.
– Ну ма-а-а-а!
Светлые волосы мальчика торчали в разные стороны. Мгновение кольнуло за грудиной. Бредовые, совершенно бредовые мысли пролезли в голову. А как бы выглядел наш сын с Лерой? Такой же пшеничный овёс вместо волос или всё же чернеющее древко?
Дёрнул головой, едва заметно отводя взгляд с чужого ребёнка. Благо было на что отвлечься.
Пока ехал по этой деревне, наткнулся на пару старушек, торгующих сувенирами, игрушками и солью в мешках, контейнерах, пакетах с заклёпкой. Мужчин на удивление было не видать. У всех встречных интересовался только об одном – дорога до пресного озера. Не знали или отправляли обратно в Лерин городок на окраину, а нам дедок тот Федя называл именно этот населённый пункт, поэтому с упёртостью барана продолжал свой путь и поиски на нём.
Старые дома, чаще встречались на два хозяина. Как у семьи Рудник в целом да только поскромнее и с одним этажом. Заборы, облупившиеся и практически все деревянные, ни одного металлического замечено не было. Удивительно, как контрастирует обстановка с тем же Славноградом или с «тренировочным» городком, где мы выиграли и потеряли ежа или медведя.
Наткнулся на вывеску, собственноручно приколоченную к забору, остановился и зашёл на территорию спросить. Так и остался на скамейке сидеть за столом с цветастой клеёнчатой скатертью и тарелкой сочного мяса. Мух бы ещё убрать и благодать.
– Ты в ней и играл, и на кухне мне помогал, и в постель лечь хочешь, чтобы все крошки собрать с травой и камнем в изголовье вместо подушки. – Хозяйка упёрла руки в боки, строго отчитывая паренька, что даже не собирался опускать виновато глаза. – Давай уж принесём мха, чего мелочиться. А вообще, можем тут прямо на полу спать или вон, рядом с Шариком на земле у будки!
Пёсель, услыхав своё имя, загремел цепью, завилял хвостом, радостно поскуливая. Разноглазый, дворняга, был рад любому проявлению внимания со стороны семьи. Когда увидел терем пса, мысленно содрогнулся. Больше Барби домика, что как-то просила себе младшая сестра друга.
– Кхм... Кхм… – Слегка откашлялся, привлекая внимание парочки. – Вы недоговорили про пресное озеро.
Точнее, про последний поворот, что не отображается на картах.
– Ой, точно! – Спохватилась Евгения, отправляя сына, давая наставления. – Иди собери сухие вещи с верёвки и оденься по-человечески в пижаму, ради бога, а.
И всё вроде, диалог окончен, но нет. Мальчишка подошёл и вцепился в край моей толстовки липкими пальцами:
– А ты в чём спишь?
– Ни в ч… – Поперхнулся, ловя гневный взгляд родительницы мальца. Правда, не подумав, брякнул. Исправился, сочиняя на ходу. – Не поверишь, в футболке с шортами, с принтом красного Порше. Молнии, Маккуин, то есть.
Вспомнил мульт, и перед глазами всплыла подружка Салли. Вот кого москвичка мне напоминает.
– Молнии Маккуин? Кчау! – Захохотал ребёнок, прыгая на месте, весело кружась. Подбежал к матери, и теперь уже её постигла участь дёрганья за одежду цепкими ручками. – Мама, я хочу тоже пижаму с шортами с молнией Маккуин!
На удивление улыбка на лице Евгении была не вымучена – искрення. И ласковый полюбовный жест с приглаживанием волос на голове мелкого не укрылся от меня.
– Беги пока, с Тиррексом забери, а как ляжешь в кроватку, мы с тобой вместе выберем с машинкой. Хорошо?
– Да-а-а! – Сначала выкрикнул мальчишка, а потом резко передумал скуксившись. – Не-е-ет.
Мы с хозяйкой переглянулись. Её взгляд выражал сожаление и как бы извинение за поведение дитя, мой выражал удивление и нешуточный интерес. Все же дети интересные и отчасти непредсказуемые создания.
– Почему нет, милый? – Осторожно задала вопрос Женя.
– Почему «выберем», вместо «сошьём»? Папа ведь шъюха, он может всё!
Глава 58
Глава 58
Глава 58
Весёлый детский визг раздался на всю округу. После таких серьёзных заявлений только спасаться бегством от карающей длани опешившей матери матери.
Старушка, случайно или нет, промахнулась, отбивая комара от внука. Колоритная женщина в зелёном платье в горох плюхнулась на скамейку рядом со мной. Ещё немного и подлетел бы как Волк из «Ну, погоди» на этакой катапульте, пересчитывая балки крыши башкой.
Настил над головой был что-то вроде укрытия своеобразной веранды, на которой располагалось домашнее кафе.
Из-за забора показалась счастливая мордочка мужа Евгении. Издалека было ясно, кто, чей сын и кто, кому приходится, колец на пальцах не надо.
– Ха-ха! – Сиял белозубой улыбкой хозяин дома, подхватывая взвизгнувшего сына, примчавшегося метеором, запутываясь в ногах отца. – Слышала мать? Я шъюх. Мужикам расскажу, закачаются.
