Текст книги "Ассистентка Космического Тирана (СИ)"

Автор книги: Миа Мори Миа

Соавторы: Ева Арманда Ева
сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 15 страниц)

…

И тут время вернуло привычный ход.

Накс Селии с размаху воткнулся в горло Эвониса, но вдруг погнулся и соскользнул с жертвы с немелодичным "кряк". Селия ахнула, отдёрнула от шеи атлантианца руки, а Эвониса затянула тонкая воздушная плёнка с алым отливом как вторая кожа – защита, которой покрыл горе-влюбленного наш накс

Эвонис потрясённо выдохнул.

– Ты хотела меня убить? – печаль в голосе Эвониса была мимолётной, а потом его тон заледенел, чисто по-атлантиански. Вот это в них и пугало: они умели выглядеть… не знаю, роботами.

– Идиот, – выплюнула Селия, – позёр! Что ты несёшь? Я лишь защищалась! Ты и… Арон сговорились! Вы… предали Атлантию, у меня есть видеодоказательсва!

Ха!

Это как те видеодоказательсва, что были сфабрикованы против меня?

Я смотрела на Селию. На моих глазах с неё слетала вся атлантианская холодная методичность. Во взгляде разгоралось нездешнее импульсивное безумие. Она была непоследовательной, несобранной… не такой.

– Виана Селия, – мягко вступил в беседу Арон, – поясните-ка нам происходящее. Вашу версию. А то, чем дальше в лес, тем больше… злонамеренной хвойной растительности, как говорят котоиды.

– Арон... – Селия только сейчас его заметила, – я… казни человечку. Всего одну... эту твою подстилку. Всё равно у неё мозги сожжены. Иначе... пострадает куда больше гуманоидов! И не только жалкие люди, но и вполне достойные особи!!!

У Селии начиналась вполне типичная человеческая истерика. Ого! Уж не думала, что увижу когда-нибудь подобное в исполнении атлантианки:

– Это всё она! Она!!! – визжала Селия, указывая на ошарашенную меня своим наксом. Я только молча наблюдала эту живописную сцену и краем глаза замечала Гидеона, который опять процокал что-то типа: ну вы, атлантианцы, даёте!

– Нет, – просто ответил мой босс, – это моя человечка. И я не советую никому даже мысленно к ней прикасаться. Впрочем, сейчас не об этом, а о составе вашего преступления. Призна́юсь, даже мне любопытна ваша мотивация, виана Селия. Извольте пояснить происходящее.

Селию перекосило:

– У тебя был шанс, Арон!!!

Я уловила вспышку розовых "кишечного цвета” искр от накса атлантики, которые все проигнорировали в ментальном поле кроме меня! Опять Селия источает эти странные волны в видимом лишь людям спектре!

"Арон! Она раскидывает сеть от своего накса! Буквально паутину!!"

И тут оставшиеся пять дверей в зал-ротонду распахнулись. И в помещение со всех сторон повалили участники форума и персонал. Среди них я успела опознать некоторых: ассистентка Эвониса – юная атлантианочка, которую я видела в первый день мельком. Драконоид-охранник. Человек-официант. Атлантианский журналист.

Все с пустыми глазами. К каждому – подвязана эта "кишечная нить" – у всех взгляды пустые, бессмысленные. Все под гипнозом.

В сознании, кажется, были только я, Гидеон, Эвонис и, конечно, виан Арон. Мы замерли в центре комнаты. Марионетки Селии же застыли вдоль стен по периферии.

– Последний шанс, Арон, – уже почти хрипела сорванным голосом Селия, – ты готов ВСЕМИ пожертвовать?! Готов растерзать весь персонал среднего псионического функционирования? Гостей? Прислугу? Журналистов? Не сомневаюсь, что тебе их не жаль. Но разумно ли?! Сделаешь из них кровавый фарш, лишь бы не лишаться своей безмозглой игрушки!...

– Молчать! – рявкнул босс.

И Селия отчего-то подчинилась.

– Ни говорить, ни думать об этой человечке ты недостойна, Селия.

"Что?!" – прочитала я по губам Селии, а потом нити натянулись и куча народа, набившееся в комнату, замерла в готовности броситься на нас словно стая собак.

