Текст книги "Война в сарае (СИ)"

Автор книги: Михаил Антонов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 13 страниц)

– Принято, – тут же отозвался ровный, механический голос.

Я выскочил из капсулы и ринулся на мостик. На главном экране уже отображалась тактическая карт. Два красных, пульсирующих маркера неумолимо ползли к нашему сектору. Мои десять кораблей, до этого замершие как ледяные глыбы, вдруг ожили. С них слетели маскировочные поля, и яркие факелы маршевых двигателей прорезали черноту космоса.

– Инициатива за нами, – констатировал я, следя, как строй моих рейдеров занимает позиции. – Они нас ещё не видят.

– Выход на боевую позицию завершён. Запускаю целеуказание, – доложил Тёма.

Глава 15

15

Открывшееся зрелище было сюрреалистичным. Десять кораблей, управляемые одним нечеловечески быстрым сознанием, действовали как единый организм. Три моих рейдера на максимальной скорости вышли из тени, совершая обходной маневр и заходя корветам в хвост. Два крейсера, работая на полную тягу, пошли на сближение справа. Враги запаниковали. Один корвет, который мы обозначили как «Цель-1», резко клюнул носом вниз, пытаясь уйти под плоскость боя. Второй, «Цель-2», наоборот, дал форсаж, стремясь протаранить ближайший корабль из группы встречи. Первыми выстрелили эмиттеры электронно-магнитного импульса крейсеров – невидимые волны исказили пространство вокруг корветов, заставив их щиты мерцать. В тот же миг лазерные батареи моих рейдеров выплюнули десятки коротких, точных очередей. Ослепительные красные линии прошили пространство, целясь в строго определённые точки.

Удары наносились не главными калибрами, не для пробития брони, а для точечного выжигания двигательных узлов и антенн связи. Выстрелы достигли своей цели, управление нарушено, и их движение стало хаотичным, беспомощным.

– Щиты на одном из корветов пробиты. На втором – критические повреждения двигателей. Начинаю кибератаку, – голос Тёмы был монотонным, будто он докладывал о погоде.

На тактической схеме тонкие, ядовито-зелёные нити – визуализация хакерских протоколов – устремились к повреждённым целям. Один из корветов, отчаянно сопротивляясь, попытался дать залп из своих орудий. Но строй моих рейдеров уже сместился, предвосхищая манёвр по идеальной траектории, заданной Тёмой. Залп прошёл впустую.

– Внедряюсь во внешний контур систем управления, —голос Тёмы был спокоен.

– Первый корвет взят под контроль. Системы заблокированы, экипаж изолирован, – отчеканил Тёма. —«Цель-2» пытается запустить аварийный протокол самоуничтожения, – продолжил искин. – Противодействую. Взламываю систему защиты реактора..

Несколько напряжённых секунд, показавшихся вечностью, прошли в тишине, нарушаемой лишь треском статических помех.

– Угроза самоликвидации нейтрализована. Второй корвет под нашим контролем. Захват завершён. Потерь и серьёзных повреждений у нас нет.

Я глубоко выдохнул, позволив напряжению уйти. Два трофейных корвета Империи Зудо теперь безвольно дрейфовали рядом с моей эскадрой. Рискованный план сработал. И теперь, помимо успешного завершения патрулирования, у меня на руках был козырь, который мог круто изменить мой рейтинг. Если откровенно, такое боевое столкновение, где численное превосходство на моей стороне – пять к одному, – мне очень нравится. Считаю, так воевать – правильно!

На пятый день, когда в систему, разрезав пространство, вошли внушительные силуэты кораблей боевого флота мира Фатх, я впервые за эту операцию почувствовал не просто облегчение, а настоящую радость. Два трофейных корвета, безвольно дрейфовали рядом с моей эскадрой. Я всерьёз опасался, что за ними явятся флот Империи Зудо, и моя скромная эскадра станет космической пылью.

Связь установили практически мгновенно. На этот раз мой доклад принимал не дежурный офицер, а седой, с орлиным профилем и холодными глазами адмирал на флагмане линкора «Непоколебимый».

