Текст книги "Тебе понравится"

Автор книги: Мелани Милберн

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 7 страниц)

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

Кейра очнулась в постели Патрицио, прикрытая одеялом. На столике у кровати горела лампа.

– Как ты себя чувствуешь? – поинтересовался мужчина. Он сидел на стуле.

Она повернула голову и встретилась с мужем глазами.

– Я… в порядке… думаю…

– Ты упала в обморок.

– Да.

– Такое случалось раньше?

– Пару раз, – отозвалась Кейра, убирая с лица волосы. – Болела гриппом несколько недель назад и еще не совсем поправилась.

– Когда ты в последний раз ела?

– Не помню… кажется, вчера.

Он выругался, поднявшись на ноги.

– И долго это будет продолжаться?

– Не понимаю, почему ты так беспокоишься. Ты ненавидишь меня, забыл? С чего тебе волноваться, ела я или нет?

– Любой разволнуется, если человек, с которым он только что разговаривал, теряет сознание. Это пугает, если не сказать больше.

– Тогда, может, просто не стоило говорить с человеком так агрессивно?

Патрицио сдвинул брови.

– Так ты сейчас поступаешь в критических ситуациях? – бросил ей мужчина. – Когда дело заходит дальше, чем ты того ожидаешь, разыгрываешь обморок.

Кейра резко села в постели, ее глаза блестели от злости.

– Ничего я не разыгрываю! Я же сказала, что болела недавно. Я нехорошо себя чувствую уже около месяца, если хочешь знать.

Повисла недолгая, ненапряженная пауза.

– Ты беременна?

Женщина в шоке уставилась на Патрицио.

– Что за вопрос? Разумеется, нет!

– Такой вопрос вполне уместен. Ты молодая женщина, активно ведущая сексуальную жизнь.

– Ничего я не активная. У меня не было секса с тех пор… – она закусила губу, – с той ночи…

– Ты же очень чувственная, Кейра, – не на шутку удивился Патрицио. – Ты просто излучаешь сексуальность. Не многие мужчины устоят перед тем, что ты можешь им предложить.

– Ничего я не предлагаю.

– Клянусь, стоит мне оказаться с тобой в одной постели – и через несколько минут ты будешь кричать от наслаждения в моих объятиях. Не сможешь удержаться. Ты создана для удовольствий, дорогая. Меня возбуждают одни только мысли о тебе.

Дрожь пробежала по телу Кейры, а сердце едва не выпрыгнуло из груди.

Патрицио сел на край кровати и, взяв жену за руку, положил ее ладонь на свою пульсирующую плоть.

– Видишь, что ты со мной делаешь, Кейра?

Она видела, и это пугало ее. Ей хотелось снова чувствовать на себе его руки и губы, хотелось ласкать его, вдыхать аромат мускуса и соли, которым была пропитана его кожа. Женщина безуспешно попыталась отнять руку.

– Н-но ты презираешь меня.

– Однако это никак не влияет на мое желание.

– Ты варвар. И вообще, помнится, кто-то не собирался снова заниматься со мной любовью. Ты сам сказал, что больше не желаешь меня.

Патрицио поднес руку жены к губам, и облизал каждый ее пальчик по очереди.

– Скажем, я взвесил все «за» и «против». Мы ведь все еще в законном браке, не так ли?

– Мы публично расстались.

– Уже нет.

– Это ненастоящее воссоединение. Ты сам говорил, – запаниковала Кейра.

– Перед законом самое настоящее.

– Но я не желаю быть твоей женой ни притворно, ни как бы то ни было иначе. Я не желаю жить с человеком, который ненавидит меня всеми фибрами своей души. Не могу даже представить ничего хуже.

– Не понимаю, почему ты так расстроилась. Ты же сама разрушила наш брак.

– Не в одиночку! – закричала женщина.

– Возможно, и так. – Патрицио сверкнул глазами. – Вместе с Гартом Мерриком.

– Я не о нем, – простонала она. – Я бы вообще не поехала к Гарту, если бы не думала, что у тебя роман.

– Ах да, снова старая песня о несуществующей интрижке.

Кейра с трудом сдерживала слезы. Она ненавидела напоминания о своей глупости. Она бешено ревновала тогда, но была слишком горда, чтобы признаться в этом, и потому позволила Рите Фаворе систематически настраивать ее против мужа, которого Кейра любила всем сердцем.

