Текст книги "Одержимый брат моего парня (СИ)"

Автор книги: Милана Стоун

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 20 страниц)

Глава 31

Королев медленно разворачивается ко мне, отпуская дверную ручку, пока в моей голове творится полная неразбериха.

Самоуверенный, наглый и довольный как котяра, он заправляет свои волосы назад и делает шаг по направлению ко мне.

Его член все так же стоит по стойке смирно, привлекая своим твердым видом.

Будоража порочные фантазии, далеко не невинной девственницы.

Такие, от которых пальчики ног подворачиваются, а в висках пульсирует.

Такие, что становится нестерпимо стыдно и в то же время возбуждающе.

От парня так и веет триумфом победы надо мной, его победы в нашей игре.

Но почему я не чувствую себя проигравшей?

Почему я ощущаю над парнем полный контроль? Когда беру его руку и большим пальцем глажу по ладони.

Вижу, как с каждым прикосновением глаза покрываются темной дымкой, а грудь так и распирает от тяжёлого дыхания. Ему нравится.

Как он ближе подходит, тянется ко мне, а в глазах нет и толики здравого рассудка.

Словно заворожённый продолжает наступать, смотря на мои губы, пока я шагаю назад.

Будто в ловушку заманивая.

Но главная жертва ведь я. Или нет?

А я... Я не могу теперь отступить.

Я попросила его остаться. Значит должна довести дело до конца. И мысли о том, что именно я должна сделать, вгоняют в краску.

Ну не может он быть таким козлом, чтобы заставить делать ему приятно против моей воли.

Фантазии фантазиями, а трогать его устрашающий агрегат не хочется, этому есть сотни причин.

Может быть ещё можно договориться?

– Послушай, – начинаю осторожно, продолжая гладить по руке, в надежде, что ласка поможет ему не сорваться. Но кажется, что только хуже делаю. – Он же брат твой. Как ты можешь так поступать с ним? Хочешь показать ему, что я шлюха?

От произнесённых слов мне становится плохо, ведь по сути так оно и есть, именно это он и собирается сделать.

Разрушить все, что мы так долго строили с Ильей.

Но разве он виноват в том, что все начало рушиться ещё до встречи с ним?

– Я не думаю о нем. Я хочу тебя, – говорит неожиданно сипло, смотря на меня со всей серьёзностью. – Если это единственный способ уложить тебя в постель, то почему бы мне им не воспользоваться?

Потому что я не хочу?

Потому что это неправильно.

Потому что мы ненавидим друг друга.

Потому что я встречаюсь с его братом.

Но разве для вспыхнувшей страсти существуют разумные правила морали.

Сейчас я понимаю, что нет.

Так как ни один представленный аргумент не избавляет меня от лёгкого возбуждения, что неожиданно затаилось в моем теле. Когда я на него смотрю, когда мысленно представляю, как он выполняет все то, о чем так искренне говорит его взгляд застеленный похотью.

Он обещает незабываемые ощущения. Обещает погрузить меня в эротическую сказку, о которой я так давно мечтаю.

Ведь с Ильей у меня все по-другому. К нему у меня духовная привязанность, а не сексуальное влечение.

Но разве я могу искать оправдания и предать парня. А самое главное предать саму себя?

Разве это минутное влечение стоит моих убитых нервных клеток и море горьких слёз?

Один раз я доверилась ему, и что из этого вышло. Мой главный позор.

– Я не могу... Я...

– Хватит пиздеть и сделай уже, что я сказал, – резко говорит он, вырывая свою руку. – Возьми мой хер и дрочи. Пока я не заставил использовать твой сладкий рот.

И сладкий туман, что окружал нас ещё секунду назад, спал. А на его месте вновь вспыхнула злость.

Он дергает меня на себя, пока я не упираюсь ладонями о его тёплую грудь. Тянет мою руку вниз, пока я пытаюсь вырвать ее.

Неожиданно он вместе со своей обхватывает головку твёрдого члена. Заставляет держаться за него, как за спасательную палку.

Вздрагиваю, когда ощущаю его в своей ладони, удивляясь, какой он у него горячий, как раскаленная кочерга.

Чувствую, как он пульсирует, и отмечаю, какой же он у него бархатный.

Закусываю губу, боясь посмотреть вниз, на то, как Тимур вместе со мной начинает неспешное движение вверх и вниз.

