Текст книги "Эля и Семён. Рассказы не вошедшие в цикл книг «Четыре года после развода» (СИ)"

Автор книги: Мила Букина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 6 страниц)

3.[кадры+gif] Водное поло. Доигрались

Семён шёл в ресторан, чтобы забронировать столик на вечер, когда он проходил мимо бассейна, то почувствовал знакомое волнение и учащение пульса, он сразу же улыбнулся и свернул к воде, забыв о столике.

Преодолев четыре ступени, он увидел Элю расслабленно лежащую на шезлонге, и автоматически пошёл в её сторону, детально рассматривая каждый сантиметр её тела. Она лежала, прикрыв глаза, и загорала в белом раздельном купальнике. Одна нога у неё была согнута в колене, а на другой – стоял бокал мохито, который она придерживала рукой.

Семён подходил ближе, и увидел, как испарина с бокала собралась в каплю, и медленно стекала по её бедру, он остановился и завис, будто его закоротило. Однако почти сразу же он встряхнул головой и придя в себя, улыбнулся Эле и сел напротив неё на соседний шезлонг. А Эля, ощутив на себе его взгляд, открыла глаза и, не теряя ни минуты, тут же закинула ногу на ногу и очень медленно обхватила трубочку губами и начала отпивать мохито так, будто она его вовсе не пила, а целовала эту самую трубочку, вывернув свои губы бантиком.

Семён наклонил голову в другую сторону, переводя свой взгляд с её бёдер на губы и поморщился. Он резко встал, развернулся и направился обратно к ресторану с мыслями:

«Я просто иду забронировать столик на двоих… Только столик… Эли тут нет. Просто это не она… Это какая-то другая засранка. Столик, столик, столик».

Эля чуть не подавилась мохито, наблюдая за тем, как от неё удаляется его фигура в одних шортах. Она напоследок начала разглядывать его мышцы спины, довольствуясь хоть чем-то. Он тут же остановился, развернулся, строго посмотрел на Элю, погрозил ей пальцем, отвернулся и продолжил свой путь к ресторану.

Эля загрустила, но заметив неподалеку аниматора, переключилась на него. Он приглашал отдыхающих принять участие в водном поло, проходясь по шезлонгам и увлекая людей. Эля согласилась поиграть, встала у бортика и ожидала остальных участников.

Семён, услышал, как в микрофон объявили начало водной игры и остановился, ему стало любопытно. Он вернулся назад и увидел, как Эля стоит у бортика бассейна и что-то увлечённо обсуждает с молодым кучерявым блондином. Как только она улыбнулась этому парню – Семён тут же ринулся к бассейну, стянул с себя шорты и, оказавшись в одних плавках, направился к Эле. Он подошёл к ведущему и присоединился к команде, решив сыграть против Эли и блондина.

Затем он подошел к ней и, глядя прямо в глаза, сказал:

– Может, пойдёшь обратно загорать? У тебя всё равно нет шансов выиграть в поло, потому что теперь в команде противников играю я, а в твоей команде – тут он взглянул на блондина, оценив его накаченную фигуру и добавил – хиленькие чувачки…

Эля засмеялась, подошла к нему ближе и еле заметно коснулась своей грудью его груди. В ответ по нему побежали мурашки, она это заметила и ответила:

– Я тебе сейчас твоё… – тут она выставила руку перед его лицом и покрутила ей в воздухе, показывая что-то объёмное и продолжила – всё это твоё… эго и самодовольство пополам переломлю, лучше на своих игроков посмотри, там же одни подростки. Да они даже до дна бассейна не достают. Спорим, я выиграю? Именно моя команда победит.

У Семёна начали раздуваться ноздри, он опустил её руку вниз и тихо ответил:

– Эго моё не трогай, а то мне уйти придётся, и я играть не смогу, и с кем ты тогда соперничать будешь? С кудряшкой белобрысой?

– О, ревнуешь? Как мило.

