Текст книги "Шторм ярости и мести (ЛП)"

Автор книги: Мелисса Рёрих

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 41 страниц)

ГЛАВА 4. Лука

– Это, блядь, просто дебилизм какой-то, Теон, – ворчал Лука, срывая с шеи галстук и швыряя его через всю комнату.

Его телефон лежал на кофейном столике перед диваном на громкой связи.

– Это не дебилизм, Лука, – ответил Теон. – Дебилизм – это то, что ты звонишь мне прямо сейчас. Я же сказал: не связывайся со мной. Ничего мне не рассказывай.

– И что именно я тебе рассказал? Ты чувствовал ее эмоции так же остро, как и я, – отозвался он, сбрасывая пиджак.

Он ненавидел всю эту официальную одежду, но у него не было выбора, раз уж он представлял королевство Ариуса на встрече с правителями Деврама.

– Тогда зачем ты мне звонишь? Чтобы пересказать то, что я и так знаю?

Раздраженное рычание вырвалось у Луки, пока он расправлялся с пуговицами на рубашке. Расстегнув последнюю, он рухнул на диван. Рубашка распахнулась, когда он схватил телефон и прижал его к уху.

– Она была там.

– Где?

– На слушании Трибунала.

– Повторяю вопрос: зачем ты мне это говоришь?

Лука вздохнул, стянул резинку с волос и позволил прядям рассыпаться по лицу.

– Потому что ты сам велел мне пойти к ней, и выяснить, где Аксель. А она со мной не разговаривает. Я подумал, у тебя есть опыт в… ну, сам понимаешь.

Последовала долгая пауза, прежде чем Теон произнес:

– Ты хочешь сказать, у меня есть опыт в том, как Тесса полностью вычеркивает меня из жизни?

– Не строй из себя оскорбленную невинность, – бросил Лука, скидывая обувь и снимая носки.

– И теперь ты просишь у меня совета, как с ней обращаться? – невозмутимо продолжил Теон. – У того самого парня, которого она трахнула, а потом оставила стоять на коленях?

– Ну, если ты подаешь это в таком свете… – проворчал Лука, призывая силу и позволяя черному пламени плясать на ладони.

Они так долго скрывали его истинное происхождение. Большинство считало его просто Наследием Ариуса, и скрывать свою мощь стало для него второй натурой. Так же, как он прятал форму дракона и способность к перемещению. Это было одно из немногих мест, где он чувствовал себя в покое и мог сбросить все щиты и притворство, даже теперь, когда правда всплыла наружу.

На другом конце трубки раздался измученный вздох.

– Хочешь знать, как я заставил ее наконец заговорить со мной, когда она активно меня игнорировала? – спросил Теон. – Я давил на нее, Лука. Я зашел слишком, блядь, далеко, хотя вы все меня предупреждали. Я велел ей взять себя в руки, а потом довел до того, что она окончательно сорвалась. Я не тот, кто может давать советы в этом деле. Именно поэтому я послал к ней тебя. Ты тот, кого она сама зовет. Тот, кого она хочет видеть. Ты тот…

Он замолчал на долгое время, а потом добавил:

– Ты тот, кто всегда знал, что она не создана для всего этого. И теперь я понимаю почему.

– Что это значит? – спросил Лука, гася пламя на ладони.

– Сейчас я не могу этого объяснить.

В душе Луки тут же расцвело подозрение. Теон говорил так только в двух случаях: либо когда он что-то замышлял, либо когда раздобыл новую информацию.

– С учетом всего, что происходит, сейчас не время для секретов, Теон. Если ты что-то узнал, ты обязан нам сказать, – произнес Лука.

– Нам? Мы даже, блядь, не знаем, где сейчас Аксель! – отрезал Теон.

– Тогда каков план?

– Плана нет, Лука. Ты сам твердил, что наш план пошел по пизде.

– Тот план пошел по пизде, – возразил он. – Мы не можем просто двигаться вслепую. Это… это просто хаос.

– План сейчас такой: ты говоришь с Тессой и выясняешь, знает ли она, где Аксель. Я продолжу поиски со своей стороны, параллельно пытаясь управлять целым, мать его, королевством.

