Текст книги "Голос Арчера (ЛП)"
Автор книги: Миа Шеридан
сообщить о нарушении
Текущая страница: 8 (всего у книги 19 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]
«Поцелуй меня, поцелуй меня», – мысленно повторяла я. Напряжение между нами было таким сильным, что, когда он, наконец, начал медленно приближаться ко мне, я чуть не застонала от облегчения.
Он приблизился ко мне, чуть приоткрыл губы... В его взгляде смешались неуверенность и страсть. Никогда в жизни я не забуду этот взгляд, никогда не забуду совершенное и прекрасное выражение лица Арчера. Следующий раз будет уже другим. После того как он поцелует меня первый раз, все будет иначе, я это знала. Я впитывала его, запоминала его, стала частью него. А потом его рот коснулся моего, я застонала, и непрошеный звук застрял в горле. Он открыл глаза, замер на секунду, его взгляд потемнел еще сильнее, прежде чем он крепко прижал свои губы к моим и снова закрыл глаза. Я тоже закрыла глаза и погрузилась в ощущение его губ, изучающих мои, касаясь то нежно, то усиливая давление. Через несколько мгновений он придвинулся ближе ко мне, и его язык разомкнул преграду моих губ, и, не раздумывая, я открылась ему. Его язык неуверенно скользнул в мой рот, и я встретилась с ним своим языком, и они переплелись. Он придвинулся еще ближе, и выдохнул в мой рот, словно вдохнул в меня жизнь. А может, так оно и было на самом деле.
Он нежно уложил меня на диван, не обрывая поцелуй, и склонился надо мной. Поцелуй становился все более страстным, его язык проникал все дальше в мой рот, встречаясь с моим языком в медленном эротическом танце.
И никогда я не чувствовала себя лучше.
Я чуть не заплакала от переполнившего мое сердце дикого желания к мужчине, целующему меня. Безумное напряжение, сковывающее нас, наконец-то отступило.
Через несколько минут он отодвинулся от меня, резко вдыхая, не отводя от меня глаз. Я посмотрела на него и улыбнулась; он прижал свои губы к моим, нежно перебирая пальцами мои волосы. Я застонала, так хорошо это было, и прижалась бедрами к его твердому телу. Я ощущала жар и мощь его эрекции через ткань его джинсов и моих шорт, и продвинулась, чтобы прижаться к нему там, где мне это больше всего было нужно. Я вдохнула еще один его вздох, зная, что это был его стон, лишенный звука.
Он мягко надавил на меня своим возбужденным членом и прервал поцелуй, чтобы взглянуть на меня и убедиться, что я не против его движений. Мое сердце сжалось от его нежности и внимания к моим желаниям. Я чуть улыбнулась и прошептала «да».
Он продолжил целовать меня, добавив легкие движения бедрами, так что член восхитительно двигался около моего клитора. Интересно, понимал ли он, что движения, доставляющие удовольствие ему, доставляли удовольствие и мне? Я тяжело дышала ему в рот и прижалась к нему бедрами, чтобы он понял, что я чувствую. Он подстроил свои движения под меня, и это накрыло меня волной еще более сильного возбуждения, так что мой клитор набух и пульсировал. Я изумилась, каким прекрасным инстинктивным общением без слов был этот танец между мужчиной и женщиной.
Он двигался надо мной, и мои напряженные соски касались его груди, посылая электрические разряды вниз.
Еще одно его резкий выдох, и мое тело напряглось, вздрогнуло и выгнулось от потрясающего оргазма.
Я почувствовала, как он вздрогнул, замер и прерывисто задышал. Когда я открыла глаза, он смотрел на меня в абсолютном изумлении. Вздохнув, он спросил:
«А разве это могло произойти только от поцелуев?»
Я засмеялась и кивнула, поднимая руки.
«Да, иногда так бывает».
Я наклонилась и легонько поцеловала его в губы. Его лицо расплылось в широкой улыбке. Боже, мое сердце... Мое сердце пропустило удар от такой улыбки – слишком красивой и слишком ошеломляющей.
Я улыбнулась довольному выражению его лица, но решила не говорить ему, что никто особенно не гордится тем, что кончил в штаны. Впрочем, я никогда в жизни не испытывала такого возбуждения, как рядом с ним, и тут ему было чем гордиться. Я засмеялась от счастья и снова легонько его поцеловала.