За почти год их брака они преодолели множество подводных камней. Особенно в те времена, когда Патрицио занимался важной сделкой, а Кейра еще училась. А потом появилась Рита и зародила в душе Кейры сомнения, оставляя недвусмысленные сообщения и снимки, которые впоследствии оказались сфабрикованными. Кейра была настолько разбита, увидев мужа на таких фото, что не нашла иного объяснения, кроме одного: у него роман с другой женщиной.

Патрицио тогда улетел по делам в Сидней. Кейра позвонила ему и обвинила в неверности. Он все горячо отрицал, но жена не поверила ни единому его слову. Она бросила трубку, вырвала шнур и на несколько часов выключила мобильный.

В тот вечер, когда Патрицио вернулся домой, Кейра уже собрала вещи и ждала его на террасе.

– Ты ведь это несерьезно, дорогая? – поинтересовался муж, как только она сообщила ему, что уходит. – Я едва знаком с этой женщиной. Она работает у меня – да, но на полставки.

Кейра наградила его холодным взглядом голубых глаз.

– И каковы ее обязанности на полставки? – Она бросила ему снимки. – Вносить разнообразие в твою сексуальную жизнь?

– Кейра, это же смешно. Явная попытка дискредитировать меня. Могу тебя заверить, что никогда не спал с этой женщиной.

– Она оставила тебе несколько сообщений. Не хочешь прослушать их?

Патрицио уверенно подошел к автоответчику и включил его. Дослушав до конца, он лишь нахмурился.

– Ну? Будешь продолжать все отрицать?

Мужчина с силой ударил кулаком по столу.

– Как ты могла подумать, что я способен предать тебя с такой женщиной? Она просто строит козни. Я никогда и пальцем к ней не прикасался. Даже не думал об этом.

– Не верю.

– Но это так.

– Я требую развода. – Кейра вздернула подбородок. – Я больше не желаю быть твоей женой.

– Ты уверена?

– Да. Мне не следовало вообще выходить за тебя замуж.

– Почему это, хотелось бы мне знать? – Патрицио приблизился. Кейра попятилась, но наткнулась на дверь.

– Потому что я люблю другого.

Ее слова прозвучали как гром среди ясного неба.

– Что ты сказала? – злобно прошипел Патрицио.

– Ты слышал. – Кейра выше подняла голову. – Я люблю другого.

– Кто он? – взорвался мужчина. – Или я должен сам догадаться?

– Я не обязана тебе ничего объяснять.

– И давно ты влюблена в него?

– Всю жизнь, – бросила Кейра. – И я ухожу к нему прямо сейчас.

Что-то в ее словах больно ранило его самолюбие. Патрицио притянул Кейру к себе и впился губами в ее рот. Животная страсть застала женщину врасплох. И вместо того, чтобы оттолкнуть мужа, она отдалась его ласкам. Кейра отвечала на поцелуи с тем же жаром. Она хотела мужа, нуждалась в нем. Патрицио развернул жену спиной к себе и задрал ее юбку. Он взял ее быстро и грубо, но уже через какие-то секунды Кейра стонала от наслаждения.

Она все еще пыталась совладать с дыханием, когда Патрицио отстранился. Кейра медленно повернулась к нему, пылая румянцем.

– Это тебе на память от меня, – заявил мужчина, застегивая брюки.

И, взглянув на жену в последний раз, он оставил ее одну…

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

Кейра вернулась к реальности, когда Патрицио поднялся с кровати. Она смотрела, как мужчина пересек комнату, проведя рукой по густым темным волосам. Растрепанные волосы всегда добавляли Патрицио сексуальности.

– Мой несуществующий роман, – произнес он. – Я считал, что у тебя хватит проницательности, чтобы не быть одураченной кем-то, кто воспользовался фотошопом, в котором умеют работать даже дети.

Кейра умирала от стыда. Она была такой глупой! Ревность настолько ослепила женщину, что она не могла тогда разумно мыслить.

– Мне жаль… – прошептала она, кусая губы до крови. – Я бы не поверила снимкам, но ведь были еще и сообщения. Она звонила все время, пока тебя не было. И я подумала самое худшее…

Патрицио развернулся, сверкая глазами.

– Как ты могла так с нами поступить, Кейра? Я же любил тебя. Я бы отдал за тебя жизнь.

Слезы хлынули из ее глаз. Стало трудно дышать. Нож вонзился в сердце.