– Может, для начала начнешь появляться на заседаниях Трибунала? – сухо заметил Лука.

– Я сказал тебе: в этот раз я не мог. Не тогда, когда они созывают собрание в последнюю минуту. Я занят другим делом.

– Ага. Тем самым, которое ты «не можешь объяснить».

– Ради всех богов, Лука! – вздохнул Теон. – Просто расскажи, что там было.

– О, теперь ты все-таки хочешь, чтобы я тебе что-то рассказывал?

– Боги, ты еще мрачнее, чем обычно. Когда ты в последний раз летал? Или хотя бы выбирался в свою пещеру?

– Я уже здесь, – ответил он, оглядывая место, которое закрепил за собой.

Он потратил уйму денег, чтобы это место перестало напоминать обычную пещеру. Полы были отшлифованы до гладкости, он заплатил представителям Наследия Анахиты, чтобы та зачаровала трубы. И теперь во всех ответвлениях пещеры была проточная вода.

Он даже установил высокотехнологичную кухню, что было верхом абсурда, учитывая, что он никогда не готовил. Но здесь никто не подкалывал его за то, что его гигантская кровать в соседнем гроте вечно завалена горой подушек и одеял.

Здесь было тихо, и он мог думать.

Здесь от него не ждали постоянных свершений и не выдвигали требований.

Здесь не нужно было доказывать, что он достоин крови, текущей в его жилах.

И здесь никто не трогал его гребанные вещи.

– Просто расскажи про встречу, – сказал Теон. – А потом иди полетай.

– Между правителями сейчас дикое напряжение, – начал Лука, убирая резинку для волос в бронзовую коробочку и перебирая кольца внутри.

– А когда было иначе? – отозвался Теон.

– В этот раз все серьезнее, – Лука вертел в пальцах серебряное кольцо. – Присутствие Тессы было силовым ходом Джоува, понимает она это или нет. Неважно, что она ушла до начала основных споров. Остальные ее увидели.

– Разве не в этом была цель встречи? Обсудить, что делать с Тессой теперь, когда они знают, кто она такая? – спросил Теон; на фоне послышался какой-то шорох, который тут же затих.

– В том-то и дело, что они не знают, – возразил Лука, возвращая кольцо в коробку и защелкивая крышку. – Их всех беспокоит ее отцовская линия, а Джоув продолжает разыгрывать карту материнской.

– Думаешь, он знает правду?

– Честно? Я и сам не могу понять. Он настаивает, что она не сильнее его, но сам факт того, что она внучка Ариуса, уже делает ее могущественнее.

Лука почти физически чувствовал, как Теон потирает челюсть, произнося:

– Но она почти не проявляет даров Ариуса для прямого потомка. Все ее способности проявились как силы Ахаза. Это наводит на мысль, что к Ахазу она так же близка, если не ближе.

– Кроме способности призывать шторм. Это не относится ни к тем, ни к другим, – сказал Лука, поднимаясь и подходя к стене с пустыми рамами.

Оба замолчали, потому что эти слова возвращали их в тупик. Они узнали о ней так много, но до сих пор не имели четких ответов.

– Думаю, в этом и заключается пробел в знаниях Джоува, – наконец произнес Лука. – Он знает про кровь Ахаза, но знает ли он про ее видения и ведьминское наследие?

– Исключено. Если бы они знали, что она – коктейль из Ахаза, Зинты, Ариуса и Серафины, они бы ее уже убили, – сказал Теон. – Они бы никогда не позволили ей стать настолько сильной.

– Если только Джоув не вообразил, что сможет ее контролировать.

– Контролировать неконтролируемое, – пробормотал Теон. – Все опять сводится к этому гребанному пророчеству.

– Напомни мне свою теорию насчет ее материнской линии, – попросил Лука.

Стоило бы это записать. Теон мог удерживать факты в голове, но Луке всегда была важна наглядность.

– Есть тексты, в которых говорится, что у Ахаза был ребенок от дочери Зинты. Не думаю, что это сама Тесса, потому что тем записям сотни лет, а ей всего двадцать четыре. Но она может быть любым звеном в этой цепи.

– То есть мы по-прежнему ни хрена не знаем! – подытожил Лука, ведя пальцами по древней золоченой раме.