Затем откинулась назад и сказала:
«Сегодня я не буду учить тебя готовить, я приготовлю для тебя. Хочу позаботиться о тебе сегодня. Ладно?»
Он внимательно посмотрел на меня, его прекрасные глаза светились нежностью и теплотой. Арчер просто утвердительно кивнул:
***
Пока Арчер мылся, я освоилась у него на кухне. Я готовила впервые за год, но чувствовала себя счастливой и довольной и напевала себе песенку под нос. Когда Арчер вышел из ванной, я поставила на стол миску картофельных чипсов и упаковку лукового соуса из холодильника.
«Закуски», – улыбнулся он.
Замечательно. Я засмеялась и нашла среди чипсов тот, что загнулся в процессе жарки. Я любила такие больше всего. Они более хрустящие, и их удобнее обмакивать в соус. Я съела один, улыбнулась Арчеру и продолжила готовить.
Мы особо не разговаривали, пока я готовила, так как руки у меня были заняты. Но Арчеру, похоже, было достаточно просто смотреть на меня. Он стоял рядом, прислонившись бедром к столу, скрестив руки на груди, и на его лице светилась счастливая улыбка.
Несколько раз он притягивал меня к себе и страстно целовал. И, кажется, был удивлен, что я его не останавливала. Я улыбнулась ему и съела еще одну чипсинку.
Когда ужин был готов, я накрыла на стол, мы сели, и я разложила еду по тарелкам. Схватив меня за руку, он сказал:
«Спасибо за все это».
Он выглядел как маленький мальчик, который не может толком выразить свои чувства.
«Спасибо», – повторил он. Впрочем, я поняла, что стояло за этим простым спасибо. Уже очень долго никто не заботился о нем.
Он попробовал кусочек, и снова выражение его лица стало мечтательным, как после первого поцелуя. Я улыбнулась.
«Понравилось?»
Он кивнул головой, продолжая жевать.
«Ты права, ты и вправду замечательно готовишь».
Я улыбнулась.
«Спасибо. Раньше я готовила в нашем кафе. Мы с папой сами придумывали рецепты. Мы пекли и готовили вместе».
Я задумалась, представив, как папа будто бы случайно стряхивает муку с моего лица. Воспоминание вызвало улыбку, а не тяжесть в груди, которую я чувствовала последние шесть месяцев, думая о папе.
«Ты в порядке?» – спросил Арчер, глядя на меня с беспокойством. Я широко улыбнулась, взяла Арчера за руку и легонько сжала ее.
«Да, все хорошо».
Неожиданно пошел дождь. Я нахмурилась, посмотрев из окна кухни. Я обернулась к Арчеру, когда заметила боковым зрением, что его руки двигаются.
«Сегодня не будет грозы», – сказал он, будто прочитав мои мысли.
Я выдохнула, улыбнулась и расправила плечи.
Арчер внимательно посмотрел на меня, схватил меня за руку и сжал ее.
Я встала и пошла к выходу звать Фиби. Она уже сидела на крыльце. Я внесла ее в дом, и она устроилась на коврике в гостиной.
Я вернулась за стол, и мы молча продолжили ужинать.
После ужина Арчер помог мне убрать со стола и прибраться на кухне. Вытирая тарелку, которую он только что вымыл, я сказала:
«Арчер, кое-что произошло сегодня в закусочной, и я хотела спросить тебя об этом».
Он посмотрел на меня и кивнул.
Я поставила сухую тарелку в шкаф и вздохнула.
«Сегодня в закусочную зашла одна женщина. – Я замолчала, подбирая слова. – Не то чтобы она угрожала мне, скорее, хотела предупредить. Но она сказала мне держаться от тебя подальше».
Арчер внимательно смотрел на мои руки, потом перевел взгляд на лицо и нахмурился. Он наклонил голову и насторожился, будто бы знал, что я собираюсь сказать.
«Виктория Хейл», – произнесла я, и тут же лицо его челюсть, и он отвернулся и уставился на мыльную воду. Несколько секунд он не двигался, а потом швырнул сковородку прямо на другую. Я вздрогнула от неожиданного грохота.
Он провел мокрыми руками по волосам и замер, лишь сжимая и разжимая челюсти.
