Текст книги "Скажи мне тихо"

Автор книги: Мерседес Рон

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 15 страниц)

– Если не ошибаюсь, ты всегда хотела рисовать...

– Меня удивляет, сколько всего ты обо мне помнишь, – сказала я, пристально глядя на него. Его зелёные глаза казались полными скрытых тайн, но в то же время словно хотели рассказать ещё больше...

– Меня тоже удивляет, сколько всякого дерьма может хранить мозг...

Это было как пощёчина.

– Очевидно, что у тебя самого в голове этого дерьма через край...

В его глазах сверкнуло что-то тёмное, смешанное с чем-то ещё. Я увидела, как его тело словно собралось сделать шаг ко мне, но в следующий миг дверь спортзала распахнулась. Появился Тейлор, зажимая ваткой руку после укола.

– Тебе уже лучше? – спросил он, потом остановился, оглядывая нас обоих попеременно. – А теперь что происходит?

– Твой брат тут развлекал меня своей потрясающей личностью, – сказала я, не в силах оторвать от него взгляда.

Он сам прервал этот зрительный контакт, отвернувшись к Тейлору.

– Займись ею сам, мне нужно продолжать работу.

Он вошёл в спортзал, даже не дождавшись наших ответов.

– Не обращай внимания на всё, что он говорит, Ками... – сказал Тейлор, нахмурившись.

– Не переживай за меня, – ответила я, чувствуя, как боль в груди вместо того, чтобы уйти, лишь усилилась.

– Эй, – он мягко коснулся моей щеки, – я поговорю с ним, – сказал он, глядя на меня своим тёплым, заботливым взглядом.

– Не надо, правда, – я натянуто улыбнулась. – Это была просто детская ссора. Твой брат всегда умел вывести меня из себя...

– Он всех умеет, поверь мне, – вздохнул Тейлор, убирая руку и посмотрев на дверь спортзала. – Ты всё-таки собираешься сдавать анализ?

Я не собиралась врать. Мне было страшно до ужаса, и я знала, что после сдачи крови буду чувствовать себя плохо весь оставшийся день. Но я не могла бросить команду. Девчонки бы меня убили. Я же была та, кто подпрыгивает выше всех, кто стоит наверху пирамиды...

– Подержишь меня за руку? – спросила я с искренней улыбкой.

Он ответил такой же широкой улыбкой.

– Я подержу всё, что ты скажешь, – пошутил он. Я шлёпнула его по руке. Он рассмеялся, и мы вместе вошли в спортзал.

– А если серьёзно, я останусь с тобой, не переживай.

– Спасибо, Тей. – Я не удержалась и обняла его. Его руки обвили мою талию, а его щека едва коснулась моей головы. – Мне так приятно снова быть твоей подругой, – сказала я, улыбаясь и целуя его в щёку.

– Мне тоже, Ками, – ответил он, а в его голубых глазах вспыхнул особый свет, такой же, как у его отца. – Готова?

– Куда деваться, – вздохнула я.

10

ТЕЙЛОР

Внутри спортзала почти не осталось учеников: сначала анализы сдали чирлидерши, потом члены команды. Когда мы вошли, там оставались только двое парней из команды, врачи и мой брат, который, опершись о стену, вычеркивал имена и заполнял анкеты учеников.

Он вел себя как настоящий придурок с Ками. Накануне вечером я видел в его глазах ту ненависть, которую он испытывал к ней, и это было несправедливо. Я не хотел снова видеть в глазах Ками тот страх и ту печаль, которые я заметил, когда Тьяго накричал на неё у двери её дома. Сколько бы он ни пытался винить её, Ками не была ни в чём виновата.

Вновь увидеть её, поговорить с ней, даже просто обнять – всё это пробудило воспоминания о детстве, которые я долгие годы хранил глубоко внутри. Хранил, потому что они причиняли боль. Я ужасно скучал по ней. Ками была моей подругой с самого детского сада. Наши мамы подружились тогда же, когда и мы – нам было всего пять лет. Поэтому предательство той женщины по отношению к нашей матери было ещё больнее... Наши семьи были как одна. Как можно было так поступить с теми, кого считаешь семьёй?

Мой брат поднял взгляд от анкет и жестом показал нам, что можно подходить, когда остальные уже вышли из спортзала.