– Ты так часто уезжал, – произнесла Кейра в отчаянной попытке хоть как-то объяснить свои непростительные действия. – Я не могла не подозревать.

– Ты просто искала повод уйти. Ты все это время любила Меррика.

– Нет! Я солгала тебе. Я его не любила… не так.

– И все же ты переспала с ним.

Она отвернулась.

– Да.

– А мы могли бы все выяснить, – вздохнул Патрицио. – Меньше чем за двадцать четыре часа мы бы все уладили.

– Знаю.

– Я не могу простить то, что ты сделала, Кейра. Я пытался, но не могу.

– Я понимаю. – Кейра стыдливо опустила голову.

Боль сковала ее.

– Ты решила отплатить мне изменой за интрижку, которой не было, – продолжал мужчина. – Не подумав о последствиях, ты вырвала мое сердце из груди.

– Я поступила так только раз. И если тебя это успокоит, я не очень помню события той ночи.

– Что за мозги в твоей голове, если ты считаешь, что это уменьшит нанесенное мне оскорбление? Ради бога, Кейра, ты отдала свое тело другому мужчине. И теперь ждешь, что я забуду и прощу? Я не смогу. Каждый раз, глядя на тебя, я представляю, как он лапает тебя, занимаясь с тобой любовью.

В комнате повисла тишина. Его взгляд сверлил ее, стараясь проникнуть в душу. Кейра закрыла глаза. Это слишком.

– Я любил тебя, Кейра. – Голос Патрицио дрогнул, и женщина снова ощутила резкий укол совести. – А ты убила эту любовь.

– Знаю… и не виню тебя… я поступила ужасно. Я не могу этого себе простить…

Патрицио переместился в другой конец комнаты и с безразличным видом встал у окна. Он готовился к тому, что Кейра будет защищаться и изворачиваться, а не отчаянно извиняться, признавая свои ошибки. Она была бледна и казалась очень беззащитной. И это пробудило в Патрицио то самое желание защитить ее, которое он испытывал с момента их первой встречи. В ней удивительным образом уживались непослушный ребенок и чувственная женщина. Именно из-за этого Патрицио нарушил все свои правила и женился на Кейре через несколько недель после знакомства. Не важно, что их тянет друг к другу, – воспоминание о том, что его жена отдалась другому, навсегда останется с ним.

Патрицио не сможет забыть, как увидел обнаженную Кейру в постели Гарта Меррика. Наутро после их ссоры Патрицио стало стыдно за резкость. Фотографии были сделаны очень профессионально, Кейра с легкостью могла подумать, что ее предали. Мужчина захотел найти жену и извиниться. Но вместо того, чтобы поискать сочувствия у подруг, Кейра сделала самое последнее, чего он мог от нее ожидать.

Патрицио до сих пор тошнило, когда он вспоминал, с какой гордостью на лице Меррик встретил его на пороге своей квартиры…

– Где моя жена? – потребовал ответа Патрицио.

– В постели. Она не желает тебя видеть, Трелини.

– Но я хочу ее видеть. – Патрицио с силой распахнул дверь.

Он без труда нашел спальню. А внутри обнаружил жену, которая лежала на покрывале абсолютно голая, как шлюха, и спала.

– Не буди ее, – тихо попросил Гарт у него за спиной. – У нее мигрень. Ее тошнило полночи.

Патрицио сжимал и разжимал кулаки. Ему хотелось растрясти Кейру, вытащить ее за волосы из постели любовника, но он знал, что это бесполезно. Ненависть вспыхнула в душе, как костер, и Патрицио поклялся никогда больше не видеться с этой женщиной.

И он выполнял клятву.

До сегодняшнего дня.

Патрицио медленно повернулся, обнаружив, что Кейра сидит на постели. Она выглядела напуганной, как птичка, которой подрезали крылья и которая никогда больше не сможет летать.

Кейра подняла глаза, словно ощущая на себе взгляд мужа. На ее щеки начал возвращаться румянец. Он заметил, как она сглотнула и облизала губы кончиком языка.

Нужно укрепить свою оборону. Патрицио знал – это сложно, но все-таки не невозможно. Мужчина не ожидал, что увидеть жену будет так больно и трудно. Боль пронзила его тело, как тысяча скальпелей, открывая старые раны, которые за два месяца только начали заживать.

