Текст книги "Эля и Семён. Рассказы не вошедшие в цикл книг «Четыре года после развода» (СИ)"

Автор книги: Мила Букина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 6 страниц)

💥Эля и Семён. Рассказы не вошедшие в цикл книг «Четыре года после развода»

1. [gif] Новоселье

Эля с Семёном собирались на новоселье к Дине. Она купила себе новую квартиру и переехала с детьми за город. Семён сидел на кровати со скучающим видом, и ждал, пока Эля соберётся. А она стояла у зеркала и прикладывала к себе наряды один за другим, каждый раз спрашивая у Семёна:

– А как тебе это?

Семён в очередной раз отвечал одно и то же слово:

– Прекрасно.

Эля посмотрела на него и обиженно сказала:

– Да тебе вообще всё равно как я выгляжу. Если б я целлофановый пакет на себя натянула, ты бы сказал то же самое.

– Неет. Пакет он же прозрачный. Я бы тогда что-нибудь другое сказал. Это идеальный наряд для тебя, но только для моих глаз.

– Может, тогда мне действительно его надеть, чтобы ты наконец-то меня заметил? Ну, давай, помогай выбирать, какое платье надеть? Розовое или белое?

Семён взглянул на два совершенно идентичных коротких платья и ткнул пальцем в белое. Затем улыбнулся и уселся поудобнее, готовясь рассматривать, как она сейчас будет переодеваться. А Эля, взяла платье и направилась с ним в ванную. Семён, провожая её взглядом, спросил:

– Куда пошла?..

– В ванную, переодеваться.

Он схватил её за руку и остановил:

– С чего вдруг? Ещё чего удумала. Тут переодевайся.

– Тут нельзя.

– Почему нельзя? Можно.

– Потому что ты с недельным голодом такого не выдержишь, а я действительно хочу попасть на новоселье, мне это важно.

– Не недельным, а уже больше, восьмой день уже вообще-то пошёл... Тебя Бог специально создавал, чтобы издеваться надо мной. Ну как это вообще возможно чтобы критические дни целую неделю шли?..

– Сама не рада. Отпускай, мне ещё причёску делать.

Семён вздохнул и отпустил её руку со словами:

– Ещё и причёска... я пойду тогда пока на турники подтягиваться, хоть какой-то сброс напряжения. Ты тут всё равно ещё полчаса как минимум колдовать будешь.

– Иди, но если будешь весь мокрый, заставлю переодеваться и идти в душ, так и знай.

– Будто я не знаю...

Семён ушёл во двор, сделал несколько подходов и, осмотрев себя, подумал:

«Ну, всё… придётся идти в душ. А может просто футболку поменять? Мыться не охота. Всё равно не подходит ко мне и не заметит».

Он вернулся домой, снял с себя футболку, бросил её в корзину для грязного белья, разулся и старался тихо и незаметно пробраться в спальню, чтобы взять новую футболку. Когда он вошёл в комнату и увидел Элю пользующую по полу на четвереньках в позе «кошки» в коротком облегающем платье, он остолбенел, его голова автоматически наклонилась вправо, и он начал рассматривать её ягодицы, делая ей шаги навстречу.

Эля почувствовала на себе его взгляд, повернула голову в его сторону и увидев, что он без футболки она сказала:

– Пришлось всё же в душ идти, да? Слушай, помоги мне найти заглушку от серьги, маленькая такая прозрачная. Где-то тут на ковре должна быть.

Семён прикрыл глаза ладонью и ответил:

– Ищи сама. Я уже и так забыл, зачем пришёл сюда. Футболка. Да, точно.

Он нащупал дверцу шкафа, открыл её и начал шарить рукой по полке в поисках футболки.

– Ну, Семён, хватит придуриваться, помоги. Мы уже начинаем опаздывать.

Он продолжал говорить с закрытыми глазами, еле выговаривая слова:

– Надень… другие серьги. Я не придуриваюсь.