– Мы знаем ее отца, но все остальное… Да, мы ни хрена не знаем! – ответил Теон голосом мужчины, признавшего поражение.

– Теон, ты все пытаешься вывезти это в одиночку, хотя тебе не обязательно. Ты ведь это понимаешь?

– Это моя ответственность, – отрезал он.

– Нет, это…

– Что-то еще? – перебил Теон резким тоном.

Лука вздохнул, не желая продолжать этот спор по телефону.

– Да. Еще кое-что. Когда собрание заканчивалось, поступило сообщение, что в Пантеоне найдены мертвыми две жрицы.

Пауза на том конце была оглушительной.

– Так же, как те из Наследия Ариуса, которых находят мертвыми? – наконец спросил Теон.

Последние две недели они находили трупы по всему Акрополю. Это была еще одна причина созыва экстренного Трибунала. Неважно, были ли они чистокровными Наследиями или имели лишь каплю крови Ариуса в роду. Каждая жертва была связана с этим родом.

До этого момента.

– Это были жрицы Пантеона, Теон, – ответил Лука.

– Значит, чистокровные представители Наследия Зинты, – подытожил Теон.

– Леди Селесты была в ярости, учитывая, что Пантеон – ее зона ответственности. Они требуют задержать Тессу, пока не будет установлено ее происхождение и не доказано, что она к этому не причастна.

– С чего им вообще думать на нее? Разве она не была в здании Трибунала?

– Я же сказал: она исчезла почти сразу после начала. Тогда-то мы и почувствовали ее панику.

– Ты хочешь сказать, что Тесса убила жриц? – спросил Теон.

Запустив руку в волосы, Лука ответил:

– Я не знаю, Теон. Но все улики указывают на нее. Не на Авгуров.

– Она не могла… Она бы не стала…

Теон осекся. Лука понимал, что тот сейчас прокручивает в голове все факты.

Сам Лука сидел и слушал, как правители Деврама занимаются тем же самым. Лорд Джоув даже не пытался спорить. Лука пытался, но быстро осознал ошибку. Разумеется, он будет защищать Источник Наследника Ариуса. Внезапно вопросы начали задавать уже ему: а каковы были намерения Королевства Ариуса, когда они выбирали ее?

Короче говоря, все это превратилось в полнейший пиздец.

– Каков итог? – спросил Теон.

– Рордан поклялся, что держит все под контролем и что ее запрут, пока не будут получены ответы на все вопросы.

– Возможно, так будет лучше.

– Повтори-ка еще раз? Мне послышалось, или ты только что назвал хорошей идеей запереть девчонку, которая в щепки разносит бутылки вина и обладает силой, которую никто не может опознать? – не поверил своим ушам Лука. – Уж ты-то должен знать, что бывает, когда ее пытаются ограничить.

– Если она будет под замком, а новые трупы продолжат появляться, это докажет ее невиновность. К тому же, тогда они станут для нее подонками, а не мы. Ведь она думает, что они дали ей свободу, – рассудил Теон.

– Боги! – пробормотал Лука. – Ты сам-то себя слышишь?

– Ты мне сам позвонил, помнишь? – огрызнулся Теон.

– И нихера хорошего из этого не вышло.

Теон издал раздраженный звук.

– Иди летай. Может, перестанешь быть таким унылым мудилой.

– Дай знать, если найдешь зацепки по Акселю.

– Больше не звони мне, Лука.

Лука не стал отвечать, просто сбросил вызов и отшвырнул телефон. Он понимал логику отказа от контактов, но это было невыполнимо, когда они трое связаны узами. Ментальные разговоры между ними не были приватными, а когда эмоции зашкаливали, их чувствовали все. Теон наверняка слышал весь тот разговор, который Лука пытался завести с Тессой. Но сам Теон молчал, будто его и не было. Но он был там, и Тесса это знала. Она чувствовала его через связь.

Другого способа связаться с ней у него не было. Телефона, который ей дал Теон, у нее не было. И если он не явится лично на порог королевства Лорда Ахаза, он ее не увидит, не говоря уже о разговоре. Теон вечно лез напролом, врываясь в само пространство, которым она дышала, но она хотя бы разговаривала с ним.