– Капитан Артём, ваш доклад принят, – его голос был подобен скрипу гравия. – Подтверждаю успешное выполнение боевой задачи по патрулированию. А захват двух боевых единиц противника… это впечатляет. Поздравляю.

Я уже мысленно предвкушал щедрую премию, как адмирал продолжил, и его тон сменился с одобрительного на начальственно-отеческий.

– В данной ситуации, капитан, учитывая повышенные риски и оперативную обстановку, я считаю целесообразным передать трофейные корабли под охрану моей эскадры. Мы проведём их полный досмотр и анализ на месте, дабы извлечь максимум разведданных, пока информация не устарела. Это стандартная процедура. Ваша миссия завершена, можете возвращаться на Фатх для получения вознаграждения.

Что-то в его словах прозвучало фальшиво. Слишком уж гладко и по-хозяйски он это сказал. «Стандартная процедура»? Сомнительно. Скорее, он видел лёгкую добычу и хотел приписать себе лавры за захват.

Мысленно я уже рвал и метал, но голос мой прозвучал почти почтительно.

–Глубокоуважаемый адмирал, я полностью понимаю вашу озабоченность оперативной обстановкой. Однако, согласно параграфу 14-б Устава контрактной службы, все материальные трофеи, захваченные силами ЧВК до момента прибытия регулярных частей, являются собственностью нанимателя – в данном случае Министерства войны – с последующей передачей их контрактору для утилизации или иного использования, если иное не оговорено специальным приказом. Специального приказа о передаче трофеев третьим лицам в моём задании не значится. С подсказки Тёмы ответил я.

В эфире повисла короткая, но тяжёлая пауза.

—Капитан, вы понимаете, что задержка может привести к потере ценных данных? – в его голосе зазвенела сталь.

– Безусловно, адмирал. Именно поэтому я намерен немедленно доставить трофеи напрямую в аналитический отдел Министерства на Фатх, – парировал я, сохраняя учтивый тон. – Мои корабли уже готовы к прыжку. Уверен, специалисты министерства по достоинству оценят нашу с вами оперативность. И, разумеется, в отчёте я особо отмечу вашу эскадру как обеспечившую безопасный вывод трофейных единиц из зоны конфликта.

Это был тонкий намёк. Я давал ему понять, что не стану ссориться и даже подкину ему в отчёт несколько лестных слов, но трофеи – мои.

Последовала ещё одна пауза, на этот раз короче.

–Поступайте как знаете, капитан, – наконец буркнул он, и связь прервалась.

Я не стал ждать, пока он передумает.

–Тёма, всем кораблям, немедленный разгон на прыжок! Курс – Фатх! – скомандовал я.

Моя эскадра, ведя за собой два ценных приза, ринулась к точке выхода, оставив адмиральскую группировку в пустой системе.

Моё появление в системе Фатх с двумя трофеями на буксире не осталось незамеченным. Ещё до официального введения военного положения меня знал практически каждый диспетчер, и сейчас эфир наполнился их живыми, не скрывающими уважения голосами.

– «Звёздный Утиль», видим вас! Потрясающая работа, капитан! – долетало из одного сектора.

–Проходите, капитан Артём, для вас зелёный коридор! – звучало из другого.

Я с удовольствием ловил эти волны заслуженной похвалы, чувствуя, как усталость от пятидневного напряжения начинает медленно отступать.

Это приятное упоение длилось недолго. На общий канал вышел новый голос – холодный, официальный и не терпящий возражений. Представитель Министерства войны.

—Капитану Артёму, – прозвучало в эфире, без приветствия и лишних слов. – Следуйте на координаты ноль-ноль-пять-девять-дельта. Остановитесь для проведения досмотра трофейных единиц на предмет возможных диверсионных устройств.

Внутри всё сжалось. Процедура стандартная, но тон голоса не сулил ничего хорошего.

–Вас понял, следую на указанные координаты, – покорно ответил я.

Все двенадцать кораблей развернулись, уходя на запасную орбитальную парковку. Прибыв на безлюдную точку в космосе, я отдал команду:

–Всем кораблям, расцепить буксировочные тросы. Тёма, отвести эскадру на пять километров от трофеев. Предоставить пространство для манёвра досмотровой группе.

