Текст книги "Земля: Выживание. Том III (СИ)"

Автор книги: Михаил Ран

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 15 страниц)

Глава 19

На первый взгляд, эта инопланетная особа, Ссай’Ра, казалась хрупкой, словно выточенной из невесомого материала.

Особенно её изящные линии, тонкая талия, грация, которая чувствовалась даже в её тяжелых движениях руками. Всё это создавало фантастический образ в голове.

Вот только стоило мне подхватить её обмякшее тело, как реальность с хрустом ударила мне в лицо. А точнее в позвоночник.

Она весила, чёрт побери, как пара хороших мешков с цементом, которые ещё залили сверху свинцом.

– У них что, кости из обедненного урана? – прохрипел я сквозь зубы, перехватывая поудобнее под шеей и коленями, после чего понёс в сторону того самого укрытия, где прятался до начала боя.

Каждый шаг мне давался не просто, даже учитывая возросшие способности. При своем высоком росте, сантиметров сто девяносто или двести, весила та килограмм сто.

Не меньше.

От чего мои ноги скользили по странному, пружинящему покрытию пола, которое сейчас, при ближайшем рассмотрении, напоминало спрессованные сухожилия.

Вокруг продолжала царить гнетущая атмосфера этого проклятого лабиринта мертвых тел. Стены, сложенные из изуродованных туш монстров, казалось, наблюдали за нами мертвыми, подернутыми белесой пеленой глазами. Запах здесь стоял соответствующий. Смесь затхлой крови, опаленной плоти и недавнего боя.

Ссай’Ра отключилась мгновенно. В тот самый момент, когда протянула ко мне руку, её разум словно выключили из розетки. Ни стона, ни вздоха. Просто кукла с перерезанными нитями.

Затащив ту в относительно безопасную нишу, образованную выступом из чьих-то окаменевших ребер, я аккуратно опустил девушку на пол.

– Так, давай-ка посмотрим, жива ли ты вообще. – пробормотал в слух, смахивая со своего лба выступившие капли пота.

За годы учебы в медицинском университете, была одна из истин, которую в нас вбивали молотками, и та всплывала сама собой. Первый признак отсутствия жизни – отсутствие дыхания.

Я склонился над ней, прислушиваясь к звукам, в попытках уловить легкие потоки воздуха. Грудь девушки медленно и прерывисто вздымалась. С глубоким и рваным ритмом.

Это обнадеживало.

А вот с пульсом возникали проблемы. Приложил пальцы к её шее, там, где у человека должна быть сонная артерия. Кожа была прохладной и удивительно гладкой. Чем-то напоминала ту, которая используется в хирургических наборах. Похожая на синтетическую, вот только под ней ощущались теплые линии.

Тук.

Удар был мощным, гулким, как работа гидравлического пресса в глубинах шахты.

Я ждал. Секунда. Две.

Тук.

Сердцебиение было пугающе медленным. Ударов тридцать в минуту, явно не больше. Для человека это была бы самая опасная стадия брадикардии, за которой следует потеря сознания или ещё чего хуже.

Но кто знает этих пришельцев? Может, у них там вместо сердца ядерный реактор с медленным циклом распада?

Осмотреться по сторонам и проверить трупы её товарищей, того здоровяка с четырьмя руками или рептилоида – времени не было. Да и вообще, не помню после кого трупы остались. Потому что некоторых там вообще растворило, аки сахар в воде.

Более того, я чувствовал, что сейчас счёт идет на минуты. Интуиция, обостренная постоянной опасностью, вопила, что с девушкой что-то не так.

Я снова перевел взгляд на её лицо. Бледное, с заостренными чертами, сейчас оно казалось маской скорби, надетой на оперную исполнительницу. Пурпурный отлив кожи становился серым, почти пепельным. А метки, которые были похожи на звездочки, нарисованные детьми, все сильнее тускнели.

– Вейла. – позвал я, обращаясь внутрь себя. – Ты там жива? Что мне с ней делать?

Ответ пришел не сразу. Сначала почувствовалось лёгкое покалывание в затылке, словно кто-то копался в моих настройках.

