Текст книги "ВОСТОЧНЫЙ ПУТЬ, или КНИГА ПАЛАДИНА"
Автор книги: Михаил Высоцкий
сообщить о нарушении
Текущая страница: 14 (всего у книги 19 страниц)
– Я боюсь, Ремелин, – тем временем горестно вздыхал Мердок. – Боюсь воспоминаний… В этом трактире прошло все мое беззаботное детство, я боюсь, что если туда вернусь, я больше никуда оттуда не уйду, а у меня ещё столько незаконченных дел в змеином городе…
Ну слава богу! Зак со своей Линой успокоился, братья на воспоминания молодости переключились, не самое оптимистическое настроение, но жить можно. Только я не понимаю, в чем со слугой прикол? Ну служит он, или она, полы моет, что в этом такого необычного, в каждом трактире такое есть, какой же хозяин будет сам со всем хозяйством справляться? И почему мне Зак подмигивал, он что-то знает, о чем не знаю я? И о чем лучше не говорить при братьях? Попробую спросить, только так, чтоб старик с богатырем ничего не заподозрили…
– Зак…
– Рем, а у тебя вообще бывали когда-то галлюцинации? Когда тебе казалось, что ты видишь человека, а его на самом деле нет? Причём ты его видишь, ты с ним общаешься, он тебе что-то рассказывает интересное, полезные советы дает, а потом вдруг выясняется, что его кроме тебя больше никто не видит? Даже твои друзья? То есть они делают вид, что верят тебе, и к советам прислушиваются, но на самом деле никого не видят, а просто не хотят тебя обижать? Знаешь, наш разум – такая интересная штука, а подсознание иногда такие интересные игры выдает…
Игры разума? Ну что же, молодец, Зак, объяснил – выходит странное бесполое существо я выдумал, и про то, как Мердока найти, мне подсознание подсказало… Я в это, конечно, не верю, это даже для востока уже как-то слишком, но вполне вероятно, что это был какой-то невидимка, который притворился слугой специально, чтоб нам помочь… Неведомый доброжелатель – а что, у нас не только врагов, а и друзей в восточном мире хватает, хотя я не слышал про выборочное заклинание невидимости, когда два сильных мага не видят человека, а простой паладин видит…
– Кстати, Ремелин, а правда, что лисы способны любого невидимку заметить? – так, между делом, спросил Зак, который вовсе не читает мои мысли.
– Сущая правда, – кивнул волшебник. – Это дар Великого Лиса, мы, в ком течет хоть капля лисьей крови, видим то, что есть, а не то, что отражает солнечный свет…
– А змеи видят все то, в чем есть хоть капля жизни, – вставил свои пять копеек Мердок. – Они говорят, что всякая жизнь обладает своим, внутренним светом, но мне пока его не удалось увидеть…
Ясно. Не про "внутренний свет", про то, что это не мог быть невидимка. По мнению моих собеседников, понятное дело, я остался при своём – уж что-что, а игры своего разума с реальным существом я никогда не перепутаю. Ни на западе, ни на востоке. Случай в лесу айтаров – исключение, там я был под действием магической алхимии.
Горы приближались. И чем ближе они были, тем яснее я понимал, что первое впечатление было обманчивым. Хоть онии пологие, но преодолеть их будет отнюдь не так просто. Даже мне, паладину – доспехи позволяют плыть под водой, падать с большой высоты, лазить по стенам и отвесным скалам, пробиваться сквозь земную твердь, но в том-то и дело что тверди не было! Горы были рассыпчаты, легкая природа, которая плыла под ногами. Не удивительно, что они такие пологие, но как они за столько лет вообще устояли? Не горы, а дюны высотой в несколько километров, покрытые снегом дюны далеко от побережья – их должен был развеять ветер, но вместо этого они тут стояли, судя по всему, не один десяток тысяч лет. Даже Заку будет не легко пролевитировать на такую высоту, что уж говорить обо мне. Самый простой выход – промораживать себе дорогу, есть в доспехах специальная холодильная установка, как раз на такой случай, позволяет по любым зыбучим пескам ходить. Вот только ходить, а не бегать, а у нас сейчас каждая минута на счету. Придётся всё же искать проводника. По словам Мердока, в этих горах-дюнах местами на поверхность выходят узкие жилы твердых горных пород, они, как внутренний скелет, как раз и удерживают на себе зыбкую массу (ну и, конечно, без магии тут тоже не обошлось), и среди местных жителей есть те, которые умеют видеть эти жилы… Я их не вижу. У них и плотность, и структура как у всей остальной горной массы,ни физически, ни магически из неё не сильно выделяются… Один из немногих случаев, когда высокая магия и технология должны уступить место простому человеческому опыту и интуиции.