Трое врачей посмотрели на Ками с видом людей, которым не терпится закончить всё поскорее, и я почувствовал, как она начала дрожать. Я обнял её за плечи и притянул к себе.

– Давай, храбрая, это совсем ничего, – сказал я, чтобы подбодрить её.

Она села на кушетку и крепко зажмурила глаза.

– Это займёт всего несколько секунд, – успокоила её медсестра. – Дай мне свою левую руку.

Ками открыла глаза, отвернулась в сторону и протянула руку для укола. Я крепко сжал её другую руку, чтобы она чувствовала поддержку. Её глаза смотрели поверх моего плеча, подальше от того места, куда втыкали иглу.

– Отлично, – сказала медсестра. – Ещё несколько секунд, и всё закончится...

Когда иглу вынули и всё прошло благополучно, без боли и неприятностей, я позволил себе взглянуть ей в лицо.

Я проследил за направлением её взгляда и увидел, что она смотрела прямо на моего брата, который спокойно смотрел ей в ответ. Я слишком хорошо знал это выражение... Это был тот же взгляд, который он столько раз бросал нашей матери, когда ей становилось плохо из-за приступов тревоги. Он смотрел на неё так, и ей становилось легче. Я же всегда нервничал, когда она страдала... А Тьяго был словно скала: уверенность, надёжность, человек, который заставлял всех чувствовать себя в безопасности. В тот момент я был благодарен ему за то, что он сделал это и для Ками.

Я хотел, чтобы они снова начали ладить...

У них с ней никогда не было таких отношений, какие были у неё со мной, но я знал, что мой брат испытывал к ней особую симпатию.

Но всё равно... Я почувствовал неприятную горечь в желудке, когда увидел, как он на неё смотрит. Тогда я не придал этому большого значения, но мне совсем не понравилось, что я так себя почувствовал.

Когда мой брат заметил, что я на них смотрю, он опустил взгляд обратно на анкету, а Ками повернула голову ко мне.

– Всё хорошо? – спросил я с улыбкой.

Она кивнула молча. Её настроение резко изменилось, она явно задумалась, и в её глазах я видел замешательство.

– Точно? – настаивал я.

В этот момент прозвенел звонок на обед.

– Пора есть! – сказал я, вдруг почувствовав голод после тренировки и желая как можно скорее выбраться из спортзала.

Ками в ответ только поморщилась.

– Думаю, я лучше пойду домой... – сказала она, спускаясь с кушетки. – Всё это взбаламутило мне желудок, и я плохо себя чувствую...

– Хочешь, я тебя отвезу? – предложил я. Она выглядела совсем нехорошо. – Брат может выписать нам пропуск, чтобы мы пропустили последние два урока, правда, Тьяго?

– Да ни за что, – сказал он, хватая спортивную сумку и закидывая её на плечо. – А ты пойдёшь на уроки, умник.

– Да ладно тебе! – воскликнул я, глядя на него с недоверием. – Она же больна!

– Всё нормально... – сказала Ками, снова спускаясь с кушетки. – Я останусь...

– Я не говорил, что тебе не дам пропуск, – буркнул брат.

Я посмотрел на Ками, и мне стало легче от мысли, что хотя бы её он отпустит домой.

– Не нужно, – ответила она, плотно сжав губы.

– Нужно, если только ты не хочешь испортить коридоры школы, что, судя по всему, скоро случится, если ты не поедешь домой и не ляжешь в постель, – ответил он.

– Иди домой, Ками, – попытался я её уговорить.

Она переводила взгляд с одного на другого.

– Ладно, я пойду, – сказала она, перекинув через плечо свою брендовую сумку.

Тьяго вздохнул и снова положил спортивную сумку на кушетку. Врач и две медсестры уже ушли, в спортзале остались только мы трое.

– Иди обедать, Тейлор, – сказал он, роясь в своей сумке. – Я сейчас выпишу ей пропуск.

Я кивнул брату с благодарностью за то, что хоть в этот раз он не вёл себя как полный придурок перед нашей соседкой, и подошёл к Ками.

– Ты точно будешь в порядке? – спросил я, волнуясь.

– Да, правда, – ответила она с улыбкой.