– Ну, Алекс. – наконец раздался её голос, пропитанный ехидством и насмешкой. – Неужели ты не знаешь, что делают с красивыми девушками, которые валяются у твоих ног в таких… хм… беспомощных позах? Искусственное дыхание? Массаж сердца? Или ты сразу перейдешь к более детальному изучению анатомии нового вида?

Перед мысленным взором возник её любимый смайлик, который подмигивал и похабно шевелил бровями.

– Нашла время шутить, зараза. – огрызнулся в ответ, чувствуя, как раздражение начинает подниматься изнутри моего тела. – Она, кажется, умирает. Или уже почти. А мне нужны ответы. Кто она, что это за место и как отсюда выбраться. Мертвая она мне точно ничего не расскажет. По ним же было видно, что они в курсе где находятся.

Смайлик исчез, сменившись схематичным изображением потоков энергии. Тон Вейлы мгновенно изменился. Из него ушла вся игривость, оставляя после себя только холодный расчет и тревогу.

– А если серьезно, Алекс, то дело дрянь. Я посмотрела на неё поверхностно. И там не только физические повреждения.

– Что тогда?

– Энергетическое истощение. Полное. Абсолютное. У тебя было похожее, только нам тогда помогла удача. – она хмыкнула. – А вот её удача, это ты. Представь, что девушка – это тюбик с зубной пастой, который выжали до последней капли, а потом проехались по нему катком. Вот так сейчас выглядят её резервы.

Вейла сделала паузу, словно сверяясь с данными.

– Её внутренний источник пуст. Она, видимо, вложила всё, что у неё было, в тот прием. Важно то, что её организм сейчас начнет постепенно пожирать сам себя. Без этого у неё не получится поддержать работу органов. Вследствие чего, если она останется без помощи, то умрет.

– И сколько у нас времени?

– Сутки, максимум двое. Потом начнутся необратимые изменения в нервной системе. Она станет овощем, а после просто умрет.

Я нецензурно выругался, глядя на неподвижное тело. Спасатель хренов. Только вытащил из огня, чтобы смотреть, как она угасает.

– И что делать? – спросил, уже догадываясь о потенциальном ответе. – Моей энергии ей не хватит, да и не уверен, что она вообще поможет. Пока та колдовала, заметил, что наши способности и их основы отличаются.

– Твоя энергия ей и не подойдет, по крайней мере не в таком виде. Ей нужна нейтральная, либо чистый концентрат.

Вейла вывела перед моими глазами пару кристаллов, которые мы извлекли из глумеров.

– Доставай кристаллы. Те самые, что ты вырезал из Глумеров. – подтвердила она мои опасения.

– Ты уверена? – расстегнул я замок рюкзака.

– У нас нет выбора, Алекс. Если хочешь её спасти, пожалуй, это единственный вариант.

Я вытащил один из кристаллов. Он стал несколько тусклее, потеряв процентов восемьдесят в контрасте. Казалось, что тот слегка завибрировал в ладони, резонируя с моей собственной силой.

– Как это сделать? – я повернулся к Ссай’Ре. – Засунуть ей в рот? Приложить ко лбу?

– Нет. – скомандовала Вейла. – Ты же уже делал так с Аней, и сейчас задаешь такой вопрос? – насупилась наставница. – Давай, ищи её центры энергии. Где они конкретно, к сожалению, подсказать не смогу. Так что сам, всё сам.

– Опять работать… – вздохнул я. – Надеюсь, нас тут не обнаружат.

– Давай не ной, спасать её это твое решение. А если что, то я предупрежу тебя. – спустя секунду короткого молчания, та продолжила. – Клади кристалл ей на грудь, накрывай ладонью. И начинай тянуть энергию из камня прямо внутрь неё.

Я поддел верхнюю часть комбинезона. Материал был плотным, но податливым. Под ним оказалась кожа, покрытая более частой сеткой едва заметных меток.

Положив кристалл на солнечное сплетение, накрыл его собственными ладонями. Камень был холодным, похожий на сухой лед.

– Ну, поехали. – выдохнул, прикрывая глаза.

Сконцентрировался на ощущениях, которые шли от кристалла и от тела девушки. Сознание потянуло внутрь. Сначала никакой реакции не было, полная пустота. За которым последовал рывок, резкий, как если бы меня дернули за невидимый крюк.