– Какая же ты сволочь... – поднимаю к нему глаза и выговариваю в ненавистное лицо ублюдка. – Не могу поверить, что...

– Что? Что сохла по мне? – ударяет он по больному, постепенно увеличивая темп. – Давай скажи это. Скажи, как мечтала ощутить его внутри, – говорит он почти невнятно, хватая меня свободной рукой за волосы на затылке. – Как представляла, что он тебя растягивает. Как долбит твою маленькую мокрую дырку.

Его лицо меняется, кажется, сейчас он взбешён и в то же время крайне возбуждён. И от этого он выглядит ещё более невменяемым.

Смотрю на то, как пот обильными каплями стекает по его вискам. Как сильно напрягаются его плечи и шея, как жутко вздулись на ней вены.

– Заткнись. Ты омерзителен, – еле выговариваю, чувствуя, как пальцы занятой руки начали покалывать и неметь.

А это продолжается и продолжается.

Быстро, дёргано, пока я не ощущаю, как он начинает пульсировать.

– Именно поэтому твоё дыхание такое частое и ты так сильно меня сжимаешь, – внезапно он сбавляет темп, смеётся и грубей сжимает волосы, тянет к своему лицу.

– Отпусти... – мычу я, мучаясь от острой боли в голове.

Он сжимает член у основания и возвращается к моей руке, заставляя вновь приступить к нехитрому делу.

– Признайся, что хотела, чтобы я драл тебя на этой постели, когда подглядывала за мной, – стонет он у моего уха, прикусывая его. Откуда он... – О, детка, я все знаю.

Глава 32

Сердце бьется так сильно, словно птичка в клетке. Перед глазами пелена обидных слез, потому как он говорит правду.

А рука уже онемела от принудительных движений у него между ног.

Оторвать бы эту его часть тела, которой он думает.

– Я не хотела, – стараюсь говорить убедительно, но выходит из горла только легкий писк.

– Я готов исполнить твою мечту.

После этих слов он откидывает мою руку и толкает на постель.

Эта грубость странно влияет на меня. Его взгляд делает с моим телом невообразимые вещи. Против моей чертовой воли.

Но надолго не оставляет без своего тепла и этого ядовитого аромата тела, от которого у меня дрожь в ногах и в голове дурман.

Наваливается сверху, раздвигает мои ноги и втискивается между ними, упираясь твёрдой головкой в складки.

Удерживает своей вес на одной руке, наклоняется к моим губам, обдавая горячим, тяжелым дыханием.

Похотливое животное.

– Сделай это быстро... – лепечу я, поворачиваю голову в сторону, чтобы не видеть этот его пожирающий и пугающий взгляд.

– О нет, Салтыкова, – берет меня за лицо и поворачивает обратно к себе. – Ты будешь смотреть на меня и принимать активное участие.

И накрывает мой рот своими губами, вгрызается безбожно.

Всасывает язык внутрь, заставляя меня вскрикнуть и вцепиться ногтями в его плечи.

Таранит своим напором. Трется через одежду членом о мою промежность, издавая рычащие звуки мне в рот.

Не отпускает, только сильней втискивается, не давая прийти в себя или даже попытаться оттолкнуть. Навалился как скала не сдвигаемая.

Не знаю, сколько времени проходит, кажется, что несколько часов, пока он не отрывается от меня, давая нам обоим отдышаться.

Губы ужасно болят после его зверского обращения, а в животе снова начинает ныть от постоянного трения о мою чувствительную зону.

– Ненавижу тебя, ты конченое мудило.

Даже не осознав своих действий, я кусаю за его губу и сильно оттягиваю, видя по его глазам, как сильно его это заводит. Ненормальный.

– Ты такая страстная, мне очень нравится, люблю диких кобыл, – посмеивается он и зарывает лицо в мою шею, смачно вылизывая ее, только грубей толкаясь в меня. Кажется, ещё немного и он сможет порвать эту преграду из моих штанов.

Боже, когда же это прекратится. Когда он остановится делать такие вещи. Потому что я за себя уже не отвечаю.

Я только чувствую сильное давление между ног и даже ощущаю, как там позорно влажно.

Это так унизительно, находясь под ним, чувствовать подобное.

Я хочу сопротивляться, но тело не слушается, оно просто ослабело под его жёстким натиском.

– На тебе слишком много одежды, – говорит он мне в шею и опускает руки к краю майки.

– Не трогай. Не смей.

Дрожу. В глазах все плывёт. Не могу справиться с собой и остановить это безобразие.