Я прикоснулась к его руке, но он даже не посмотрел на меня, но все же немного расслабился.
Я убрала руку и замерла на мгновение, разглядывая его напряженный взгляд и напряженное тело, думая, что никогда не видела Арчера Хейла злым. Я видела его смущенным, неуверенным, уставшим, но никогда злым. И я не знала, что делать.
Он глубоко вздохнул, но ничего не сказал, продолжая смотреть в никуда. Его мысли были где-то далеко.
«Ты расскажешь мне о ней, Арчер?»
Его глаза вернулись ко мне и прояснились. Он глубоко вздохнул и кивнул:
«Да».
Мы вытерли руки, оставив посуду в раковине, и вернулись в гостиную. Я села рядом с ним на диван и стала ждать, когда он заговорит.
Через мгновение он посмотрел на меня и сказал:
«Когда мой дядя умирал, его голова немного прояснилась».
Он ушел в себя и опять устремил взгляд в пустоту, но потом словно вернулся обратно. Его взгляд снова нашел мой.
«Как будто рак удалил все то, что делало его странным. Временами он был абсолютно нормальным, каким я не видел его раньше. И в такие моменты он признавался мне в разных вещах. О том, что делал в жизни, как он любил мою маму».
Боль воспоминаний промелькнула на его лице, потом он продолжил.
«Однажды я зашел в его комнату и увидел, что он плачет. Он обнял меня и сказал, что ему очень жаль. Когда я спросил почему, он ответил, что когда я был в больнице после выстрела, – Арчер поднял руку и неосознанно потер шрам, – доктора сказали, что мою гортань можно было бы восстановить в короткий промежуток времени».
Он замолчал, сжимая челюсти, его лицо переполнилось горечью.
«Потом он рассказал мне, как сообщил Виктории о назначенной операции, а она стала его убеждать, что лучше мне остаться без голоса. Ведь раз я не мог говорить, то меня не могут и допросить. И она довела его до паранойи своими уговорами, он отменил операцию, и так я навсегда остался без голоса».
Я задохнулась от ужаса.
«Зачем? Зачем она сделала это? Почему она не хотела, чтобы ты говорил?»
Он встряхнул головой и отвернулся.
«Я знаю кое-что, что она хотела бы удержать в секрете. Или, может, она просто ненавидит меня. Может, и то и другое. Я точно не знаю. – Он снова тряхнул головой. – Но на самом деле это не важно».
Я нахмурилась в замешательстве.
«Арчер, но она же знает, что ты умеешь писать и можешь общаться. Что она скрывает?»
Он глубоко вздохнул:
«Это не важно, Бри. В любом случае, я не стал бы об этом рассказывать. Самое ужасное, что у меня была возможность быть нормальным, настоящим человеком, но она лишила меня ее, и все из-за чего... Я и так не стал бы рассказывать ее чертовы секреты».
«Арчер! – я схватила его руку и прижала к груди, как и раньше. – Ты настоящий человек, и у тебя может быть такая же жизнь, как и у других. Кто сказал тебе, что это не так?»
Мое сердце разрывалось от жалости. Почему этот милый, умный, нежный мужчина ни во что себя не ставит?
Он посмотрел вниз, покачав головой, не в силах ответить мне, потому что я держала его руки на груди.
Я не спрашивала его больше о секретах, что он хранил, о Виктории... Я знала, что Арчер доверится мне, когда почувствует себя комфортно. Он прожил свою жизнь в одиночестве и изоляции, так долго ни с кем ни разговаривая. Так же, как и я с приготовлением пищи и крошечными шагами к близости. Мы оба по-своему учились доверять.
Но у меня был один последний вопрос. Я отпустила его руки и сказала жестами:
«Почему она сказала мне, что ты агрессивный?»
Вот это действительно было абсурдом. Арчер был самым нежным мужчиной, которого я когда-либо встречала.
«Она пришла сюда после смерти дяди, увидев меня в городе пару раз. Я не знаю зачем, и мне нет до этого дела. Я был зол, мне было больно. Я вытолкнул ее за ворота. Она упала на задницу».
Ему было стыдно, но я считала, что стыдиться было нечего.
Я сжала губы.
«Я понимаю, Арчер. Она заслужила это и многое другое тоже. Мне жаль».