– Патрицио… – Она произнесла его имя едва слышно. – Я… хочу поблагодарить тебя за то, что ты делаешь для мальчиков… Знаю, это не то, чего мы хотим. И пойми, я приложу все силы, чтобы этот план сработал.

– Спасибо. – Мужчина удивился, как спокойно прозвучал его голос. – Это все, что я смог придумать для исправления ситуации.

– Всего шесть недель? – спросила Кейра.

– Да. – Он отвернулся, не в силах больше смотреть на нее. – Если ты не готова поужинать со мной сегодня, мы можем перенести все на завтра. Один день ничего не изменит.

– Все нормально. Мне уже лучше. И мне нужно поесть.

Патрицио снова прошел в другой конец комнаты, достал из тумбочки конверт и протянул Кейре.

– Что это?

– Твои кольца.

Женщина взяла конверт.

– Ты сохранил их?

– Я не стал продавать их после того, как ты прислала кольца мне. Они куплены для тебя.

Кейра закусила губу, достала кольца из конверта и взглянула на них. Оба лежали на ее ладони и сверкали, словно обвиняли.

– Надень и носи, пока этот фарс не окончится, – произнес Патрицио в тишине. – А потом можешь оставить кольца себе или вернуть, как в прошлый раз. Мне все равно.

Мужчина отвернулся, чтобы взять со столика ключи, Кейра встала и пошла за ним.

По дороге в ресторан оба молчали. Кейра пару раз украдкой взглянула на мужа. Сердце ее сжалось от того, как он был напряжен. Она вздохнула. Как бы хотелось вернуть время назад! Как все могло бы сложиться, если бы той ночи никогда не было. Но она была. И даже Гарт отвернулся от нее. Их многолетняя дружба дала трещину.

Патрицио припарковался и открыл дверцу, впустив в машину холодный ночной воздух. Кейра задрожала.

– Замерзла? – забеспокоился Патрицио.

– Н-нет, – пробормотала женщина, кожей ощущая его присутствие, вдыхая его мужественный запах, глядя в его бездонные глаза, в которых так и хотелось утонуть.

– Нервничаешь, дорогая?

– Немного. Теперь я не уверена, что справлюсь.

– Мы ведь часто ужинали вместе в прошлом, Кейра, – напомнил ей Патрицио. – Давай просто сделаем вид, что последних двух месяцев не было. Так будет намного лучше.

Он взял Кейру за руку, и они подошли к дверям ресторана, где их встретил метрдотель.

– Мистер и миссис Трелини! – Он просиял. – Неужели? Глазам не верю! Вы ужинаете вместе?

– Да, – ответил Патрицио. – Решили отпраздновать свое воссоединение.

– Мои поздравления! – засуетился метрдотель. – Чудесно! Ни печалей развода, ни жадных адвокатов.

– Верно, – улыбнулся Патрицио.

Их проводили к столику и предложили винную карту.

– Хочешь белое или красное?

– Я лучше выпью минеральной воды. Не желаю, чтобы наутро болела голова.

Патрицио оторвался от винной карты и с беспокойством взглянул на жену.

– Тебя чаще, чем обычно, беспокоят мигрени?

– Да… – смущенно призналась Кейра. – Это все из-за стресса. Я принимаю таблетки. Они очень помогают.

Тут к их столику подошли фотограф и молодая женщина с блокнотом.

– Мистер Трелини, мы слышали, что вы решили возобновить отношения с миссис Трелини.

– Да, это правда, – согласился Патрицио. – Мы очень счастливы снова быть вместе.

– Значит ли это, что вы простили жене ее роман с Гартом Мерриком? – поинтересовалась девушка, поглядывая на Кейру.

Та покраснела от стыда.

– Ну, разумеется. Каждый имеет право на ошибку, верно? Многие мужчины изменяют женам, но те прощают или вообще закрывают на это глаза.

Журналистка не показала своего изумления и оживленно писала что-то в блокноте.

Фотограф попросил супругов попозировать. Кейра нацепила дежурную улыбку, чувствуя себя крайне неловко.

– Спасибо вам, – поблагодарила девушка. – Хорошего вечера.

– Благодарю, – снова обаятельно улыбнулся Патрицио.

Кейра вздохнула с облегчением, когда парочка удалилась.

– Мне не очень удалось общение с прессой.

– Ты справилась. Что будем заказывать?

Ей меньше всего на свете хотелось сейчас есть. Она долго изучала меню, кусая губу.

Патрицио склонился к ней через стол и взял за подбородок.