– Я знаю, чего ты добиваешься. Опозорить меня хочешь. Как всегда... Но, во-первых, в бассейне меня не видно, во-вторых вода холодная и это тоже помогает сдерживать моё эго. Я тебе не поддамся. Неужели ты действительно надеешься выиграть? Конечно, давай поспорим, причём, как обычно, на желание.

Он протянул ей свою руку для рукопожатия, она крепко пожала её и ответила:

– Я согласна… обыграть тебя и уже придумала желание. Всё равно ты опозоришься, а рюкзака-то у тебя с собой нет в этот раз. Чем будешь прикрываться?

Семён злобно посмотрел на Элю, желваки на его лице заиграли, и он резко ответил:

– Не дождёшься...

И прыгнул в бассейн, обрызгивая её холодной водой с головы до ног. Она вздрогнула от холода и так же гневно посмотрела на него. Подойдя к перилам, она очень медленно и плавно, прогибаясь в спине, спустилась по ступеням в воду.

Ведущий выставил на бортиках маленькие ворота друг напротив друга, взял свисток, микрофон и сел на стул, готовясь комментировать и судить игру.

Все участники полезли в воду, по свистку началась игра. В команде Эли на одного игрока было больше, она не сомневалась в победе и уже предвкушала приятный вечер.

Однако в это же время вдоль бассейна шёл мужчина, и когда он увидел Семёна в воде он подошёл и поздоровался с ним, они заулыбались друг другу, и Эля узнала его. Это был Василий, с которым они с Семёном на днях познакомились в спортзале. И он мгновенно разделся и тоже вступил в игру в команду Семёна. У Эли задёргался глаз, теперь его команда была сильнее.

Как только мяч оказался в руках у Эли она со всей силы оттолкнулась от дна бассейна и, выпрыгивая из воды, постаралась забросить мяч в сетку ворот, однако ей наперерез выскочил Семён и, перехватив мяч на лету, запустил его точно в ворота Эли. Счёт стал 1:0, о чём очень радостно сообщил ведущий в микрофон. Семён подплыл к ней и сказал:

– Ножки коротки лилипутка, даже не пытайся... лучше сразу сдавайся.

Эля обиженно посмотрела на него и ответила:

– Да ты меня всего на пять сантиметров выше мамонтёнок... Игра только началась, смотри мяч не пропусти, а то вдруг засмотришься на чей-то зад... и всё... мы его теряем, разряд...

Семён только показал ей язык и снова ринулся в атаку, но кучерявый блондин перехватил его мяч у самых ворот и дал пас Эле, а она моментально закинула его в ворота Семёна и тут же глядя на блондина радостно похлопала ему в ладоши, словно ребёнок, которого угостили конфеткой. Ведущий объявил новый счет 1:1. Брови на лице Семёна сдвинулись, и он угрожающе взглянул на Элю. Затем Семён подплыл к Василию, и они о чём-то переговорили.

Головы Эли и Семёна одновременно поворачивались, внимательно наблюдая за мячом, который перекидывали другие игроки из рук в руки, ожидая, когда у них будет возможность перехватить его. И вот, наконец, мяч полетел в сторону Семёна, он пулей выскочил из воды и поймал его, моментально отдал пас Василию, который ожидал его у ворот и тот мгновенно забил гол в ворота Эли. Семён и Василий поаплодировали друг дургу, а затем и ведущий похвалил их в микрофон, высоко оценив их стратегию и объявив счёт 2:1. Семён подплыл к опечаленной Эле и сказал:

– Ты ещё на что-то надеешься, рыбка?

Эля взглянула на него очень серьёзно и сказала:

– Я ещё козыри в игру даже не запускала, не зли меня членистоногий, а то ведь я их пущу в ход, так и знай.

И она обхватила ладонями свою грудь и медленно сжала её, разглядывая его реакцию. Он ухмыльнулся и сказал:

– И это твои козыри? Это выглядит очень глупо, детка. Ты выжимаешь купальник, стоя по плечи в воде...