Мои корабли мягко отошли, оставив два корвета Зудо одиноко дрейфовать в пустоте. Ждать пришлось недолго – через тридцать пять минут прибыл военный буксир в сопровождении четырёх лёгких сторожевых кораблей. На связь вышел его капитан, и его тон был куда более человеческим.

– Капитан Артём, приветствую! Поздравляю с трофеями, великолепная работа! Доложил куратору, ваше задание закрыто как успешное. Захват двух боевых единиц подтверждён.

Я мысленно поблагодарил его за доброе слово.

–Благодарю, капитан. Передаю коды доступа к системам корветов. Полный контроль над машинным отделением, жизнеобеспечением и бортовыми системами.

– Принято. Очень признателен за сотрудничество.

Буксир, ловко зацепил оба корвета мощными магнитными захватами. С короткой вспышкой маневровых двигателей он развернулся и, тяжело волоча за собой мою добычу в неизвестном направлении. Я проводил их взглядом с лёгкой горечью, но тут же на терминале замигал значок нового сообщения от куратора. Повышение в рейтинге! Теперь мы на 14-м месте. И, что главное, – приглашение в любое представительство Министерства для получения награды.

Почувствовав, что позитивный настрой по отношению ко мне сейчас на пике, я немедленно отдал мысленный приказ:

–Тёма, составляй рапорт-ходатайство. Просим предоставить мне, руководителю ЧВК «Звёздный Утиль», краткосрочный отпуск продолжительностью пять стандартных суток для решения личных вопросов. И отправляй куратору, пока звёзды благоприятно сошлись.

Пока я наслаждался редким моментом затишья, наблюдая, как буксир с моими трофеями растворяется в мерцающем звёздном поле, в голове засела одна деталь. Я мысленно обратился к своему искину:

–Тёма, а почему все, от диспетчеров до того капитана на буксире, обращаются ко мне «капитан»? Я ведь, насколько мне известно, никаких званий в их флоте не имею.

– Это связано с импровизированной системой рангов, принятой Министерством войны для координации с частными военными компаниями, – без колебаний начал объяснять Тёма. – Согласно табели о рангах военного флота мира Фатх, командование оперативным соединением, включающим тяжёлые крейсеры, соответствует должности, для которой предусмотрено звание не ниже контр-адмирала.

В голосе искина послышались лёгкие аналитические нотки.

–Однако, учитывая, что вы не обучались в военной академии и не проходили действительную службу в рядах флота, вам было присвоено звание «капитан». Хоть оно и не относится к старшему офицерскому составу, но уже является офицерским званием и указывает на ваш оперативный командный статус.

– Значит, меня немного принизили, – усмехнулся я.

– Формально – да, – согласился Тёма. – Но существует важное дополнение. Руководители ЧВК, чей рейтинг входит в первую десятку, автоматически получают звания, приравненные к высшему офицерскому составу флота. Таким образом, ваш карьерный рост в рейтинге напрямую коррелирует с получением более высокого воинского звания в этой системе.

Мысль о том, что где-то там, в кабинетах Министерства, уже присматривают для меня адмиральские погоны, пришлась мне по душе. Это был неплохой стимул карабкаться дальше по этой лестнице.

И словно в ответ на мои размышления, в нейросеть пришло новое уведомление. Я уже мысленно готовился к очередному приказу о вылете в какую-нибудь богом забытую систему, но вместо этого мои глаза прочли нечто иное. Это был не приказ. Это было извещение об утверждении моего рапорта. Мне предоставлялся долгожданный отпуск. На четыре дня. Четыре дня!

– Тёма! – мысленно воскликнул я, едва сдерживая эмоции. – Отменяем все планы по закупкам и техобслуживанию! Готовь «Грифон» к быстрому переходу. Я лечу домой!

«Грифон» плавно пронзил облака, и внизу проплыли знакомые до слёз очертания – изумрудное озеро и серебряная змейка реки. Я направил его к заранее намеченной площадке – к поляне недалеко от палаточного лагеря, который я когда-то обустраивал своими руками.