Сбросив остатки одежды, он прошел по короткому коридору, который выводил на выступ скалы над горами Озул. Это место было надежно скрыто, а если бы кто-то и умудрился его найти, Лука отвалил баснословные деньги Lilura Inquest за охранные чары.

Со вспышкой бледно-голубого света он принял облик дракона. Чешуя замерцала, когда он размял шею и крылья. Он не перекидывался уже несколько недель. Когти скрежетнули по камню, когда он подошел к краю, но все, о чем он мог думать – это выражение лица Тессы, когда она впервые увидела его в этой форме. Изумление и восторг отразились в ее чертах, когда она протянула руку и провела по его чешуе. Ее пальцы были нежными и прохладными на фоне его раскаленной кожи.

Лука мотнул головой, пытаясь отогнать воспоминание, прежде чем прыгнуть в темнеющее небо.

Он стоял в центре Рокмура, столицы Королевства Ариуса, посреди кровавой бойни.

Повсюду лежали тела. Улицы окрасились в алый, воздух полнился криками умирающих. Между ними скользили призраки с золотым оружием в руках, заставляя крики замолкнуть навсегда. Лука никогда не участвовал в войне, но он понимал – это она и есть. Это была битва, и одна сторона потерпела сокрушительное поражение, потому что на земле лежали не воины. Это были обычные представители Наследия: мужчины, женщины и дети.

И в самом центре этого кошмара стояла Тесса.

Она была самим воплощением ярости, сжимая в руке собственный золотой меч, кровь на лезвии которого зловеще поблескивала. Она выглядела так же, как в тот день, когда он нашел ее неистово наносящей удары стрелой. Брызги крови были на ее лице и волосах. В ней не осталось ничего от той девушки, которую они нашли в Пантеоне несколько месяцев назад. На ее лице застыл лишь холодный гнев и злоба, когда она присела рядом с одним из умирающих.

Ни жалости, ни милосердия.

Она что-то тихо сказала ему, прежде чем из вспышки света выхватить золотой кинжал и вонзить его несчастному в грудь. Следом ударила ее сила. Дуги трещащего света заставили мужчину закричать, выгибаясь на земле.

Наступившая тишина была оглушительной, но благодаря обостренному слуху он смог разобрать тихие разговоры.

Лука сменил фокус, его зрачки превратились в вертикальные щели, позволяя видеть дальше и четче, когда одна из призрачных фигур подплыла ближе к Тессе. Только тогда он понял, что это не совсем призраки. Существо протянуло руку и перекинуло волосы Тессы через плечо. Лука подавил рычание, поднявшееся в груди. Его внутренний дракон оскалился на любого, кто смел прикасаться к ней.

– Вы довольны, моя госпожа? – спросила фигура ледяным, жутким голосом.

Тесса даже не вздрогнула, будто привыкла общаться с ними.

– Это то, что должно быть сделано, – бесцветно ответила Тесса, обводя фиолетовым глазами хаос вокруг.

– Этот мир – ваш, моя госпожа, – пропело существо, кружа вокруг нее.

Где были ее волки?

– Этот мир принадлежит Рордану, не мне! – ответила она, убирая меч в ножны за спиной, и золото тускло блеснуло в хмуром свете дня. – Я не хочу иметь ничего общего с этим проклятым богами миром.

– Вы хотите домой? – спросило существо.

– У меня нет дома.

– Но он есть, моя госпожа, и там вам будут рады, – промурлыкало оно, проводя призрачной рукой по ее пояснице.

И вот этого прикосновения Лука выдержать уже не смог. Из его горда тут же вырвалось рычание.

Фиолетовые глаза метнулись к нему. Казалось, она была единственной, кто его услышал. Существа не отреагировали, мертвецы не шелохнулись. Но ее глаза сузились, и даже отсюда он видел вспыхивающие в них молнии. Она склонила голову набок, все еще сжимая в руке золотой кинжал.

Она была гребанным, зловещим и прекрасным видением.

Золотистые волосы струились вокруг нее, все ее существо гудело от едва заметного свечения. На ней было белое платье с глубоким вырезом, доходящее до босых ног, с высокими разрезами по бокам. На торсе были закреплены какие-то кожаные доспехи, на предплечьях виднелись наручи. И все это было забрызгано кровью. Она выглядела так, будто сошла со страниц легенд другого мира, стоя посреди руин.