– Все проводники всегда собираются у одной таверны, – заверял Мердок. – Она стоит у начала самой крупной из жил, и там мы всегда сможем найти того, кто согласится показать нам путь.
– А проводник не сильно замедлит наше движение? – поинтересовался я.
– Нисколько, – на этот раз, вместо брата, ответил Ремелин. – Я тоже бывал несколько раз в этих краях, вы просто местных проводников не знаете…
Не знаем, так не знаем – мне-то что? Найдем – узнаем, не понравится – сами будем через горы перебираться, рассыпчатый песок, даже не песок, мельчайшую пудру можно не только промораживать, а и прожигать, и если мы с Заком этим займемся, а Ремелин, большой специалист по истинному огню, тем более он на молниях умеет летать, нам поможет… В любом случае, не пропадем – крэг ещё где-то там, в районе замка графа де Герамли, хоть времени в запасе и не много, но и что прямо так, над головой топор навис, я не скажу. Скорее он ещё только поднимается.
А вот и та самая таверна."Паследней преют горнава страника", нет, тут определённо нормы орфографии с тех пор, как граница разделила континент на две части, достаточно сильно изменились. И не сказал бы, чтоб в лучшую сторону, хотя дело вкуса, у нас тоже есть как ревнители и хранители норм и правил, так и сторонники фонетического письма со своим девизом "что слышим, то и пишем". Ремелинс Мердоком пошли проводника искать, стояли неподалеку подозрительные личности в странных балахонах, ну а мы с Заком решили в таверну заглянуть… Не корысти ради, а от нечего делать, а то потом приедем домой, и даже рассказать нечего будет, ну кроме того, как я Замок Лисьего Короля штурмовал или как две непобедимых армады у побережья сражались…
В таверне, на удивление чистой и красивой, я почему-то ждал чего-то другого, было относительно пусто – нам братья объяснили, что все охотники обычно сюда под вечер приходят, ночуют, и с утра через горы с проводником отправляются. А сейчас день, но, тем не менее, за стойкой какой-то серый тип созерцал пространство сквозь полупустой бокал, а за крайнем столиком, уютно примостившись в укромном уголке, мило ворковала какая-та сладкая парочка, он – воин в легкой кольчуге и с коротким мечом заспиной, она… Да неужели?
– Хелена?
И действительно, она! Чародейка собственной персоной, живая и здоровая, все в том же красном платье и туфлях на высоких каблуках! Как будто только вчера расстались. Только уже не одна. В смысле попугай исчез, зато рядом с ней, заключив девушку в свои широкие объятья, примостился этакий красавец. Я, конечно, не специалист, мне привычнее женскую красоту оценивать, но если попробовать посмотреть отрешенно… Правильные, мужественные черты лица, в меру грубые, в меру грациозные, белоснежная улыбка, фигура атлета, без груд абсолютно бесполезных мышц, но с явным намеком на немалую внутреннюю силу, разве что нос немножко из общей картины выбивается, нос кулачного бойца, чем-то похожий на клюв попугая, и щетину сбрить не мешало бы… Так вот он какой, дон Варак – ну что же, я Хелену понимаю, такого знатного жениха каждая девушка не прочь заиметь. А если он, помимо всего прочего, ещё и великий менестрель, чьим пением заслушиваются короли… Я уж не говорю о том, что они ещё и искренне любят друг друга…
Впрочем, мне он тоже понравился. Бывают такие люди, один взгляд – и понимаешь, что это хороший человек. Иногда, конечно, и ошибочки случаются, иные маньяки столь миловидны, что просто диву даешься, как природа не справедлива. Но в данном случае, похоже, мы имеем дело с настоящим рыцарем. Как же их мало осталось на нашем, цивилизованном западе…
Как только мы зашли, инстинктивно девушку собой заслонил, на уровне рефлекса, рука сама к мечу потянулась. А как нас разглядел, вскочил, поклонился, галантно и грациозно!