– Ты прокусишь губу до крови, если будешь продолжать, дорогая.

Слезы блеснули в ее глазах.

– Я н-не могу сдержаться… – Кейра подавила рыдание.

Патрицио погладил ее по щеке с такой нежностью, что она затаила дыхание, отчаянно пытаясь удержать предательские слезы.

– Ну, не плачь, дорогая. Неужели мое присутствие тебя так расстраивает?

– Прости… через минутку я приду в себя.

– Тебе нужно поесть. – Мужчина подозвал официанта.

Кейра слышала, что муж заказал ее любимое блюдо, и снова эмоции нахлынули на нее. Возможно, Патрицио не любил ее больше, но он не забыл, что ей нравится и не нравится.

– Как учеба? – поинтересовался он. – Ты уже скоро заканчиваешь, я полагаю.

– Да. В одной из галерей скоро пройдет выставка. Есть шанс, что меня заметят.

– Тебе нравится учиться?

– Да, очень. Я всегда хотела заниматься живописью.

– А родители не одобряли твой выбор?

– Думаю, ты достаточно хорошо знаешь моих родителей, чтобы понять это. Я использую политические сюжеты. Это вызывает фурор.

– У твоего отца или у публики?

– У всех. Удивлена, что ты ничего не слышал об этом.

– Возможно, я просто был за границей в то время. У тебя не было проблем с твоими работами? Тебя не арестовали?

– В этот раз нет. Но отец пригрозил лишить меня наследства, если что-то подобное произойдет снова.

Патрицио изучающе глядел на Кейру.

– Наш разрыв не пошел на пользу твоим отношениям с родителями, так?

Женщина покачала головой, размазывая по тарелке еду, которую принесли минуту назад.

– Нет… но это моя вина, и я беру на себя всю ответственность.

Патрицио задумался, так ли это. Кажется, Кейра продолжает настаивать, что ничего не помнит о той ночи. Но ведь она сама пошла к Меррику и легла в его постель. К чему же притворяться?

– Не похоже, чтобы тебе нравился ужин. Я выбрал не то блюдо?

– Нет, просто я не так голодна, как казалось. У меня еще недостаточно хороший аппетит после гриппа.

– Пойдем. – Патрицио поднялся. – Мы добились того, чего хотели. У прессы есть подтверждение нашего воссоединения. Можно возвращаться домой.

– А как же ужин? Не собираешься доесть?

– Кажется, я тоже потерял аппетит. Кроме того, сегодня был долгий день. Я готов лечь в постель.

Постель. Одно слово. Семь букв.

Кейра задрожала, когда Патрицио обнял ее за талию и повел из ресторана.

Если сложно было всего лишь поужинать с мужем, как же следующие шесть недель спать с ним в одной постели?

ГЛАВА ПЯТАЯ

– Мне нужно просмотреть электронную почту в кабинете, – сообщил Патрицио Кейре, когда они вернулись домой. – Оставлю тебя готовиться ко сну. И постараюсь не побеспокоить, когда вернусь.

Она робко спросила:

– На какой стороне мне лечь?

– Какую ты теперь предпочитаешь? – поинтересовался мужчина, холодно глядя на нее. – Правую или левую или любишь лежать прямо посередине? – Как шлюха, добавил он мысленно, чувствуя укол ревности.

– У меня нет определенных предпочтений.

– Тогда, может, подбросим монетку? – продолжал язвить Патрицио. Он вытащил одну из кармана и повертел в руке. – Выбирай. Орел – правая сторона. Решка – левая.

– Орел.

Патрицио подбросил монетку и показал Кейре.

– Ты проиграла.

Снова, подумала женщина. Она никогда не выигрывала, если соревновалась с Патрицио. Он обладал потрясающей способностью поворачивать все так, как ему выгодно. Даже после их разрыва, широко освещенного в прессе, люди встали на его сторону. Компания уверенно лидировала на рынке, инвесторы так и липли к Патрицио, а клиенты текли рекой, желая услуг его, и только его, компании. Он сколотил состояние на ее предательстве.

– Спокойной ночи, Кейра, – произнес он в тишине.

Она молча отвернулась и пошла наверх. Патрицио старался не смотреть ей вслед. Он до боли сжимал и разжимал кулаки.

Шесть недель.

Это не так уж долго. Он справится. Он сможет провести с Кейрой в одной постели сорок две ночи и не прикасаться к ней.

Он должен выстоять.