Корабль, словно уставшая птица, мягко коснулся земли. В наступившей оглушительной тишине заскрипела гидравлика, и кормовая аппарель с лёгким стоном опустилась.

Я ступил на землю, сбежав вниз по трапу. И замер. Лето. Тёплое, раннее утро. Воздух был густым, влажным и пьянящим, Летнее, тёплое, раннее утро. Воздух был густым, влажным и пьянящим, Солнце, золотило росу на травинках и бросало длинные тени.

Мой «Грифон» занял своё почётное место рядом с другими кораблями – средним транспортом «Стриж», который я передал Вячеславу, и двумя небольшими курьерами.

Я постоял так несколько минут, просто дыша полной грудью. А потом медленно пошёл к заветному переходу на Землю.

Дверь в дом бесшумно подалась. Как можно тише, я зашёл домой, на цыпочках, стараясь не разбудить моих девочек. Проскользнув в кухню, я бросил взгляд на часы: без двадцати шесть. Я знал, что будильник в смартфоне жены установлен на шесть ровно. У меня было двадцать минут, чтобы сотворить чудо.

Достал сковороду – тяжёлую, чугунную. Сначала занялся сосисками, отварив их до лёгкой упругости, а затем, слив воду, принялся за главное – яичницу-глазунью. Первая пара яиц, одно за другим, аккуратно разбились о край сковороды, и солнечные желтки уютно устроились в прозрачном белке. По мере готовности я выложил рядом с яичницей пару сосисок, доведя их до румяной, аппетитной корочки. Первая порция готова. Принялся за приготовление следующей.

Пока на плите творилась магия, я достал хлеб и бесшумно вставил ломтики в тостер – я прекрасно помнил, как наша дочь обожает хрустящие тосты по утрам. Последним штрихом стал лёгкий щелчок включения электрического чайника.

И как по волшебству, едва чайник начал закипать, из спальни донёсся нежный перезвон будильника. Через мгновение дверь на кухню скрипнула, и на пороге появилась она. Моя жена. Заспанная, в моей смятой футболке, с размытым взглядом, но её нос уже по-кошачьи вздрогнул, улавливая знакомый, манящий аромат.

Она смотрела на меня, на накрытый стол, на дымящуюся сковороду, и в её глазах, сквозь пелену сна, медленно, проступало удивление, а затем – та самая, тёплая и бездонная, улыбка.

– Эль, доброе утро, – прошептал я.

– Артём, ты вернулся!

– Тихо, мать разбудишь дочь.

– Кого, её? Да её пушкой не разбудишь! Она на каникулах с подружками допоздна гуляет, а потом до полуночи в телефоне сидит. Так что из-под неё хоть матрас выдёргивай – она не проснётся. Ты лучше рассказывай, как дела. Как там у тебя бизнес?

– Имущество и активы получилось сберечь. Конечно, некоторые госконтракты пришлось затормозить по независящим от меня причинам. Ну и, как говорится, тоже пришлось… Так сложилось, что мне пришлось заключить ещё один госконтракт, требующий моего личного присутствия. Приходится постоянно мотаться туда-сюда. Вознаграждение, конечно, платят, но то, что постоянно требует моего присутствия, сильно напрягает. Вот кое-как выпросил небольшой отпуск на четыре дня и сразу – домой.

Супруга оглядела меня, посмотрела мне в глаза, и мне показалось, что она даже как-то злобно сощурилась.

–А не трёшь ли ты мне уши, дорогой? А не завёл ли ты там какую-нибудь инопланетяночку?

– Ну, хорош, мать! Ты же знаешь, я не такой, я честный. Сама прекрасно знаешь, что мне все эти неприятности, которые сначала – приятности, не нужны. Просто сложности: там с этими госконтрактами всегда сложности – то в одном месте не складывается, то в другом, а на мне ответственность, приходится подстраховываться третьим. Вот так и бегаю от одного к другому. Как думаешь, променял бы я тихое и спокойное времяпрепровождение с рыбалками, покатушками на лодке?.. И разменять всё это, на всяких там непонятных инопланетяночек.