Он внимательно посмотрел на меня, изучая мое лицо. Затем наклонил голову, что-то взволновало его.
«Ты не послушала ее. Ты спросила меня о ней после того, как мы поцеловались».
Я кивнула.
«Я знаю тебя, и это все, что имеет значение».
Он смотрел на меня, будто чего-то не мог понять.
«Ты поверила мне, а не ей?»
«Да. Конечно».
Мы смотрели друг на друга пару мгновений, а потом его лицо расплылось в огромной ошеломляющей улыбке. Я чуть не застонала, а все тело бросило в жар. Это улыбка принадлежала мне. Я готова была поспорить, что Арчер Хейл никому не улыбался так уже давно. Эта улыбка была моей. И я улыбнулась ему в ответ.
«Мы может поцеловаться еще раз?» – спросил он, а в глазах горело желание.
Я засмеялась.
«Что такое?»
«Ничего, абсолютно ничего, – ответила я, – иди ко мне».
И мы долгое время провели в объятиях друг друга на диване Арчера. Но в этот раз все было гораздо медленнее и нежнее, а напряжение осталось в прошлом. Мы изучали и запоминали вкус друг друга и наслаждались близостью от поцелуев: губы к губам, дыхание к дыханию.
Мы открыли глаза, он смотрел на меня, поглаживая волосы и заправляя прядь за ухо, его глаза рассказали мне все, что не мог произнести его голос. Мы сказали друг другу тысячи слов, не произнеся ни одного.
Гораздо позже, когда затих легкий дождь, Арчер проводил меня домой. Он катил мой велосипед, а Фиби тихонечко сидела в корзинке.
Он взял меня за руку и смущенно посмотрел на меня и улыбнулся, а я улыбнулась в ответ, чувствуя, как сильно бьется мое сердце в груди.
Потом Арчер поцеловал меня на крыльце. Поцелуй был так сладок и нежен, что мое сердце ныло. И даже когда он ушел и скрылся за углом, я все еще чувствовала его мягкие губы на моих губах.
18 глава
Бри
На следующий день мой сон прервал телефонный звонок. Я посмотрела на часы. Четыре тридцать утра. Какого черта?
– Алло, – еле слышно ответила я.
– Дорогая?
Это была Мэгги.
– Привет, Мэг, что случилось? – спросила я, начиная волноваться.
– Дорогая, я принимаю твое предложение поработать поваром. Норм не спал всю ночь, его выворачивало наизнанку. Прости за подробности. Он никак не может сегодня прийти в закусочную. Если ты не захочешь, я пойму. Но если так случится, нам придется повесить на дверь табличку «Закрыто».
Я задумалась на долю секунды. Я понимала, что закрытие закусочной даже на один день очень сильно повлияет на их благополучие. Их дети выросли. Но я слышала, как Мэгги говорила своей подруге, что они с Нормом работают, не покладая рук, последние несколько лет, чтобы накопить на старость. Они не могли сделать этого раньше, так как дети учились в колледже.
– Конечно, я займусь этим, Мэгги.
Она выдохнула:
– Хорошо, отлично. Большое спасибо, дорогая. Встретимся там через час?
– Да. Передай Норму наилучшие пожелания.
– Обязательно, дорогая. Спасибо.
Я положила трубку. Сегодня я буду готовить для людей. Несколько минут я просто сидела. Я задавала себе вопрос: буду ли я успевать выполнять заказы? Но я совсем не нервничала. Может быть, потому, что я уже пробовала готовить для Арчера. Возможно, потому, что теперь я могла контролировать свои эмоции и страхи. В любом случае, у меня было не слишком много времени раздумывать над этим. Мне необходимо было добраться до закусочной и подготовить кухню.
Я быстро приняла душ, надела свою униформу, высушила волосы и уложила их в пучок, чтобы они были полностью убраны. Я выгуляла Фиби, покормила ее и выскочила за дверь.
Через десять минут я входила в закусочную. Мэгги, видимо, пришла всего несколько минут назад.
– Я помогу тебе все подготовить, – сказала она. – Все довольно просто. Если ты умеешь готовить яичницу, омлеты, бекон и блины, ты справишься. У нас нет особо сложных блюд.
Я кивнула.