– Я его не выжимаю, а просто поправила... И вообще неважно как это выглядит, важно, как это на тебя действует. А глазки-то у тебя загорелись.

И тут же рядом с ними плюхнулся мяч, пока Семён зависал, глядя на её грудь, Эля схватила мяч и отдала пас блондину, Василий попытался выбить мяч из его рук, но блондин оказался проворнее и отправил мяч в ворота. Аниматор объявил счёт 2:2, похвалив команду Эли. Семён потер свои виски ладонями, потряс головой из стороны в сторону и поплыл в центр бассейна, не глядя на Элю он сосредоточенно наблюдал за мячом. А Эля подумала:

«Спасибо сисечки, мы выигрываем. Но 2:2 это маловато, вот 5:2 было бы унизительно и просто стыдно для заядлого футболиста. Надо подключать попку и разгромить этого самодовольного индюка».

Мяч летал из одного угла в другой, но ни в одни ворота не попадал, все игроки вошли в азарт и активно атаковали и защищали каждый свою зону. Аниматор, заметив накал страстей и плотность мата, стоящего над водой, объявил пятиминутный перерыв.

Семён подплыл к Эле, они оба запыхались и тяжело дышали. Он спросил:

– Перемирие? Пойдем на шезлонг, отдохнём?

Эля подошла к нему на шаг ближе и, разведя руки в стороны, зачерпнула воду и обрызгала его лицо. Пока он тёр свои глаза, она прижалась к нему своим животом вплотную, обняла его одной ногой под водой, и сказала на ухо:

– Я пойду отдыхать на шезлонг, а ты теперь отсюда не выйдешь, будет слишком стыдно. Ты должен быть уставшим, чтобы проиграть, отдых только для девочек.

Он сразу же крепко схватил её одной рукой за ягодицы, удерживая около себя, и ответил:

– Тогда и ты никуда не уйдешь от меня.

Эля убрала от него свою ногу и попыталась, сделав круговое движение вокруг себя, высвободиться из его хватки, и оказавшись к нему спиной, почувствовала, как он схватил её второй рукой за живот и прижал к себе, она оказалась зажата в его объятиях. Он сказал ей на ухо:

– А как тебе такое? Просчиталась, женщина, любительница кудряшек.

И в качестве контрудара он ещё и провёл своей рукой по её животу в самый низ, и она рефлекторно приоткрыла губы и прогнулась в спине, упираясь в него ягодицами. У Эли потянуло внизу живота. Она почувствовала, как всё вокруг начало расплываться перед глазами, как она проваливается в свои желания, рисуя в своём воображении всё то, что он может сделать дальше. Она закрыла глаза, срочно пытаясь успокоиться и вернуть себе разум. Сделав глубокий вдох, она больно ущипнула себя за ногу. Это помогло, обернувшись, она осознала, что Семёна рядом уже нет, он вышел из бассейна и, нагло ухмыляясь, направился к шезлонгу.

У Эли округлились глаза, она нахмурилась, стиснула зубы и подумала:

«Попка, как же ты так подвела меня?.. Он же даже не возбудился, а должен был уже в аду гореть... Посмотрите только на его довольную физиономию. Полез в святую зону… Да, как ты посмел? Тут же люди кругом... Ну и как будем мстить ему? Ну, Семён… я выиграю… и ты будешь всю ночь напролёт… вообще без перерыва отрабатывать. Я тебе такое желание устрою… такое... ты ходить не сможешь... ползать будешь... ты из номера у меня сбежишь, поджимая хвост! Ты перешёл границы разумного».

Эля не стала вылезать из бассейна, боясь, что если подойдёт к Семену близко, то придушит его на людях. Она по-настоящему разозлилась. Её лицо напоминало грозовую тучу. Семён это заметил, весь напрягся, и подумал:

«Похоже не на шутку разозлилась, лицо как у гаргульи… явно строит план мести. Надо быть внимательнее. Кнопочка сработала, принцеска потеряла корону, но похоже надела боксёрские перчатки. Добьём её с Василием победой в игре».