Эля продолжала ползать и ощупывать ковёр, и жалобным голосом молила:

– Не могу другие… Надо эти. Под моё платье только они подходят.

Семён цокнул, услышав её жалобный тон, сжалился и ответил:

– Ну ладно, сейчас.

Он открыл глаза и опять завис, лицезрея, как она ещё сильнее выгнулась, и тянулась пытаясь ощупать пол под кроватью. Тут он наклонил голову влево и опять начал рассматривать её ягодицы с другого ракурса, с мыслями:

«Ну и как я должен выдержать это её издевательство? Зараза, ведь она даже не специально это делает. У неё в голове расследование дела о потерянной заглушке, а у меня сейчас «кёрхер»* сломается и ей хоть бы что».

Эля, заметив, что он всё ещё стоит без дела уже раздраженно сказала:

– Хватит пялиться, вся задница уже огнём горит. Сделай хоть что-то полезное, отодвинь тумбу, наверняка под неё закатилась.

Семён сделал глубокий вдох, собрался с мыслями, подошёл к тумбе, чтобы отодвинуть её и увидел заглушку на полу, он тут же присел на одно колено, поднял её и молча спрятал в карман шорт, продолжая рассматривать Элю. Он искал на её платье пуговицы или молнии, оценивая как его быстрее снять. Не найдя никаких препятствий, он просто приблизился и задрал её платье до поясницы, погладил её бёдра, продолжая рассматривать ягодицы и бельё. Элю тут же пробила дрожь, и мурашки побежали по всему телу. Она забыла о заглушке, повернулась, посмотрела на его лицо, и увидела в его глазах точно такое же желание, которое в эту секунду вспыхнуло в ней самой. Затем посмотрела на его голую грудь и поняла – на новоселье они сегодня точно опоздают.

***

Они лежали на кровати довольные, обнажённые гладили друг друга и целовались. Тут вдруг Эля остановилась, подскочила с кровати, забегала по комнате и начала одеваться со словами:

– Чёрт, Семён… Новоселье же. Вставай, одевайся. Из-за тебя мы опоздали и я без серёжек поеду… Не забудь про подарок. И ты грязнуля душ даже не принял, а теперь уже некогда. Так и поедешь немытый, свинтус.

– Ну, во-первых, не из-за меня, а из-за тебя. Я держался, как мог, просто мой плот попал в шторм. Слишком много триггеров сразу. А во-вторых, твоя заглушка в кармане моих шортов.

Эля, услышав его слова, на секунду застыла, потом повернулась к нему лицом, поджала губы и, глядя ему прямо в глаза серьёзно сказала:

– Ну почему ты такой… засранец?

–

*Кёрхер – аппарат для мойки под высоким давлением.

2.[кадры+gif] Тренировка

Семён увлёк Элю занятиями в тренажёрном зале. Изначально она занималась с персональным тренером, но уже буквально через две недели она отлично изучила технику упражнений, выучив её наизусть, и занималась самостоятельно. Они регулярно приезжали в зал вместе с Семёном на его машине после работы три раза в неделю.

Эля стояла в раздевалке перед зеркалом и, разглядывая себя с улыбкой, натягивала чёрные облегающие шорты и топ, предвкушая, как сейчас будут течь слюнки у Семёна. Она вставила наушники в уши и отправилась в зал, выполнять свою обычную тренировку, пробежав на беговой дорожке пять минут в качестве разминки, она спустилась в зал с силовыми тренажёрами, где уже вовсю занимался Семён. Эля заметила, что в зале не работал кондиционер, и было очень душно и жарко.

Как только она нашла его глазами, она тут же открыла рот от изумления. Семён снял с себя футболку, вытер ей пот со лба и бросил её на подоконник. Эля закрыла рот, сглотнула и тут же принялась разглядывать его грудь, мысленно признаваясь себе:

«Похоже, слюнки сегодня глотать буду я. Какого хрена он разделся? Там же ещё две дамочки около него трутся и уже вовсю пялятся на него. Решил меня побесить не иначе, гадёныш».