– Думаю, я справлюсь, Мэгги. Просто скажи клиентам, что это мой первый день. Надеюсь, они с пониманием отнесутся к тому, что их заказы будут поданы на пару минут позже, чем обычно, – я улыбнулась.
– Это я беру на себя, – улыбнулась она в ответ.
Мы начали вытаскивать продукты из холодильника и раскладывать их по контейнерам. Контейнеры поставили за плитой, чтобы их было удобно доставать. Мэгги разбила несколько десятков яиц в контейнер и поместила их в холодильник под прилавком, чтобы мне было удобно сразу выливать их на плиту. Спустя полчаса я почувствовала, что все готово, чтобы начать готовить.
Мэгги пошла варить кофе и сменила табличку на двери на «Открыто».
Через пару минут начал звенеть дверной колокольчик. Пришли первые посетители.
Все утро я готовила омлеты, жарила ломтики бекона и драники, наливала тесто для блинов на сковороду. Пару раз я немного не успевала, но в целом была довольна своей работой. Я первый раз готовила на этой кухне, к тому же для большого количества людей в ограниченное время. Я видела, что Мэгги тоже довольна. Через открытое окошко она подмигивала мне и улыбалась.
– Отлично справляешься, дорогая, – подбадривала она меня.
Когда количество заказов стало уменьшаться, я начала добавлять свои ингредиенты в некоторые блюда: немного чеснока в яйца для омлета, ложку сметаны в яичницу-болтунью, пахту вместо воды в тесто для блинов. Этому учил меня отец.
Когда я убирала кухню и готовилась к подаче обедов, я приготовила свой особый салат из картофеля с беконом и пасту с жареным перцем. Последнее было любимым блюдом в нашем с папой кафе. Я улыбалась, пока готовила эти блюда. Мое сердце наслаждалось тем, что это не печалило меня, а наоборот. Это было что-то, что позволяло помнить о моем отце.
Обед прошел даже лучше, чем завтрак. Теперь я полностью контролировала кухню, и вся техника отлично работала.
Мэгги рассказала всем о двух новых блюдах дня, и к двенадцати тридцати разобрали все порции.
– Восторженные отзывы об этих салатах, дорогая, – улыбаясь, сказала Мэгги.– Как ты думаешь, ты могла бы сделать еще несколько заготовок на завтра?
Я улыбнулась.
– Конечно,– ответила я, довольная собой.
К трем часам, когда закусочная закрылась, мы с Мэгги были измотаны, но, смеясь, хлопнули в ладоши в жесте «дай пять». Я устала, но была счастлива.
– Завтра я понадоблюсь?
– Надеюсь, что нет. Надеюсь, Норм поправится. Я позвоню тебе. – Она подмигнула мне: – Ты отлично справилась. – Потом Мэгги задумалась: – Даже когда Норм вернется, может быть, ты захочешь готовить эти салаты каждый день?
Я улыбнулась.
– С удовольствием.
Радостная, я вышла из закусочной и направилась к своей машине. Когда я почти дошла до нее, рядом со мной остановился полицейский автомобиль. Это был Трэвис.
Я стояла возле своей машины и ждала, пока Трэвис заглушит двигатель и выйдет.
Он подошел ко мне с натянутой улыбкой на лице.
– Привет, Бри.
– Привет, Трэвис. – Я улыбнулась.
– Это правда?
Улыбка исчезла с моего лица.
– Что правда? – спросила я, уже догадываясь, о чем он спрашивает.
– Что Арчер тебе больше, чем друг.
Он прислонился к моей машине и скрестил руки на груди, не сводя с меня глаз.
Я вздохнула. Минуту я смотрела в землю, потом подняла глаза на Трэвиса.
– Да, Трэвис, это правда.
Я переминалась с ноги на ногу, чувствуя себя не в своей тарелке, обсуждая это с парнем, которого целовала.
– На самом деле, я... мм... встречаюсь с ним.
Она рассмеялся.
– Встречаешься с ним? С этим? Как ты можешь?
Он выглядел растерянным.
Я была в ярости и выпрямилась:
– Могу?! Да! Потому что он хороший человек. Он умный и милый и... почему я тебе объясняю? Знаешь, Трэвис, правда в том... мне он нравится. Я не пыталась водить тебя за нос, когда пошла с тобой на свидание. В тот момент я не понимала, что происходит между мной и Арчером. А теперь все по-другому. И я надеюсь, что ты понимаешь, что я не хочу больше ни с кем встречаться. Только с ним. Только с Арчером.
