Текст книги "Работа для героев"
Автор книги: Михаил Калинин
сообщить о нарушении
Текущая страница: 20 (всего у книги 47 страниц) [доступный отрывок для чтения: 20 страниц]
– Я был последним, кто заснул.
– Ты слышал? – возмутилась лучница. – Теперь он, похоже, за ритуал.
– Значит, Слово – это все же не просто старая легенда? – не смог сдержать любопытства младший мэтр.
– Ваши сказки и легенды – это отголоски ваших же прежних знаний. Которые, насколько я могу судить, хоть и развивались в мелочах, многое утеряли в основном.
– В чем-то он прав, – согласилась с ним остроухая шовинистка.
– Давайте уже закончим, – сказал Кай. – Рамил, не отвлекайся, а вы все – умолкните и проникнитесь… важностью момента.
Пока все присутствующие в меру сил, способностей и желания пытались исполнить приказ командира, мэтр Гаренцворт продолжил. По мановению его посоха котелок с остатками крови неторопливо взлетел и, перемахнув через голову дракона, повис в воздухе на уровне его глаз.
– А-а, самая древняя и самая действенная магия, – похвалил дракон.
Кровь из котелка потянулась к его голове, замерла ненадолго, словно решая, где на его вытянутой морде начинается и заканчивается лоб. После чего, очевидно выбрав подходящее место, поставила росчерк руны жирным щедрым мазком.
В очередной раз Джошуа восхитился мастерством мэтра Гаренцворта, способного левитирующей субстанцией рисовать нужные руны почти вслепую. Ведь несмотря на явную симпатию к их пленнику, встать перед его мордой он все же не решился. Или ему хватило благоразумия этого не делать.
– Превосходно, – похвалил дракон, повернувшись к ним профилем и усиленно кося глаза на результат труда мэтра Гаренцворта. – Я бы даже сказал, мастерски. По крайней мере, я буду уверен, что мне не оторвет голову в самый ответственный момент, когда заклинание достигнет своего пика.
– Что-что? – взвилась Майриэль.
– Ну бывали прецеденты.
– А поподробнее?
– Долго рассказывать.
– Рамил?!
– Что я могу на такое ответить, – беспомощно улыбнулся старший чародей. – Тебе придется мне довериться.
– Договорились, – нехорошо усмехнулась лучница, – но если он намеренно пытался посеять в наших рядах смуту и сомнения, он об этом пожалеет. А если нет – то ты пожалеешь, мой дорогой волшебник.
– По рукам. Итак, приступаем. Становитесь полукругом. Да-да, вот так. Паки, встань рядом с Каем, Майриэль, будь добра, сюда, ближе к Джошуа. Чуть сдвиньтесь, голова… хм, не знаю, как вас зовут.
– Мое имя довольно сложно воспроизвести на человеческом языке, так что можете называть меня по-вашему: драконом. Думаю, путаницы не возникнет, я тут, похоже, единственный представитель своего вида.
– Воля ваша. Голова дракона должна стать как бы шестой фигурой в нашем круге.
– Я так и буду весь ритуал повернут к вам затылком?
– Боюсь, что так, – смутился старший чародей.
– Это весьма неудобно, даже нельзя посмотреть в глаза тем, кому я буду давать Слово.
– Мы это переживем, – успокоила его лучница.
– Как знаете, – вздохнул дракон.
– Мы приступаем, – строго заявил старший чародей. – Попрошу всех воздержаться от разговоров, замечаний и телодвижений, могущих прервать ход и порядок слов. Называйте лишь ваши имена и только тогда, когда я скажу, и отвечайте только «да» или «нет» и только если я спрошу. Все ясно?
– Почему все смотрят на меня? – уточнила Майриэль. – Я прекрасна, но не глупа.
Тем временем мэтр Гаренцворт, убедившись, что фигура, составленная из собравшихся, удовлетворяет его представлениям о полукруге, наконец приступил к делу. Он вытянул вперед руку с зажатым в ней посохом. Разжал пальцы, и посох поплыл вперед, остановившись точно в центре. Немного повисев над землей, он вдруг резко воткнулся в нее и ярко засверкал оголовьем.