– Гидеон, Эвонис. Безопасно нейтрализуйте гражданских. Без жертв, – приказал Арон. – Десяток слева и десяток справа ваши. Остальные на мне. Селия, не усугубляй своё положение. Нанести кому-либо повреждения тебе не по силам.

Но Селия уже окончательно оторвалась от реальности и здравого смысла. Она дёрнула сильнее за нити подчинения и этот “кукольный театр” марионеток просто попёр на нас четверых живой стеной.

"Мира, не бойся... Что бы ни случилось, ты под защитой. Даже если пострадает половина этой планеты. Ты уцелеешь. Я так решил", – я почувствовала, как босс псионически обнял меня. От энергетического кокона на миг стало трудно дышать, он и впрямь укутал меня... эм... несколько избыточно.

"Я не боюсь" – честно отозвалась я. Во-первых, в таком коконе интуитивно плохо получается бояться. Во-вторых... боже, бедные атлантианцы! Какая же наивная раса! И Эвонис так глупо попался, и мой Арон до сих пор не понимает, чего Селия взъелась. А всё потому, что... любить не приучены. Ну и всё остальное. Ох…

Мысли всё же сбились.

Я засмотрелась на толпу марионеток…

Как бы там ни было, происходящее выглядело жутковато: пустоглазая масса, движущаяся с неестественной, кукольной резвостью. Они не кричали – просто молча шли к нам, как запрограммированные машины.

Я ощущала себя как в голо-кино ужасов. Очень странно резонировала с этой картинкой моя внутренняя уверенность, будто мне ничего не грозит.

Тем временем мой атлантианец даже не сдвинулся с места. Он лишь слегка развернул ладонь, и пространство с двух сторон от него загустело. Я ощутила силу, расходящуюся от Арона и невольно загордилось. Аж в груди стало тепло. Такая мощь! А он даже глазом не моргнул. Какой же он… безупречный.

И вот первая волна “кукол” налетела на его невидимый силовой барьер, словно на стену…

Точнее я думала, что это стена.

Но куклы вязли в ней, как в прозрачной смоле, их движения замедлялись, становясь тягучими и беспомощными. Арон щёлкнул пальцами, и ментальная волна прошлась по воздуху. Даже у меня мурашки по спине побеждали. Глаза же застрявших в стене нападающих закатились, их колени подогнулись, и они начали мягко, один за другим, оседать на пол, погружаясь в глубокий сон.

Арон мог выкосить всех разом куда быстрее, но тогда… все эти гуманоиды получили бы необратимые ментальные повреждения. Деликатность воздействия съедала скорость и охваты. И мой босс исполнял всё чисто, аккуратно, без единой царапины. По-атлантиански.

Гидеон действовал с точностью до наоборот.

Серебристая чешуя вспыхнула на его руках. За его спиной, разрывая одежду, взметнулись широкие кожистые крылья с острыми навершиями. Один мощный взмах такого крыла, и марионеток кучно откинуло к стене.

Эвонис стоял немного в стороне, его лицо было бледным. Однако и вокруг него дрожало энергетическое поле, искажая ментальные импульсы незадачливых марионеток. Перед ним уже собралась кучка бессознательных тел. Этакая пирамидка… А когда один из загипнотизированных журналистов, пуская слюну, попытался прорваться ко мне, Эвонис вдруг переместился и жёстким ударом ребра ладони в шею уложил этого журналиста на пол.

Марионетки не заканчивались. Новые рвалась через двери. Однако уже было ясно – победы им не светит. Нити, что связывали их с Селией заметно потускнели, будто готовые вот-вот порваться.

Когда большая часть загипнотизированной “армии” превратилась в тихо похрапывающую груду тел на полу, Селия, наконец, поняла, что проиграла. Совсем. Окончательно.

Её чёрные глаза, полные ненависти, уставились на меня.

“Всё из-за тебя!” – прочитала я по её губам, а потом Селия с воплем кинулась ко мне. Я же просто качнулась назад, перехватила атлантианку за тощее холодное запястье и швырнула её через плечо.

Селия с сухим стуком рухнула на пол. Отчего-то очень громким и отчётливым среди развернувшиеся баталии по “безопасной нейтрализации” нескольких десятков загипнотизированных гуманоидов.