Мой взгляд на несколько секунд задержался на её губах, прежде чем я заставил себя поднять глаза и посмотреть ей в глаза.

– Тогда до завтра. – Я не удивился, когда она встала на носочки и поцеловала меня в щёку. Она всегда так делала, но с тех пор, как мы снова встретились после стольких лет, такие проявления нежности всё ещё заставали меня врасплох.

Ощущение её прикосновения на моей коже осталось со мной на весь оставшийся день.

11

КАМИ

Я краем глаза наблюдала, как он копался в своём рюкзаке, пока не достал папку, открыл её и начал заполнять форму.

– Причина... – произнёс он вслух с очень серьёзным видом: – быть тряпкой. —

Он написал это, и я выхватила ручку из его рук.

– Ты, наверное, считаешь себя очень забавным, да? – Я больше не могла выносить ни одной его глупости.

– Смешно видеть, как легко ты заводишься, – ответил он, доставая другую ручку из рюкзака и снова опуская взгляд на форму.

Удивительно, как за столько лет ты всё ещё остался таким же чёртовым ребёнком, – сказала я, принимая пропуск, который он мне протягивал, и быстро на него взглянув.

К моему удивлению, он не написал там ничего странного.

– Если уж ругаться, делай это правильно: "ёбаный ребёнок", а не "чёртов", – сказал он, закидывая сумку на плечо. – Давай, повтори.

– Отвали, – ответила я, поворачиваясь к нему спиной и забирая свой рюкзак, который ждал меня на трибунах вместе с одеждой и книгами.

– Чтобы забыть меня, для начала нужно было бы хоть раз подумать обо мне, ледышка. А этого, к счастью, никогда не происходило и не произойдёт.

– Как ты меня назвал? – спросила я, резко обернувшись.

– Ледышкой, – повторил он, приближаясь ко мне своей походкой плохого парня, своим телом, которое, казалось, могло занять целую комнату. – Скажи-ка... как это тебе вообще смогли взять кровь, если в твоих венах течет только орчата?

Я почувствовала, как его комментарий пронзил меня до глубины души.

У него это получалось легко, чего почти никто больше не умел. Обычно мне было плевать, что обо мне думают... но он был исключением.

Я привыкла к зависти и ненависти, привыкла к тому, что сначала меня любили, а потом поливали грязью. Люди были очень фальшивыми, и я давно воздвигла высокие стены, чтобы защищаться от всего этого.

Осознать, что у Тьяго есть власть добраться до моего сердца, причинить мне боль... было страшнее, чем что-либо за долгое время.

Я увидела в его глазах, что он понял, что задел меня. И, прежде чем он успел что-то сделать, прежде чем я увидела удовольствие от этого на его лице, я решила действовать.

Я не позволю ему ранить меня.

Я не позволю ему думать, что я слабая.

С тех пор как они вернулись, я показывала свою уязвимость, была словно хрупкий стеклянный сосуд, который легко разбить... и если чему меня научила моя мать, так это тому, что нельзя позволять никому видеть тебя таким.

Особенно Тьяго Ди Бьянко.

– У меня может и орчата в венах... но, по крайней мере, я не неудачница, чьё будущее зависит от того, чтобы учить детей забрасывать мячик в кольцо.

Эти слова обожгли меня сразу же, как только слетели с моих губ.

На его шее угрожающим образом начала пульсировать вена на загорелой от солнца коже.

– Исчезни с глаз моих, – сказал он сдержанным голосом, ни разу не повысив тон.

Мне было ужасно обидно оказаться в такой ситуации. Я была не такой... Я вела себя именно так, как он ожидал, и не понимала, почему, чёрт возьми, я ему потакаю.

– Не надо просить дважды, – ответила я, не глядя ему в глаза, и направилась к выходу из спортзала.

Когда я вышла на улицу, я наконец выдохнула весь воздух, который сдерживала.

Чёрт.

Как только я подошла к парковке школы и начала рыться в сумке, чтобы достать ключи от машины, кто-то выскочил из-за моего кабриолета и напугал меня, заставив руку инстинктивно потянуться к сердцу.

– Чёрт! – воскликнула я, увидев, что это был Дани. – Ты меня напугал!

Я глубоко вздохнула, пытаясь успокоить сердце.

