Текст книги "Кровавый Валентин (ЛП)"
Автор книги: Мелисса де ла Круз
сообщить о нарушении
Текущая страница: 2 (всего у книги 2 страниц)
Глава 4
Новый собственник
Оливер вернулся в школу и в свою прежнюю жизнь. Он чувствовал себя лучше, чем прошлые несколько недель, и он ждал встречи с Фреей. Ее было сложно найти, она не отвечала на его звонки, и не перезванивала, но школа и работа в Хранилище занимали много времени. Только через неделю он вернулся в лаунж кафе Отпуск.
Он заметил, что что-то изменилось с тех пор как он приходил сюда. Во-первых, у двери стоял вышибала с фонариком. Он рассматривал его фальшивое удостоверение.
«Гаваи, да?» скептично спросил огромный верзила, походивший на гориллу.
«Послушай, я не собираюсь пить. Я пришел только для того, чтобы увидеться с Фреей.»
«Здесь нет никого с таким именем.»
«Да ладно тебе, чувак.»
«Спроси Мака, но ничего нового он тебе не скажет,» сказал вышибала, возвращая ему удостоверение. «Но если закажешь выпивку, вылетишь отсюда немедленно.»
Оливер благодарно кивнул и вошел в бар. Не только вышибала оказался чем-то новым в баре. Перед стойкой стояли три бармена. На обоих мужчинах, приличного возраста, были бабочки, еще там была девушка, с внешностью начинающей актрисы. Но в них не было и капельки очарования Фреи. Даже толпа посетителей выглядела по-другому, это были настоящие франты с безупречно выглаженной одеждой и прямой стойкой и даже напитки в их руках были пастельного цвета в специальных бокалах для мартини. Также появилось меню в кожаном переплете, отдающие дорогими духами.
Там было море незнакомцев. Где же журналисты из вопиющих таблоидов, старцы с вытянутыми лицами, тинейджеры, играющие в дартс? Кстати говоря, а где и сама доска для дартса? Где бильярд? Конечно, рождественские огоньки были на месте, но не было механического поющего Санты. И вместо оригинального с ностальгическим очарованием, родственного, затасканного заведения, «Отпуск» превратился лишь в пластиковую, жалкую копию того, что было раньше.
Оливер покачал головой и пробился к барной стойке. Он заказал минеральную воду и стал ждать. Даже если «Отпуск» и изменился, Фрея все равно здесь. Она должна быть здесь. Прошло несколько часов, посетители уходили один за другим. Бармены уставились на него. Но Оливер сидел до закрытия.
Глава 5
Любовь и храбрость
Оливер не знал, как долго он ждал, стоя на улице с букетом из лилий, но около четырех часов утра, она наконец-то пришла. Она была одета в тот же стеганный жакет, что и в прошлую ночь, но в этот раз она опустила голову, и ее вьющиеся волосы танцевали на ветру.
«Что ты здесь делаешь?» спросила она, и Оливер заметил, что она не была рассержена, только слегка удивлена. «Подержи это,» сказала она, передавая сумку с продуктами, так как она доставала свои ключи из кошелька.
«Я ждал тебя в „Отпуске“. Ты даже не показалась,» сказал он. «Я сделал что-то не так? Ты не хочешь меня видеть?»
Фрея покачала головой и закрыла дверь. Они поднялись по узкой лестнице. «Как ты нашел меня?» спросила она, проходя вглубь своей квартиры.
Оливер нахмурил бровь. Было сложно. Он был уверен, что она жила где-то между Седьмой и Авеню Си. Но он прошел весь блок, но так и не наткнулся на корейский магазинчик или пошарпанное здание, арендуемой квартиры с красной дверью Он почти что сдался, когда понял, что он стоял прямо перед ним. Как он не заметил этого раньше?
«Не знаю, правда.» Оливер сел на один из удобных стульев. «Что произошло с „Отпуском“? Он совсем другой. Там нет тебя.»