– Дон Капитон, дон Зак! Позвольте представиться, дон Варак Килч, Рыцарь Трех Лент! Позвольте выразить вам мою искреннюю благодарность и почтение!
Мы разве были знакомы? А, точно, были, только в прошлый раз ему перья и клюв мешали по полной программе представиться, как у благородных положено. Не всякий попугай говорить умеет, тот, в чьём облике таилась его душа, был как раз из породы не говорящих.
– Капитон, Зак! Ну наконец-то! – "У Хелены всё же очень красивая улыбка, завидую я её жениху, по-доброму завидую." – Как я рада! Мы так боялись, что с вами разминемся… Старый Тавол передал, что вы вчера уже приходили, но мы с Вараком тогда ещё не успели вернуться, только этой ночью мы смогли вырваться из мира мертвых… Хорошо, что вы ещё не успели пересечь Северный Хребет, а то по мере приближения к Снежному Замку магия меняется и туда очень опасно совершать вихревый перелет… Вы говорили с Мердоком? Я не смогла найти его в городе, но нам сказали, что вы с ним встречались в порту. Что он вам сказал? Судя по всему, он не смог вас убедить, чтоб вы не шли к Снежному Замку. Он вам помог?
Один из моих жизненных принципов – никогда не перебивай женщину. Хочет высказаться? Пусть. Дослушай до конца, вежливо и внимательно, и только потом отвечай. Причём на последнее – то, что было в начале, не принципиально, значимым является лишь последний заданный вопрос, и на него и следует отвечать. Хотя, для начала можно тоже поздороваться. Я ведь человек вежливый.
– Привет, Хелена. Дон Варак, очень приятно познакомиться. Можно сказать, что помог.
– Правда? Я так и знала! Он ходил к Снежному Замку, но никогда не рассказывал, что он там видел, я так надеялась, что хоть с вами он поделится этой тайной… Что он вам рассказал?
– Да много чего… – выглянул вдверь. – Эй, Мердок, иди сюда. Тут одна твоя знакомая спрашивает, что ты нам сказал.
А вот и наш богатырь, собственной персоной. Удивлен? Разве что самую малость, после последних потрясений встреча давно погибшего менестреля вместе с могучей волшебницей не выглядит как нечто, из ряда вон. Тоже галантен и вежлив.
– Здравствуй, Хелена. Дон Варак, я рад вновь тебя видеть, мы в прошлый раз не закончили наш разговор, смерть задержала на годы нашу следующую встречу. Ты должен будешь мне рассказать о жизни в царстве вечной тьмы.
– Здравствуй, мой старый добрый друг! – так тут все, выходит, друг с другом знакомы… – Я тоже рад нашей встрече! Поверь, эта история столь же скучна, как и необычна, но я потом тебео бязательно её расскажу…
– Мердок, ты пошел с ними? Но я даже надеяться не смела… Спасибо тебе, Мердок, ты – настоящий герой! – а мы, тогда надо понимать, не герои? Где в мире справедливость…
– У меня выхода не было. Они спасли моего брата, а в роду Алитур ещё не забыли, что такое честь! Я должен был им помочь, и если понадобится, я отплачу им своей жизнью! – ну вот, ещё один потенциальный самоубийца… Лично я в таких ситуациях предпочитаю платить жизнями врагов.
– Ремелин вернулся?
– Вы спасли Великого Ремелина? -хорошая пара, ещё не поженились, а уже говорят почти хором.