– Куда ты идёшь? – спросил он, игнорируя мои жалобы. Тогда я заметила, что его глаза были красные и опухшие. Он слегка пошатнулся, когда подошёл ко мне, и я почувствовала запах алкоголя, который исходил от него.

– Ты пьян? – спросила я, не веря своим глазам, и осознала, что не видела его сегодня утром на тренировке.

– Я в жопе, – сказал он. Он подошёл ко мне и, не предупреждая, вжал меня в машину, встал прямо передо мной, почти прижимаясь. – Ты понимаешь, что ты со мной сделала? – спросил он, смотря на меня с ненавистью и схватив мою руку, которой я попыталась оттолкнуть его, чтобы освободиться.

– Отпусти меня, – сказала я, сдерживая голос, но испугавшись, когда заметила, что его зрачки были сильно расширены. Я уже видела его в таком состоянии, хотя и очень редко. Дани всегда осторожничал с наркотиками, он никогда не рисковал своим местом в баскетболе и командой ради этого.

– Меня исключат из команды из-за твоей чёртовой вины, – сказал он, сжимаю мою запястье.

– Ты мне делаешь больно, Дани, – сказала я, пытаясь оттолкнуть его от себя, но его тело прижало меня к машине, и я не могла сдвинуться с места.

– Я не мог пройти этот чёртов тест на наркотики, меня отстранят. Моя стипендия сгорела, и всё это из-за тебя, Камила. Ты так запутала мне голову, что теперь я не могу думать ни о чём, кроме тебя и твоих чёртовых обещаний вечной любви, и твоих «я тебя люблю»...

– И я тебя люблю, Дани, но я больше не влюблена в тебя... – Мне было так тяжело. Несмотря на то, что он причинял мне боль, я чувствовала жалость к нему... Это было неправильно? Но мы пережили так много... столько всего вместе, чтобы просто делать вид, что ничего не случилось, чтобы делать вид, что мне не важно, что он разрушает своё будущее из-за меня...

Его бедра прижались ко мне, его тело сдавило меня, и я начала паниковать, почувствовав, что едва могу двигаться.

Я заставлю тебя снова влюбиться в меня... Ты не можешь просто так выбросить все эти годы отношений... Ты не бросишь меня, Камила, не бросишь...

Он попытался поцеловать меня, заставить меня сделать это, и я отвернулась.

Я не узнавала его...

От него не осталось ничего того, кого я когда-то любила... совсем ничего...

– Эй! – крикнул кто-то с другой стороны парковки, как раз со стороны двора школы.

Это был Тейлор, который побежал ко мне, сопровождаемый Джулианом, сводным братом

Кейт.

– Что, чёрт возьми, ты делаешь?! – крикнул Тейлор, схватив Дани за рубашку и оттащив его от меня.

Тейлор потратил меньше секунды, чтобы понять, что произошло. Увидев, что я держу свою запястье и слёзы на глазах, его глаза потемнели от ярости.

Он был первым, кто ударил его по лицу. Дани не заставил себя ждать и сразу же ответил на удар. Оба упали на землю и начали драться.

– Прекрати, Тейлор! Не деритесь!

Я посмотрела на Джулиана, чтобы увидеть, остановит ли он их, но он тоже вскоре вмешался.

Два против одного, учитывая, что Дани выглядел совсем плохо... Вы можете себе представить, чем всё это закончится.

– Прекратите! – закричала я в отчаянии.

– Что, чёрт возьми, вы делаете?! – услышала я чей-то крик, который приближался к нам.

Тьяго пришёл первым, затем подошёл тренер Клаб.

Менее чем за секунду нас окружила половина школы, а Тьяго уже оттаскивал своего брата от Дани, в то время как тренер сильно держал Джулиана.

Дани лежал на земле, из его рта шла кровь, он держался за бок от боли.

– Прекрати, чёрт возьми! – крикнул Тьяго своему брату, когда Дани с трудом встал и ушёл, не слушая никого.

– Уокер, вернись сюда немедленно! – прокричал тренер, но его команда осталась без ответа.

Дани забрался в свой Land Rover и уехал на бешеной скорости.

Конечно, его не могли увидеть в таком состоянии.