Поток энергии хлынул наружу.

Это было совсем не так, как говорила Вейла. Вобще не похоже на ощущения, которые были с Аней. Сейчас я гарантированно мог сказать, что в прошлый раз, это была мягкая река. Здесь же… неуправляемый горный поток, сметающий всё на своём пути. Дикая, яростная энергия глумера рвалась наружу.

Мне пришлось стиснуть зубы, чтобы удержать этот шквал и не дать ему разорвать мои собственные каналы. Я скрутил поток в жгуты, направляя их мягкой силой вниз, прямо в девушку.

Тело Ссай’Ры выгнулось дугой. Из горла вырвался сдавленный хрип. Узоры на её коже вспыхнули фиолетовым огнем, ярко, болезненно.

– Держись! – крикнула Вейла в голове. – Не отпускай!

Легко сказать: «не отпускай». А меня трясло как лист на ветру. Казалось, что через руку пропускают ток высокого напряжения. Но упрямость продолжала давить сверху, как и я, продолжал давить энергией в девушку. Вливая жизнь в это чужеродное тело, надеясь, что та не умрет, и я не добью её окончательно.

Уже привычное давящее чувство, сейчас, превращалось в пламя, атакующее со всей силой. Это было похоже на попытку удержать голыми руками раскалённый трос, который тащит за собой гружёный локомотив.

Необузданная энергия, пропитанная яростью, не хотела протекать с миром. Она билась в моих каналах, расширяя их до предела, вызывая треск. Все это сопровождало предчувствие, что сейчас лопнет не только моя кожа, но и кости. А следом за ними и все тело вывернет наизнанку.

В какой-то момент полностью пропало чувство рук. Пальцы, сжимающие кристалл, онемели, превратившись в чужеродные отростки.

Осталась только боль.

– Алекс! Прекращай, не то сожжешь себя! – голос Вейлы сорвался на визг, но он звучал отдаленно, как из-под толщи воды.

– Не… могу… – прохрипел, чувствуя вкус меди на губах. Кровь. Видимо, капилляры в носу не выдержали давления. – Если закончу, то в-все усилия пойдут прахом…

Я не мог остановиться. Связь, которую мы создали, этот мост между кристаллом и умирающей девушкой, стал моей собственной ловушкой. Если отпущу сейчас, откат убьёт её. И не исключено, что меня. Оставалось только одно: протолкнуть остатки заряда, выжимая этот проклятый камень досуха.

Ссай’Ра выгнулась ещё сильнее, её позвоночник хрустнул, а фиолетовое сияние меток на коже стало ослепительным, заливая мрачную нишу костяного лабиринта призрачным светом. Она сделала резкий, судорожный вдох, похожий на всхлип тонущего, вынырнувшего на поверхность.

В этот момент кристалл в моей руке рассыпался в пыль.

Резкая вспышка пустоты ударила по мозгам. Кажется, меня даже отбросило назад, словно толстой пружиной. Затылок встретился с чем-то твёрдым и ребристым. Похоже это была стена.

Тьма накатила не плавно, как сон, а рухнула сверху бетонной плитой. Последнее, что помнил. Это свежий запах травы, и ощущение, что внутри меня выгорели все предохранители.

Между тем моментом, и моим последующим пробуждением, прошло не более секунды. Вот только послевкусие было мерзким.

Таким, будто меня прожевали, но решили не глотать, а выплюнуть обратно. Тело ныло. Каждая мышца, каждая связка напоминали о себе тупой, тянущей болью. Голова гудела, как трансформаторная будка под нагрузкой.

Веки с трудом разлепились. Картинка перед глазами плыла, не желая собираться в единое целое. Сначала я увидел мутный серый потолок, сплетённый из костей и жил. Потом пришел знакомый полумрак, разбавленный слабым, пепельным свечением, исходящим со всех сторон.

– Вейла? – мысленно позвал девушку.

Тишина.

Даже привычного саркастичного комментария не последовало. Паника ледяной иглой кольнула сердце. Неужели я её потерял?

– Здесь я, здесь… – отозвалась она спустя секунду. Голос был тихим, уставшим, лишённым обычной энергии. – Не ори. У меня самой «процессор» перегрелся от твоих подвигов. Ты был в отключке почти три часа.