Прозвучал свисток и начался второй раунд игры. Элю настолько поглотил игровой азарт, что она больше не провоцировала Семёна, не соблазняла и вообще никак на него не реагировала, он стал для неё обычным соперником. И это уже пугало Семёна. Эля была очень сосредоточена, постоянно перехватывала мяч, без конца атаковала ворота противника, и было видно – она действительно старается победить. Но её команда проигрывала, счёт уже был 3:2, а до конца игры оставались считанные минуты, Эля сильно нервничала. Семён нервничал не меньше, он подплыл к ней и спросил:

– Ты что, обиделась?

– Пошёл вон… Не отвлекай.

Над головой Эли пронесся мяч, она подпрыгнула и поймала его, оттолкнулась от дна и поплыла в направлении ворот Семёна, он поплыл за ней и быстро нагонял её, стараясь выхватить мяч из её рук. Блондин кричал Эле, чтобы она дала ему пас, но ей очень хотелось забить гол самой. Чтобы обмануть Семёна, она нырнула под воду вместе с мячом, с трудом преодолевая сопротивление, и смотрела под водой, в какую сторону он шагнет к ней, чтобы выбить мяч. Он шагнул влево, тогда она резко оттолкнулась вправо и бросила мяч в ворота, но вратарь выбил его и он вновь полетел в сторону Эли, она поймала его и ещё раз бросила со всей силы в ворота. Мяч попал прямо в голову вратарю и отрекошетил в сетку. Окружающие захлопали в ладоши, а ведущий объявил счет 3:3 и об окончании матча. Семён, наблюдая всю эту картину, уже думал совсем о других вещах:

«Ну, точно обиделась… Только не понял на что именно, либо на то, что не выиграла… либо на то… ну нет. Не может же она обидеться за то, что я её чуть-чуть потрогал, она ведь так со мной поступает постоянно, и она от этой игры кайфует».

Эля понимала, что сейчас выглядит ужасно и её тушь потекла после заныривания, поэтому она очень быстро вылезла из бассейна, схватила своё полотенце и направилась в номер. Когда в номер пришёл Семён, он заметил, что ванна занята. Сняв с себя шорты и, подойдя к двери ванной, он повернул ручку, но дверь была заперта. Тут он сразу понял, что Эля действительно не в духе. Семён сел на кровать и ждал, когда она выйдет. Она сидела в ванне сорок минут. Он устал ждать, и постучался к ней со словами:

– Ты там не утонула, русалочка? Долго мне ещё тебя ждать? Мне тоже нужна ванна.

Но он ничего не услышал в ответ и тут он уже всерьёз забеспокоился, заподозрив, что, может, она там плачет. Он замахнулся рукой, чтобы ещё раз постучать, и в этот момент дверь открылась и вышла Эля. Она была по уши завёрнута в длинный махровый халат, вместо привычного атласного и короткого. И не глядя на Семёна прошла мимо, улеглась на постель и включила телевизор.

Семён пошёл за ней следом и сел на край кровати, загородив ей экран телевизора. Он всматривался и искал признаки слёз. Эля передвинулась на край кровати, вернув себе обзор и начала переключать каналы.

Затем так же не глядя на него, она сказала:

– Иди, мойся… свободно.

Он не нашёл никаких следов слёз и расслабился, встал с постели и пошёл в ванну, но вдруг остановился и спросил:

– Подожди… а где слово поросёнок? В предложении «Иди, мойся» на конце должно быть слово поросёнок или свинтус. Это ты сейчас, совсем не любя, меня в ванну отправила.

Эля вздохнула и равнодушно произнесла, продолжая переключать каналы:

– Поросёнок.

Семён вернулся обратно, снова сел на кровать и начал её сканировать детальнее.

Не найдя, за что зацепиться в этом плюшевом облаке, из которого торчала лишь голова с недовольной ухмылкой, ему пришлось выпытывать:

– На что ты обиделась? Что не выиграла своё желание? Ну, хочешь, давай всё равно загадывай. Чего ты хочешь?