Семён почувствовал на себе её взгляд и начал искать её глазами, найдя Элю, он улыбнулся, помахал ей и принялся делать следующий подход с гантелей. Эля помахала ему в ответ рукой и повернулась к нему спиной, собираясь с мыслями:

«Так, Эля. Возьми себя в руки, нельзя позволить ему выбить почву из-под ног, пусть лучше он бесится. Пойду и начну приседать прямо перед ним... или лучше с румынской тяги начать?»

Тут Эля вновь посмотрела в его сторону и заметила как молодая блондинка в облегающем коротеньком комбинезоне, вся утянутая донельзя, ходит перед Семёном и вертит своим хвостом. По лицу Эли расплылась недовольная гримаса, и она подумала:

«Начну с румынской... лисе этой белобрысой путь к гантелям Семёна надо отрезать. Встану между ними со штангой, идеально придумала, умница».

Эля улыбнулась и направилась в их сторону резвым шагом, покачивая бёдрами. Она заметила, что девушка попросила Семёна помочь ей навесить тяжёлые блины на тренажёр и он, конечно же, сразу согласился. Эля, наблюдая, какую улыбку он подарил блондинке, даже губы скривила, но тут же собралась. С кукольной улыбкой на губах, Эля взобралась на платформу для выполнения упражнения «румынская тяга»*, как только Семён сел на свою скамью для выполнения «жима лежа»*, Эля начала выполнять своё упражнение.

Она взяла в руки штангу и очень медленно наклонилась вперёд, отводя свой таз назад, она кожей сразу почувствовала, куда именно сейчас смотрит Семён, и подумала про себя:

«Вот так-то лучше, смотри на мою попку, нечего на белобрысых отвлекаться, пусть ей там кто-то другой помогает, этот уже забронирован».

Семён с Элей одновременно закончили выполнять подход, и Эля отошла в сторону к окну, чтобы отдохнуть, делая вид, что слушает музыку. Семён подошёл к ней и сказал:

– Будешь так зад отклячивать, поясницу себе повредишь. Ты что это сегодня технику не соблюдаешь?

– Это ты зад отклячиваешь, когда приседаешь... а я отвожу таз назад. Всё нормально у меня с задом и техникой.

Эля старалась не смотреть на него, но глаза всё равно периодически мельком бегали по его груди. Он это заметил, и подойдя к ней чуть ближе спросил:

– С задом твоим… всё действительно… очень даже нормально. Я только одного пока не понял, то ли ты меня хочешь, то ли ревнуешь, то ли всё сразу. Но что-то тебе явно мешает тренить, я ещё чуть-чуть понаблюдаю этот цирк и точно пойму.

Эля даже рот открыла от такой наглости и ответила:

– Иди лучше понаблюдай за блондинкой, вдруг ей там опять помощь потребуется, а ты тут отвлекся на мой зад и не стоишь, не дежуришь на подхвате.

– Так, ну ревность уже уловил, а как насчёт «хочешь»?

– А остального не дождешься, понятно?

– Нет, пока не понятно. Но это ненадолго, я же чувствую твой взгляд, а если ты хочешь, то не сможешь не смотреть на меня. Долго ты не выдержишь.

Он развернулся и направился к штанге. Эля сделала то же самое и повторила своё упражнение, стараясь наклоняться так же медленно и эротично. Она тут же ощутила на себе его взгляд, даже несмотря на то, что он сам выполнял тяжёлое упражнение с большим весом.

Они вновь одновременно ушли на отдых, Эля вернула наушники в уши и отвернулась к окну, делая вид, что не хочет разговаривать, хотя на самом деле мысленно утешала себя:

«Ни за что на тебя смотреть не стану. Кем он себя вообще возомнил? Аполлоном? Такой весь самодовольный. А вот обломайся. И ревновать не буду, это ты от меня никуда не денешься. Это ты должен страдать, а не я, это твоя такая счастливая участь. Так, Эля, бери себя в руки и возвращай дирижёрскую палочку себе, помни, ты руководишь этим концертом. Интересно, а если на него через стекло посмотреть, он тоже почует?»