Утихомирить эту похоть, возникшую между нами. От этого тошно.

Я слаба перед ним. И как больно осознавать это. Как мерзко чувствовать себя предателем. Пока моя киска пульсирует.

Кусаю свою щеку изнутри, утихомиривая в себе желание кончить.

Всхлипываю, и на этот звук он поднимает голову, смотрит сначала удивлённо, но потом быстро берет себя в руки.

– Не реви, я же тебя не насилую, – высовывает влажный язык и облизывает мои итак мокрые щёки. – Если ты позволишь, то я сделаю тебе хорошо.

– Пошёл ты... – продолжаю всхлипывать и все же делаю попытку его скинуть с себя.

Избавиться наконец от его сильных рук и члена, что продолжал активно тереться.

– Как ты хочешь, чтобы я это сделал? Пальцами... Или может языком? Знаешь, я такой хуйней не занимаюсь, но для тебя сделаю исключение по старой дружбе.

– Неееет. Я сказала тебе нет! – кричу я на него, уже не думая о том, что нас могут застукать.

Тимур резко отстраняется от меня. Смотрит яростно. И через ещё один мой нелегкий вдох сдвигает мои колени вместе и садится на них сверху.

– Как же ты заебала меня уже, – выплёвывает грубо и принимается снова надрачивать. – Лживая сука...

Я отворачиваюсь, не желая на это смотреть. Пока в животе появляется жалящая боль от незаконченного дела.

Стараюсь успокоиться, когда он стягивает мою майку к груди.

Стараюсь не вслушиваться в его громкое дыхание и не обращать внимание на то, с какой силой он вдавливает меня в матрас.

Прислоняю ладони к горящим щекам, вытирая слёзы поражения.

Облизываю засохшие губы и в следующее мгновенье живота касается вязкая тёплая сперма. Убивая во мне гордость окончательно.

Не двигаюсь, когда он слезает с меня и падает рядом на кровать. Продолжает дышать тяжело и поворачивает ко мне голову.

Улыбается. А мне так и хочется плюнуть в его довольное лицо.

– Салтыкова, да брось. Все было не так ужасно, – убирает с мокрого лица мои прилипшие волосы и оставляет на губах смачный поцелуй. – С меня причитается.

Встаёт с кровати, заправляя ещё стоявший член в штаны. Все с той же еле скрываемой улыбкой, кидает на меня обеспокоенный взгляд.

Тянет ко мне руку, которую я сразу отбиваю, немного придя в себя, и сама принимаю сидячее положение.

– Не подходи ко мне больше. Никогда.

Пытаюсь вытереть эту жижу на животе, сильно тру своей майкой, оставляя красные следы.

Пометил, так пометил.

Залил меня полностью, даже на грудь попало и расстеклось все.

– Где моя куртка? – спрашивает он как ни в чем не бывало, почти выходя из комнаты.

Сейчас мне даже пофиг на то, что Илья его может увидеть. Лишь бы отвалили оба.

– Под раковиной, прикрытая пакетами, – отвечаю безэмоционально, вставая с кровати, решая поменять постельное белье прямо сейчас. Потому как заснуть с его запахом не смогу.

Главное не думать о том, что сейчас произошло, и не втаптывать себя дальше в это дерьмо.

Буквально срываю пододеяльник и пыхчу от ярости, пока не чувствую руки Тимура на талии.

А потом не слышу в ухо тихое:

– Вечеринка в пятницу у меня. Только попробуй проигнорировать. Иначе спермой залью твою промежность.

Глава 33

Тимур Королев.

Придёт или не придёт?

Именно об этом я думал все оставшиеся дни до долгожданной пятницы. А они словно в насмешку тянулись очень медленно.

Никакой вечеринки, по сути, не предполагалось, так ляпнул, что первое в голову пришло. Потому что по взгляду ее обиженному понимал, что не захочет меня видеть после нашей небольшой шалости.

Избегать будет, как по сути и всегда делала до этого. Но сейчас повод был более серьёзным. Она же не была к такому готова.

Значит нужно было надавить. Снова манипулировать бедной девушкой.

И, черт, как же это заводило. Когда она вся такая беззащитная в твоих руках, но в то же время видно, как ей самой это нравится.

Ломать ее приносило мне удовольствие.

Выводить наружу ее истинные желания и стирать с лица эту вечно недовольную мину.

Видеть, как она оживала, буквально из тихони в сучку заводную превращалась.