«Я продала его. Я переезжаю.»
«Зачем?»
«Пришло время,» сказала она и скрестила руки. «Ты выглядишь намного лучше.»
«Благодаря тебе,» сказал он.
«Чаю?» спросила она.
«Конечно.» Он ждал пока она нагреет воду и подаст ему чашку. Когда она поставила перед ним чашку, он взял ее за руку и не отпускал некоторое время. Он хотел ее так сильно. Она опустила голову и посмотрела на него. Они молча смотрели друг на друга.
«Я думала, что сделала все, что могла,» наконец сказала она.
«Почему ты избегаешь меня? Я не маленький мальчик.» Он резко притянул ее к себе и она села ему на колени. Она взъерошила его волосы. «Нет, не мальчик. Ты прав.»
Он наклонился и поцеловал ее. Он никогда не целовал других девушек, кроме Шайлер. Но в этот раз, он даже не думал о Шайлер, только о Фрее.
Фрея пахла молоком и медом, и прекрасным ароматом весны. Он переместил ее так, чтобы она стояла напротив него, и притянул ее еще ближе, так, чтобы он смог положить свою руку ей на грудь. Он чувствовал, как его сердце начало бешено биться – он так нервничал – что он делает? – он не знал, как это делать – он это не планировал – и все же… он услышал вздох Фреи, но это не был вздох раздражения… это был звук одобрения и приглашения.
«Идем со мной,» сказала она, ведя его к кровати. Она разделась и скользнула под одеяло. Она была настолько прекрасна, будто сошла с картины Боттичелли. Руки Оливера дрожали, он быстро скинул всю одежду и присоединился к ней под одеяло. Он ужасно нервничал, что если она она будет смеяться? Что если он сделает что-то не так? Может что-то пойдет не так?
Он не был невинным, но также у него не было опыта в этом. Что если ей не понравится, как он…Ее тело было теплым и настолько притягательным, он вошел в нее, как человек, измученный жаждой в водопад. Он оставил сомнения позади, перестал волноваться и нервничать.
Это был его первый раз. С Шайлер они ждали подходящего момента, возможно из-за того, что понимали, что оно никогда не наступит. Но это неважно. Сейчас важнее всего была Фрея.
Она водила по его телу своими теплыми и легкими руками, а он дрожал от каждого ее прикосновения. Она поцеловала его в шею своими мягкими губами, это был сладостный поцелуй. Она прижала его сильнее и они воссоединились. Его тело колебалось, он посмотрел в ее глаза и она простонала.
Всплеск стольких чувств, многое открылось заново. Он был там, но ему казалось будто он вышел из своего тела, своей крови. Он «летал» над потолком, смотря на них сверху вниз, поражаясь насколько гладкими были их конечности, когда они вращались, их тела переплелись в красивую форму. Казалось, будто она выворачивает его наизнанку, он продолжал то, что делал, чувствуя ее везде, своим телом и своей душой.
Когда все закончилось, он был весь в поту и трясся. Он открыл глаза и увидел все ту же комнату, наверху был все тот же потолок, покрытый трещинами. «Я люблю тебя,» сказал он и повторил несколько раз. «Я люблю тебя, Фрея.»
Фрея с нежностью взглянула на него. «Нет, не любишь, дорогой мой. Но теперь ты избавился от душевной боли.»
Глава 6
Последнее прощание
На следующее утро они завтракали в Веселке, знаменитым украинским блюдом – борщом. Оливер чувствовал голод и возбуждение. Он не знал связано ли это с бессонницей или с той любовью, которую они создали, но он чувствовал себя заново родившимся. Он чувствовал себя достаточно храбрым, чтобы задать Фрее вопрос, он заметил в один момент, что «Отпуск» безвозвратно изменился.
«Куда ты уезжаешь?» спросил он, беря пирожки и поливая их сметаной.