Эля начала рассматривать его через стекло окна как он ходит вокруг своей лавки, пытаясь отдышаться, как часто вздымается его грудь, как выступили вены на его руках. Мысленно она погладила там уже всё, и как только она начала разглядывать его пресс, он тут же повернул голову в её сторону и пристально посмотрел на её спину. Она тут же отвела взгляд от стекла, схватилась за бутылку с водой и отпила из неё, подумав:

«Вот блин и так заметил, вот это чуйка... Придётся терпеть. Но и он помучается… впереди у меня ещё приседания… а там и ягодичный мостик, где его точно всего скрутит. Берегись Семён, ты меня зря выбесил, очень зря».

Эля расправила плечи и, плавно покачивая бёдрами, ловя на себе мужские взгляды, с очень довольным лицом направилась к гирям. Она взяла гирю весом шестнадцать килограмм и неудачно слишком резко потянула её вверх, ей стало больно в запястье, и она тут же с грохотом отбросила её на пол, потирая свою руку. Мужчина, который стоял рядом, заметив это, помог Эле донести гирю до подставок, с которых она обычно приседала. Как она и ожидала, мгновенно рядом с ней оказался Семён:

– Что, меня никак не могла попросить помочь?

– Ты был занят, делал упражнение.

Семён взглянул на вес гири и фыркнул.

– Ты что не в состоянии сама это донести? И как ты тогда с ней в руках приседаешь, раз она для тебя такая тяжёлая?

Эля встала на подставку, повернулась спиной к Семёну, расставив ноги, взяла гирю обеими руками и начала приседать. Она развела колени в стороны и медленно, прогибаясь в пояснице, очень плавно отводя таз назад, прямо к корпусу Семёна, она игриво ответила:

– Вот так и приседаю.

По её лицу расплылась улыбка. А он с трудом оторвал свой взгляд от её ягодиц, обошёл её, встав лицом к лицу и тихо сказал:

– Ты дома у меня получишь вертихвостка. Сейчас же перестань соблазнять тут всех мужиков вокруг, пытаясь получить моё внимание. Я всё равно на тебя его не обращу. Угомони свой пыл. Я сюда делом пришёл заниматься, не мешай мне и так из-за тебя последний подход еле выжал. А ты сюда явно красоваться пришла, а не мышцы укреплять.

Эля продолжала приседать и выгибаться, не отвечая ему, и делая вид, что он ей мешает своими разговорами, хотя это и был её ответ. А про себя она подумала:

«Обратишь… ещё как обратишь. Куда ты денешься? Я же тебя знаю. Уже нервничаешь и сильно».

Эля закончила приседания и шла к окну за бутылкой, чтобы попить воды, ощущая, как горят её ягодицы. Но это горели не мышцы, а кожа от его взгляда. Она повернулась к нему лицом и поймала его взгляд, он восстанавливал дыхание после жима, отдыхая на скамье. Эля прочла его мольбу в глазах и мысленно послала ему в ответ: «Не дождёшься, дорогой. Страдай дальше. Тебя ждёт контрольный выстрел».

И направилась выполнять ягодичный мостик к скамье, стоящей рядом с Семёном. Эля уже даже не замечала блондинку, мучащую гантели неподалёку. Она была вся сосредоточена на своем теле.

Семён, увидев, что она опёрлась лопатками на скамью, расставила пошире ноги и начала выполнять ягодичный мостик, завис, понимая, что для него конец света уже наступил. На лбу у него появились складки, и голова наклонилась вправо. Он разглядывал, как каждый раз, когда Эля поднимает свой корпус вверх, напрягается её обнажённый живот и как она с усилием сокращает ягодицы, а затем – как таз уходит вниз, и всё расслабляется. Она заметила его стеклянный взгляд, как он провалился в бездну, от её контрольного удара и невинно улыбнулась ему.