– Но ведь это чудо! Как бы я хотела его увидеть… Мой учитель, дон Чедер, так много про него рассказывал, он говорил, что это был величайший маг всех времён, и я всегда мечтала у него учиться…
– Ваше желание будет исполнено, прекрасное создание! Я буду рад иметь такую ученицу! – а старик ещё ничего, перед молодой симпатичной девушкой мигом на сотню-другую лет помолодел, ишь, как хорохорится! – Позвольте представиться, Ремелин Алитур – я не имел чести быть с вами знакомым, но за те несколько дней, что провел в Лебмерге, уже немало наслышан про величайшую колдунью и первую красавицу города, Хелену Хедгел, – нет, она, конечно, симпатична, но так чтоб уж первая красавица… Я бы не сказал, – как и про легендарного рыцаря и менестреля дона Варака Килча, чья доблесть прославлена в веках, а голос способен затмить соловьиное пение!
Какая трогательная встреча старых друзей… И не только старых… И не только друзей… Сейчас расплачусь. Отзлости, ну почему вместо того, чтоб быстренько представиться, пожать друг-другу руки и двинуться дальше, они словесами разливаются? Неужто это так важно, "ах, сударыня, вы так прекрасны", "ох, сударь, вы такой герой", "ах, какая для меня честь", "ох, я так польщена"… Прямо светский раут какой-то, сливки общества за бокалом вина обсуждают наряды и последние сплетни, один я тут в общую картину не вписываюсь, да Зак подозрительно молчалив и хмур, ни слова ещё не вымолвил. Впрочем, с ним как раз все относительно понятно. Рано или поздно он должен был понять, что Лина в него влюбилась и теперь, на полном серьезе, собирается пожертвовать собой. Это ведь так романтично, умереть ради любимого человека… Одно хороши – с возрастом гормоны несколько утихают, и ради любимого человека хочется не умирать, а жить.
Ладно, пора дать о себе знать. Максимальную громкость включать не буду, ещё не хватало, чтоб нас горной лавиной завалило, но чуточку инфразвука не помешает. Низкие частоты большой мощности хорошо способствуют взаимопониманию. В смысле после них тебя хорошо понимают.
– Мы с Заком отправляемся в путь немедленно. Ждать никого не будем. Нашли ли вы проводника?
– Нашли, – кивнул Мердок. – Он нас уже ждёт. Медлить и правда не стоит, будет лучше, если мы пересечем горы до наступления темноты.
До ночи? Всего лишь пересечем горы? Слишком медленно! Я думал за сегодня пройти хотя бы тайгу, ведь если мы не поспешим… Ладно, посмотрим – в конце концов меня с этой зондер-командой ничего не держит, будут висеть пустой обузой – брошу, заберу с собой Зака и дальше сами пойдем. Вдвоём путь начинали, вдвоём и заканчивать, интересно, Хелена с Вараком хоть догадались с собой зверя какого прихватить, или они думают вместе с нами пешком…
Не захватили, но обошлось. Ремелин и Хелена всё же маги, не из последних – я ещё в Замке Лисьего Короля понял, что местные волшебники тоже умением быстрой ходьбы владеют. Силы это забирает, конечно, что есть, то есть, но с другой стороны на то они и великие маги, чтоб силу из воздуха прямо по пути качать. А Варак, хоть и не маг, но на спине Кова-Новы, змеи-кобылы, поместился, эта тварь незаметно для остальных свой круп несколько удлинила и ещё одно седло вырастила, чтоб сидеть было удобней. А заодно копыта заменила ластами с когтями-лопастями, никогда такого не видел, но по сыпучему песку ходить, наверно, удобней, хоть я и не пробовал.