– Три часа… – пробормотал, облизывая пересохшие губы. – Живой.

Я попытался приподняться, опираясь на локти. Руки дрожали, но продолжали меня слушаться.

Напротив меня, метрах в двух, сидела она.

Ссай’Ра.

Теперь она не выглядела умирающей куклой. Девушка сидела в позе лотоса, идеально прямая, похоже, что она проглотила стальной лом. Её глаза, большие, как в мультиках, имели вертикальный зрачок. Они светились тусклым светом, и приковано наблюдали за мной.

На первый взгляд, благодарности и тепла в них не было. Только холодный, оценивающий расчёт хищника, который смотрит на непонятное, но потенциально опасное животное.

Пурпурный оттенок кожи вернулся, сменив собой пепельную бледность. Узоры на её лице и руках больше не полыхали, а лишь слабо мерцали в полумраке, перетекая, как живые чернила.

Она выглядела пугающе.

Инопланетно.

Красиво, но той красотой, от которой хочется держаться подальше, как от ядовитого цветка.

– S’kar t’hal mor’oesh? – её голос прозвучал низко, гортанно, с вибрацией, от которой у меня зазудели зубы. Язык был резким, щёлкающим, совершенно чужим.

Я моргнул, пытаясь сфокусировать взгляд.

– Чего? – хрипло выдавил в ответ. – Моя твоя не понимать. Давай на общем, если умеешь. – перешел в конце на язык, который мы с Вейлой разучивали последние месяцы. Хотя, признаться, было тоже тяжело.

Она чуть наклонила голову, её зрачки сузились, превратившись в тонкие иглы.

– Ты… – произнесла она уже на общем. Слова давались ей легко, в отличие от моего рваного повествования. Правда и в её случае, кажется, был заметен акцент. Тяжелый и шипящий. – Ты говоришь на общем. Неожиданно. Для примитива.

– Примитива? – не сдержался, издавая ехидный смешок. Внутри опять поднималось раздражение, которое становилось моим любимым спутником. – Неплохое… начало? Для знакомства. – криво сформулировал мысль, от чего часть предложения получила вопросительное значение. – Особенно с тем, кто только что вытащил тебя с того света.

Она не улыбнулась моей нелепой ошибки. Её лицо оставалось каменным.

– Ты коснулся моей энергии. – продолжила она, игнорируя мои слова. – Ты знаешь, что это значит? – И ладно бы это был только кристалл глумера. – собеседница вытянула руку вперед, обнажая раскрытую ладонь в мою сторону. – Но ещё добавил и своей.

Это когда я такое успел? Как-то не припоминаю.

Ссай’Ра плавно, одним текучим движением поднялась на ноги, возвышаясь над моей фигурой. Она была похожа на античную фигуру, выточенную из мрамора. Со спортивным телосложением, с грацией, которой позавидовала бы любая кошка.

В воздухе вокруг той начало сгущаться напряжение. Я почувствовал это давление, тяжесть, похожая на атмосферный столб вдруг стал весить в десятки раз больше.

– Вейла, что она делает? – напрягся, не понимая, что происходит и чего ждать дальше.

– Давит. – коротко отозвалась наставница. – Ментальный прессинг. Проверяет тебя на прочность. Имей в виду, её резерв восстановился процентов на двадцать.

– А что я должен чувствовать? – уточнил у неё, не понимая, какая реакция должна быть на происходящее.

– По идее, ты уже должен был упасть мордой в пол. – хихикнула девушка.

Одновременно с этим, глаза спасенной, вспыхнули с новой силой.

– Кто ты такой? – в её голосе впервые прозвучало любопытство. – Существа твоего вида имеют сильную сопротивляемость ментальной энергии? Или как? Ты не очень похож на псионика. Твоя структура… Неправильная. Кто ты?

Давление продолжало нарастать, от чего сейчас до меня доносились плотные отголоски. В голове зашумело. Но так как я впервые сталкиваюсь с такими приемами, совсем не понимал, чего та добивается. Она пыталась подчинить меня? Или что?