Он заметил на себе её взгляд, резко встал и вышел из зала, направляясь на верхний этаж к кардио тренажёрам. Улыбка с лица Эли исчезла, она поняла, что добила его, и это побег с поля боя без белого флага.

Быстро встав со скамьи, оставив подход недоделанным, она направилась за ним следом и догнала его на лестничной площадке. Встала перед ним, осмотрела его, ища признаки возбуждения и, не найдя их, разочарованно взглянула ему в глаза. Он понял цель её осмотра и сказал:

– Ну и что пялишься? Там заниматься не даёшь, теперь в кардиозал идёшь свои дротики в меня метать?

– Я заниматься не даю? Да я к тебе даже не прикасалась. Молча делаю свою тренировку.

Тут Семён разозлился, схватил её за ягодицы, которые не давали ему покоя всё это время, сжал в ладонях, но сразу же, стараясь взять себя в руки переместился на талию, и раздражённо сказал:

– Да ты всю тренировку сегодня только и делаешь, что дразнишь меня и разглядываешь. Как мне при этом тренироваться? Весь результат мне сбила… И как я должен теперь вот с этим всем на людях ходить, а?

Он прижался своим животом к её животу, их обоих сразу пробила дрожь и она почувствовала, что попала в яблочко и он всё же возбуждён. Она не заметила этого сразу, поскольку он всё ещё пытается контролировать себя из последних сил. Эля уже проваливалась в свои желания, удерживая себя, словно эквилибристка на канате. Она не могла отвечать, и начала гладить его по груди одной рукой. Он тут же встряхнул её и сказал:

– Ты вообще понимаешь, где мы находимся? Тут вообще-то люди ходят.

Эля в ответ погладила его второй рукой. Семён глядя на её пелену перед глазами, всё понял, отстранился от неё и сказал:

– Я сейчас схожу за ключом от зала единоборств. Там вообще никогда никто не занимается. Пойдёшь со мной туда. Стой тут и жди меня. Поняла?

В этот момент мимо них по лестнице прошла блондинка и взглянула на спину Семёна, Эля это моментально уловила и опомнилась. Она вдруг осознала, что проигрывает ему и тут же вернулась в игру. Эля нежно схватила его за горло, стараясь успеть сделать это, пока видит блондинка и, прижимаясь своей щекой к его щеке, прошептала ему на ухо:

– Я с тобой никуда не пойду ни в какой зал единоборств.

Семён схватил её руку за запястье и убрал со своей шеи, затем зажал обе её руки в своих, лишая её возможности касаться себя и с недоумением спросил:

– Это ещё почему?

– Потому что от тебя воняет. Иди сначала помойся.

Он посмотрел на неё с недоумением.

– Что? Это спортзал тут от всех воняет.

Тут же он наклонился ближе к Эле, принюхался и добавил:

– Ты тоже воняешь, и, между прочим, совсем не как принцесса.

– Поэтому я и говорю… сначала в душ.

– А потом? Пойдём, займёмся единоборствами?

– Пойдём. А нас никто не увидит?

– Нет. Зал можно закрыть на ключ изнутри.

– А если он кому-то потребуется?

Семён засмеялся её внезапно включившемуся паникёрству и начал подтрунивать:

– Тогда… Сделаем вид что занимаемся борьбой. Причем я буду сверху, а ты будешь снизу, и я побеждаю.

Эля захлопала ресницами, высвободила свои руки и ответила:

– Что ты ржёшь, это не смешно. Ну, нет… тогда я не пойду.

Семён улыбаясь, обнял её за талию и сказал:

– Иди в душ и потом приходи сюда, тебе там понравится… Там зеркала во всю стену и мягкие маты на полу.

И тут же он выпустил её из объятий, сделал равнодушное лицо и добавил:

– Ну, или можешь не приходить, терпи до ночи… дело твоё. Зря тогда старалась, и так зад отклячивала… не сработало, Эля. Пока.