Дрожь пробежала по коже. Мягкое покалывание почувствовалось в области пальцев. Джошуа ощутил, как потеплело в тех местах, где кровь дракона соприкасалась с кожей лба. Заклинание набирало силу.
– Мы собрались здесь, – начал мэтр Гаренцворт, – чтобы произнести слова, которые будут свидетельством нашего уговора. Мы встретили этого дракона как врага и как с врагом вступили с ним в бой. Он проиграл, и его жизнь теперь принадлежит нам. И потому мы требуем от него Слова. Я, названный Рамилом, говорю: я требую Слово. – Он кивнул стоящей рядом с ним Майриэль.
– Я, названная Майриэль, говорю: я требую Слово, – повторила эльфийка.
– Я, названный Джошуа, говорю: я требую Слово, – продолжил младший мэтр.
– Паки, названный Паки, говорит, что он требует Слово, – сказал Паки.
– Я… – запнувшись, начал командир наемников. – Известный как Кай, говорю: я требую Слово.
– Мы требуем Слово, – продолжил мэтр Гаренцворт. – Слово Небес, которыми правят драконы. Слово Земли, которую опаляют пламенем драконы. Слово Воды, которая поглотит все, даже драконов. Слово Огня, который подчинен драконам. Слово Крыльев, которые дарят полет драконам. Слово Силы, которая дарит волшебство драконам. Мы требуем Слово.
– Что же должно звучать в этом Слове? – спросил дракон. Вся насмешливость ушла из его голоса, словно утренняя дымка под солнцем.
– Правда. Ты клянешься быть честным с нами. Отвечать без лжи. Не увиливать и не утаивать то, что может быть важным в деле спасения принцессы Джулии Накрамис, королевства Римайн и всех прочих земель, людских и нелюдских. Ты не будешь свободен, покуда не расскажешь нам все, что знаешь о ней и о обо всем, что связано с ней и с ее похищением.
– Да будет так, – сказал дракон. Помолчав, он спросил, и в его голосе чувствовалось неподдельная досада: – Что еще вы хотите от моего Слова? – Было видно, что уточнять ему явно не хочется, но правила есть правила.
– Мир. Ты не будешь нападать на нас. Не будешь причинять вреда людям и нелюдям, если только они сами не нападут на тебя, желая отнять жизнь.
– Да будет так, – с некоторым облегчением проговорил дракон. Его можно было понять, оставили хотя бы возможность защищаться, и то хлеб. Но это не избавило змея от обязанности спросить снова: – Чего еще вы хотите от моего Слова?
– Это все. Ты дал нам Слово и теперь должен будешь исполнить его или сгинуть навеки. Пусть накажут отступника Небо, Земля, Огонь, Воздух и Сила. Пусть крылья не снесут его.
– Да будет так, – склонил голову дракон.
Джошуа почувствовал сильное жжение в области руны. Взглянув на спутников, он увидел, что начертанные Рамилом знаки засверкали синим огнем. На миг боль стала нестерпимой, но тут же отступила, рассеиваясь без следа. Вслед за нею исчезли и символы на лбах. Пропали, словно их и не было.
– Вот и все, – облегченно вздохнул Рамил.
– Как-то уж слишком ты рад, – поморщилась Майриэль, массируя раскрасневшийся лоб. – Все-таки змеюка не врал об опасности.
– Еще как не врал, – поддержал дракон. – И раз уж я такой честный, может, соблаговолите освободить меня от пут?
– Конечно-конечно, – отозвался мэтр Гаренцворт.
– А проверка? – уточнил Кай.
– Ты сомневаешься во мне?
– В тебе – нет. Только в твоих экспериментах.
– И как же мне доказать, что все сработало?
– Сунь ему голову в пасть, – предложила лучница.
– Лучше не надо, – забеспокоился дракон, – там и так все обожжено после ваших фокусов с молниями.
– И как же нам прикажешь тебе поверить? – спросил Кай.
– Эта была ваша идея, вы и ломайте голову. По логике, об этом надо было подумать до, а не после ритуала.
– Думаю, я знаю способ, – заявил старший чародей и, обойдя дракона, встал перед его пастью.