Я задумалась, как он будет избегать исключения после всего случившегося, но поняла, что, с такими богатыми родителями, как у него, для него это не будет проблемой. А вот с командой по баскетболу – это уже другой вопрос.

Что, чёрт возьми, здесь произошло? – сказал директор, появляясь за углом. Он посмотрел на нас с таким выражением лица, что можно было бы разрезать ножом. – Хэмилтон, Ди Бианко, Мерфи, немедленно в мой кабинет!

Я бросила на него злой взгляд, я же не делала ничего плохого! Но всё равно пошла, как попросили.

Тейлор подошёл ко мне после того, как Тьяго что-то сказал ему на ухо.

– Что, чёрт возьми, он с тобой сделал, Камила? – спросил он, обеспокоенно.

– Ничего, я в порядке. Правда, – ответила я, злая на всё происходящее, и хотелось скорее уйти домой. Этот день, похоже, не заканчивался.

Мы трое вошли в кабинет директора, не без того, чтобы не почувствовать взгляды всех студентов, которые стояли в коридоре. Все уже знали, что в парковке произошла драка из-за меня. Я смотрела на каждого, кто осмеливался смотреть на меня дважды, и обдумывала свои варианты.

Мы вошли в кабинет. Тьяго и тренер последовали за нами и встали перед столом директора.

– Ну что, начнём с того, чтобы рассказать мне, что здесь произошло, – сказал директор, пристально глядя на меня.

Никто не ответил.

– Хорошо, – продолжил директор, вставая и спокойно наливая себе чашку кофе с притворным спокойствием, – у вас неделя наказания. Если вы не начнёте говорить прямо сейчас, это будет две.

Я сделала шаг вперёд. Парни не заслуживали наказания за это. И в этот момент я приняла решение защитить Дани, защитить их всех и взять вину на себя.

– Директор... произошло недоразумение, – соврала я, как могла, лучше всего, что умела, – мой бывший парень, и я поругались, и ребята подумали, что Дани ведёт себя со мной не так... Я благодарна им за вмешательство, но это не было необходимо... Это была просто ссора между нами, вот и всё.

– Этот идиот заставлял её! – сказал Тейлор, делая шаг вперёд.

Я инстинктивно спрятала свою руку с запястьем за спиной и начала качать головой.

Тогда кто-то схватил меня за руку и потянул вперёд, оголяя красные следы от ладони Дани на моей коже.

– Он причинил ей боль, сэр, – сказал Тьяго, не глядя на меня, но сильно сжав губы.

Директор осмотрел мою руку, а затем взглянул мне в глаза.

– Мисс Хэмилтон, это правда? – спросил он, пристально смотря мне в глаза.

Пальцы Тьяго слегка сжали мою руку, подталкивая меня к тому, чтобы я сказала правду, но я покачала головой.

Эти следы мне оставил мой младший брат вчера, когда мы играли дома. Дани Уокер никогда не поднимал на меня руку, сэр.

– Что за чёрт?! – воскликнул Тейлор, взбешённый.

Тьяго отпустил меня и скрестил руки.

– Так почему же мистер Ди Бианко решил вмешаться в вашу беседу? – спросил директор.

– Мы с ним поругались, но он меня не тронул, сэр. Правда, – снова соврала я с уверенностью.

Почему я это скрывала? Потому что знала, что если его исключат из-за меня, он сделает мою жизнь невозможной...

Директор явно не был убеждён, но он не стал обвинять капитана команды в агрессии, если не было никаких признаний со стороны жертвы, то есть меня.

– В этом учебном заведении у нас нулевая терпимость к любому виду насилия. Независимо от того, угрожала ли госпожа Хэмилтон опасностью или нет, верили ли вы или нет, переходить к физическому насилию – это никогда не лучший выход. Все трое будете наказаны: две недели после занятий. Так как наказание совпадает с тренировками, вам придётся оставаться после них до восьми часов вечера без исключений.

Мы все трое широко раскрыли глаза от удивления.

Это будет тяжёлое испытание! Проводить весь день в школе, с восьми утра до вечера...

– Сэр, извините за вмешательство, – сказал Тьяго, явно злой по какой-то причине, которая мне не была понятна, – но наказание должно быть до пяти часов.