Он сощурил глаза. На его лице вспыхнул гнев, но также быстро исчез, и он пожал плечами.
– Послушай, мне это не нравится. Ты мне интересна, поэтому да, такое не очень-то приятно услышать. – Он поджал губы – Но, послушай, если ты нашла способ общаться с Арчером, как я могу на это злиться? Этот ребенок прошел через трудные времена. Я не эгоист и считаю, что он заслуживает счастья. Поэтому... я желаю вам обоим счастья, Бри. Честно.
Я выдохнула и решила пропустить мимо ушей его комментарий по поводу «ребенка» и не напоминать ему, что Арчер на самом деле старше его на пару месяцев. Я отмахнулась от этого и сказала:
– Спасибо, Трэвис. Я очень ценю это. Друзья?
Я улыбнулась ему.
Он ухмыльнулся:
– Ауч. Френд-зона.
Затем он улыбнулся. Теперь улыбка казалось настоящей:
– Да, друзья.
Я улыбнулась и выдохнула.
– Ладно, хорошо.
Секунду мы улыбались друг другу, затем он склонил голову набок, будто размышляя о чем-то.
– Послушай, Бри. Эта ситуация заставила меня понять, что я вел себя как последняя задница, не предпринимая попыток стать другом Арчеру. Может быть, слишком быстро сбросил его со счетов. Я думал, что его молчание означает, что ему не нужны друзья. Может, это я не слишком старался.
Я кивнула.
– Да, он очень хочет, чтобы его воспринимали как нормального человека, Трэвис. Но никто в городе так не считает. Они просто игнорируют его, как будто он не существует.
Я нахмурилась.
Он кивнул, изучая меня.
– Ты хороший человек, Бри. Давай на этой неделе я заеду к нему поздороваться?
Я улыбнулась.
– Это было бы здорово, Трэвис. Я думаю, ему понравится.
– Хорошо, – он улыбнулся.– Теперь я пойду утоплю свои печали в вишневом пироге Мэгги.
– Закусочная закрыта, – сказала я, сделала печальное лицо и затем улыбнулась.
Он улыбнулся в ответ.
– Да, но Мэгги еще там, и когда она увидит мое грустное лицо, она даст мне кусочек. – Он подмигнул. – Хорошего дня.
Я тихонько рассмеялась.
– И тебе, Трэвис.
Я села в машину и поехала домой, по пути подпевая радио.
***
Час спустя я приняла душ, надела темные облегающие джинсы, светло-голубую футболку и распустила волосы. Через десять минут я затормозила возле ворот Арчера. Фиби сидела в корзинке велосипеда. Я открыла ворота, которые были не заперты, и опустила Фиби на землю. Пускай бежит, ищет своих друзей.
Я прислонила велик к забору и пошла по подъездной дорожке.
Он появился из-за дома. На нем были потертые джинсы, рабочие ботинки и больше ничего. Его грудь слегка блестела от пота, и он вытирал пот со лба рукой. Очевидно, он снова работал над одной из своих многочисленных построек.
Мой живот сжался при виде его красивого тела. Я подумала о том, как сильно я хочу увидеть его полностью, каждый миллиметр. Скоро? Надеюсь, скоро.
Он улыбнулся мне и пошел быстрее. У меня между ребер затрепетали бабочки. Я поторопилась навстречу ему.
Когда я почти до него дошла, то побежала и бросилась в его объятия. Арчер схватил меня и приподнял. Я счастливо смеялась, пока он кружил меня и беззвучно смеялся надо мной.
Я наклонила голову и крепко поцеловала его, утопая в сладком вкусе корицы, смешанной с его неповторимым вкусом. Я расцеловала его лицо, улыбаясь и наслаждаясь соленым привкусом его кожи.
Он смотрел на меня так, что я почувствовала себя желанной. Его лицо было одновременно довольным и удивленным. Я осознала, что это я – причина этих эмоций. Мое сердце растаяло, и мой живот снова сжался. Я провела своим большим пальцем по его щеке и посмотрела на него сверху вниз.
– Я скучала по тебе,– сказала я.
Он улыбнулся мне, и его глаза сказали все, что не могли его руки, так как он держал меня. Он приблизил свои губы к моим и страстно поцеловал меня.