Собственно, она выглядела как иная версия Аурион. Только с клинками вместо стрел и светом вместо тьмы.

– Тебя здесь быть не должно, – прошипел чей-то голос за миг до того, как одно из существ дернуло его назад.

Лука резко развернулся и обнаружил у своего горла золотой кинжал. Рядом с призрачным созданием стояла женщина. Должно быть, это и были те самые Охотники, о которых предупреждал Тристин. Женщина была красива той пугающей красотой, от которой стынет кровь. Высокая и гибкая, с иссиня-черными волосами, резко контрастирующими с бледной кожей. Волосы были заплетены в простую косу, в которую были вплетены золотые нити. На ней было золотое платье, на запястьях – такие же браслеты.

Но ее глаза…

Они пылали ярко-фиолетовым, когда она уставилась на него.

– Она тебя звала? Или тебя прислали? – потребовала женщина ответа.

– Я не понимаю, о чем вы, – ответил Лука.

– Мы это выясним, юный военачальник, – усмехнулась она, прежде чем ее рука метнулась вперед, с силой ударив его в грудь.

Лука вскочил, запутавшись в мешанине одеял и подушек, и дико озираясь по сторонам, пытаясь прогнать остатки сна.

Он все еще был в своей пещере.

Все еще было темно.

Его черное пламя отбрасывало тусклые блики на камни.

Он все еще был один.

Но каким-то образом он только что побывал в одном из видений Тессы. И он, блядь, понятия не имел, что с этим делать.

ГЛАВА 5. Аксель

Он умирал.

Это была единственная мысль, которая билась в его голове, пока он сидел в темной комнате, один и в цепях.

Ну, еще он чертовски хотел пить. Что-нибудь теплое, с привкусом меди. Что-то, полное мощи и жара. Боги, он практически чувствовал этот вкус. Почти пробовал ее на вкус. Она должна была отдавать дымом и огнем, а магия была бы всепоглощающей.

Откуда бы он выпил? Из запястья? Из бедра? Из горла?

А может, отовсюду сразу?

Он слышал, что пить напрямую из самого тела куда более опьяняюще, чем из бокала. Интересно, правда ли это…

– Блядь! – прохрипел Аксель, дернувшись у жесткой стены, на которую опирался.

Острый камень впивался в позвоночник, и каждое движение разрывало раны, которым не давали зажить. Рана на бедре горела огнем. Не было сомнений, что началось заражение, потому что Джулиус (Прим.: Наследник Ресельды, один из советников у Вальтера) не давал ей затянуться. Он чувствовал, как кровь уже струится по спине, но боль и эти ощущения возвращали его в реальность и не давали утонуть в мыслях о крови, особенно о ее крови.

Он не знал точно, где находится. Единственный свет он видел лишь тогда, когда открывалась дверь. В остальное время его держали в кромешной тьме. В комнате было так темно, что он не видел собственной руки перед лицом.

Впрочем, он все равно не смог бы поднести руку к лицу из-за кандалов на запястьях.

И сломанная рука.

Это тоже было проблемой.

Но самой большой бедой была эта гребаная тишина. Ни музыки, чтобы отвлечься, ни дел, чтобы занять руки. Его просто оставили здесь сидеть и думать о том, как сильно он хочет пить, каким опустошенным себя чувствует и как сильно хочет сдохнуть, лишь бы не ощущать всего этого.

Потерю контроля.

Безумие.

Бессилие.

Он проскреб пальцами здоровой руки по каменному полу. Ногти были обломаны и сорваны от постоянного повторения этого жеста. Но боль была единственным, что отвлекало его от всепоглощающей жажды.

Его тени слабо трепетали в душе, но больше ничего не происходило. Они были так же мертвы, как и он сам. Его колодцы силы не могли даже начать восстанавливаться естественным путем с этими браслетами на запястьях.

Он откинул голову на стену, и перед глазами всплыл образ смуглой фейри с черными кудрями и янтарными глазами.

И он гадал, какова на вкус ее кровь.

Он знал ее имя.