«Моя семья возвращается домой. В Северный Хэмптон.»
«Почему?»
«Все непросто,» сказала она с сожалением. «История для другого времени.»
Оливер расположился напротив кабинки, чувствуя глубокие выемки на его коже. Чувствовал ли он себя лучше? Иначе? Хуже? Лучше. Определенно лучше. Он прикоснулся к своей шее. Он больше не чувствовал сильную пульсацию.
Шайлер. Он мог произнести ее имя. Он мог вспомнить ее, не ощущая боли. Вспоминать и гордиться их любовью, их дружбой, но больше не чувствовать мучений из-за ее отсутствия. Такое ощущение, что Шайлер находилась за стеклом. Часть его прошлого, но больше не часть его будущего. Он скучал по своей подруге. Но он не пережил бы ее потерю. Ее потерю.
Он положил свою вилку.
«Кто ты? Что ты?» спросил он Фрею.
«Я ведьма.» Она улыбнулась. «Но я так предполагаю, что ты уже знал об этом, помощник.»
«Ты знаешь о Голубой Крови?»
«Да. Конечно. Мы знаем. Но мы держимся в стороне от их дел. Моей семье не нравится… вмешиваться. Но ты стал особенным делом.»
«Я увижу тебя снова?»
«Возможно,» сказала Фрея глубокомысленно. «Но я не думаю, что тебе это понадобится.»
Она была права. Он не любил ее. Он любил ее прошлой ночью, как будто это была любовь на двоих. И сейчас она уходила, но все было в порядке.
Оливер был снова самим собой. У него остались воспоминания о том, когда он был фамильяром Шайлер, но он больше не чувствовал боль от потребности быть с ней, страданий в своей душе. Независимо от того, что он чувствовал к Шайлер, это не прошло под давлением. Вместо этого, его любовь рассеялась и исчезла в его душе.
Это всегда было бы частью его самого, но у этого больше нет той власти, чтобы причинить ему вред. Фрея разобралась с этим. Она исцелила его. Фрея, она ведьма.
«Спасибо.» Он поднялся и поцеловал ее в лоб. «Спасибо тебе огромное.»
«О, дорогой, для меня это было одним удовольствием.»
Одно последнее объятие и, на этом они разошлись.
Оливер спустился вниз по улице в противоположном направлении. Его мобильный начал вибрировать, и, когда он увидел номер, он немедля ответил. Одно мгновение он слушал, и его лицо расползлось в улыбке. «Действительно? Ого. Мои поздравления. Когда? Конечно, я буду там. Я бы ни за что это не пропустил.»
Глава 7
Генеральная репетиция
«Тост» – предложил Оливер, поднимаясь с поднятым бокалом. За столом было всего четверо из них: счастливая пара и двое ее друзей, которые проделали такой большой путь, чтобы быть с ними в сегодня. Они пережили жестокость и зло, и сейчас были готовы праздновать.
Шайлер просияла и откинулась на Джека, ожидая, что скажет Оливер. После того, как они бежали с Villa Malavolta, оставляя армию вернаторов графини помятой и разбежавшейся кучей, больше не представляющей угрозы для чьей-либо безопасности, они последовали за Джеком обратно по улицам города. Они нашли своих друзей в безопасности отеля, после нескольких часов восстановления и принятия ванны от последних приключений, они согласились встретиться в местном ресторане за ужином.
Оливер отвел ее в сторону от плато к ресторану, держа за руку. «Он не будет возражать, да?» – Оливер улыбнулся, указывая на Джека.
Шайлер покачала головой.
«Конечно нет, Олли. Так приятно тебя видеть,»– сказала она, сжимая его руку. Она удивлялась простоте их отношений, когда они расстались в аэропорту только несколько месяцев назад, ей было интересно, встретятся ли они снова, и его счастливый и здоровый вид заставил ее сердце увеличиться. «Ты выглядишь по-другому. Лучше. Что верна торы сделали с тобой?»– пошутила она.