Проводником оказался укутанный с головы до ног неопределённый молчаливый субъект, за всю дорогу он не сказал нам ни единого слова, я вообще не уверен, человек ли он и умеет ли говорить – но скачет быстро! Не сам, конечно, а на козле, довольно необычном горном козле сластами – теперь я понял, у кого змея-кобыла свою идею украла. Этот страшненький козел оказался на диво бойким животным. Когда проводник понял, что мы, в отличие от остальных охотников, которых он переводил через перевал, не собираемся отставать, то пришпорил своего козла и тот так бодро заскакал… Мы за ним едва поспевали, я даже подумать не мог, что какое-то животное может обогнать паладина – не считая, конечно, генетических мутантов из Айбалора, всяких там челлков, ну и крэга, понятное дело. Тому в этих горах-дюнах проводник не понадобится, так и вижу, как раскрывает свои якобы рудиментарные крылья и взмывает вверх… Летать крэги умеют, но не любят – по земле они перемещаются быстрее.
Подниматься было не просто… Я действительно не мог понять, как на этих идеально ровных склонах наш проводник отыскивает сокрытые жилы, покрытые лишь несколькими миллиметрами песка – но стоило Заку или змее-кобыле хоть на метр сойти с пути, как они начинали стремительно ползти вниз вместе с тоннами мельчайшей горной породы. Я, не без лишней скромности, не оступился с твердой жилы ни разу, впрочем, тут не много моей заслуги, просто система навигации внимательно фиксировала точки, куда прыгал козел проводника, и несколько корректировала мои шаги. Самую малость.
А потом я понял, почему эти горы до сих пор не исчезли. Магия. Самая обычная природная магия, феномен, который официальная теория магии допускает, как и природный ядерный реактор, но считает чем-то почти невероятным. Та пудра, которая осыпалась, которая сползла со склона, сама, без участия человека, поднималась вверх. Поднималась и занимала то же самое место, где была – так что следы за нами сами исчезали, и склон был столь же девственно чист и гладок, как и раньше. Не очень зрелищно, но зато понятно – пока магия действует, свой хлеб у проводников будет. На огромной наклонной поверхности ни одного деревца, ни одной травинки, вообще ничего, её невозможно никак отметить, и запомнить весь этот путь может или проводник, рожденный в этих горах, или же система навигации доспехов паладина. Впрочем, об этом молчок, но после одного подъёма я теперь и сам, при желании, смогу ту тпроводником работать.
Двигались мы достаточно быстро. Быстрее, чем я думал – просто и горы оказались длиннее. Это не один хребет, а целая система, за первым слоем холмов шел второй, третий, всего их было семь, каждый поднимался на три-четыре километра и на столько же спускался… Похоже, мысль Мердока, что мы до вечера успеем преодолеть горы, была ещё и с заметной долей оптимизма – обычные охотники преодолевали их за неделю, устраивая перевалы в низинах между хребтами, шли целыми караванами и удивленно провожали взглядами семерых безумцев. Сюда, видно, ещё не дошли вести про "золотого бегуна", так что проворная золотая статуя, два воина верхом на двугорбой кобыле, два бодрых мага, чародейка и проводник вызывали у кого замешательство, у кого шок… Хорошо хоть за оружие никто не схватился, люди опытные, поняли, что с таким отрядом связываться себе же дороже, тем более мы бежим по своим делам, никого не трогаем…
Мы успели. Не до вечера, к заходу солнца мы едва успели подняться на последний хребет, но до ночи – уже в темноте я включил иллюминацию своих доспехов и мы, игнорируя проводника, бодро съехали вниз вместе с миллионами тонн мельчайшего песка… И потом с интересом наблюдали, как он, в свете луны, ползет наверх… Проводник ничего не сказал.Он получил свою плату, не знаю сколько, рассчитывался Ремелин, и, все так же не сказав ни слова, поскакал на своём козле назад. Прямо в темноте. Раза в два быстрее, чем с нами – до меня только сейчас дошло, что все это время именно я был самым слабым звеном и остальные, при желании, могли перемещаться намного быстрее… Ладно, это не страшно. Всё равно наш разрыв с крэгом продолжает оставаться значительным. Кстати, раз уж я вспомнил про крэга…
– Зак, как наш общий друг?
– Ой… Извини, я давно за ним не следил… – "Ну понятно, Лина важнее." – Одну секунду, я попытаюсь настроиться… Ой!