Шок у нас с атлантианкой был одинаковый: я двигалась с ней в одной недоступной людям скорости. Я умудрилась кинуть атлантианку через плечо абсолютно убогим учебным приёмом. И да – кажется, я случайно сломала ей запястье, и Селия выронила свой "кишечный дирижёрский" накс! А ведь человек технически не сможет сломать кость атлантианца – это как если ребёнок вздумает ломать мраморную статую! Категорически неравнозначные силы. Просто нереально, но я её всё же сломала. – Как это?! – пролепетала бледная Селия, а потом её голос набрал силу, – ты!!! Человеческая мерзость!!!

За это – я как-то на автомате двинула её, лежащую, кулаком в нос. Под костяшками характерно хрустнуло. Бледное лицо Селии залила тёмная кровь.

И тут же слева я заметила движение. В мою сторону метнулся наш с Ароном накс! Он покинул Эвониса и за миг сбросил маскировку. И теперь был змеёй из жидкого металла с горящими яростью глазами-рубинами.

Накс был... коброй... очень быстрой и очень красивой. Угрожающе распахнув капюшон, накс в своём сверхбыстром движении рос. Смертоносный серпантин высекал багровые искры, оставлял энергетический след, как хвост кометы. Всё было быстро, но я наблюдала безупречность накса словно в замедленной съёмке.

Лицо Селии перекашивала гримаса ужаса также неестественно медленно.

Стремительно приблизившись почти вплотную, накс распахнул пасть, как оказалось – у мудрого ментального помощника есть длинные иглообразные, предположительно ядовитые клыки!

И мне вдруг стало кое-что кристально ясно:

За это нападение на меня накс собрался... просто сожрать Селию! Как если бы был огромной доисторической змеёй с Земли.

Ну ничего себе!

У меня вырвался смешок, и я ловко поймала нашу кобру-анаконду за хвост.

– Нельзя! Фу! Она мерзкая, не ешь! – я выкрикивала что попало, в панике потянула нашего накса на руки, пока не произошло непоправимое.

Если атлатнианцы до сей поры думали что наксы питаются ментальной энергией – сейчас у всех был бы шок-контент!

Но, фух, кажется, на сей раз пронесло. Накс в моём захвате почти сразу сдулся до привычных размеров и свернулся компактным клубком. Я держала его на дрожащих руках, он благостно “танцевал” – вытянул шею и водил головой, сложив капюшон. А Селия... какие же круглые у неё были глаза! Арон, Гидеон и Эвонис тем временем обезвредили всех остальных. Максимум будут синяки, но никто не умер. Ура. Эвонис с трепетом забрал своего накса у Арона и прижал к груди. Арон протянул руки к танцующей змее в моих руках, но... забирать не стал. Погладил пальцами треугольную голову накса и как-то виновато вздохнул. "Я собирался сказать тебе это иначе, Мира..." – Что именно? – я поняла, что покачиваю накса словно он младенец, а хвост обвивает моё предплечье как лиана-паразит, и с рук слезать накс явно не планирует. И я не тороплю: вдруг опять психанёт? – ...ты не ментальная кукла! – наконец выдала очевидное Селия, всё ещё валявшаяся у меня в ногах и размазывающая красную кровь в попытках утереть лицо. – Нет, – улыбнулась я. Почему-то я не злилась. Мои эмоции были сложными. Я была под впечатлением. Вычленить злость из них после того, как я намяла Селии бока за весь род человеческий, как-то не получалось. – ... ты не человек! – припечатала Селия и безразлично уставилась в потолок, словно её больше не волновали ни побои, ни проигрыш, ни... вся эта странная жесть, которую она тут устроила. – Вы головой ударились, виана, – прошептала я, но холод пробежал вдоль позвоночника. Откуда это ощущение будто... будто Селия права?! – ... ты больше не человек, – монотонно продолжала гнуть своё Селия, – хитро придумала. Обыграла саму эволюцию. Выползла из своей отсталой расы... ты... – Я человек. – перебила я Селию дрожащим голосом, – может... и ты тоже слегка человек. Арон спрашивает тебя, зачем всё это, а я не спрашиваю. Селия сфокусировала на мне взгляд. – Я знаю. Это эмоции. Это по-человечески, Селия. Просто ты... не умеешь с этим обращаться. Люди испытывают их всю жизнь, с рождения. А ты... к тебе они пришли, и ты отказалась... слишком хрупкой, атлантианка, – отчасти передразнила я манеру Селии. – Бред, – хмыкнула поверженная Селия и затихла. Я снисходительно на неё взглянула. Мне вдруг всё стало ясно: у атлантианцев крепкие тела, долгая жизнь, выдающиеся пси-способности, но вот эмоциональная часть... в этом они безобразно плохи. Не все, конечно. И мне всё-всё в этой истории ясно. Кроме одного. – Арон... – атлантианец меня обнял, я ответила на объятия, накс переполз так, что теперь как бы связывал нас вместе. – Арон, что в том документе, а? Под чем я подписалась?..