Женя лишь скромно улыбаясь, покачала головой. Тёплом, заботой и негласной поддержкой повеяло от этой маленькой дружной семьи. Единственное, что омрачало их идиллию это:
– Жертва пьяной акушерки ты, а не шлюх.
Ворчала старушенция, пренеприятно скривившись за кашлем скрытая мерзкие смешки от своей «шубки». Наглости не занимать бабульке – стащила огромный самый лакомый кусок с моей пластиковой тарелки и обмакнула в кетчуп на краю контейнера, смачно вгрызаясь в жареную плоть. По-другому назвать то, что оказалось в пальцах воровки средь бела дня, объяснить не получилось.
– Ой, ма, не начинайте. – Супруг моей любезной доносчицы перестал делать вид, что якобы не замечает тёщи.
Ещё бы не стоял так далеко, вообще цены бы не было.
Женя вскочила, как бы закрывая собой благоверного от скверных слов матери. Малец на руках отца сиял, цепляясь за мощную шею мужчины грязными пальцами. Вот у кого действительно беззаботное детство, даже вредная бабка меркнет на фоне дружных и, главное, любящих родителей.
– О господи, дорогой! – Как бы мягко ругая за перепалку между родными, воскликнула хозяйка и мать Тереза по совместительству. Сложила руки в молитвенном жесте и скрестила пальцы наудачу. Евгения решила одной фразой закончить пренеприятный разговор, съехав с темы. – Давно приехал?
Приветственный поцелуй в щеку выглядел до правильности целомудренно и нежно. Казалось, будто зашёл на чужую территорию. И вместо того чтобы отвернувшись, подумать о каких-то насущных заботах, вдруг захотел себе того же ощущение тепла и единства в собственном доме. Лера…
– Па-а-апа! – Задрыгал ногами парнишка, весело тыча пальцем в пса. Питомец приветливо поскуливал и скакал на задних лапах, прося и себе кроху внимания.
– Папа-папа... А Бабушку никто не видит, что ли? – Продолжала ворчать дама преклонных лет. Ткнула мне своим хорошо сохранившимся острым локотком в бочину. – Подвинься, милок. Чё рот открыл? Закрой, муха залетит или ты из этих?
Не понял, к чему подобные заявления и решил сразу пресечь все хождения вокруг да около:
– Из каких?
– Ну «этих» – яично-белковых качков! Во!
– Поразительная осведомлённость. – Задрал бровь, вверх отражая своё отношение к подобным заявлениям.
– А то! В школе отличницей была. – Не поняла сарказма дама, продолжила терроризировать мой мозг. Мясо с тарелки стремительно заканчивалось и не моими силами, и даже небедного пса.
Стоило подумать о весело ластящемся малыше, как бабка проследила за моим взглядом:
– Ты ешь-ешь, побольше влезет, меньше Шару достанется. – С такой-то любовью
к питомцам, сомнительно.
Бедный Шарик прижал уши и всё продолжал коситься в нашу сторону, ненадолго задерживаясь взглядом на хозяине, менее возбуждённо виляя хвостом. Умеет же испортить настроение.
– Только что приехал, да, сын мой? – Ребёнок подлетел, играючи хохоча в воздухе. – Мы ткань с мамой и с тобой вместе выберем и закажем. Потом уже сошьём, какой фасон ты захочешь, такой и сошлём. Идёт?
Малой на мгновенье растерялся, перевёл задумчивый и такой по-детски милый, почти серьёзный взгляд на мои джинсы с толстовкой.
Мыслительный процесс запущен. Начинаем отсчёт...
Через сколько захочется выговориться монстру в юбке? Ставлю на полминуты, не больше.
Глава 59
Глава 59
Глава 59
Проиграл.
Старушенция затихла, как будто воды в рот набрала. Как-то странно притихли и члены семейки. Мальчуган – всё же авторитет для бабки какой-никакой, забавно и удивительно.
Сложил пластиковые приборы и с любопытством принялся наблюдать. Это хоть как-то отвлекало от тревожных навязчивых мыслей.
Лера так и не вышла на связь. Внутри всё кричало, рвалось в сторону, куда на девяносто девять и девять процентов был уверен, увезли мою фиктивную москвичку. Яшин, несмотря на натянутые отношения с отцом, обещался задействовать все свои связи и отыскать точное местоположение Рудник. И чтобы ей было к кому возвращаться и куда, дом так-то всё ещё под залогом, мне кровь из носу нужно узнать где старик. Львович – тот ещё любитель шарад, нет бы кроссворд загадать.
Мальчуган прижался к отцовскому уху и что-то зашептал. Цветастый горох рядом со мной напрягся. Она пыталась всю себя в слух обратить и всё равно не вышло. Понял по нахмуренным бровям и взгляду обиженного ребёнка. Пацан ещё добил бабку чуть громче, добавив в конце:
– Только бабе не говори, будет сюр-р-рприз.