– Что "ой"? – на Заке скрестились взгляды всех членов отряда, за время, пока мы перебирались через горы, Мердок и Ремелин уже успели рассказать Хелене и Вараку нашу историю. Причём, что характерно, по мере каждого следующего пересказа она обрастала дополнительными подробностями, хоть, надо признать, пока ещё была достаточно узнаваема.
– Крэг в таверне!
– Какой ещё таверне… – не сразу сообразил я. – Ты не хочешь сказать, что он сейчас в таверне…
– Матушки? – сразу видно, братья, умеют мыслить хором.
– Да, и он… и он…
– Ломает мебель, рвет на куски посетителей? – предположил я.
– Он спит.
– Спит? Зак, крэги не спят, ты это должен знать лучше меня!
– Я знаю, но, тем не менее, он спит! Ему… ему хорошо, он видит сладкий сон, но что-то на краю подсознания мешает, ему кажется, что какая-то миссия ещё не осталась исполненной, он пытается вспомнить её, прямо сквозь сон, но у него не получается…
– А матушка? – поинтересовался Ремелин, как старший и более заботливый сын.
– Она… Я не знаю, я только вижуего мысли… Он зашел в трактир, по нашим следам, там была ваша мать, она испугалась, она применила какое-то колдовство, но оно было очень-очень слабое, он даже не испугался, а только разозлился, он прыгнул… И заснул прямо в прыжке… Последнее, что он видел – удивленные глаза вашей матери…
– Она его усыпила! – заверил Мердок. – А вы так боялись! Брат, скажи… Ремелин?
Похоже, наши три специалиста по магии, Ремелин, Хелена и Зак, не разделяли оптимизм воина, даже я знаю, что заклинания парами никто не колдует. Если было первое, наверняка заготовленное заранее, страшное и смертоносное, и оно не смогло остановить, значит второго не должно было быть. Разве что второе заклинание прочитал кто-то другой, кто-то намного более сильный, то-то же старая лиса так удивилась… Я даже догадываюсь, почему, и кем мог быть этот кто-то. И я бы даже высказал вслух свои подозрения, вот только Зак бы меня попытался заверить, что игры разума усыпляющими чарами не владеют… Ладно, не важно, что движет твоими друзьями, важно, что они делают. Помогают? Молодцы.
– Он долго проспит? – вот это я понимаю, более практичный вопрос! Нед аром задал его я.
– Я… сейчас… Думаю, не больше суток, сон очень чуткий, он сам понимает, что сейчас не должно быть сна, пытается проснуться… Он очень, очень силен…
Сутки? Больше, чем достаточно – если верить карте, до замка по прямой осталось не более четырёхсот пятидесяти километров, примерно столько же отделяет нас от крэга, значит должны успеть… А всего шестьсот километров до границы, ещё триста – и родовое гнездо герцогов Лардоксии, можно сказать, что почти рядом… Но как раз сейчас я туда не могу пойти, там всей гвардии – несколько человек, даже с плазменными пушками имагическими жезлами они не остановят крэга. Нужна как минимум столичная, а лучше – войска драконьих всадников, прикрывают отряд паладинов, после чего удар наносит тяжелая артиллерия, и кольцо королевских магов лично добивает израненного крэга! Увы, это только мечты, у меня банальным образом нет времени,чтоб устроить подобную встречу, и как-то так вышло, что Снежный Замок стал нашей единственной надеждой… Даже не знаю, что делать, если там нам не помогут – наверно, сражаться и умирать. А может бежать дальше на север, к океану, и идти на дно – северный океан изобилует чудовищами, по сравнению с которыми крэг – так, милый домашний котенок, может и попадется кому на зубок… Одна беда – чудовища северного океана настолько медлительны и велики, до пятнадцати километров длинной, что использовать их можно только в борьбе с ну очень медленным и невезучим противником. Они ведь и охотятся на таких же, как сами, стометровых медуз, крабов в пол сотни метров, креветок, каждой из которых может целый год лакомиться весь королевский двор. Впрочем, силами Верхней Родии проблема с продовольствием и так решена, и самоубийц, мечтающих выйти в северный океан на рыбалку, уже давно в мире не водится.