Вот только, как все враги до этого, она делает одну большую ошибку. По заветам неизвестного существа, более, не буду прогибаться. Никогда и не перед кем. Злость, холодная и колючая, поднялась изнутри вместе с энергией. Я спас её. Я чуть не сдох, выкачивая этот проклятый кристалл.

А она смеет называть меня вором и примитивом?

– А ну стоп! – рявкнул, поднимаясь на ноги, мгновенно обращаясь к податливой силе, выпуская ту наружу.

Ноги вросли в землю, от чего я с легкостью выпрямился.

Резерв, расширенный в последнее время тренировками и моими мучениями, отозвался. Формировать какой-то боевой прием – не стал, просто выпуская эманации сырой силы наружу, вокруг себя.

Резко. Грубо. Как взрывную волну.

Воздух между нами пошел трещинами и вибрациями. Моя аура столкнулась с её прессингом. Это не выглядело изящно и эстетично, скорее походило на удары кулаками по мордам лица.

Ссай’Ра неожиданно остановилась. А её и без того огромные глаза, сейчас принимали форму блюдца. Она явно не ожидала, что «примитив» сможет не только огрызнуться, но и дать отпор.

– Я не вор. – процедил глядя ей в глаза. – Я тот, кто не дал тебе превратиться в сушеный кусок мяса в этом забытом всеми месте. Твои друзья мертвы. Их разорвал тот монстр, которого вы пытались завалить. Ты была бы следующей.

Я сделал шаг ей навстречу, преодолевая сопротивление хаотичной воли наших сил.

– Ты была пуста. Высушена. Я использовал все, что мог, чтобы ты выжила. И это твоя благодарность? Вместо того чтобы давить на меня своей аурой и сыпать оскорблениями, ты должна сказать простое человеческое… ну, или какое там у вас… «спасибо».

Тишина в нише стала звенящей. Мы стояли друг напротив друга.

Побитый, грязный человек и инопланетная воительница с горящими глазами.

Вейла в голове присвистнула.

– Ого. А ты умеешь вести переговоры, Алекс. Особенно с хорошенькими девушками.

Ссай’Ра медленно склонила голову набок. Давление исчезло так же внезапно, как и появилось. Узоры на её коже погасли, оставляя заметным лишь слабый контур.

– Глумеры… – задумчиво произнесла она, словно пробуя слово на вкус. – Ты использовал ядра низших порождений, чтобы стабилизировать энергию представителя Наак’витала?

На её губах появилось подобие усмешки. Но не доброй, а какой-то хищной, оценивающей.

– Безумие. Это должно было меня гарантированно убить. Но… – она посмотрела на свои руки, сжала и разжала кулаки. – Я жива.

Она снова посмотрела на меня, правда сейчас во взгляде было меньше презрения и больше любопытства.

– Ты странный, как там сказал, человек? – она хмыкнула. – Но воля у тебя есть. Она сильна. И я благодарна тебе за мое спасение.

Внезапно девушка встала по стойке смирно, и прислонила два пальца к своему лбу, слегка склонив голову.

– Прими мою благодарность, человек, я – Ссай’ра, жрица храма Праматери. Я обязана тебе своей жизнью. Этот долг будет оплачен кровью. – она открыла глаза, до этого прикрытые, и добавила. – Мои спутники мертвы?

– Да. – кивнул, не расслабляясь. – Ты не помнишь, что их убил монстр?

– Я… я плохо помню конец боя, когда Ищущий напал, мне пришлось войти в особое боевое состояние.

– Ищущий? – вспоминал все объяснения Вейлы о монстрах, которые нам встречались, но про такого найти информацию не получалось.

Ссай’Ра нахмурилась. Её взгляд метнулся к выходу из ниши, в темноту лабиринта.

– Ты не знаешь, кто такой ищущий? – она резко дернулась в сторону, отряхивая свой комбинезон, который, несмотря на бои, выглядел удивительно целым. Высокотехнологичная штука, видимо. – Надо уходить отсюда, пока не пришел ещё один. – махнула девушка копной волос. – Идешь со мной… спаситель?

– Да, пойду. – кивнул ей в ответ, не обращая внимания на усмешку, которая мелькнула на слове «спаситель». – Меня, если что, зовут Алекс. А то твое имя я знаю, а ты мое нет. – улыбнулся ей.