Эля ответила так же не глядя:

– Загадываю. Сгинь в ванну с глаз моих. Бесишь.

– Да я и так помоюсь. Давай, что-то поинтереснее загадай и поприятнее.

Эля резко повернулась к нему лицом, сдвинула брови и злобно фыркнула, а затем громко сказала:

– Сгинь… в ванну… с глаз моих… зараза!

– Ого… Мощно. Пойду исполнять. А ты пока тут успокаивайся, а когда я вернусь, расскажешь, чем именно я тебя так выбесил.

И он ушёл в ванну. Эля встала, скинула с себя халат, натянула бельё, футболку, леггинсы, носки и стояла, разглядывая полку в шкафу, думая, во что бы ещё такое себя упаковать. Она сняла облегающую футболку и натянула на себя лонгслив с рукавом. Затем достала второе одеяло, заправила его в пододеяльник, и небрежно бросила его на спальное место Семёна. Завернувшись в своё одеяло, она продолжила смотреть фильм.

Семён вышел из ванны, и первое, что он заметил – это всё такое же злобное выражение лица у Эли, второе – у него появилось отдельное одеяло и это был очень плохой знак, а третье – халат исчез, и на его месте появилась броня, не соответствующая жаре, стоявшей в комнате. Он думал:

«Для месячных рано… и не ПМС… и не заболела… её не знобит, значит, окрысилась именно на меня. Значит, я серьёзно накосячил…»

Он подошёл с её стороны к кровати и сел на край, затем сказал:

– Шоколадку хочешь?

Эля посмотрела на него, задумалась и ответила:

– Тебе это не поможет.

– А настоящее желание?

– Нет.

– Эль, если ты обиделась не на проигрыш, тогда на что?

– Наша игра тут вообще не причём. Играла я достойно, мне там не на что обижаться, я не проиграла.

– Согласен. Тогда, что я сделал не так?

– Не надо было меня гладить в бассейне.

– Как не надо было? Почему? Тебе что, не понравилось?

– Нет.

– О, надо же... Неприятно, когда тебя подразнили и бросили полыхать в бассейне? А со мной ты так поступаешь регулярно, и я не обижаюсь.

– И опять мимо, профессор. Смести своё внимание со своей драгоценной персоны, и подумай, что именно ты сделал, и что обычно делаю я. Разницы не замечаешь?

– Нет. Не замечаю.

– Тогда я тебе поясню. Когда я дразню тебя и это нам обоим нравится, я делаю это так, что ты обычно не бываешь опозорен, и остаёшься в состоянии себя контролировать. Я могу прижиматься к тебе животом, касаться грудью, могу потереться об тебя, но я никогда не касаюсь руками интимных зон на людях, я знаю границы и пределы допустимого… Просто представь, что было бы с тобой, если б я рукой за твоё эго схватилась… А ты сегодня сделал именно это. Ты не просто за живот меня схватил, ты полез в домик. Я стояла там, как идиотка, еле сдержала свой стон… чуть раздеваться не начала. У меня перед глазами всё поплыло. Я ведь могла опозориться перед глазами нескольких десятков людей. Ты вообще понимаешь, что сделал? Я в последнюю секунду остановилась, у меня даже рот уже открылся.

– Ты сейчас серьёзно говоришь?

– Да.

– Подожди… я сейчас уточню, а то вдруг я чего-то упускаю. Ты обиделась на меня за то, что я погладил тебя в бассейне больше, чем ты ожидала, и из-за этого ты поплыла и чуть не опозорилась, и я в этом виноват?

Эля уверенно закивала в ответ, а Семён засмеялся. Эля сморщила нос, уголки её губ опустились вниз и она обиженно сказала:

– Что ты лыбишься чудик? Я смешной анекдот рассказала?