Хорошо, что все эти твари живут только в холодных водах, у полюса, в самых глубинах, на десятки километров под водой, под толстым слоем льда… Учёные говорят, что когда-то у нашей планеты было два спутника, и второй как раз упал у полюса, пробив дырку почти на сотню километров… Именно в этой впадине и приютились все те, кого никогда не выдержат иные, не такие глубокие воды.
– Хорошо, – кивнул я Заку. – Следи за ним. Скажешь, когда проснется. А теперь всем спать.
Но все спать не стали. Более того – никто, кроме меня, не стал спать, и я тоже не стал. Но это по секрету. А все потому, что Хелена с Вараком начали рассказывать свою историю, про путешествие в царство мертвых, и, хоть практической ценности лично для меня она не несет, но ведь интересно послушать про местное посмертие… А заодно, и боевые возможности чертей, они же айтары, оценить!
– …мы уже почти закончили заклинание, – говорила девушка, – когда Лина заметила, что у неё пропал ритуальный нож, пришлось в замок возвращаться, а потом весь ритуал с начала повторять. Это почти на весь день затянулось, но, наконец, проход был открыт, и мы с Тошей попали в царство мертвых. Я не могла сориентироваться, но Тоша мне помог, он сразу же почувствовал свое тело и рвался к нему, но мы должны были быть очень осторожны. Там повсюду айтары, мы едва успевали перебраться из одного убежища в другое, и я даже не знаю, сколько бы это все тянулось, но нам повезло. Все айтары вдруг засуетились и куда-то ушли, это я теперь знаю, что как раз в это время Великий Ремелин крушил их оплот в мире живых, а тогда я просто обрадовалась. Они были так заняты, что совершенно не обращали на нас с Тошей внимания, мы держались скрытно, и ещё нам очень помог подарок Лины, плащ, подшитый лисицей! Я не знаю, откуда она взяла такую драгоценность, но он несколько раз помог нам спастись. В царстве мертвых нет магии, и если бы не Тоша, я бы никогда не нашла тело Варака, оно было глубоко запрятано в одной изштолен, среди тысяч других мертвых тел! Это страшно, в царстве мертвых небывает второй смерти и тела там не подвержены гниению, они лежат, как живые, их глаза открыты, ты идешь, и как будто бы чувствуешь их стремление вернуться к жизни. Они звали меня, просили помочь, но я не могла. Я не знала, где по мирускитаются их души, но я пообещала им, что если найду, то обязательно помогу им вернуться. Тогда они меня отпустили, и я увидела тело Варака – он был такой же, как при жизни! Он совсем не изменился, но только теперь его душа была отделена от тела. Я не знала, как её вернуть, но Тоша мне помог, он подсказал, что лишь любовь может объединить вновь две половинки некогда единого целого, и тогда я поцеловала Варака. В царстве мертвых нет ни холода, ни тепла, но я почему-то сразу почувствовала, что его губы теплые, а через секунду он мне ответил…
– Последнее, что я помнил, – продолжал менестрель, – это встреча с лисьим королём. Я пел для него лучшую балладу в своей жизни, потому что думал, что это моя последняя баллада, но он меня пощадил. Он не стал меня убивать, а лишь отделил душу от тела, душа осталась в мире живых, а тело забрали айтары. Я больше не был сам собой, но я не был и простой птицей, любовь к Хелене удерживала меня на краю пропасти и лишь она не позволила мне окончательно угаснуть. Любовь удержала меня на краю бездны, и, когда я проснулся, то в один миг передо мной пронеслись все воспоминания. Все те годы, когда меня звали Тоша и я был попугаем, я помнил каждый миг своей жизни в облике птицы, но потом они растаяли, как утренний туман. Остались лишь чувства и смутные образы, но я знал, что мы должны спешить. Живым нельзя долго быть в царстве мертвых, это чуждый мир, мы должныбыли бежать…
– …но тогда я поняла, что лисий путь для нас навсегда закрыт. Лина подарила мне часть лисьей силы, а попугай, как свободная душа, всегда мог перемещаться между мирами, но когда к Вараку вернулось тело, мы были обречены. Я не могла его бросить…