Оно было там, на задворках сознания, но это было вторично по сравнению с жаждой. Он знал ее имя, но все, что его волновало – она была фейри.

Могущественной фейри.

Столько силы, которую можно просто взять.

Почему никто ее не берет?

Она просто разгуливает на свободе. Доступная любому.

Нет, не любому.

Его.

Она была его.

Чтобы он ею владел. Чтобы он ее взял.

Чтобы он заставил ее истекать кровью…

– Блядь! – снова закричал Аксель, понимая, что это неправильно.

Это не может быть правильным. Он знал, что она что-то значит для него, но ему не нужно было все. Просто немного ее крови, и ему станет легче. Этого хватило бы, чтобы притупить жажду.

Что-то в душе содрогнулось от этой мысли, и это было единственное, за что он мог уцепиться: напоминание о том, что это неправильно. Он не должен был хотеть этого, но он должен был хотеть ее. Все это сбивало с толку, он ничего не понимал и не мог соображать в этой проклятой тишине.

Но тишина позволила ему услышать шаги некоторое время спустя, что, в свою очередь, дало возможность подготовиться к яркому свету, когда дверь распахнулась. Свет все равно больно ударил по глазам, заставив его зажмуриться еще сильнее. Он предположил, что это тот же охранник, который всегда приходил сюда, кормил его с ложечки и давал пить теплую воду через соломинку. Предусмотрительно, ведь охранник был Дитя Ночи. По крайней мере, отец не солгал, что отвезет его в Подземелье. Конечно, кое-кто из Детей Ночи служил и за его пределами, но они обычно оставались в королевствах, которые платили им монетой и снабжали кровью.

Может, они с самого начала были правы. Лучше получать плату лишним рационом, чем золотом…

– Как думаешь, кто-нибудь уже заметил твое исчезновение?

Этот голос не принадлежал Дитя Ночи.

Аксель приоткрыл глаза, щурясь сквозь узкие щели на стоящего перед ним Наследия. Его каштановые волосы были коротко стрижены, а зеленые глаза искрились каким-то садистским удовольствием. Он даже здесь был в костюме-тройке, словно сам факт ношения этой одежды делал его лучше всех остальных.

– Что тебе нужно? – спросил Аксель, снова откидывая голову.

– То же самое, чего мы хотели с самого начала, – ответил Мансель, подходя ближе.

Мансель был одним из ближайших советников его отца. Дальний кузен его матери, он был Наследием Нита, потомком бога творчества. Это была его идея – приковать запястья Акселя к полу, оставив лишь пару звеньев для движения. То, что они были соединены еще и с лодыжками, было особым видом пытки, как и то, что его оставили в одном нижнем белье. Холод комнаты просочился в самые кости. Он не знал, сколько пробыл здесь. Но достаточно долго, чтобы все его тело онемело от холода.

Поэтому вчера его искупали в ледяной воде. Даже заснув, он еще долго ощущал холод, пробиравший его до костей.

Щелчок пальцев перед лицом заставил его снова сфокусироваться на Наследии.

– Не спи, Наследник Ариуса. У тебя свидание за ужином, – сказал Мансель, похлопав его по щеке.

– Не думаю, что я одет для такого случая, – ответил Аксель, отворачиваясь.

– А это для чего?

Только тогда Аксель заметил, что тот держит в руках одежду.

– Ты шутишь, да? – сказал Аксель. – Как, по-твоему, я должен одеться? Или ты забыл, что сломал мне, блядь, руку?

– Я об этом нисколько не забыл, – ответил Мансель. Затем он швырнул одежду в него, и ткань упала Акселю на колени. – Уверен, с парой штанов ты справишься.

Он достал ключ, отстегнул наручники от лодыжек и выкрутил болты, удерживающие цепи на полу. Затем этот ублюдок отошел и следующие десять минут наблюдал, как Аксель мучается, пытаясь натянуть широкие штаны поверх кандалов на щиколотках. Мансель ухмылялся на каждое шипение Акселя, когда тот задевал сломанную руку или ткань терлась об открытую колотую рану. Кровь мгновенно пропитала тонкий материал, но, видимо, для этого званого ужина подобное было в порядке вещей.