– Не здесь… – пробормотал босс.

Ого!

Мне не мерещится. Я готова поклясться, что он смутился. Вон как отводит взгляд. Если б атлантианцы были для этого приспособлены – глядишь, и покраснел бы.

Да что ж там такое?!

– Завершим процедуру с задержанными, выполним протокол, – сел на своего любимого коня мой босс, – и после, сегодня вечером. Ну или завтра... Обговорим. Я отвечу на все твои вопросы, Мира. Обсудим наше будущее…

– Она не знает?! – потрясённо воскликнул Эвонис и как бы актёрствуя медленно поаплодировал нам. – Какой пассаж, вианы!… Арон. Я всякий раз думаю, что тебе меня уже не поразить. А ты регулярно сносишь планку. Как тебе удалось добиться согласия подсознательного, вообще не информируя сознательное?!

– Работаем! – Арон словно нехотя выпустил меня из объятий и угрожающе сверкнул глазами на Эвониса, – ещё хоть звук Эвонис, и сам знаешь за сколько осечек будешь отписываться!

И дела закрутились.

Прибыла следственная бригада, вызванная Эвонисом ещё из-за нас. Каково же было их удивление, когда вместо вмешательства в разум человека и краденых документов, им подсунули дело о ментальной террористке, чей пси-потенциал функционировал в нетипичном для атлантианцев регистре на восемьдесят семь процентов.

Селия была слепой зоной для сильнейших. Такая вот шутка генетики. Как звук, недоступный уху человека, но прекрасно распознаваемый котоидом.

Селия была скорее средним или слабыми псиоником с атлантианской точки зрения. Но если посмотреть на неё из человеческого спектра, была весьма интересно одарена. Обаятельна. Убедительна. По иронии – всё это давал ей мозаичный геном за счёт вставок очень редкого типа человеческого ДНК.

Селия кричала и билась в истерике: требовала вписать в документы, что все обвинения в родстве с людьми – гнусный оговор. А с её генами такая ерунда из-за вакцинации для миссии пятилетней давности препаратом, включавшего в себя фрагменты человеческой ДНК.

Это разумеется был бред. А Селия в отчаяньи цеплялась за старые установки не в силах признать собственную природу.

Ярая ненавистница людей. Частично человек. “Сломавшаяся” как раз потому, что не справилась со своей сутью.

Я вздохнула: Селии бы на реабилитацию. Ей надо к людям. Чтоб научили её принимать её особенности и пользоваться ими, без попыток захватить мир.

В общем, к вечеру все были в мыле. Я, Арон и Гидеон уже за полночь заканчивали все протоколы в просторном кабинете, соорудив из него полевой филиал офиса. – Сколько зла могла сделать Селия с такой неудачной комбинацией атлантианских и человеческих поведенческих паттернов. Надо же умудриться взять у обоих рас худшее – протянул Гидеон, отхлёбывая свой ягодный взвар.

Я же, не отрываясь от файлов в служебном планшете, пила уже десятую чашку кофе.

Очень хотелось кофе.

Буквально аж руки дрожали. Как будто это не я. Да если б я могла – ела бы кофе прямо ложкой. Какая-то кофейная мания! Накс, дремавший свернувшись кольцом у меня на коленях, прерывисто зашипел, не открывая рубиновых глаз. Я теперь знаю, это смех. Я погладила серебристо-белую чешую змеиного тёплого тельца. Так быстро к нему привыкла, даже странно. “Хватит с вас, – прошипел накс, – дальше я прослежу... Мира, тебе нужен отдых. Перенапрягаться нам вредно…” Накс сполз с моих колен и скрылся под столом.