Джошуа пошел было за ним, однако остановился пораньше, вне досягаемости зубов, но так, чтобы видеть, что произойдет.
– Рассчитываете на примитивный инстинкт? – поинтересовался у Рамила небесный змей. – Если я сжульничал, то поддамся присущему хищникам желанию и съем то, что кажется маленьким и беззащитным?
– Нет. Освобождаю вас.
Не успели остальные выразить свое возмущение, как посох старшего чародея уже грозно указывал прямо на дракона. Короткая фраза, и путы начали стремительно таять.
– Древо и Пепел! – крикнула лучница, отскочила сразу на пару ярдов назад, и бросила стрелу на тетиву.
Паки с Каем отскакивать не стали, но оружие все-таки подняли. Младший мэтр тоже не смог противиться порыву и отбежал на расстояние, позволяющее как быстро достигнуть ближайших камней, так и метнуть в дракона парочку боевых, хоть и не очень эффективных заклинаний.
Мгновение дракон лежал неподвижно. Потом потянулся, разминаясь. С кряхтением перевалился на живот, стараясь не беспокоить поврежденное крыло. Пару раз взмахнул здоровыми, проверяя их работоспособность. Неторопливо обвел взглядом всех присутствующих, словно выбирая, на кого наброситься первым.
– Какие же вы нервные, – вздохнул он и опустился на брюхо. – Слово есть Слово. Надо больше доверять вашему специалисту.
– Он опять издевается! – возмутилась лучница.
– Главное, что не нападает, – резонно возразил Кай, опуская меч и щит.
– И сидит смирно, – поддакнул Паки.
– Не укоряйте их, – вступился за соратников старший чародей. – Драконы редкость в наше время. К вам надо просто привыкнуть.
– Разговор намечается долгий, так что мы все успеем привыкнуть друг к другу. Только, если вы не против, я бы занялся самолечением. Все эти раны, ожоги и травмы немного отвлекают.
– Конечно-конечно.
Пока дракон занимался самолечением, наемники занялись подготовкой костра и места для стоянки, благо солнце уже успело изрядно склониться к горизонту. Естественно, разбивать лагерь среди останков таборитского отряда ни у кого, даже у небесного змея, не возникло особого желания.
Решено было обойти древний храм и устроиться там. Мертвецов и конских трупов на этой поляне не валялось, ветер дул в другую сторону и запаха не приносил, земля была помягче, да и камней виднелось поменьше. Нашлось место и для костра, и для дракона, и для лошадей, немного нервничающих от присутствия столь непривычного соседа.
Пока наемники хлопотали у костра, а мэтр Гаренцворт перекидывался с драконом магическими терминами различной степени сложности, Джошуа наблюдал за процессом самолечения. А процесс этот оказался довольно-таки интересным. Начать хотя бы с того, что дракон как существо изначально волшебное не нуждался ни в каких дополнительных средствах для аккумулирования магической энергии. Для заживления ему не требовалось ничего, кроме собственного тела и воли. Извернувшись таким образом, чтобы достать до поврежденного крыла, он простер над ним лапу и начал что-то тихо напевать. Тихо для дракона конечно же – для Джошуа, например, это звучало как обычная речь при среднем уровне темперамента. Но при этом из забытого драконьего языка младший мэтр не сумел разобрать ни слова. В отличие от старшего чародея, который с интересом комментировал отдельные пассажи и уточнял некоторые формулировки.
Дракон отвечал благожелательно и почти не прекращал пения.
Сам процесс выглядел довольно примечательно. Если сравнивать лечение, примененное хотя бы самим младшим мэтром к Паки, то помимо огромных затрат энергии, никаких внешних эффектов оно не имело. Драконья же магия текла ярко-голубым потоком от раскрытой лапы к поврежденному крылу. Было в этом зрелище что-то завораживающее.
Хотя, когда, закончив с крылом, дракон принялся за нижние лапы, скрутившись, как кот на крыльце, завораживающее зрелище стало несколько комичным.
Разобравшись с ранами, дракон принялся выдергивать эльфийские стрелы, ловко подцепляя их когтями и практически каждую сопровождая негромким «ай!» или «проклятые булавки!».