Та в ответ лишь кивнула, протягивая в мою сторону ладонь, как в самом начале.

Глава 20

Пока ноги механически отмеряли шаги по извилистому, длинному, гулкому коридору, ведущему к административному сектору, мысли Артёма были очень далеко от этого места. Оставаясь там, в прошлом, внутри мрачной станции, где им пришлось принять бой с одаренными.

Именно там, где остался их отец.

Перед глазами всё ещё стояла страшная картина: Евгений Викторович, всегда сильный и уверенный в себе. Такой несокрушимый, метался от человека к человеку в форме монстра, разрывая их врагов на части.

Артём помнил, с какой скоростью изменилась его форма, исказилось его лицо. Как тот выглядел, похожий на адское порождение, всегда готовое броситься и растерзать противника.

И, с одной стороны, это было не так давно, каких-то жалких пару недель назад. Но вот живым, по-настоящему, тем отцом, которого он знал. Спокойным, уверенным, с теплым взглядом, он видел его, кажется, пару вечностей назад.

А кто знает, что будет после?

Этот вопрос бился в голове набатом. Сильнее всего, случившиеся, повлияло на их мать. Не приведи случай, произойди такое ещё с Алисой или с ним. Женщина просто не выдержит.

От этой мысли внутри всё сжалось в ледяной комок. Он так глубоко ушел в этот липкий кошмар, что перестал замечать реальность вокруг себя. Стены, мигающие лампы, редкие патрульные – всё слилось в единую серую массу.

– Куда прешься, салабон⁈

Удар был неожиданно жестким, словно он врезался в бетонную сваю, обернутую камуфляжной сеткой. Артём по инерции отшатнулся, едва не потеряв равновесие, и мотнул головой, выныривая из омута своих мыслей.

Перед ним, преграждая путь, стояла женщина.

Она была ниже его где-то на полголовы, но от её фигуры исходила такая концентрированная угроза, что рост совсем не имел никакого значения. Из-под зеленой армейской кепки выбивались волосы, падающие на её шею и плечи. Но внимание приковывало не это.

Лицо.

Его пересекали шрамы. Один, старый и побелевший, рассекал лоб. Второй выглядел куда более жутко. Вздутый и бугристый, явно после ожога, он тянулся по щеке, проходил через скулу и шел прямо к шее, исчезая под воротником тактической куртки.

– Ты уснул там, что ли? Или жить надоело?

Женщина громко щелкнула пальцами перед его носом. Звук был резким как выстрел. Её глаза, холодные и цепкие, буравили его с нескрываемым раздражением. Рука привычно лежала на рукояти пистолета, висевшего на бедре.

– Куда прешься, я тебя спрашиваю? – повторила она, чуть повысив голос. – Здесь режимный объект, а не проходной двор для лунатиков.

– Что, простите?.. – выдавил из себя Артём. Язык сейчас чувствовался ватным, безвольным.

Он окончательно осознал, что врезался в человека. И, судя по всему, в человека, который мог сломать ему шею быстрее, чем он успеет принести самые искренние извинения.

– Извините. Я… задел вас. Задумался.

Парень неловко почесал затылок, чувствуя себя полным идиотом. Стыд обжег щеки, выкрашивая те алым.

– Собрался в какой-то там спецотряд, а сам под ноги не смотришь. – пробубнил себе под нос молодой человек.

Женщина не спешила принимать извинения. Она смерила его пренебрежительным взглядом с ног до головы, оценивая поношенную и побитую одежду, гражданский рюкзак и общее состояние, которое характеризовала как: 'потерянный щенок".

– Совсем бронетанковый что ли. – фыркнула она, но руку с кобуры убрала, скрещивая кисти на груди. Мышцы под курткой заметно вздымались в такт её движениям, выдавая недюжинную силу и годы подготовки. – Слушай внимательно, мечтатель. Сюда просто так нельзя. Здесь люди работают, а не облака считают. Либо показывай пропуск, либо разворачивайся и вали в общие блоки, пока тебя в карцер не определили за нарушение правил и режима.

Слова про карцер подействовали отрезвляюще. Артём вспомнил, зачем он здесь. Вспомнил недавний разговор с подполковником и беседу с сестрой. Спешно потянувшись к карману, где лежала заветная бумажка.