– …а я не мог её держать. Она должна была уйти, иначе мы бы погибли вместе…
– …и я сказала, что лучше смерть с любимым, чем жизнь без любви…
– …но я ответил, что если она меня любит, то должна жить дальше…
– …а я сказала, что жизнь без него потеряет всякий смысл…
– …а потом мы вспомнили, что из царства мертвых есть ещё один путь. Ещё никто и никогда через него невыбирался, но мы решили рискнуть, нам было нечего терять, потому что наша любовь всегда будет вместе с нами…
– …а жизнь без любимого не стоит ничего! Мы шли по царству мертвых, не таясь, взявшись за руки, мы готовы были встретить любого врага, но на нас никто не обращал внимания. Мертвые земли опустели, айтары куда-то ушли, и в наших сердцах появилась новая надежда. Мы не знали дороги, но нас, как путеводная звезда, вела наша любовь, и мы просто шли, и шли, и шли, давно потеряв всякий счёт времени. Мы не знали, идем мы день, или год, в царстве мертвых не бывает рассветов и закатов, там вечный сумрак, там нет никаких цветов, кроме серого. Мы видели прикованные обречённые души, мы ничем не могли им помочь, лишь Молот Создателя способен разбить связующие их цепи, но мы знали, что им передается капля нашей безграничной любви, облегчаястрадания на грядущую вечность. А потом мы пришли к воротам…
– …и если бы не наша любовь, то наши сердца разорвались бы от горя. Именно тут, у белых ворот,[40]
[Закрыть] отделяющих два мира, собралась неисчислимая рать айтаров, и мы поняли, что нам никогда не пройти сквозь это войско…
– …но мы не испугались. Мы просто стояли и ждали, минуту, а может век, мы не боялись, что нас заметят, мы вообще ничего не боялись, потому что были вместе. Мы уже готовы были сделать шаг вперед, шаг, который стал бы последним в нашей жизни…
– …когда сквозь белесую пеленуврат показался Он. Мы тогда ещё не знали, кто это, но он был на нашей стороне – он сражался с айтарами, сражался вечность, сражался, как бог, могучий и не ведающий страха. Он не знал, что айтары бессмертны, что после телесной гибели они возрождаются вновь, на самых глубинных уровнях царства мертвых, он хотел одного, победить…
– …и он побеждал! Ряда айтаров редели, и через минут, а может через век, мы поняли, что ничего больше нас не отделяет от свободы! Не отделяет от жизни! Не отделяет от любви! Бесстрашный крэг, а это был именно он, нас не заметил – он ушел через врата между мирами, и мы последовали за ним…
– …а потом был первый луч восходящего солнца!
Интересная история. Про злых чертей, доброго крэга и всемогущую любовь! Жалко, что практической ценности никакой, дважды удачное стечение обстоятельств, но, если судить глобально, что наша жизнь, как не стечение обстоятельств? Если не брать генетические эксперименты и программу клонирования Айбалора, то все мы – результат удачного стечения обстоятельств, когда одному из сперматозоидов повезло прорваться в яйцеклетку. Так что мы все живем под властью всемогущего случая. Кому-то везет,кому-то не очень…
Но и это ещё, как оказалось, не все! Уже скоро вставать, а людям захотелось, понимаешь, пение нашего бравого менестреля послушать! Ту самую песню, что он пел перед смертью лисьему королю! Его, видите ли, божественный голос поднимает дух! Ну и ладно. Это уже не мои проблемы. У меня в доспехах абсолютная звукоизоляция, при первых же куплетах какой-то очередной романтической баллады про короля, который полюбил статую, совсем изнемог и приказал найти ту девушку, которую изваял неведомый скульптор, я заснул. Чем закончилась история – не знаю, но думаю, ничем хорошим. Любовь к скульптурам вообще к добру не приводит. Впрочем, исключительно ради нашего доблестного короля, который и сам любит подобные сказки, перед сном я поставил автоматическую запись звука, так что, потом, в более благоприятной обстановке, и послушаю…