Когда он закончил с самолечением, костерок уже весело потрескивал, разгоняя сгущающиеся сумерки. Второй котелок, не замаранный серебряной кровью, уже успели водрузить над огнем, а воды из бурдюков с избытком хватило для его заполнения. Охотиться сегодня Майриэль не изъявила никакого желания. День был тяжелым, а количество стрел за последние несколько дней и так сократилось почти вдвое.
Вяленое мясо и остатки лука отправились в закипевшую воду, а сыр и хлеб споро разошлись по рукам.
Джошуа отметил, что безобидность дракона, пусть при скептическом взгляде и вызывающая вполне обоснованные опасения, расслабила наемников до такой степени, что они занимались своими дела без какой-либо явственной нервозности и опаски. Спокойно расстилали спальные одеяла, точили мечи и смазывали тетиву, чистили коней, резали, в конце концов, лук для похлебки. Набивали трубки.
Уже почти совсем стемнело, когда дракон наконец присоединился к их маленькой компании. Он лег, с нескрываемым удовольствием растянувшись во всю длину, сложив крылья и подложив под голову правую лапу.
– Благодарю за терпение, – сказал змей. – Теперь я практически здоров и готов отвечать на ваши вопросы.
– Где принцесса? – не стал ходить вокруг да около младший мэтр.
– На озере Рилл. Живая, здоровая, даже сытая, если не ошибаюсь. По крайней мере, она была там сегодня утром.
– Что это за озеро? Где оно?
– Я слабо разбираюсь в вашей географии. Да и название это узнал случайно. Но отсюда на запад лететь совсем недалеко.
Младший мэтр достал карту и начал искать подходящее озеро. Таковое нашлось милях в тридцати от их местоположения.
– Нашел! – воскликнул он.
– Прекрасно, – отозвался Кай, попыхивая трубкой. – Итак, раз мы знаем главное – примерное местоположение принцессы, – можно обратиться к менее важным вопросам. Во-первых, все, что ты нам сказал до Слова, правда?
– Чистая.
– Во-вторых. Ты был единственным, кто охранял принцессу? В каких условиях она содержится?
– Да, я был один. Она заперта в большом удобном помещении с прекрасным видом на озеро и находится в полной безопасности.
– Могут ли тебя ждать и, не дождавшись, перевезти ее?
– Насколько я знаю, нет.
– Хорошо. А теперь, сударь дракон, изволь рассказать нам, какого демона ты вообще похитил ее высочество?
– Вам краткую версию или подробно?
– Подробно. Время есть, так что излагай.
– Ну что ж, – дракон заерзал, устраиваясь поудобнее, – сразу скажу, что я прежде никогда не похищал принцесс. Не имел такой привычки и желания. И не стал бы этого делать, но в жизни порой бывают такие ситуации, когда приходится либо делать то, чего не хочешь, либо платить за это высокую цену.
– Ого, так у нас тут благородный, но вынужденный творить зло бедолага, – скривилась Майриэль, стягивая сапожки.
– И это совсем не повод для ехидства, – поморщился в ответ дракон. – Именно так все и есть. Дело в том, что я принадлежу к высшей касте Стаи и участвовать в дрязгах со смертными, а уж тем более развязывать эти дрязги, мне не позволял Путь.
– То есть ты у нас прынц, – съязвила лучница. – Славно получается. Принц похищает принцессу, а потом они живут долго и счастливо.
– Хуманофилия никогда не была нам присуща, – обиделся дракон. – И я не говорил, что принц, король или император.
– Видишь ли, Майриэль, высшая каста вовсе не означает касту правителей. Я читал нечто подобное в древних свитках Насшарая, – пояснил мэтр Гаренцворт. – Структура Стаи очень запутана, и даже кастовая система, призванная, казалось бы, упорядочить ее, помогает лишь отчасти. Но Путь, выбранный большинством, как раз приписывал не впутываться в дела смертных. А вот сам Путь выбирает высшая каста. Так что наш друг скорее жрец, духовный лидер.
– Именно, – закивал дракон. – В свое время мы лишь определяли, куда идти нашему народу, но как будет достигнута цель, мы не решали.
– Славно же ты определял их путь, продрыхнув сотни лет!