– Ваша задача, мистер Ди Бианко, – следить за наказанными учениками в любое время дня, – перебил его директор, снимая очки и глядя на него поверх них. – Мне тоже напоминать вам, почему вы выполняете эту задачу, и по каким причинам школа решила предоставить вам эту великую честь работать в нашем заведении?

Я заметила, как сильно напряглась челюсть Тьяго. Тогда я поняла, почему он так злился: он был ответственным за класс наказанных. Было забавно, что парень, который всегда попадал в неприятности, теперь должен был следить за теми, кто нарушал правила... Он никогда не любил уважать авторитет, или, по крайней мере, не любил это в детстве.

Что-то подсказывало мне, что ему было очень неприятно кивать головой и молчать перед директором, и эта мысль почему-то доставляла мне некое удовольствие, которое я не могла объяснить.

Мы не смогли сказать много больше, директор выставил нас всех жестом руки, и мы покинули кабинет.

– Почему ты соврала? – упрекнул меня Тейлор, едва мы вышли оттуда.

Я посмотрела на Тьяго, который смерил меня взглядом и пошел вниз по коридору, ничего не сказав. Джулиан посмотрел на свои израненные кулаки с любопытным выражением, как будто кровь на его костяшках вызывала у него интерес.

Не возражаешь, если мы поговорим наедине? – сказал Тейлор, заметив взгляд, который я бросала на Джулиана.

Джулиан посмотрел на меня, затем покачал головой.

– Увидимся завтра, ребята, – сказал он, собираясь уходить, как и Тьяго.

– Подожди минутку. – Я остановила его, схватив за руку. – Спасибо, что защитил меня, Джулиан... Ты не должен был этого делать, и мне жаль, что тебе дали наказание...

– Это того стоило, – сказал он, и я скромно улыбнулась в ответ.

Тейлор занял место Джулиана рядом со мной и посмотрел мне прямо в глаза.

– Ответь мне, Ками, – сказал он сердито. Я заметила, что его левый глаз начал приобретать светло-голубоватый оттенок, а его руки были в еще худшем состоянии, чем у Джулиана, и я почувствовала себя вдвойне виноватой. Из всех людей в этой школе, Тейлор был последним, кому я хотела причинить вред. – Я не идиот. В день матча я заметил, что что-то не так, когда увидел тебя сидящей рядом с ним в его глупом автомобиле. Это не первый раз, когда он так себя ведет, правда?

Меня кольнуло в сердце, когда я вспомнила тот случай... Тот случай, который я клялась не вспоминать, который я клялась похоронить в самой глубине своей души.

– У нас проблемы, Тейлор... Мы расстались, и он это плохо переносит. Он меня любит, понимаешь? И я его люблю, и не хочу ему причинять проблемы...

– Не хочешь причинить ему проблемы? – перебил он меня, не веря своим ушам. – Я получил две недели наказания, потому что этот придурок тебе вредит! И ты мне говоришь, что не хочешь причинить ему проблемы?! Что с тобой, черт возьми?

– Извини за наказание, правда. Если хочешь, я могу поговорить с директором. Я последнее, что хочу...

Тейлор схватил меня за руку и оттащил к колонне.

Я почувствовала озноб, когда его холодные пальцы коснулись моей кожи.

– Мне пофиг на наказание, мне важна ты, – сказал он, опуская руку до моей запястья. Мы оба опустили взгляд и увидели следы от его рук на моей коже. – Если я увижу его рядом с тобой снова, я его убью.

Я никогда не видела Тейлора таким злым... Видеть, как он так реагирует... из-за меня... заставило меня почувствовать себя как в детстве: защищенной.

– Больше этого не случится, – сказала я, подняв взгляд.

Между нами наступила тишина, и я почувствовала импульс прикоснуться к его поврежденному глазу, почувствовала желание вылечить его, заставить эту рану исчезнуть... Я увидела, что сомнение появилось в его взгляде, и его губы открылись, как будто он собирался что-то сказать, но в этот момент раздался громкий звонок, и мы оба вздрогнули. Я не заметила, как близко мы стояли друг к другу, пока не увидела, как мы отстранились от неожиданного звука. Менее чем через три секунды коридоры заполнились людьми.

Тейлор посмотрел направо и поправил рюкзак на спине.

– Тебе стоит пойти домой...