– Эля… я тогда должен на тебя просто постоянно обижаться, ты меня в бассейнах регулярно так запираешь. И меня для этого вообще руками трогать не надо, иногда достаточно потрогать глазами. Сколько раз я чуть опозоренный не остался? Посчитать?

– Не надо. Ты прикрылся, и пошёл, никто и не заметил, и на весь бассейн не стонал. А сегодня ты даже не возбудился, когда я к тебе прижалась. Выскочил из бассейна сразу же.

– Ах, так вот где собака зарыта на самом деле. Семён вдруг не сломался и сделал с Элей то, что обычно делает она и теперь вместо Семёна сломалась Эля. Боже, как это смешно. Ты бы себя видела, ты там ещё в этом свитере не запарилась? А то опять мыться придётся идти.

– Я правда не понимаю, как ты сумел держать себя в руках, когда даже я с трудом это выдержала?..

– Ну, я всё же не животное, Эля… не настолько ты меня цепляешь, чтобы я ходил и по щелчку пальцев у меня слюни текли до земли… Я просто сегодня был в игровом азарте, на драйве и эти эмоции помогли мне выжить. Я же футболист и мяч – это моя стихия. Я не мог себе позволить, чтобы меня девчонка обыграла. Даже если это моя девчонка. Это для меня такой же позор, как тебе стонать на людях. Вот я и сконцентрировался на игре настолько, что переиграл тебя и даже чуть-чуть переборщил. Извини, больше не полезу ниже живота.

Семён стянул с Эли одеяло, и, увидев, что она ещё и в леггинсах округлил глаза, но тут же положил ей свою руку на живот и сказал:

– Давай ты мне покажешь, докуда можно трогать? Где именно у тебя начинается красная зона?

Эля вздрогнула, убрала от себя его руку и ответила:

– Уж ты-то прекрасно знаешь, с закрытыми глазами, где именно у меня начинается красная зона. Я вот долго думала, как бы тебя наказать и помучить в ответ. Сначала хотела тебя придушить, потом решила ночью тебе устроить такую пытку, чтобы ты тут под утро просто рухнул от усталости. Но затем я успокоилась и передумала. С чего это вдруг твоё наказание такое приятное? И поэтому сделаем в точности до наоборот, ты сегодня вообще меня не получишь. Видишь, даже сжалилась над тобой и запаковалась, чтобы не соблазнять.

Семён смотрел на Элю с недоумением, он насупился и ответил:

– Как это «не получишь»?

– Вот так. А если начнёшь приставать, ещё и завтра не получишь и так далее… весь отпуск будешь своё напряжение в спортзале скидывать, со штангой займёшься... любовью.

– Нет… Ну, я так не согласен. Я же вообще ни в чём не виноват, за что меня наказывать? Я ничего плохого не сделал. Жену свою погладил, тоже мне преступление. Ну и ладно, сиди тогда тут и потей. Можно было так не упаковываться, и не мучиться. Сказала бы прямо, и я бы не полез. И одеяло мне не нужно было стелить. Я вообще им накрываться не буду. Жара такая… нахрен не нужно никакое одеяло. Оба себе забирай. Подавись.

Он взял своё одеяло и накрыл им Элю с головой, и лёг на свою половину кровати, повернувшись к ней спиной.

Эля сбросила все одеяла на пол и теперь уже она смотрела на него с нескрываемой улыбкой, но тут же сделала серьёзное лицо, продолжая невозмутимо смотреть свой фильм. Они немного так полежали, затем Семён повернулся и сказал:

– Ну ладно, извини. Я забыл, что ты тревожная и тебе, наверное, действительно было страшно. Я бы, например, даже внимания не обратил на девушку в бассейне, которая что-то там простонала. В бассейне всегда шумно, кто-то визжит, кто-то кричит, плюхается, сталкивается, ударяется. А для тебя это, конечно, перебор был. Но я не думал, что через купальник ты так остро отреагируешь. Кончай этот свой цирк. Одевай нормальную одежду и ложись спать. Выключай телевизор, он мне мешает уснуть.