– Ну да, здесь ты скорее прав. Ты у меня как кот: где тебе сыто, тепло и спокойно, там тебе и дом.

– Вот, а то сразу: «Бабы, бабы...»

Так, спокойно переговариваясь, мы закончили завтрак, и супруга стала собираться на работу. Через некоторое время проснулась дочь – вернее, супруга её разбудила, – так как ей надо было школьный лагерь. На моё предложение развести их на работу и в школу соответственно мои девчонки отказались. Супруге удобнее было самой на машине передвигаться – дела по хозяйству порешать. Да и вообще, мобильность – это всегда удобно. Я настаивать не стал.

Вышел во двор, где уже припекало утреннее солнце, достал телефон и набрал номер Вячеслава.

–Слава, здравствуй. Как у тебя дела? Не можешь подъехать? Поговорить нужно.

–Артём, приветствую! Я ждал твоего звонка. Конечно, через два с половиной часа буду у тебя.

–Договорились.

Я сбросил вызов и не спеша пошёл к сараю, в котором был переход на Плацдарм. Я не торопился, шёл спокойно, к тому месту, где оставил свою любимую транспортную платформу. Подойдя к ней, я занял место оператора. Платформа с тихим гулом плавно поднялась в воздух на высоту полутора метров. Мне очень хотелось сверху посмотреть на своё поле с ячменём.

Глава 16

16

Платформа, мягко гудя, поплыла над ячменным морем. Цвет его был не однотонным, а переливчатым – от дымчатого, почти серебряного, там, где колосья кланялись солнцу, до густого, золота в ложбинах. Каждый стебель стоял тугой пружиной, отягощённый зерном. Ветер гулял по верхам, и ячмень отзывался ему не шепотом, а гулом – низким, бархатным шорохом, похожим на отдалённый прибой. Скоро, очень скоро придут комбайны, и эта красота претворится в полные закрома, в реальный, осязаемый результат.

Следующим пунктом моей программы было второе поле – десять тысяч гектаров, где должны были кипеть работы по высадке деревьев. Платформа, послушная малейшему импульсу, плавно развернулась, и ветер с воем хлестнул мне в лицо. Мы понеслись над землёй, пока вдали не показалось пустынное пространство – серая, безжизненная полустепь. Я приказал платформе снизиться, почти вжался в поручни, впиваясь глазами в эту равнину. Искал ряды тонких саженцев, следы техники, хоть что-то… Но видел лишь потрескавшуюся землю да клубы пыли. Поручение было дано чётко, ясно, Славе. Лично Славе. Пора возвращаться и дожидаться его визита.

На этот раз я пролетел переход на Землю на платформе и опустил её во дворе своего дома. Зашёл внутрь, из холодильника достал баночку ледяного пива и, прихватив её, вышел во двор. Уселся на прохладную каменную скамейку, вскрыл банку с приятным сердцу хлопком. Первый глоток обжёг горло горьковатой прохладой. В отличном настроении я приготовился ожидать появления Славы.

Вскоре на обочину вырулила, слепя лаком, чёрная Kia K5. Она съехала с дороги прямиком на мой «газон», открылась водительская дверь. И вот он – Слава, собственной персоной.

– Слава! Здорово! – широко улыбнулся я, поднимаясь со скамейки и протягивая ему руку. – Как дела?!

Он пожал её, стараясь смотреть прямо, но его взгляд упорно норовил соскользнуть куда-то в сторону, на свои новенькие колёса.

–Артём… Привет. Да я в порядке.

Я похлопал его по плечу – мышцы под пиджаком были твёрдыми, как камень. Чувствую – напряжён, как струна.

–Ну, что скажешь? Как успехи? Чем порадуешь? – спросил я по-отечески. – Ячмень, я смотрел, – загляденье. А вот с лесополосой… Вижу, есть пробелы. Давай, рассказывай по порядку.

Он немного воспрял, выдохнув часть тревоги.

–С литием всё чисто. Три тонны, триста тысяч, как договорились. Комиссией себя не обидел.

Я не удержался от усмешки.