Я совсем забыла, что до всего этого я шла домой...

Хотя анализ крови был меньшей из моих проблем.

– Все уже в порядке. К тому же я не могу пропустить наказание...

Тейлор молча кивнул.

– Увидимся после тренировки, тогда, – попрощался он, и я почувствовала, как его голос стал сухим, когда он обратился ко мне.

Я увидела, как он пошел по коридору, и меня охватила беспомощность. Мои глаза наполнились слезами, и я глубоко вдохнула, пытаясь избавиться от желания заплакать. Я достала телефон и заметила сообщение от Дани.

«Спасибо за то, что все испортила.»

Я зашла в туалет и закрылась в одной из кабинок.

Как все так вышло между нами? Я не хотела, чтобы он меня ненавидел. Не хотела, чтобы он чувствовал себя так из-за меня. Я вытерла слезы, которые, не в силах остановиться, катились по моему лицу, и когда подумала, что выгляжу нормально, вышла из туалета.

Когда я вошла в столовую, почти все взгляды обратились ко мне. Я ненавидела быть в центре внимания, я это ненавидела. Не хотела, чтобы я снова была предметом обсуждения в школе, будь то хорошо или плохо. Не хотела, чтобы люди говорили обо мне. Мои глаза скользнули к столу учителей, и я заметила, как Тьяго бросил на меня холодный взгляд, а затем вернулся к своему блюду.

Тейлор сидел с командой, и все они смотрели на меня с гневом. Я не только поставила своего капитана на грань исключения, но и заставила двоих его товарищей пропускать тренировки все вечера в течение двух недель.

Я огляделась в поисках своих подруг и увидела их за обычным столом. Я решительно направилась туда, двигаясь как робот, привыкший к этому с годами, и села рядом с Кейт. – Так ты устроила драку... – сказала она, как только я села.

– Я не устраивала драку. – ответила я, вытаскивая из рюкзака бутерброд, который приготовила утром, и бутылку воды.

– Ты понимаешь, что в этой драке на парковке участвовали трое самых горячих парней школы...? И не забывай про самого горячего учителя школы, конечно, – сказала Лиза, отправляя кусочек яблока в рот.

– Тьяго не участвовал в драке... – сказала я, ругая себя за то, что осталась в школе. Мне следовало бы уйти домой и вернуться только на наказание.

– Смотри, как она знает, о каком горячем учителе мы говорим... – сказала Кейт, развлекаясь за мой счет, как всегда.

Я почувствовала, как краснею, не в силах сдержаться. Это было правда, Тьяго был не единственным привлекательным учителем в школе. На самом деле, до того, как он пришел, половина девочек была почти влюблена в учителя математики, которому было около сорока, но который выглядел на двадцать пять.

– Леди Камила краснеет?

Я почувствовала, как злость растет внутри меня, когда он назвал меня этим чертовым прозвищем, которое я ненавидела всем сердцем. Я встала со стула и схватила свой рюкзак.

– Я тысячу раз говорила вам, чтобы вы меня так не называли.

Не дав ей даже извиниться, и на самом деле, уже сожалея о своем всплеске эмоций, я вышла из столовой и направилась прямо к спортивным площадкам. Там была большая трава, где многие ученики лежали на переменах, наслаждаясь теплом солнечных лучей. Скоро холода придут в город, и я хотела успеть насладиться каждым последним лучом солнца.

Я не заметила, что за мной следуют, пока не села, и тень не заслонила солнечный свет, который я так хотела, чтобы согрел меня изнутри и снаружи.

– Убегаешь от проблем? – спросил Джулиан, подбрасывая апельсин и ловя его с ловкостью. Я отрешенно следила за его траекторией.

– Больше от людей, – призналась я, кивнув, когда он жестом руки спросил, можно ли ему присоединиться.

Он лег рядом со мной и продолжил подбрасывать апельсин в небо. Каждый раз он подбрасывал его все выше, и я восхищалась его умением ловить его без труда. Мне стало интересно, что бы произошло, если бы апельсин упал ему прямо на лицо, и я улыбнулась.

Я отвела взгляд и посмотрела на ребят, которые в это время играли в футбол на спортивной площадке. До начала следующего урока оставалось всего двадцать минут, и все использовали последние секунды, чтобы повеселиться перед тем, как снова столкнуться с тяготами школьных обязанностей.