«Ничего, с чем бы бывалый мальчик не справился бы,» – заверил он ее. «Но ты права. Я изменился.»
Он рассказал ей о Фрейе, ведьме, которая вылечила его сердце и его кровь.
«Я не помечен больше,» – сказал он.
«Я почувствовала это». – заметила Шайлер. Она смотрела в его открытое, доброжелательное лицо. «Я так рада!» Они вернулись к своей старой верности, двое друзей, их эмоции вернулись к тем, что должны быть. Оливер был прав. Это была магия.
«И ты это серьезно?»-дразнила она.
Оливер покачал головой. «Нет. Я скорее всего никогда ее больше не увижу, ну да ладно. Не волнуйся за меня,» сказал он, собираясь подарить ей нежный поцелуй в лоб.
«Эй!» – воскликнул Джек. «Только жених может целовать невесту!»
Шайлер и Оливер захихикали и проследовали за Джеком и Блисс в маленькое кафе. Когда менеджер узнал, что это был предсвадебный обед, они организовали им чуть ли не целый праздник: им принесли тарелки с горячим, нежным мясным карпачо с цукини на гриле, белый трюфель карбонара, равиоли с грушами и сыром пекорино, нежный Флорентийский бифштекс. На десерт, были тарелки торта Захер, тарт татен и самый лучший тирамису, который Шайлер когда-либо пробовала.
Теперь Оливер стоял в середине ресторана, прочищая горло. «Тост,» сказал он. «Тост за необыкновенную пару. Я хотел сказать что-нибудь простое и красивое в это важное событие, но я лучше оставлю такую возможность поэтам. Это стихотворение было посвящено свадьбе.» Он начал читать стихотворение Фрэнка О'Хары. Там рассказывалось о любви и дружбе и вся их маленькая группы внимательно слушала.
«Это стихотворение можно продолжать очень долго, потому что наша дружба очень длинная, длиною в жизнь и во все времена.»– Оливер улыбнулся. «И я бы мог бы продолжить это стихотворение, как продолжается наша дружба, если бы мог сочинять так долго.»
«Слушайте, слушайте,» – поддержал Джек, а Шайлер чокнулась с его бокалом.
Оливер сел под дикими аплодисментами, так как, даже другие посетители ресторана прекратили свои действия, чтобы дослушать музыку его слов.
Блисс встала следом. «Олли, ты неподражаем,» упрекнула она.
Она откашлялась. «Я просто хочу сказать, как я горжусь тем, что нахожусь здесь сейчас. Мы любим тебя, Скай, и потому что мы любим Скай, мы и тебя любим, Джек. Заботьтесь друг о друге. Будьте добры к друг другу. Мы желаем вам всего самого наилучшего от всего сердца. Не забывайте нас, и не забывайте, что можете попросить у нас помощи, когда она вам необходима.» Она остановилась, и на мгновение Шайлер подумала, что Блисс станет говорить о тех опасностях, с которыми, вскоре, им придется столкнутся лицом к лицу. Ее друзья знали, что после соединения, она и Джек разделятся, что это всего лишь небольшой пузырь, оазис счастья перед длины и темным разделением и неизвестной угрозы.
Послезавтра, четверо из них разделятся, и каждый покинет Италию по собственным рискованным предприятиям. Оливер вернется в Нью-Йорк, где при загадочных обстоятельствах похищали вампиров; Блисс продолжит поиски неуловимого Цербера; Шайлер отправится в Александрию, чтобы отыскать наследие дедушки; а Джек вернется туда, где столкнется лицом к лицу со своей близняшкой и своей судьбой, чтобы понять сможет ли он победить в битве с самой Смертью.
Но Блисс не говорила ни о чем зловещем. Она на имела это в виду: но они все думали об одном. Ясным голосом, она провозгласила, «За Шайлер и Джека!»