–Молодец, тут без вопросов. И машину твою оценил, нарядная тачка. Что дальше?

И тут он сдулся. Взгляд уткнулся в землю, начал нервно переступать с ноги на ногу.

–Дальше… Дальше был Осмий-187.

Он тяжело вздохнул, и я уже понял, что сейчас услышу историю героических, но тщетных попыток.

–Артём, это была пытка. Я везде искал. И здесь, и за рубежом. Всех достал. Друзья, знакомые, знакомые знакомых… Никому этот редкоземельный элемент нахрен не сдался. В общем, через тех, кто литий брал, вышел на людей. И… там уже цену сбили. Двести тысяч за грамм – это фантастика, таких цен сейчас нет.

Я слушал его и качал головой.

–И к чему же пришли? – спросил я спокойно.

– Продал два килограмма… – он почти прошептал, – по девять тысяч восемьсот. За грамм.

Он помолчал, видимо, ожидая моего взрыва. Но я не взорвался. Ведь Тёма представил мне текущий порядок цен.

–Оплата криптой только вчера прошла, – поспешно добавил он. – Вышло девятнадцать миллионов шестьсот тысяч.

– Ну, Слав, – сказал я, снова кладя ему руку на плечо. – Ожидали мы, конечно, побольше. Значительно. Подход к выбору товара, дружище, несерьёзный. Надо на ликвидность смотреть, а не на редкость.

Я посмотрел ему в глаза и увидел там и усталость, и досаду. Но и упорство тоже.

–Но вот что я скажу, – продолжил я уже мягче. – Активность твою я хвалю. Упёрся, искал, мучился, но результат-то есть! Пусть не тот, о котором мечтали, но почти двадцать лимонов – это не хухры-мухры. Спасибо, что не сдался.

Я отпустил его плечо. Теперь нужно было перейти к самому главному.

–Но из-за этой твоей эпопеи с осмием, я так понимаю, до лесополосы и до ячменя руки так и не дошли? Так?

– Так.

Видно было, парень готов был немедленно броситься исправлять ошибки, лишь бы загладить вину. Что ж, нужно было направить эту энергию в нужное русло.

– Так, ладно. Что сделано – то сделано, – сказал я, переводя разговор в практическое русло. – Теперь слушай сюда и запоминай. Первый и главный твой шаг сейчас – найти поставщиков саженцев. Всё уже утверждено, координаты внесены. Твоя задача – приобрести саженцы и найти честного поставщика, чтобы он отгрузил всё согласно плану. И чтобы всё было на стандартных паллетах. Никаких самодельных упаковок, понял? Только стандарт. Это важно для автоматизации. Напомни мне, чего и сколько нужно купить.

– Тополь пирамидальный – 264 000 саженцев, вяз мелколистный – 110 000 штук, лох серебристый – 66 000 единиц.

– Всё верно.

Он кивнул, уже мысленно составляя список звонков.

– Как только саженцы будут здесь и ты наладишь автоматизированную посадку по нашим картам… – я сделал небольшую паузу для драматизма, – как справишься – приступишь к следующей задаче.

Он замер, ожидая.

– Можешь лететь в Венесуэлу. За кокаином. Попробуй купить партию за золото. Им оно точно нужнее, чем доллары или крипта. Бумага резанная с изображением мёртвых американских президентов всё равно бумага, а золото… Его пощупать можно. Так что проси большую скидку. Если всё получится – лети на Пиратскую Станцию. Там продашь этот порошок, купишь искины… и три тонны лития. И столько же золота. Насчёт этого металла у меня есть мысли.

Я видел, как в его глазах сменились вина и растерянность на тот самый азарт, которого я и добивался. Огонь предстоящего дела, масштаб, который заставлял кровь бежать быстрее.

– Всё ясно?

Он снова кивнул, но на этот раз его кивок был твёрдым и уверенным. Дело было сделано. Теперь он горел целью.

– Всё, время не тянем, езжай, занимайся. И ещё раз поздравляю с покупкой автомобиля!