Гидеон выругался сквозь зубы и приподнял ноги, едва не расплескав свой взвар, когда накс прополз прямо по нему. "Как по асфальту", – улыбнулась я, вспомнив человеческую присказку. – Действительно, нам пора сделать перерыв, – это был голос Арона. Я вздрогнула и уставилась на босса. Мой атлантианец оказался рядом с моим рабочим местом неслышно. Он протягивал руку мне. Раскрытой ладонью.

– Нам пора уединиться, Мира. Дела подождут... Я вложила свою руку в ладонь начальника как зачарованная.

Глава 18

Арон

Я вёл человечку.

В наши апартаменты. В спальню. Нет, сначала всё же придётся подзадержаться для разъяснений в гостиной. А чуть позже можно и в спальню…

Я сумею расслабить мою человечку и восстановить её силы.

Ведь Мира устала. Я следил за всеми её жизненными показателями, теперь – особенно пристально.

И откладывать разговор уже было некуда.

Когда я завёл Миру в комнату, тут же закрыл дверь за человечкой. И заблокировал её ментально дополнительно – по привычке, чтобы нас не побеспокоили.

У меня было странное чувство: словно подсасывало под рёбрами, и снова хотелось отвести взгляд, хотя нет ничего прекраснее, чем смотреть в чайные глаза моей человечки – нежной, манящей.

Надлежало всё прояснить. Сразу по трём пунктам. Новое положение Миры в обществе. Её новое положение в физиологическом плане. А также мебель…

С чего бы начать?

Я усадил Миру за круглый стол в секторе гостиной. Подал ей большую чашку чёрного кофе – сейчас запрос её организма на этот продукт запредельно высок. Это нормально.

– Сегодня я лично приготовлю тебе кролика, запечённого в кофейных сливках, моя человечка, – уведомил я Миру.

– Эм... Звучит… интересно. Спасибо…

– Тебе и нашему совместному потомству это будет полезно. Эмбрион уже в стадии имплантации к стенке твоей матки, у атлантианской расы эта фаза проходит быстрее чем у людей…

Бах!

Чашка с грохотом разлетелась.

Мира была в порядке, она просто разжала пальцы и отпустила в свободное падение свою чашку полную кофе. Человечка смотрела на меня огромными глазами. Так, отлично. Главное я ей пояснил, теперь отвечу на вопрос о документах, что так её беспокоил.

Я взял с изящного комода рабочий планшет и развернул на его мониторе перед Мирой документ. Свидетельство о браке, ранее подписанное ею. Но теперь это был официальный перевод на всеобщий язык.

– Нет повода для волнения, Мира. Потомство появится на свет юридически безупречно защищённое. В законном браке с гражданином Атлантии. Со мной. Депортации ты, разумеется, не подлежишь. Потому как с момента подписания относишься к атлантианской расе.

Я немного подождал. Но Мира молчала и не шевелилась. И я решил продолжить пояснения:

– …физиологически за счёт фетального химеризма ты приобретёшь ряд атлантианских особенностей. Изменения будут плавными, и что-то из этого останется и после родов… Последующие беременности будут закреплять новые качества. Атлантианцы редко производят на свет более одного ребёнка. Но мы с тобой не ограничены ни временем, ни материальными ресурсами. А традиция беречь генофонд и не распыляться – не актуальна для нас. Наши гены хорошо сочетаются. Так что это на благо популяции. Я считаю, что чем больше, тем лучше. А ты что думаешь?

Она всё ещё молчала.

Только моргнула один раз. Открыла рот и закрыла снова.

Хм, понимаю. Надо обработать информацию. Всё же Мира человек. Её реакции пока не ускорились до атлантианских. Но это не страшно. Я дам время. А если она останется в человеческом темпе... что ж, это где-то даже мило.

Пока что я включил бесшумного робота-уборщика – собрать осколки чашки и ликвидировать кофейную лужу на полу. И вскоре подал хранившей молчание Мире новую чашку крепчайшего кофе.

– Ах да, Мира. Я также заказал мебель.