И он пошёл по лестнице в направлении мужской раздевалки, оставив Элю стоять в полном недоумении. Но она недолго раздумывала и тоже направилась в душ с мыслями:

«Ещё как сработало… Посмотрим как ты после душа запоёшь у меня. Возомнил себя дирижёром… Тебе эта роль не идёт, она тебе не по зубам. Закатай губу обратно».

Эля приняла душ, натянула на себя костюм, состоящий из топа со спущенным плечом и короткой облегающей юбки. Уложила свои волосы феном и, прихватив свой рюкзак, направилась на лестницу. Она ступила на первую ступень и почувствовала его присутствие, энергично стуча каблуками Эля спустилась на этаж ниже и обнаружила Семёна, стоящего на том же месте, но теперь уже в футболке и шортах. Она заметила в его руке ключи. Он взял из её рук рюкзак и скомандовал:

– Пошли.

Но Эля осталась стоять на месте. Она обошла его вокруг и принюхиваясь спросила:

– Точно помылся? Или только переоделся?

– Точно… помылся… с мочалкой. Целиком и полностью. Пошли.

– Ну, тогда пошли... Домой.

И Эля направилась вниз. Он перегородил ей путь и с удивлением спросил:

– Как домой? Ты что, всё, перегорела? Ничего не хочешь?

– Нет.

Семён нахмурился и спросил:

– Чем же ты там в душе занималась, что вдруг перегорела?

– Мылась. С мочалкой. Целиком и полностью. Всё, допрос окончен? Можем ехать домой?

– Сейчас, подожди… Я тебе ещё до конца не поверил. Надо разобраться, тут какая-то нестыковочка имеется.

Тут уже он начал обходить её вокруг. Он осматривал её снизу вверх и думал:

«Икры напряжены, но это может быть из-за каблуков… бёдра расслаблены – это минус, ягодицы напряжены… так-так Эля, это уже плюс. Руки напряжены, тоже плюс, но не дрожат, это минус. Дышит ровно и спокойно это минус».

Тут он поравнялся с ней лицом и подошёл очень близко, не касаясь её нигде лишь обдавая её своим тёплым дыханием, продолжая обследовать взглядом.

«Глаза прячет… губы напряжены и снова плюс».

Тут его взгляд упал на её шею и по её коже сразу же побежали мурашки. Семён подумал:

«Слишком много плюсов, Эля».

И сказал:

– Ты попалась… Слишком очевидно выдаёшь себя. Пошли в зал. Ты меня хочешь.

– С чего ты взял? Мурашки из-за того, что ты дышал на меня. Это ничего не значит. Ты специально их вызвал, механически.

– Правда?

Семён подошёл к ней вплотную и коснулся её губ своими губами, но целовать не стал, а она мгновенно схватила его за шею, впилась в него своими губами и начала целовать его. Дыхание сразу же сбилось у обоих, но он отстранился от неё, прижал к себе сильнее и серьёзно сказал:

– Игра закончилась. Хватит притворяться. Никто не проиграл, как обычно… Пошли уже…

И она пошла за ним.

Они зашли в огромный зал, где действительно стены представляли собой сплошные зеркала, а пол был полностью застелен синим матом. Семён закрыл дверь изнутри и оставил ключ в замке. Заметив, стоящую к нему спиной Элю, он сказал:

– Разувайся, тут нельзя ходить в обуви.

Эля обернулась, посмотрела на него, он уже разулся и шёл к ней. Она скинула туфли, прикрыла глаза и с предвкушением ожидала, как он сейчас обнимет её и поцелует. Он так и сделал и тут же начал раздевать её, а она его. Он снял с неё юбку, а она с него шорты.