Через несколько минут я оторвалась от него, чтобы набрать воздуха в легкие.
– Ты быстро научился целоваться, да?
Я подмигнула ему, и он беззвучно захихикал. Его грудь вибрировала.
Он опустил меня и сказал:
«Ты сегодня очень счастлива».
Я кивнула. Мы пошли к дому, зашли на кухню, где он налил нам два стакана воды, и я рассказала ему о том, как была сегодня поваром в закусочной.
Арчер пил воду, глядя на то, как я болтаю. Очевидно, он был доволен тем, что я счастлива. Милый мужчина. Его горло двигалось с каждым глотком воды. Его шрам растягивался каждый раз, когда он делал глоток. Я замолчала, наклонилась и поцеловала шрам. Я тут же подумала о том, что он рассказал мне вчера о Виктории Хейл, об этой чертовой стерве. Каким ужасным человеком нужно быть, чтобы совершить то, что она сделала с Арчером, убедив, что его физический недостаток повлияет на всю его жизнь. Она практически изолировала его и заставила его чувствовать себя ограниченным и неполноценным. Я не была жестоким человеком, но, когда подумала об этом, мне показалось, что я смогу с легкостью причинить ей физический вред и даже не почувствую вины.
Я обвила руками талию Арчера и положила свою голову ему на грудь, прислушиваясь к стуку его сердца. Я прислонила свое лицо к его теплой коже и поводила носом по ней, вдыхая мужской аромат, затем высунула язык, чтобы попробовать его вкус, и почувствовала, как в мой живот упирается что-что твердое. Я прижалась к нему, крепче сжимая его. Он слегка задрожал.
Он запустил пальцы мне в волосы и ласкал их, пока я не застонала. Мои глаза были закрыты. Я открыла их, чтобы взглянуть на него. Он смотрел на меня. На его лице было выражение благоговения, которое заставило мое сердце бешено колотиться. Несколько секунд мы просто смотрели друг другу в глаза, пока Арчер не приблизил свои губы к моим и запустил свой язык в мой рот. Теплый и мягкий, он скользил по моему языку. Я теснее прижалась к его возбужденной плоти, чтобы погасить пламя, охватившее низ моего живота. Но оно полыхнуло еще сильнее, добравшись до коленей.
– Арчер... – выдохнула я, прерывая поцелуй.
Он перестал обнимать меня, и его глаза прожинали мои. В его взгляде появилось выражение голода и нервозности.
«Я знаю, что ты любишь, когда я запускаю руки в твои волосы. Покажи мне, как еще тебе нравится, и как ты хочешь, чтобы я тебя трогал. Научи меня тому, что ты любишь».
Его руки двигались, медленно проговаривая слова, мое дыхание участилось, и между ног стало влажно. Его вопрос звучал эротично, я почувствовала себя немного неуверенно.
Меня никто никогда о таком не просил. Я не знала, что делать, с чего начать. Я тяжело сглотнула.
Не отводя глаз, Арчер подтолкнул меня к дивану и нежно уложил. Я моргнула и закусила губу. Он стоял надо мной, и я видела по туго натянутым в районе молнии джинсам, насколько он возбужден. Он выглядел как каждая моя сбывшаяся фантазия. Только у меня было слабое воображение, так как я никогда и не думала добавить своему герою взгляд, выражающий трепет и желание. В моих фантазиях у него не было великолепных глаз цвета виски, обрамленных темными ресницами. Я не могла знать, что где-то в этом сумасшедшем мире существует Арчер Хейл, созданный специально для меня.
В этот момент я знала: я влюбляюсь в этого красивого молчаливого мужчину, который смотрит на меня сверху, если уже не влюбилась.
Он сел на диван рядом со мной, наклонился и нежно поцеловал меня. Затем отстранился и стал гладить мои волосы, пока я не застонала. Мне это нравилось. Наверное, если бы Арчер просто теребил руками мои волосы всю ночь, мне было бы этого достаточно. Хорошо, не достаточно, но было бы здорово. Я улыбнулась ему, и он посмотрел на меня вопросительно.
– Моя шея, – прошептала я. – Мне нравится, когда целуют мою шею.