Кейре снова снился этот сон. Недавно он перестал мучить ее, но теперь вернулся.

Она вскочила в панике, чувствуя, как бешено колотится сердце в груди. Ее крик взорвал тишину.

– Что за черт? – проснулся Патрицио.

– Прости… – Кейра включила ночник и обхватила себя руками. Сейчас она больше была похожа па ребенка, а не на двадцатипятилетнюю женщину.

– Тебе приснился кошмар?

Кейра потерла руки.

– Прости. Я не хотела тебя будить. Просто плохой сон.

Патрицио откинул одеяло и подошел к Кейре. Ее все еще заметно трясло. Он прикоснулся к ней, женщина вздрогнула.

– Хочешь воды или чего-нибудь еще?

– Да, было бы хорошо… спасибо.

Патрицио был рад предлогу уйти из комнаты, чтобы привести в порядок чувства. Она никогда не вскакивала посреди ночи раньше. И это заставило мужчину испытать жгучее желание защитить Кейру, прижать к себе, утешить и прогнать все ее страхи.

Дурак, укорил он себя. Может, она сделала это специально. Развод отложен. Вероятно, Кейра ищет повод помириться. Хочет снова влюбить его в себя, чтобы он готов был выполнить любой ее каприз.

Нужно быть с ней осторожнее. Кейра – лакомый кусочек. Она казалась невинной, когда они разделили первую ночь страсти. Но теперь Патрицио очень в этом сомневался. Слишком уж с большой готовностью она отдавалась ему. А он растрогался, когда она сказала, что он был у нее первым. Он женился на Кейре очень быстро, не осознавая, что она до сих пор ждет своего любимого Гарта Меррика.

И если бы не проблемы Джейми и Бруно, они были бы уже разведены.

Боже, как бы он хотел освободиться от этой женщины!

Но Джейми не виноват в том, что его сестра такая изворотливая лгунья. Он отличный парень, пожалуй, слишком открытый и немного неуверенный в себе. А Бруно пользовался этим. Племянник в семь лет лишился отца, и это подкосило его. Это всех подкосило. Патрицио старался изо всех сил, но ему не удалось ничего изменить.

Он вздохнул, налил в стакан воды и пошел наверх. Бруно до сих пор было больно, и именно боль руководила его поведением. Сейчас он, Патрицио, должен подать пример своему племяннику, как прощать и забывать. По крайней мере на публике, хоть это и было сложно.

Когда Патрицио вошел в спальню, Кейра сидела па краю кровати, стараясь прийти в себя. Мысленно она была очень далеко. Они с Патрицио воссоединились, делали вид, что все в порядке, но на самом деле все было не так. Не помогало даже то, что Кейра все еще любила мужа. От этого ее предательство лишь сложнее было понять. Она злилась, да, и хотела отплатить Патрицио той же монетой, переспав с другом детства, Гартом Мерриком, которого любила как брата. Но разве это могло оправдать ее?

Ах, если бы только Кейра вспомнила детали событий той ночи! Она пришла к Гарту, у нее от слез разболелась голова. Мужчина обнял ее и прижал к себе, как уже тысячу раз поступал раньше, утешая, что все образуется. Потом Гарт предложил ей бокал вина, который она выпила. Головная боль только усилилась, и она свернулась на кровати, не обращая внимания на то, что постель в доме – одна. Они с Гартом даже купались вместе в детстве. Это все равно что лечь рядом с братом – так она тогда думала…

На следующее утро Кейра проснулась, не сразу поняв, где она. Ее глаза с трудом привыкали к свету, льющемуся из окон.

– Гарт? – позвала женщина. Через секунду она осознала, что лежит голая, и прикрылась одеялом, как раз когда он вошел.

– Как твоя голова?

– Что случилось прошлой ночью? – спросила Кейра. – Я не помню ничего после того, как пришла к тебе с мигренью и рассказала о… о… романе Патрицио.

Гарт не смотрел ей в глаза, на его щеках заиграл румянец.

– Мы спали вместе.

Кейра подскочила от изумления.

– Хочешь сказать, переспали? – (Гарт кивнул.) – О господи… – прошептала Кейра, сгорая от стыда. – Что я наделала? О боже… нет. Нет! Я не могла…

– Все нормально, Кейра. Мы не сделали ничего плохого. Многие друзья спят вместе. Это не такое уж большое дело в наши дни.

Кейра в ужасе смотрела на друга.

