Текст книги "Статьи, рассказы, наброски (сборник)"
Автор книги: Михаил Булгаков
сообщить о нарушении
Текущая страница: 27 (всего у книги 27 страниц)
"Я – семьянин, а потому знаю, что большая часть семейных сцен разыгрывается на почве материальной необеспеченности. Жена пищит: "Вот-де, посмотри на таких-то знакомых, как они живут!"... Подобного рода аргументация доводит до белого каления. Беда, если глава семьи слаб на руку и заедет в затылок!..
Вот в этом случае, по моему мнению, до некоторой степени полезно обратиться в местком, но не с жалобой, а за советом, и не с тем, чтобы проучить драчуна, а с тем, чтобы устранить причину, вызывающую семейные ссоры... Местком – не судья, но, как союзный орган, на обязанности которого лежит, между прочим, забота о благосостоянии членов, может изыскать средства, помочь угнетаемой возбуждением, например, ходатайства о предоставлении угнетателю службы, более обеспечивающей его существование..."
x x x
Дорогой товарищ семьянин! Позвольте вам нарисовать картину в месткоме после проведения в жизнь вашего проекта.
Является некий семьянин в местком.
– Вам что?
– Жену сегодня изувечил.
– Тэк-с, чем же вы ее?
– Тарелкой фабрики бывшего Попова.
– Э, чудак! Кто ж тарелками дерется? Посуда денег стоит. Взяли бы кочергу. Ведь, чай, расхлопали тарелку?
– Понятное дело. Голову тоже.
– Ну, голова дело десятое. Голова и заживет, в крайнем случае. Ведь вы, надеюсь, не насмерть уходили вашу супругу?
– Ништо ей!
– Ну вот, а тарелочка не заживет. Бесхозяйственная вы личность. По какому же поводу у вас с супругой дискуссия вышла? На какую вы тему ее били?
– Да... кха... Жалованье нам вчера выдавали. Ну, понятное дело, зашли мы с кумом...
– В пивную?
– Конечно. Ну, спросили парочку... Затем еще парочку... Потом еще парочку...
– Вы дюжинками считайте, скорее будет.
– М-да... выпили мы, стало быть... Пошли опять...
– Домой?
– То-то, что к Сидорову... Мадеру у него пили...
– Тэк-с... Дальше...
– Дальше я где-то был, только, хоть убейте, не помню – где. Утром сегодня являюсь, а эта змея пристает...
– Виноват, это кто ж змея?
– Жена моя, понятно. Где, говорит, жалованье, пьяница? Слово за слово... ну, не стерпел я...
– Да... Что ж нам с вами делать? Вы по какому разряду?
– По 9-му.
– Ну, ладно, получайте 10-й!
– Покорнейше благодарю!!.
x x x
Из десятого, после того как он своей змее руку сломал, – в 12-й. Тогда он ей ухо откусил – в 16-й. Тогда он ей глаза выбил сапогом – в 24-й разряд тарифной сетки. Но в сетке выше разряда нету. Спрашивается, ежели он ей кишки выпустит, куда ж его дальше?
– Персональную ставку давать?
Ну нет, это слишком жирно будет!
x x x
Был человек начальником станции, сломал три ребра жене, его сделали ревизором движения! Тогда он ее и вовсе насмерть ухлопал. Ан все высшие должности заняты. Спрашивается, как его наградить? Придется деньгами выдать!
x x x
Нет, семьянин! Ваш проект плохой. Бьют жен вовсе не от необеспеченности. Бьют от темноты, от дикости и от алкоголизма, и никакие разряды тут не помогут. Хоть начальником тяги сделай драчуна, все равно он будет работать кулаками.
Иные средства нужны для лечения семейных неурядиц!
* Михаил Булгаков. Залог любви
Роман
Собр. соч. в 5 т. Т.2. М.: Худож. лит., 1992.
OCR Гуцев В.Н.
I
ЛУННЫЕ ТЕНИ
Угасли звуки на станции. Даже неугомонный маневровый паровоз перестал выть и заснул на пути. Луна, радостно улыбаясь, показалась над лесом и все залила волшебным зеленоватым светом. А тут еще запахли акации, ударили в голову, и засвистал безработный соловей... И тому подобное.
Две тени жались в узорной тени кустов, и в лунном отблеске изредка светились проводницкие пуговицы.
– Ведь врешь ты все, подлец, – шепнул женский голос, – поиграешь и бросишь.
– Маруся, и тебе не совестно? – дрожа от обиды, шептал сиплый голос. Я, по-твоему, способен на такую пакость? Да я скорей, Маня, пулю пущу себе в лоб, чем женщину обману!