– Тому была веская причина. Сила Стаи начала гаснуть, и многие наши братья покинули пределы этого мира. Я же был оставлен тут, чтобы следить за течением времен.
– И много наследил сквозь сомкнутые веки?
– Для нас одно никогда не мешало другому.
– Следить за течением времен, – задумчиво повторил мэтр Гаренцворт. – Это ведь какого-то рода наказание. Верно?
– Да, – склонил голову дракон.
– И как же ты проштрафился? – уточнил Кай.
– А это, – твердо заявил дракон, – никак не относится к судьбе принцессы и Римайна, так что позвольте прошлому остаться прошлым.
– Позволяем. Итак, ты спал, но был разбужен. Как и кем?
– Человеком. Могущественным и умелым.
– Как его звали, как он выглядел?
– Он не представился, а лицо скрывал завесой тьмы, столь плотной, что даже я не смог проникнуть сквозь нее.
– И что же он хотел от тебя?
– Они. Их было трое. Двое прочих – менее умелые, чем этот. Личину одного я даже сумел распознать. Он был в шайке тех поганцев, чьи тела разбросаны тут повсюду. Не знаю, зачем он преследовал меня, но представилась возможность, и я перекусил его пополам.
– Шаман таборитов, – догадался Джошуа. – То есть хочешь сказать, что нанятый королем шаман участвовал в похищении принцессы?
– Он был из тех, что отдавали приказ. Всю работу пришлось делать мне.
– Работу? – уточнил Кай.
– Да, работу. Вначале они хотели подчинить меня своей воле. Но у них это получилось слабо. Так слабо, что одному из них я сумел даже откусить руку чуть ниже локтя. Тогда они пошли на сделку и заключили со мной контракт. Доставка и охрана принцессы в обмен на некоторые утерянные и украденные знания моего народа.
– Коллега, – засмеялась эльфийка, – коллега-наемник!
– Договориться или сгинуть, – повел плечами дракон. – Выбор был очевиден. Они тоже были хорошо подкованы и добыли моей крови, пока я спал. В отличие от вас эти еще и вырезали из меня кусок, так что особой любви к ним я не испытываю. Когда контракт был заключен, они снабдили меня каменным заклинанием для нейтрализации охраны принцессы. Дабы сбить преследователей со следа, поскольку ни один специалист, по их мнению, не смог бы понять, что это дело рук дракона. Похоже, они ошибались.
– Они, похоже, не только в этом ошиблись. Раз уж ты смог убить одного из них в обход контракта.
– Ну по правде сказать, я смог это сделать только потому, что контракт был выполнен, а тот субъект излишне самоуверен. Понадеялся на различные амулеты. Да и еще меня раздражало это топорное и жгучее поисковое заклинание.
– Кхе-кхе, – закашлялся дымом мэтр Гаренцворт. – Неужели оно было такое уж заметное?
– Вы не представляете. Я терпел сколько мог. Думал, что те парни что-то сделают с преследователями. Но они не торопились, и у меня попросту кончилось терпение. – Видя, как покатывается со смеху Майриэль, прячут улыбки Кай и Паки и смущается старший чародей, он прозорливо взглянул на Рамила: – А автором заклинания были, как я понимаю, вы?
– Да, – вздохнул мэтр. – И я по наивности своей думал, что оно весьма незаметное.
– Так и было бы, имей вы дело с обычным драконом, – успокоил его небесный змей. – Но войны, что кипели в этих небесах еще до прибытия ваших кораблей, многому меня научили. В том числе тому, как находить и чувствовать чужие поисковые метки. Скажу больше, этих знаний у меня в избытке, и потому каждое поисковое заклятие причиняет дикий дискомфорт и резко портит настроение.
– Действительно портит. Последствия живописно раскиданы на двести ярдов по всей округе, – согласилась с ним Майриэль.
– Ну все мы иногда поддаемся минутному гневу и теряем контроль, – смутился дракон. – Особенно я возмутился, когда этот недоучка принялся плести заклятие подчинения, считая, что в одиночку совладает со мной! Я попросту потерял самообладание.