В ту, которую я так хочу.

Хотя Салтыкова и пыталась всем своим видом показать, что нет у меня на неё никакого влияния. Но меня не проведёшь.

Вся правда кроется во взгляде, в податливом, словно кусок расплавленного масла на сковороде, теле.

Не в лживых словах.

А я как наркоман все выжидал свой новый приход.

Давно уже завязал с наркотой, но те ощущения, которые приносит Салтыкова, напоминают мне те часы забвения. Когда башку срывает и тормоза отказывают. Когда похрен становится на происходящее вокруг, когда важны только ощущения внутри.

И ждёшь, ждёшь снова эту живительную дозу, а пока ее нет, медленно начинаешь подыхать, и тебя в серьёз ломает.

Дни ожидания были мучительны.

Я жил лишь вспоминая произошедшее в квартире девушки.

Тогда я не понимал, как вообще смог удержаться и не засадить ей по самые яйца. Хотел сорвать с неё эту ужасную одежду, ноги загорелые раздвинуть в стороны и погрузить своего бойца на место должное.

Долбить и добить.

Пока кричать не начнет, пока соками своими не намочит мой член, да так сильно, что входить бы стало намного легче.

Туда и обратно. Чтобы горло сорвала, выкрикивая мое... мое чёртово имя.

Чтобы в момент позабыла, что парень у неё есть, и в минуты экстаза в любви именно мне клялась. И слёзы, чтобы не от обиды, а от радости были.

Как я смог сдержаться? Уже и не помню, о чем именно думал. Все шло неподвластно моему разуму.

Наверное, сопли ее остановили и этот вид жертвы, а я хотел видеть только желание.

Поиграли в кошки-мышки и хватит. Пришло время взрослых игр.

Она не сможет строить из себя саму невинность слишком долго.

Уже перешла границу, откуда нет пути обратно. Она уже запятнана мной.

У меня перед глазами так и стоит, как заливал ее живот и грудь своим семенем. Это было так правильно.

Этот вид буквально выбил из меня весь дух. Ведь до этого момента и не думал, что это может быть настолько захватывающе.

Никогда не имел желание помечать.

Раньше секс был, как отличный способ выбросить энергию.

Трахнул, снял презик и забыл.

А с этой гадиной все так же на грани моего безумия.

Что в первый раз, тогда на берегу моря, что в этот, хотя до траха дело не дошло.

Но почему так же крышесносно? Почему? В чем дело?

Этими вопросами был забит мой мозг все дни.

Хотел все списать на выпитый алкоголь, да вот тогда не чувствовал себя пьяным, и память не исчезла.

Наоборот, кажется, я помнил каждую проведённую с ней секунду.

Как же я не хотел уходить.

Не хотел оставлять ее с ним, с этим уёбком, что в уши ей явно заливает.

Не понимал, почему она ведётся на это, почему не пошлёт его нахрен, не выгонит из квартиры или не уйдёт сама. Она же не из бедной семьи, деньги у неё имеются, уж с голоду не помрет.

Что продолжает удерживать ее около моего брата? И как долго мне ждать, пока она его кинет?

Почему она так вцепилась в него мертвой хваткой?

Однако, какое мое дело?

Какая разница, кто ее еще имеет. Кажется, никакого. Наверное.

Блять. Нет. Дело есть.

Ведь бесят же меня, когда мимо в университете проходят, держась за руки, как самая счастливая парочка на планете.

Целуются около выхода, словно специально мне на мозг этим давят. Блевать хочется.

Лживая. Лживая сука. А этот ушлепок и не знал, что девка его подо мной была недавно, что это моя сперма ее тело заливала.

Неужели из всех баб мне запала именно эта стерва в шкуре невинной овечки. Изменщица.

Как же тошно. От неё, от себя. От ситуации в целом.

Да и Илья хорош, по слухам не отстаёт от своей бабы. Два обманщика.

И нужно же было мне влезать в этот бермудский треугольник?

– Ты чего завис? – толкает в бок Фил, вырывая меня из раздумий, от которых уже башка раскалывалась. – Все ждёшь?

– Жду, – отвечаю ему, врать желания уже никакого нет, да и друг уже знает многое. – Твоя где?

Филипп морщится так, словно кислую конфету раскусил, отводит в сторону взгляд.

Ну ясно все.