Был слышен звон бокалов и веселья. Блисс крепко обняла Шайлер. Шайлер притянула к ним Джека, а Блисс освободила место для Оливера, чтобы они были связаны в один нерушимый круг.
Глава 8
Свадебное утро
Рано утром в собственной кровати Шайлер прижалась поближе к Джеку. Она чувствовала солнечный свет проникающий в комнату, который заполнял ее теплотой. Сегодня день их соединения. Она чувствовала его руку на своей маленькой спине, его кожу на ее, так как он протиснулся под простыню. Она повернулась так, чтобы он полностью обнял ее с своих руках.
Не произнеся ни слова, Джек начал целовать ее щеку и ее шею, и Шайлер почувствовала, что он передвинулся и лег на нее, чувствовала его вес. После сегодняшнего вечера, они будут связаны.
Но этим утром, они все еще два простых человека.
После всех свиданий в секретной квартире можно было подумать, что они перешли границу. Но она все еще оставалась невинной. Невинной, хотя, возможно, не столь наивной, как девственная невеста, проскальзывающая в свою кровать, нервничая и трясясь. Нет. Не то, не так. Но она хотела подождать, подождать до тех пор пока не станет готовой к этому, и теперь, она больше не желала ждать.
Она открыла свои глаза и обнаружила, что он смотрит на нее. На вопрос в его глазах – ответил ее поцелуй. Да, дорогой. Да. Сейчас.
Она подняла его рубашку выше груди и помогла ему раздеться, ее пальцы легко прикасались к его телу. Он был таким красивым, и теплым, и сильным. Ион принадлежала ей. Она чувствовала себя мягкой и гибкой под ним. При прикосновениях его кожа обжигала, складывалось такое ощущение, что они оба горели, горели.
Она не могла дышать, не могла думать, она могла только чувствовать – чувствовать его поцелуи и его прикосновение, и его вес, и только их двоих.
Джек погрузил свои клыки в ее шею, и она сдалась ему в любви, в удовольствии, в любых чувствах к нему – каждой частикой себя. Он взял ее и держал, и, когда это произошло, она почувствовала себя разбитой, и свободной и обновленной.
Она не могла перестать плакать. Она была так счастлива, счастлива – не то слово, это было чем-то большим. Это было намного более сильным и проходящим сквозь нее, как будто бы она была свечой, разоженной его любовью и жаждой, затронувших все нервные окончания. Она чувствовала себя открытой и полностью раскрепощенной.
«Что случилось, любовь моя?» прошептал он, его прекрасное лицо было во вдохе от нее.
Она притянула его еще ближе. Она с жадностью его поцеловала. Ничего не случилось. Ничего… ничего и все.
Все было замечательно и пугающе, и неуклюже и восторженно, она чувствовала головокружение от крови и боли. Но удовольствие было намного сильнее, и большим, чем она себе это представляла.
Сладостное забвение.
Сегодня вечером они будут связаны. Сегодня, она бы стала его. Но она уже это сделала.
Глава 9
Невеста, подобная ангелу
На закате, Шайлер шла к маленькой церквушке в северной части города. Она шла в одиночестве, как было заложено по традиции, ее новые кожаные сандалии легко ступали по камням. Когда она прибыла, Блисс ждала ее в холле около входа.
«Ты великолепна, впрочем как и всегда,» вздохнула ее подруга. «Какое платье!» Блисс вручила ей букет полевых цветов. Он был похож на тот, который ей когда-то подарил Джек на горе Роза. «Джек хотел, чтобы я дала тебе его.»
Шайлер улыбнулась, взяв его в руки. Один из цветков она воткнула в волосы. Ее сердце бешено стучало, любовь переполняла ее, не только к Джеку, но и к ее друзьям, которые были с ней в эту ночь.
«Где наша красавица?» спросил чей-то голос.