– Возможно, он хотел подчинить вас лично себе, – предположил мэтр Гаренцворт. – Видимо, рассчитывал, что во второй раз удастся то, что не получилось в первый.
– Ты использовал невидимость при полете над дорогами Римайна? – спросил Кай.
– Да. Правда, пару раз она барахлила и, похоже, меня заметили несколько местных жителей. Этим заклятием меня тоже снабдила та троица, будь оно моим, оно бы не подвело.
– Но зачем было лететь такими зигзагами? – спросил Джошуа, изучая карту. – Ведь путь по прямой от места нападения до озера намного быстрее.
– Видите ли, мои наниматели не вполне мне доверяли и привязали суть нашего контракта к посоху, за которым я вынужден был следовать. Предполагаю, что радиус его действия был ограничен и по сути мне приходилось лететь за лошадью, на которой ехал один из них.
– А посох светил ярко-желтым? – уточнил Кай.
– Да, именно так.
– Вот и наш всадник без головы и в черном, – заключил командир наемников. – Все-таки слухи – короли сыска. Но вернемся к началу. Итак, ты был разбужен и поставлен перед фактом, что тебе нужно похитить принцессу и принести ее к некоему месту.
– Верно.
– Что-нибудь еще они говорили? Может, перешептывались между собой? Раз уж они такие недальновидные в вопросах безопасности, может, выболтали еще что-то?
– Не особо много. Двое порывались обсуждать, но третий все время их одергивал.
– А их точно было всего трое? Может, кто-то еще участвовал или упоминался?
– Помимо Призрака – никто.
– Призрака?
– Видите ли, когда ваши корабли причалили к этим землям, на месте теперешнего королевства обитал древний дух ушедших империй. Это были более чем скверные страны, обитель действительно темных сил. Мы долго воевали с ними в свое время, да не о них речь. Так вот, этот Призрак заключил с тогдашним правителем людей некий договор.
– Представь, мы знаем его суть. Именно поэтому мы и должны вернуть принцессу ко дню ее рождения обратно в любящие руки безутешного отца.
– Знаете? Странно, а их главарь, тот, самый адекватный, был уверен, что никто, кроме королевской семьи, не в курсе… Ну да ладно. Так вот, о нем они говорили как о полноправном участнике их аферы, дескать, с ним можно договориться и при особых условиях решить вопрос на пользу всем.
– То есть в их планы не входило уничтожение Римайна?
– С чего бы? Им интересны эти земли и люди, что живут на них. А если их уничтожить, то чем управлять и кем править?
– Неужели все снова крутится вокруг банального желания власти? – поморщилась Майриэль.
– Этого утверждать не стану. Но, опираясь на вашу историю и, уж простите, общий уровень запросов – это самое логичное предположение.
– Могущественные маги желают завладеть силой рода Накрамис, – задумчиво изрек мэтр Гаренцворт. – Если предположить, что власть – это их основной стимул, то мы имеем дело…
– С попыткой реставрации магических государств древности, – подался вперед младший мэтр. – Я, признаться, обдумывал такую возможность, когда мы предполагали причастность чародеев-ренегатов к похищению принцессы.
– Что ж, – согласился мэтр Гаренцворт. – Имея принцессу как рычаг, они могут направить развитие королевства по нужному им пути.
– Глупости, – отмахнулся Кай. – Ни одно другое государство не позволит древней славе проклятых империй возродиться. Лишь только они объявят об этом открыто, как Римайн тут же сметут менее лояльные к правящему волшебству соседи. Ради такого дела, уверен, они даже объединятся.
– Эльфы также не останутся в стороне, – поддержала его Майриэль. – Пусть за Летнее Древо людям и нет прощения, но тут даже Весенний Дом поддержит возможных противников Римайна.
– Вы рассуждаете так, потому что принимаете во внимание только ваши современные интриги и политические расклады, – сказал дракон. – Но вы не берете в расчет Призрака. Вы должны понять, что это не просто старый сгусток эктоплазмы, умеющий эффектно выть и сверкать глазами. Это Дух Старых Времен, и старые времена питают его мощью. Именно он указал этим шарлатанам, где найти место моего сна. Он снабдил их силой, делающей возможным волшебство, о котором лучшие из вас пока не могут даже мечтать. Хотя после встречи с мэтром Рамилом я склонен добавить, что некоторые все-таки мечтать могут, – кивнул он смущенно улыбнувшемуся чародею. – Призрак объяснил им правила игры и научил, как можно их изменять. Имея в запасе такого союзника, им требуется только терпение, чтобы нанести нужный удар в нужное место.