– Мне нужна дырка, чем быстрей, тем лучше, – говорит он и начинает разглядывать неподалёку стоящих девушек. Вздыхает. – Блять! – вскрикивает, напугав рядом стоящих людей. – Рита такая сука, ты бы знал.

Какие бабы суки – я уже знаю.

Умеют они выводить из себя, почти ничего не делая.

Вот и моя одногруппница видимо друга довела до ручки.

Смотрю на него, понимаю, что с горя он налакался вискаря, хотя обычно так много не пьёт. У него в отличии от меня вечные тренировки.

Но видать проблемы там серьёзные между ними. И обидно даже за него, хороший же парень ведь, не то что я.

– Мне тоже не помешало бы уединиться с кем-нибудь, – говорю, примечая одну рыжую сучку, что привлекает взгляд и опрокидываю алкоголь в горло.

Кажется, цель найдена, раз Полина все же не соизволила прийти. Время уже за полночь, а я все один, как идиот сижу в стороне, ожидая ее прихода.

Глупость какая.

Рядом собирается народ, шума становится все больше, кто-то предлагает сыграть во что-нибудь или забиться в спор.

А единственное, что я хочу, это забрать Салтыкову и утащить в свою комнату.

Где она?

Друг со стеклянным взглядом пытается налить мне и себе следующую дозу в стакан. Разливает половину на пол и ржет.

Идиот, завтра же придётся нам все убирать.

Пью, а опьянения ни в одном глазу, рядом подсаживается та рыжая.

Имя сразу забывается.

Она смеётся. Заигрывает. Пытается языком мне в ухо залезть, что-то пошлое шепча. Говорит, какие вещи готова вытворять сегодня ночью.

Должно быть интересно, думаю я, но глазами все выискиваю другую.

Рыжая уже забралась ко мне на коленки и елозит своей огромной жопой по паху, а там все тихо.

Даже странно как-то, чувствую лишь раздражение. И, когда мне это начинает надоедать, прошу ее оставить меня.

Не зашло сегодня, настроение не то. Не хочется. Может быть позже.

– Знаешь, Королев, в последнее время смотрю на твою ситуацию и понимаю, что у меня не все так плохо, – посмеивается Фил, вставая с кресла, чуть не снося пьяной рожей рядом стоящий столик. – С каких пор стал девок отшивать?

– Мудак.

Прав. Никогда не отшивал, а только пользовался, а сейчас будто весь азарт исчез.

Возможно, когда уложу Салтыкову в постель как нужно, тогда интерес к другим вновь заиграет всеми красками. Нужно проверить. Срочно.

– О, кажется, вижу твоего братца, – указывает друг в большую толпу народа.

Настроение сразу поднимается по шкале вверх. И сонливость проходит.

Значит она пришла. Должна.

Я уже думал идти стучаться к ней в дверь и исполнять в действии свою угрозу.

Или Илья пришёл один.

А может она снова в квартире одна одинешенька и ждёт меня?

А, нет. Стоило наткнуться взглядом на темную макушку, как сразу понимаю, кому она принадлежит.

Первое, что я вижу, когда она поворачивается, это ее сиськи, которые почти не скрывает прозрачная ткань.

Тонкое платье облегает талию девушки, открывая широкое поле для пошлых фантазий.

Меленькие бретельки еле выдерживают нагрузку и, кажется, ещё немного и порвутся, вываливая наружу все добро.

Мне явно нравится этот прикид. Так сильно, что хочется его разорвать в клочья.

Вроде и ничего особенного, обычное платье, вон девки вокруг одеты куда более откровенно, а член сразу словно по особому сигналу поднимается стальным стержнем и давит на ширинку.

Мне не нужно смотреть на лицо девушки, я уже знаю, что это она, что это ее стройные ноги топчутся около напитков.

Ее тонкие ручки обхватывают себя за плечи, кажется, я вижу мурашки, скользящие по открытым участкам загорелой кожи.

Холодно? Неужели ее нужно согреть.

Я могу.

Натыкаюсь на ее немного испуганный взгляд и ухмыляюсь от того, что она сразу опускает глаза в пол. Прикусывая свои пухлые губки, которые так хорошо будут смотреться на моем члене.

Скоро. Совсем скоро.

Рядом с ней появляется Илья и собственнически притягивает ее к себе для достаточно жесткого поцелуя.

В момент меня словно кипятком окатило от этой сцены, что предстала передо мной. В груди завибрировало, а голову холодом обдало.

Ебанарот. Ну все, пиздец им обоим.