«Олли!» крикнула Шайлер, резко развернувшись чтобы заключить в объятия. Хоть они и виделись вчера, она все была рада видеть его, особенно после того, через что они прошли вместе, они были всем друг для друга. Этого она хотела больше всего. Заключение уз было обязательством для нее и Джека, но также было и празднованием для их тесного круга. Они были своими людьми.
«Я думаю, что пора отпустить тебя,» сказал Оливер с улыбкой. «Тому, кто тебе полностью подходит, ты так не думаешь?»
Из-за закрытой двери часовни Шайлер услышала звук свадебного марша Вагнера, больше известного под названием «Прибытие Невесты». Возможно слишком традиционный выбор, но в день ее соединения Шайлер не хотела нарушать соглашение. Она чувствовала укоренившееся желание воздать должное учреждению, к которому они присоединились.
«Я думаю, что это – наш выход,» сказала она Оливеру, беря его за руку. Блисс открыла двери и вступила первой, как подружка невесты.
Шайлер не чувствовала нервозности или беспокойства, которые, как она думала, будут присутствовать. Она смотрела только вперед.
Поскольку там был он.
Ее Джек, стоящий прямо и верно. Их любовь прошла проверку и трудности, но они вышли из всего победителями. Их любовь была намного сильней, чем когда-либо. Это яркое, веселое счастье, которое заполнило пространство, было создано им.
Он использовал свое собственное заклинание, смог разыскать Блисс и привез Оливера из Нью-Йорка. Они были не единственными друзьями. Маленькая часовня была наполнена улыбками близких людей. Здесь была вся команду по лакроссу: Брайс Каттинг и Джейми Кип, и Буз Лэнгдон, и Фрогги Кернокан. Были Хэтти и Джулиус Джексон, непоколебимые и гордый. Присутсвовал Кристофер Андерсон. Был даже Геди, их друг, не смотря на все пройденное.
Оливер поцеловал ее в щеку и пожал руку Джеку.
Потом Джек поцеловал ее в лоб и они прошли к алтарю. Это было правильно, это было замечательно. Это был самый счастливый день в ее жизни.
Где-то в глубине души она чувствовала присутствие тех, кого уже нет с ними. Она чувствовала, как Дилан улыбался. Она чувствовала любовь своего дедушки и своей бабушки, Лоуренса и Корделии. Но лучше всего она чувствовала присутствие своих родителей, они были счастливы и охраняли ее, в не зависимости от того, где они они находились.
На алтаре не было священника. Члены Голубой Крови сами могли регистрировать брак. Им было необходимо, только, произнести правильные слова, чтобы закрепить союз.
Джек повернулся к Шайлер, беря ее левую руку. Он одел кольцо на ее палец. Оно было тем самым, которое принес Венатор. Проклятое кольцо.
«Друзилла, думала, что смогла испортить мне этот день. Но оказалась не права,» сказал Джек. «Я должен поблагодарить ее, действительно, чтобы отдать должное тому, что когда-то потерял.»
Шайлер с любопытством смотрела на кольцо на ее пальце. Это был больше не белый металл. Теперь, она увидела, что оно темного цвета, с темно-красной полосой, как будто оно было выковано из железа и крови.
Джек поднял его на свет.
За все мои прожитые годы на этой Земле, я накопил огромное состояние в виде драгоценностей и сокровищ. Я могу дать тебе алмазы и рубины, сапфиры и изумруды. Но все же, нет такого камня, который был бы ярче, чем твои глаза.
Потому, что он говорил, Шайлер поняла, что он открывал дверь в глом, и когда она моргнула, они оказались, стоящими в мире духов. Церковь и их друзья исчезли.
Не волнуйся; для них это всего лишь мгновение. Он стоял перед ней в своей истинной форме, с его эбеновыми выгнутыми крыльями за спиной и своими рогами.
Шайлер посмотрела на кольцо на пальце и увидела, что это было кольцо Черного Огня.