Бабе «сюрприз» уже не нравится, а что будет, когда всё же сошьют задумку внучка. Зятёк намеренно не поворачивался в сторону тёщи, по напрягшимся мышцам шеи было ясно одно – повернётся – конец.
– Пошли маме не будем мешать. – Слегка дал соловья отец семейства. Прокашлялся и продолжил уверенней. – Что тебе поручили важного сделать?
– Собрать бельё с вешалки!
Радостно выкрикнул малец, дрыгая ногами, как бы прося спустить на землю, но этому желанию было не суждено сбыться. Спустит – конец.
Жить в вечном напряжении невероятно трудно, по себе сужу, но моя проблема хоть не маячила в доме, где мне удавалось от неё скрыться. Это сейчас благодарные мысли проскальзывать стали?! Прочь-прочь-прочь!
– Ох, какое там бельё, так, мелочи. – Наконец, выдохнула раздражённо обделённая вниманием старушка. Проводила взглядом спины и развернулась обратно к столу, вытягивая зубочистку из стакана. – Вот в наше время на пресное ходили, отжимали.
Хрясь.
Только и слышен был хруст мелкой палочки. Снова шелест упаковки.
– Всю соль вымывали и обратно несли. – Голос жёстче и нотки стали грубее. – В моро-о-оз!
Хрясь-хрясь. Так и вовсе скоро для гостей и посетителей ничего не останется. Как бы на грязную посуду не перешла, ножи там, вилки…
– И вешали на заборы, а не на хлипкие верёвочки.
Гневно прожевала остатки древесины самой первой зубочистки и выплюнула в сторону.
Пожалуй, самое время оставить расстроенную женщину в одиночестве подумать пережить. Она даже не заметила моего ретирования. Отряхивая опилки, подошёл к Евгении:
– Всё было очень вкусно, благодарю.
Женя кивнула и хотела было заговорить, как взрослый ироничный крик вновь прервал её:
– Вперёд на поиски сокровищ в стираном и высохшем бельё!
Хозяйка подозрительно напряглась и покосилась на выглянувшую макушку мужа. Горько вздохнула и обречённо произнесла:
– Только не говори, что мы опять Хабаровск постирали?
Ауч, вот это было бы грустно. Усмехнулся, следя за пониманием и некой идиллией в этой удивительной семье. Сияющая улыбка двух мужчин дарила надежду всем, кто понимал, о чём идёт речь.
– Дальний Восток.
Одновременно расслабленно выдохнули с Женей и переглянувшись, нервно хохотнули. Глаза у «сусликов», известивших о специфической новости, округлились, и зверьки поспешили спрятаться за угол дома. Видимо, там и находилась «сушилка».
– Никакого спокойствия в доме, ни-ка-ко-го! – Прогрохотал очнувшийся танк.
– О боже, мама! – Воскликнула Евгения, наконец обращая внимание на беспорядок оставленной без присмотра матушкой. – Вы нас извините, Вадим.
– Да ничего особенного, в детстве все такие были. – Намекая на то, что старики тоже своего рода дети.
Дети!
Григорий Львович тоже вполне спокойно может претендовать на это звание. Возраст позволяет как никак, да и тогда понятны все эти игры в прятки. Деменция? Инсульт? Амнезия?
Какого чёрта он не сказал, что болен?
– Нашего уговорить что-то сделать не по его воле труднее сборов соли на пруду.
С горькой улыбкой поддержала диалог хозяйка. Молча присоединился к уборке. Оказывается, всё это время рядом с порогом и входом в дом стоял бак металлический, накрытый символической крышкой, видимо, от мух, в него и сбрасывали всю шелуху и грязную посуду. Изначально думал, что это просто небольшая бочка с дождевой водой, она как раз стояла под сливными трубами.
– Ой, там много ума и не надо. – Вставила свои пять копеек «горошинка». – Чаевые гони!
Вот это сервиз в понимании пенсионерки. Молча отстегнул и протянул просящей, пока Евгения не видит. Авось поможет.
– Что вы, Вадим! Мама! Заберите!
– Не могу. – Твёрдо и безапелляционно заявил, отходя на шаг от отобранных у хитрой старушки купюр. Поднял руки, мол, ни за что на свете не заставите взять, теперь уже чужое.
– Правильно, подарки не отдарки, Женьк. – Счастливо выхватила у дочери деньги и запрятала в декольте. Ох уж этот горох.
– Бог с вами! – Махнула мать семейства и скрылась на мгновенье за дверями дома. Бабка за это время успела лишь показать язык, как взволнованная дочь вернулась с пакетом. – Лерочке хотя бы возьмите, ей нравились наши шашлычки. А как проехать сейчас объясню.
Пришлось принять подарок Лере, для неё всё что угодно приму.
– Куда это собрался? – Полюбопытствовала старуха, теряя всё веселье. – Не уж то по милу душу кого-то явился?
– Только вы на ночь глядя лучше не едьте, а то мало ли что.
Не-е-е, ночь с этой семейкой не выживу. По моей вздёрнутой брови Женя всё поняла и грустно вздохнула.
– Русалки на ветвях и Леший бродит?
– Почти…