– Что?.. – наконец прошептала моя человечка.

Хм. Она, видимо, забыла о какой мебели речь.

– Тебе понравилась мебель. В одной из малых гостиных. Ты подумала, что хочешь домой такую же, но с лавандовой обивкой. Я уловил это твоё намерение и заказал гарнитур к нам домой и…

– Да как ты можешь?!... – пролепетала человечка.

– Состав можно откорректировать. Взять дополнительные пару кресел или отказаться от диванчика-рекамье. Он такой несимметричный… это не проблема, Мира. Не стоит так беспокоиться.

Я взял мою человечку за руку. Нежно поцеловал.

Её пальчики мелко дрожали. Кожа теперь ещё ярче пахла кофе и чайными розами с Земли. Безупречный, идеально подходящий мне аромат.

Мира смотрела на меня всё так же ошарашенно.

Её губы беззвучно артикулировали какие-то фразы в стиле драконоида Гидеона. О том, что атлантианцы "совсем не видят берегов". Или что-то в этом роде.

Хм… готов признать, может, я в чём-то и был неправ.

– Мне жаль, Мира, – мягко улыбнулся я, – конечно, не стоило без тебя заказывать мебель…

Мира зашипела на меня почище накса, отняла свою руку и принялась большими глотками – практически залпом пить кофе.

Мира

Мир взорвался.

Перевернулся на голову и обратно на ноги.

Я беременна! От виана… нет, просто от Арона!!!

И он – так по-атлантиански меня уведомил об этом. А не надо разве сначала партнёра узнать?!! Всё обсудить?!! Проверить совпадение ценностей или что там рассказывают в психологических подкастах?!

...Хотя я знаю виана Арона год. Как будто как облупленного. А он, можно не сомневаться, – отлично знает меня.

Но мы ничего такого не обсуждали! Даже не встречались…не были парой… Мы просто…

Что за жесть?!

Как так?

А контрацептивный укол, что положен на службе раз в полгода? Я ведь не пропускала, хоть и не жила половой жизнью! Почему же… Ну да чёрт с ним с уколом!!!

Я беременна!

Я…

На глаза навернулись слёзы. Горло словно спазмировало, но…

Нет, это не истерика.

Как ни странно, это… эйфория.

Почти безумное счастье – это оно, сбивающее с ног, разбивающее на атомы, словно раздвигающее сиянием рёбра изнутри!.. И мне то ли щекотно, то ли горячо. Я то ли упаду в обморок, то ли истерически расхохочусь.

Такое странное счастье, которым я не могу управлять – как будто горит вся моя кожа…

Я просто… не в себе.

…И после новости о ребёнке тот факт, что я подписала согласие на вступление в брак на первородном языке Атлантии и дала на всё устное согласие, даже не поняв, что делаю… эта новость как бы смазалась. ВЕДЬ Я БЕРЕМЕННА.

Манипулятор-атлантианец явно специально шокировал меня новостью о “потомстве”, как он изволил выразиться! Чтоб потом мне было на всё остальное… не плевать, но… накричать на него я уже не могла физически! По крайней мере – не сейчас. Я была готова разрыдаться… но голос не слушался.

Только кофе, который я сейчас хлестала большими глотками – как-то на физиологическом уровне меня выравнивал.

И, лишь поставив опустевшую чашку на стол, я смогла заговорить:

– Арон… ты это сделал… специально?

– А как это технически можно сделать случайно? – мягко улыбнулся Арон, – Мира, ответственность, которую я за тебя взял – это, в том числе вопрос твоей безопасности. Быть землянкой и быть атлантианкой… это объективно очень разные шансы на выживание в подобной миссии. Я сделал тебя атлантианкой, это было наилучшим решением вопроса.

– Так ты сделал мне ребёнка и женился… ради миссии?! Чтобы меня не убили?

Вдруг стало горько. Словно что-то многотонной плитой сдавило мне грудь, но… лишь на несколько мгновений.

Виан Арон замер, словно размышлял, как ему сформулировать ответ. С учётом разницы наших восприятий. Пока у него не всегда получалось блестяще подбирать слова или, скажем… выделять приоритетность новостей! Затем мой босс как-то очень устало по-человечески выдохнул и тихо, но твёрдо произнёс:

– Я первый раз в жизни совершил поступок из любви к женщине, моя человечка. Даже два поступка. А миссия была прекрасным оправданием. Даже перед самим собой. Какое-то время.