– Я… не знаю, что сказать… мне так стыдно… Помню, что выпила вина. Я никогда не напивалась, ты же знаешь…

Гарт отошел и взглянул Кейре в глаза.

– Муж видел тебя. Он приходил утром. Пару часов назад. Я не хотел впускать его, но он влетел в квартиру прежде, чем я смог его остановить. Журналисты тоже были здесь. Думаю, некоторые до сих пор дежурят снаружи. Придется тебе дождаться, пока все уберутся. – (Кейра потеряла дар речи.) – Это лучшее, что могло произойти, Кейра. Он обманул тебя. Почему тебе нельзя поступить также? Не мучай себя. Это не твоя вина.

Но Кейра считала иначе. Она переспала с другим мужчиной, и Патрицио имел полное право злиться.

Он никогда не сможет простить ее, как и она не сможет простить себя.

Патрицио протянул ей стакан воды, заметив, что она избегает смотреть на него, когда их пальцы соприкоснулись. Мужчина ощутил мощный прилив желания. Он пытался выбросить Кейру из головы с помощью других женщин, но ни одна из них не доставляла ему такого наслаждения, какое он испытывал в объятиях Кейры.

– Прости, что разбудила тебя, – снова извинилась она.

– Все нормально. – Патрицио залез под одеяло. – Я все равно не спал.

Мужчина ощутил, как прогнулся матрас, когда Кейра тоже легла. Он чувствовал тепло ее тела, несмотря на расстояние, разделяющее их.

Тишина становилась почти осязаемой, напряжение росло.

– Я забыла позвонить родителям, – первой не выдержала Кейра.

– Они станут волноваться, если ты не подойдешь к телефону у себя дома?

– Может, и нет. – Патрицио услышал шелест простыни, когда Кейра сменила позу.

– А как же мобильник? Ты не взяла его с собой?

– Я уронила его пару недель назад, и он сломался. А новый еще не купила. Не могу позволить себе такой подарок.

Патрицио нахмурился. Она, без сомнения, пытается заставить его чувствовать себя виноватым за отказ выплачивать алименты. Но мужчина не собирался позволять ей на его деньги содержать еще и любовничка.

– Завтра у тебя будет новый мобильник. И я оплачу все твои счета.

Кейра ничего не ответила. Позже она заговорила снова:

– У родителей будет шок, когда они прочтут завтрашние газеты.

– Да… представляю.

Простыни снова зашуршали.

– Патрицио?

– Ммм?

– Мне, правда, жаль, что все так получилось. Я все испортила… не могу поверить, что была так глупа.

– Мы все совершаем ошибки. – Патрицио вздохнул. – Все кончено, Кейра. Мы должны жить дальше.

Он ощутил, что Кейра повернулась к нему лицом.

– Думаешь, ты сможешь когда-нибудь простить меня? – прошептала она.

– Спи, Кейра. Сейчас не время говорить о прощении.

– А когда-нибудь это время наступит?

– Возможно, нет. – Патрицио взбил подушку. – А теперь, ради бога, засыпай, Кейра.

Женщина отвернулась к стене, сдерживая слезы.

– Спокойной ночи, Патрицио.

Он не ответил, а через минуту его ровное дыхание подсказало, что мужчина заснул.

Кейра вздохнула, перевернулась на спину и уставилась в потолок.

* * *

Кейра проснулась, обнаружив, что Патрицио обнимает ее. Его рука лежала у нее на груди. Жар обдал тело, когда она ощутила его возбужденную плоть.

– П-патрицио?

– Ммм? – Он провел языком по ее уху.

– Мы… мы не должны этого делать.

– Ты на моей стороне кровати, – промурлыкал он. – Отсюда следует только один вывод: ты хочешь, чтобы я занялся с тобой любовью. – Его рука скользнула по ее бедру, проникнув туда, где она получила наивысшее удовольствие. – Ты такая горячая и влажная. Мне остается только продемонстрировать тебе, как сильно твое желание.

Кейра неожиданно замерла. Неужели с Гартом было так же? Неужели она с такой же легкостью почувствовала желание и отдалась ему?

– Но я не буду этого делать. – Патрицио отстранился. – Я не хочу иметь дело с подпорченным товаром.

Кейра закрыла глаза – слова ранили очень сильно. Но ведь ей было известно, что Патрицио не любит ее больше. Тогда откуда эта жгучая боль в груди?