Аксель ковылял за Манселем, не торопясь, пока его вели по незнакомому коридору. Если они действительно были в Подземелье, то в этой его части он никогда не бывал. Он, пожалуй, был одним из самых знающих в отношении Подземелья, но даже он не ведал всех его тайн.

Лестница была самой трудной частью пути, и когда он добрался до верха, у него перехватило дыхание. Пол был неровным, и его босые ноги постоянно страдали от порезов и ссадин. Он понимал, что это лишь очередное наказание от отца, и догадывался, что на этом так называемом ужине от него потребуют еще больше.

Он также знал, что когда откажется, боль и мучения станут невыносимыми, поэтому он просто принимал эти мелкие неудобства, зная, что впереди ждет нечто гораздо худшее.

Приглушенный свет в столовой немного унял пульсирующую боль в висках, и Аксель сдержал проклятие. Эта боль отвлекала его от жажды, а теперь он снова мог думать только о том, как пересохло в горле и как пусты его колодцы силы.

Именно поэтому ему потребовалось больше времени, чем следовало, чтобы заметить, что за обеденным столом, накрытым на четверых, уже кто-то сидит.

Бри Делакруа – одна из четырех лидеров кланов Детей Ночи, правивших вампирами в Подземелье.

Она была старейшей из четверых. Первоначальной правительницей, в то время как остальные лидеры пришли к власти позже. Бри была здесь с самого начала, одна из первых, кого изгнали, когда создавалось Подземелье. У Акселя всегда были с ней хорошие отношения, так что ее присутствие здесь могло означать одно из двух. Однако то, что она сидела с ближайшими советниками его отца, не внушало ему особого оптимизма.

– Здравствуй, Аксель, дорогой, – поприветствовала Бри своим обычным соблазнительным тоном.

Ее иссиня-черные волосы были наполовину убраны, остальные локоны ниспадали на одно плечо. Медово-карие глаза, искрящиеся тенью веселья, наблюдали за ним, а на накрашенных красным губах застыл легкий намек на сочувствие.

– В этот раз они тебя действительно знатно потрепали, не так ли?

В этот раз?

– Садись, – продолжила Бри, указывая на стул справа от нее.

Он подошел к ближайшему стулу, отодвинул его здоровой рукой и осторожно опустился. Боги, мягкое сиденье казалось божественным после сидения на каменном полу черт знает сколько времени. Бри не прокомментировала его выбор места. Она лишь пододвинула ему стакан воды.

– Это не то, чего ты на самом деле хочешь, но это лучше, чем ничего, – сказала она с понимающей ухмылкой.

Мансель сел напротив Бри, вальяжно откинувшись на спинку стула, пока другой вампир принес и поставил перед ним тарелку с едой.

– Я явно что-то упустил, – сказал Аксель, не в силах держать язык за зубами. – Что за херня здесь происходит? Где я?

Бри оперлась локтем о стол, постукивая ухоженным ногтем по подбородку.

– Можно было подумать, что ты-то уж точно узнаешь Подземелье.

– Это очевидно, – огрызнулся он. – Где именно в Подземелье отец меня спрятал?

При этих словах ее улыбка стала мрачной.

– О, тебя перевезли после того, как твой отец был… задержан.

Аксель дернулся вперед, а затем выплюнул проклятие, когда боль пронзила руку.

– Что значит «задержан»? Что случилось?

– Похоже, у маленького Источника Теона свои собственные планы, – драматично вздохнула Бри, потянувшись к вазе с фруктами. Взяв клубнику, она добавила: – Твой папаша где-то заперт, а твой брат теперь исполняющий обязанности Лорда Ариуса.

Аксель моргнул, пытаясь осознать услышанное, но единственное, что он смог выдавить:

– Как долго я здесь нахожусь?

– Со мной? – спросила Бри, слизывая клубничный сок с губ. – Почти две недели.

– Как долго с тех пор, как меня привезли в Подземелье? – потребовал он ответа.

– На пару дней дольше.

– Вы держали меня здесь столько дней в темноте?

Бри пожала плечами, продолжая копаться в вазе.

– Мне нужно было время.

– Для чего? – спросил Аксель, ошарашенный таким поворотом событий.

На ее губах заиграла хитрая улыбка:

– Чтобы жажда стала невыносимой.