– Мне к Маркову. – твердо сказал он, стараясь вернуть голосу уверенность. – Начальнику станции.

Подхватив двумя пальцами смятый листок, который дал ему подполковник Егоров, и протянул тот собеседнице.

– Меня направили. Сказали срочно.

Женщина скептически приподняла брови, которые даже в такое время имели безупречно правильную форму. Но бумажку выхватила у него из рук с ловкостью фокусника. Её глаза быстро, по-деловому, пробежались по неровным строчкам изучая содержимое.

– Егоров, значит… – протянула та, тон её голоса мгновенно изменился. Исчезло открытое пренебрежение, появилась настороженность с некоторой каплей интереса. – К Маркову, значит? Ишь ты.

Она снова посмотрела на Артёма, но теперь уже иначе. Не как на случайного прохожего, а как на объект, лицо которого нужно запомнить, пусть даже и на время.

– Раз Егоров пишет, значит, дело есть. – она вернула ему листок, чуть резче, чем следовало. – Но имей в виду, парень. Артем Артемович не любит, когда тратят время в пустую. Если ты пришел сюда сопли жевать или просить добавки к пайку, то лучше сразу иди назад. Целее будешь.

– Я не за пайком. – ответил Артём, глядя ей прямо в глаза. – Я по делу. Да и если что, пайком и сам себя обеспечу. – не удержался он, вытягиваясь, всем видом показывая, что и сам не так прост.

Женщина хмыкнула. Уголки её губ дернулись в подобие усмешки.

– По делу… Ну, иди, деловой. Прямо по коридору, последняя дверь справа. Там пост, покажешь бумагу ещё раз. И смотри под ноги. В следующий раз могу и в лоб дать. Рефлексы, знаешь ли.

Она шагнула в сторону, освобождая проход, но продолжала сверлить его взглядом. А когда тот поравнялся с ней, с хитрецой подмигнула.

Артём прошёл мимо женщины, чувствуя затылком тяжелый, оценивающий взгляд. Подмигивание, которым она его наградила, не несло в себе ни капли кокетства. Это было скорее обещание: «Я тебя запомнила, парень. Оступишься – съем».

Коридор, в который он попал, казался бесконечным бетонным пеналом. Здесь, в отличие от жилых уровней, царила неестественная, стерильная тишина. Сложно было найти отличие в стенах, которые сменяли друг друга. А под потолком ровно гудели лампы, закутанные в металлические решетки. Те не мигали и не трещали, что вообще не вписывалось в хаос нового мира.

Сухой и несколько прохладный воздух не пах привычной затхлостью и маслом. А имел ароматы нагретого пластика, в который кто-то заботливо подмешал легкие нотки каши с тушенкой.

Артём одернул разгрузку, пытаясь придать себе более собранный вид. В кармане нащупал те самые камни, которые они то и дело собирали после боя с чудищами.

Гладкие и острые грани впивались в пальцы, возвращая чувство реальности. В последний раз, к собственному удивлению, парень их так и не сдал. Его любопытство было слишком сильным, от чего он постоянно пытался разобраться в происходящем вокруг.

Последняя дверь справа оказалась небольшой, самой обычной, как и десятки до этого. Кажется, единственное, что выбивалось – небольшой глазок видеокамеры, смотрящий прямо в душу посетителю. Рядом за столом сидел дежурный офицер. Мужчина средних лет, с безупречной выправкой, уткнувшийся в мониторы рядом с ним.

Насколько Артём помнил, как говорили местные, раньше Марков сидел в совсем в других помещения. Но не так давно переехал в это крыло, потому что тут базировалась основная работа и часть ученого персонала с которыми он в последнее время часто взаимодействовал.

Хотя кто знает, может просто слухи?

– К Маркову. – коротко бросил парень, протягивая бумажку, выданную ему Егоровым.

Офицер скользнул взглядом по листку, потом по лицу Артёма, сверился с чем-то на экране и молча нажал кнопку под столешницей. За что она отвечала, увы, но молодой человек не понял. Потому что ничего не произошло. Только мужчина кивнул в сторону.

– Заходи. Оружие есть?

– Не с собой.

– Проходи.

Артём толкнул дверь и шагнул внутрь.