– Если этот твой Призрак относится к древним империям, а твой род воевал с ними, почему же ты пошел на сделку? – спросил Кай.
– Слабость, присущая живым, – вздохнул дракон. – Я хотел выжить. К тому же эти поганцы, в конце концов, тоже догадались взять с меня Слово не препятствовать им.
– То есть в борьбе с ними ты совершенно бесполезен?
– Я был бы бесполезен, даже будучи не обремененным Словом.
– Это почему же?
– Видите ли, – дракон грустно взглянул на звезды, – раньше, когда это небо действительно было чище, а солнце светило ярче, этот мир был наш. За него мы были готовы драться и умирать. Проводить жизнь в борьбе и страданиях. Но это время прошло. Путь был выбран иной, и Стая покинула эти края, оставив о себе только воспоминания. А за воспоминания я пока не готов ни драться, ни умирать.
– Откровенность – это славно, – кивнул Кай. – Но хотя бы мешать нам ты не будешь?
– Нет. То, что я не борюсь со своими старыми врагами, не значит, что я готов помогать им. Склонен льстить себе надеждой, что останусь нейтральным, как того требует от меня новый Путь Стаи.
– Стаи, – как-то излишне напряженно сказала Майриэль. – Которая оставила тебя здесь – жить в одиночестве, вдали от тех, кто может понять тебя и кого можешь понять ты. А ты все равно готов чтить такой Путь.
– Это то, для чего я был рожден, – философски пожал плечами дракон. – Быть тем, кто определяет Путь, – это не только право, но и обязанность чтить его, даже если ты не согласен с выбором большинства.
– Принципы, – сказал лучница. – Принципы всегда вызывают уважение. Главное, носясь со своими принципами, не запутаться в том, что действительно важно.
– В этом можно запутаться, проживи хоть тысячи лет, уж поверь мне, – доверительно сказал дракон.
– Долгий возраст как раз дает возможность во всем неторопливо разобраться, – возразила лучница.
– Видно, ты мало прожила, маленький лепесток. Долгий возраст отличается от недолгого лишь тем, что груз сожалений намного тяжелее.
– «Маленький лепесток», – словно пробуя на вкус, повторила эльфийка. – Давно не слышала такого обращения.
– Ваше племя всегда было для нас подобно чудным лепесткам прекрасных цветов, – сказал чуть изменившимся голосом дракон. – Жаль, что и вы увядаете со временем.
– Мы не увядаем, – насупилась лучница. – Просто изменяемся.
– Увядание и есть изменение под напором и требованием лет. Я бодрствую недолго, но уже успел увидеть, как ослабли ваши королевства, как съежились ваши границы, как истаяла ваша воля.
– Прекрати!
– Правда всегда ранит побежденных… – Дракон запнулся, мотнул головой, словно прогоняя морок. – Прошу прощения, на меня иногда находят приступы неконтролируемого правдолюбия. Искренне извиняюсь, не хотел обидеть тебя, маленький лепесток.
– Да пошел ты! Правдолюб хвостатый.
– Лучше сменим тему, – вступил Джошуа. – Пусть это занудство, но я еще раз хочу уточнить, как я считаю, главный вопрос. Из твоих слов следует, что завтра, самое позднее послезавтра мы доберемся до озера Рилл и найдем там ее высочество?
– Если выедете утром и поедете прямо к озеру – да. Местность тут лесистая, но ближе к озеру лес редеет, так что завтра доберетесь.
– Не сопроводишь нас? Дабы избежать возможных эксцессов.
– Посильная помощь вам была бы нарушением прежнего Слова. Им я обещал не мешать делом, а вам помогать словом. Я и так балансирую между двумя мощнейшими заклятиями крови. Имейте совесть!
– Какие нас могут ждать неприятности? – уточнил Кай. – Гоблины, огры, проклятия и ловушки есть?