Глава 34

Кажется, ещё немного и меня просто разорвёт от злобы.

Резко встаю с места с ярым намерением... На что?

– Сядь ты, – прикрикивает Фил и толкает меня обратно в кресло. – Что ты собрался делать?

И пока этот уёбок обсасывает Полину, периодически кидает довольный взгляд в мою сторону. В глазах его вижу сраную усмешку. А когда он хватает ее за упругий зад, к горлу подкатывает тошнота.

Она как-то хиленько пытается от него отстраниться, но видно, что не с особым рвением. Придушу ее.

– Убить его.

А ее выебать так жестко, что к другому в постель больше не полезет. Покажу где ее место.

Будет на коленях ползать, лишь бы вновь оказаться подо мной. И тогда я поступлю с ней так же, как она со мной.

– Остынь, Королев, – парень хлопает меня по плечу, заставляя сидеть на месте. – Ты не можешь вот так просто, вечно на него нарываться.

Его слова проходят через меня словно через бронированное стекло, нихрена не слышно или я сам слушать не хочу. Он явно пытается мне зубы заговорить.

– Почему не могу?

Могу же.

Она дала мне зелёный свет, когда впустила в свою комнату, а потом и в постель.

Она была не очень уж и против надрачивать мой хер.

Только в конце пошло что-то не так, но по началу можно судить, что ее на секс развести не так и сложно.

– Друг, это его девушка, – подмечает Филипп, и без того, очевидную вещь. Только на мозги сильней давит своей болтовней. – Ты сейчас на неё пялишься так, что любого парня можно задеть.

Да мне похрен, кого я там могу задеть. Не думаю о других людях.

Меня волнует именно то, что я вижу прямо сейчас. И четко понимаю, что мне это не нравится.

Ревность?

Неа.

Она просто уже моя. Понимаю, что делиться не хочу. Она лишь играть со мной вздумала, решила показать, что я ничего не значу.

Дура.

Малышка не понимает, что делает хуже только себе, никому другому. Не понимает, что за это, ей достанется по самые не балуй, именно на неё будет направлен мой гнев.

Мне бы только избавиться от Ильи и заловить ее без всяких лишних свидетелей.

Я же как мазохист продолжаю наблюдать за данным представлением.

Смешно. Осознаю же, что оно для меня.

Но не осознаю, что конкретно чувствую.

Злость. Ярость. Негодование.

Невыносимую тягу оттянуть ее за волосы и к себе притянуть. В туалет отвести и рот ее грязный с мылом отмыть.

Кажется отличной идеей.

– Да ну, – отвечаю Филу, позабыв, что он там говорил.

Что, я не должен на неё так смотреть. А как должен? Как будет смотреть парень, когда имеет к девке интерес и видит ее с другим.

Почему я продолжаю сидеть и бездействовать?

Вроде и показывать свои чувства не хочется... Не хочется, чтобы они увидели, что меня это жутко взбесило.

Думать, почему это происходит, хочется меньше всего.

Разберёмся уже по ходу дела.

– Был бы я на его месте, давно тебе лицо расквасил, – продолжает наседать на меня парень, толкает в плечо, чтобы я уже оторвал глаза от них. Рукой машет перед лицом. – Эй, ты слышишь? На Ритку так один смотрит. Меня аж блять...

– Слушай! – перебиваю, кидая на него взгляд, чтобы понял, что мне сейчас не до историй и чужих переживаний. – Заткнись, я, сука, еле сдерживаюсь, чтобы не сорваться.

Что меня сейчас останавливает? Ничего.

Молчать я не привык. И если не драка, то как можно вывести человека из себя другим способом?

– Впрочем. Разговоры никто не отменял.

Да, я просто поздороваюсь, потому что смотреть на то, как он обсасывает ее, уже просто невыносимо.

Они бы ещё потрахались при мне.

Встаю со своего места, наливаю в стакан ещё пойла, опрокидывая его сразу, чувствую, как жёсткий градус льётся по горлу. Сразу ударяя в голову.

Пытаюсь унять в своей груди бурю, что так хотела вырваться и разъебенить все здесь к хренам.

Главное успокоиться.

– Это все плохо закончится, – фыркает друг, но идёт следом за мной. – Давай без потасовки.

Попробуем, но не гарантирую.

Они, заприметив меня, не сразу отрываются друг от друга.