– Что…

– Я люблю тебя, человечка. Что тут непонятного?

Он привычно закатил глаза, но не злобно как на работе. А иронично, мягко, тепло.

Я рассмеялась. Нервно? Счастливо? Где-то пополам.

Арон улыбнулся.

Невозможно.

Это невозможная ситуация.

– Виан-тиран… – пробормотала я, – тоже мне… Мира… нашла в кого влюбиться...

– Как-как вы сказали, виана? – наигранно приподнял брови атлантианец. Откинул от лица белоснежную прядь, перевившуюся с иссиня-чёрной шевелюрой. Миг, и Арон навис надо мной. Хищно так… Но я его больше не боялась. У меня к нему совсем другие чувства.

– Никак! Говорю, вы атлантианский тиран, виан Арон! Вы… мы… не встречались! Свадьбы не было! Космос… да ты даже не спрашивал меня! И про беременность сообщаешь ты мне, а не наоборот! Да почему вообще?! А я… а ты… мебель эта ещё…

Я была взвинчена. Счастлива! В ярости! Всё сразу…

– Вдох и медленный выдох, Мира, – по-деловому распорядился атлантианец, – и мысли придут в порядок. Возможно, ты не сразу мне поверишь… но мне действительно важно, как ты ко всему этому относишься.

Я подышала как было велено. И тогда мои мысли, что распались на хаотичные отрывки, довольно скоро собрались обратно. В стройные (атлантианские?) потоки.

Поток первый – этот атлантианец, к которому я испытываю такое мощное влечение, что аж в глазах темнеет – мой идеальный партнёр. Его атлантианская придурь от кофемании до раскладывания всего по линеечке – меня совсем не раздражает. Более того – успокаивает. Мне нравится, что он такой. Если бы я жила более комфортную жизнь… скорее всего выяснилось бы, что я и сама примерно такая. Вещи складываю квадратиками. Шампуни расставляю по высоте флаконов. Пью или хотя бы нюхаю кофе больше, чем стоило бы человеку…

Поток второй – родить от этого атлантианца – идея, на которую мой организм на телесном уровне реагирует с первобытным энтузиазмом. Решение принимают древнейшие структуры головного мозга. До коры больших полушарий эта информация докатывается уже определённая в категорию “лучшее решение из возможных! И обсуждать нечего!”

Поток третий – лавандовый диван-рекамье – это, конечно, очень спорный предмет мебели. Однако его изгибы комплиментарны изгибам почкообразной ванны в нашем доме. И если диванчик поставить прямо под полулуние окна – ванная комната будет идеально отбалансирована…

Что-то атлантианское во мне бодро порешало по всем пунктам, но в то же время я… я-человек не собираюсь давать атлантианцу спуска! Иначе он решит, что можно и дальше решать за меня, уведомляя постфактум. И он прекрасно понимает, что поступил неправильно. Под скорлупой привычной заносчивости большого руководителя я вижу его смущение, неловкость и... вину? За то, что не обсудил со мной ничего! И Космос его спаси – если он сейчас реально беспокоится, что не согласовал со мной заказ дивана!!!

– Арон, – тихо, по-атлантиански ровно протянула, постукивая пустой чашкой по столу, – я не уверена, что меня такое положение дел устраивает.

Он держался. Держался отлично. Какой-нибудь Эвонис там мог бы ему и поверить. Но я своего атлантианца чувствовала очень хорошо. И меня ему было не провести. Виан-тиран смутился и напрягся.

Пулей изъял у меня пустую чашку и вернулся с наполненной, при этом так виновато заглядывая в глаза что… Ха! Скажи мне кто месяц назад, что я увижу у своего начальника-тирана такое выражение лица – как у котоида в сапогах из культового земного мультика древности о зелёных ограх.

– Что я могу сделать, чтобы тебя… устроило такое положение дел, Мира?

…Огромные чёрные глаза, в них отражаются бусины наноламп. И я… не могу на него злиться! Что за дела?!

Ну, может, получится хотя бы изобразить?..