– Пустишь ты пулю, держи карман, – бормотал женский голос, волнуясь. От тебя жди! Сорвешь цвет удовольствия, а потом сел в скорый поезд, только тебя и видели. Откатись ты лучше от меня!
"Целуются, черти, – тоскливо думал холостой начальник станции, сидя на балконе, – луна, положим, такая, что с семафором поцелуешься".
– Знаем, – шептала тень, отталкивая другую тень, – видали таких. Поешь, поешь, а потом я рыдать с дитем буду, кулаками ему слезы утирать.
– Я тебя не допущу рыдать, Манюша. Сам ему, дитю, если таковое появится, кулаками слезы вытру. Он у нас и не пикнет. Дай в шейку поцелую. Четыре червонца буду младенцу выдавать или три.
"Фу-ты, наваждение", – крякнул начальник станции и убрался с балкона.
– Одним словом, уходи.
– Дай-ка губки.
– На... И откатывайся... Прилип, как демон.
"Неподатливая баба, – думала тень, поблескивая пуговицами. – Ну, я тебя разгрызу! Ах ты, черт. Мысль у меня мелькнула... Эх, и золотая ж голова у меня..."
– Знаешь, Маруся, что я тебе скажу. Уж если ты словам моим не веришь, так я тебе залог оставлю.
– Уйди ты с залогом, не мучай!
– Нет, Маруся, ты погоди. Ты знаешь, что я тебе оставлю, – тень зашептала, зашептала, стала расстегивать пуговицы. – Уж это такой залог... без этого, брат ты мой, я и существовать не могу. Все равно к тебе вернусь.
– Покажи...
Долго еще шептались тени, что-то прятали. Потом настала тишина.
Луна вдруг выглянула из-за сосен и стыдливо завернулась в облака, как турчанка в чадру.
И темно.
II
В СУНДУКЕ ЗАЛОГ
Лил дождь. Маруся сидела у окошка и думала: "Куда ж он, подлец, запропастился? Ох, чуяло мое сердце. Ну, да ладно, попрыгаешь, попрыгаешь да приедешь. Далеко без залога не ускачешь. Мое счастье в сундуке заперто... Но все-таки интересно, где он находится, соблазнитель моей жизни?"
III
ЗЛОДЕЙСКИЙ ПЛАН
Соблазнитель в это время находился в отделении милиции.
– Вам что, гражданин? – спросило его милицейское начальство.
Соблазнитель кашлянул и заговорил:
– Гм... Так что произошло со мной несчастье.
– Какое?
– Неописуемая вещь. Трудкнижку посеял.
– Вещь описуемая. Бывает с неаккуратными людьми. При каких обстоятельствах произошло?
– Обстоятельства обыкновенные. Вот извольте видеть, дыра в кармане. Вышел я погулять... Луна светит... Я ей и говорю...
– Кому ей?
– Тьфу!.. Это я обмолвился. Виноват. Ничего не говорю, а просто смотрю, батюшки – дыра, а трудкнижки нет!
– Публикацию поместите в газете, а затем, вырезав ее, явитесь в отделение. Выдадим новую.
– Слушаюсь.
IV
РОКОВОЕ ПИСЬМО
Через некоторое время в "Гудке" появилось: "Утеряна трудкнижка за э таким-то, на имя такого-то. Выдана таким-то отд. милиции 8 мая 23 г.".
А через некоторое время в "Гудок" пришло письмо, поразившее редакцию, как громом:
"Многоуважаемый товарищ редактор! Это все ложь! Книжка не утеряна, и такой-то врет. Он отдал ее мне в залог любви. А теперь опубликовывает в газете!"
V
ЭПИЛОГ
Такой-то рвал на себе волосы и кричал:
– Что ж мне теперь делать, после такого сраму?!
Стоял перед ним приятель и говорил ему:
– Не знаю, что уж тебе и посоветовать. Сделал ты подлость по отношению к женщине. Сам теперь, и казнись!
* Михаил Булгаков. Заседание в присутствии члена
Собр. соч. в 5 т. Т.2. М.: Худож. лит., 1992.
OCR Гуцев В.Н.
Новость в два мгновенья облетела всю станцию Ново-Бахмутовка: будет заседание не простое, а в присутствии члена Авдеевского учкпрофсожа. И в назначенный час зал клуба заполнился пролетарскими лицами членов профсоюза. Возбуждая общее внимание и симпатию, за столом президиума красовался член учкпрофсожа.