Ты знаешь историю того, как были созданы ангелы?
Она покачала головой.
Когда всемогущий создал этот мир, он создал Первенцев. Ангелов Света: Михаил, Габриэль? а их братья были вылеплены из хрупких звезд небес. Ангелы Преисподней были сброшены с Темной Материи, которая поддерживает Землю. Свет и Тьма идут рука об руку. Внутри меня томится пламя и металл, уголь и самородная сера.
Когда нас изгнали из Рая, каждый из нас навсегда потерял часть своей души.
Как часть нашего наказания, на нас было наложено проклятье, чтобы мы никогда более не смогли полюбить. Вместо этого этого, мы заключали узы с теми, кто был предназначен нам судьбой. Мы с Азраэль никогда не выбирали друг друга, выбор сделали за нас. Мы и не знали ничего другого. Кольцо которое сейчас на тебе, это часть моей души, которую твоя мать помогла мне восстановить. Она спасла нас от Тьмы и привела к Свету. Огонь не причинит тебе вреда. Я потерял это кольцо во время кризиса в Риме. Но теперь оно снова со мной.
Это кольцо благословила сама Габриэлла. Я никогда не давал это кольцо, мою душу, кому-либо. Азраил никогда не получит и части его.
Это единственная часть меня самого – настоящего меня, и теперь она твоя.
Когда они вышли из глома, Шайлер была поражена значению темного кольца в ее руках. Оно выглядело простым и обычным, и все же, за этим скрывалась тайна войны и крови, и любви с потерей, и прощения с дружбой.
«Я никогда его не сниму,» пообещала она. «У меня тоже есть кольцо.»
На этот раз, ее руки были крепки, как у хирурга, так как она надевала кольцо. Это было простое золотое кольцо. С выгравированной датой свадьбы ее родителей. Когда она покидала Нью-Йорк, ей удалось взять с собой несколько дорогих ей вещей.
Это было кольцо ее отца, сказала она. В нем есть своя защитная сила, так как его подарила моя мама, когда они соединялись. Я хочу, чтобы оно принадлежало тебе.
Они взяли друг друга за руки, и в часовне, заполненной их друзьями, они произнесли слова, которые связывали их, слова, которые не могли быть разрушены.
«Я отдаю тебе себя и принимаю тебя, как самого себя,» объявил Джек, его голос немного дрожал. На его глазах стояли слезы.
«Я отдаю тебе себя и принимаю тебя, как саму себя,» отозвалась эхом Шайлер. Она чувствовала себя спокойной и безмятежной, и смотрела на него с огромной любовью.
Они взяли друг друга за руки, и в часовне, заполненной их друзьями, они произнесли слова, которые связывали их, слова, которые не могли быть разрушены.
«Я отдаю тебе себя и принимаю тебя, как самого себя,» объявил Джек, его голос немного дрожал. На его глазах стояли слезы.
«Я отдаю тебе себя и принимаю тебя, как саму себя,» отозвалась эхом Шайлер. Она чувствовала себя спокойной и безмятежной, и смотрела на него с огромной любовью.
Чувствовала ли она себя по-другому? Каким-то образом она представила себе невидимую нить, образовавшуюся между ними, физически невидимую, связывающую хи вместе. И все же, она чувствовала себя, как раньше. Только лучше. Более полной. Более умиротворенной.
Маленькая комната наполнилась аплодисментами и поздравлениями.
Когда они вышли из церкви под веселый марш Мендельсона, их друзья приветствовали их ярким конфетти, которые были противоположны темноте и взывали их имена к небесам.
Джек сжал ее руку, и Шайлер, в ответ, сжала его руку дважды. Это был их секретный код. Это значило, что я люблю тебя.
Завтра Джек покинет ее. Завтра он вернется в Нью-Йорк, она направится в Александрию. Но сегодня, они буду танцевать.