Слава без слов вернулся к машине, сел в неё и развернулся – как мне показалось, несколько неуверенно, видимо, не совсем привык к габаритам. Когда машина Славы скрылась в облаке пыли, я зашёл во двор. Сел на место оператора, отхлебнул щедрый глоток пива и спросил у Тёмы:

– Кстати, Тёма, как там наши азартные начинания?

– Артём. Дела идут консистентно. Отчёт готов.

Перед взглядом в интерфейсе возникли три ключевых графика:

1. Рост пользовательской базы: Кривая резко взмывала вверх, показывая 1348 зарегистрированных аккаунтов.

2. Источники трафика: Круговая диаграмма, где крупнейший сегмент (67%) был подписан «Органический/Реферальный».

3. Финансовый поток: Столбец с цифрой $8943, окрашенный в уверенный зелёный.

– Тысяча триста пользователей? – я присвистнул. – И девять штук дохода? Как?

– Разверну детализацию, – голос Тёмы был ровным, без эмоций. – Написанные мной боты-агенты, зарегистрированные в 87% крупных и средних около-спортивных сообществ в социальных сетях, инициировали обсуждения и делились реферальными ссылками. В связке с таргетированной рекламой на тематических форумах это дало совокупный прирост. Процесс, как ты верно заметил, набирает обороты. Алгоритмы матч-мэтчинга и расчёта коэффициентов работают стабильно, маржа удерживается в плановых 5.7%.

Я с удовлетворением кивнул, но мой взгляд упал на небольшой мигающий красным индикатор в углу финансового дашборда.

– А это что за предупреждение?

– Это – ключевая проблема на текущий момент, – Тёма выделил красную зону. – Сложности с вводом и выводом средств пользователями. Наши транзакции начинают попадать под повышенное внимание криптообменников.

Искин развернул сложную схему, напоминающую сеть с узкими горлышками.

Проблема многоуровневая.

Во-первых, ликвидность. Средства пользователей нужно быстро конвертировать. Мелкие P2P-обменники не справляются с объемом, а крупные биржи вроде Binance или Bybit блокируют транзакции, помечая их как связанные с азартными играми.

Во-вторых, анализ цепочек. Обменники используют Chainalysis (компания по аналитике блокчейна, предлагающая инструменты для отслеживания мошенничества в индустрии криптовалют) и подобные сервисы. Они отслеживают ончейн-транзакции от наших депозитных кошельков. Как только определяется паттерн, характерный для букмекерской деятельности, аккаунты попадают в черный список.

И в-третьих, системы противодействия финансовым преступлениям требуют идентификации пользователей. Мы ее не проводим, что еще больше усугубляет подозрительность наших транзакций для регуляторов и самих обменников.

– То есть, люди не могут вывести выигрыш? – уточнил Артём, уже чувствуя подвох.

– Верно. Скорость обработки выводов упала на 73%. Мы рискуем потерей доверия и негативными отзывами, что сведет на нет эффект от привлечения новых пользователей. Требуется архитектурное изменение финансовой инфраструктуры.

Я мрачно смотрел на кружащие красные сигналы. Деньги были рядом, но дотянуться до них становилось все сложнее.

– Ладно, я понял. Значит, нужно искать обходные пути. Начинай прорабатывать варианты. Используй те самые «полулегальные схемы», о которых ты говорил. Но без фанатизма. Я не хочу, чтобы на нас вышла киберполиция.

– Принято, – ответил Тёма, и его голографический силуэт словно бы стал более плотным, сконцентрированным. – Начинаю анализ децентрализованных бирж, кросс-чейн мостов и миксеров.

Внезапно в сознании, будто искра, вспыхнула новая идея.

– Слушай, Тёма, а если копнуть глубже? У нас ведь есть деньги, и я думаю, можно отвлечь около 18 миллионов. Может, купим небольшой коммерческий банк где-нибудь в Индонезии? На «Стриже» хранятся сотня высокоэффективных искинов. Представь: полностью автоматизированный банк. Ни одного живого сотрудника – никаких инсайдеров, саботажа, только цифровые технологии.

– Мобильные приложения со встроенным VPN, онлайн-банкинг. Увеличим количество ботов, прорекламируем удобство и простоту. Славу сделаем лицом банка, управляющим. Скупим модных блогеров. А имеющееся у нас золото покажем в виде обеспечения вкладов. Создадим громкую презентацию. Как думаешь?