Кабинет начальника станции был просторным, но аскетичным до предела. Никаких ковров, никаких портретов на стенах, как можно было представить месяцы назад. Только десятки карт и каких-то разношерстных документов, развешанных вокруг.

Огромные, подробные схемы метрополитена, планы городских коммуникаций и спутниковые снимки районов до катастрофы, испещренные разноцветными маркерами, занимали почти всё вертикальное пространство.

В центре комнаты стоял широкий стол, заваленный планшетами, рациями и стопками отчетов. За ним, в пятне света от настольной лампы, сидел человек.

Судя по всему, это и был Марков Артём Артёмович.

Он не поднимал головы, когда вошёл гость. Его пальцы быстро бегали по планшету, а лицо, освещенное синеватым свечением экрана, казалось высеченным из камня.

Рядом с губами залегали глубокие морщины. И это несмотря на то, что ему было не более тридцати пяти или сорока лет. Между бровей виднелась жестокая складка, а чуть выше, рядом с волосами, небольшой и странный шрам.

Артём остановился в паре шагов от стола, не решаясь нарушить образовавшуюся тишину. Он чувствовал исходящую от этого человека тяжелую, давящую ауру власти.

– Привет. – кивнул мужчина. – Егоров мне говорил, что ты один из немногих, у кого есть потенциал. – вдруг добавил Марков, как бы между делом, и при этом не переставал печатать. Его голос был низким, ровным, лишенным эмоций. – С нашего с ним знакомства, помню, что ты третий кого он похвалил. Обычно только материт. Даже своих.

Местный руководитель станций наконец оторвался от экрана и поднял взгляд. Глаза у него были цепкие, холодные. Он смотрел на Артёма так, будто разбирал его на запчасти, оценивая износ каждой детали.

– Здравия желаю, товарищ майор! – выдавил Артём, стараясь стоять прямо. – Подполковник сказал, что вам нужны люди.

– Мне нужны не совсем люди. – рубанул майор, откидываясь на спинку стула. Тот под ним жалобно скрипнул, как бы намекая, что стоит быть осторожнее, иначе трындец. – Людей у нас достаточно, особенно сейчас, когда беженцы стекаются сюда со всего города.

Он взял со стола карандаш и начал медленно крутить его пальцами.

– У нас… прошел некоторый прорыв, в области изучения одаренных. Уже есть одна полноценная группа, о чем скоро станет известно. – Марков положил карандаш на стол, после чего продолжил. – Сейчас мы формируем ещё одну команду, которая будет учитывать все предыдущие наработки. Больше тебе смогут рассказать наши умники, и то после того, как подпишем соответствующие бумаги.

Марков замолчал, наблюдая за реакцией парня. Артём внешне старался сохранить спокойствие, вот только это выходило с трудом. Тем более для глаз человека, работа которого заключалась именно в чтение людей.

– Я готов. – твердо ответил молодой человек.

– Готов? – усмехнулся Марков, но улыбка не коснулась его глаз. – Уверенно звучит. А ты видел тварей, парень? Знаешь, что они делают с человеком за секунду?

– Да, пришлось уже насмотреться. – Артём сжал кулаки. – Тем более, думаю, вы в курсе, что случилось при нашем отходе из предыдущего убежища. Мы прошли через ад, чтобы добраться сюда. Я умею держать оружие. И хочу быть полезным, а не сидеть на шее у других.

Майор внимательно слушал, чуть прищурившись. В его взгляде едва-едва можно было уловить появившийся интерес.

– Наличие мотивации, это, безусловно, хорошо. Но, так или иначе, подходишь ли ты нам полностью, мы узнаем не раньше чем через месяц. – Артем Артемович помолчал, подхватывая пальцами карандаш, и добавил. – Процесс адаптации, однако, не быстрый. Да, ты ещё говорил про проблемы с отходом. – вспомнил он. – И Егоров что-то такое рассказывал, не добавишь подробностей?

Артём задумался. Он, конечно, знал, что секретом случившееся не назвать. Особенно учитывая то, что многие, кто был там, уходили после. И они прекрасно знали, какая ситуация случилась с их отцом. Но и в просак попасть не хотелось, предоставив больше информации, чем требует того ситуация.