Началось честь честью: избрали председателя, и тот, качнувшись, как былинка, и конфузясь, заявил:
– Гм... Таперича, стало быть, секретаря надо...
– Верно! – подтвердили мозолистые голоса в зале, – Васю Гузина!
– Васю так Васю, – сказал председатель и обратился к члену: – Васю хочут?
– Ну и что ж, – ответил член, – пускай. Я против Васи ничего не имею.
– Итак, большинством голосов Васю... – начал председатель.
– Товарищи, – раздался Васин голос, – я покорнейше прошу отказаться, в силу причины малограмотности, так как я только что кончил ликбез.
– Вася, не дрефь! – загремел зал, – неужто, Вася, ты не можешь скребнуть пером раз пять для общего блага?
И под гром рукоплесканий Вася занял место за столом.
– Первым вопросом у нас стоит, на каком основании поперли со службы дорогих товарищей Дзюбу, Душебу и Самиську без всякого ведома профсоюзов? заявил председатель, – предлагаю высказывать.
Зал немедленно высказал негодование бурным ропотом.
– Ша, – молвил председатель, – который-нибудь один.
Но встали сразу двое и вперебой высказались:
– Это все мастер!
– ПД-9, чтоб ему ни дна ни покрышки!
– Он говорит, ваш, говорит, профуполномоченный на 6 месяцев, а я мастер навсегда!
– Ловко загнул! – грянул зал.
– Прочтите акт э 1...
– Правильно! – крикнул кто-то.
– За э 10 уволили!
– Как это так – правильно?!
– Тише! – погибая в волне народного гнева, взвыл председатель, – кто за? Я голосую – прошу поднять руки! Вася, пиши.
Лес рук поднялся и тотчас же, как подрубленный, опустился.
Вася макнул перо и написал:
"Прочтите акт э 1 заслушали за э 10 воздержавшие 6 человек неправильное сокращение ПД-9 Федоренко".
Потом подумал и приписал:
"Разъяснение подтверждено за э 8 Гавриков и Филонов".
– За что я голосовал?
– Сначала!!
– Объясни, председатель, за что руки поднимать?!
– Ну, сначала, – бледнея, сказал председатель.
– Это что ж такое, – заговорил некто, – разгрузка земли производилась в праздничный день... Сверхурочные, а вместо отдыха шиш с маслом?
– Этого мастера в цистерне утопить!!
– Не допускается убийство! – надрываясь, крикнул председатель.
– Халатный.
– Бузотер!
– Керосин получен, а мы его и в глаза не видали.
– А на перегоне сидели без воды 3 месяца.
– А где профуполномоченный?
– А мастер говорит – его во взятке уличил: пять пудов картофелю!
– Кто кого уличил?!
– Тиш-ше! – кричал председатель, утирая пот, – Вася, пиши.
Бледный Вася начал строчить:
"Слушали: "Получен материал керосин и другие предметы ПД-9 околодка не отказались".
"Постановили: "Керосина не получали недопустимо предъявлено ПД-9 ок. Федоренкова".
– Его из союза надо вышибить?
– Кого?!
– Камыш 8 дней на водокачке косили, а он на месте остался...
– Исплоатация труда!..
– Горячие у вас парни, – растерявшись, сказал член председателю, беда!
– Что ж таперича делать? – спросил председатель.
– Ты голосуй, – посоветовал член, – они, может, заткнутся.
– Голосую, товарищи! – заныл председатель.
– За кого? – гремело в зале.
– Ясное дело. Духу чтоб не было!
– Кого?!
– Кто за – тот руку!
– Наоборот: вон его, к свиньям!
– Которого?
– Федоренкова мастера!
– Ага!
– Кто за то, чтобы его исключить?.. Раз, два, три... Вася, пиши...
"Исключить за 15 голосов", – написал Вася.
– Ура! Выкинули, – ликовал зал.
– Потрудились, зато очистили союз!
– А теперь что? – спросил председатель у члена.
– Закрывай ты заседание, – ответил тот, – ну их к богу.
– Объявляю закрытым! – облегченно крикнул председатель.
– Правильно, – ответил бахмутовский народ, – ко щам пора.
И с грохотом зал разошелся. Вася подумал и написал: "Заседание закрыто 7 часов". – Молодец, Вася, – сказал председатель и спрятал протокол.
Примечание "Гудка":
В основе фельетона копия протокола заседания членов профсоюза на ст. Н. – Бахмутовка от 19 июня. Протокол этот – верх бестолковщины.
Совершенно непонятно, как могло идти таким образом заседание, на котором присутствовал член Авдеевского учкпрофсожа?