– У тебя потрясающая улыбка, – сказал тогда Джулиан, заставив меня опустить глаза на него.

– Я едва улыбаюсь... – сказала я, замечая, как немного покраснела. Я смотрела на него, на его тёмные волосы и азиатские черты лица. Он и Кейт унаследовали те же гены от их отца, который родился на Гавайях. Я всегда восхищалась такими отличительными чертами, слегка прищуренными глазами, кожей цвета кофе с молоком... Он был очень красивым.

– Мне нравятся улыбки, которые показывают что-то за ними... Твоя говорит мне, что ты, на самом деле, не думала о чём-то хорошем...

Я не могла не засмеяться.

– Я представляла, как апельсин падает тебе прямо в лицо, – сказала я, и он рассмеялся, поднялся и дружески дал мне пинок по колену.

– Какая мракобесия!

Мы рассмеялись, а потом несколько секунд просто смотрели друг на друга.

– Нам стоит стать друзьями, – сказал он, начиная снимать кожуру с апельсина и освобождая меня от его интенсивного взгляда.

– Ты используешь метод детей, да? Когда для того, чтобы стать друзьями, достаточно просто спросить, – сказала я, снова смеясь.

Джулиан улыбнулся всем лицом.

– Мне нравится быть прямолинейным, – признался он, протягивая мне дольку апельсина.

Я взяла её.

– Хочешь сходить со мной в кино как-нибудь или просто выпить что-то где-нибудь?

Я не хотела ответить отказом и показаться невежливой, но и не хотела начинать встречаться с кем-то, а взгляд Джулиана... Не знаю...

– Я как-то не очень вписываюсь здесь, понимаешь? Люди... мне кажется, они тут все закрытые, а я, ну...

Я посмотрела на него, пытаясь понять, что он хотел сказать.

– Не знаю... Особенно парни... Думаю, они бы не приняли мою гомосексуальность.

Я широко раскрыла глаза от удивления.

– Ты гей?

Джулиан протянул мне ещё одну дольку апельсина и молча кивнул.

– Почти никто не знает...

Я невольно дала себе по голове в мыслях, как эгоистично я думала.

Правда ли я думала, что Джулиан хочет чего-то со мной? Просто, потому что он пригласил меня в кино или на что-то выпить?

– Почему ты решил рассказать мне? – Я положила дольку апельсина в рот и наслаждалась её вкусом. – Мы едва знакомы.

– Честно? – спросил он.

Я кивнула молча.

– Потому что я видел, что ты почти отказалась от моей компании, думая, что я хочу чегото большего.

Чёрт. Я покраснела, как помидор.

– Эй, это вполне понятно! Если бы я был гетеро, я бы тебя трахнул до потери сознания, но тебе не стоит об этом беспокоиться. Я просто ищу кого-то, с кем можно хорошо провести время, а ты мне удивительно нравишься.

– Извини, если...

– Да не переживай, правда. На самом деле, думаю, тебе и так хватает с братьями Ди Бьянко, чтобы добавлять ещё кого-то в список своих завоеваний.

Я заморгала в недоумении.

– Братья Ди Бьянко?

Джулиан кивнул.

– Те, кто в тебя влюблены, да.

Я почувствовала, как моё сердце забилось быстрее.

– Да что ты говоришь? Тьяго меня ненавидит! А Тейлор... Ну, Тейлор был моим лучшим другом, как брат, никогда...

Джулиан посмотрел на меня так, будто хотел сказать, что я тупая.

–Тейлор влюблён в тебя, Ками, даже если ещё сам этого не осознаёт, а Тьяго... Тьяго, похоже, борется с собой, и он не может выбрать, сбить тебя с ног и приклеить к этой стене или послать тебя к чёрту с такой же страстью, как он бы сделал первое...

Чёрт с этим Джулианом.

– Ты ошибаешься, – сказала я решительно.

– Я не ошибаюсь... Я понимаю мужчин, а ты для них, как...

– Ты ошибаешься! – ответила я с большим эмоциональным накалом. – Ты... ты ничего не знаешь, ты не понимаешь, что произошло, ты не имеешь ни малейшего представления...