Как только она это сказала, в комнату вошел кто-то еще, и Аксель мгновенно выпрямился. Травмы и раны отошли на второй план, когда через комнату прошел фейри, которого он никогда не видел, а рядом с ним был представитель Наследия, которого Аксель знал.

Светлые волосы до плеч. Голубые глаза. Высокий и худощавый. Джулиус шел, засунув руки в карманы брюк. Инстинктивно Аксель вздрогнул. У него уже выработался рефлекс ожидать боли всякий раз, когда этот тип был рядом. Уголки губ Джулиуса приподнялись в короткой жестокой ухмылке, но он прошел мимо Акселя. Обойдя стул Бри, он провел пальцами по ее обнаженным плечам, в то время как незнакомый фейри остановился рядом с ней и вытянул руку. С порочной улыбкой Бри вонзила клыки в руку фейри.

Запах крови мгновенно затопил чувства Акселя. Он стал всем его миром. Все, о чем он мог думать. Все, что он мог обонять. Он чувствовал ее вкус, и только резкая боль в руке вырвала его из этого кровавого транса.

Только тогда он осознал, что стоит на коленях, по лбу катится пот, а все тело дрожит от жажды, нужды и боли. Эти три чувства так переплелись, что он не мог их разделить. На данном этапе это было одно и то же. Но Мансель тут же появился рядом с ним, его рука на плече удерживала Акселя на месте. Джулиус наблюдал за ним с садистским восторгом, поигрывая прядью волос Бри, пока та продолжала жадно пить из фейри.

– Вы оба предатели, – прохрипел он, в упор глядя на Джулиуса.

Его голос был вкрадчивым и притворным: – Мы просто реалисты.

– И как давно ты греешь ее постель, при этом отсасывая моему отцу, Джулиус? – прошипел Аксель, прежде чем очередная волна боли пронзила его тело.

– Ну-ну, – укоризненно сказала Бри, отстраняясь от фейри. – Нам это ни к чему.

Она встала, и ее каблуки застучали по полу, когда она подошла к Акселю. Большим пальцем она стерла остатки крови в уголке рта. Наклонившись, она провела этим пальцем по его губам и прошептала на ухо:

– Всего лишь глоток, Аксель, дорогой.

Он мотнул было головой, но это было бесполезно. В таком состоянии он бы слизывал кровь прямо с пола. Противостоять ей на губах было невозможно. Его язык высунулся, и он застонал от вкуса.

– Хороший мальчик! – пропела она, похлопав его по щеке, пока он снова облизывал губы, ища каждую каплю, которую мог пропустить.

Это было все, что он себе представлял, и даже больше. Только вкус был землистым, а не огненным, которого он так жаждал. Его тени зашевелились, когда взгляд впился в фейри, все еще стоявшего у свободного стула Бри. Этот определенно сгодится, пока он не найдет то, что ему действительно нужно. Он вернет ему достаточно сил, чтобы исцелиться и найти ее.

– Да, ты мог бы получить больше, – согласилась Бри, словно он произнес мысли вслух.

Может, так оно и было. Он не знал. Все, что он понимал: в паре футов от него стоит фейри, у которого есть все необходимое, чтобы исправить ситуацию.

– Но сначала нам нужно кое-что обсудить, – продолжила Бри, небрежно махнув рукой.

Фейри сделал шаг к выходу, и рычание, вырвавшееся из груди Акселя, заставило того замереть. Боль снова пронзила его, когда Джулиус применил магию, удерживая его на коленях перед Бри. Единственным звуком в комнате стало его прерывистое дыхание, когда фейри вышел, оставив его снова опустошенным и на грани безумия от этой жажды.

– Что вам от меня нужно? – спросил Аксель.

Ей не могла быть нужна та фейри огня. Его отец хотел ее, но Бри она была ни к чему, кроме как в качестве кормушки. Но та фейри была его.

– Иди поешь, Аксель, дорогой, – ответила она, схватив его за здоровую руку и помогая подняться, а затем усадив на стул. Когда он снова сел, перед ним поставили тарелку с едой.

Стейк. Картофель. Хлеб. Запеченные овощи. Стакан с алкоголем.

Он ничего из этого не хотел.