– Что касается дороги, то если и есть ловушки, мне о том ничего не известно. В строении же, где содержится принцесса, лишь один вход, никаких ловушек, чтобы она случайно не пострадала, если решит бежать. Только магические замки на ставнях и дверях. Уж вам двоим снять их не составит труда.
– Почему же твои наниматели так беспечно оставили ее высочество без охраны?
– А мне почем знать? Может, надеялись на мою лояльность. Уж лететь и сдавать их королю я бы точно не стал. А удержать взаперти одну деву – а как я понял из краткого знакомства с ней, они ничуть не изменились за последние полторы тысячи лет – не так уж и сложно.
– Стало быть, – подвел итог Кай, – завтра мы отправимся за принцессой, а ты пойдешь своей дорогой.
– Таков план.
– Ты бы мог пригодиться нам в идентификации оставшихся в живых заговорщиков.
– Не представляю, чем еще смогу быть вам полезен. Один из них отличный маг, но руку регенерировать он еще точно не успел. Вот вам довольно яркая примета. Второго ищите по еще более простому признаку – сейчас это, уверен, сильнейший волшебник вашего времени. Думаю, вам, мэтр Рамил, не составит труда определить потенциал коллеги при встрече. Его сила несколько чужеродна обычным эманациям волшебства, потому что его питает Призрак, что на пару порядков увеличивает возможности и позволяет достичь столь высокого уровня.
– Чудненько, – сказала лучница. – Калека, могущий убивать десятками, и ренегат, способный убивать сотнями. Безусловно, они очень обрадуются, когда мы вытащим принцессу из их убежища.
– Никто, – пыхнул трубкой Кай, – не говорил, что это будет просто.
На этой безрадостной ноте они сделали небольшой перерыв в разговоре и отдали должное вечерней трапезе. Ели все, кроме Паки, скорее для подкрепления сил, чем для удовольствия. Тяжелый день и горы изуродованных тел неподалеку не слишком хорошо сказывались на аппетите.
Дракон взирал на них с загадочным оскалом, который при некоторой фантазии вполне можно было счесть улыбкой. На заботливый вопрос Рамила, не голоден ли он и не могут ли они оказать посильную помощь в проблеме его насыщения, небесный змей ответил:
– Благодарю, все в порядке, я сегодня хорошо подкрепился.
– Небось половиной шамана, – скривилась лучница. – А еще говорил, что, мол, безобидный и незлой.
– Ну что ты, – поморщился дракон. – Вы ведете такой нездоровый образ жизни! Редко едите хорошую пищу, пьете некачественный алкоголь, курите, нечасто моетесь. Есть вас, скажу откровенно, занятие небезопасное. Другое дело кони. Породистые, гордые, откормленные зерном, хорошо прожаренные…
– Не вздумай смотреть на мою Искорку, образина!
– Не буду.
– А насчет немытых и небезопасных двуногих – мы ведь нашли верхнюю часть того шамана, а вот нижнюю нет!
– Я проглотил ее по чистой случайности, – повинился дракон. – Все-таки их было так много, они все чем-то стреляли в меня и тыкали всяческими копьями, как тут не наделать глупостей, когда торопишься.
– А всех ли ты успел настичь? – вдруг заинтересовался Кай. – Не знаю, как хорошо ты присматриваешься к… хм, двуногим…
– Я неплохо присматриваюсь. В небе надо обладать очень зоркими глазами.
– Тогда не было ли среди таборитов приметного, с сизым носом? Он их лидер.
– Такой щуплый, с безумным смехом?
– Да, очень похож по описанию.
– Припоминаю. Верткий был, зараза. Половину его отряда я проредил по чистой случайности, пытаясь попасть в него. Судя по их тактике, они отвлекали меня, пока шаман готовил свое колдовство. Но после того, что с ним стало, часть из них пустилась наутек. Я же был занят последствиями этого колдовства и некоторых упустил.
– Что-что, а бегать мерзавец всегда умел, – вздохнула Майриэль. – С другой стороны, раз он пока жив, значит, будет шанс его прикончить. Надеюсь, теперь никто не станет мне в этом препятствовать?