– Артём. Это... элегантное и амбициозное решение. Провожу анализ.

В интерфейсе тут же возникли новые окна с данными, графиками и потоками новостей из Юго-Восточной Азии.

– Во-первых, о продаже. Да, на рынке есть несколько подходящих кандидатов. Наиболее соответствуют нашим критериям два небольших банка в Джакарте и на Бали. Их капитализация позволяет рассматривать сделку. «Банк Пасифик Инда» – наиболее вероятная цель, испытывает трудности с ликвидностью.

Тёма начал развивать идею, структурируя её, и схема будущего банка усложнялась с каждой секундой.

– Концепция полностью электронного банка, «банка-призрака», исключительно сильна. Это снижает операционные расходы на 80% и минимизирует человеческий фактор. Наши искины идеально справятся с управлением, обеспечив круглосуточную работу.

– Маркетинговая стратегия с ботами и блогерами верна. Мы создадим иллюзию массового спроса и популярности. Привлечение Славы в качестве публичного лица придаст проекту человеческое измерение и доверие.

– Демонстрация золотого запаса в качестве обеспечения – ключевой момент. Это мощный сигнал надежности для клиентов и регуляторов. Презентация должна быть безупречной.

– Вопросы цифровой безопасности будут приоритетом. Мы реализуем протоколы шифрования военного уровня, распределенные системы хранения данных и постоянный мониторинг угроз.

– И наконец, – голос Тёмы звучал почти торжествующе, – мы создадим собственную, тесно интегрированную с банком криптобиржу. Это станет замкнутой экосистемой: банк обеспечит фиатные шлюзы и ликвидность, а биржа – бесшовные конвертации.

– И что самое важное, – заключил искин, – это раз и навсегда решит проблемы с транзакциями для нашей букмекерской конторы. Все потоки будут проходить через нашу собственную банковско-биржевую инфраструктуру, становясь неотличимыми от легальных операций.

Я медленно улыбнулся, глядя на развернутую передо мной цифровую империю будущего.

– Отлично. Значит, так и поступим. Начинай подготовку сделки по покупке банка и разработку архитектуры. Составь и направь коммерческое предложение. Наш скромный букмекерский проект... перерастает в нечто большее.

С горящими глазами я смотрел на данные в интерфейсе, но мысль развивалась, как снежный ком. Остапа понесло!

– Тёма, ты понял самую суть. Но это только начало! На платформе банка мы создадим не просто серверы, а мощнейший дата-центр. Такой, чтобы у «Гугла» челюсть отвисла. И это будет наш фундамент для всего!

1. Медиа-империя. Зачем нам чужие новости и развлечения? Мы будем копировать самые популярные медиа-ресурсы – новостные порталы, видеохостинги, стриминговые платформы. Но не просто копировать, а улучшать! Наши искины проанализируют все их слабые места и создадут идеальные клоны – быстрее, удобнее, с уникальным контентом, который наши же искины будут генерировать. Зачем смотреть глупые сериалы, если можно создать персонализированный, где сюжет подстраивается под твои предпочтения в реальном времени?

2. Онлайн-игры. Мы запустим собственную игровую экосистему. Не просто игры, а целые виртуальные вселенные с элементами гемблинга, где наша букмекерская контора будет органично вшита в игровой процесс. Ставки на результаты матчей, внутриигровая экономика, привязанная к нашему банку и криптобирже.

3. Рекламный монстр. Мы создадим собственную рекламную систему, которая будет точечно таргетировать аудиторию на всех наших платформах. Но главная фишка – кольцевание ресурсов самих на себя. Наш новостной портал будет рекламировать наш видеохостинг, где блогеры (купленные нами) будут расхваливать удобство нашего банка, в приложении которого будет всплывать реклама нашей букмекерской конторы с выгодным предложением, которое ведет на нашу же игровую платформу. Пользователь будет вечно ходить по кругу в нашей экосистеме, даже не понимая этого! Мы создадим информационный капкан!