– Знаешь что, – начинаю я, изо всех сил ища в организме остаточные крупицы гнева (в педагогических целях). Но вижу эту ироничную усмешку, что зарождается в уголках губ моего атлантианца. Он меня раскусил! Черт-черт-черт.

“Попытка меня перевоспитать засчитана, виана-пока-ещё-человечка”, – нежно огладил моё пси-поле голос босса, – “но ты не переутомляйся. Нам это вредно. Я постараюсь… скорректировать своё поведение. Однако… ты искренне приняла моё предложение, подписывая свидетельство о браке. Ты искренне отдавалась мне, когда я любил тебя у озера…”

“Любил”.

О…

Как это звучит.

“Иногда некоторые вещи сознательное принимает с запозданием, Мира. Издержки культуральных ограничений, психологических блоков и прочей ерунды”.

Я поискала аргументы. Но их не было.

Атлантианец опустился передо мной на одно колено. Ищуще заглянул в глаза.

– Но теперь у меня не осталось от тебя секретов, Мира. И я спрошу тебя ещё раз. Теперь, полностью отдавая себе отчёт на всех уровнях восприятия, ты останешься моей женой, человечка?

В его пальцах возникло кольцо – сгалитовый обод белого металла с пиктограммой из рубиновых камней – узор означал, что супруг надевшей такое кольцо женщины – представитель атлантианской расы.

Я поняла вдруг, что Арон сейчас взял меня за руку, а я – не ощущаю и тени сопротивления – как будто никто не нарушает моё личное пространство. Как будто присутствие этого мужчины – всегда уместно. Чудеса…

Я просто кивнула.

И уже, когда он надевал кольцо на мой палец, договорила:

– Но впредь давай без этих бесед о подсознательном и обвинений стволовых структур головного мозга в согласии с чем-либо без моего непосредственного участия. Я хочу, чтобы ты обсуждал со мной действительно важные вещи…

Арон надел кольцо на мой палец – на тот же, на котором было рубиновое кольцо с камнем-носителем накса. Как в старые времена на Земле обручальным кольцом “запечатывали” помолвочное.

– Я всё понял, моя дорогая виана, – хмыкнул Арон, поднимаясь с колена, – я виноват и посыпаю голову пеплом. С лавандовым гарнитуром я явно поспешил…

Я прыснула, но не успела ничего сказать.

Через миг – очередная кофейная чашка слетела, освобождая стол – новый грохот, новые осколки.

А меня пересадили на столешницу прежде, чем я успела пикнуть. А после и вовсе – зажали рот поцелуем. Я не возражала. В конце концов, я на задании. А этот виан – мой начальник. Надо соблюдать субординацию.

***

Я сижу на столешнице исполненной под мрамор. Только что здесь стояла чашка кофе – и вот её осколки уже валяются в кофейной луже на полу…

Потому что стол нам сейчас нужен для другого.

…Губы атлантианца на моих губах.

Жадные руки – уже под моим платьем.

Срывают с меня одежду, уже привычно швы с тихим хрустом расходятся в его пальцах, как невесомая бумага.

Я обнимаю мужа (мамочки, мужа?!) ногами за мощный торс, оглаживаю ладонями грудь. Расстёгиваю сгаэлитовые пуговицы наощупь… мне это нужно.

Не меньше чем кофе.

А может, даже больше.

Сладко постанываю атлантианцу в рот, пока он медленно заставляет меня, уже обнажённую, завалиться прямо на столешницу. Коснуться лопатками прохладной опоры.

– Мира… – атлантианец рычит мне в губы, на миг разорвав поцелуй. Затем с вновь с неистовой жадностью припадает к моему рту. И почти сразу его губы соскальзывают на мою шею. Я глубоко рвано вдыхаю.

Не может быть.

Не может!...

Я всё ещё в это не верю.

Это как те сны…

Секс на столе и всё такое. Просто сейчас всё немного… мягче?

В тех снах начальник меня просто грубо брал на рабочем месте, и это было ох… горячо, интересно… и жутко!

А теперь – ситуация такая же. Но контекст изменился. Этот мужчина меня любит (кто б мне раньше сказал, что атлантианцы на это вообще способны?! Не поверила бы ни за что!). Этот мужчина – мой муж, и я жду от него детей…