Он наклонился и заскользил мягкими губами по моей шее. Я откинула голову назад и вздохнула, запустив свои пальцы в его волосы.
Он экспериментировал, нежно посасывая кожу на шее и прикасаясь к ней губами. Моими стонами я говорила ему, что мне нравится. И, как всегда, у него получалось все, что он делал. Он быстро научился тому, как заставить меня тяжело дышать и извиваться под ним.
Возбуждаясь, я опустила его голову ниже, к моей груди. Он моментально понял, отстранился и накрыл мою грудь обеими руками, изучая ее.
Его глаза были устремлены на меня. Они светились желанием. Затем его взгляд вернулся к моему телу. Он поднял мою футболку и стянул ее с меня, рассматривая мое тело. На мне был белый кружевной бюстгальтер. Арчер резко вдохнул.
В следующий момент я расстегнула застежку, стянула его с себя и уронила рядом с кроватью. Глаза Арчера слегка расширились. Не отрываясь, он смотрел на мою грудь. При других обстоятельствах я почувствовала бы себя неуютно, но явное желание в его сияющих глазах, выражение восторга на его лице были настолько явными, что я пылала под его взглядом.
«Ты самая красивая женщина, которую я когда-либо видел», – сказал он. Я улыбнулась ему.
– Ты можешь поцеловать их, Арчер, – прошептала я. Я хотела почувствовать его теплый, мокрый рот, посасывающий мои соски так сильно, чтобы мне стало больно.
Его глаза запылали, и он наклонился ко мне так, будто он это и собирался сделать и только ждал моих указаний.
Я глубоко дышала, постанывая, когда он лизал языком один сосок, а затем другой. Моя кровь бурлила в венах, я не могла сдержать себя, когда мои бедра поддались вперед в поисках освобождения от сильного возбуждения.
Арчер продолжал пробовать меня на вкус и посасывать мои соски, пока я не начала задыхаться от экстаза и агонии.
– Арчер, – выдохнула я, – это слишком. Тебе придется остановиться.
Он поднял голову и, нахмурившись, посмотрел на меня.
«Не понравилось?» – спросил он.
Я засмеялась вымученным смехом,
– Нет, слишком понравилось, – сказала я, покусывая губу.
Он наклонил голову, изучая меня, затем кивнул.
«Тебе нужна разрядка, – сказал он. – Покажи, как сделать это с помощью рук».
Я посмотрела на него.
– Хорошо, – прошептала я. Я поняла, что использую голос вместо рук, хотя между нами было достаточно места. Я перестала его обнимать и показала:
«Сними с меня джинсы».
Он сразу же стал расстегивать пуговицу и молнию на моих джинсах. Потом встал, чтобы стянуть их. Он тоже был возбужден до предела, и ему тоже была нужна разрядка. Я так отчаянно хотела, чтобы он вошел в меня, но знала, что это будет его первый раз, и я подумала, что мы еще должны дойти до этого. Без спешки.
Он вернулся на свое место рядом со мной и снова вопросительно посмотрел на меня. Я взяла его руку и слегка просунула ее под резинку моих трусиков. Я чувствовала, что они уже промокли.
Он нежно опустил руку, и когда его пальцы достигли моих складочек, и он скользнул в мою влажность, я застонала и откинула голову. Одну ногу я отодвинула в сторону, на спинку дивана, чтобы ему было удобнее. Его пальцы скользили внутрь и наружу. Мне нравилось.
Через секунду он снял с меня трусики и нежно поставил мою ногу на спинку дивана. Он поднялся вверх и провел пальцем по моим губам, глядя на мое лицо. Я была полностью открыта и лежала в самой откровенной позе. Странно было то, что я совсем не стеснялась. Когда его пальцы коснулись моего сгустка нервов, я выдохнула, застонала и прижалась к его пальцам. Его глаза вспыхнули, он стал гладить клитор круговыми движениями. Я стонала и мотала головой из стороны в сторону, чувствуя, как пульсирует кровь и начинает закипать.
– Быстрее, пожалуйста, – взмолилась я.
Арчер ускорился. Его пальцы кругами ласкали мой клитор, отвечая на мои стоны и крики. Он так завел меня, что спустя несколько минут мое тело сжалось и затем победно взорвалось. Удовлетворение было настолько сильным, что я выкрикнула имя Арчера, привстала и снова упала на диван.