Салтыкова глаза отводит в сторону, а Илья доволеный собой, словно в насмешку, целует девушку в шею и только потом полностью оборачивается ко мне.

Клоун, блять.

– А тебя разве кто-то звал? – встаю напротив них, спрашиваю младшего брата сразу в лоб.

Он небрежно оглядывает меня с ног до головы и запрокинув голову наверх, начинает смеяться.

А мне вот, блять, вообще не смешно. Каждое его лишнее движение все ближе подводит меня к точке кипения.

– Королев, – усмехается он и тоже делает шаг по направлению ко мне. Неужели у малыша появился пушок на яйцах? – Мне не нужно твоё приглашение в квартиру, которую оплачивает мой отец.

Гнида.

Чувствую, как мое тело напрягается, и я слышу легкий скрип своих зубов. Внутри словно раскалённая лава по венам проходит.

Перед глазами только красная пелена повисла, и я только пытаюсь дышать, чтобы восстановить пошатнувшееся равновесие.

Драться в своей квартире вот совсем не хочется, но если он не закроет рот, то кровавое месиво будет ему обеспечено.

Держу себя в руках до того момента, пока он оборачивается к Полине. Что-то шепчет ей на ухо и тут меня в секунду срывает.

Диким быком накидываюсь на него, беря за грудки, и отталкиваю к стене, трясу как тряпку, бью его слегонца в живот.

Мало. Четровски мало.

Только хочу вмазать по его роже, как мою руку кто-то останавливает прямо на пути, а потом и полностью отрывает от Авдеева.

Смотрю на то, как скорчившись брат держится за живот, ликуя в душе. Хотя ему почти не досталось.

– Спокойно, – говорит Фил, хлопая меня по щекам, пытаясь выловить взгляд. – Ты что творишь?

– Я в порядке, – кидаю ему и откидываю его руки от себя.

Заебал лезть.

Возвращаю взгляд на маленького пиздюка, который никогда не забывал приписать своего отца и какой он молодец, что взял на «воспитание» первого сына.

Да вот только пускай эту фигню в уши друзьям своим заливает или Полине. Мы-то оба с ним знаем, что дело обстоит совсем по-другому.

Задолбал уже поднимать эту тему. Знает же, как я остро реагирую.

– Здесь ты ошибаешься, ведь если бы не умер мой, то твой сраный папаша так бы и был нищебродом.

Вижу, как загораются гневом его глаза, и получаю от этого несравнимое удовольствие.

Ведь это правда, но, видимо, он стал подзабывать, благо я ему напомнил.

– Ты что, блять, сказал? – рычит он на меня, немного опомнившись. Снова ближе подходит, явно нарываясь на продолжение мордобоя. – Ты...

– Ребят! – прикрикивает друг, держа нас обоих на расстоянии своих разведенных рук. – Не пугаем народ.

– То, что слышал, – говорю в злое, перекошенное лицо Ильи и мне все же получается его пихнуть. – Приятного вечера вам.

Да, я собой доволен, когда на место его поставил. Жаль врезать по нормальному не удалось.

Хотя, ещё не вечер. Это только начало веселья.

Вижу по его лицу, что больше он ничего мне не ответит. Нервно озирается по сторонам, видимо, ища своих новых дружков, которые встанут за него.

Я уже засобирался уйти, как в голову приходит идея побесить обоих.

– Может быть я тоже заскочу к вам в гости.

Сказав последнее, кидаю взгляд на побелевшую Салтыкову и с удовольствием наблюдаю за тем, как она пытается скрыть внезапно возникшие слёзы.

Хренова сука.

Приперлась со своим хмырем. И чего она ждала? Что все закончится счастливым хороводом?

Я даже не подумал, что она с ним явится, думал мозгов хватит понять то, что я позвал только ее.

В эту ночь у меня были грандиозные планы на ее счёт.

Оставляю голубков в недоумении, иду на балкон курить. Глушу одну за одной, все никак не могу оклематься.

В голове рой мыслей, от которых только хуже становится. Которые только ещё больше злят.

Возвращаюсь немного погодя и иду продолжать пить вместе с другом, но по близости не нахожу его.

Видимо, уже уединился с кем-то, пока я отошёл на несколько минут. Поэтому, заприметив его бывшую, с возникшей идеей в голове, шагаю прямиком к ней.

Вот так удача.

Она должна выполнить мою маленькую просьбу.

– Светулек, – целую девушку в щеку, как положено друзьям. – Готова отработать должок?