Семён аккуратно уложил её на спину, не прекращая целовать губ. Эля почувствовала, как у неё тянет внизу живота. Семён задрал вверх её топ, и с трудом отсоединяясь от её губ, начал целовать её грудь и Эля тут же тихо застонала, выгнулась и прижалась к нему животом. И в это же мгновение ручку двери кто-то подёргал. Семён с Элей замерли. У Эли глаза полезли на лоб, а Семён жестом показал, чтобы она вела себя тихо, приложив палец к губам и прошептал:

– Может дверью ошиблись и уже ушли?

Однако тут же послышался стук в дверь. Семён состроил недовольную гримасу, прижался животом и грудью к Эле и сказал:

– Вот что за… Я же бороться даже не начал… Даже ни одного раза ещё не победил… Какого чёрта сюда кого-то принесло?

Эля отпихнула его от себя, вскочила и начала одеваться, швыряя в него его одеждой и ответила:

– Я так и знала… Так и знала. Одевайся быстрее.

Он перевернулся на спину и ответил:

– Ты только посмотри на меня, как я сейчас на себя одежду натяну? Как ты себе это представляешь?

Эля уже стояла одетая и, поставив одну руку в бок, строго ответила:

– Как хочешь, так и натягивай, сдуйся как-нибудь… сам виноват. И побыстрее давай. Говорила же тебе, домой пошли.

Семён обиделся, замолчал и начал одеваться. Стук в дверь повторился. Эля взглянула на его удручённый вид и сказала:

– Ладно, не переживай не опозоришься. Я тебя прикрою. Только ускорься.

– Да больно ты мне нужна… у меня для этого рюкзак есть. Я готов. Пошли.

Они открыли дверь зала, и перед ними предстала уборщица с ведром и тряпкой в руках. Семён поспешил скрыться с глаз, а Эля последовала за ним. Пожилая женщина разглядывала их удаляющиеся фигуры, оценивая одежду, совершенно не подходящую для единоборств и элины босоножки на каблуках, измеряя их взглядом поверх своих очков.

Семён открыл дверцу машины для Эли и она села на пассажирское сиденье. Сам он сел за руль, повернул ключ зажигания, но с места не тронулся. Он взглянул на сидящую рядом Элю, смотрящую в окно и автоматически потянулся к ней ближе, она тут же повернулась и посмотрела на него. Семён сказал:

– Может, мы с тобой чем-то больны? Шизофрения? Что там ещё? Ты лучше в этом разбираешься. Похоже мы какие-то ненормальные. Мне кажется, так как мы с тобой, никто себя не ведёт.

Эля улыбнулась и ответила:

– Какая разница как ведут себя другие?.. Мы больные – это сто процентов только наша болезнь называется не шизофрения, а любовь. Чего мы стоим на месте? Домой поехали?

Семён взглянул на часы и сказал:

– Дома полно народу, не хочу туда. До ночи ещё четыре часа терпеть.

Семён погладил Элю по шее сзади, запуская пальцы в волосы.

Посмотрел на губы, коснулся большим пальцем нижней губы, провёл по ней и сказал:

– Мне очень сильно не нравится, что я хочу свою жену и никак не могу её получить. И сегодня я больше не в состоянии ни терпеть, ни ждать. Поехали в «Мираж» в наш номер?

Эля провела своей рукой по его плечу, затем по его груди и он сразу же вздрогнул. Она сказала:

– Меня тоже уже так утомило это единоборство, что я уже очень хочу сдаться. Поехали.

__________

*Румынская тяга выполняется из положения стоя, в контролируемом наклоне корпуса вперёд при фиксированной спине и лёгком сгибании коленей. Основное движение происходит за счёт отведения таза назад, а не сгибания коленей. Снаряд (штанга, гантели, гиря и т. д.) движется вдоль ног и останавливается примерно на уровне середины голени.

*Жим лёжа – это упражнение, при котором человек лежит на скамье, опускает штангу (или гантели) к груди, а затем поднимает её вверх, выпрямляя руки. Основная цель – проработать мышцы груди, плеч и рук, развить силу и выносливость