Эля с удивлением посмотрела на Семёна и ответила:

– Ого, как быстро дошло. Вот это уже по-взрослому. Больше так вообще никогда не делай, пожалуйста, ладно?

– Ладно. Что, прям, вообще и никогда?

– На людях, вообще и никогда.

– А без «на людях» можно?

– Можно.

– А когда?

– Завтра.

– А почему не сегодня?

– Потому что сегодня, я на тебя обиделась.

– И до сих пор обижаешься?

– Да.

– Тогда, давай, думать, как от твоей обиды избавиться.

– Думай.

– Пойдём куда-нибудь погуляем, проветримся?

– Не хочу.

– В ресторан? Хотя столик я так и не забронировал… Пошли к морю сходим? Там ночью красиво.

– Кстати, ни разу не была ночью у моря. Пошли.

Эля тут же стянула с себя леггенсы и лонгслив и, оставшись в одном белье, начала перебирать вешалки в шкафу в поисках подходящего платья. А Семён улегся поудобнее и начал наблюдать кино, под названием: «Полуголая Эля, бегает по комнате». Эля вытаскивала одежду на вешалке из шкафа, и подбегая с ней к зеркалу, выставляя одну ногу вперёд, прикладывала наряд к плечу. Затем вся вытягивалась и крутилась перед зеркалом, осматривая себя сверху вниз. Потом отбегала обратно к шкафу за следующей вешалкой.

А Семён лежал с довольной улыбкой кота, загнавшего мышь в мышеловку, разглядывая, как напрягаются её бёдра, когда она вытягивает ногу вперёд и как она крутит ягодицами перед зеркалом. На пятой примерке она заметила, в отражении зеркала, как он смотрит на неё и всё поняла, она повернулась к нему и спросила:

– Почему не одеваешься? Что развалился и зыришь?

– Я уже выбрал что надену. Футболку и шорты. Теперь жду, пока твой винегрет в голове перемешается, и ты соберёшься.

Эля натянула на себя платье со спущенным плечом, затем расстегнула бюстгальтер и вытащила его через верх платья. Семён разочарованно посмотрел на то, как бюстгальтер отправился в полёт на полку и подумал:

«Это такое издевательство, Эля… Используешь запрещённые приёмы. Это я должен был его туда отправить».

Семён встал и тоже начал одеваться, и пока Эля укладывала волосы, он внимательно разглядывал лиф её платья, пытаясь понять, насколько видна её грудь. Эля это сразу заметила, и сказала:

– Не переживай, ткань плотная.

Семён перестал её разглядывать и начал оправдываться:

– Это хорошо, а то обниму тебя по дороге, соски появятся, и опять я буду виноват, и опять меня без сладкого оставишь, мне такого не надо.

– А ты меня под руку бери и пошли. Готов?

Семён посмотрел на помятую постель, вздохнул и ответил:

– Пошли гулять, принцесса. Готов.

Они пришли к берегу моря, и Эля залюбовалась на слабо пробивающийся через тучи отблеск луны и светящуюся лунную дорожку, поблёскивающую на морской глади. Она сделала глубокий вдох, наслаждаясь лёгким ветерком, нежно ласкающим её кожу, и прислушивалась к шуму прибоя. Надышавшись морского воздуха, она обернулась в поисках Семёна, и увидела, как он сидит на песке и тоже наслаждается этим умиротворением. Она подошла и села перед ним, облокотившись спиной на его грудь и плечо. И в это же мгновение она вспомнила, как они сидели точно так же в их самую первую поездку на море, их первый медовый месяц много лет назад, и как им тогда было хорошо. Эля откинула свою голову ему на плечо, закрыла глаза и погрузилась в те воспоминания, прокручивая их до того самого момента как они занимались любовью на обломке скалы и на самом интересном месте, Семён оборвал её и спросил:

– А помнишь, наш первый медовый месяц? Как мы сидели с тобой точно так же на берегу моря?

– Помню. Тогда был закат, а сейчас ещё интереснее.

– Только мы не совсем так сидим.

Он придвинулся к ней ближе, между ними полностью исчезла дистанция, и обнял её, скрестив руки на её животе, а она положила свои руки сверху, чтобы контролировать его руки. Семён продолжил вспоминать и параллельно делать то, что говорит:

– А потом я уткнулся вот так в твои волосы и поцеловал тебя в ухо, а ты повернулась ко мне лицом и поцеловала в губы.

Эля ощутив, как он поцеловал её в ухо, повела плечами в стороны, ловя на себе мурашки, затем повернулась к нему лицом и, глядя ему в глаза, возразила:

– Это не я тебя в губы целовала, а ты меня. Я просто повернулась, а ты меня поцеловал, я только ответила.

Он смотрел ей в глаза, как она возмущенно хлопает ресницами и начал тянуться к её губам со словами:

– Может и я, может ты… может мы вместе. Я уже плохо помню и так же плохо соображаю.

Она потянулась к его губам в ответ и нежно поцеловала его, он ответил так же нежно, закрыв глаза, точно так же, как и много лет назад. Эля почувствовала, как его руки на её животе зашевелились и, что она не в силах их удерживать на месте.

Она с усилием оторвалась от его губ и отстранилась буквально на пару сантиметров, даже поворот её головы остался прежним, как для поцелуя и они оба часто дышали. Эля смотрела ему в глаза со всей страстью, которая тут же закипела в ней, а Семён смотрел на неё точно таким же пожирающим взглядом и каждый боялся даже пошевелиться.

Эля не выдержала первой, она полностью развернулась к нему передом и, вставь на четвереньки начала страстно целовать его, а он схватил её обеими руками за ягодицы, и прижимая к себе, усадил на себя верхом, не разрывая поцелуя, в котором они уже полностью утонули.

Эля почувствовала, что он возбуждён, оторвалась от его губ и сказала:

– Господи, но почему мы всё время это делаем так… в номере ничего не хотелось, а тут сразу началось…

– Почему в номере не хотелось? Мне хотелось.

– Пошли в номер. Тут нас могут увидеть.

– Я не смогу прям сейчас никуда пойти. Надо подождать.

– Подождать? А долго?

– Ну, если ты с меня слезешь, то не долго, может минут пять. А если так и будешь сидеть, то ждать вообще бесполезно.

– Я не хочу слезать и ждать не хочу. У тебя есть с собой презерватив?

– Конечно. Всегда с собой.

– Тогда просто не будем раздеваться полностью, и целуй меня, чтобы я не стонала, а то точно сегодня опозорюсь. Блин, нет, это слишком для меня. Лучше я слезу и пошли в номер. А то буду постоянно озираться по сторонам и не расслаблюсь.

Он схватил её за талию, не позволяя встать, и сказал:

– Ты уже через минуту забудешь, что существуют четыре стороны. Просто останься в платье.

Но тревожная Эля уже включилась, она озиралась по сторонам и сказала:

– Пошли вон туда в дюны, если там, на песке нет следов, значит, через них никто не ходит.

Семён не стал спорить, понимая, что этот квест меньшее зло. Они поднялись и прошлись до дюн, провели их обследование и, не обнаружив никаких следов, Семён снова сел на песок, приглашая её пристроиться рядом. Она оценивающе посмотрела на него и спросила:

– А что, у тебя ещё не утихло? Может, уже в номер дойдёшь?

– Иди, проверишь.

Эля уселась и поняла, что вообще ничего не утихло. Семён спустил её платье вниз, оголив грудь, взял её в свои ладони и сказал:

– Какое же удачное, удобное, то есть красивое платье ты надела.

С моря подул легкий ветерок и по Эле побежали мурашки, она сказала:

– Пошли лучше в номер. Тут холодно.

Семён задрал вверх подол платья, потянулся к её груди, начал её целовать, приговаривая:

– Сейчас… тебе… будет… очень жарко. Это я тебе обещаю.